Отношения между Ким Ир Сеном и Сантьяго Каррильо; между чучхе и еврокоммунизмом

Еврокоммунистический ревизионизм, если быть кратким, можно определить следующим образом:

«Ревизионистские партии стран Западной Европы пытаются выдумать теорию о некоем „новом обществе", именуемом социалистическим обществом, которое будет установлено путём „структурных реформ" и при тесной коалиции с социал-демократическими партиями и даже с правыми партиями. Это общество, по их мнению, будет построено на новых основах, путём „социальных реформ", путём „социального мира", „парламентским путем", посредством „исторического компромисса" с буржуазным и партиями. Ревизионистские партии Европы, наподобие итальянской, французской и испанской, а за ним и все другие ревизионистские партии Запада отрицают ленинизм, классовую борьбу, революцию и диктатуру пролетариата. Все они вступили на путь компромисса с капиталистической буржуазией. Эта антимарксистская линия именуется ими „еврокоммунизмом". „Еврокоммунизм" есть новое псевдокоммунистическое течение, которое выступает и не выступает против советского ревизионистского блока. Такая колеблющаяся позиция объясняется стремлением к идейному сосуществованию с европейско й социал-демократией, со всеми различными взглядами, кипящим и в европейском котле. „Еврокоммунисты" могут объединиться с кем угодно, за исключением тех, кто борется за торжество революции и за чистоту марксистско-ленинской идеологии». (Энвер Ходжа; Империализм и революция, 1978)

Мы добавляем к его анализу следующее, чтобы понять его критику сегодня: еврокоммунизм — это та ветвь ревизионизма, которую легче всего разоблачить, потому что своими тезисами он сам себя разоблачает. Но в любом случае мы считаем необходимым не сдаваться в идеологической борьбе против теории, которая, хоть и вышла из моды, всё ещё является теорией, враждебной марксизму-ленинизму, которая черпает из других ревизионизмов и реформизмов и в то же время предоставляет элементы для «новых» ревизионизмов, читай «социализма XXI века».

Каковы были отношения Северной Кореи с самым дегенеративным и антикоммунистическим ревизионизмом XX века? Отношения корейского ревизионизма с еврокоммунистическим ревизионизмом были, несомненно, прекрасными. Отношения значительно улучшились, начиная с 1970-х годов, когда Каррильо совершил турне по ревизионистским странам Азии, включая Северную Корею и Китай. Давайте немного освежим в памяти весь этот период, чтобы лучше понять еврокоммунистическо-корейские ревизионистские отношения в дальнейшем:

«Агентство Синьхуа сообщило, что делегация испанской ревизионистской партии Пассионарии во главе с её генеральным секретарём, Каррильо, прибыла в Китай и посетила многие его города. Оно передавало, что в честь делегации был устроен сердечный банкет, а Гэн Бяо, заведующий внешним отделом при Центральном Комитете Коммунистической партии Китая, имел с ней переговоры, на которых были изложены взгляды обеих сторон. Теперь уже ясно — Коммунистическая партия Китая встала на путь контактов, переговоров и, почему бы нет, и соглашений. Быть может, это пока что об отдельных проблемах, покуда они не договорятся обо всем. После этой встречи очередь за встречами с другими ревизионистскими партиями — итальянской, французской, английской, голландской и другими. Это целый развивающийся процесс. С одной стороны, Коммунистическая партия Китая следует по самому открытому оппортунистическому пути, она якобы поддерживает двусторонние связи с коммунистическими и рабочими (марксистско-ленинскими) партиями лишь „с целью узнавать их мнение, информироваться", но не помогая им и особенно не поддерживая их идеологически в борьбе против ревизионистских партий и других анархистских, троцкистских групп; с другой стороны, Коммунистическая партия Китая начала и будет продолжать развивать контакты и вступать в сделки с ревизионистскими партиями. Настоящая линия, конечно, погрузит её глубоко в трясину ревизионистской идеологии, приведет ее идеологически к „третьему миру", т.е. на ревизионистский путь Тито, Чаушеску, Кастро и т.д. Другой путь, которого придерживается Коммунистическая партия Китая, это путь якобы государственных связей в целях укрепления связей с ревизионистскими партиями в тех странах, в которых они у власти и у которых имеются противоречия с Советским Союзом и с ревизионистской партией Советского Союза. Наряду со всеми этими действиями и именно для того, чтобы замаскировать истинные тактические и стратегические цели этих ревизионистских и оппортунистических действий, Коммунистическая партия Китая „поддерживает связи", афиширует и трубит о том, что „она и Албанская партия Труда проводят одну и ту же линию и находятся в полном марксистско-ленинском единстве", и, поддерживая нас, дает понять, будто „и мы согласны со многими ее действиями". Это очень коварная тактика». (Энвер Ходжа; Каррильо в Китае; Размышления о Китае, т. I, 19 ноября 1971 г.)

