СЛУЧАЙНЫЕ «ПРИВЕТЫ» В ПРОШЛОЕ
Образ Дон Жуана весьма противоречив. Легендарный герой-соблазнитель не абстрактный грешник, а человек со своими взглядами, несомненными недостатками, но и определенными достоинствами. Он красноречив, смел, поэтичен, способен на благородные поступки и неглупые рассуждения.
В Челябинском театре кукол состоялась премьера спектакля «Дон Жуан» (режиссер – Александр Янушкевич). Постановка основывается не на одной конкретной книге. Драматург Алексей Гончаренко объединил прекрасные тексты – произведения пяти авторов: Мольера, Байрона, Гольдони, Гофмана, Мериме – в собственной инсценировке, «смешав» комедию, драму, трагедию, поэму в одном флаконе.
О том, что «Дон Жуан» может послужить толчком для откровенной беседы, что театр – дело живое, в центре которого – человек из плоти и крови, а также о случайных «приветах» в прошлое, рассказал Алексей Гончаренко.
Первая часть интервью доступна по ссылке.
Вторая часть интервью доступна по ссылке.
Третья часть интервью доступна по ссылке.
Четвертая часть интервью доступна по ссылке.
Пятая часть интервью доступна по ссылке.
Часть 5
– Алексей Николаевич, над сколькими проектами вы можете работать одновременно?
– У меня помимо разных проектов есть основная работа в Союзе театральных деятелей РФ, которая подразумевает организацию лабораторий и фестивалей. А вообще, думаю, что оптимальное число проектов, над которыми можно трудиться одновременно, – четыре или пять, но чтобы они были на разных стадиях. Благодаря им профессиональная деятельность становится разнообразней, интересней.
К примеру, устал от одного проекта, можно переключиться на другой, и это подпитывает. Больше пяти проектов я не беру – эмоционально и физически тяжело, голова не выдерживает, психологически сложно. Когда их четыре или пять (притом разных, не однотипных), – это хорошо. Полезно сменить один вид деятельности на другой: составить смету, договор вычитать и подписать, а потом «выйти» из организационных дел, подумать о творческом проекте по книжке одного современного писателя для подростков, написать про актера-кукольника для журнала или прочитать лекцию в рамках образовательной программы «Мастерская инсценирования» в РАМТе (улыбается).
– Когда вы занимались выпуском «Дон Жуана», удавалось уделять время другим проектам?
– Нет, как раз в этот период я был глубоко и полностью погружен в премьерный спектакль. В голове «крутились» тексты только про Дон Жуана. Сидя на репетициях в зале, было важно не отвлекаться на какие-то посторонние вопросы, потому что актеры, сами того не желая, своими действиями на сценической площадке, собственными реакциями подсказывали нужные решения.
Работа над «Дон Жуаном» оказалась ужасно интересной с театроведческой точки зрения. Мне всегда любопытно исследовать театр изнутри, подмечая то, как актеры существуют на сцене и за ее пределами, изучать особенности «механизма актерской пристройки», перевоплощения. Наблюдать за тем, как одному человеку необходимо прийти за час до начала репетиции, готовиться, повторять текст, постепенно погружаться или как другому артисту нужно обязательно прибежать за пять минут, моментально выскочить на сценическую площадку. Эти актерские дела безумно любопытны. По сути, они являются неотъемлемой частью театра. Театр – дело живое, в центре – человек из плоти и крови, у которого есть настроение, обусловленное сегодняшними событиями. К примеру, случаем в трамвае (предположим, на ногу случайно наступили), или удачным проектом, который стартовал накануне, или предложенной ролью в фильме... Да много чем! Я безгранично радуюсь возможности наблюдать за творческим процессом и подмечать детали.
– Алексей Николаевич, а случалось, что актеры придумывали во время репетиций какие-то удачные фразы, которые потом оставались в спектакле?
– В «Дон Жуане» таких ситуаций не возникало, так как в основе постановки был внятный классический текст, от которого мы не отступали. А вообще, когда я работал над инсценировками по современным произведениям в других театрах, такое случалось…
Страшно радуюсь, если интересные реплики приносят актеры, импровизируя в логике своего персонажа (они же «не отсебятину порют»!). Радуюсь, когда фразы, рожденные в процессе репетиций, остаются в спектакле. Зритель на них хорошо реагирует!
Тема сотворчества очень важна, потому что актер как никто другой понимает своего героя, может придумать невероятные, живые, выигрышные вещи, которые не придут в голову драматургу или режиссеру в силу того, что они заняты общей структурой, сюжетом и всеми персонажами.
– В одном из интервью вы сказали: «Театр кукол должен быть разным; небанальным, оригинальным, важным, свежим, талантливым – только так». «Дон Жуан» соответствует этим эпитетам?
– Ой, однозначно сказать не могу (улыбается), ведь я в числе постановщиков. Сложно говорить такие эпитеты о своей работе и о себе. Очень легко их говорить по отношению к другим.
Во всяком случае, я надеюсь, что это так. Никто не ставил перед собою цель сделать плохой спектакль. Могу с уверенностью сказать, что артисты на сцене безумно талантливые! А вот насколько это свежо и важно, пусть скажет зритель.
– Процитирую ваше высказывание: «Спектакль – это повод для общения. Благодаря ему разные поколения могут поговорить о темах, о которых еще не говорили. Театр провоцирует на разговор, и это очень важно». После «Дон Жуана» какие разговоры возможны, на ваш взгляд?
