Почему ты, Дударев?
Данная статья является ответом на статью господина Дударева, выложенную им в «Пруфах для софков», под названием «Почему Троцкий?». Господин Дударев пытается показать якобы «правоту» господина Троцкого относительно теории «деформированного рабочего государства», и попутно уходит в метафизические заблуждения относительно диалектики. В данной статье мы разберём утверждения господина Дударева.
Содержание:
(I) Есть ли проблема?
(II) Метафизический метод.
(III) Левтроцкиидеи не несли про СССР никакой полезной информации.
(IV) Ложь Дударева об индустриализации.
(V) Выводы.
Есть ли проблема?
Господин Дударев пытается дать эрзац-ответ на вопрос, который неизбежно ставят перед «теорией» «деформированного рабочего государства» материалисты. Что конкретно вкладывается в это понятие? Господин Дударев прекрасно знает о том, что написав об этом кучу метафизической воды, ни автор «теории», господин Троцкий, ни один из последователей левтроцкиидей никогда не давал на этот вопрос чёткого, непротиворечивого ответа.
Давайте продемонстрирую. Речь в «теории» «ДРГ» идёт об СССР. Вопрос к СССР 1930 – 1950 гг. ставится о том, был ли там коммунизм, было ли там государство. Товарищи из СПО подробно разбирали этот вопрос без привлечения «теории» «ДРГ» в статье «В СССР был социализм, а потом его не стало».
Если на какой-нибудь из этих вопросов ответ «да», то развить вопрос можно дополнительными вопросами: какой фазы был коммунизм, какой тип государства. Если «нет» на вопрос о наличии коммунизма, то значит была другая формация. Рабовладение и феодализм самой историей исключены полностью; «политаризм» по троцкисту Семёнову несостоятельная попытка (разобрано в нашей статье «Теория «политаризма» от г-на Юрия Семёнова») натянуть сову на глобус, «продав» под видом ещё одной формации нечто неотличимое по содержанию от капитализма. На вопрос о наличии государства ответ может быть «нет» только при ответе «да» о наличии коммунизма.
Получается, вопрос сводится к тому, был ли в СССР коммунизм или капитализм – больше никаких вариантов ответа здесь рассматриваться не может. И если был коммунизм, тогда классов быть не могло. Если был капитализм, тогда классов могло быть только два – пролетариат и буржуазия – и один из них осуществлял своё господство над другим, третьего не дано.
Ключевым в размывании мысли в «теории» «деформированного рабочего государства» является вопрос о «бюрократии». Ни Троцкий, ни его сторонники, опять же, вновь не могут определиться со смыслом, вкладываемым в это слово: то ли это «класс», то ли «прослойка».
Вопрос о выявлении сути того, что такое «бюрократия», был подробно разобран Павлом Перандором в статье «ЛикБез: Бюрократия». Определение «бюрократии» по Марксу:
- «Бюрократия» есть «государственный формализм» гражданского общества <…> завершённая корпорация <…> Корпорация есть попытка гражданского общества стать государством, бюрократия же есть такое государство, которое действительно сделало себя гражданским обществом.
Однако, продолжим рассмотрение логической несостоятельности спекуляции о подмене классового господства на вопрос о «господстве бюрократии».
Если бюрократия это «класс», то его быть не может при коммунизме, а при капитализме «бюрократия» может господствовать только если это слово синоним пролетариата или синоним буржуазии, и тогда отдельного термина не нужно – простейшая Бритва Оккама нещадно рубит спекуляцию на этом термине, если бюрократия это якобы класс.
Если «бюрократия» это «прослойка», но не «класс», тогда вопрос состоит в том, каким образом по «теории» «деформированного рабочего государства» она якобы может господствовать. Всякое политическое господство в той или иной общественно-экономической формации есть господство того или иного класса – не «прослойки», не идейной общности, не политической секты, а именно класса. И ответ простой. В «теории» «ДРГ» никогда не обосновывалось выведение «бюрократии» из господства той или иной стороны основного противоречия (как при капитализме — между трудом и капиталом) способа производства в той или иной общественной экономической формации.
Именно классовый подход, господство и действительную борьбу классов, а не личностей и не произвольно обозначенных групп, целиком и полностью игнорировал господин Троцкий и продолжают игнорировать троцкисты. Понятие «бюрократии» вообще можно определить, но понятие «бюрократии» в пространстве имён левтроцкиидей – метафизическая абстракция, построенная на спекуляции.
Почему это спекуляция? По определению спекуляции. Обратимся к Марксу, показывающему пример спекуляции в метафизике:
«Сначала из факта извлекается абстракция, а потом заявляют, что этот факт основан на этой абстракции. Весьма дешёвый способ придать себе немецко-глубокомысленный и спекулятивный вид.
Например: Факт: Кошка пожирает мышь.
Рефлексия: Кошка — природа, мышь — природа, пожирание мыши кошкой = пожирание природы природой = самопожирание природы.