Было очевидно, что китайских ревизионистов и испанских еврокоммунистов объединяет вопрос борьбы с советским ревизионизмом. Однако следует помнить, что антисоветизм и Каррильо, и Мао Цзэдуна не был марксистско-ленинским:

«Итак, „антиревизионизм", который они выказывают в отношении хрущевцев, не основан на марксистско-ленинской идеологии. Против советского ревизионизма они борются не с принципиальных позиций. Наоборот, кто антисоветчик, тот хорош для китайцев, он становится в ряд с ними, независимо от того, кто эти антисоветчики: титовцы-ревизионисты, изменники марксизма-ленинизма, агенты американцев, румынские ревизионисты, связанные с американцами и с европейской реакцией, или же это буржуа-реакционеры. Достаточно лишь быть антисоветчиком и ты завоюешь симпатию китайцев. Эта антимарксистская позиция завела ныне Китай в тупик, на такой путь, который, если он его не бросит, приведет его к измене. Эти антимарксистские взгляды, которых Китай придерживается в своей политике по отношению к Советскому Союзу, известны империализму и современному ревизионизму, причем как первый, так и второй стараются до максимума использовать их». «Их «антиревизионизм» по отношению к хрущевцам, таким образом, не основан на марксистско-ленинской идеологии. Они не борются с советским ревизионизмом с принципиальных позиций. Напротив, для китайцев все антисоветчики хороши, они солидаризируются с ними, независимо от того, кто эти антисоветчики: титоисты-ревизионисты, предатели марксизма-ленинизма, агенты американцев; румынские ревизионисты, связанные с американцами и европейской реакцией, или реакционная буржуазия. Достаточно быть антисоветчиком, чтобы пользоваться симпатией китайцев. Эта антимарксистская позиция сегодня завела Китай в тупик, на путь, который, если он не откажется от него, приведет его прямо к предательству. Империализм и современный ревизионизм знают об этих антимарксистских взглядах Китая в его политике против Советского Союза, и оба прилагают усилия, чтобы использовать их в полной мере». (Энвер Ходжа; Антимарксистское выстраивание; Размышления о Китае, т. I, 27 июля 1971 г.)

Китайские ревизионисты хотели использовать антисоветизм Каррильо для теории «трёх миров», а Каррильо, со своей стороны, хотел, чтобы Китай, как великая держава в ревизионистском мире, принял его «новый путь к социализму», побуждая и сторонников китайского ревизионизма поддержать их. Это доказывает, что по той или иной причине, ради тех или иных интересов ревизионизмы, несмотря на свои противоречия, сходятся в союзе, когда считают это необходимым, особенно если речь идёт о борьбе с марксизмом-ленинизмом, точно так же, как конфликтующие империализмы объединяются, если считают это выгодным для своих интересов или необходимым, чтобы остановить коммунизм.

Сегодня и впредь некоторые якобы марксисты-ленинцы, влюблённые в корейский ревизионизм, нападают на еврокоммунистический ревизионизм, как и на советский, но они не знают о связях и поддержке корейского ревизионизма еврокоммунистическим ревизионизмом, как и не знают о связях корейского ревизионизма с советским, когда критикуют последний. Примером этого, уже крайним, является Алехандро Као де Бенос, которому в одном из интервью интервьюер задал следующий вопрос, имеющий большой интерес: «Каково ваше мнение о Сантьяго Каррильо как об исторической фигуре?

