Наука в сетчатых колготках, или Тайны озёрского двора, вып. 4
[продолжение главы 2 раздела II о двух тактиках в развитии «Трибуна»]
Гуманитарная работа.
Сразу скажу, что у нас этого сёминского… нарратива про оскверняющие гуманитарную работу и её участников аббревиатуры никогда не водилось. Мы все были согласны, что помогать людям – дело хорошее и полезное. Однако взгляд на добрые дела всё равно может различаться, так что «две тактики» в определённой мере проявились и тут.
Лично мой взгляд на гуманитарную работу (любую – не только связанную с военными делами) таков. Во-первых и в-главных, у коммунистов, если вдруг кто забыл, цель в самом общем виде – сделать так, чтобы всем было хорошо, кроме желающих, чтобы другим было плохо; поэтому если можно делать добрые дела, так почему бы их и не делать – людям же должно быть хорошо (да и животным тоже), и какие тут могут быть вопросы. Во-вторых, хотя практически полезная лично нам отдача от добрых дел действительно будет слабая (скажем, далеко не каждый рабочий, решивший свою проблему через профсоюз, почувствует, что и он теперь должен чем-то помочь профсоюзу, или хотя бы теоретически проникнется идеалами рабочей борьбы) – но кое-какая всё-таки будет. В-третьих, такого рода занятия подтягивают тех, кто ими занимается – делающие добрые дела коммунисты повышают через это навыки взаимодействия между собой и с другими людьми, приобретают всё больше способностей по решению тех или иных проблем и вообще растут над собой. Ну и, конечно, в гуманитарном деле нужны последовательность и постоянство, как и во всяком другом деле – только так польза от всех трёх пунктов окажется максимальной.
Применительно к «Трибуну» было, однако, ясно, что при такой численности нашего заведения заняться чем-то гуманитарным всерьёз не получится, особенно с учётом генерального направления его развития по линии аналитического центра. Когда я пришёл в «Трибун», Виктория как раз начинала понемножку разрабатывать тему помощи пенсионерам в полузабытых посёлках в окрестностях Озёрска:
https://www.youtube.com/watch?v=a-_w7D9vjac
https://www.youtube.com/watch?v=H2Ur8H1hkEs
https://www.youtube.com/watch?v=lS6b1PQdWIA
Тема была хорошая и правильная, и я полагал, что Виктория и дальше будет в меру своих сил над ней работать, раз уж взялась. Плохо я тогда её знал… Может быть, я где-то не в курсе, но, кажется, этими мероприятиями осени 2021 года всё и ограничилось. Один раз Виктория публично сказала, что контакт с теми пенсионерами у неё по-прежнему есть, в другой раз, по-моему, я её и сам спрашивал, и она подтвердила – но даже если это и была правда, то поддержка контакта не равна же ведению настоящей гуманитарной работы. (А недавно Яков сообщил мне, что эта тема с пенсионерами – следы более глубокого проекта за авторством Дяди Серёжи; но лучше бы они сами рассказали вам детали, если у них есть такое желание).
Но хорошо – допустим, помогли в какой-то момент людям, а потом занялись другими делами, потому что мы же и не позиционировали себя в качестве гуманитарной организации; исполнили по случаю эпизод, и ладно. Потом началась война, и Виктория не смогла на неё не отреагировать – она совершила второй заход на гуманитарную тему, попробовав выйти на контакт с российскими гуманитарщиками, а также гуманитарщиками с Украины на территории, занятой российскими войсками полностью (в Мелитополе) и частично (в Мариуполе). Это на заметку шизам, оравшим, что Вика собиралась помогать укронацистам и вот это всё – хотя шизам что ни говори, всё бесполезно. Насколько я понимаю, с Олесей Климук и её волонтёрской группой «Дорога добра» Виктория тогда же и познакомилась – собственно, это и был единственный осязаемый результат, полученный от её тогдашних поисков. Что последовало дальше, я не очень помню, потому что это всё была не моя сфера. По-моему, Виктория весной раза два провела для «Дороги добра» сборы денег, а Олеся, как последовательно хороший человек, по собственной инициативе сделала наклейки «Трибун» на вещах, купленных за счёт этих сборов. Летом активное сотрудничество прекратилось. Опять нет времени и сил? Я так тогда и думал. А если подумать сквозь мою теперешнюю логику – да всё уже, откусили кусок и от Олеси, пора дальше бежать в поисках новых находок. Тем более, что товарищ Семченко стал приезжать на склад Олеси регулярно – следовательно, можно было время от времени хвастаться на прямых эфирах его работой.
Гуманитарный этап номер три наступил вслед за объявлением мобилизации 21 сентября. Через четыре дня после этой даты Виктория произнесла на общем совещании исполненную такого энтузиазма и такого пафосного содержания речь о необходимости включаться в гуманитарную работу, что можно было подумать, будто у нас организация по меньшей мере человек на двести, а то и на тысячу, а вовсе не на формальные два десятка. Больше того, эта несуществующая организация, возникавшая в воображении во время Викиного выступления, не только имела распределённый по стране обширный кадровый ресурс, но и пользовалась крупным авторитетом в левом движении: Виктория, если я правильно помню, захотела ещё и координировать усилия всех левых в условиях мобилизации – даром что левые тянули в совершенно разных направлениях и, к примеру, Рудой прислал ей приглашение присоединяться к его антивоенной тусе. Как бы то ни было, мы, разумно обсудив пламенный Викин спич, выработали мысль не шуметь почём зря и не кидаться в общем потоке помогать мобилизуемым (этим и без нас нашлось кому заняться), а подумать об их семьях. Но и эта мысль технически была очень труднореализуемой – где эти нуждающиеся семьи отыскивать-то, собственно? Всё бросать и превращаться в тимуровцев? Только у тимуровцев был дачный посёлок, где все и так знают, кому звезду на воротах нарисовать, а у нас – вся страна… В итоге всё пришло ко второму воплощению темы с пенсионерами – на этот раз Виктория нашла челябинскую организацию, помогающую старикам-инвалидам, и на протяжении остатка года работала с ней, в том числе проводя для неё гуманитарные сборы (соответствующий ролик). Кроме того, я и Семченко сумели продвинуть активизацию сотрудничества с Олесей и идею позвать её на гуманитарный стрим (я ещё летом это предлагал, но тогда всё кончилось ничем). На этот раз стрим в конце концов состоялся.
Но, как регулярно и бывает в исполнении Виктории, дело, которое вот уже вроде бы нормально стартовало, превратилось в тыкву, едва только схлынула первая шумиха. В марте 2023 года Вика заявила в чате, а затем и на совещании, что больше никакой гуманитаркой заниматься не хочет, потому что Альтависта погубил весь её энтузиазм и напрочь испортил ей настроение (он постоянно выдвигал ей ничем внятным не подкреплённые обвинения в покраже каких-то гуманитарных копеек). Такой быстрый пшик после такого пафосного нового начала… Хотя, конечно, если не смотреть на ситуацию под мизантропическим углом, то вроде бы ничего такого – людям так или иначе опять помогли, энтузиазм такие персонажи действительно отбивают, а заниматься всем на свете микроскопическими силами в самом деле невозможно. Но ведь это же у Виктории не единичный случай, а система! Пошумели в начале мобилизации, пока тема была горяча – а с подостывшей темы можно уже и съехать.
