Серия 2, часть 2 Цикла статей: «день весны, любви и нежности!»
🥀«Как русские либеральные феминистки стихийно шли материалистическим путем»
Оглавление
Цикл “День весны, любви и нежности!”
Серия 1
«Освобождение ценой смерти»
Серия 2 «Как либеральные феминистки стихийно стали материалистками»
Создание организации, которая боролась не с последствиями (падением нравов), а с экономической причиной. Описание раскола на «немецкую» и «русскую» партии как отражение классовых противоречий в самой благотворительности.
- Писательница Жорж Санд дерзнувшая так много
- 1860-1865гг, урбанизация и гендерный дисбаланс, всплеск женской миграции из деревень в города
- связи с журналом «Современник», анализ того, что формировало умы активисток.
- феномен «шестидесятников» «нигилисток», порвавших с семьями ради труда, независимости и образования.
- Обман ожиданий, катализатор радикальных кружков и организаций таких как «Земля и воля».
6. Создание общества Дешевых квартир
1859
В один из весенних вечеров 1859 года в петербургском салоне Марии Трубниковой произошло событие, которое обыватели могли принять за очередное светское собрание. Тридцать дворянок обсуждали создание «Общества дешевых квартир», среди этих женщин были Анна Философова и Надежда Стасова. Все трое потом станут главными соратницами. Стасова, кстати, назвала эту встречу случайной.
Уже тогда часть собравшихся в тот вечер женщин отказывались посвящать себя обычной филантропии. Пусть и стихийно они искали системное решение, а не просто подаяния нуждающимся, интуитивно нащупывали решение именно материальной базы, не морали, нравственности и увещеваний. Пока столичная публика шепталась о «врожденном распутстве» работниц, эти женщины — будущие лидеры феминистского движения — интуитивно пришли к материалистической истине: «пороки» не являются свойством «души», они есть прямая производная от квадратных метров. Первым председателем Общества выбрали Трубникову, спустя год её сменила Философова. В первый же год удалось привлечь более 300 участников и участниц (меценаты), а значит вместе с ними росло и число клиенток. Клиентками в обществе называли женщин из городской бедноты, ради которых и затевался этот проект, именно им помогали с жильем. Выбор термина «клиентка» вместо привычного «подопечная» был для основательниц актом разрыва с традицией патриархальной милостыни.
Даже в такой мелочи отражались их попыток утвердить субъектность нуждающейся женщины, превратив её из пассивного объекта жалости в полноправную участницу собственной жизни. Основательницы были убеждены, что старая добрая благотворительность лишь консервирует нужду, поэтому они так твердо не желали становиться очередной богодельней, что пошли на раскол и потерю финансирования на самом уязвимом этапе.
Впервые помощь перестала быть подачкой с «барского плеча». Усилия патронов переключились на создание материальной базы, способной вырвать женщину из унизительного состояния проституированной женщины.
Как тогда, так и сейчас в XXI веке находятся люди, искренне полагающие, что в такое глубокое отчуждение женщины или мужчины от собственного тела (именно это требуется для исполнения работы проституированных людей) происходит добровольно ввиду лишь неверных моральных ценностей, неправильной религии, неправильного народа (нужное подчеркнуть), а не в силу экономических причин. Для марксистов сегодня ситуация выглядит двойственной: с одной стороны, современное общество уже менее заражено феодальными установками и чаще признает первостепенность экономических предпосылок. С другой — в отличие от 1859 года, у нас есть доступ к фундаментальным трудам Маркса, но осознание выхода из этого тупика всё еще остается прерогативой узкого круга образованных людей, в то время как массы остаются в плену старых иллюзий. Необходимо как можно усерднее работать над пропагандой материализма, чтобы такие темные пережитки не владели умами, ведь в отличие от 1859 года сегодня возможностей изучить фундаментальный труд Маркса больше. Кстати, в XIX веке не только марксисты понимали и указывали на первостепенность материальных предпосылок, что лишь указывает что марксизм не есть навязанная извне парадигма, а естественно органически вытекающий из совокупного опыта человечества подход.
Первоначальный замысел нового проекта был прост: главная статья расходов для жителей Петербурга из низших классов — это жилье. Пожалуй, ничего с тех пор во всем мире не изменилось (нас с вами тоже закрепостили ипотекой, а кому-то и она даже недоступна). Как и во многих индустриально развивающихся городах, население, живущее в них, в основном находится на съеме жилья, большая часть жилой застройки в Петербурге — это доходные дома, то есть недвижимость, построенная под сдачу. В них на втором и третьем этажах находились барские квартиры, на первых арендовали лавки и рестораны, беднякам же доставались мансарды, пристройки и подсобки. Аренда угла в такой комнате стоила от 5 до 15 рублей в месяц, угол — это не комната в коммуналке, угол — это койко-место, далеко не всегда это была койка, или нары, или матрас, углм могла называться и куча тряпья. Петербург тогда был прекрасным местом для бизнеса на доходных домах, мало кого смущал контраст барских этажей по соседству с подсобками и мансардами для бедноты.
Итак, арифметика выживания, как и сегодня, показывала “негативный рост” или “отрицательную динамику роста”: цена аренды угла колебалась от 5 до 15 руб в месяц. Чаще всего женщины нанимались в текстильное производство. Швея получала 7 рублей в месяц… как вы думаете, у нее остается выбор? Ну в целом да: либо голодная смерть, либо та самая «фанерогамия» — публичное распутство, в котором её так любили обвинять господа в чистых воротничках. Да, женщины часто снимали совместно, то есть спали на одном койко-месте (угол) по очереди, чтобы найти хоть какие-то гроши на еду, но и этого ухищрения было недстаточно. Так жила большая часть бедноты: мужчины-рабочие фабрик и заводов точно так же совместно делили одну койку, так как не могли позволить себе снять целый угол. Это были настоящие клоповники. Доходные дома Петербурга превращались в такие же «чумные нарывы», как и упомянутые выше трущобы Англии.
Так что распутство поразило одинаково как английских трудящихся, так и русских. Независимо от национальности, языка, цвета кожи логика капитализма неизменна: после свержения феодалов под флагами свобод личности и вивату индивидуализму общество получало “свободных” бедняков, выбор которых пойти продать себя // свою жену // дочь или же умереть с голоду.
В такой ситуации любому ясно как день, если ты хочешь помочь человеку — помоги ему с жильём, поэтому Общество снимало квартиру (не угол) за 8 рублей, а пересдавало в аренду за 5 рублей.
В этих трёх рублях разницы изначально помещалась вся миссия проекта.
Стоит упомянуть и о расколе, произошедшем сразу после возникновения. Это напоминание товарищам, излишне цепляющимся за количество или мечтающим о великих союзах на основе слов (ака целей). Люди, вовлеченные в общую работу, познакомятся в конечном счете, именно сама деятельность их объединит. Никакие цели, слова или лозунги не сплотят тех, кто на деле занят совершенно разной практикой. Общее дело и есть причина необходимых расколов и одновременно — причина подлинных объединений.
Мария Братищева приводит в подкастах воспоминания самой Стасовой об этом конфликте:
«Когда надо было приступать к делу, между членами общества произошёл разлад. Одна часть их желала непременно иметь право наблюдения за жильцами, бесконтрольная власть входить во всякое время в их квартиры, вмешиваться в их дела, взыскивать с них, наставлять во всем и так дальше. Это была по преимуществу партия немецкая, а противоположная партия - русская, не допускала такого права, не желала его иметь и говорила, что жильцы не подначальны им, а совершенно свободны, и дело нового общества — помогать им жить, а не командовать ими. После значительных споров и препираний, немецкая партия отделилась и основала свои дешевые квартиры в огромном доме Фридрекса, что на песках»
«Немецкая партия» несла идеи консервативного патернализма и требовала контроля: входить без стука, надзирать, наставлять. Это был уже известный феодальный подход господина к «падшему существу» — морализаторство, работа с духом и нравственностью «распутниц». В «Немецкую партию» входили преимущественно дамы из высшего петербургского света, часто с немецкими фамилиями (отсюда и название), связанные с императорским двором.
