4 (на самом деле куда больше) года лицетворения

Небольшой дисклеймер: Я буду довольно часто отсылаться на этот пост так что возможно, после прочтения вам станет чуточку попонятнее, что здесь происходит. По крайней мере там я рассказываю про Скиллу, по сути отвечая на заявленный здесь вопрос. Приятного чтения.

Начну, пожалуй, с главной антагонистки истории Скиллы, многоуважаемой Помощнице Мэра Эрноэрта, Професорессе нескольких университетов, учёной, а так же младшей дочери главы мафиозного клана Каннинг.

Когда я её только придумывала, ещё для Lucky town (прото-“Следствие угасания”), она частично основывалась на героине из фильма “Обливион”, Виктории, и не частично на Каоринайт из "Сейлор Мун". Тогда она была в большей степени жертвой обстоятельств на службе у главного злодея. С тех пор у Трисс остались лишь стиль одежды, рыжие волосы и разбитое сердце.

И ещё тогда, в 2014, ваша покорная слуга думала о том, что в мире стало как-то слишком много сурьёзных сложных антагонистов-страдальцев и всяких антигероев. Я скучала по простым злым злыдням, которые просто хотели захватить/уничтожить мир. В течении разработки истории, к 2015 Трисс постепенно заняла место главной антагонистки, эдакой волчицы в овечьей шкуре, которая оказывается хитрее своего злого босса и устраивает переворот. А на данный момент (2022) её босс, отец Скиллы, Бартолд, теперь полноценная жертва обстоятельств, без каких-либо злых умыслов, и его искреннее доверие Госпожа Каннинг предаёт. Упс, спойлеры!

Не знаю, насколько Сью можно считать младшую Хершер, но Трисс – действительно, самая настоящая, Мери Сью. Она совершенно гениальна в любом деле, за которое возьмётся, и она БУКВАЛЬНО та, кто создаёт в своём мире и ЭКО, и клонирование, и делает это одновременно. Она не только лучшая в генной инженерии, но она также прекрасно разбирается в ботанике, фармакологии, хирургии, и психиатрии. И она крайне быстро разбирается в магии и меняет обряды на свой лад. Она прекрасна внешне (давайте НЕ обращать внимания на мои навыки рисования), и многие искренне привязаны к ней, или влюблены в неё (впрочем, большая часть этих людей не знают её достаточно близко), или боятся её до дрожи и пресмыкающегося подчинения. Я бессовестно гну свой придуманный мир под эту ужасную женщину. Трисс – проявление моей страшной авторской воли, обрушивающей на головы моих бедных персонажей несчастья и беды. Думаю, это может охарактеризовать меня как довольно ленивого и не то чтобы прямо умного “тонкого” автора.

На самом деле, несмотря на то, что её жизнь не была усыпана лепестками роз (хотя, если сравнивать с другими персонажами, она определённо прошла куда как легче), у Госпожи Каннинг нет никаких оправданий к тому, чтобы поступать так, как она поступает в течении истории. Мотивы? Да. Но они совершенно не настолько сильны, чтобы приводить к таким поступкам. И уж тем более хоть как-то “обелить” злодеяния Трисс. За её действиями нет ни идеологии, ни великой травмы, ни, скорее всего, какого-то великого замысла. В лучшем случае, ты для неё – интересная подопытная крыса. В худшем – за её действиями стоит обида. Что, как по мне, делает её довольно жуткой. Твои страдания скорее всего, не имели вообще никакого смысла.

В целом, это отражение моей не то чтобы изменившейся ностальгии по злобным злодеям и в целом взглядов на жизнь: Да, наверняка у каждого есть своя история, и причины поступать так или иначе. Но когда конкретно тебе делают зло, ты вряд ли будешь проявлять эмпатию к этому человеку и подставлять вторую щеку для удара. И, честно говоря? люди реально могут причинять боль другим просто потому что могут. Без нарушений психики и не исходя из сложной мотивации.

Наследник клана Каннингов. Глава банды Брийос. Первая любовь Скиллы. Монстр.

Этот молодой человек чуточку посложнее своей воспитательницы. На капельку.

