АЛЕКСЕЙ ГОНЧАРЕНКО: «ОТКУДА БРАТЬ МНОГО ЖЕНЩИН?! НЕ ПЕРЕПИСЫВАТЬ ЖЕ МОЛЬЕРА!»
Образ Дон Жуана весьма противоречив. Легендарный герой-соблазнитель не абстрактный грешник, а человек со своими взглядами, несомненными недостатками, но и определенными достоинствами. Он красноречив, смел, поэтичен, способен на благородные поступки и неглупые рассуждения.
В Челябинском театре кукол состоялась премьера спектакля «Дон Жуан» (режиссер – Александр Янушкевич). Постановка основывается не на одной конкретной книге. Драматург Алексей Гончаренко объединил прекрасные тексты – произведения пяти авторов: Мольера, Байрона, Гольдони, Гофмана, Мериме – в собственной инсценировке, «смешав» комедию, драму, трагедию, поэму в одном флаконе.
О том, как появилась идея обратиться к зарубежной литературе XVIII-XIX вв., выборе авторов, монтаже текстов, об эволюции любовных отношений и о том, почему Дон Жуан читает отрывки поэмы Байрона, рассказал нам Алексей Гончаренко.
Первая часть интервью доступна по ссылке.
Вторая часть интервью доступна по ссылке.
Третья часть интервью доступна по ссылке.
Четвертая часть интервью доступна по ссылке.
Пятая часть интервью доступна по ссылке.
Часть 1
– Алексей Николаевич, почему Дон Жуан? Кому принадлежит идея обратиться к этому материалу?
– Идея возникла в процессе совместных обсуждений с режиссером Александром Янушкевичем. На самом деле, сейчас трудно сказать, кто первым предложил, озвучил ее.
С труппой Челябинского театра кукол на тот момент я был знаком в большей степени как зритель. Александр в отличие от меня уже плодотворно поработал с актерами, когда выпускал «Годунова», знал их очень хорошо.
И когда появилось предложение сделать следующий спектакль, то каким-то образом в процессе разбора разных материалов, мы остановились на Дон Жуане.
– Костюм Дон Жуана, судя по фотографиям, достаточно современный. А текст соответствует костюму, в нем присутствует современная лексика, современные словечки?
– Нет! Категорически нет! Собственно, когда возникла задумка «Дон Жуана», мы решили, что основу спектакля составит только зарубежная литература XVIII-XIX вв. Понятно, что корпус текстов про Дон Жуана колоссальный, огромный, разнообразный. Есть очень современный материал. Однако мы решили его не брать в работу. И поэтому в премьерной постановке все слова позаимствованы из текстов тех пяти авторов, которые указаны на афише. Современной лексики нет.
– Как раз об этом следующий вопрос. На афише значатся имена: Мольер, Байрон, Гольдони, Мериме, Гофман. Это весьма неожиданно! Многие зрители спрашивают: «Что в спектакле от Байрона? От Гофмана?». Расскажите, пожалуйста, чем обусловлен выбор авторов? Как вы отбирали тексты?
– Дон Жуан – очень объемный персонаж. Ограничиться только одним автором не получалось. К тому же Александр (режиссер спектакля Александр Янушкевич – прим. ред.) просил, чтобы в спектакле было больше женских ролей. В пьесе Мольера женщина одна – Эльвира. Именно она, собственно говоря, считается главной героиней, но при этом на сцену выходит лишь дважды – у нее две маленькие сцены. Поэтому возникла идея добавить еще женщин. Александр настаивал: «Их должно быть много!». Появился резонный вопрос: «Откуда же их брать?! Где находить?». Не переписывать же Мольера (смеется).
Я вспомнил, что у Мольера есть много пьес про любовь. Они не связаны с Дон Жуаном напрямую, но посвящены отношениям, возникающим между мужчиной и женщиной. И если заменить главного мужского персонажа на Дон Жуана, то можно получить очень интересную историю – эволюцию любовных отношений. Именно поэтому в спектакле звучат отрывки из нескольких пьес Мольера, зрители видят несколько возлюбленных Дон Жуана, их характеры.
Почему Байрон? Потому что у Байрона есть замечательная поэма «Дон Жуан». И вдруг нам показалось, что наш персонаж может быть поэтом, что он особенный: ценит свободу. Влюбляясь, он реализует чувство прекрасного и чувство свободы, а не коллекционирует женщин. Им он посвящает стихи. И тут возникла идея: раз Дон Жуан – поэт, то смело может читать собственные стихотворные строки. В данном случае – отрывки поэмы Байрона.
Наш Дон Жуан читает стихи, действие происходит в театре… А у Гофмана есть интересная вещь – тоже «Дон Жуан», в которой действие разворачивается в театре. И мы подумали, что это может быть неплохим финалом, если говорить об этом авторе.