Наши же героини стремились воплотить коммуну. «Русская партия» настаивала, что клиентки — свободные люди, и помощь не должна переступать порог их личного пространства. Не найдя компромисса, участницы разделились на две организации, едва только начав свой путь в активизме. Так что на словах многие хотят помогать, системно изучать теорию, создать профсоюз (нужное полчеркнуть), но всех прекрасных слов и побуждений мира недостаточно для объединения.
Первое жилье Общество сняло еще до утверждения устава, до официального открытия. Это были четыре комнаты с кухней; чуть позднее удалось арендовать помещения и в других районах. Так проект начал свое развитие, постепенно охватывая весь Петербург.
Мария Трубникова — дочь декабриста, выросшая в семье с либеральными традициями, где дети независимо от пола получали образование. В своем салоне она старалась сойтись с такими же людьми прогрессивного толка, и именно она стала идейным вдохновителем многих начинаний, «мозговым центром»[13] организации. Мария, по воспоминаниям М. А. Менжинской, выступала «идеальным сочетанием развитого ума, стойкости характера, горячности и отзывчивости». Даже в самых горячих спорах, давая высказаться другим, уважая чужое мнение, «стойко и ясно формулировала свои собственные взгляды», чем неминуемо находила сторонников собственной точки зрения. Сегодня такое качество, как стойкость, очень пугает анархичные кружки, дрейфующие в пространстве постсоветского марксизма, нередко называя подобных лидеров сектантами, всегда было любопытно, а рабочих и интеллигенцию, которых сплотили Ленин, Фидель, тоже сектантами назовете? Ах да, это другое, такие качества сегодня у нас не в почете.
[13] В главе, посвященной Марии Трубниковой, биогроф Философовой Ариадна Тыркова-Вильямс описывает её как «мозг» кружка и подчеркивает, что её мировоззрение ковалось именно на французской литературе того времени. А. В. Тыркова, «Анна Павловна Философова и её время», Петроград, 1915.
Надежда Стасова — дочь архитектора, обладавшая неуемной энергией и организаторским талантом, была своего рода «исполнительным директором» женского движения. Она лично общалась с подопечными, знала нужды каждой семьи, распределяла жилье и управляла швейной мастерской при Обществе (о ней в следующей серии). Надежда обладала высочайшим тактом: она умела оказать помощь так, чтобы это не выглядело бездушной подачкой, относясь к каждой женщине с безусловным уважением. Она была отзывчивая и чуткая, без ярких внешних данных, скромная, неизменно одетая в шерстяное черное платье, часто остававшаяся незаметной в пышных собраниях. Общественный и государственный деятель второй половине XIX в. А. А. Плансон называл Надежду Васильевну
«богатырем в душе, непобедимым борцом на поприще благотворительности, состоящей не в подаче милостыни, а в действительной материальной и духовной помощи тем, кто нуждался в ней» [14]
[14] Анисимова Н. В., Иванова Т. Г. “Философовские чтения” Псковский государственный университет, 202, стр. 13
Анна Философова — дочь пермского купца, жена высокопоставленного государственного деятеля. Муж, несмотря на свой пост, придерживался либеральных взглядов и поддерживал стремления жены и прогрессивные реформы. Она обладала широкими связями и дипломатическим тактом, что помогало продвижению их идей, а также взяла на себя роль финансового директора.
«Умным сердцем» называл Анну русский писатель Ф.М. Достоевский [15]. Заметьте, Достоевский хоть и до каторги, как сегодня сказали бы, левел, после ссылки стал патриотом царизма и не очень-то благоволил кружкам Трубниковой, Чернышевского и проч. Именно благодаря светской львице, её связям новому социальному проекту долгое время удавалось привлекать донаты от состоятельных людей, те самые бароны и графы, с которыми Анна познакомилась во время своих многочисленных тусовок балов. Вот, кстати, так вспоминала она свое знакомство с Марией Трубниковой.
«Она имела терпение читать со мной серьезные книги и толковать мне всякое слово. Я никогда не забуду первого с ней знакомства: мы говорили буквально на разных языках, я её совершенно не понимала. К счастью, она была из тех, кто сразу соображает, с кем имеет дело — в этом была её сила, её обаяние, она меня обласкала»
Из переписки Анны Философовой с дочерью Трубниковой, Ольгою.
[15] Анисимова Н. В., Иванова Т. Г. “Философовские чтения” Псковский государственный университет, 202, стр. 11
Мария открыла новый мир светской тусовщице: Герцена, Прудона, новое и необычное тогда политическое течение либерализма — словом, весь тот богатый мир, о котором знать юной женщине не положено, но очень хочется. Тыркова-Вильямс, биограф Философовой, пишет, что Трубникова буквально заставляла подруг читать определенные главы известной писательницы Жорж Санд, обсуждая их через призму современного, текущего положения женщины в России. Она видела в ее героинях (например, в «Индиане» или «Консуэло») пример того, что женщина может быть субъектом, не принадлежащим ни отцу, ни мужу. Трубникова буквально использовала Санд для «перевоспитания» Стасовой и Философовой.
Писательница Жорж Санд, дерзнувшая так много и так рано
эта её фраза могла бы стать эпиграфом к судьбе любой женщины, пытающейся стать субъектом истории:
«Мир узнает меня и поверит мне только тогда, когда я буду сама собой»
Еще одна невероятная женщина, сделавшая вклад в историю и культуру человечества. Жорж Санд, настоящее имя Амандина Люсиль Аврора Дюпен, 1804–1876, одна из самых ярких и противоречивых фигур французской литературы XIX века, одна из первых феминисток задолго до появления самого термина. Родилась в Париже в семье дворянина, потомка польского короля Августа II и простой парижанки. Вышла замуж за барона Казимира Дюдевана, брак был несчастливым, муж не понимал её интеллектуальных и творческих порывов. В 1831 году совершила беспрецедентный по тем меркам поступок — ушла от мужа, забрав детей, и переехала в Париж, где начала литературную карьеру.
В 1830-х годах женщине-писательнице было практически невозможно издаваться наравне с мужчинами. Взяв мужской псевдоним Жорж Санд и начав носить мужское платье, она заставила критиков оценивать тексты, а не её пол. Мужской костюм позволял беспрепятственно посещать места, где обитали социальные низы: дешевые столовые, заводы, партеры театров. Она видела жизнь города с ракурса, закрытого для дам.
Амандина была невероятно работоспособной, могла писать по 20 страниц за ночь, часто до 6 утра, при свечах, запивая чёрным кофе. В ранних романах («Индиана», «Валентина») она атаковала институт брака, видя в нём форму рабства, позже, под влиянием социалиста Пьера Леру, одной из первых сделала пролетария и ремесленника героями с глубоким внутренним миром («Консуэло», «Мельник из Анжибо»).
Один из самых драматичных романов в истории искусств — её отношения с Фредериком Шопеном, длившиеся почти 10 лет. Зиму 1838–1839 годов они провели на Мальорке, в заброшенном картезианском монастыре, этот период стал плодотворным для Шопена (прелюдии) и для Санд («Зима на Мальорке»). Разрыв в 1847 году был мучительным и связан с ее сложными отношениями с дочерью и характером Шопена.
После революции 1848 года она на несколько месяцев возглавила «Бюллетень республики» и писала правительственные циркуляры, искренне веря в союз народа и интеллигенции (хотя позже была разочарована тем, как буржуазная интеллигенция предала интересы рабочих). Её называли «музой республики»: так, в отличие от многих писателей, она не только на словах, но и делом включилась в слом загнившей эпохи.