Не могу сказать точно, когда именно он появился как полноценный персонаж, но я очень хорошо помнила, как в этот момент думала о таких модных “плохих мальчиках” и антигероях, и о том, какие они на самом деле по большей части стрёмные. Ну знаете, тот самый парень из азиатских комиксов, который ужасно относятся к главной героине, но почему-то читательницы и сама героиня его прощают, потому что у него… детская травма…. ｡⁠:ﾟ(⁠⁠✿ಥ⁠∩ಥ)ﾟ⁠:⁠｡

Так что да, Кенион – эдакая злая ирония над архетипом плохого парня. История про то, что отношения с таким не проживут долго. Особенно если сама главная героиня снабжена детскими травмами. Или у бэдбоя есть жуткая наставница :^) (Жуткая наставница, всё же, играет тут роль куда более яркую в качестве катализатора проблем)

А ещё через него я делаю небольшой комментарий о токсичном национализме. Пока что не уверена, насколько далеко я пойду в его случае, но дальше вы поймёте, как тема взаимоотношения с родной культурой для меня важна.

В какой-то мере, Кенион – переработанный (как мусор) персонаж, склеенный из трёх разных концептов, но поподробнее об этом я расскажу попозже.

Я его по-матерински за глаза зову Кенни, и иногда мне он кажется моим любимцем. В прошлую годовщину я рассказывала, что я всегда оставляю в персонажах что-то от себя. Не то чтобы это происходило намеренно, и я начинаю замечать “общие черты” только когда углубляюсь в самоанализ. Кенион впитал в себя ту подлую, завистливую (от неуверенности в себе) и жестокую гадину, которой я была до пубертата. Своих тёмных секретов я раскрывать, впрочем, не собираюсь, но я рада, что я вроде бы стала лучшим человеком, чем была. По крайней мере, мне очень хочется в это верить.

Кенион же проходит арку разложения несколько раз, и по экспресс-программе. И при этом он постоянно ломает ожидания других людей. Как ни странно, чаще в положительную сторону. Потому что как и Скилла, Кенион – что-то вроде олицетворения отрицательных исходов падения моей монетки. Мне нравится думать, что в других обстоятельствах, он бы мог стать лучшим человеком. Несмотря на ужасные поступки, мне почему-то всё равно его жаль. В конце концов, он, как и все мои персонажи, моя марионетка)

Лидер Убежища, супруг Эвьенис. Партнёр по танцам и друг Скиллы.

Белл – один из старейших персонажей в этом сеттинге, то есть, он был создан для Lucky town. Изначально он… довольно долго был просто персонажем. Я ничего про него не продумывала, кроме того, что он просто мутил с другой героиней, Эвьенис, про которую я тоже ничего не продумывала. Но потом появилась кузина Скиллы, у которой так и не появилось даже просто имени. Зато был незаметный для их семьи гадкий характер. В какой-то момент я решила, что Белтрен никогда не был верным своей девушке. И да, мутил он с той самой кузиной, в том числе и за спиной Скиллы. И узнает она об этом как раз в разгаре катастрофы в их городе, что ставит её в тяжёлое положение. Во первых, какое-то время ей приходится мучиться с диллемой, рассказать ли информацию, что точно разобьёт сердце её подруге, или врать ей и покрывать изменника. Во-вторых, она и видела, что лишённый возможности изменять и при этом занятый безопасностью людей Бэлтрен стал лучшей версией себя, и понимала, что правда убьёт веру людей в своего лидера, что в такое время не то, чего бы стоило допускать. Но, потом в историю вмешивалась лично обезумевшая кузина, одержимая своим любовником, и правда всплывала сама по себе, а дела принимали драматический поворот, который я так толком и не продумала (просто знайте, что всё было довольно сумасшедшим, учитывая, что я это все даже не записывала, удивительно, что я хоть что-то помню спустя 8 лет).

И пусть у задумки был довольно интересный потенциал, в том числе и потому, что Скилла тогда уже пережила измену, и ненавидела свою кузину, которую ее семья, и особенно отец, ценили больше, чем саму Скиллу, и Бэлтрен, как её друг, знал обо всём этом… Я поняла, что это всё было перебором.