Вывод. Стиль работы Виктории в гуманитарной сфере ничуть не отличается от стиля её работы в других сферах – всё подчинено её представлениям о принципах правильной индивидуальной раскрутки. Именно этот стиль в «Трибуне» безоговорочно и доминировал, потому что я гуманитарных вопросов почти не касался и не мог внести в них какое-то постоянство. Спасибо товарищу Семченко, который по собственной инициативе реально занялся настоящим гуманитарным делом.
Виктория: политические убеждения.
В контексте стратегии «Трибуна» это тоже немаловажный вопрос – понятно ведь, что какой-нибудь тайный троцкист-акционист идею развиваться по предложенной мною линии не принял бы никогда. Это значит, что вряд ли Виктория тотально врёт о своих убеждениях. Но, как я уже сказал выше, в деталях её идейный облик понять непросто, особенно если не ставить перед собой такой задачи. Перед тем, как прийти в «Трибун», я, естественно, изучил трибуновский манифест – и, хотя ходжаистская его часть (в которой встречаются безумные утверждения вроде проведения Советским Союзом неоколониальной политики в странах СЭВ) мне категорически не понравилась, я счёл это исправимым, равно как и фирменную трибуновскую кривую форму изложения. Раз люди за Ленина и Сталина, при этом стараются мыслить системно и многоаспектно, при этом на словах против сектантства и кумачизма с нечеловеческим лицом – то чего ещё надо-то, я не в гипермаркете левую организацию выбираю под свои особые гурманские вкусы. Заполняя анкету, я честно ответил на некоторые имевшиеся там вопросы с ходжаистской и рабочистской подкладками, сообщив, что вот тут я считаю так, а тут так; на это никто не стал возражать, и я сделал вывод, что для «Трибуна» эти моменты и в самом деле непринципиальны.
Разговаривали мы с Викторией хоть и много – особенно на пике нашего сотрудничества – но в основном по рабочим, тусовочным, личным вопросам, вопросам текущей политики и тому подобном вещам. А вот о коммунистической теории – почти что нет. Соответственно, мне ничто не мешало считать, что она со мной в основном согласна, а ей – применять в отношении меня тактику усиживания на многих стульях. Правда, некоторые её замечания к моим статьям могли наводить на подозрения: скажем, она сильно возражала против моей позиции по вопросу о деньгах (я считаю, что деньги как явление органически враждебны коммунистической надформации, и потому одна из главных задач социализма и генеральная линия развития социалистической экономики – постепенно, но целенаправленно и неуклонно избавляться от этого якобы «просто удобного экономического инструмента»). Но её замечания были для меня причиной доработать текст и лучше аргументировать сомнительные моменты, так что тут Викторию я могу только поблагодарить. В конце-то концов, в 2022 году она ни разу не сказала, что, мол, вот это мне не нравится и поэтому публиковать не будем; напротив, обычно она нахваливала мои статьи. Это потом она отыграется и за эти свои страдания тоже.
И потому я вам по вопросу о теоретической политической позиции Виктории ничего внятного-то и не скажу. Как я уже писал выше, коммунисткой она себя почти наверняка считает – вряд ли она настолько титанический манипулятор, чтобы, будучи внутренне безыдейной личностью, банально использовать левацкий трёп в карьерных целях: ей удобнее сперва во что-то поверить самой, а уж только потом использовать это для добычи материальных благ. А раз так, то, скорее всего, большевистская её ориентация (проленинская и просталинская) – тоже не театр или не совсем театр. Ещё она, конечно, очень, очень, очень уважает ленинский принцип демцентралистской партии – особенно если так исполнить его на практике, чтобы в заведении было поменьше дем- и побольше викоцентрализма. Но вот все дальнейшие тонкости – дело тёмное. К тому же есть гадательные варианты, что Вика проявила недалёкость, купившись на взлёт красного Ютуба во второй половине десятых годов и пожелав оседлать волну, что из ЛДПР она перескочила в коммунистки именно поэтому или что оттуда её попросили по той же причине, по какой она не уживалась в других местах её работы или коллективной деятельности…
Впрочем, учитывая отношение Виктории к науке и исследованиям, тонкости ей могут быть не слишком-то и интересны – есть базовый марксистско-большевистский каркас, и достаточно. Тем не менее, маоистско-ходжаистская концепция «социал-империализма» не только не чужда ей, но и имеет для неё серьёзное значение. Например, вот Вика напрямую проговаривается об этом в беседе с Синей Вороной про «Фракцию Красной Армии» – и как же ей не нравится, когда Ворона начинает с нею спорить… Интересно, что тот эфир состоялся 23 декабря, то есть через три дня после начала кампании по избавлению от меня; я подозреваю, что, если бы она меня к этому времени мысленно не списала, то не стала бы и открыто заикаться ни про какой социал-империализм. В моих статьях есть пара мест, где я критикую данную концепцию – и, помнится, конкретно на этот счёт Виктория не высказывала мне никаких возражений. А в начале нашего знакомства она несколько раз употребила слово «совок» применительно к СССР позднесоветской эпохи; я ей мимоходом заметил, что настолько уничижительную терминологию из репертуара врага использовать не стоит, и с тех пор я не слышал от неё таких выражений. То есть до поры до времени ей было важно, что́ я про неё думаю.
Ещё одним неопределённым фактором является влияние Дмитрия. Я так вижу, что внешние наблюдатели трибуновской жизни обычно считают его чисто номинальной фигурой – и частично они правы, мантия серого кардинала точно не по его плечам. Однако определённое влияние на Викторию Дмитрий, как мне кажется, всё же имеет, и вот как раз по теоретико-политической части – совершенно точно. Но и тут я мало что могу сказать. Общался я с ним не так много. Дмитрий вёл внутритрибуновский марксистский кружок; я этого процесса не наблюдал, поскольку наши руководители сочли меня слишком подготовленным человеком, чтобы туда ходить. Перед запуском кружковой программы Дмитрий предложил мне её обсудить и помочь скорректировать, но я уже не помню, сказалось ли это как-то практически, зато помню, что ничего особенного по части теоретических позиций Дмитрия я из тех разговоров не вынес. Главной его теоретической специализацией было уточнение формационной теории, а именно вопрос, существовал ли в действительности рабовладельческий строй, нужно ли его включать в формационную цепочку и в каком виде. Но из этого тоже ничего не следует, кроме вывода, что Дмитрий не является жёстким кумачистским ортодоксом – а это ему только в плюс.
