ЭСТОК/КОНЧАР vs КОЛЬЧУГА: КОННЫЙ СВИНО-ТЕСТ
Конный тест «кольчугобойных» свойств оружия с клинком, по характеристикам максимально близким клинкам эстоков / кончаров XVI-XVII вв.
Проведен 25.05.2026, г. Барнаул.
Испытатели – автор статьи + Фея (Классическая выездка – Ренессанс, Барокко, клуб конного фехтования «Лошадка и песец»).
Оператор – Ольга Костенко (Классическая выездка – Ренессанс, Барокко, клуб конного фехтования «Лошадка и песец»).
Площадка + ассистирование в замерах + несколько ценных советов – Алексей Терсебаев (КИБИТКА. Верховые прогулки, прокат лошадей).
КРАТКИЕ ВЫВОДЫ
Укол конным, на галопе, оружием с «эстокоподобным» сверхжестким Y-образным клинком (Преваль B) дает уверенное пробитие кольчуги, с общей глубиной пробития кольчуга + поддоспешник + свин 8-12 см.
Такие результаты достигаются при активном (не пассивном!) уколе в направлении вперед-направо уже на собранном и рабочем галопе. Т.е. средний либо прибавленный галоп/карьер для достижения подобного результата не обязателен.
Кольчугу подводит и общая гибкость, и структура. Импульс укола концентрируется в центре кольца, и даже в случае отсутствия разрыва кольца оно растягивается в эллипс узким, но чрезвычайно жестким острием. «Невезучее» кольцо только помогает клинку как направляющая, когда кольчуга вминается в «рану» вместе с поддоспешником.
Успех = малая площадь поперечного сечения острия + очень, ОЧЕНЬ высокая жесткость клинка по всей длине. То, насколько клинок Преваля B жесткий и негнущийся (25 кг), в уколе против мишени общей массой ок. 60-70 кг, с доп. слоем в виде кольчуги наглядно демонстрирует стоп-кадр: то, что клинок начинает пружинить, становится заметным только при замедлении видео (см. видео в начале статьи).
Для сравнения, я напомню читателям, как может гнуть клинок гораздо менее нагружающая оружие мишень - набитое сеном чучело с противовесом в 15 кг (а не «неваляшка»), без мяса, жира и костей и без кольчуги, если этот клинок (тоже колющий) имеет жесткость не 25 кг, а 13-14:
Устрашающе выглядит и потенциал неудачного (не пробил/незначительно пробил) укола эстоком в плане тупой травмы из-за того, что кольчужное полотно вминается в «тело» противника вместе с поддоспешником.
Вероятно, примерно тех же результатов реально было добиться с Y-образными и X-образными эстоками и не длинными кончарами (с Y-клинками длиной не больше 100-110 см).
Для других эстоков/кончаров можно предположить ухудшение «кольчугобойной» способности, а для прочих традиционно считающихся «протыкателями кольчуг» мечей наподобие типов XV и XVIIIb и тем более сабель со штыковым концом – вообще минимальную приспособленность к этой задаче при конном применении, по причинам, изложенным в конце статьи в ПОДРОБНЫХ ВЫВОДАХ.
Существенно, что превосходство эстока/короткого кончара в жесткости и прочности над менее специализированным на укол длинноклинковым оружием должны были проявляться не только в случае некоего «идеального» укола (есть попадание в открытие, защищенное кольчугой, есть пробитие- эсток не погнулся, менее жесткий меч погнулся при пробитии или при извлечении), но в при «неидеальном» уколе. Этот момент уже отмечался в статье о технике владения эстоками/кончарами: допустим, в уколе случился промах в открытие и острие попало в сам латный доспех (например, скользнуло по краю кирасы и уткнулось в вальцовку/бортик). Здесь огромный запас прочности клинка эстока также мог давать выигрыш перед конкурентами в живучести оружия – преимущество, возможно, даже более важное, чем потенциал пробития кольчуги.
И что же, неужели у оппонента в кольчуге против эстока/короткого кончара совсем не было шансов? Можно выдохнуть, конечно были, даже с максимально мощным «приводом» укола в виде 5-6 лошадиных сил. Не всякая атака в сопротивляющегося противника столь удачна в плане эффективности укола – можно даже сказать, что настолько удачный укол был бы скорее исключением; а несопротивляющийся оппонент скорее всего будет бежать/скакать в ту же сторону, что нивелирует преимущества усиления укола конем. Если кольчуга защищает открытия латного доспеха – нужно попасть в это открытие, а не по закону подлости – в край кирасы или тассет. Если наносить укол как ответ, т.е. после парирования атаки противника, защищенного кольчугой, укол будет слабее, чем укол первым темпом. Аналогичная ситуация с контр-уколами: когда уколом нужно и атаковать, и защищаться, двуединый характер действия неизбежно приводит к тому, что эффективность одной из компонент (или наступательной, или оборонительной) падает; и если стараться надежно защититься от встречной атаки противника в процессе укола, то сам укол вынужденно будет заметно слабее простого прямого укола в линию.