Во-первых, та самая кузина должна была стать оборотнем-касаткой, хищной русалкой, и я понятия не имела, как это применить в рамках относительно приземлённого города, и сделать её хоть сколько-то эффективной. Во-вторых, у меня, помимо самого Бэлтрена, уже было два основных мужских лидерских, маскулинных и токсичных персонажа. Это были размытая фигура бывшего Скиллы и Ренард. Все трое были мучительно похожи, и пусть у меня ещё был концепт про другого героя, и уже был Ильмен… я чувствовала, что под этой массой похожих придурков, история просто тонет. Особенно под уже существующим количеством дрррраммммы. Меня стало смущать, что абсолютно все персонажи в истории несчастны. И я решила исключить этот сюжет.

И, наверное, внимательный читатель уже заметил, что всё звучит довольно знакомо. Как я уже сказала, Кенион был переработан из разных концептов. И да, он впитал большую часть тех конфликтов, что я перечислила выше. Злой кузен-любимчик семьи, любимый эксперимент антагониста, предательства, одержимость возлюбленным, жестокость. Измена, правда, случилась лишь одна, и сюжет ооочень поменялся. А ещё Кениону от Скиллы перешла задумка о способностях, связанных с электричеством: во времена Lucky town в её волосах накапливался очень большой заряд статического электричества, которым она могла бить своих врагов.

Так что да, тот эпизод из ответа, где Бэлтрен теряет терпение, и требует, чтобы Скилла прекратила сравнивать свои отношения с Кенионом и его самого со своим бывшим – это на все 89% мета-шутка для меня самой любимой.

Итак, с Кенионом на этом всё, но что же с Бэлтреном?

Довольно надолго он вновь оставался пустым персонажем, просто занимающим некую роль. А потом я начала продумывать сам сеттинг. Появилась такая страна как Таир, со своей сложной и мрачной историей, особенно со взаимодействием народа и всего остального мира (об этом поговорим подробнее чуть позже). И я решила, что мне категорически не хватает положительных персонажей среди парней из Таира.

Впрочем, с происхождением Бэлтрена история получилась сложнее. Я не стала делать его чистокровным таирийцем, и по сравнению со своей возлюбленной, Эвьенис, он практически никак не соприкасается с культурой и наследием своих предков. Но благодаря своим сильным чувствам, и видя, как это важно для Эви, он пытается наладить связь с Таиром. Изначально – чтобы просто суметь с ней сблизиться, и не сказать, что его отношение к родной культуре поменялось. Это скорее хобби, зарядка для ума, но не нечто действительно важное, лично для него. К тому же он не идеализирует Таир и выходцев оттуда, потому что видел слышал достаточно мрачных историй, связанных с ними. Впрочем, как Вы могли заметить по ответам, он не слишком увлекается никакими традициями в принципе, но при этом с очень большим уважением относится к тому, к чему с трепетом относится Эвьенис. Так что да, через Бэлтрена я раскрываю еще один взгляд на национализм. Что во многом описывает то, как я относилась к своей родной культуре достаточно долгое время.

Но что же про основные действия истории (которых за эти 4 года пребывания здесь в качестве отвечающей так и не коснулась толком)?

Чтожжжж

С одной стороны, я решила, что его изменённая: рациональная, добрая, заботливая и сочувствующая личность мальчика, которого вырастила его бабушка, вполне могла бы объединить вокруг себя людей в бедственном положении. Он осознанно выбирал путь доктора, именно потому, что хочет помогать людям.

Но Белл не уверен, что хочет быть супергероем. И пусть он регулярно вмешивается в битвы, происходит это скорее во многом потому, что Эвьенис активнейше принимает в них участие. И это ломает его. Потому что Бэлтрен не справляется со своими силами практически никак. Вплоть до того, что это превращается в эпизоды боди-хоррора. (Кто там возмущался, что сделал всех своих персонажей несчастными, и это нужно исправлять?) Через это я хотела ещё раз показать, что мутация была для большинства персонажей не тем, через что они проходили добровольно, и не тем, что прошло правильно, и не тем, что является здоровым. Это мутация, даже если многие смогли с этим адаптироваться и даже рады результату.