Тем не менее, постепенно у меня сформировалось подозрение относительно приверженности Дмитрия рабочистскому уклону. Так, в его исполнении иногда звучало нечто из знакомой всем нам серии о конституции 1936 года как о шаге назад, а на каком-то стриме он даже сказал, что видит в профессоре Попове неплохую кандидатуру для сотрудничества (или что-то вроде этого). В старом манифесте «Трибуна» можно найти множество водянистых штампов, пересыпанных словами «рабочий» и «пролетарий»; там же заклеймена и пресловутая хрущёвская замена «диктатуры пролетариата» «общенародным государством» (причём формулировка ещё и перепутана – в манифесте использованы слова «общественное государство», являющиеся невразумительным искажением). В коротеньком новом манифесте по СВО точно так же присутствует непропорционально много очень пролетарских слов и даже всунуто устаревшее почти немедленно после выхода положение из «Манифеста коммунистической партии», согласно которому у коммунистов якобы нет никаких собственных интересов, отдельных от интересов рабочего класса. Больше того, Дмитрий как-то принародно заявил, что много раз перечитывал «Манифест» и всякий раз находил там много новых великих мыслей – чем нехорошо напомнил мне Батова, который, по его собственным словам, встаёт по утрам на полчаса раньше, чтобы до работы перечитать ещё кусочек «Капитала». (На всякий случай – «Манифест», при всей его значимости для дела коммунизма, во многом является сочинением, во-первых, написанным под нужды момента, то есть европейского революционного движения 1848-1849 годов, во-вторых, принадлежащим эпохе очень несовершенного раннего марксизма, в-третьих, устаревшим по ряду позиций; всё это означает, что нельзя ни зацикливаться на нём, ни принимать за основополагающий документ современности). Ещё, насколько я понимаю, Дмитрий, подобно поповцам, придаёт большое значение выборам в Советы непременно по производственным округам – хотя на самом деле вещь это третьестепенной важности.
В общем, полагаю, что рабочистские проявления в трибуновской теоретической позиции – это в основном вклад Дмитрия, и на Викторию он влияет прежде всего в этом направлении. Что же до роли, которую Дмитрий играет в принятии решений в «Трибуне», то это хоть и подчинённая роль, но при этом, думаю, серьёзно отличающаяся от нуля. Я бы даже не исключал, что решение меня выгнать исходило не только от Виктории и Жукова, но и от Дмитрия тоже – я слишком часто топтался по тем сферам, которые он полагал исключительно своими, равным образом и политическая моя платформа сильно отличалась от рабочизма. Но подчеркну, что всё это – предельно зыбкие построения с моей стороны; ведь, чтобы на Викин манер сидеть на всех стульях сразу, чётко заявлять об особенностях своей политической позиции противопоказано – и вследствие этого нет у меня теперь основательной базы для надёжных выводов. Так что, к сожалению, весь этот пункт я вынужден основывать в основном на догадках и домыслах, подкреплённых всего лишь несколькими откровенными высказываниями Дмитрия и Виктории.
И самая главная мысль данного пункта. Надо чётко понимать, что Викин подход заключается в подчинении политических принципов текущим карьерным целям в тусовке. «Не так важно, что́ я думаю на самом деле; по-настоящему важно то, что позволит мне прорваться на сверкающие вершины известности, протолкаться к светлым ключам гонорара». Именно поэтому многие внешние наблюдатели так затрудняются политически классифицировать «Трибун». На передний план для зрителей выдвинута личность Виктории как таковая (точнее, её парадная сторона), непосредственно за этим планом прячутся её практические материальные интересы, а уж какие у неё там теоретические убеждения – дело второстепенное в том числе и для самой Виктории.
Что же до отношения к актуальным политическим проблемам, то, наверное, проиллюстрировать подход нашей парочки я лучше всего смогу на украинской теме. Перед началом войны и с её началом Виктория и Дмитрий никакой проработанной позиции не занимали и отталкивались в основном от моей: «А ты что думаешь? – Вот, вот и вот. – Ну да, мы тут тоже обсуждали, наверное, как-то так, разве что вот тут сомнительно…». Сегодняшние позиции «Трибуна» по украинскому вопросу, которые Виктория с Дмитрием превратили из собственно политических позиций в своего рода личные пиар-фишечки («мы не с трулями и не с социал-шовинистами», «менее реакционная сторона», «быть с Китаем перспективнее для коммунистов и для всего мира», «социалистическая революция возможна только в крупном государстве» и т. п.), с самого начала были высказаны и теоретически оформлены мной – можете снова убедиться ещё по самой первой моей украинской статье, ссылку на которую я уже давал. При этом, если относительно необходимости думать, а не тупо размахивать чьим-то очередным наспех скроенным флагом, повторяя два-три примитивных лозунга, Виктория и Дмитрий с самого начала были совершенно согласны, то вот, скажем, в верности тезиса о бесполезности мелких государств с точки зрения перспектив строительства социализма в отдельно взятой стране мне их ещё и убеждать пришлось, как и вообще в том, что стрелочка предпочтений коммунистов в данном конфликте должна склоняться в сторону России, а не замереть точно посередине или уйти на другую сторону. Ну а что касается заметок в паблике, за которые отвечали Виктория и тот самый выставленный впоследствии товарищ, то они в первые две недели носили по преимуществу хаотично-истерический характер; когда же было объявлено о введении военной цензуры, Виктория решила на всякий случай всё зачистить, включая первые две мои украинские статьи.
Что было дальше? Мои дальнейшие статьи по теме закрепляли обозначенные мною на старте позиции (с некоторым смещением в пророссийскую сторону), а в октябре 2022 года разработка проблемы завершилась наиболее весомой и продуманной работой – «Украина как учебная задача». Виктория и Дмитрий тем временем аккуратно озвучивали на своих эфирах все мои основные мысли, причём это не мешало Вике переживать, что она постепенно соскальзывает с трулевого стула (моя позиция, хоть и была сложной и не могла порадовать ни одну из наших новоявленных сторон стопицотого левого раскола, всё же в большей степени не устраивала трульскую фракцию, чем социал-шовинизьмическую). После второго армейского эфира, на котором я, чтобы не тянуть кота за хвост, прямо сказал, что чем быстрее Россия победит, тем лучше, Виктория даже было начала кричать мне в личке, что «не позволит раздолбать “Трибун”!» – но почти сразу успокоилась, когда в очередной раз увидела, что никакого массового оттока подписчиков не наблюдается. Если приглядеться, то у неё вообще была здесь идея-фикс – «ни в коем случае ничего прямо не говорить, а то вдруг народ разбежится». Её беспокоило даже, что я при всяком удобном случае на все корки ругаю Гегеля – а ну как подписной контингент сплошь состоит из горячих почитателей уважаемого немецкого философа, и что тогда? Впрочем, какой там Гегель – вспомните, что́ я писал выше про Таргонского. «Ой, у нас некоторые зрители Глеба не любят, а ты его похвалил, может, не стоит?». Страхи эти, что характерно, не оправдывались никогда – никакие прямые и чёткие заявления о чём бы то ни было ни разу не привели к превышению оттока подписчиков над притоком. Но в необходимости быть честной Викторию это всё равно не убедило.