Философское изображение факта: На самопожирании природы основано то обстоятельство, что мышь пожирается кошкой.»
(К. Маркс. Немецкая идеология)
То есть, определяем:
- Спекуляции — это заявления обоснованности факта на абстракции, когда абстракция была извлечена из факта.
Можно заметить почти что хрестоматийный пример спекуляции, когда у господина Дударева якобы возможное «господство» «бюрократии» исходит не из действительных противоречий той или иной формации, а только лишь на основе вывода о «деформированном рабочем государстве», который сам, в свою очередь, исходит из «господства» «бюрократии».
В доказательство тому, что у Дударева в наличии такой хрестоматийный пример спекуляции, давайте посмотрим , каким образом господин Дударев пытается «разъяснить» понятие «деформированного рабочего государства»:
«Что такое деформированное рабочее государство? Стоит заранее написать, что это категория, отвечающая на вопрос о том, почему в СССР была общественная собственность, не было классов, но было государство.»
У господина Дударева «деформированное рабочее государство» определяется как «категория», а не просто является категорией. Но если бы это было само понятие «категория», то и для этого не нужно было бы отдельного термина: так бы и говорили и писали, «категория», а не «деформированное рабочее государство». При условии наличия малейшего уважения к логике, разумеется – Бритва Оккама и здесь безжалостно сечёт. Однако, по господину Дудареву, не придерживающегося принципа Бритвы Оккама, с целью манипуляции и производства терминов путём их размножения для одной и той же сущности достаточно якобы добавить поверхностные признаки и якобы отдельный термин этим способом уже описан.
Тем самым, господин Дударев прибегает ровно к той самой метафизике, о которой грозится рассуждать далее. Из поверхностных признаков, без вскрытия какой-либо действительной сущности за ней, из идеи ответа на вопрос, господин Дударев производит термин «деформированное рабочее государство».
Между этим утверждением и следующим разом, когда мысль господина Дударева, наконец, вернётся к собственно раскрытию термина, он прольёт немало словесной воды о «категориях» и «диалектике», которую прокомментируем позже.
«Это термин Троцкого, который был выведен с помощью диалектической логики. «деформированное» - значит потерявшее форму, которая находится в единстве с содержанием, и является категорией диалектического материализма.»
«…государство и отмирающее государство не может рассматриваться как одно и тоже, что работает по одними тем же законам. Если государство есть порождение классов, то отмирающее государство не обязано быть попугаем и повторять.»
Господин Дударев пытается связать верные мысли Энгельса и Ленина об «отмирающем государстве» с «деформированным рабочим государством». Обоснованием для этого служат некие «сталинисты» (которые, разумеется, всегда есть «в одной с вами комнате», ибо так гласит святая вера). В государстве (правильно) обязательно должны быть классы, а отмирающее государство якобы тоже государство (неправильно) и это якобы основание приравнять «отмирающее государство» к «деформированному рабочему государству»:
«Поняв однажды, что деформированное рабочее государство не есть государство в прямом смысле этого слова, они приходят к разрешению противоречия»
«Сталинисты не могут понять почему не было классов, но было сильное и даже усиливающееся государство. Они не могут с этим смириться и пытаются доказать будто классы были, но не в СССР, а за его пределами.»
Каким образом в воспалённом воображении господина Дударева идеалистические вымыслы некой мифической категории людей (замените «сталинисты» на «бесы» и получите типичную религиозную проповедь) могут быть обоснованием для равенства категорий, искомых в действительности? Non sequitur, конечно же…
И если даже приравняли, каким образом тогда «отмирающее государство», тождественное якобы «деформированному рабочему государству», якобы было «сильное и даже усиливающееся государство»? Господин Дударев классически сам себе противоречит. И дело здесь очевидно ни в какой не в диалектике, а в банальном невежестве, которое господин Дударев пытается прикрыть именем «диалектики», как будто бы это фиговый лист.
Будь «сильное и даже усиливающееся государство», это должна бы быть категория отрицания, прямо противоположная «отмирающему государству», а не тождественная ему. Если якобы было «сильное и даже усиливающееся государство», то оно никак могло «отмирать», а наоборот, находилось бы в становлении. Вроде бы, такая мысль неплохо бы объяснила дело: завершением этого становления стало бы буржуазное государство, вот вам, пожалуйста…
Вот только, если государство должно было находиться «в становлении», то формой и этапом, предшествующим этому государству-в-становлении не могло быть ни обыкновенное государство, ни отмирающее, а только лишь никогда не устанавливавшееся ещё, либо полностью отмершее уже. А иначе «в становлении» было бы находиться нечему, какое может быть «становление», если и до этого было государство, и теперь есть? Диалектика обнаруживается в движении, а вот господин Дударев пытается нам внушить, будто «диалектика» это такая метафизика в статике, которая в движении сразу противоречит себе.
В противоречии этом, мы видим очередное увиливание господина Дударева, типичное для троцкизма, увиливание, которое пытается не утверждать, будто было обыкновенное капиталистическое государство, но и не соглашаться, будто было обычное отмирающее полугосударство.