«Я не знаком с ним лично, но я считаю, что любой, кто хотя бы частично отказывается от его идей или в данном случае тянет своих последователей за собой, чтобы уйти из ортодоксального коммунистического направления, так сказать, в то, которое соответствует капиталистической социал-демократии, - это предатель. Я бы определил его именно этим словом. В конце концов, неважно, что человек сделал, если он предал свои идеи, поэтому я бы дал ему такое название: он предатель». (Алехандро Као де Бенос; интервью, данное Berlunes, 27 марта 2014 года).

Как же так получилось, что человек, жалко носящий на своем «традиционном корейском костюме» значок Ким Ир Сена и Ким Чен Ира и проживший там столько лет, не знает, что «великий вождь» Ким Ир Сен, «бич ревизионистов», был одним из самых больших друзей Сантьяго Каррильо, испанского исторического деятеля, которого он сам называет «предателем» любого «ортодоксального коммунистического» направления? Или же Алехандро Као де Бенос знает об этой неприкрытой дружбе, но в Северной Корее ему не позволяют высказаться и осудить старую политику поддержки еврокоммунизма, проводимую его режимом? Его выдворят, ему проломят голову? Или корейские ревизионисты настолько герметичны в своих внешних отношениях и старых ошибках, что скрывают эту информацию от новых кадров, а Алехандро просто не в курсе дела?

«Я глубоко признателен вам и в вашем лице всем членам Коммунистической партии Испании за теплые поздравления по случаю XX годовщины основания Трудовой партии Кореи. По этому случаю я ещё раз заявляю вам, что наша партия и народ стоят плечом к плечу с вашей партией и испанским рабочим классом, которые борются против империализма во главе с американскими империалистами и диктаторского франкистского режима за установление реальной народной власти. С удовлетворением отмечая дружеские и братские отношения между двумя партиями, особенно после вашего визита в нашу страну, мы выражаем сердечные пожелания новых успехов в дальнейшей борьбе вашей партии. (Ким Ир Сен; Генеральному секретарю Коммунистической партии Испании товарищу Сантьяго Каррильо, 30 октября 1970 г.)

Как видно из послания от 30 октября 1970 года, Ким Ир Сен в 1970 году рассматривал Коммунистическую партию Испании как партию испанского рабочего класса и очень верил в то, что Каррильо сможет создать со своей ревизионистской партией «реальную народную власть». Отмечается также, что Ким Ир Сен поддерживал регулярные отношения «дружбы и братства» с еврокоммунистическим ревизионизмом, о чем свидетельствует визит Сантьяго Каррильо в Северную Корею, на который он ссылается. И это действительно так, испанская ревизионистская партия имела встречи с корейской ревизионистской партией:

«В ходе переговоров, проходивших в атмосфере дружеского и братского товарищества, состоялся обмен мнениями по вопросам, представляющим взаимный интерес, и по дальнейшему развитию дружеских отношений и сотрудничества между двумя партиями». (Совместное коммюнике Трудовой партии Кореи и Коммунистической партии Испании, Пхеньян, 18 октября 1969 г.).

На каком основании Ким Ир Сен так высоко ценил Сантьяго Каррильо? В основном для того, чтобы лучше обосновать свою теорию «Чаджусон», или, другими словами, по мнению корейца, коммунистические партии в Европе были великими защитниками национального суверенитета, что позволяло поддерживать их, веря, прежде всего, в то, что они защищают суверенитет и независимость этих стран:

«Николае Чаушеску: В коммунистическом движении снова произошли большие изменения. Всё больше партий занимают независимую позицию и выступают за новый тип отношений, основанный на уважении независимости и отказе от вмешательства в их внутренние дела. Ситуация в Европе лучше, чем раньше. В этом отношении важна позиция коммунистических партий в Италии, Франции и Испании, а также партий в других странах, таких как Финляндия и Великобритания (...) Хотя не все партии усвоили теорию еврокоммунизма, они защищают свою независимость и суверенитет. Позиция, занятая большим количеством коммунистических партий, создаёт условия для установления качественных обменов в коммунистическом движении, в духе утверждения принципов суверенитета и независимости и гарантии их единства. Даже если теория еврокоммунизма не верна, мы считаем, что не стоит вступать в публичную полемику по этому вопросу. Важно то, что эти партии хотят утвердить свою независимость и суверенитет и найти подходящий путь к социализму. (...) Коммунистические и рабочие партии Европы должны быть поддержаны в укреплении их единства и солидарности, но не путём создания Интернационала для их координации. Мы выступаем за обмен мнениями по проблемам, которые могут возникнуть, и за поиск средств и методов их решения в целях укрепления солидарности. Необходимы контакты и сотрудничество с социалистами, демократами, христианскими демократами, правителями и национально-освободительными движениями. (...) [Ким Ир Сен] выразил полную поддержку вышеизложенным идеям и сказал, что придерживался тех же позиций в своих беседах с президентом Тито. Главная проблема, стоящая перед коммунистическими партиями Европы, - это защита их суверенитета, и поэтому их необходимо поддерживать. Действуя самостоятельно, эти партии могут решать свои внутренние проблемы в соответствии с конкретными условиями, которые существуют в этих партиях». (Протокол беседы на официальной встрече румынской делегации во главе с Николае Чаушеску и корейской делегации во главе с Ким Ир Сеном, 20 мая 1978 года).

Оставив в стороне страх перед Коминтерном и Коминформом, который эти ревизионисты демонстрируют в приведённом выше отрывке, мы видим, как они объявляют себя сторонниками модного тогда еврокоммунистического «движения», то есть Ким Ир Сен, соглашаясь с теориями Тито и Николае Чаушеску, одобрял «путь к социализму» еврокоммунистического ревизионизма! Мы снова спрашиваем: тот ли это лидер, которого так называемые «коммунистические партии» объявляют великим «антиревизионистом»? Тот ли это деятель, которого продвигают партии, объявляющие себя «антикаррилисткими»? Как долго эти ревизионисты будут продолжать выставлять себя дураками в своей противоречивой политике поддержки деятелей, поддерживающих других деятелей, от которых они сами отрекаются?

Ким Ир Сен, который в своих внешнеполитических выступлениях не мог оправдаться по поводу советского социал-империализма, с которым он был связан различными путями, тем не менее, оправдывался по поводу американского антиимпериализма, ибо он был кардинальным фактором в представлении его внешней политики, чтобы завоевать поддержку для Северной Кореи.

Он считал, что Соединённые Штаты - единственный реальный враг человечества, а европейские государства, которым угрожают Соединённые Штаты, еврокоммунисты-ревизионисты могут проделать огромную работу по защите государственной, экономической и иной независимости этих европейских государств - как будто еврокоммунисты-ревизионисты способны или хотят это сделать. На самом деле всё было совсем иначе: среди самих еврокоммунистов одни были более просоветскими, как Жорж Марше, другие - более проамериканскими, как Энрико Берлингуэр. Вспомните глупое утверждение Ким Ир Сена о том, что еврокоммунисты были «гарантами свободы и независимости своих стран»:

• 1) роль защитника независимости была настолько неэффективной у еврокоммунистических ревизионистов, что они даже не предложили расторгнуть военные пакты империализма с европейскими странами, такие как НАТО:

«Участие Италии в Атлантическом союзе обусловлено необходимостью сохранения баланса сил, от которого зависит сохранение мира в Европе и во всём мире». (Итальянская коммунистическая партия; Политика и организация итальянских коммунистов; Тезисы и устав, принятые на XV съезде Итальянской коммунистической партии, 1979).

Эта софистика была весьма старой:

«Тезис равновесия между великими державами в качестве фактора или средства сохранения мира есть старый империалистический лозунг, прекрасно известный миру и особенно Европе. Он всегда использовался для оправдания гегемонистской политики великих империалистических держав и предоставляемого ими себе права вмешиваться во внутренние дела других и господствовать над другими». (Энвер Ходжа; Еврокоммунизм - это антикоммунизм, 1980).