А чем всё это кончилось? После моего выхода из «Трибуна» я практически не следил за ним, пока покушение Виктории присвоить Пять Статей целиком себе не заставило меня обратиться к написанию данной брошюры. Это, в свою очередь, потребовало наскоро взглянуть, что там без меня в «Трибуне» успело произойти. Не без удивления я обнаружил, что, хотя теоретические мои статьи остались в неприкосновенности, а на канале по-прежнему висят видеоролики с моим участием (Виктория там даже лайки ставит продолжающим поступать в мой адрес положительным комментариям), зато зачищены все статьи по украинской теме. Ликвидации подверглись: «Хитропланщики за работой» в трёх частях (при желании можете найти их на моей странице в ВК), «Украина как учебная задача» (ссылку я уже дал) и даже древний, от марта 2022 года, текст под названием «Кратко, блин (голосом Олега Кулова)» – достаточно лаконичное и весьма сатирическое разъяснение от имени редакции в форме вопросов и ответов, в чём же заключается её позиция по украинскому вопросу. Это разъяснение я к себе на страницу не дублировал – хотя писал его я, но Виктория с Дмитрием вносили в него некоторые правки, и служил он выражением общередакционной позиции. Но на компьютере он у меня по-прежнему лежит, так что и его безвозвратно уничтожить не удалось.
Зачем Виктории и Дмитрию понадобилось всё это стирать, я не знаю. Ведь публично они, как мне сообщают, выражают всё те же мысли, что содержались в стёртых материалах, только в кривой бессистемной форме. Но предполагаю две вещи. Во-первых, очень приятно сидеть на достаточно оригинальной позиции по волнующему всех вопросу и притворяться, что это они такие думающие ребята, а вовсе не какой-то там никому не ведомый Хайфиш. Во-вторых, необходимость сидеть не только на оригинальной позиции, но и на всех политических стульях одновременно никто не отменял – а, значит, большие и сложные статьи, где все акценты расставлены совершенно чётко и в деталях рассмотрено множество сторон сложившейся ситуации, абсолютно не нужны, а нужен очередной уныленький канцелярский манифест с большим количеством пролетариата и небольшим количеством конкретики. Авось об такой манифест не будут обижаться ни трули, ни социал-шовинизьмики (а в моих работах обеим фракциям есть обо что обидеться), все снова начнут смотреть на Викторию как на своего человека, и гармония в природе восстановится. Наивность, конечно, удивительная. Насколько я могу видеть, неприязнь к Виктории Рустамовне в тех левацких кругах, что вообще знают о её существовании, только растёт, и единственное, что пока её немножко спасает хотя бы с одного фланга – это Мятежник Джек, который, убедившись на собственном практическом опыте, что Альтависта и в самом деле шиз, теперь время от времени встаёт на защиту «Трибуна».
Мораль сей басни – даже такую вещь, как позицию по актуальному политическому вопросу, Виктория с Дмитрием самостоятельно выработать не в состоянии. Думаю, что в том параллельном мире, где я никогда не вступал в «Трибун», он, скорее всего, плёлся бы в смысле Украины в арьергарде трулевости и никому как самостоятельная единица не был бы интересен.
Вывод. Виктория предпочитает не акцентировать чётко особенности своей политической позиции, чтобы и тут извлекать из неопределённости практическую выгоду – быть одновременно «своей» в максимально широком кругу леваков. Впрочем, получается это у неё плохо – скользкие люди, не обладающие при этом должным дипломатическим изяществом, довольно быстро отталкивают от себя все стороны, вместо чтобы наслаждаться радостями всеобщей поддержки.
Виктория: самопиар.
К этому аспекту я отношусь с навевающим тоску и уныние консерватизмом. Я полагаю, что если вы делаете какое-то полезное дело, то оно само по себе сподвигает устанавливать деловые контакты; и чем серьёзнее и полезнее ваше дело, тем более серьёзные и полезные контакты вы в состоянии установить, а, главное, развить в интересах всё того же дела. То же самое касается и проблемы аудитории – если вы (на подходящей платформе, разумеется) создаёте интересные, качественные, нужные людям материалы, то аудитория к вам и сама придёт и даже полюбит вас. Конечно, в известных пределах, и, конечно, нельзя забывать о том, чтобы хорошо себя подать с помощью специальных средств, но в общем и целом главное – это есть ли вам что сказать и показать людям. Причём немаловажно, кто именно будет говорить и показывать. Моя стратегия аналитического центра предполагала, что в «Трибуне» (как на ютуб-канале, так и на других площадках) с течением времени будет появляться всё больше интересных лиц (в качестве авторов, ведущих, постоянных гостей), и за их счёт объёмы и тематика вещания будут постепенно расширяться.
У Виктории же телега всегда стояла в этом плане впереди лошади, как и принято в современном мире. Вы же помните про принцип «казаться, а не быть»? Поэтому она, по существу, просто стремилась торговать своим прекрасным образом направо и налево – авось наловим аудитории, зацепимся за какого-нибудь ЛОМа, и дело попрёт. Ну и, уж конечно, ни в коем случае нельзя было никому уступать ни крошечки эфира на канале, и даже за печатной площадью на других сервисах пристально следил ревнивый Викин глаз. Рассмотрим же пиар-подход Виктории последовательно и начнём, пожалуй, с темы ЛОМов.
Как ни странно, первым эту тему поднял Альтависта, в своём неповторимом стиле заявивший однажды, что Виктория некогда охотилась на Сёмина и пыталась всеми силами его заинтересовать. Я пропустил мимо ушей, поскольку никаких нормальных доказательств наш балбес, как обычно, не привёл – а напрасно пропустил. Когда во время декабрьского балагана я пытался разобраться, а откуда вокруг Виктории вьётся столько хейтеров (компашка Альтависты, «План Б», особенно в наиболее реакционной своей части, ещё какие-то мутные личности), то открутил её страницу в ВК куда-то к предначальной эпохе – рубежу 2020 и 2021 годов. Как выяснилось, многие хейтеры в те времена были её большими друзьями, но сейчас не об этом речь – в ходе своих изысканий я обнаружил несколько каких-то неважных постов, в которых Вика ни к селу ни к городу проводила ритуал призыва Сёмина стандартными программными средствами ВК. Таким образом, заявление о Сёмине оказалось не беспочвенным, и вполне возможно, что исследователи архаической эпохи «Трибуна» когда-нибудь найдут ему и другие подтверждения.
Следующим объектом охоты оказался Яковлев, но на эту тему я уже рассказал всё, что знал. Напоминаю, что мне известен лишь повод, послуживший к его знакомству с Викторией, да и то не факт (может быть, они общались и до той шумихи с увольнением Дмитрия). Поэтому какими точно методами Виктория приманивала его к себе, я сказать не могу. Но комплименты в его адрес она в своих постах тоже писала – до визита на ЦИ. Потом перестала, конечно.
Знакомство и неудачную попытку длительного тесного сотрудничества с Юлиным в общем-то тоже можно провести по разряду политики «цепляемся за ЛОМов», если смотреть на ситуацию сквозь мизантропические очки. К тому же я не знаю, что́ привело к знакомству – может быть, Майор отвёз Викторию с Дмитрием к Юлину вовсе не по собственной инициативе, а по Викиной просьбе, например. Интересно, что раздобытого Юлина наша парочка восприняла как свою безраздельную монополию – и это очень характерный штрих. Сначала, когда Майор повёз их знакомиться с Борисом Витальевичем, я поинтересовался у Виктории, где он живёт (мне надо было рассчитать, когда они могут от него вернуться и на какое время обещать Яковлеву их возвращение). Вика, по обыкновению, принялась мутить и отделываться предельно туманными ответами («ну, там, где-то в Подмосковье, Майор знает»). Тогда я из чисто спортивного интереса в течение следующих дней и недель спросил её об этом ещё раза три – и, как и следовало ожидать, всякий раз получал в ответ максимально неопределённые реплики. Я сделал вывод, что Виктория своим недоверчивым взором видит в подмосковных жителях в моём и Марии лице алчных конкурентов по части взаимодействия с Юлиным – и мысленно покрутил пальцем у виска.