Только выросший из подростковых комплексов и неуверенности, получивший во многом то, чего он хотел всю свою жизнь, и идущий по намеченному пути к своим следующим целям, Бэлтрен изо всех сил старается быть хорошим лидером, чувствуя, что его нерешительность и буквальные страдания будут смертельны для их хоть немного стабильного в разрушенном Эрноэрте сообществе. И я, к несчастью, хорошо знаю, как трудно прятать свои проблемы, когда они “слишком малы, чтобы быть важными”, и ты не хочешь беспокоить своих близких, и ты веришь, что справишься сам.

Первая спортсменка, представившая Таир на международных соревнованиях спустя декады после Кровавой Ночи. Основательница Таирийской Диаспоры в Эрноэрте. Подруга Скиллы, жена Бэлтрена.

Вы уже ощутили этот вайб?) Доча маминой подруги?)

Как уже было рассказано в предыстории Бэлтрена, Эви довольно долго не имела особо никакой личности. Просто о-о-очень любила своего мужа. И заниматься макияжем/причёсками. Такая сильная привязанность в ней возникла после того, как её карьера гимнастки кончилась после её падения на мировых соревнованиях (я не знаю, почему та версия меня использовала такой троп дважды с двумя разными персонажами). Самооценка упала тогда вместе с Эви и больше не поднялась, сделав отношения с Беллом для неё центром вселенной.

Но вот, я решила устроить реткон.

И как вы уже могли понять, её история сильно связана с темой национализма.

Эви пусть и является таирийкой наполовину, росла под большим влиянием рассказов своей матери о родной земле. Несмотря на то, что Таир буквально оставил на ней уродливые шрамы, она не хотела, чтобы у её детей были проблемы с восприятием своего наследия, особенно учитывая тяжёлую атмосферу по отношению к их народу. Поэтому Эвьенис выросла с убеждением, что ей необходимо изменить отношение общества, и что в Таире и вне его живут исключительно хорошие, просто несчастные люди. При этом она относится с довольно большим уважением и к своему сабадийскому происхождению: со Скиллой она познакомилась и сблизилась с Бэлтреном именно в школе Пафауля, где обучали национальным танцам. Но в конечном итоге таирийские корни взяли своё, и пока остальная группа усиленно росла, Эви оставалась со своим небольшим ростом, и больше не могла быть партнёршей для стремительно росшего Белла. Зато она получила предложение вступить в юниорскую сборную по гимнастике. До Взрыва она успела ярко показать себя в спорте на мировом уровне, и сделать важное заявление о своём народе перед общественностью: показала таирийцев с положительной стороны, взяв фамилию матери, и выступая под флагом уже не существующего как страна Таира. Но при этом Эвьенис столкнулась с большой ненавистью, причём в наибольшей степени от таирийцев. В том числе, среди сотен обвинений было то, что как полукровка она вообще не имеет права говорить за них.

И это было отрезвляющей пощёчиной.

С одной стороны, она поняла, что несчастье не делает людей безвинными и благородными, и что многие ужасные истории о которых она слышала, небеспочвенны. С другой стороны, Эви решила, что она знает всё ещё слишком мало о родной культуре. И что нужно как-то менять отношение самих таирийцев.

Она оставила спорт, всё же популярность оказалась для неё давящей. Зато не без помощи родителей, и начав работать визажисткой (да, я решила оставить ей её былые увлечения), принялась за создание культурного центра Таира, где могла собираться диаспора Эрноэрта. По началу это был скорее кружок по интересам и без определённого места сбора, но ближе к действиям комикса это уже было больше похоже на крепкое сообщество, которым можно было гордиться по праву.

А потом грянул Взрыв.

У Эвьенис остался только Бэлтрен, и в экстремальных условиях в ней начали постепенно проявляться те “национальные черты”, которые она, даже несмотря на свой опыт, отрицала. Она старается справляться с ними, когда осознаёт перемены в своём поведении, и размышляет о том, насколько на самом деле влияет реальность на людей.