– А как же Гольдони и Мериме?
– Дело в том, что одна из женщин – Габриэлла – появилась как раз от Гольдони. Был еще замечательный персонаж от Гольдони – Марианна, но в процессе работы пришлось отказаться от некоторых задумок, связанных с ней. Признаюсь, было много мучений по этому поводу: персонаж придумывался сперва один, а кукла возникла совершенно другая, с другими возможностями. И тогда сцена с Марианной претерпела большие изменения – Марианна заговорила словами не Гольдони, а Байрона.
Мы, безусловно, обращались к Мериме. Но он прошел по касательной: в спектакле есть несколько тем из его произведений, которые затронуты. От этого автора нет диалогов, но есть ощущение действительности, особое настроение… Нам захотелось добавить в спектакль дополнительную краску, поэтому и возник Мериме со своей сложной прозой.
– Вы как кандидат искусствоведения очень часто работаете с текстами. Насколько интересно было исследовать эти тексты?
– Тексты очень интересные! Их приходилось соединять, резать, переплетать, подбирать по смыслу и сюжету. Признаюсь, раньше мне еще ни разу не приходилось работать напрямую с монтажом текстов. В моей практике, конечно, были инсценировки прозы: сюжетно-линейные, без сложных соединений. А вот монтаж настолько разных текстов (по переводу, по стилистике) – с этим я столкнулся впервые.
Профессиональная задача оказалась дико интересной: требовалось «протащить» логику персонажа через разные отношения к женщинам, вариации, через разное понимание Дон Жуаном себя в этом мире.
В процессе репетиций менялся порядок текстов, потому как появлялся визуальный ряд, возникали новые смыслы, выстраивались сцены; Дон Жуан в исполнении Артема Чистякова в определенный момент стал диктовать свою логику изложения истории. Да и маска Сганареля, которую сделал художник Антон Болкунов, привнесла неожиданные вещи.
В этой маске-костюме Саша Малышев стал существовать на сцене весьма любопытно, невероятно пластично, поэтому нам тут же захотелось дать ему больше слов. Подумалось: он должен больше говорить. Ведь в процессе диалога с Дон Жуаном Сганарель проявляется как его антагонист.
– А сколько страниц в инсценировке оказалось в общей сложности?
– Около 25 страниц... Мы же прекрасно понимали, что спектакль не должен выходить за рамки двух часов сценического времени. Зачем мучить зрителей (улыбается)? Да, у Артема Чистякова много текста (но не критично!), потому как Дон Жуан – заглавный персонаж, который весь спектакль находится на глазах у публики (нет такой сцены, где он бы не присутствовал). У него много монологов, диалогов…
– Трудно было сокращать тексты?
– Все сокращения продиктованы исключительно логикой. Раз мы взяли литературу XVIII-XIX вв., нужно было ее подстраивать под те ритмы, которые привычны современному зрителю. Ведь мы живем в другом мире, и слушать произведения в том объеме, в котором они написаны, крайне сложно. Да и восприятие информации у современной публики происходит быстрее: удобнее и привычнее слышать короткие фразы. Согласен, выбранные авторы многословны по нашим меркам. Но их было несложно сокращать, потому как одна и та же мысль у них повторялась несколько раз: более витиевато, изысканнее, красивее. Сократив тексты, мы не потеряли смыслов. Единственное, что потеряли – чуть-чуть эстетики.
– О Дон Жуане писали более 200 авторов в разных странах мира. Особенно популярна опера «Дон Жуан» Вольфганга Амадея Моцарта. В спектакле текст переплетается со знаменитой музыкой?
– Нет. Но мы попросили композитора Андрея Евдокимова сделать так, чтобы было напоминание о Моцарте, поэтому в спектакле появилась «моцартовская» вставка. Поскольку в труппе Челябинского театра кукол есть прекрасная Елена Блажеева с восхитительным голосом, мы не могли это не использовать.
В финале «Дон Жуана» показана некая история-напоминание о знаменитой опере. Не в лоб, не напрямую, а вскользь. Вместе с Александром Янушкевичем мы любим обращаться к композиторам, а не брать музыку из подбора, даже если она в таком референсе, как Моцарт. Всегда хочется, чтобы композиции были авторскими, нигде до этого не использовались – принцип, который важен для нас.
Продолжение следует…
Первая часть интервью доступна по ссылке.
Вторая часть интервью доступна по ссылке.
Третья часть интервью доступна по ссылке.
Четвертая часть интервью доступна по ссылке.
Пятая часть интервью доступна по ссылке.
Светлана Демцура
#ПрогрессивнаяТеатральнаяОбщественность #chelly #protochelly #ПроТО #театр #Челябинск #ЧелябинскТеатральный #ДонЖуан_ТК #Алексей_Гончаренко_ТК