Ну и наконец, классическое:
«Сталин и вся бюрократия СССР очень постаралась скрыть его в принципе, иначе было бы очевидно, что им самим в Союзе не место с моральной точки зрения. Это была борьба деформированного рабочего государства и социализма.»
«Сталин и бюрократия» с одной стороны борьбы, «и самим в Союзе не место» с другой стороны», и эта борьба объявляется борьбой «деформированного рабочего государства и социализма».
Суммируем сказанное господином Дударевым про «деформированное рабочее государство»:
- Это «категория», которая есть «идея» ответа на вопрос, а не сам ответ на него, и абстракция и не должна содержать предмет,
- «Деформированное рабочее государство» якобы тождественно «отмирающему государству» по Энгельсу и Ленину, и Дударев высасывает это тождество из пальца,
- «Деформированное рабочее государство» каким-то носенсом одновременно является «сильным и усиливающимся», несмотря на «отмирание», и Дударев здесь в упор не видит нонсенса,
- В борьбе «деформированного рабочего государства» и социализма единственным признаком первого Дударев выделяет «Сталина и бюрократию», а социализма — отсутствие места для них.
Итого, в абстракции, данной господином Дударевым, нет ничего толкового, кроме факта наличия в ней «Сталина» и «бюрократии», которые якобы и есть «сильное и усиливающееся государство», а потому и «деформированное». Хрестоматийный пример метафизической спекуляции, как и было отмечено ранее, только теперь аргументированно отмечено.
Итак, господин Дударев даёт спекулятивную воду, даёт заместитель ответа. И заместитель ответа он считает достаточным, ибо это понятие «категория», по Дудареву то бишь «идея».
Интересно, однако, почему Дударев не заявил, например, будто «деформированное рабочее государство» и есть, собственно, ответ на конкретно упомянутый вопрос. В таком случае сущность термина была бы налицо («это ответ на вопрос, почему в СССР была общественная собственность, не было классов, но было государство»). Но нет, по господину Дудареву, это не сам ответ, а лишь «категория» (= «идея») с признаком такого ответа. Почему господину Дудареву нужна «категория» с признаком ответа, а не сам ответ? Уж не потому ли, что ответ скрыт от господина Дударева силой нежелания его видеть, и он не может сам этот ответ нам показать, не преодолев этого нежелания? Уж не потому ли, что ответ на этот вопрос нет никаких обоснований называть термином «деформированное рабочее государство», обозначающим псевдотеорию из левтроцкиидей, существовавшую намного раньше этого ответа? Уж не потому ли, что, если искать название той или иной научной теории для ответа на этот вопрос, то в лучшем случае такой теорией можно назвать теорию борьбы двух линий в диктатуре пролетариата – линии масс и буржуазной линии?
Да, теория борьбы двух линий в диктатуре пролетариата отвечает ровно на тот вопрос, отсутствующий ответ на который и идею которого господин Дударев пытается поставить в заслугу левтроцкиидеям под видом «деформированного рабочего государства».
В СССР была общественная собственность, именно поэтому не было классов – при общественной собственности классов быть не может. Однако общественная собственность была реализована посредством государственной собственности в полугосударстве, которое само находилось в собственности трудящихся масс. Трудящиеся массы не получали сами собственность на полугосударство. Прежде собственность на полугосударство посредством установления своей совместной диктатуры получили ещё существовавшие пролетариат и беднейшее крестьянство, и лишь с исчезновением классов содержание полугосударства развило форму из диктатуры пролетариата в демократию трудящихся масс, форму без классов. Лишь родимые пятна капитализма остались в этой форме от классового общества, существенная часть трудящихся масс ещё заблуждалась идеологиями и тем самым несла сознательно или несознательно буржуазную линию, противоположенную линии интересов трудящихся масс.
Эти две противоположенные линии относятся не к классовой принадлежности, а к классовому сознанию. Буржуа по-принадлежности Энгельс в XIX веке мог выступать за интересы пролетарского класса, а советский трудящийся, не принадлежавший ни к какому классу, мог в силу оставшихся от капитализма заблуждений, сознательно или несознательно продвигать буржуазную идею. Взятие верха носителями буржуазной линии в сознании погубило социализм в СССР.
Идеализм в политике, свойственный буржуазной линии и проявлявшийся трудящимися в обществе без классов, но с наличием двух разных линий в сознании масс, идеализм в форме государственного корпоративизма гражданского общества, в форме отождествления государства со всем обществом, и называется «бюрократией», и она не может иметь никакого самостоятельного политического «господства», может лишь быть присуща или не присуща мышлению тех или иных представителей того или иного господствующего класса.
Попытка «борьбы с бюрократизмом» предпринималась партией и при живом Ленине и при спорах Троцкого со Сталиным; выявлена суть брократизма не была, научного определения «бюрократии» дано не было, даже у Ленина не было, и боролись с проявлениями, не понимая их истинных корней. Отсюда и неэффективность этой «борьбы с бюрократией» и, в конечном счёте, провал этой борьбы большевиками.