А дальше дело и вовсе превратилось в сущий анекдот. С некоторых пор у нас в паблике ВК по моей инициативе публиковался цикл статей по советской литературе, основным автором которого была Антонина Васильева – ещё одна моя старая знакомая по ЖЖ, сотрудничающая с РКРП и «Рабочим университетом». (Собственно, и цикл-то тот появился по заказу РКРП, но, поскольку я тоже принимал участие в его написании, то предложил дублировать публикации в «Трибуне»). Так вот, Антонина всегда интересовалась вопросами формационной теории (в том числе построениями Харламенко), ей было что сказать по поводу ролика Юлина и Дмитрия на эту тему – и я связал её с Дмитрием, не подозревая, что из этого получится. А получилось следующее: Дмитрий почти сразу заявил мне, что «они» (так я и не понял, кого он имел в виду – РУ или РКРП) жаждут лишь выйти через «Трибун» на Юлина, а «Трибун» как таковой им не интересен – так вот пусть сами Юлина добывают, а то ишь! Я попробовал объяснить, что Антонина вообще-то в настоящее время по семейным причинам не активист, сама по себе интересуется формационной теорией и Юлина ей добывать ни к чему – но Дмитрий меня проигнорировал, потому что это было уже 26 декабря и, стало быть, уже можно было считать меня пустым местом. Сама Антонина мне сказала, что совершенно не поняла этого прикола, ибо Дмитрий послал её лесом практически в начале разговора, обвинив в попытке пробиться к Юлину персонально её (то есть ещё не РУ с РКРП, заметим), и что он, видимо, из породы крайне ранимых и обидчивых интеллигентных мужчин, с которых пылинки сдувать надо во избежание. Ещё мы решили, что, возможно, Дмитрий углядел какое-то невнимание к его теоретическим конструкциям относительно рабовладения, счёл, что лично он собеседнице неинтересен, и разобиделся ещё и поэтому. В общем, данная история стала очередным эпизодом дурдома на марше, в атмосфере которого я к тому времени существовал уже почти три недели, считая с момента начала похода Виктории против Альтависты.
Вернёмся обратно к ЛОМам. Чумного Доктора, наверное, можно было бы в этом списке пропустить – гиперссылку на доклад ЧД по предреволюционной России вставил в одну из Пяти Статей я, Вике рекламировал его тоже я (и Семченко), но у той были свои критерии полезности, и ЛОМом первой категории она его наверняка не сочла (ну что такое 25 тысяч подписчиков, в самом-то деле…). Тем не менее, тщательности ради я упоминаю в настоящем пункте и Чумного Доктора тоже. Ведь всё-таки Виктория отпустила несколько публичных комплиментов на стримах в его адрес (говоря, что мы его очень уважаем и ценим) – а вдруг он клюнет, не помешает же. Кстати, просто чтобы лишний раз отметить полезность ЧД для левого движения: летом мы составляли собственный список интересующих нас левых, в котором указывалось, кто нас интересует в первую очередь, кто во вторую, с кем мы уже контактируем, какие у нас с кем отношения, от кого чего мы ожидаем и так далее – и пользовались для этого тем громадным списком всевозможных леваков, который Чумной Доктор составил несколько лет назад.
Дальше у нас Жуков, но тут всё понятно – Вике удалось, наконец, после нескольких неудачных ставок на других ЛОМов сорвать джекпот. Поэтому пока что его пропустим.
При подготовке новогоднего марафона Виктория была очень заинтересована раздобыть Батова, который тогда как раз быстро набирал медийный вес после организованного им откола от РКРП. Она даже специально подчеркнула мне, что Батов гораздо нужнее РКРП, которая вообще её «бесит» (не знаю уж, чем именно). Поскольку приглашением обеих сторон занимался я, то всё равно провёл это дело с равной тщательностью (Батов отозвался немедленно, РКРП – слишком поздно), но мысленно отметил, что предпочтения у Виктории интересные – ведь держат же у нас её нынче за «шовинистку». Учитывая, как всё прошло, Батов, вероятно, рассматривался в качестве интересной фигуры для спора на само́м марафоне, могущей привлечь больше зрителей. А вот в контексте ЛОМов дело было, видимо, не в Батове как таковом – Вика сразу же после его согласия прийти на марафон спросила у меня, а не стоит ли прямо сейчас попробовать раздобыть через него Сёмина. Я сказал, что это будет явно невежливо, она согласилась, но это к вопросу о целеустремлённости Виктории – если уж ей что-то правда надо, она не забывает об этом годами и продолжает пытаться и пытаться. Вообще, в ходе подготовки марафона она вспоминала про Сёмина несколько раз и горевала, что непонятно, как к нему подступиться.
Что у Виктории было с Мятежником Джеком, я не в курсе. В течение 2022 года она не проявляла особой заинтересованности в нём, но контакт поддерживала, как и с Рудым, и с Садониным, и даже с Кагарлицким, и не помню, с кем ещё – меня-то все эти ребята практически не интересовали, и я не спрашивал, давно ли и откуда она их всех знает. На марафон мы Джека позвали в соответствии с общей задумкой – раз зовём всех имеющих медийный вес леваков, чьё мнение влияет на облик левого движения, то куда же без предводителя жожеков. Во время кампании против Альтависты Виктория обращалась к Джеку за помощью, о чём я уже рассказывал – но тот остался достаточно нейтрален. Так что их сближение, если оно и было (Джек теперь всё-таки склонен отзываться о Виктории комплиментарно), произошло уже когда-то в 2023 году, и, вероятно, в особенности после августовского самострела Альтависты как члена жожекийской тусовки. Поэтому не знаю, можно ли Джека считать одним из тех ЛОМов, что были объектом Викиной охоты, но на всякий случай я перечисляю и его.
Наконец, в настоящее время (середина ноября 2023 года) Виктория, согласно агентурным данным, отчаянно преследует Реми Майснера, горячо желая организовать с ним интервью и начать долгосрочное сотрудничество. Полагаю, ей сейчас, ввиду продолжающегося невольного соскальзывания в бездны социал-шовинизьмы, очень нужен какой-нибудь массивный трулевый стул, на который можно было бы прочно взгромоздиться, чтобы вновь восстановить баланс своего политического имиджа. А перед новогодним марафоном Виктория была заинтересована в Майснере не больше, чем в любой другой популярной фигуре – удастся пригласить, хорошо, нет, ну так и ладно.
(UPD. А на последнем стриме прозвучала и последующая цель Викиной охоты – Николай Бондаренко из КПРФ. 1,8 миллиона подписчиков, не хухры-мухры. Тут уже и Жуков с Сёминым отдыхают).