ЧТО БЫЛО НАПИСАНО ПО ТЕМЕ
- Общая статья про эстоки/кончары XVI-XVIII вв., с их обзором и общими обмерами – здесь (в случае проблем с открытием файла: https://vk.com/longsword_club > раздел «Файлы»).
- Техника владения ими.
- «Околокончарные» идеи XVIII в.
- Превали как реинкарнация кончара в XIX в.: история разработки, «космические» результаты испытаний, обзор.
- Подробнейшие обмеры 2-х оригиналов Превалей (Преваль B из статьи как раз используется в тесте).
- Примеры поддоспешных дублетов - здесь.
- Поздний развитый ¾ кав. доспех (кирасирский), с которым кольчужные фрагменты как усиление поддоспешника использовались редко, поддоспешником работал буфф кот: статья.
- Пример толстого буфф кота.
- Пример боевого эпизода из 1643 г., где фигурирует и эсток, и кольчужные фрагменты как составная часть не вполне типичного кирасирского комплекта: статья.
Если у читателя в ходе прочтения возникают вопросы по тексту, целесообразно обращаться к указанным материалам.
ИДЕЯ ТЕСТА
Проистекает из сомнений автора в тезисе «эстоки/кончары» - «бронебойные» колющие мечи (бронебойные, конечно, с т.з. уколов по кольчужному полотну - будь это кольчужные вставки для защиты открытий латного доспеха или кольчуга/кольчато-пластинчатая защита как самостоятельный доспех). Сомнения с практическими примерами были приведены в статье под № 2 (см. выше).
ЦЕЛЬ
Установить, возможно ли конным, на галопе, пробить кольчугу активным уколом «эстокоподобного» меча со сверхжестким трехгранным (Y-образным) клинком, и если да, то а) насколько глубоко он может пробить тонкий поддоспешник и плоть под ним, и б) каковы будут повреждения кольчуги.
Доп. цель. Внести некоторую ясность в общий вопрос: насколько применение длинноклинкового оружия верхом вообще оправдано с т.з. эффективности использования, сравнив полученные результаты с результатами уколов пешим тем же оружием - для более наглядной картины того, насколько конное использование может быть результативнее, чем пешее (если вообще более результативно). (Аналогичное сравнение - для копья - упоминалось в статье «О джоулях на острие копья».)
ПРОБЛЕМА
Похожие эксперименты проводились другими коллективами конно, по кольчужным фрагментам, зафиксированным на манекене (единственный момент – эсток или кончар или «эстокоподобное» оружие не испытывались, из-за того, что в своей развитой форме в интересовавший экспериментаторов период еще не появились). Однако результаты экспериментов недостаточно показательны: манекен в кольчуге закреплен жестко (?) на вкопанном в землю (?) столбе (см. видео Музея «Куликово Поле»). На наш взгляд, это создает условия для того, чтобы кольчугу пробил вообще какой угодно инструмент, поэтому составить впечатление о ее фактических защитных свойствах и о бронебойной способности того или иного длинноклинкового мы не можем: нет массы, противодействующей уколу и одновременно подвижной (например, в формате станка-«неваляшки»), которая бы позволяла хоть как-то приблизить поведение мишени к оппоненту некоторой типичной массы, стоящему на ногах. Доп. момент из указанного теста, заставляющий по-новому взглянуть на вопрос стойкости кольчуги к колющим атакам, можно сформулировать так: если мечом с клинком тип XV и даже универсальной саблей еще в кон. XIV века можно уверенно пробить кольчугу, зачем вообще в нач. XVI в. понадобились эстоки с клинками сверх-специализированных сечений?
СРЕДСТВА
Сфокусируемся на конном тесте, пеший перформанс прошу не судить строго. Причина: обоснованная в статьях выше кавалерийская специализация эстока/кончара + такова специализация автора.
Несомненно, опытный пеший фехтовальщик даже при тех же невыдающихся физ. данных, что и у автора, добился бы лучших показателей пробития. Тем не менее, результат пеший – конный все равно нагляден, потому что показывает, насколько эффективнее может стать укол конкретного «оператора» при переносе его навыка на коня.