Без изменения факта реализации общественной собственности посредством государственной, без реализации взамен непосредственной и прямой общественной собственности, полного отмирания государства произойти не могло. Буржуазного государства же, государства, существующего до полугосударства, на тот момент уже не было. Но это не значит, что его не могло возникнуть вновь. Идеализм в мышлении, в том числе бюрократической формы его, наличие буржуазной линии в организации собственности трудящихся масс на государство и стоящей в противоположении линии интересов самих трудящихся масс, мог привести и привёл к установлению вновь диктатуры буржуазии между 1953 и 1956 гг.
Итак, ответ есть. За наличие этой чёткой и недвусмысленной теории мы должны благодарить маоизм, а вовсе не левтроцкииидеи. Однако апологет идеолога терроризма господина Троцкого (терроризм Троцкого разобран подробно в нашей статье «Троцкий в революции и войне», осуждаем терроризм и троцкизм, нулевая терпимость) господин Дударев предпочитает не видеть этого ответа, хотя и был ознакомлен с этим ответом ранее. Господин Дударев почему-то считает более важным продолжать любимое дело своего идола – приписывать ему несуществующие заслуги.
Таким образом, действительное определение «деформированного рабочего государства» по Дудареву, на основе его статьи, можно произвести следующим образом:
- «Деформированное рабочее государство» господина Дударева — это идея удовлетворения метафизика отбрасыванием имеющегося в наличии ответа на вопрос о том, почему в СССР была общественная собственность, не было классов, но было государство.
Метафизический метод.
Для оправдание претензии господина Троцкого на решение вопроса без предоставления ответа, господин Дударев заливается хвастливым объявлением такого рода решений «диалектикой». То есть, смотрите, «диалектика» по господину Дудареву это якобы решать вопрос, не давая ответа на него, давать «категорию» с одной лишь идеей «ответа», но без самого ответа:
«К предметам следует относиться механистично. К категориям диалектично, так как диалектика есть метод разрешения противоречий. В предметах нет противоречий, в категориях есть.»
«Что такое категория? К сожалению ни Маркс, ни Энгельс так и не высказались по этому поводу. Начать повествование прийдëтся с простого. Категория это диалектическое понятие. В противовес механистичному, оно не обозначает ни стороны предмета, ни сам предмет. Категория определяется как множество этих сторон и предметов. Например, категория «труд». В отличие от предмета «стол» или «чайник», труд более сложен. Что называть трудом? Обработку грядок или выплавка деталей? Уборка грязи или создание картины?»
Множество сторон и предметов, взятых поверхностно, без выявления закономерности между ними, без выявления отличий одного от другого, без выявления посредством исследования закономерности и её противоречий самой сути, – это никакая не «диалектика», господин Дударев. Ваши «категории» во всех смыслах метафизичны!
Метафизик берёт лишь единичные экземпляры сторон и отдельных предметов, прекрасно оперирует множествами их, но оперирует, не обнаруживая их взаимосвязи и сложности. Диалектик же исходит из предмета и возвращается в предмет, рассмотрев предмет не в мнимом покое (ибо не один предмет не бывает в покое, всё движется), а в развитии, по пути обнаруживая его суть не как единичного экземпляра, а как предмета исследования — предмета, в котором обнаружено единство конкретики и научной абстракции.
Если для метафизика «конкретно» лишь единичное (что заблуждение!), а общее абстрактно (без предмета, без сути, не вдавясь дальше идеи), если метафизик считает спекулятивно произведённую абстракцию (метафизическую) достаточной полнотой исследования, то для диалектика и единичное и абстрактное не составляют полноты исследования, а составляет полноту лишь конкретно-общее понятие, содержащее суть предмета исследования, а не единичного экземпляра, и охватывающая его во всей его сложности, многогранности и глубине.
Суть предмета исследования может быть иногда скрыта для невооружённого методом взора и лежать очень далеко от тех поверхностных признаков, через которые мыслитель поначалу только входит в исследование.
Цитирует господин Дударев о категориях и Владимира Ленина, цитата из философских тетрадей:
«Моменты познания (=«идеи») человеком природы - вот что такое категории логики». («Ленинский сборник» IX, стр. 231, Изд. 1-е.)
Владимир Ленин прямо называет категории логики идеями. Чтобы была «идея», как будто бы достаточно наличия ещё только моментов познания. Речь идёт у Ленина о категориях Гегеля — это важно, т.к. Гегель был объективным идеалистом, а «Логика» его самая значительная работа. Уж не воображает ли господин Дударев на основе этой цитаты из «философских тетрадей» Ленина, будто дойдя до «идеи» ответа на вопрос, но так и не познав сути предмета, он дескать дошёл хотя бы до Гегеля, и дескать поэтому познал «диалектику» в противовес «метафизикам»?