• 2) Включение будущих ревизионистско-капиталистических еврокоммунистических стран в капиталистические экономические организации различных блоков. Испанский ревизионизм, в частности, предлагал скорейшее присоединение Испании к Европейскому экономическому сообществу, то есть вхождение Испании в нынешний Европейский союз. Еврокоммунисты, разделяя взгляды китайских ревизионистов во главе с Мао Цзэдуном и теорию «трёх миров», выступали за Европейское экономическое сообщество и считали, что оно является благом для народов:

«Мы считаем, что те, кто выступает против вступления Испании в Европейское экономическое сообщество, отказываются от желания демократического, прогрессивного пути в рамках этого сообщества, от сбалансированного европейского строительства, в котором Южная Европа имеет свой вес. Коммунистическая партия Испании, выступая за вступление Испании в Европейское экономическое сообщество, заявляет о своем стремлении вместе с другими левыми силами Европы изменить нынешний характер сообщества, в котором доминируют крупные монополии. Мы стремимся к Европе трудящихся, Европе народов: Европе, объединённой экономически и политически, проводящей свою собственную независимую политику, не подчиняющейся ни Соединённым Штатам, ни Советскому Союзу, но поддерживающей положительные отношения с обеими державами». (Коммунистическая партия Испании; Резолюция IX съезда Коммунистической партии Испании, 1978 г.).

Это мерзкое заявление показывает, что эти несчастные глупцы были сторонниками «реформы изнутри» Европейского экономического сообщества, как сегодня в Испании их наследники работают над этим в партии «Объёдиненные Левые» Кайо Лары или её непризнанном отпрыске, партии Подемос Пабло Иглесиаса:

«Общий рынок и Объединенная Европа, это крупное объединение капиталистических монополий и транснациональных корпораций, предназначенное для эксплуатации народов и трудящихся масс Европы, как и народов мира, составляют для еврокоммунистов реальную «действительность», с которой нужно согласиться. А согласиться с такой «действительностью», значит согласиться с ликвидацией суверенитета, культурных и духовных традиций отдельных стран Европы в интересах крупных монополий, значит согласиться с ликвидацией личности европейских народов и с их превращением в массу угнетаемых транснациональными корпорациями, управляемыми крупным американским капиталом. Разглагольствования еврокоммунистов о том, будто их участие в «парламенте и в других органах европейского сообщества приведет к демократическому преобразованию» и созданию «Европы трудящихся», — сущий обман и демагогия. Насколько мож­но «демократическим путем» преобразовать капиталистическое общество данной страны в социалистическое общество, настолько можно сделать Европу «Европой трудящихся» речами еврокоммунистов на пропагандистских заседаниях парламента Объединенной Европы. Вот почему позиция еврокоммунистов в отношении Общего рынка и Объединенной Европы есть оппортунистическая и штрейкбрехерская позиция, вытекающая из их линии классового примирения и преклонения перед буржуазией. Такой позицией стремятся сбить с толку трудящиеся массы, сдержать их боевой порыв в борьбе за свои классовые интересы и интересы всей нации». (Энвер Ходжа; Еврокоммунизм - это антикоммунизм, 1980).

• 3) Кроме того, программа еврокоммунистов не отрицает, как это сегодня не отрицают ни Объединённые левые, ни Подемос, интересы иностранного капитала:

«Инвестиции иностранного капитала и деятельность транснациональных корпораций не будут ограничены». (Сантьяго Каррильо, Еврокоммунизм и государство, 1977).

В итоге у них не было антиимпериалистической программы, но они преклонялись перед ней во всех возможных областях, включая идеологию и культуру, чрезмерно откровенно занимая прокапиталистическую и империалистическую позицию:

«Югославские ревизионисты говорят о единстве «неприсоединившегося» мира и этой формулой «исключают» классовую борьбу и диктатуру пролетариата. От мирового империализма и капитализма они хотят только одного: чтобы «неприсоединившиеся страны» «пользовались нынешним статус-кво и чтобы им оказывали экономическую помощь». В этом направлении титовцы одного мнения с еврокоммунистами с той лишь разницей, что, если югославы говорят о так называемой «независимости от сверхдержав и блоков», еврокоммунисты не говорят об этом даже формально». (Энвер Ходжа; Еврокоммунизм - это антикоммунизм, 1980).

Поэтому еврокоммунистические партии не были ни «антиимпериалистическими», ни «защитниками суверенитета и независимости», поскольку в соответствии с коммунистическими принципами:

«Отношение к империализму было и остается демаркационной линией между воистину революционными, патриотическими и демократическими силами, с одной стороны, и силами реакции, контрреволюции и национальной измены — с другой». (Энвер Ходжа; Еврокоммунизм - это антикоммунизм, 1980).