Хар-ки оружия
Как «заменитель» эстока/кончара с Y-образным клинком используется кончар Преваля 1840-60 гг. (оригинал) из коллекции автора (именуется Преваль B в статьях про Превали, там же все его подробнейшие обмеры). Здесь для нас важнее всего параметр жесткости клинка – 25 кг. Напомню, как мы измеряем жесткость - упираем оружие острием в напольные весы (клинок строго в вертикальном положении), давим ладонью на навершие, фиксируем показания весов в тот момент, когда клинок только-только начинает пружинить. 25 кг - это очень много. Напомню, что у специализированных палашей кон. XIX в. - периода ПМВ, рассчитанных в т.ч на укол на карьере, жесткость клинков – 13-14 кг (статьи про p1908, про бельгийский палаш 1894 г.). Для сравнения, данные из наполеоновского периода: жесткость клинков колющих кавалерийских палашей An XI/XIII (которая характеризовалась как недостаточная) – ок. 9 кг + см. подборку жесткости пехотного оружия того же периода.
Почему предполагаем максимальное сходство характеристик мощных кавалерийских Превалей с эстоками? Подробных, да и вообще любых данных по дистальному сужению клинков эстоков/кончаров по сию пору опубликовано очень мало (пример). По их жесткости тем более. Однако мы можем составить представление о жесткости клинков Y-образных эстоков/кончаров, зная макс. толщины Превалей 13 – 16 мм и макс. толщины э./к. того же порядка; зная очень плавное дистальное сужение клинков Превалей (и предполагая аналогичное у э./к.); видим, что у далеко не самого толстого Преваля B (толщина клинка у пяты 9,5 мм) жесткость клинка не намного меньше Преваля A толщиной у пяты 14,5 мм (25 кг против 30 кг, см. подробнее в конце статьи здесь); учитывая, что длины клинков э./к. почти всегда больше, чем длины клинков Превалей (> 1 м, у Превалей 1 м это максимум), и часто клинки э./к. у’же (ширина тоже влияет на жесткость), то даже в том случае, если конкретный эсток толще конкретного Преваля, бо’льшая длина клинка должна была нивелировать потенциальное преимущество в жесткости. Поэтому полагаем, что жесткость мощных кавалерийских Превалей в целом, и Преваля B в частности, может наглядно демонстрировать типичную жесткость для э./к., тем более что конкретно Преваль B, не будучи толстым у пяты (9,5 мм) , имеет относительно короткий клинок (т.е. его жесткость будет сравнима с жесткостью более толстого, но более длинного клинка Y-образного эстока).
Если говорить об ощущениях, клинок Преваля B воскрешает в уме слова П. Монте про «крепкий и надежный эсток, который нельзя ни согнуть, ни сломать» - это небольшой и относительно легкий, но совершенно негнущийся лом, при использовании которого по тяжелой мишени (не важно, есть кольчуга или нет) на галопе ни разу не возникает ощущение, что его прочности что-то угрожает; такой клинок вселяет совершенно непоколебимую уверенность в огромном запасе жесткости и прочности.
По кончарам дефицит информации об их толщинах – абсолютный, но кончары, особенно сверхдлинные, вероятнее всего, заметно менее жесткие даже при том же порядке толщин, у основания клинка – по такой логике, что на длине клинка больше 120 см оружейник просто был вынужден выдержать дистальное сужение, чтобы подобное «супер-шило» получилось управляемым (об этом же косвенно говорит их небольшая масса, редко превышающая 1 кг, пример).
Хар-ки фрагментов кольчужного полотна.
Два кольчужных фрагмента (реплики). Материал – оба из стали Ст3. Оба собраны по схеме 1 в 4, чередуется ряд клепаных колец, ряд цельных. Первую ( № 1 ) условно назовем «крупнозвенной» - d колец больше, чем у второй. Вторую (№ 2) назовем (условно) «панцирной» (кольца мельче, уплощенные). Размеры фрагментов кольчуг: № 1 – 70 x 32 см, № 2 – 45 x 27 см.
Размерности колец:
№ 1 – клепаные кольца - d внешний/внутренний 14,5 / 12,8 мм, толщина 1,1 мм; цельные кольца - d 13,6 / 11,2 мм, толщина 1 мм.
№ 2 – клепаные кольца d 13,7 / 10,2 мм, толщина 0,5-0,6 мм; цельные – аналогично.
Хар-ки мишени и станка.
Мишень + станок формируют массивную «неваляшку» с низким ЦТ общей массой ок. 70 кг.