Однако и метафизика уже знает моменты познания и произведённые из них абстракции, и метафизика уже знает идеи и идеализм. Дойти до идеи познания, не дойдя до самого познания, не дойдя до глубины и сути предмета, не дойдя до исследования действительности с разных сторон и выявления закономерности, ещё не значит дойти до диалектики. Если господин Дударев воображает, будто дойдя до какой-либо отдельной «идеи» вообще, он уже якобы дошёл до всеобъемлющей идеи «абсолютного духа» Гегеля, он глубоко и чисто метафизически заблуждается.
А от того, чтобы и «всеобъемлющую» идею Гегеля перевернуть и прийти к материализму, от того чтобы от подстраивания действительности под категории логики прийти к руководству логики и её категорий самой действительностью, господину Дудареву, чистому метафизику, весьма и весьма далеко:
«Когда Гегель старается — иногда даже: тщится и пыжится — подвести целесообр[азную] деят[елыю]сть ч[елове]ка под категории логики, говоря, что эта деятельность есть «заключение» (Schluss), что субъект (ч[елове]к) * играет роль такого-то «члена» в логической «фигуре» «заключения» и т. п., — то это не только натяжка, не т[оль]ко игра. Тут есть оч[онь] глубокое содержание, чисто материалистическое. Надо перевернуть: практич[еская] деят[ельио]сть ч[елове]ка миллиарды раз должна была приводить сознание ч[елове]ка к повторению разных логических фигур, дабы эти фигуры могли получить значение аксиом. Это Notabene» («Ленинский сборник» IX, стр. 200, Изд. 2-е.)
«Если факты противоречат моей теории, тем хуже для фактов.»
(Приписывается Георгу Гегелю)
С таким методом мышления, господин Дударев сам недалеко ушёл от других метафизиков, и тоже троцкистов из «Науки марксизм», которых, как истинный троцкист, сам называет «сталинистами» и пытается «раскритиковать». Потуги этой попытки борьбы господина Дударева с «Наукой марксизм» чрезвычайно потешны, но легче от этого не станет, ибо вредны.
Сначала приводит цитату Энгельса, которую позитивисты из «НМ» вырвали из контекста:
«Идеологии ещё более высокого порядка, то есть ещё более удаляющиеся от материальной экономической основы, принимают форму философии и религии. Здесь связь представлений с их материальными условиями существования всё более запутывается, всё более затемняется промежуточными звеньями. Но всё-таки она существует». © Энгельс.
Что же на это может ответить господин Дударев?
«Казалось бы, что не понятно? Одна из форм философии это идеология.»
Вместо обнаружения контекста и демонстрации самих слов Энгельса о том, что речь идёт о прежнем смысле слова философии (разобрано в статьях СПО «Как философизаторы на положительную науку большой и толстый положили», «О «политических проституторах»…», «Анти-Минин…»), господин Дударев даже не просто вырывает словосочетание «форма философии» из контекста, а ещё и использует какую-то извращённую версию формально-логического закона достаточного основания. По господину Дудареву получается, якобы если написано, что «А принимает форму Б», то это якобы означает, что «А является формой Б». Каким образом, господин Дударев? Каким образом, если мой голос, примет, например, на короткое время форму утиного кряка, каким образом это сделает утиный кряк содержанием моего голоса, а мой голос формой утиного кряка? Non sequitur! По такой логике, один раз крякнув, человек должен был бы навсегда потерять способность к членораздельной речи. По такой логике, человек, впервые взявший в руки молоток сапожника и ставший похож на него, немедленно стал бы эталонным сапожником. Уж не хочется ли господину Дудареву нарциссически почувствовать себя эталонным философом, лишь только примерив на себя форму критики в сторону «Науки марксизм», зная что этим занимаются другие философы?
На вред, который эта бездарная «критика» принесёт рабочему движению, господину Дудареву, как открытому оппортунисту, совершенно наплевать. Напишет «Наука марксизм» контркритику своей статьёй, где легко разобьёт глупейшие аргументы господина троцкиста и в итоге внимание привлекут к себе и первые и вторые… Каждый, чтобы по-своему, своим видом оппортунизма, отвлекать рабочий класс от борьбы. Типичное разделение ролей между троцкистами на изображающих из себя «защитников Троцкого и его идей» и изображающих из себя «защитников Сталина и его идей», а суть – одинакова… Дударев есть троцкизм в форме «троцкизма», «НМ» есть троцкизм в форме «сталинизма».
Левтроцкиидеи не несли про СССР никакой полезной информации.
Давайте посмотрим на цитаты господина Троцкого, которые так понравились его преданному фанату, господину Дудареву.