В России Жорж Санд оказала колоссальное влияние на формирование тех самых «новых людей». Белинский называл ее «бесспорно первой поэтической славой современного мира», «Иоанной д'Арк нашего времени» и «пророчицей великого будущего». Тургенев, Достоевский («Бедные люди» во многом вдохновлены её стилем), Герцен, Чернышевский также были под её влиянием. На ее текстах росла вся прогрессивная молодежь 1860-х годов. Жорж Санд дала мощный импульс европейскому феминизму, Вирджиния Вулф называла её «бунтаркой, открывшей путь всем нам». Её творчество было известно социалистическим кругам Европы, Карл Маркс, например, цитировал ее роман «Жан Сиска» в «Нищете философии». Саму Жорж Санд часто относят к утопическим социалистам. Мы помним, что Ленин справедливо называл утопический социализм одним из источников марксизма. Она показала, что женский вопрос неотделим от социального. В 1876 году умерла, признанная величайшими умами Европы.
7. Идейный фундамент и эпоха нигилистов
1860-1865 гг, урбанизация и гендерный дисбаланс, всплеск женской миграции из деревень в города.
Давайте посмотрим в целом на положение дел на момент возникновения Общества: мы видели, как тлела и догорала эпоха в момент рождения наших героинь, что же изменилось, когда они стали старше.
Молодая жена Мария Трубникова приехала в город, преимущественно мужской. По статистике 1860 года в городе жило 62% мужчин. Мария с сестрой ходили без лакея по городу, шокируя публику: это считалось неприличным для женщины, но последние от своих привычек из Симбирска отказываться не собирались. В Петербурге наступила эпоха больших перемен: в столице как раз происходит бум капитализма пошивочной индустрии. В город на заработки тысячами тянулись девушки из крестьянских семей, в 1860г. в городе жили 495 000 человек и из них только 176 000 были женщинами, через 5 лет из 539 тысяч женщин была уже почти половина — 221 тысяча. Иными словами, в город переехало 45 000 женщин, при том что число мужчин почти не изменилось. Огромное количество женщин покинули деревни и отправились в города без семьи, без гарантий, неграмотными и абсолютно незащищенными, они работали на самых низкооплачиваемых работах в империи, жили в нечеловеческих условиях, там же беременели, растили детей без поддержки родственников или сельской общины, стигматизированные, невидимые для общества.
При этом в Российской империи не существует никакого социального обеспечения. Первая государственная больница для чернорабочих была открыта в сороковых и в ней было всего около 500 коек — это в городе, где живет полмиллиона человек. Эту дыру отчасти затыкали тем, что принято называть христианской добродетелью: например, состоятельным семьям полагалось брать на попечение неимущих. Кто-то устроил при доме столовые для бедняков, а кто-то просто жертвовал им по монетке в церковный праздник, никакой системной работы не было. Молодые просвещенные девушки салона Трубниковой, видевшие, как меняется город, нёсшие семьи бедняков на поруках и лакеи постоянно приносили им всё новые письма о том, что кто-то ищет поддержки, защиты или работы и замечали как среди этих просителей всё больше и больше одиноких женщин, работавших по 16 часов в сутки, в подвалах за копейки.
связи с журналом «Современник»
Салон Трубниковой был также связан с кругом журнала «Современник»: Чернышевский, Добролюбов, Михайлов, которых собрал Некрасов в одной редакции.
В нем в том же 1860г, вышла программная статья “Женщины, их воспитание и значение в семье и обществе” под авторством Михаила Ларионовича Михайлова, он заведовал отделом иностранной литературы. Тут впору отметить роль и его гражданской жены Людмилы Петровны Шелгуновой, которой он посвятил данную работу, так же активно участвовавшей в женском движении. Эта статья стала теоретическим манифестом, обосновывая необходимость экономической независимости женщин и право на труд. По сути это полемика Михайлова с французским реакционером Прудоном, доказывавшая, что женщина, оказывается, тоже человек является полноценным полноправным членом общества. Как показал еще Маркс за 10 лет до этого в своей полемике с Прудоном в «Нищете философии», Прудон не понимал диалектики Гегеля, значение противоречий и как типичнейший метафизик просто красил мир в дихотомические черно-белые тона, выдавая это за противоречие, рассматривая проблему только с определенной стороны. Статья Михайлова приобретает огромную популярность среди разночинной молодежи. Уже осенью 1861 года он был арестован, его выдал провокатор — один из студентов, которому он передал листовки «К молодому поколению», призывавшие к радикальным изменениям в России. Процесс над ним стал громким общественным событием, власти хотели устроить показательную порку, чтобы запугать растущее движение «шестидесятников». Перед ссылкой его унизили, над его головой преломили шпагу, что означало лишение всех прав, состояния и дворянства. В 1862 году Михаила приговорили к шести годам каторги, но через три он умрет в ссылке от туберкулеза. Его идеи продолжатся и будут жить еще очень долго в женском собрании. Людмила Петровна была рядом с Михайловым в последние месяцы его жизни в Кадае (Забайкалье), после его смерти она осталась в тяжелейшем положении, в Сибири у неё на руках был их общий с Михайловым сын — Михаил, официально он считался сыном Николая Шелгунова. Людмила была законной женой друга Михайлова, Николая Шелгунова, но их союз был основан на принципах честности и свободы, проповедовавшихся радикальной либеральной интеллигенцией. Когда позднее в 1866 году Людмила получила разрешение вернуться в Европейскую Россию, Николай Шелгунов принял её и воспитал маленького Мишу как своего собственного сына, дав ему свою фамилию и образование, они прожили вместе до конца жизни.
Николай Некрасов в своих стихах воспевал женщину-гражданку, женщину-труженицу, русскую женщину как воплощение силы, терпения, красоты и жертвенности. Это была мощнейшая PR-поддержка того времени для триумвирата: когда самый популярный поэт страны пишет о «доле народной» и «сильной женщине», обществу легче воспринимать новых “разнузданных” женщин, посмевших бросить вызов отупляющему патриархатному образу жизни.
Николай Добролюбов был частым гостем в доме Авдотьи Панаевой и, вероятно, пересекался с Трубниковой и Стасовой на литературных вечерах. Как критик, он формировал общественное мнение, а его дневники (опубликованные позже) показывают глубокое сочувствие к тяжелой женской доле, включая положение публичных женщин. Он несмотря на свою молодую смерть в 25 лет от туберкулёза успел оказать большое влияние на общество и педагогику в частности. Добролюбов тоже создавал информационную поддержку проектам наших героинь и поддерживал идейно, он настаивал, что без освобождения женщины невозможно освобождение общества. Его статьи читали студенты, мелкие чиновники и провинциальные учителя, он учил критически мыслить и презирать «либеральное прекраснодушие», которое не ведет к реальным переменам. Хотя он был социалистом-утопистом и сторонником крестьянской общины, его идеи также нашли своё место в русском марксизме. Ленин очень высоко ценил Добролюбова за его «беспощадную ненависть к рабству» и называл его вместе с Чернышевским одним из предшественников российской социал-демократии. Перед своей смертью Добролюбов очень переживал, что так мало успел сделать, негодовал, молил судьбу на ещё 2 года живой деятельности, но запредельный труд в «Современнике», постоянная нужда в юности и сырой климат Петербурга сильно его подкосили. За свои 25 лет он, как не переживал, сделал многое, и добрая память о нём останется на всё время. Его смерть очень сильно огорчила Марию Трубникову, как потеря «главного защитника прав угнетенных».
Николай Чернышевский тоже был лично знаком с кружком феминисток. Он посещал салон Трубниковой и высоко ценил ее деятельность, а его роман «Что делать?» с описанием швейных мастерских Веры Павловны был вдохновлен практическим опытом Общества (об швейной и других артелях на базе Общества читайте в следующей серии). После ареста Чернышевского в 1862 году прямая связь прервалась.
Добролюбов и Чернышевский тоже были солидарны с тем, что общество не должно ограничиваться благотворительностью, где бы богатые просто давали копейку бедным. Спор вокруг Устава «Общества дешёвых квартир» между Русской и Немецкой партиями, упомянутый ранее, был не просто бюрократической перепалкой, а столкновением двух мировоззрений: старой доброй пассивной благотворительности и нового социального реформизма.