Основа станка - пластиковая бочка 227 л. На дне бочки уложен балласт общей массой ок. 60 кг (мешок с песком, две плоские бетонные «чушки»). В бочку как «хребет» мишени вставлены три толстые картонные трубы, одна из которых длинная, и ее нижний конец упирается в балласт; трубы расклинены небольшой покрышкой для того, чтобы максимально снизить люфт мишени относительно станка (т.е. чтобы итоговая «неваляшка» уступала уколу как единое «тело» и передавала на руку колющего существенную отдачу). Тело оппонента имитирует плотно наложенная на длинный отрезок картонной трубы и зафиксированная скотчем «корейка»: фрагмент свиной туши толщиной 5-7 см, включающий часть грудной стенки с ребрами, массой ок. 7 кг.
Поддоспешником выступил мой старый бушлат из шерстяной ткани, на который нашиты фрагменты кольчуги.
Мишень, таким образом, имитирует пешего бойца. В значительной степени эта мера вынужденная, т.к. имитировать чучелом конного оппонента, чтобы чучело было настолько же массивным и в то же время реалистично реагирующим на укол, гораздо сложнее + небезопасно/непедагогично для коня.
Уколы с коня.
Пассивные уколы в эксперименте не использовались – в контексте XVI - сер. XVIII вв. пассивный укол, особенно пассивный укол 1-го типа, едва ли применим против пешего. Пассивный укол 2-го типа, вероятно, вообще тогда не использовался.
В деле только один (активный) укол: в направлении вперед-направо, как обеспечивающий наиболее эффективное задействование энергии движения коня на галопе для усиления укола.
Хват – c вытянутым на левой боковине рукояти большим пальцем:
Аналог данного вида хвата (конечно, с поправкой на иной вид эфеса) использовался в том числе и конниками в XV-XVI в. наряду с молотковым. Молотковый хват, несомненно, также использовался активно, но условия эксперимента требовали точности и максимально возможного результата по пробитию, а способ удержания с вытянутым слева большим пальцем, по ощущениям, при уколах верхом обеспечивает и наибольшую надежность удержания, и наибольшую точность.
Положение кисти в исходной позиции для укола - ногтями вверх/тыльный стороной ладони вниз, «длинное лезвие» (здесь клинок безлезвийный) смотрит вовнутрь (влево), - т.е. условно пользуясь поздней терминологией, кварта.
При этом необходимо отметить, что в процессе укола указанное положение клинка не сохраняется, в т.ч. по той причине, что соображение извлечения клинка при близком проезде, с учетом указанной ниже моей ошибки, подталкивало к тому, чтобы эта позиция видоизменялась в процессе укола: к моменту начала пробития нижняя кромка клинка смотрит влево-вниз, к моменту извлечения она смотрит вниз (т.е. в процессе укола оружие поворачивается по продольной оси клинка против часовой стрелки, положение ладони на рукояти не меняется):
С т.з. конного боя Нового времени со среднестатистическими саблями/палашами – это, строго говоря, было бы ошибкой, т.к. с обычными не очень жесткими клинками появляется риск согнуть клинок при извлечении (из-за изгибающей нагрузки, в какой-то момент времени направленной перпендикулярно плоскости клинка). В контексте ренессансного конного боя это не критично, тем более при сверхжестком Y-образном клинке отсутствует риск согнуть его (т.е. еще одно достоинство клинка эстока – можно колоть как угодно с т.з. той или иной нагрузки на клинок, он выдержит любую).
Мои ошибки при уколах с коня, которые далее на видео будут хорошо заметны, и которые могли ухудшить показатели пробития: нарушен тайминг укола. Рука с некоторым запозданием выбрасывает оружие в сторону цели, и к моменту начала входа острия в цель не успевает полностью разогнуться в локте. При отсутствии этой ошибки и своевременном полном распрямлении руки передача энергии в цель была бы более эффективной, что, вероятно, улучшило бы показатели пробития, и сделало бы более явной разницу между пешим и конным уколом во всех случаях укола по мишени в кольчуге. Возможно, ошибка непроизвольно поддержана инстинктивным стремлением снизить нагрузку на большой палец, кончик которого в некоторых случаях я пробовал упирать в щиток (т.к. нагрузка на него из-за сопротивления кольчуги с учетом увеличения энергии укола конем все же повышенная), что непроизвольным же образом было достигнуто за счет амортизации не до конца разгибающимся локтевым суставом. (В случае аналогичного хвата с эстоком с простой крестовиной эту нагрузку пришлось бы терпеть скорее указательному пальцу).