«Чтоб исчезло государство, нужно, чтоб исчезли «классовое господство вместе с борьбой за отдельное существование». Энгельс объединяет эти два условия вме-сте: в перспективе смены социальных режимов несколько десятилетий в счет не идут. Иначе представляется дело тем поколениям, которые выносят переворот на своих боках. Верно, что борьба всех против всех порождается капиталистической анархией. Но дело в том, что обобществление средств производства еще не снимает автоматически «борьбу за отдельное существование». Здесь гвоздь вопроса!…<>...Должность пону-кателя естественно ложится в этих условиях на государство, которое не может, в свою очередь, не прибегать, с теми или иными изменениями и смягчениями, к выработанным капитализмом методам оплаты труда. В этом именно смысле Маркс писал в 1875 году, что «буржуазное право… неизбежно в первой фазе коммунистического общества, в том его виде, как оно выходит, после долгих родовых мук, из капиталистического общества. Право никогда не может быть выше, чем экономический строй и обусловленное им культурное развитие общества»… »©Троцкий. Преданная революция.
«Правда, Советский Союз превосходит сейчас своими производительными силами наиболее передовые страны в эпоху Маркса. Но, во-первых, при историческом соревновании двух режимов дело идет не столько об абсолютных уровнях, сколько об относитель-ных: советское хозяйство противостоит капитализму Гитлера, Болдуина и Рузвельта, а не Бисмарка, Пальмерстона или Абрама Линкольна; во-вторых, самый объем человеческих потребностей коренным образом изменяется с ростом мировой техники: современники Маркса не знали ни автомобиля, ни радио, ни кинематографа, ни аэроплана. Между тем социалистическое общество немыслимо ныне без свободного пользования всеми этими благами.»
«Первую отличительную черту пролетарской революции Ленин, вслед за Марксом и Энгельсом, видел в том, что, экспроприируя эксплуататоров, она упраздняет необходимость в возвышающемся над обществом бюрократическом аппарате, прежде всего в полиции и постоянной армии. «Пролетариату нужно государство – это повторяют все оппортунисты, – писал Ленин в 1917 г., за месяц-два до завоевания власти, – но они, оппортунисты, забывают добавить, что пролетариату нужно лишь отмирающее государство, т.е. устроенное так, чтобы оно немедленно начало отмирать и не могло не отмирать» («Государство и революция»). Критика эта направлялась в свое время против социалистических реформистов, типа русских меньшевиков, британских фабианцев и пр.; сейчас она с удвоенной силой бьет по советским идолопоклонникам, с их культом бюрократического государства, которое не имеет ни малейшего намерения «отмирать».»©Троцкий. Преданная революция
«Непосредственно же государство получает с самого начала двойственный характер: социалистический, – поскольку оно охраняет общественную собственность на средства производства; буржуазный, – поскольку распределение жизненных благ производится при помощи капиталистического мерила ценности, со всеми вытекающими отсюда последствиями…<>... Окончательная физиономия рабочего государства должна определиться изменяющимся соотношением между его буржуазными и социалистическими тенденциями».
«Маркс ожидал, что социалистическую революцию начнет француз, немец продолжит, англичанин закончит; что касается русского, то он оставался в далеком арьергарде»©Троцкий. Преданная революция.
Уж не понравилось ли господину Дудареву, в принципе ознакомленному с маоистской теорией борьбы двух линий, что и господин Троцкий говорит о каких-то двух «тенденциях», находящихся в неком «соотношении»? Дескать, может быть, это маоизм и не открыл ничего нового в своей теории борьбы двух линий, а просто «слямзил» у господина Троцкого и присвоил себе, а не наоборот?
Вот, как господин Дударев пишет:
«Это была битва между социалистическими и буржуазными тенденциями. Троцкий понимал, что борьба этих тенденций должна была бы кончится победой коммунизма только при условии сильного развития страны.»
Видите? Дескать, «ну Троцкий понимал же, ну прав же был»! Опровергну это предположение с двух сторон. Со стороны теории и со стороны практики.
1. Со стороны теории
В маоистской теории борьбы двух линий, две противоположенные линии относятся не к классовой принадлежности, а к классовому сознанию. К какому классу тот или иной индивид принадлежит не означает прямого следствия из этого, какие интересы он будет отстаивать. Между классовой принадлежностью и формированием соответствующего ей классового сознания лежит образование теоретическое и практическое – постижение знаний и применение их в практике борьбы, в культурной революции.
Левтроцкиидеи никогда не объясняли упомянутых господином Троцким «тенденций» и их «борьбы» полноценно и непротиворечиво. Ни в какой «Преданной революции» не было Троцким произведено чёткого отделения понимания классовой принадлежности от классового сознания, не был применён историко-материалистический подход к образованию этих «тенденций», и не было дано никаких руководств к действию о правильном способе борьбы с враждебной рабочему классу буржуазной «тенденцией» — о культурной революции.
Вместо этого, Троцкий продвигал идею террористического разрешения вопроса. Осуждаю терроризм, осуждаю троцкизм, нулевая терпимость. Межличностная борьба с «бюрократами», противостояние Сталину, совершение политических покушений, энтризм и разложение «бюрократической» партии изнутри — вот что предлагал Троцкий.