Женский триумвират стал тем самым «мостом», позволившим радикальным идеям Добролюбова и Чернышевского воплотиться в жизнь, не будучи раздавленными государственной машиной или отсутствием финансирования. Все наши герои осознавали, что разовая помощь неимущим в стиле «подай рублик на велик день» не способна всерьез решить ничьей проблемы и тем более изменить чью-то жизнь. Поэтому они полностью поддерживали идею создания мастерских и воскресных школ, чтобы дать женщинам профессию, а не просто милостыню.
«шестидесятники» и «нигилисты»
Новые люди стремились перестроить всю жизнь на новых, разумных началах. "Разумный эгоист» — так опишет их Чернышевский.
В 1850-1870-е годы общественно-демократическое движение, резко отрицавшее господствующую идеологию, мораль, бытовые нормы наведения, обозначалось также термином "нигилизм". Термин популяризировал Тургенев, когда применил его к типической психологии шестидесятника. Хотя еще до него слово имело довольно широкое распространение. Помяловский создал выражение "кисейная барышня". Получить в 60-х годах прозвание "нигилист", "нигилистка" было почетно, "кисейная же барышня" — позорно. Легко понять, чем нигилист пугал обывателя. Он или она — разрушитель. Эти новые люди были против суеверий, предрассудков, традиционных привычек, врагами лживых условностей. Единственный авторитет для них это разум. К тому же нигилист "усвоил себе несколько грубоватые манеры как протест против внешней полированности отцов". "Все пошло в переборку" говаривали современники, начиная с основ государственного и общественного строя, религиозных воззрений вплоть до обычаев, костюма, прически. [16]
[16] см подробнее Павлюченко Э. А. «Женщины в русском освободительном движении: от Марии Волконской до Веры Фигнер» Мысль, 1988
Проблема отцов и детей, разрыв молодого поколения со старым стали характерной чертой б0-х годов XIX в.
«Мне то и дело приходилось быть свидетельницею того, как молодежь обоего пола уходила из-под родительского крова»
- вспоминала одна из шестидесятниц, Е. Н. Водовозова.
Об этом же свидетельствовала Софья Ковалевская:
«Можно сказать, что в этот промежуток времени, от начала 60-х до начала 70-х годов, все интеллигентные слои русского общества были заняты только одним вопросом: семейным разладом между старыми и молодыми. О какой дворянской семье ни спросишь в то время, о всякой услышишь одно и то же: родители поссорились с детьми. И не из-за каких-нибудь вещественных, материальных причин возникали ссоры, а единственно из-за вопросов чисто теоретических, абстрактного характера. "Не сошлись убеждениями!"- вот только и всего, но это "только" вполне достаточно, чтобы заставить детей побросать родителей, а родителей отречься от детей. Детьми, особенно девушками, овладела в то время словно эпидемия какая-то - убегать из родительского дома…. то у другого помещика убежала дочь, которая за границу - учиться, которая в Петербург - к "нигилистам"»
Как мы знаем, “эпидемия" эта коснулась и самой Сони Корвин-Круковской, пошедшей на фиктивный брак с В. О. Ковалевским ради того, чтобы уехать учиться в Петербург, а затем за границу.
По единодушному признанию современников, разрывы не только детей с родителями, но и жен с мужьями стали характерными явлениями эпохи шестидесятых годов. М. В. Трубникова, Е. И. Конради, В. Н. Фигнер порвали с мужьями, прежде всего, на идейной основе. "Княгиня-нигилистка" С.Оболенская, писательница Е. В. Салиас де Турнемир, О. Р. Скарятина, также достаточно известные в обществе, жили в фактическом разрыве с мужьями.
Толкало девушек на уход из дому и нежелание идти замуж без любви, по расчету, иногда плохие семейные условия, попреки в куске хлеба, а то и просто вздорные ссоры с домашними по пустякам. Все рвались в Петербург, приобретший в начале 60-х годов ореол обетованной земли, здесь была лаборатория идей, здесь много говорили и писали о женском вопросе, здесь могли указать, как жить, что делать…
Независимость от окружающих обывателей вырабатывалась не только скромной одеждой, но и всем внешним обликом женщины, ее манерами и нормами поведения. Короткая стрижка взамен кос и шиньонов, требующих много времени и забот; отказ от "женских глупостей" в виде сережек, брошей, пренебрежительное отношение к пустой светской болтовне и кокетству, посещение лекций, участие в мужских спорах и даже появление на улице интеллигентных женщин, никем не сопровождаемых — все это вызывало насмешки, возмущение обывателей, а следовательно, вырабатывало силу воли, смелость у женщин, противостоящих толпе.
Однако характерное для женщин той эпохи стремление во всем сравняться с мужчинами, естественный протест против науки "нравиться", впитываемой с молоком матери, приводили зачастую к потере женственности, к искусственному мужеподобию. Не одна чудная коса была отрезана из принципа, изящные дамские шляпки заменялись мужскими (кстати, и потому, что были более дешевы). К сожалению и сегодня, современные феминистки или же обычные девушки невольно в попытке закономерного протеста против старых устаревших устоев путают отказ от рафинированных форм с тотальным отказом любой фемининности, то есть потери женской самоидентичности. Ведь цель не превратить женщин в мужчин, а прекратить дискриминировать человека ввиду его пола.
Самым любимым поэтом передовой демократической интеллигенции тех лет был Н. А. Некрасов — поэтический выразитель "эпохи разночинца". Через увлечение Некрасовым прошли Софья Ковалевская, Вера Фигнер, Софья Перовская и многие их сверстницы. Одна из участниц женского движения 60- 70-х годов вспоминала о том потрясающем впечатлении, которое произвели стихотворения поэта с призывом делать будничное, простое дело для пользы народа.
"И с этим-то народом Некрасов впервые познакомил нас и, что самое главное, сумел заставить нас понять и полюбить всех этих Власов, школьников, Арин-солдаток, всех этих баб, замерзающих в поле, ребят, возящих дрова из лесу в шестилетнем возрасте, и, полюбив их, мы горячо привязались и к поэту, который открыл перед нами этот до тех пор почти неведомый для нас мир, и, пристрастные, как всегда бывает в юности, мы вознесли его на недосягаемую высоту».[17]
[17] см подробнее Павлюченко Э. А. «Женщины в русском освободительном движении: от Марии Волконской до Веры Фигнер» Мысль, 1988
Кропоткин признавался, что именно Тургеневу обязан он своим личным счастьем: повесть "Накануне" с ранних лет определила его отношение к женщине и тем самым помогла найти жену по сердцу и прожить вместе счастливо более двадцати лет. Настоящую бурю вызвал роман Тургенева "Отцы и дети".
Поэма Некрасова о декабристках «Русские женщины» в разгар обсуждения женского вопроса была воспринята как напоминание о предтечах, имена которых впервые вошли в историю русского освободительного движения.
Тургеневская женщина - культовый литературный тип, созданный 1850–1880-е гг., воплощающий нравственный идеал: чистая, образованная, романтичная и сильная духом дворянка. Несмотря на внешнюю хрупкость, они проявляют невероятную решительность, способны на самопожертвование и смелые поступки ради любви или убеждений. По воспоминаниям М. Горького, Л. Н. Толстой как-то сказал:
«Тургенев сделал великое дело тем, что написал удивительные портреты женщин. Может быть, таких, как он писал, и не было, но когда он написал, их, они появились. Это верно, я сам наблюдал потом тургеневских женщин в жизни»
Писатель В. Л. Слепцов, активно тогда помогавший женщинам в их эмансипации, получал десятки писем с вопросами: следует ли девушке бросать родительский дом? Можно ли разойтись с мужем? Можно ли оставить детей на руках престарелой бабки и самой ехать в Петербург учиться? Как и где найти заработок?
Последний вопрос был особенно актуальным. В канун крестьянской реформы и после нее многие бедные родственницы, ютившиеся в помещичьих усадьбах в качестве домашних учительниц, экономок, приживалок, оказались не у дел. Девушки и женщины, порвавшие с родными, естественно, также лишались материальной поддержки. Они ехали в Петербург, чтобы учиться, работать, чтобы найти применение своим силам, быть полезными обществу, утвердиться в своей независимости.