Как видно, аргумент Ким Ир Сена в защиту еврокоммунистов о том, что они защищают суверенитет своих стран, был безосновательным. Но на самом деле корейские ревизионисты думали не только о том, что еврокоммунисты борются за «независимость и суверенитет своих стран»; как мы видели из беседы с Ким Ир Сеном, они считали, что «эти партии хотят утвердить свою независимость и суверенитет и найти подходящий путь к социализму»; то есть эти ренегаты действительно верили, что другие ренегаты собираются построить что-то хоть немного похожее на социалистическое общество. И вот что Ким Ир Сен сказал своему близкому другу Сантьяго Каррильо!:

«По случаю нового 1972 года от имени Центрального Комитета нашей партии и от себя лично шлю тёплые и братские приветствия вам и испанским коммунистам и рабочему классу. Я очень рад, что отношения дружбы и сотрудничества между нашими двумя партиями прекрасно развиваются на основе принципов марксизма-ленинизма и пролетарского интернационализма. Пользуясь случаем, хочу выразить нашу полную поддержку и активную солидарность в борьбе испанского рабочего класса против американского империализма и диктаторской власти Франко и за создание социалистической Испании. Уверенный в том, что дружественные отношения между нашими двумя партиями будут и дальше укрепляться и развиваться в общей борьбе против империализма, возглавляемого империализмом США, и за торжество дела марксизма-ленинизма, я выражаю искреннюю надежду, что ваша дальнейшая деятельность будет увенчана новыми успехами». (Трудовая партия Кореи; Обращение Ким Ир Сена к Сантьяго Каррильо, 30 декабря 1971 г.).

Ким Ир Сен не перестаёт удивлять нас и ближе к концу этой статьи. По его словам, он был уверен, что Сантьяго Каррильо добьётся «создания социалистической Испании»!

Пресловутый испанский ренегат с таким чувством отзывался о своем корейском коллеге-ревизионисте:

«Я должен сказать о Ким Ир Сене, что он один из самых верных в дружбе людей, которых я когда-либо знал. (...) Ким Ир Сен - один из самых умных государственных деятелей, которых я когда-либо встречал, а встречал я их немало». (Сантьяго Каррильо; Мемуары, 1993)

Предатель Каррильо в конце своих дней вспомнит, какие личности были для него более и менее интересны, с кем он поддерживал дружбу, а с кем нет:

«Я с особой любовью вспоминаю югослава Тито, с которым у меня была очень крепкая дружба. Я помню Фиделя Кастро, с которым у меня тоже были очень близкие отношения. Я помню генерального секретаря китайской партии, с которым у меня были очень хорошие отношения, но я не запомнил [Чжао Цзыяна - прим. А.С.], его потом сняли, но он сыграл большую роль в открытии отношений между китайскими коммунистами и испанской партией, итальянской партией, западными партиями. Я знал Сталина, но, конечно, у меня нет таких же приятных воспоминаний о нём. Я знал Мао Цзэдуна. Я не успел познакомиться с Ши Мином, когда поехал во Вьетнам во время войны с Соединёнными Штатами, он уже умер. Я познакомился с Чаушеску, который оказался не таким уж плохим, как говорила западная пропаганда. Я, конечно, встречался со многими людьми (...) Один из лидеров, с которым у меня были самые лучшие отношения, - Ким Ир Сен. У меня прекрасные воспоминания о Ким Ир Сене, я считаю, что он был необычайно умным человеком. Я был в Корее довольно много раз, пока он был жив». (Интервью с Сантьяго Каррильо, данное А. Шопенгауа 8 февраля 2012 года).

Очевидно, что из 7-ми ревизионистов он утверждает, что близко дружил с 4-мя из них, особо упомянув Ким Ир Сена, с другим он просто встречался, с третьим никогда не встречался, а единственного марксиста-ленинца в списке личностей, Иосифа Сталина, он не очень тепло вспоминает!