Эта часть её истории во многом о том, что я бы хотела делать для своего народа в реальности. Но также, это история о снятии розовых очков и принятии недостатков в реальности. И в самой себе. О том, как вера, будь она связана с другими людьми или с чем-то “высшим”, помогает сохранять силы.

А ещё, в этом варианте истории их отношения с Бэтреном это эдакий антоним к отношениям Скиллы и Кениона. Гудбранды пусть и заключают союз очень рано, и, может, несколько наивно, в том плане, что они друг для друга являются первой любовью, но сами романтические отношения они начинают уже как сформировавшиеся личности, хорошо зная друг друга. И пусть они противоположности, Белл и Эви умеют уважать и поддерживать интересы друг друга, и умеют приспосабливаться к трудностям.

Главная и по сути единственная исследовательница и фармацевтка в Убежище, а также самая решительная, когда дело доходит до хирургических операций. Лучшая подруга Скиллы.

В целом, на ней тему национализма в “Следствие угасания” можно считать закрытой. Потому что Мерре национализм в том виде, в котором он проявляется в остальных героях выше, совсем не присущ. Если эту статью читают истинные старички, которые помнят ответы, где она появлялась полноценно, что что-то не так. Её звали совсем по-другому.

Дело в том, что “Меркуриада” – это одно из самых таирийских имён, которое только можно отыскать. А Мерра ненавидит Таир всем своим сердцем. Потому что её жизнь – одна из тех самых мрачных историй, связанных с таирийцами. И это “наследие”, культурное или скорее крайне бескультурное, проехалось по ней катком. Так что на самом деле было бы странно, если бы она сохранила своё имя. (И да, изменение имени – это совсем недавнее изменение в каноне, произошедшее буквально этой осенью.) Ну и понятно, что они с Эви, мягко скажем, недолюбливают друг друга.

Так вот, в случае Мерры эта ненависть к Таиру, в том числе направлена и на саму себя. Вся её жизнь наполнена болью травм и трагедий из детства, и, наверное, из всех основных персонажей она самая несчастная. И вот это… наверняка многое говорит обо мне.

Как я уже рассказывала, изначально, тот самый “Lucky town” я придумала не одна. И как Скилла была моим селф-инсертом, так и Мерра, тогда Меркуриада, была селф-инсертом моей на то время соавтора. Но, в отличие от придуманных героинь, мы, через пару лет после создания комикса, перестали разговаривать. Подробно о тех событиях не будем, но скажу так: мне было очень больно. К счастью для меня, мы почти ничего не создали вместе. Так что перемены, о которых я говорила, были сделаны скорее благодаря развитию моего вкуса и взглядов на жизнь, а не в попытке избежать каких-то “юридических проволочек”.

Забавно, что ещё тогда я дала способность Меркуриаде плеваться кислотой (потом эта способность усложнилась, но в сущности, не изменилась). Моё подсознание что-то говорило нам обеим.

Так что… организовывая настолько горькую историю для Мерры, мстила ли я? Даже для меня этот вопрос остаётся открытым. В конце концов, по количеству страданий Скилла уж точно занимает минимум второе место, если не находится на одном постаменте с Меркуриадой.

О чём я жалею больше всего? Что я с тех пор никак не развивала дружеские отношения героинь. Я бы хотела заняться этим в ближайшее время.

Солист и основатель группы “Синий кобальт”. Староста курса. Двоюродный брат Скиллы, самый старший в семье.

Придумывался с самого начала как любовный интерес для Мерры. Основывался слегонца с Рихарда Круспе с причёской Тилля Линдмана, потому что тогда соавтор любила Rammstein. Причём мы долго не могли придумать ему имя и звали его Печенькоменом. И вообще идея была сделать его идеальным для соавтора. А потом дело просто никуда не двинулось, а потом и вовсе всё случилось так, как случилось.

Не могу сказать, что Орион как-то сильно менялся, скорее просто из синеволосого концепта становился более развитым персонажем, обзаводясь прошлым и своим окружением.

И, наконец, проблематикой.