Стесненные материальные возможности таких женщин становились естественным ограничителем всяких излишеств. Но строгая простота в быту, в одежде была вместе с тем и принципом нового человека: стыдно иметь деньги и бросать их на барские прихоти, а не на нужды народа, и прежде всего, его просвещение. А потому долой пышные разноцветные платья с оборками, кружевами и лентами, долой корсеты и прочие женские ухищрения, напоминавшие о "кисейных барышнях". На смену им приходило простое черное, платье, чаще всего шерстяное (в противовес светлому шелку барынь-аристократок), без всяких украшений и излишеств, иногда с белым воротничком и манжетами. Подобный костюм был своеобразной униформой новой женщины в течение нескольких десятилетий. Этих новых людей называли нигилистами. Софья Перовская на суде была в черном платье с белым воротничком. Накануне, 22 марта 1881 г. она обратилась к матери с единственной просьбой, состоявшей в том, чтобы купить ей «воротничок и рукавчики...»[18]
[18] см подробнее Павлюченко Э. А. «Женщины в русском освободительном движении: от Марии Волконской до Веры Фигнер» Мысль, 1988
8. 1861, Отмена крепостного права
3 февраля 1861 года устав Общества был официально утвержден правительством (полное название: «Высочайше утвержденное Общество для доставления дешевых квартир и других пособий нуждающимся жителям Санкт-Петербурга»). Оно уже работало на тот момент как почти 2 года.
В целом этот год ознаменовал великие перемены и в самой империи, накопившиеся противоречия уже просто не оставили выбора короне, кроме как отменить крепостное право, поэтому был подписан Манифест 19 февраля (3 марта) об освобождении крестьян. Правящий класс упразднил крепостное право по форме, но подстраховался, и земля в итоге оставалась помещичьей, крестьяне должны были её выкупать. Таким образом, помещики имели возможность переродиться в класс капиталистов, решив частично проблему первоначального накопления капитала, получив обязанную им долгом рабочую силу. До завершения выплаты крестьяне считались «временнообязанными» и продолжали нести повинности.
Отмена крепостного права положила конец жестокому порядку юредически, исторический перелом сопровождался стихийной местью крестьян вчерашним господам. Так, обретя свободу, бывшие крепостные по щепочкам разнесли тюрьму Нелидова о которой писала Анна Филосова в своих воспоминаниях. Её свёкру крестьянки тоже отомстили изощренно: барин жаловался сыну, что на старости лет его подбрасывают на простынях, роняют на пол, или бросают в кресле в саду одного на долгие часы. После отмены крепостного права этот барин-самодур, державший гарем из крестьянок, собственноручно избивавший неповинную матерь малолетних детей на глазах мужа и детей, прожил всего год, земля ему стекловатой. Анна Философова, переехав во флигель после смерти свёкра, первым делом основала там школу. Несмотря на то, что поначалу соседи и сами крестьяне принимали её за сумасшедшую, вскоре в школу на 50 мест случился огромный наплыв, и для её содержания потребовалась помощь земства.
Реформа была настолько плохой для “освобождённой” стороны, что многие крестьяне посчитали Манифест «подложным», ожидая «полной воли» с землёй без выкупа. Святая простота! Начались столкновения, крупнейшими из которых стали столкновения в селе Бездна (Казанская губерния) и деревне Кандеевка (Пензенская губерния). Крестьяне трактовали, что земля должна остаться им, и тысячами стекались в очаги неповиновения, а власть ответила военным подавлением, было применено оружие, сотни убиты, сотни побиты шпицрутенами и отправлены на каторгу в Сибирь. Герцен в Лондоне обличал это «освобождение» как новую цепь для народа. Ох, как же прав он был. Полицейский надзор усиливался, осенью начались массовые протесты студентов в Петербурге, Москве и Казани против введения платы за обучение и ограничения академических свобод. В Петербурге это привело к столкновениям с полицией и временному закрытию университета. Появились первые тайные революционные кружки, начала свое формирование организация «Земля и воля». Интеллигенция активно обсуждала будущее страны в журналах «Колокол» Герцена и «Современник» Чернышевского. За этими событиями продемонстрированному оскалу царской власти простор в работе интеллигенции был моментально увеличен и это же спровоцировало ужесточение репрессий.
«Земля и воля»
«Земля и воля» — это название двух крупнейших тайных революционных обществ в России XIX века. Несмотря на общее название, это были разные организации, представлявшие два разных этапа народнического движения. Первая «Земля и воля» (1861–1864) создана в период отмены крепостного права. Народники ожидали, что крестьяне, недовольные условиями реформы, поднимут массовое восстание. Идейными вдохновителями были А. И. Герцен и Н. Г. Чернышевский. Требовали передачи всей земли крестьянам, созыв Земского собора, установление демократической республики. Массового восстания не произошло, несмотря на то, что крестьяне были недовольны. Пассивное созерцание интеллигенции, просто обучение, как показала история, на раз не работает. Лидеры и руководители (включая Чернышевского) были арестованы, а организация самораспустилась из-за репрессий и спада революционной волны.
Вторая «Земля и воля» (1876–1879) была уже гораздо более мощная, законспирированная и разветвленная организация профессиональных революционеров. Лидеры: Г. В. Плеханов, А. Д. Михайлов, С. М. Кравчинский, Софья Перовская. Прославились тактикой «хождения в народ». Члены общества селились в деревнях под видом врачей, учителей и кузнецов, чтобы вести пропаганду. Однако крестьяне их не понимали и часто сами выдавали полиции. Их программа включала передачу всей земли крестьянским общинам (черный передел), полное общинное самоуправление, право наций на самоопределение.
В 1879 году внутри организации произошел идейный конфликт. Часть участников разочаровалась в мирной пропаганде и видела единственный выход в политическом убийстве царя, чтобы «дезорганизовать» правительство. Организация распалась на две группы: «Черный передел» (Плеханов) остались верны мирной пропаганде среди крестьян, позже из нее выросла первая российская марксистская организация . Втораяя группа «Народная воля» (Желябов, Перовская), перешли к политическому террору, результатом которого стало убийство Александра II в 1881 году. Александр Ильич Ульянов, старший брат Владимира Ленина, был казнен за участие в организации покушения на императора Александра III в составе «Народной воли», которое должно было состояться 1 марта 1887 года (в годовщину убийства предыдущего царя). На суде Александр отказался просить о помиловании, он заявил, что террор — это печальная необходимость, вызванная отсутствием гражданских свобод. В мае 1887 года он был повешен в Шлиссельбургской крепости. Несмотря на любовь к брату, Ленин не раз осуждал бессмысленность индивидуального террора.
В остальном мире так же кипела жизнь, развитие шло всё так же через разрешения противоречий. Джеймс Клерк Максвелл впервые в мире продемонстрировал цветную фотографию (изображение ленты из шотландки). Для того времени это выглядело как магия, цветная фотография открывала уже расцветающую эру кино, ТВ, а далее следующую за ней эру интернета и соцсетей. В конце 1861 года объединенный флот Великобритании, Франции и Испании прибыл в Мексику и начал спецоперацию в Мексике для установления там конституционного строя марионеточного правительства.
В апреле 1861 года началась Гражданская война в США. Маркс безоговорочно поддержал Север (Линкольна), справедливо считая, что борьба против рабства необходимое условие для будущего успеха рабочего движения. Из-за войны доходы от американской газеты резко упали, что вновь поставило его семью на грань нищеты. Будучи в изгнании, он получил приглашение в Берлин и наконец-то посетил континент, но там же получил отказ в восстановлении Прусского гражданства. На континенте он навестил своего дядю Лиона Филипса (основателя династии Philips), чтобы договориться о получении аванса в счет будущего наследства. Это было необходимо для спасения семьи от долговой ямы. Каково это, всегда находиться в долгах, на грани катастрофы, когда денег нет даже обуться? — многим господам-обличителям не понять, ведь проплаченные капиталом, как когда-то господин Фогт, они продолжают дело своих таких же продажных предшественников, “обличая” Маркса в праздности и во всех смертных грехах, роясь и интерпретируя каждый его шаг с близких им позиций за деньги банкиров, теперь, правда уже, открыто рекламируя заказчика: банки и фонды с дорогой недвижимостью. Но не будем далее об этих прохиндеях, ведь в этом же 1861 году Маркс несмотря на все трудности начнет работу над книгой, изменившей мир, над Капиталом, и посвятит только первому черновику 3 года своей жизни, детально разрабатывая теорию стоимости и анализируя историю экономических учений, чтобы люди будущего поняли, как работает капитализм, ведь без понимания невозможно разумно изменить мир в лучшую сторону для человечества.