Уколы пешим. Выполнены одной рукой и в полумече, оба из высокой позиции (как потенциально наиболее мощные). Хват здесь использован молотковый – с учетом высокой позиции и более простым прицеливанием по сравнению с уколами на галопе. Очевидные ошибки – мои «проваливания» вслед за мишенью (крайне непривычно работать с такой мишенью пешим, и я не сомневаюсь, что в парной фехтовальной практике у коллег случалась подобная потеря равновесия), однако они компенсировались либо повтором, либо проверкой другим способом укола (по той логике, что если полумеч без потери равновесия дает тот же результат, что укол одной рукой с некоторой потерей равновесия, значит потеря равновесия здесь ни при чем).
Что конным, что пешим, я не пытался вкладывать в уколы чрезмерное усилие. Избегаемый так недостаток понятнее всего проявляется в рубке – не стоит рубить так, как не стал бы рубить сопротивляющегося противника (например, делая гипертрофированные замахи, или принимая исх. позицию, которая бы не использовалась в поединке, или использя стойку, не пригодную для подвижного боя); с уколами аналогичная логика. Однако конным все же, действуя по ощущениям от подозрительно низкой результативности первых уколов в свинью в кольчуге № 1, я попытался чуть усилить укол через увеличение его амплитуды, т.е. несколько больше «взводя» руку в исходной позиции: локоть сильнее согнут, кисть чуть больше отведена назад. (Та же тема, что обсуждалась в серии постов про «замах» на укол (пост 6); против пехотинца она в целом более оправдана, а где-то и необходима).
Уколы направлялись только в участок с ребрами, чтобы в случае пробития кольчуги исключить проход клинка в мягкие участки без кости (что могло бы создать ложное впечатление легкости пробития).
Седло. Из своих седел для эксперимента я выбрал камаргское (по фр. региону Камарг) - седло, которое среди современных рабочих (пастушьих) седел максимально близко к седлам (условно) рыцарского типа, а именно к обозначенным в статье седлам 1-го типа (NB на форму задней луки «спинка с ушами»).
РЕЗУЛЬТАТЫ
Глубина пробития, повреждения кольчуги
Глубина пробития оценивалась следующим образом. Пешим – как показано на видео, с последующим измерением рулеткой участка клинка, углубившегося в цель. Конным все сложнее. Так как в процессе укола на галопе при извлечении клинка из цели после достижения максимальной глубины пробития невозможно воспользоваться тем же способом замеров, измерения проведены с помощью хозяйственной крупнопористой губки для мытья посуды, насаживаемой на клинок так, чтобы до момента попадания острия в цель кончик острия примерно на 1-2 см выступал над поверхностью губки; соответственно, в процессе пробития острием цели губка смещается назад от острия. Пробитие замерялось при каждом уколе измерением фрагмента длины клинка от острия до внешней поверхности губки; повреждения кольчуги устанавливались осмотром.
Пеший, без кольчуги (на свинье только бушлат), укол 1 рукой – пробитие 7 см (далее слово пробитие опускается), в полумече – 15 см:
Клип с уколом 1 рукой:
https://vkvideo.ru/@longsword_club/clip-48237828_456241672
Видео с уколом в полумече:
Пеший, свинья в кольчуге № 1, укол 1 рукой – 8,5 см , в полумече – 8 см (клинок растягивает кольцо в эллипс):
Пеший, свинья в кольчуге № 2, укол 1 рукой – 3,5 см , в полумече – 3,5 см (клинок растягивает кольцо в эллипс):
Конный, без кольчуги (на свинье только бушлат) – 23 см:
Конный, кольчуга № 1 - 8 см; 6 см (клинок растягивает кольцо в эллипс ).
Конный, кольчуга № 2 - 12 см. РАЗОРВАНО 1 ЗВЕНО (клёпаное). Единственный случай разрыва кольца.
Повреждения свина, видимые снаружи и изнутри.
Повреждений ребер не было зафиксировано (это отдельная и интересная тема, которую мы еще затронем). В одном случае удалось разглядеть проход острия между ребрами:
Там, где клинок пробивал глубоко напротив длинной картонной трубы, труба содержит гораздо более четко оконтуренные, чем на мясе, Y-следы:
ТАБЛИЦА ПРОБИТИЙ
ВЫВОДЫ (ПОДРОБНЫЕ), 3 БЛОКА
- «КОЛЬЧУГОБОЙНОСТЬ» ВСЕГО ПОДРЯД - ПОД ВОПРОСОМ?