Изначально ему, как персонажу, давалась установка “стать идеалом”. Но что, если персонаж как человек, был поставлен перед такими же условиями? Ориону такого никто не говорил и не требовал, скорее его жизнь развернулась так. Талантливый, способный мальчик, на котором оказалось так много ответственности.

Он требует от себя идеала сам. Он посчитал, что обязан вернуться в дом своих родителей, а значит, жить самостоятельно и отказаться от заботы. И при этом заботиться о брате самостоятельно.

Орион вырос в династии врачей, и при этом его мать была яркой, известной на весь мир рок-исполнительницей, которая искренне хотела, чтобы её сын развивал свои музыкальные таланты.

И не сказать, что он этого не добился. Он заслужил место старосты на самом сложном факультете в главном университете страны, он развивает свою группу. Все признают его своим лидером. Но время идёт, и ему становится всё сложнее и сложнее дышать под всем этим грузом. И как неглупый парень, Орион понимает, что рано или поздно ему придётся что-то оставить и сосредоточиться на чём-то одном. Но он в растерянности, и не знает, что выбрать, и как оставить что-то, и не оказаться тем, кто подвёл своих любимых, их память. И даже если Орион вдруг сможет бросить всё, то кем он будет без всего того, чем он занимался всю свою жизнь? И вот это чертовски знакомо мне.

К тому же, в своей погоне за идеалом и достижениями, он на самом деле отдаляется от своей семьи. Основная проблема даже не с братом, а с кузинами и дядей. Отделившись от Хершеров, он как будто решил, что они стали ему чуть более чужими, и ему нужно обязательно соблюсти баланс тактичного невмешательства в чужие дела и искренней заботы? И особенно со Скиллой, у него практически ничего не получилось сделать правильно.

К сожалению, из-за его крепкой связи с Меррой, он так же пока что не то чтобы проработан, особенно в моменте после Взрыва. Конечно, это ещё и связано с тем, что Орион и его окружение находятся в другой локации, и по сути он даже больше персонаж спин-оффа.

Всадница, негласная глава отряда. Старшая сестра Скиллы.

Ещё одна героиня, которая по большей части находится в спин-оффе, и от того она не то чтобы сильно развита.

Забавно, что изначально я типа основала ее на своей старшей сестре, а в итоге у меня получился её антоним, и синоним к себе. И в какой-то степени, сублимация моих чувств по отношению к ней. В конечном итоге, Ирида даже больший селф-инсерт, чем Скилла.

От сложных отношений с семьёй и проблемами с пониманием окружения, но ещё куда более худшим пониманием самой себя, до неумения разбираться с проблемами и острого желания покинуть место, где тебе плохо. Стоит отдать Ириде должное, ей сил и смелости уйти всё же хватило. Хотя смелостью это назвать довольно сложно. Но с другой стороны, она сама была ребенком, когда в семье Хершеров произошла трагедия. Несправедливо было бы требовать от неё становиться медиатором между отцом и младшей сестрой. Как и в другой ситуации, что случилась чуть позже.

Ирида так дистанцировалась от семьи, что теперь уже больше и не знает, любит ли их, и любят ли они её, и заслуживает ли она этого, учитывая, что она старательно убегала от всех проблем. Она боится ответов на эти вопросы, и всё равно думает о своей семье. Да и её заботы небеспочвенно кажутся ей бесполезными и пустыми, если и вовсе не ранящими.

Глава Безымянных. Упокоитель. Возлюбленный Скиллы.

Ренард, как очередной старый персонаж, основывался на реальном человеке из моей жизни. Однажды этот человек снова вдохновил меня на то, чтобы рисовать комиксы по своим идеям, и он мне нравился как мне тогда казалось, в романтическом смысле. Но чем больше я его узнавала, тем хуже этот человек оказывался на самом деле ¯⁠\⁠_⁠(⁠ツ⁠)⁠_⁠/⁠¯

Мне кажется, это тоже сильно повлияло на то, что мне стало трудно писать о персонаже, хотя Ренард, как и все остальные, очень далеко отошёл от своего прототипа. Что иронично, во многом они с Кенионом похожи, хотя в отличие от своего кузена попервой он кажется куда большим говнюком.