Подведение
Помимо наших героинь в этот промежуток времени можно отметить ещё других активисток: Анну Энгельгардт с 1859 по 1861 год вместе с мужем выпускала первый в России химический журнал, для которого тайно переводила и писала статьи. Посещала лекции в Петербургском университете как вольнослушательница, а в 1862 году Анна стала первой женщиной в России, вставшей за прилавок в качестве продавщицы в книжном магазине, чем вызвала скандал, ведь роль женщины — это хранительница очага. Надежда Суслова в 1862 году, в возрасте 19 лет, и еще три девушки добились исключительного права посещать лекции в Военно-медицинской академии в качестве вольнослушательниц. После того как в 1863 году новый устав запретил женщинам сдавать экзамены, Суслова в 1864 году уехала в Швейцарию и стала первой студенткой Цюрихского университета, проложив дорогу для всего следующего поколения российских студенток.
Мария Дондукова (Дондукова-Корсакова), бывшая фрейлина императрицы, уволившаяся со двора и в начале 1860-х годов организовавшая помощь женщинам в Калинкинской больнице, вовлекая в эту тяжелую волонтерскую работу других девушек (в том числе Надежду Стасову). Аделаида Павинская в период короткой университетской оттепели (около 1861 года) беспрецедентно для того времени читала студентам курс об истории французской литературы.
Несмотря на “оттепель”, связанную исключительно с тем, что монарх только-только заступил на престол, власти уже недовольно фыркали в сторону этих взбесившихся своевольных бестий. А. В. Никитенко описал в своем дневнике 5 ноября 1866 г. такой курьезный случай. Нижегородский губернатор сделал распоряжение, по которому
"все женщины, носящие круглые шляпы, синие очки, башлыки, коротко остриженные волосы и не носящие кринолинов, признаются нигилистками, забираются в полицию, где им приказывают скинуть все эти наряды и надеть кринолины; а если они не послушаются, то высылать их из губернии".
Изложив этот факт, солидный профессор в дневнике не мог удержаться от ядовитого комментария: "Администрация в этом усердии доходит до того предела, где ее странные распоряжения уже перестают быть странными, а становятся комическими"
Так, Д. И. Писарев в нашумевшей статье "Реалисты", представляя себе семью новых людей и место в ней женщины, писал:
"Мне нравится наружность моей жены, но я бы никогда не решился сделаться ее мужем, если бы я не был вполне убежден в том, что она во всех отношениях способна быть для меня самым лучшим другом... С тех пор как мы сошлись, мы ведем труд наш общими силами. Она понимает, чего я хочу, и я тоже понимаю, чего она хочет, потому что мы оба хотим одного и того же, хотим того, чего хотят и будут хотеть все честные люди на свете... Все силы ее ума и ее начитанности постоянно находятся в моем распоряжении, когда я нуждаюсь в ее содействии; все силы моего ума и моей начитанности постоянно подоспевают к ней на помощь, когда она чем-нибудь затрудняется... А тут еще присоединяется ощущение любви, в тесном смысле этого слова, тут еще дети, как новая живая связь между мною и ею... Одна и та же личность является, таким образом, для меня товарищем по работе, другом, женой, страдалицей, матерью и воспитательницей моих детей, - и вдруг выдумывают, что я не способен любить эту личность! И вдруг произносят тут слова: охлаждение, разочарование, супружеская ревность или супружеская неверность. Черт знает, что за чепуха!"
П. А. Кропоткин в "Записках революционера" одной из характерных черт женского движения в России отмечал отсутствие пропасти между поколениями старших и младших сестер:
«Те женщины, которые были первыми инициаторами движения, никогда не порывали потом связи с младшими сестрами даже тогда, когда последние ушли гораздо дальше вперед и стали придерживаться крайних взглядов. Они преследовали свои цели в высших сферах, они держались в стороне от всяких политических агитаций, но они никогда не забывали, что сила движения в массе более молодых женщин, большая часть которых примкнула впоследствии к революционным кружкам. Эти вожаки женского движения были олицетворением корректности; я считал их даже слишком корректными; но они не порывали с молодыми студентками, типичными нигилистками по внешности: стрижеными, без кринолинов, щеголявшими демократическими замашками. От этой молодежи вожаки держались немного в стороне; иногда даже отношения обострялись; но они никогда не отрекались от своих младших сестер - великое дело, скажу я,- во время тогдашних безумных преследований».
Именно Стасову, Трубникову и Философову подразумевал Кропоткин, характеризуя аполитических вожаков, имеющих мужество не отвернуться от крайнего крыла своей собственной партии. В Париже за авторством Женни Д'Эрикур, доктором медицины, вышла книга "Освобожденная женщина", она получила широкое распространение. Парижский кружок Эрикур оказал сильное влияние и на М. Л. Михайлова во время его заграничного путешествия с Шелгуновыми, его первые статьи по женскому вопросу - результат этого влияния. Таким образом, женское движение в России вызревало под влиянием не только революционных процессов и социалистических учений, но в первую очередь из западно-европейского феминизма, однако же эта российская женская борьба с ярко выраженной антифеодальной и демократической направленностью, одновременно и выходила за рамки европейского феминизма, целясь в материализм.
Итоги 2-й серии
Государство пока еще не видело в такой благотворительности угрозы. Личная жизнь Трубниковой все более портилась по мере того, как налаживались дела Общества. Когда-то Константин Трубников рассуждал о Герцене, теперь же не слишком радовался, когда жена начала претворять эти идеи в жизнь. Все чаще дома Марию Трубникову ждал конфликт с мужем. Их старшая дочь Ольга в воспоминаниях описывала жизнь как маскарад: летом, без отца, дети лазали по деревьям, бродили по лесам и лугам и работали в саду (как хотела мать), но стоило на горизонте появиться «черной точке» — экипажу отца — как они мчались домой облачаться в «несносные крахмальные юбки», которые они терпеть не могли, чтобы встретить его «чинными девочками».
В воспоминаниях Ольги, есть вот такие описания их жизни:
«С одной стороны — гуманные идеи и демократические, отчасти даже нигилистические воззрения матери, приучавшей нас к простоте в одежде, строго следившей, чтобы в нас не развивались барские замашки и привычки. С другой стороны — отец постоянно вмешивался в наше воспитание. То нас надо было наряжать как кукол, и лакей должен был сопровождать нас на прогулке, то поднимались гонения на разговоры с прислугой. Сам он кричал и на прислугу, и на нас, и на нашу мать за малейшее возражение».
Смысл ясен: с чернью не дружи, без лакея на улицу не ходи, ручки не пачкай, будь как все, а не как мама. В итоге всё это привело только к тому, что Константин Трубников, сам того не зная, превратил жизнь семьи в какой-то театр абсурда, где все наряжаются исключительно ради него и только при его присутсвии.
Усугублялись их отношением и тем что, Мария часто ругалась с ним из-за гонораров авторам его газет — муж не считал нужным платить подчинённым вовремя. Собственно, муж хоть и не читал Капитала Маркса, к тому моменту еще не опубликованный, однако же прекрасно ухватывал логику бизнесмена — эксплуатация. Гуманистке Марии же это казалось нечестным. Он в ответ смеялся и отвечал, что та ничего не понимает в ведении бизнеса. В редакциях газет, формально принадлежавших мужу, работали и женщины тоже.