Укол на галопе оружием с «эстокоподобным» сверхжестким Y-образным клинком дает уверенное пробитие кольчуги. Вся энергия укола концентрируется в центре кольца, и даже в случае отсутствия разрыва кольца оно растягивается в эллипс узким, но чрезвычайно жестким острием; кольчуга вминается в «рану» вместе с поддоспешником.
Залог успеха: малая площадь поперечного сечения острия и высокая жесткость клинка по всей длине. Т.е. очень существенно не только то, что дистальное сужение и сужение профиля идут очень плавно, но и то, что нет дифференциации клинка по зонам с разным поперечным сечением, значительно различающимся по всей жесткости: здесь короткое рикассо D-сечения, и далее до острия непрерывно идет мощный «игрек».
В то же время мы видим, что кольчуга заметно затрудняет пробитие «тела». Плюс можно отметить некоторый эффект «зажевывания» кольчугой клинка.
Как это может повлиять на результаты пробития кольчуги, поддоспешника и оппонента иным специализированным на укол оружием с менее жесткими клинками?
При ответе на поставленный вопрос возможно выдвинуть следующие тезисы:
- эстоки c очень узкими (шиловидными) клинками треугольного или квадратного сечения (они, как правило, у’же Y /X-образных), вероятно, могли быть, если можно так выразиться, чересчур хорошими протыкателями кольчуг: с чрезмерной проникающей способностью (когда «шило» боевого конца прошивает кольчугу практически без доп. сопротивления, из-за малой площади легко пробивает оппонента насквозь, допустим, на 30-40 см. Будет ли преимуществом большее пробитие, чем 8-12 см? Скорее всего нет. Чрезмерное пробитие, тем более при наличии кольчуги затруднит извлечение (как минимум извлечение займет больше времени, а в боевых условиях важны доли секунды) и будет способствовать деформации клинка при извлечении. В другом свинотесте, без кольчуги (пока что не опубликован), менее жесткий, чем испытанный Преваль B, Преваль С (см. статью) более близкий к шиловидным клинкам и сделанный из менее качественной стали (не пружинит, а гнется), пробивая на 30 см незащищенную свиную тушу, гнулся именно в процессе извлечения из небронированной цели.
- сверхдлинные кончары – для этой категории, которая традиционно считается априори «кольчугобойной», результаты теста заставляют парадоксально предположить наименьшие «противокольчужные» свойства. Ведь жесткость из-за очень большой длины клинка среди прочих эстоков/кончаров – минимальна, соответственно, риск погнуть /сломать такой кончар из-за перегрузки - максимальный.
Рискну высказать идею, что в случае сверхдлинных кончаров выбор типичных для э/к сечений – это не признак их «противокольчужной» специализации, а ответ на запрос дать приемлемо управляемое на коне оружие для пассивного укола первого типа с т.з. обеспечения максимальной длины клинка (которая призвана компенсировать невытягивание руки в сторону укола), при сохранении типичной «сабельной» массы не больше 1 кг. К тому же для периода кон. XVII в. – нач. XVIII в., которым датируется большое число подобных кончаров, сведения о продолжении активного бытования кольчуг/кольчато-пластинчатых доспехов даже у самых консервативных противников (османы и вассальные государства например) не вполне однозначны (см. например B. Mugnai. Wars and soldiers of the early reign of Louis XIV. Volume 3 - The Armies of the Ottoman Empire 1645-1718.). Поэтому сверхдлинный кончар – оружие против бездоспешного оппонента, или как максимум защищенного мягким доспехом (что-то набивное-простеганное).
- колющие мечи, а также мечи с клинками типов XV и XVIIIb/d (и подобные им по клинкам мечи и рапиры XVI-XVII вв.) в той же задаче – пробить кольчугу, поддоспешник и носителя хотя бы на 8-10 см, – скорее всего могли проявлять, при том же использовании верхом, следующее сочетание уже называвшихся выше недостатков:
а) при относительно широком острие - недостаточное пробитие, т.к. и поперечное сечение острия больше (острию приходится преодолевать большее сопротивление материала), и жесткость клинка меньше, чем у эстока - а это означает потерю части импульса укола при изгибе (Marey-Monge 1860, 47);
б) при максимально шиловидной форме острия (как у некоторых мечей тип XV) - большой риск погнуть/сломать клинок. Например, острие меча XV типа (или XVa) предположительно столь же легко пройдет сквозь звено кольчуги, или даже лучше, чем клинок эстока. Но клинок такого меча в сильной части имеет крайне неспециализированное сечение в виде уплощенного широкого ромба (пример), а это значит, опять же, недостаточную жесткость клинка и теперь уже риск погнуть /сломать клинок в процессе пробития цели / либо в процессе извлечения из нее.