– Мне кажется, возможны самые разные разговоры! К примеру, любовные сюжеты могут стать темой для обсуждения. И не только… Ведь круг общения Дон Жуана как персонажа не ограничивается женщинами. У него есть две очень важные сцены: встречи с отцом. Мы видим историю, как родитель навязывает некие правила поведения, наставляет сына. В тексте Мольера звучат вполне себе целомудренные вещи.
Эти сценарии поведения героя с разными людьми, безусловно, могут послужить толчком для разговора после спектакля. И здесь уместно задать вопросы: «А как я общаюсь с людьми? Как взаимодействую с ними? Использую ли я их? Или меня использует кто-то?».
Я всегда радуюсь, когда театр становится поводом для бесед (пусть через день, через неделю, через месяц или год), когда воспоминания о спектакле, эстетические впечатления (понравилось/не понравилось, кукла красивая/некрасивая), ассоциации с героями вызывают у человека желание посмотреть на себя со стороны, соотнести себя с персонажем, оценить свои слабые и сильные стороны, понять, какие чувства родились после просмотра спектакля… Радуюсь, когда зрители говорят: «А ведь раньше нам и в голову не приходило задуматься над этим!».
Бывает, нас что-то тревожит в отношениях с близким человеком, а вот найти повод поговорить не всегда получается: нельзя же за завтраком ни с того ни с сего, наливая кофе, задать какой-нибудь сложный вопрос. Обсуждение «Дон Жуана» может послужить толчком для откровенной беседы.
На самом деле, каждый участник творческой команды вкладывает что-то свое в спектакль, а потом каждый зритель что-то свое считывает. Я знаю режиссеров, которые обижаются, если публика не дословно поняла его месседж. А есть режиссеры (и мне кажется, Саша Янушкевич из их числа), которые позволяют зрителю свободно мыслить, допускают вариативность восприятия.
– Разговоры после «Дон Жуана» могут быть не только философские, возвышенные, но и приземленные… Сцена с господином Диманшем наталкивает на одну актуальную тему о том, что молодежь любит брать кредиты…
– Не только молодежь. Многие люди живут с ипотеками, вынуждены залезать в долги. Да, эта тема хоть и не первостепенная в спектакле, но она может стать поводом для разговора, кого-то затронуть.
– Алексей Николаевич, что для вас Челябинский театр кукол?
– Это замечательное место, прекрасный театр! Так получается, что я к нему периодически обращаюсь в рамках своей педагогической деятельности… Буквально несколько недель назад в Театральной школе Константина Райкина, читая лекции по «Истории театра кукол», мы обсуждали спектакли челябинского театра со студентами курса Анны Ивановой-Брашинской, которая, между прочим, здесь ставила спектакль.
Мы говорили про Валерия Вольховского, про Михаила Хусида. И ребят страшно заинтересовали, зацепили эти имена. Слава Богу, сохранились записи спектаклей, которые доступны на YouTube-канале Александра Борока. Всех адресую именно туда. Ведь на его канале собран уникальный архив. Кстати, слышал, что в Челябинском театре кукол устраиваются видеопоказы архивных записей с последующим обсуждением. Дело невероятно важное!
Во время подготовки к лекциям, я пересмотрел много видео, поймав себя на мысли: «Какие потрясающие спектакли! Какие замечательные режиссеры! А какие точные актеры!». Приехав сюда, встретился еще раз с Марианной Тарасовой, Федором Псаревым, которые были заняты в спектакле «Я, Фауст, …», было очень радостно столкнуться с ними в работе.
Удивительная вещь – спектакли в постановке Валерия Вольховского, Михаила Хусида до сих пор актуальны, интересны, любопытны с профессиональной точки зрения. К примеру, мои студенты искренне восхищаются тем, как была сделана кукла Чичикова, хотя, казалось бы, это эстетика 70-х годов прошлого века… Но кукла, действительно, живая! Получился такой роскошный персонаж, что не передать словами! А эксперименты Хусида, которые смотрятся как новаторство сегодняшнего дня! Они настолько захватывают, что молодые люди 19-ти лет готовы сидеть часами, всматриваясь в детали.
Недавно вспомнил, что у Михаила Хусида был спектакль «Дон Жуан» (1992 год), поставленный вместе с Юрием Соболевым в Международной мастерской театра синтеза и анимации «Интерстудио» (Царское село, г. Пушкин). Случайно возникли «приветы» от нас туда, в прошлое, хотя мы этого совершенно не предполагали.
Порой меня спрашивают: «А что в Челябинске есть театр кукол для взрослых? Куклы для взрослых – а разве так можно?». Я улыбаюсь и отвечаю: «Да, есть, притом в Челябинске крутой театр кукол для взрослых Всероссийского уровня. Театр, который всегда был известен на всю страну своими качественными, серьезными, сильными спектаклями для взрослых. Странно, что такие вопросы вообще возникают».
С уверенностью можно сказать, что здесь, в челябинском театре, ощущается связь поколений, она не теряется… При этом человеческая связь не пропадает. Замечательно, что Александр Борок хранит традиции.
От него постоянно исходит позитив, мощная поддержка на всех уровнях. Важно, что он, будучи не внутри спектакля, не влезая в постановочный процесс, способен своим присутствием или одним словом подсказать, подбодрить, создать такую атмосферу, которая помогает придумывать и работать.
Первая часть интервью доступна по ссылке.
Вторая часть интервью доступна по ссылке.
Третья часть интервью доступна по ссылке.
Четвертая часть интервью доступна по ссылке.
Пятая часть интервью доступна по ссылке.
Светлана Демцура
#ПрогрессивнаяТеатральнаяОбщественность #chelly #protochelly #ПроТО #театр #Челябинск #ЧелябинскТеатральный #ДонЖуан_ТК #Алексей_Гончаренко_ТК