Они, как и остальные притекающие и высвобождающиеся прогрессом капитализма, пытались заработать себе на жизнь своим трудом. Незамужние выпускницы институтов, овдовевшие мещанки, дочери небогатых купцов — им всем нужна была работа, нужны были деньги, которые они зарабатывали как переводчицы, переписчицы, секретарши и наборщицы. И они тоже были анонимны и невидимы для общества, как и жёны писателей. Все вместе — наборщицы и прачки, редакторки, — все они были как бы невидимым городом в этом мужском государстве.
Ведь Трубников совершенно не был каким-то особенным злым капиталюгой, а скорее обычным буржуйчиком в поиске новых выгод. Тогда большинству авторов оплату задерживали и особенно работникам-женщинам: они были самой незащищенной категорией. С иной стороны, тут показана степень его самодурства и неуважение к собственной жене, она действительно не владела логикой наживы, но тем не менее, являлась одной из наиболее грамотных женщин империи! Планирование целей, финансов и другие сложные управленческие решения первого женского Общества дешевых квартир принадлежали именно ей. Редакции газет принадлежали мужу, но отчасти финансировались и из приданого Марии, там тоже работали анонимные переводчицы, переписчицы, секретарши и наборщицы.
Невидимые, незамужние выпускницы институтов, овдовевшие мещанки, дочери небогатых купцов, как и деревенские швеи, нуждались в деньгах, которые заработали честным трудом.
«Та самая причина, которая прежде обеспечивала женщине ее господство в доме — ограничение ее труда домашней работой, — эта же самая причина теперь делала неизбежным господство мужчины в доме; домашняя работа женщины утратила теперь свое значение по сравнению с промысловым трудом мужчины; его труд был всем, ее работа — незначительным придатком. Уже здесь обнаруживается, что освобождение женщины, ее уравнение в правах с мужчиной невозможно ни сейчас, ни в будущем, пока женщина отстранена от общественного производительного труда и вынуждена ограничиваться домашним частным трудом.»
Общество дешёвых квартир просуществовало до 1870-х годов, пока полицейский надзор не задушил его. Либеральные утопические феминистки показали, что за каждым «падением» стоит экономика, что стыдить надо не женщину, а систему. Триумвират распался: Трубникова умерла, Стасова ушла в подпольную работу, Философова эмигрировала. Но женщины, которых они научили читать, считать и отстаивать свои права, уже не стали прежними. Их собственные дочери — тоже. Впереди начиналась предреволюционная эпоха “новых людей”. То, что пережило и их самих, и их активизм — это простая истина: без экономической независимости никакая нравственность не устоит. Сегодня, когда девушкам снова внушают, что их дело — кухня, дети и «быть красивой для него», когда равноправие снова пытаются отнять под лозунгами «традиционных ценностей», этот урок забыт, и современные феминистки в поисках ответа так же закономерно приходят к таким выводам. Было бы здорово если бы донести им, что материалистическое (то есть контр_утопическое, реально работающее) решение справедливо поставленных феминистских вопросов есть марксизм. Конечно, речь не идет об унижении мужчин, мы говорим именно об объективных проблемах общества, справедливо замеченными и феминистками в том числе, современная уродливая, так называемая “война полов”, к этому имеет очень опосредованное отношение.
Стасова, Трубникова, Философова не дожили до революции. Более того, ни одна из них не была ни материалисткой, ни марксисткой. Философова, несмотря на связи с революционным подпольем, в итоге примкнула к партии кадетов. Стасова навсегда осталась умеренной консерваторшей. И всё же их невероятная энергия, истинный гуманизм и те девушки, которых они вытащили из подвалов и клоповников, передали эстафету тем, кто вышел на улицы в 1905-м и 1917-м. Без их воскресных школ, без их дешёвых квартир, без их уверенности в том, что женщина не придаток к мужчине, не было бы базы для Александры Коллонтай, Надежды Крупской, которые в свою очередь своими руками построили первое в мире государство, закрепившего равноправие полов в Конституции.
Энгельс писал: «Освобождение женщины станет возможным только тогда, когда она сможет в крупном, общественном масштабе участвовать в производстве, а работа по дому будет занимать ее лишь в незначительной мере». Стасова, Трубникова и Философова не читали Энгельса, они дошли до этого интуитивно, через воскресные школы, дешёвые квартиры и войны с собственными мужьями.
Почему же марксисты сегодня с уважением смотрят на либеральный феминизм XIX века? Почему не отмахиваются от него как от наивного или половинчатого?
Потому что либеральный феминизм XIX века был не ошибкой, не тупиком и не предательством классовых интересов. Он был естественным и закономерным этапом преодоления эксплуатации. Он возникал там и тогда, где марксизм ещё только зарождался, где не было ни массового рабочего движения, ни партии, ни теории, способной объяснить механизмы угнетения. В этих условиях женщины, образованные, неравнодушные, рисковавшие положением и репутацией, делали то, что могли: строили школы, снимали квартиры для бедноты, учили девушек читать. Они мечтали о том, что угнетение кончится, искренне считая, что система, в которой ребенок работает по 16 часов в сутки, а его мать ночует в подвале с незнакомыми мужчинами, не может быть оправдана ни «традицией», ни «природой вещей». Они пробивали первую брешь. Встречая сегодня стихийных феминисток, требующих простых базовых вещей, типа уважения к себе не как к объекту сесксуальной объективизации, требующих не обесценивать их умственные способности ввиду того, что ты женщина и прочие, прочие банальности, которые, увы, до сих пор не пройдены в нашем обществе — этих фемочек нет смысла воспринимать как врага, а как предтечу к материалистическому решению. Мы видим, что сама история двигалась от утопических половинчатых идей к материалистическому решению. Большинство стихийных, так называемых феминисток просто не осознают утопичность своих идей, и большинство из них ведомые антисоветской пропагандой современного либерализма и не ведают, что, оказывается, первыми научно объяснили, как добиться женщинам истинного равноправия, были коммунисты Маркс и Энгельс.
Источники
1. Статьи, научные публикации, современные исследования и медиа
1.1 подкасты Маши Братищевой, она провела большую работу в архивах и исследовала судьбы этих и других женщин прошлого, ее цикл подкаст «Невидимый Город» стал для нас большим подспорьем и вдохновением. Братищева М. Невидимый город [Подкаст] / Студия «Либо/Либо», 2023–2024. URL: https://libolibo.ru/nevidimiygorod
1.2 Братищева М. С чего началось женское движение в России // Невидимый город [Видео]. — YouTube, 2024. URL: https://youtu.be/qLRaf3zdWW4
1.3 Братищева М. Моя семья — все женщины России (о Надежде Стасовой) // Невидимый город [Видео]. — YouTube, 2024. URL: https://www.youtube.com/watch?v=s-nM1UAOp2w
1.4 Братищева М. Дамы, которые не стесняются (об Анне Философовой) // Невидимый город [Видео]. — YouTube, 2024. URL: https://www.youtube.com/watch?v=3HHk9fL-pkA
1.5 One third of women across EU have experienced violence, survey finds // The Guardian. — World News, 2024. URL: https://www.theguardian.com/world/2024/nov/25/one-third-of-women-across-eu-have-experienced-violence-survey-finds
1.6 «Торговля людьми — это не всегда подвал и цепи»: интервью о современных формах эксплуатации // Фонтанка.ру, 2021. URL: https://www.fontanka.ru/2021/07/07/70010825/
1.7 Факторы существования проституции в современных условиях [Текст: электронный] // КиберЛенинка. URL: https://cyberleninka.ru/article/n/faktory-suschestvovaniya-prostitutsii-v-sovremennyh-usloviyah/viewer
1.8 Михайлов М. Л. Женщины, их воспитание и значение в семье и обществе [Исторический текст] // Викитека. URL: https://ru.wikisource.org/wiki/Женщины,их_воспитание_и_значение_в_семье_и_обществе(Михайлов
1.9 Проституция // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона [Электронная копия]. URL: https://www.booksite.ru/fulltext/1/001/008/039/681.htm
1.10 Иган Д. Кризис доступности жилья // Финансы и развитие (МВФ). — 2024. — Декабрь. URL: https://www.imf.org/ru/publications/fandd/issues/2024/12/the-housing-affordability-crunch-deniz-igan
1.11 Павлюченко Э.А. Женщины в русском освободительном движении: от Марии Волконской до Веры Фигнер. — М.: Мысль, 1988. URL: https://djvu.online/file/O5VbQL3dUchne?ysclid=mnun514av0826413876
1.12 Дмитриев С.С., Нечкина М.В. (сост.) Хрестоматия по истории СССР. — Т. 2. — М., 1949. — С. 646–647. https://studfile.net/preview/11892060/page:2/
1.13 Шкерин В. А. “Поединок на шпионах” / Ин-т истории и археологии УрО РАН. — Екатеринбург, 2019.