Подводя итоги ломовской темы, можно сказать, что такого уж явного компромата тут нет (если не считать горячечную охрану «монополии» на Юлина, на которую никто и не думал покушаться). Но, будучи выложены в ряд, мелкие факты провоцируют сделать вывод, что тактику паразитирования на ЛОМах Виктория пыталась применять систематически. Просто до улавливания в её сети Жукова это дело шло не слишком успешно.
Но не только же за счёт ЛОМов следует подниматься? Конечно, нет. Например, весьма значительная часть настоящего сочинения в цветах и красках расписывает, как можно подниматься за счёт умного Хайфиша – присвоить его исследования, применять в своих целях его стратегию, использовать для публичных разглагольствований его мысли (об Украине, о развитии «Трибуна»). Нечто аналогичное, скорее всего, происходило и происходит также и за счёт других участников «Трибуна», только это не очень-то заметно кому-то, кроме самих этих участников. Вот, например, кому достались все публичные выгоды от взаимодействия с “Midwestern Marx”? «Блистательная интеллектуалка Вика общается с настоящими западными учёными-марксистами!». А кто на них Вике указал, кто установил контакты, кто подбирал людей и темы для интервью, кто переводил статьи и ответы участников “MM”, кто озвучивал переводы интервью, кто за техническое обеспечение отвечал, наконец? Мария с Кириллом, ясное дело, ну и изредка ещё я чуть-чуть помогал. Изо всей работы, помимо функции «зачитать вопросы и посветиться в кадре», Виктория разве что вопросы по теме интервью сама писала. Кажется. Зато все плюшки её! Марии досталось лишь несколько крошек (я же, как литредактор, не забывал указывать переводчика в переводных статьях), а Кириллу вообще ничего не досталось.
Но это ещё ладно, условно сойдёт за модель «Мы – одна команда!». А вот прямо-таки образцовый пример эксплуатации чужих идей. Виктория уже третий год пытается раскрутить акцию «День памяти жертв капитализма» 30 октября, выдуманную в пику либеральному «Дню памяти жертв политических репрессий», который проводится в тот же день. Мне лично эта задумка не нравится, поскольку такого рода подражательство обычно никогда ничего полезного не даёт, а к тому же акция рассчитана на общелевацкое действие, которого маленькая организация обеспечить по определению не может – и потому год за годом мероприятие проводят в основном Виктория и Дмитрий вдвоём, чем демонстрируют своё бессилие. Но не суть – я не претендую на истину в последней инстанции, может, у акции и есть хорошие перспективы. Настоящая суть в том, что придумал это Дядя Серёжа – ну так и что, кто-то ему спасибо сказал? Нет, конечно – забираем и пользуемся в целях самолюбования (лишний повод наделать своих фоточек с ленточками) и саморекламы (каждый год в паблике «Трибуна» вывешивается объявление о грядущей акции с призывом ко всем организациям и персоналиям левой ВК-тусовки поддержать мероприятие). Общественность смотрит, и кто хорошо думает про «Трибун», тот, само собой, полагает, что Виктория скреативила это дело сама – и ставит ей мысленный плюсик в карму.
Это ещё не всё. Если под словом «самопиар» подразумевать лишь собственно самопиар, то стратегия будет несколько односторонней. А Вика же умная, она знает, что у всякой монетки есть две стороны. Недостаточно рекламировать себя – надо ещё напрямую отодвигать в тень всех остальных. Поэтому, когда я только пришёл в «Трибун», то с большим удивлением обнаружил там замечательное правило – оказывается, все тексты следовало публиковать без подписи, что должно было изображать «коллективный труд редакции». Не только какие-то там заметки, но даже статьи! Это дело я сразу сломал явочным порядком, подписав при оформлении первую же свою публикацию; а когда у нас появлялись новые авторы статей, я отдельно у них спрашивал, как их подписывать, давая им тем самым понять, что скромность тут неуместна. Возражений от Виктории с Дмитрием я не услышал, но теперь я думаю, что их не очень порадовало такое моё редакторское самоуправство. Заметки, впрочем, остались анонимными – туда я влезать не стал, да и для мелких заметок это правило вполне оправдано. Но авторов крупных заметок было жалко: в области постинга в трибуновском паблике (написание своих и первичная редактура чужих заметок) с весны стал работать ещё один наш молодой автор, Пётр Рогозин, который писал в том числе и хорошие длинные заметки, без подписи смотревшиеся уже немного странно.
Ещё более заметно такое подавление всякой воображаемой «конкуренции» проявилось на ютуб-канале. Если вы пролистаете все ролики и трансляции до начала времён, то наверняка заметите закономерность – обычно ни одна фигура, кроме собственно Виктории и Дмитрия, не появляется на канале более одного-двух раз. Причём касается это прежде всего тех, кто в разные времена был членом «Трибуна»; гости-то некоторые и больше двух раз заходили (хотя тоже редко), а вот чтобы трибуновцы… По-моему, только я сумел засветиться аж трижды или даже четырежды (интервью на ЦИ, разбитый на два вечера армейский эфир и разговор с Чумным Доктором на новогоднем марафоне). А так стабильно работала закономерность – кто один раз (максимум два!) прорвался в эфир, тот больше уж туда не придёт. И, весьма вероятно, вообще из «Трибуна» вылетит. А ещё очень вероятно, что трибуновца вообще ни разу в эфир не позовут, даже если ему есть, что рассказать, или если в нём сокрыт талант ведущего. Ведь ни на секунду нельзя забывать, что канал существует строго для личных нужд Вики, затмевать её там никто не имеет права, а так называемая «редакция» – это на сегодняшний день никакая не редакция, а обслуживающая отдельно взятого видеоблогера команда. Полагаю, кстати, что и моя упомянутая при рассказе о Лост Критике затея с московской съёмочной группой была одной из весомых причин поскорее от меня избавиться. Нидайбох на канале Виктории будет что-то ещё, кроме самой Виктории!
Тупиковость такого подхода Виктория, по всей видимости, понимала и сама. Именно поэтому она всё же разрешила формировать московскую съёмочную группу, допустила меня в эфир (кстати, я-то туда особенно не рвался; армейский стрим – это точно её идея), носилась в начале 2023 года с идеей молодёжного канала. Но порочные внутренние страсти, природу которых я ещё раскрою позднее, раз за разом брали в ней верх. Нет, здесь не должно быть никого, кроме Виктории, Единственной и Величайшей! Поэтому едва наш Главный Редактор, следуя соображениям разума, вырастит у себя в саду очередную цветочную клумбу и грядку с помидорами, как в ней начинает доминировать внутренняя мисс Хайд – и в приливе тёмной ярости прекрасные и полезные молодые растения вытаптываются наглухо.
Цветок должен быть только один! А помидорами вообще никого кормить не надо! Помните, я вам говорил, что идея молодёжного канала была обречена? Вот именно поэтому – вести его могла только опять же лично Вика, а времени для этого у неё не было. А ещё помните, что я хвалил вам работоспособность Виктории? В её исполнении это замечательное качество было отягощено злом – ей приходилось очень много работать не только из-за кадровой нехватки, но и из-за собственной неспособности делегировать кому-то свои обязанности, в первую очередь управленческие и представительские. Привлекая в помощь не самые известные поговорки, Вике требуется быть невестой на каждой свадьбе и покойницей на каждых похоронах.