Как мы уже упоминали, отношения двух партий были очень близкими, несмотря на большое расстояние между двумя странами, и линия Коммунистической партии Испании была высоко оценена Ким Ир Сеном:

«Трудовая партия Кореи направила делегацию на съезд Коммунистической партии Испании. То, что Коммунистическая партия Испании могла вести подпольную деятельность в течение 40 лет, достойно восхищения. Её легализация - большая победа и подтверждение того, что независимая линия, которой она придерживалась, была справедливой. Если бы все коммунистические партии придерживались независимой линии, то единства с ними было бы легче достичь. Было бы очень хорошо, если бы коммунистические партии создали общий фронт с социалистами, демократами и правящими партиями. Фактически во всех беседах с представителями других партий они постоянно поднимают вопрос о создании общего фронта борьбы». (Протокол беседы на официальной встрече румынской делегации во главе с Николае Чаушеску и корейской делегации во главе с Ким Ир Сеном, 20 мая 1978 года).

Читая подобную чушь, можно только пожать плечами. Доходит до того, что в качестве примера «независимой» линии приводят линию, которой придерживалась Коммунистическая партия Испании в период так называемого переходного периода. Как мы знаем сегодня, когда румыны и корейцы говорят об этой «независимости», они имеют в виду линию, независимую от конкретных положений советского социал-империализма о взятии власти, партийной организации, строительстве социализма и т. д., диктата и требований, от которых, несмотря на браваду корейцев и румын в личных беседах, они не смогли полностью уйти ни политически, ни экономически от советских ревизионистов. Но эта «независимая» от советского ревизионизма и прежде всего от марксизма-ленинизма линия еврокоммунистов нисколько не оправдывает румынских и корейских ревизионистов в том, чтобы ставить линию еврокоммунизма в пример европейскому пролетариату, а тем более предлагать её европейским народам, фронт социал-демократов, демократов и других цирковых партий во главе с еврокоммунистами для сохранения суверенитета страны, когда эти партии, будучи защитниками буржуазии и буржуазной демократии, не в состоянии сделать подобное, а тем более с таким ревизионистским авангардом во главе.

Заявляя, что еврокоммунисты являются положительным моментом в Европе, Ким Ир Сен тем самым заявлял, что они «умеют хорошо приспособиться» к «специфическим» национальным условиям европейских стран. То есть Ким Ир Сен ставил официальную печать корейского ревизионизма на еврокоммунистах как на хороших мошенниках и фальсификаторах «специфических» условий их родных стран:

«Касаясь коммунистического движения в Европе, товарищ Ким Ир Сен сказал, что корейцы оценивают позицию коммунистических партий Италии, Франции и Испании как положительную и что они готовы действовать на основе существующих отношений в этих странах». (Протокол беседы на официальной встрече румынской делегации во главе с Николае Чаушеску и корейской делегации во главе с Ким Ир Сеном, 20 мая 1978 года).

Иными словами, признаётся, что как еврокоммунисты сказали, так они и поступили:

«В соответствии со своими условиями, которые, мол, диктуют им мирный путь, путь демократических реформ, путь политического и идеологического плюрализма — и и т.д. и т.п. (…) Тут же добавляют они, мы должны объединиться с социал-демократией и другими политическими силами и вместе с ними, вместо того чтобы разрушить государственный аппарат капиталистической буржуазии, как этого требуют классики марксизма-ленинизма, воздействовать на него пропагандой, реформами, церковью, культурой и т.д., с тем, чтобы постепенно эта власть получила воистину демократическую форму, чтобы она служила всему обществу и создала условия для построения «социализма» мирным путем. Одним словом, они проповедуют создание выродившегося отвратительного общественного строя, который не имел бы ничего общего с научным социализмом». (Энвер Ходжа; Еврокоммунизм - это антикоммунизм, 1980).

При всестороннем анализе истории и событий корейские ревизионисты фактически были первыми движущими силами и организаторами официального утверждения еврокоммунизма как такового, как институционализированной доктрины в европейских ревизионистских партиях:

«Делегация Трудовой партии Кореи с радостью отмечает, что Коммунистическая партия Испании творчески и самостоятельно применяет общие принципы марксизма-ленинизма в соответствии с характерными условиями развития революции в вашей стране и что в ходе борьбы она укрепляет себя как мощная революционная сила, имеющая большое влияние среди масс». (Совместное коммюнике Трудовой партии Кореи и Коммунистической партии Испании, Пхеньян, 18 октября 1969 г.).