2. Труды классиков марксизма-ленинизма
2.1 Ленин В. И. Великий почин // Полное собрание сочинений. — 5-е изд. — М.: Политиздат. — Т. 39.
2.2 Маркс К. Капитал. Критика политической экономии. Т. 1. Кн. 1: Процесс производства капитала. — М.: Политиздат, 1983. — Гл. XIII, XXIII.
2.3 Маркс К. Борьба классов во Франции с 1848 по 1850 г. // Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. — 2-е изд. — М.: Политиздат. — Т. 7.
2.4 Маркс К. К критике политической экономии // Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. — 2-е изд. — М.: Политиздат. — Т. 13.
2.5 Маркс К. Нищета философии // Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. — 2-е изд. — М.: Политиздат. — Т. 4.
2.6 Энгельс Ф. Положение рабочего класса в Англии // Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. — 2-е изд. — М.: Политиздат. — Т. 2.
2.7 Энгельс Ф. Происхождение семьи, частной собственности и государства // Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. — 2-е изд. — М.: Политиздат. — Т. 21.
2.8 Маркс К., Энгельс Ф. Манифест Коммунистической партии. — М.: Политиздат, 1950.
3. Исторические документы и отчеты XIX века
3.1 Hunter H. J. On the excessive mortality of infants in some rural districts of England // Sixth Report on Public Health. — London, 1864.
3.2 Simon J. Public Health Reports (Privy Council). — London, 1860–1870.
3.3 Children's Employment Commission. 5th Report. — London, 1866.
3.4 Children's Employment Commission. 6th Report. — London, 1867. — App. № 155.
3.5 Public Health Reports. 7th Report (1864) and 8th Report (1866): Evidence of Dr. Bell on Bradford. — London, 1864–1866.
3.6 Выдержки из всеподданнейшего доклада Следственной комиссии Николаю I. — сентябрь 1849.
4. Современные статистические и международные отчеты
4.1 About Sexual Violence // CDC (Centers for Disease Control and Prevention) [Official site]. URL: https://www.cdc.gov/sexual-violence/about/index.html
4.2 Experiences of violence and harassment at work: A global first survey [Joint report] // ILO (International Labour Organization). — Geneva, 2022. URL: https://www.ilo.org/publications/major-publications/experiences-violence-and-harassment-work-global-first-survey
4.3 Profits and poverty: The economics of forced labour [Global Report] // ILO (International Labour Organization). — Geneva, 2024. URL: https://www.ilo.org/sites/default/files/2024-10/Profits%20and%20poverty%20-%20The%20economics%20of%20forced%20labour_WEB_20241017.pdf
4.4 Global Report on Trafficking in Persons (GLOTIP) [Electronic resource] // UNODC (United Nations Office on Drugs and Crime). URL: https://www.unodc.org/unodc/en/data-and-analysis/glotip.html
4.5 Girl Goals: What Has Changed for Girls? Adolescent girls’ rights over 30 Years // UNICEF DATA, 2024. URL: https://data.unicef.org/resources/girl-goals-report/
4.6 Планирование семьи — неотъемлемое право человека // ЮНФПА в Таджикистане, 2024. URL: https://tajikistan.unfpa.org/ru/news/планирование-семьи-–-неотъемлемое-право-человека
5. Русская литература, публицистика и философия
5.1 Чернышевский Н. Г. Что делать? (1863). — М.: Художественная литература, 1985.
5.2 Чернышевский Н. Г. Очерки из политической экономии (по Миллю) (1861). — Полное собрание сочинений. — Т. 9.
5.3 Михайлов М. Л. Женщины, их воспитание и значение в семье и обществе // Современник. — 1860. — № 4.
5.4 Некрасов Н. А. Кому на Руси жить хорошо // Полное собрание сочинений и писем в 15 т. — Т. 5. — Л.: Наука, 1982.
6. Мемуары, письма и архивы
6.1 Стасова Н. В., Философова А. П., Трубникова М. В. Воспоминания и архивные материалы «триумвирата» // Женское движение в России.
6.2 Трубникова О. К. Воспоминания о матери и семейном укладе [Рукопись/Архив] .
6.3 Стасова П. Д. Воспоминания о деятельности воскресных школ [Мемуары].
6.4 Стасов В. В. Записки о деятельности сестры, Надежды Стасовой // Собрание сочинений. — СПб., 1894.
6.5 Философов В. Д. Письма о жене (Анне Философовой).
6.6 Бакунина Е. М. Воспоминания о Крымской войне и сестрах милосердия // Крестовоздвиженская община сестер попечения о раненых и больных. — СПб., 1898.
6.7 Анисимова Н. В., Иванова Т. Г. Философовские чтения. — Псков: Псковский государственный университет, 2021.
Авторы:
тов Ultras
тов Shtill
при неоценимой поддержке
тов Везувий
тов Юкоба
тов Метафизикус
тов Ошу
тов Fox
отдельная благодарность подразделению дизайн, в частности тов. Юкобе, которая, как и упомянутые в статье героини и их подопечные между работой, в свободное время от кружка, буквально с маленьким ребёнком на руках, отбирала для вас, дорогой читатель, самые редкие кадры из диафильма, документальные фото и картины, собирая в едино наших героинь, как цветы на ветру. Благодарим тов. Ошу, тов. Метафизика за внимательную сверку исторических фактов, быта, причесок, платьев того времени для наших обложек и сопровождающих картинок, все сторизы и десятки вспомогательных иллюстраций бережно собраны вашими руками. Не забудем поблагодарить тов. Лиса и тов. Юкобу за закладочки по цветам, чтобы читателю легче было соотнести судьбы героинь с ходом истории.
Огромная благодарность тов. Штилю за соавторство и кропотливую работу с источниками, перепроверками, уточнениями и поисками самой неожиданной информации и решения нестандартных проблем. Без тебя, дорогой товарищ, и этот цикл, и эта статья остались бы лежать в столе еще год.
Благодарю тов. Везувия за поиск, проверку и всяческую поддержку процессов и коррекцию многочисленных финальных версий.
А также всех активистов, интересовавшимися о прогрессе и поддерживающих наши коллективы добрым словом, сокружковцев и сотоварищей наших ребят, которые с пониманием относились к уменьшению вклада в кружок на момент написания. Ребята, мы всем медиа это ценим, когда мы начинали эту работу, то сами не могли предположить, как сильно увлечет нас самих эта эпоха и как много нам предстояло найти, чтобы дать честный и объективный результат.
при поддержке коллективв ᑕTᖇᒪ_ᖇᗩ, не жди, нажми на перемены сегодня!
Реквизиты для донатов:
Ваши комментарии и донаты - это наилучший способ сказать спасибо авторам за труд.
Ваши репосты и лайки - это единственный инструмент в соц сетях продвинуть теорию, научный и материалистический подход в массы!
Крипта-кошельки:
BTC: bc1qctux4rth502r9w2tdq7la466a308s9n7wj6e33
LTC (Litecoin): LNXzuJWRdJaCRVPQRRoXUPb3FL28qmgRge
USDT (TRC20): 3FcMC9cosEANQtVmZAasSNfEWVMPAvmPU2
USDC (ETH), DAI: 0x2b6e20e55fd5c63cdf9bf927c3343015d17aa96a