Т.е. хотелось бы подчеркнуть, что представляется важным при определении «противокольчужной» специализации определить не только простое «пробьет на 10 см /не пробьет на 10 см», но также ответить на вопрос: не является ли такой «протыкатель кольчуги» одноразовым?
Т.е. в картине идеального укола (точное попадание мощным уколом в кольчугу и ее пробитие) сравним гипотетическую ситуацию: эсток пробил и клинок полностью сохранил свою форму, «оператор» эстока тут же готов к новому уколу; колющий меч тоже пробил, но в процессе пробития сильно погнулся в той или иной области клинка, или пробив слишком глубоко, погнулся в процессе извлечения (да, если изогнулся не самый кончик острия, его можно выправить чуть ли не на скаку, но опасность самой ситуации, думаю, не нуждается в доп. пояснениях).
А теперь представим картину неидеального укола - момент, который уже отмечался в статье о технике владения эстоками/кончарами. Например, при промахе в открытие и попадании в латный доспех (острие со всей силы попало в вальцовку/бортик кирасы). С колющим мечом гораздо больше риск погнуть клинок, в отличие от эстока, клинок которого, несмотря на фантастичность идеи про «пробитие латного доспеха», тем не менее, имеет такой запас прочности (при той же массе, что и обычный меч), что сможет выдержать столкновение с тем объектом, который пробить не в состоянии.
В этом месте необходимо сделать оговорку - автор ни в коем случае не пытается обидеть всех фанатов мечей тип XV/XVa и XVIIIb/d, принижая их колющие качества. Представляется существенным, что ответ на вопрос про «одноразовость» мечей наподобие XV и XVIIIb/d зависит от сферы использования пешая/конная. Почему? В харнишфехтене техника полумеча позволяла искусственно преодолеть не оч. высокую жесткость клинка за счет удержания клинка левой рукой за середину/ближе к острию; но в россфехтене техники полумеча в любом случае носили крайне вспомогательный характер, а при уколах одной рукой должны были вступить в дело указанные выше недостатки. И именно запрос на увеличение жесткости клинка при использовании удержания одной рукой конным мог стать той силой, которая в нач. XVI в. ввела в арсенал зап.-европейского жандарма «колющий меч нового поколения»: эсток с сверхспециализированным на укол клинком, что является доп. доводом в объяснении того, почему эсток/кончар - гл. образом оружие конника.
Внимательные и въедливые читатели могут поставить в вину автору: автор, ведь у тебя же есть валлонка с узким клинком для сравнения? Тем более клинок ее уплощенный ромб в сечении, почему бы и не сравнить для наглядности. Дело в том, что в своих экспериментах с использованием антикварного оружия я по понятным причинам стараюсь избегать задействование их в тестах «на грани», или заведомо не соответствующих их специализации. Поясню на примере Преваля B. Он был «назначен на роль» эстока только благодаря тому, что у меня не было ни единого сомнения, что его запас прочности – просто чудовищен, и что он легко выдержал бы и более суровые тесты без какого-либо ущерба. Жесткость его клинка, напомню - 25 кг. Валлонка же с жесткостью клинка 7-8 кг находится практически на противоположной границе колющего оружия, т.е. у меня нет сомнений обратного рода: что валлонка при попытке колоть свино-мишень пострадала бы даже при уколе по бездоспешной свинье, не говоря уже о столкновении с кольчугой, в которой «потерпевшей» выступила бы не кольчуга, а сама валлонка (подробнее про ее скромные колющие качества - в отдельной статье).
- СИЛА УКОЛА КОННЫМ - ПЕШИМ
Сравним результаты конного теста: без кольчуг (свин в одном бушлате), и с кольчугами. Кольчуги заметно уменьшают потенциал поражающей способности укола, доступный конному: если небронированный свин поражается конным с пробитием 23 см (пешим одной рукой - 7 см), с кольчугой показатели пробития в абсолютном выражении даже конным снижаются до 8-12 см (тем не менее, и то и другое для Бибопа потенциально смертельно).
В то же время уколы на галопе сглаживают разницу между кольчугами в сравнении с уколами пешим. Если кольчуга № 2 пробивалась пешим намного хуже кольчуги № 1 (3,5 см (скорее всего не умрет) против 8 см (умер)), с вовлечением в дело 5-6 л.с. граница эффективности кольчуг все равно смазывается; для свина уже все равно, какая кольчуга, пробило на 8 см или 12 см.