2. Со стороны практики
Практика троцкизма в СССР, продолжавшаяся снизу несмотря на всё сопротивление «бюрократии», привела не к укреплению социалистической «тенденции», а к краху СССР, превратив троцкистскую «теорию», «предсказывавшую» этот крах в силу «деформированности» рабочего государства в «самоисполняющееся пророчество» и подпитав буржуазию худшими идеологическими инструментами против рабочего класса.
Несмотря на «усердную борьбу» с «официальным» троцкизмом, развёрнутую в СССР ещё во время партийной деятельности Сталина, троцкисты в СССР никуда не делись, а спокойно называли себя «марксистами-ленинистами» (позже «сталинистами», и до сих пор минимум половина троцкистов называет себя так) и собственно всей советской борьбой с троцкизмом руководили троцкисты же. Теории и идеи Троцкого оставались в СССР популярны, но никому не помогли спасти страну.
В отличие от троцкизма, маоизм в СССР пришёл лишь в то время, когда практика троцкизма уже поставила СССР на путь, ведущий к краху уже даже государства диктатуры буржуазии как единого центра притяжения капитала в монополистическом блоке социал-империалистического типа. Последнее, на что могла пойти партноменклатурная буржуазия в СССР, было попыткой фашизации режима, попыткой обращения красного монополистического блока капиталистистов в красно-коричневый. Апогеем этой попытки стал путч ГКЧП в 1991-м году, против которого успешно выступили маоисты, поддержав народно-демократическую революцию.
Таким образом, борьба с буржуазной партноменклатурой в СССР удалась маоистам намного лучше, нежели троцкистам. К сожалению, условия раздираемого на части СССР оказались совершенно иными, нежели условия, в которых Мао Цзедун некогда организовал освободительную борьбу в Китае. Маоисты не увидели правильно разницы новых условий, не справились с тем, чтобы удержать достижения народно-демократической революции в СССР, превратить её в новодемократическую революцию и предотвратить фашизацию тех или иных его осколков. Но этой уже вопрос к совсем другой теории, поскольку ни рабочего государства, ни диктатуры пролетариата, к тому времени не имелось.
Ложь Дударева об индустриализации.
Где-то в середине своей статьи, предаваясь абстрактным измышлизмам о метафизике, господин Дударев роняет пару слов о гражданине Расторгуеве из «Обозревания Бреда Леваков»:
«До сих пор «великие» критики Маркса видят в стоимости её форму. Когда Расторгуев цитировал Маркса в своей критике, он забыл, что Карл Маркс всегда писал «форма стоимости».»
Однако, ближе к конце статьи, объясняя проведение индустриализации в 1928 году якобы кризисом «ножниц цен», господин Дударев буквально соглашается с иными позициями Расторгуева (и Бём-Баверка), которые критикует ранее в статье, признаёт за «ножницами цен» якобы действительную закономерность:
«Пока левая оппозиция предлагала начать индустриализацию ещё в 1923 году, пока она смотрела на часы и считала время до полного вырождения государства, правая оппозиция, а также центрист Сталин использовали это положение в угоду своему бюрократизму. Можно утверждать сколько угодно, что Сталин же сам начал индустриализацию потом, то есть можно сколько угодно позориться. Индустриализация была проведена в 1928 году из-за уничтожения смычки между городом и деревней. Кризис «ножницы цен» развился до такого предела, когда цены на сельхозпродукцию невероятно низкие, продажа зерна убийственна для кулака, для крестьянина.»
В нашей недавней статье «Как Бём-Баверк ТТС ломал-ломал, да не выломал» последующей дискуссии с Расторгуевым мы разбирали несостоятельность и этой метафизической абстракции.
Но если не кризис «ножницы цен», то что ещё подразумевает господин Дударев под «уничтожением смычки между городом и деревней»? Городской рабочий нуждается в хлебе, производимом на селе. Будь смычка между городом и деревней «уничтожена», Советская власть пала бы ещё в 1920-х гг., её сокрушили бы голодные и нуждающиеся рабочие. Может быть, господин Дударев пытается таким образом обозначить кризис хлебозаготовок в конце 1927 г.?
В таком случае, подходить к вопросу кризисов с точки зрения классов, господин Дударев не умеет. Не понимает господин Дударев и зарождения буржуазии на селе и её интереса в превращении крестьян в пролетариев, работающих на неё, а не в свободных рабочих. Полностью проигнорировал наличие на селе мелкого буржуа — кулака — и его потребность в росте капитала, а вместе с ней и противоречие его интересов интересам Советской власти. Поэтому господин Дударев не знает и не видит действительных производственных отношений и материального состояния средств производства, одной из составляющих производительных сил.
Вопрос развития производительных сил и отношений города и деревни всегда был краеугольным камнем террористической идеологии господина Троцкого, которую мы осуждаем. Господин Троцкий ненавидел крестьян, и не желал учитывать их интересов, стремился развязать вооружённые столкновения пролетариата и крестьянства.