Заместителем главного редактора по бумагам я тоже, кстати, стал лишь потому, что сам продвинул эту тему – создал бумажный аппарат и в дипломатических выражениях сказал, что лучше всех с ним смогу управляться я и что я в «Трибуне» проворачиваю второй после Виктории объём работы, так что, дорогие Виктория и Дмитрий, вы не возражаете для пользы дела выдвинуть мою кандидатуру на всеобщее голосование? Нет? Вот и хорошо. Но это я, я в таких случаях давно не стесняюсь проявлять нахальство, прекрасно усвоив по своей молодости, что если будешь скромно молчать, то все так и будут на тебе ездить без малейшей для тебя отдачи – даже на словах не поблагодарят. А большинство членов уже устоявшихся левацких заведений ведь именно что скромно молчит, какие бы вопросы ни оказывались на повестке дня. Очень удобно для лидеров викторианского типа. Так что я в этом смысле всю дорогу был для Виктории двойственной фигурой – конечно, этот Хайфиш «очень умный и полезный» (как она сказала мне уже даже 20 декабря), но с другой-то стороны, его полагается хранить в тёмном чулане за густой паутиной, а он не только сам там безмолвно сидеть не хочет, но ещё других трибуновцев по возможности тащит на свет. Угроза!
Моё интервью с Чумным Доктором на марафоне тоже, между прочим, было не просто так интервью, а имело шизофреническую предысторию именно этого рода. Но, пожалуй, уместнее будет рассказать об этой предыстории в главе о моём изгнании.
Вывод. Кристально ясен – Виктория хотела и хочет блистать в одиночестве (ну, с оттеняющим её Дмитрием и обрамляющим её Жуковым), и страсть эта настолько иррациональна, что даже сама Вика понимала, что так нельзя. Но справиться с собой ей не удавалось и не удаётся.
Комбо-Вика: поездка в Донбасс
Истории из современной жизни «Трибуна» я затрагивать не собирался – и незачем, да и не знаю я их – но свеженькая донбасская история заслуживает того, чтобы сделать её финалом этой бесконечной главы. Уж очень хорошо в ней отразились многие разобранные мною тут особенности стиля работы и черты личности Виктории.
Вкратце о сути дела. Виктория занимается (или теперь уже занималась) танцами в студии при озёрском дворце культуры. В октябре 2023 года маленькая танцевальная группа во главе с художественным руководителем студии и директором дворца культуры съездила с небольшой концертной программой в Луганскую область, в воинскую часть, с которой у студии уже раньше установились дружественные контакты. Виктория участвовала в этой поездке как одна из танцовщиц и, согласно агентурным данным, действительно помогала организовывать поездку.
После мероприятия началось типичное викторианство, расследованием которого занялась ВК-группа трулей под названием «ВХайлайте». Результаты их расследования вот; также для погружения в донбасскую историю желательно ознакомиться со следующими ссылками:
https://vk.com/wall-131336536_2279 – пост руководительницы студии о поездке;
https://www.youtube.com/watch?v=dgVk8Irj9Bk – ролик Виктории о поездке;
https://vk.com/video-72072181_456239704 – интервью на озёрском телевидении с руководительницей студии, директором дворца культуры и участвовавшей в поездке певицей.
Я же хочу подсветить поведение Виктории в контексте написанного мною в главе «Две тактики». Не буду разбирать всякую ерунду, типа наконец-то оформленной каналом на четвёртом году вещания студии (правда, даже тут не обошлось без подражания Жукову) и выставленного Викторией напоказ полного стихотворного собрания Маяковского (который, как она мне говорила, «без сердца в своей поэзии» – в Вике сразу видно тонкого психолога и знатока искусства! – и потому по-настоящему она любит Есенина, а Маяковский – это так, политический и пролетарский поэт всего лишь, на которого, добавлю от себя, разве что удобно ловить Сёмина). Давайте посмотрим на серьёзные вещи:
1. Содержание материалов. Сравните ролик Виктории и интервью тройки на телевидении. О самой поездке и особенно о её главной цели (концертном выступлении) вы от Вики мало что узнаете – она на своей волне, и от события только отрезает нужные ей кусочки. Тройка же рассказывает о событии по существу – что ничуть не мешает ей тоже упомянуть о своих эмоциях или о своей политической позиции. А вот Вика органично сочетать изложение реальных событий с собственными мыслями и делами как не очень умеет (ведь на первом месте – всегда она сама), так и совсем не хочет (а почему не хочет, мы сейчас увидим).
2. Желтизна. Нужен скандал – поэтому требуется с самого начала рассказать, что директор – козёл, да и худрук тоже коза, Вику они не ценят, только пиарятся на её личной доброй затее и всё ей портят. Ещё нужно подпустить побольше по-настоящему живых и занимательных для зрителя (с точки зрения Вики) подробностей – как Вика страдала, добегая в мотеле до одеяла после вдруг остывшего душа. Сущая титанида превозмогания житейских невзгод!
3. Неустойчивость. Накал разоблачений намекает, что в следующую поездку Вику не возьмут (спойлер: и вообще из студии вычистят), а она не очень-то и захочет. Ведь очередной кусок зрительского внимания уже отхвачен, так что снова требуется искать что-то новое.
4. Лживость. Тут у нас просто залежи. Вика, перемешивая прямые утверждения с искусно создаваемым у зрителя ложным впечатлением, рассказывает, будто она и организатор, и вдохновитель, и, так сказать, главпробойщик в косной горадминистрации, и коллектив чуть ли не она лично возила, а все эти директора да худруки только мешались, и основные цели всей затеи – это у неё разведка местности и как бы даже не коммунистическая агитация в армии, а не просто съездить с концертом выступить. Уже зная, что всё сказанное Викой надо делить минимум на два, а в подобных ярких случаях – лучше сразу на пять, легко предположить, что на самом деле она просто преподносит свою часть коллективной работы в таком виде, будто это вообще единственное, что было сделано коллективом и любыми его членами. Ну а интервью тройки и некоторые дополнительные материалы тем более убеждают в истинности этого умозаключения.
Также можно наблюдать:
а) простой вариант натяжки совы на глобус («в половине мотелей не было отопления!») – ехать в одну сторону три дня (об этом тройка говорит в интервью), ночевали, стало быть, два раза, два пополам будет один; ну и на обратном пути столько же; воистину, для цифр типа «один» и «два» непременно нужно употребить громкие слова «значительная часть» и «половина»;
б) мелкую непонятно зачем нужную прямую ложь – Вика выдаёт автобус, в котором они, по свидетельству тройки, ехали, за «машину»;
в) ложь покрупнее и уже понятно, с какой целью – «случайно подсевший полковник нас везде провёз»; это и так-то очень смешная история, но ещё смешнее, если знать из интервью, что мероприятие было сто раз согласовано с воинской частью.
По разряду совы на глобус наверняка проходят и душераздирающие истории про директора и худрука. Или в данном случае – скорее по разряду мухи и слона: полагаю, что Вика раздувает какие-нибудь мелкие инциденты до космических масштабов, чтобы легче было присваивать себе чужие заслуги и выставлять себя круглосуточным борцом с режимом, а также чтобы отомстить людям, имевшим несчастье вызвать у неё личную неприязнь.