Однако неоднозначна разница между поражением конным и пешим свина в кольчуге № 1 (к. с бо'льшим диаметром колец) на одинаковую глубину 8 см, тогда как с затруднением прокалываемая пешим кольчуга № 2 уколом верхом была пробита в 3,5 раза лучше (12 см против 3,5 см ).
Внимательно пересмотрев видео, выявил причину: галоп при атаке свина в кольчуге № 1 – манежный (собранный) на его верхней границе по скорости. В атаках свина в кольчуге № 2 – уже более быстрый по темпу (но не намного) рабочий галоп. Таким образом мы (незапланированно) получили наглядный пример того, как незначительное увеличение импульса (стремление лошади двигаться вперед, в данном случае вызванное некоторым перевозбуждением Феи от новых деталей мишени – свинья + кольчуга) и вытекающее из него и поддержанное всадником контролируемое увеличение темпа галопа (даже небольшое!) явно увеличивает силу укола: кольчуга № 1 на манежном галопе пробита на такую же величину, что и пешим, кольчуга № 2 на рабочем галопе пробита с почти в 4 раза лучшим результатом (при одной и той же технике укола и при одних и тех же недочетах в уколах).
Примечательно, что только в этих условиях необходимость «переварить» увеличенную энергию укола выразилась в том, что легкий прогиб клинка Преваля B под нагрузкой стал заметным при замедлении видео.
При сравнении эффективности укола конным и пешим необходимо помнить про конную специфику – укол почти в любом случае (за очень редкими исключениями) наносится не перед собой, а так или иначе в сторону, т.е. вектор укола составляет некоторый, больший или меньший, угол с вектором импульса, производимого конем:
Что означает: хотя в абсолютном выражении укол верхом на галопе будет почти наверняка мощнее укола пешим, его КПД из-за указанной особенности - ниже: тем ниже, чем больше угол между вектором укола и направлением движения лошади.
В рассмотренном 3 абзацами выше случае сказанное про КПД выразилось в том, что манежный галоп дал результат пробития как пешим. Несомненно, что в абсолютном выражении он несколько (скорее всего ненамного) был мощнее пешего укола, однако понижение КПД вовлечения мощности коня в укол из-за направления укола вперед-направо привело к тому, что результативность получилась не лучше пешего.
- ПРИШЕСТВИЕ БУФФА ВМЕСТО КОЛЬЧУГИ в XVII в. – ОЖИДАЕМО?
Что порекомендуем зап.-еевропейскому бойцу в ретроспективе, раз так опасно в кольчуге? Толстый буфф кот не лучший ли выбор? Вязкий, однородный. Чепрак толщиной 3,6 – 4 мм, испытанный конным уколом другого, менее мощного Преваля С, был пробит, но с нулевым заброневым эффектом; чепрак предположительно существенно плотнее кожи буфф кота (которая даже при значительной толщине обработана так, что сохраняет мягкость и гибкость), но учитывая, что толщины буфф котов могли доходить до 1 см, можно предположить, что толстый буфф кот мог защитить от укола (даже эстоком/кончаром, может быть и пехотной пикой) лучше, чем кольчуга. Отсюда (?) популярность буфф котов в XVII в. в том числе как поддоспешников, отсюда выход из употребления под латным доспехом кольчужных вставок, которые в Зап. Европе в 17 в. скорее становятся «дедушкиным» способом защиты открытий. В свете подобных экспериментов область плеча и подмышки, закрытая буфф котом, выглядят более надежно защищенной.
Буфф кот также подталкивает к идее о том, что его владелец меньше рисковал получить тупую травму в ситуации, если мы сравниваем «уколом не пробита кольчуга» - «уколом не пробит буфф кот». Несмотря на то, что буфф кот, как и кольчуга, гибкий, возможно, он давал преимущество за счет своей эластичности и того обстоятельства, что не обеспечивал настолько явную концентрацию усилия от укола в одной точке, как кольцо кольчуги.
С другой стороны, с т.з. разумного сочетания как вспомогательной защиты фрагментов кольчужного полотна и буфф кота, можно вспомнить в качестве примера из 1643 года полковника Хэслриджа: кольчужные рукава имеют смысл в том плане, что кольчуга отлично защитит от ударов/порезов руки, в которые уколы обычно не нацеливаются. И если предположить сочетание буфф кота с кольчужными рукавами, то буфф лучше защитит если и не подмышки, то плечо/лопатку, от укола спереди/сзади, тогда как кольчужные рукава будут отлично защищать от ударов.
Автор – Максим Звягинцев