Адекватно с точки зрения классового подхода к науке об условиях освобождения пролетариата вопрос разобран в статье «ФАСАЛАТАР» «Товарное производство и классовый вопрос».
Левая оппозиция не желала видеть необходимостей преобразований, которые необходимо было произвести на селе, чтобы стала возможна коллективизация. Поспешность попытки немедленно ликвидировать всю частную собственность привела к тому, что многие крестьяне вступили в гражданскую войну против советской власти на стороне «белых» — политику «военного коммунизма» никак нельзя было назвать «освобождением» крестьян. Для прекращения гражданской войны вынужденной мерой был НЭП по варианту В. И. Ленина, вариант же господина Троцкого или преждевременное сворачивание ленинского варианта НЭП привели бы к возобновлению гражданской войны.
На селе необходимо было преобразование средств производства, образование колхозов и готовых к работе в колхозах рабочих села. Это было необходимыми условиями коллективизации, а возможность коллективизации в свою очередь была условием и индустриализации. Никакого «уничтожения смычки между городом и деревней», наоборот, после кризиса хлебозаготовок в 1927 г., когда сельская буржуазия предприняла свою отчаянную попытку, загребая прибыли, повлечь к падению Советскую власть, был начат курс на сворачивание НЭПа. Советская власть успела завершить подготовительный этап, позволивший теперь уже начать коллективизацию и индустриализацию без возобновления гражданской войны, позволивший привлечь на сторону Советской власти бедного и среднего крестьянина, оторвав их от врага Советской власти, от сельского мелкого буржуа, чьи интересы которого и породили кризис — кулака.
Да, политика, позволившая Советской власти преодолеть этот политически сложнейший период, где «левая» и «правая» оппозиции каждый рвали в тот или иной грозящий гибелью Советской власти оппортунизм, пришлась на период партийной деятельности И.В. Сталина. Тенета этой политики, угрозы недооценки кулацкой опасности и та самая выбранная «линия партии» между двух оппортунистических линий, хорошо описана в статье паблика «Союз Красных Фронтовиков» — «Кем был Сталин в государстве, в партии, в теории?».
Да, работая над этим вопросом И.В. Сталин аргументированно разгромил обе линии. Практический результат — коллективизация и индустриализация были осуществлены, гражданская война не возобновилась.
Позднее голод был масштабным, и действия Советской власти, приведшие к нему, как минимум, халатны. Факт наличия «Прорыва в сельском хозяйстве УССР» был признан ещё на XVII съезде ВКП(б). Со временем голод 1932–1933 годов в Украине был десятками государств и несколькими международными объединениями признан актом геноцида украинского народа.
Однако даже масштабы этого голода так и не привели к падению Советской власти. В случае, если бы СССР последовал политике троцкистской «левой» оппозиции, каким образом, скажите пожалуйста, господа троцкисты, как справились бы лучше одновременно с задачами сохранения Советской власти, предотвращения возобновления гражаднской войны и предовращения бюрократической халатности, ведущей к голоду? Конкретику, пожалуйста, а не воду лейте.
Не получилось ли бы голода ещё во много раз страшнее, не стало ли бы падение Советской власти в годы голода практически неизбежным? Никакой преступный и предосудительный террор к крестьянам по господину Троцкому не позволил бы, не решил бы проблемы, поскольку проблема заключалась в производительных силах, а они не развиваются путём насилия.
Не будь эти вопросы никак не решены «левой» троцкистской оппозицией, не руководствуйся «левая» оппозиция лишь идеями, как должно быть по их мнению, и кого «поколотить», чтобы с этими идеями сообразовалась действительность (которая сама кого хочешь с собой, наоборот, сообразует!), не были бы они в партии так позорно разгромлены. А все аргументы этого позорного разгрома доступны свободно в материалах в открытом доступе.
Выводы.
Всё что может пока что предложить господин Дударев, продолжая фанатеть от троцкизма, это террористические методы борьбы, которые мы осуждаем, либо разложение рабочего движения изнутри, в попытках победить в нём «бюрократов» персонально и межорганизационно, не раскрыв никакой действительной закономерности, порождающей бюрократию, и потому предлагая и дальше лишь лишать рабочий класс надежды на сплочение.
В противоположность этому, мы, пролетарии, сознаём, что рабочему движению не нужны террористические и разложенческие методы борьбы троцкизма, мы осуждаем их и считаем, что вместо персональной и межорганизационной борьбы необходимо заниматься организованным сплочением и борьбой классовой, организацией такой действительной рабочей партии, которая не противостоит другим рабочим партиям — партии нового типа.
Нам, пролетариям, необходимо, достигая успехов и организационного сплочения в классовой борьбе, неустанно помнить о необходимости продолжения культурной революции на каждом витке наших достижений для закрепления успехов, не забывать и о новых условиях, о неповторимости и уникальности каждой исторической ситуации, о революционной гибкости, необходимой материалисту в применении исторического материализма к решению проблем действительности.