И, конечно, на будущее остаётся пикантная тайна взаимоотношений Виктории и Шамана. Впрочем, уже и на текущий момент Вика так или иначе запуталась во вранье. Есть только два варианта: либо Виктория организатор всего этого дела, либо человек на вторых и ниже ролях. Если она организатор, то, с учётом факта, что гвоздём программы был танец под песню Шамана, понятно, что́ она организует и как это выглядит с коммунистической точки зрения. А если Виктория действительно просто стояла рядом, пока девчонки курили, и только поэтому её одежда Шаманом и пропахла – стало быть, её организаторская роль существенно скромнее, чем она об этом говорит. Кстати, снова вспомним, что о непосредственно концертной работе в ролике – ни полслова. Почему? А потому что это низведёт Викторию с вершины положения верховного организатора мероприятия до статуса одной из танцовщиц, помешает трепаться об индивидуальной разведывательно-агитационной миссии и немедленно вызовет вопросы о репертуаре выступления. Но вопросы, конечно, появились и так, потому что Вика, в полном соответствии со своей манерой, врёт, преувеличивает и умалчивает в таком стиле, словно искренне верит, будто в целом мире нет людей, могущих побольше рассказать о том или ином затрагиваемом ею эпизоде.
5. Гуманитарная работа. Риторический вопрос – как думаете, Виктории было важно выступить и поддержать солдат, или же ей было важно что-нибудь совсем другое?
6. Политические убеждения. В глазах левацких масс Шаман категорически ей подгадил, но в рамках Викиного образа мышления какая разница, Шаман там или нет – ей нужно было в своих целях съездить, она и съездила, а всё остальное вторично. Интересно ещё, кстати, следующее. Программа ведь состояла не из одного Шамана. Виктория, сыграв, по её словам, столь весомую роль в мероприятии, озаботилась ли подготовить хоть один номер по разряду хотя бы уж красного патриотизма?
7. Самопиар. По этому аспекту ролик тоже представляет собой сущий клад. Вы видели, СКОЛЬКО в нём Вики и по каким чепуховым поводам? Рассказ о тяготах и лишениях походной жизни – безусловная жемчужина ролика, но прекрасно и всё остальное. Вика организует поездку, разгоняет орды вредителей в лице худрука, директора и чиновников, исполняет роль заслуженного гида по вопросам туризма в Донбасс, лично изучает обстановку в воюющей армии и среди местного населения (кстати, директор в ходе интервью с ужасным подцензурным телевидением рассказал практически то же самое и даже не постеснялся сказать, что часть местных Россию не поддерживает), намекает на свою роль большого коммунистического агитатора в вооружённых силах… И всё это – с таким потрясающим, смертельно серьёзным самолюбованием, какого раньше за ней всё-таки не водилось. Жуков решительно плохо на неё влияет. Без меня её болезнь явным образом прогрессирует.
То же самое – и с обратной стороной вопроса. Возвышая себя, нужно принижать всех тех, кого в рамках задачи вообще возможно принизить. С плохими директором и худруком уже понятно. Наезд на директора, который-де «поехал в турпоездку», смотрится тем острее, что первая половина ролика Виктории – чистой воды трэвел-блогерство. Про других танцовщиц и певицу не сказано ни слова, водитель упомянут лишь в том смысле, что его выделил «Маяк». А так-то товарищей по поездке и студии нет и работы их нет, ибо люди не танцевать ехали, а просто отвезли Викторию к армейцам, выполнять важную агентурную миссию. Кроме того, на красном Ютубе вредно лишний раз упоминать о своих связях с творчеством Шамана, поэтому ну их, всяких там танцовщиц да певиц. (А вот «подлизывающаяся к директору» худрук не забыла поблагодарить всех, включая и водителя; кажется, я знаю, кто из них питает больше уважения к пролетариату…). Фотографиями из поездки Вика тоже распорядилась очень характерно – замазала все лица своих коллег, хотя эти же самые фотографии участники поездки уже раньше выложили в других местах без всякого заблуривания. Думаете, это что-то про этику использования личных данных в сети? Нет, это про то, что Виктория – звезда, а вокруг неё – безликая серая массовка.


Эксклюзивный рейд Виктории по расположению воинской части – это на самом деле общая экскурсия, проведённая военными для приехавших артистов, что видно всё из тех же фотографий. В начале ролика много прочувствованных слов сказано о сидящих по диванам левацких псах, которые никуда не ездят, а рассуждать рассуждают – а вот Виктория съездила, и потому рассуждать имеет полное право! Впрочем, псы на самом-то деле никуда ехать и не должны – в середине ролика Виктория настоятельно советует без дела в Донбасс не соваться. Короче, кругом шантрапа и канальи, Виктория – королева. Как и обычно в последнее время.
Чтобы вы ещё лучше прочувствовали, какие клошары окружают нашу королеву, реально занятую донбасским вопросом, вот вам две иллюстрации к размышлению. В июне 2022 года Мария познакомилась с двумя ополченцами, вернувшимися из Луганской области. Она уговорила их дать интервью «Трибуну», передала Виктории их контакты, но та ничуть не заинтересовалось перспективой такой беседы и ни разу о них не вспомнила (а казалось бы, это же те самые Простые Парни, с которыми она больше всего любит устраивать интервью). А ведь Мария им обещала, что будьте на связи, вам позвонят. И вторая иллюстрация. Монтажёр Тимофей на линию фронта ездит регулярно – у него мобилизован брат, вот Тимофей и возит по случаю в войска гуманитарные грузы. Как по-вашему, кто мог бы рассказать на канале о зоне СВО побольше, поинтереснее и с лучшим знанием дела – Виктория или Тимофей?
Ну а чтобы закруглить тему, добавлю, что мы с Марией, наглядевшись на донбасское представление, решили наскоро копнуть ещё пару точек на викторианской танцевальной поляне. Первые же взмахи лопатами принесли такие находки, что мы решили не делиться ими с читателями, уж извините. Ну его, у меня тут всё-таки не жёлтое сочинение и оно не про хейтерство к Виктории. Если предельно коротко, то теперь мы знаем, что в танцевальных кругах она орудует примерно так же, как в политических – и, надо полагать, вообще в любых кругах, куда заносит её злой рок. Где Виктория – там обиды, грязь, психотравмы и скандалы. Впрочем, чтобы это вполне понять, достаточно взглянуть на уже немного знакомую вам ситуацию с худруком и остальными участниками донбасской поездки. Посмотрите в качестве заключительного аккорда вот на этот залайканный Викой (!) комментарий под роликом:
Даже если бы я больше ничего не знал, мне и то показалось бы очень некрасивым такое отношение к человеку, с которым Виктория долго работала и которому даже в хулительном ролике не предъявила претензий, достаточных, чтобы оправдывать и тем более одобрять подобные беспардонно хамские комментарии. А я знаю чуть больше, и потому прошу поверить мне на слово, что нехорошая личность тут – это совсем не худрук, которая только за год до того приняла Викторию обратно в свою студию, несмотря на всё предшествовавшее викторианство.
[продолжение следует]
Автор: Александр ХайфишВремя написания: 22 октября – ?? декабря 2023 года