Арка Рена до Взрыва это про потерянность, саморазрушение, и про то, что те, кто тебя любит, всё равно тебя не бросят. Даже если ты совершенно оторван от них. Это история про то, как ты однажды открываешь глаза и со страшной тоской больше не понимаешь, кто ты и как ты себе позволил оказаться среди всех этих мерзких людей. И про то что у мести гадкий вкус.

А вот вторая её половина о страхах. О вере, что ты недостоин человека, которого любишь, и будешь отвергнут. О страхе потерять даже тот сомнительный комфорт, что у тебя есть, о бегстве от самого себя. И об упущенных времени и возможностях.

Тематики, думаю, более чем знакомые не только мне.

Спойлер

Наконец, героиня не из стареньких, без прототипов и источников вдохновения, по крайней мере, явных для меня. Хотя её можно отнести к архетипу эдакого не совсем адекватного Древнего Учителя. Самое смешное, пару недель после того, как я придумала ту часть сюжета, где она фигурировала как ведущий персонаж, я отправилась в кино на внечередной фильм от Марвел, и была неприятно удивлена.

Много про неё рассказывать не хочется, ибо как действующее лицо она появлялась только в очень старом ответе-подарке на Тайного Санту, то есть в тотальном неканоне. Да и строго говоря, к истории Скиллы она сама имеет не такое уж и большое отношение.

Зато как одноименная богиня и то, что она символизирует, Сцила становится главной управляющей идеей истории: Надежда и то, что она может за собой нести, и как противостоит и взаимодействует с Отчаянием.

Всё, красивых слов наговорила, интриги навела, можно переходить к следующему персонажу))0)0

Отец Ориона и Мертена, дядя Скиллы, старший брат Эрнестины

Заметили, что здесь нет никаких титулов, только семейные связи? Ну начнём с того, что опять же, он не столько персонаж истории Скиллы, сколько приквела. А там атмосфера даже более поехавшая, чем в оригинале. Оттого мне показалось интересным поместить во всё это месиво Обычного Человека. Конечно, самые безумные события он не застаёт, но ему более чем хватает того, что он видит.

Разведчик. Младший брат Нонны.

Как ни странно, Иль один из самых старых старичков, и он появляется в первой зарисовке комикса самым первым. И при этом у него нет прототипа. Возможно, кроме Финна из Времени Приключений. По сути, он даже имеет то же стремление стать героем. Разве что он не настолько скор на действия. Но честно говоря, если взять и показать мне Ильмена и Финна, я спрошу: "Зачем вы мне дали две одинаковые фотки?"

К сожалению, он один из тех персонажей, с которыми я понятия не имею, что делать дальше, хотя он мне очень интересен. В какой-то мере его отношения со старшей сестрой является отражением отношений Мерры и ее младшего брата.

При этом Скилла рядом с ним и другими младшекурсниками чувствует, как проявляется её синдром самозванки. Потому что они и в частности Ильмен не знали её в тёмные моменты, они не знают её на самом деле, но продолжают с восторгом следовать за ней, что пугает Скиллу, и вызывает ревность и обиду у родной старшей сестры Ильмена.

Так что есть, над чем подумать и что прописать дальше.

Мать Ириды и Скиллы. Младшая сестра Северина. Экс-секретарь главы Мезанис. Главный психолог Эрноэрта.

К моменту действия истории Скиллы Эрна уже мертва, и это триггер к большей части событий и к формированию проблем и характеров персонажей. Самое плохое для её младшей дочери, помимо того, насколько травматичными были обстоятельства смерти её матери, это то, что она для неё – идеал, в котором ей уже ни за что не увидеть изъянов.

И в этом главная проблематика Эрны: идеал, в котором есть куча тёмных сторон и недостатков, и то, как она влияет на остальных персонажей в истории, и даже на сам сюжет, даже после своей смерти.

Возможно, я бы смогла рассказать что-то про то, что она символизирует во мне, но в истории Скиллы Эрна больше образ, чем полноценный персонаж.

Во многом её арку можно описать так: "Благими намерениями выстроена дорога в ад".