Поддержка европейских ревизионистских партий и их «независимая» от ревизионистского Советского Союза линия была для корейцев:

• 1) взять «маленький реванш» и одержать победу над социал-империалистическим Советским Союзом, который требовал от них такой же идеологической привязанности, как и от еврокоммунистических партий Европы;
• 2) импульс к обнародованию и официальному утверждению собственной идеологии «чучхе», в то время как советские ревизионисты были заняты подавлением новых идеологий, которые не соответствовали советскому ревизионизму;
• 3) и более того, поскольку ревизионисты - хорошие торгаши, они ожидали от ревизионизма той же ответной поддержки, ради которой они высунули шею перед Кремлем:

«Делегация Коммунистической партии Испании высоко оценила блестящие революционные традиции корейского народа. (...) Сплотившись вокруг и под мудрым руководством товарища Ким Ир Сена, на революционной идее «чучхе» - линии суверенитета и независимости во всех областях - корейский народ в короткий срок стал передовой социалистической страной, имеющей независимую экономическую базу». (Совместное коммюнике Трудовой партии Кореи и Коммунистической партии Испании, Пхеньян, 18 октября 1969 г.).

Как мы видим, во внешней политике Северной Кореи ещё одной вопиющей параллелью с китайским ревизионизмом стало поддержание дружеских отношений с явно антимарксистскими партиями:

«Другим показателем антимарксистской сути „маоцзэдунъидеи" являются и связи, которые Коммунистическая партия Китая поддерживала и поддерживает со многими разнородными фашистскими, ревизионистскими и другими партиями и группами. Теперь она старается создать почву для проникновения или установления связей и со старыми ревизионистскими партиями разных стран, как, например, Италии, Франции, Испании и других стран Европы, Латинской Америки и т.д. Китайские ревизионисты придают всё большее значение этим связям, ибо идеологически все эти партии проводят ту же линию, что и Коммунистическая партия Китая, несмотря на различия в тактике, которые зависят от характера, силы и мощи капитализма в каждой стране. Связи Коммунистической парти и Китая с этими традиционно ревизионистскими партиями постепенно расширятся, их действия будут согласованы, а Коммунистическая партия Китая будет продолжать использовать малые группы, называющиеся „марксистско - ленинскими" и проводящие китайскую линию, для подрыва и раскола подлинно марксистско-ленинских партий, которые уже существуют и стоят на твёрдых позициях, а также других партий, которые создаются и будут создаваться. Этими действиями китайские ревизионисты открыто содействуют капитализму, социал-демократическим и ревизионистским партиям, срывают наступление и победу революции и особенно подготовку субъективного фактора — укрепление истинно марксистско-ленинских партий, которые будут руководить этой революцией». (Энвер Ходжа; Империализм и революция, 1978)

Что показало прошедшее время? Что утверждения албанского марксиста-ленинца Энвера Ходжи подтвердились, китайский социал-империализм расширил свои отношения с ревизионистскими партиями и правительствами, социал-демократическими партиями и правительствами, и даже с консервативными, реакционными и правыми партиями и правительствами, такими как Народная партия в Испании. На этом примере видно, что корейский ревизионизм сыграл роль, ничем не отличающуюся от роли китайского ревизионизма, он помог «капитализму, социал-демократическим и ревизионистским партиям, срывают наступление и победу революции и особенно подготовку субъективного фактора — укрепление истинно марксистско-ленинских партий, которые будут руководить этой революцией».

И в заключение, что касается темы «чучхе» и её отношений с еврокоммунизмом, корейские ревизионисты как две капли воды похожи на своих европейских коллег и друзей и играют такую же великую роль в глазах мировой буржуазии: их можно увидеть в тысяче союзов с кем угодно, но вы никогда не увидите их с теми, кто борется за осуществление социалистической революции и сохранение марксизма-ленинизма от его извращений:

«Буржуазии и реакции в их усилиях к подавлению революционной борьбы пролетариата и народов большую услугу оказывают ревизионистские партии, в первую очередь, ревизионистские партии Европы, а также и других стран на всех континентах. (…) «Еврокоммунисты» могут объединиться с кем угодно, за исклю­чением тех, кто борется за торжество революции и за чистоту марксистско-ленинской идеологии». (Энвер Ходжа; Еврокоммунизм - это антикоммунизм, 1980)