АЭС на экспорт
В октябре 1966 года была пущена первая советская АЭС за рубежом
После пуска первой атомной электростанции в Обнинске опытом мирного применения атомной энергии заинтересовались и друге страны, в первую очередь – ближайшие соседи СССР, а позднее – и дальние союзники. Каждая из таких зарубежных АЭС получилась уникальной, с характером страны, которая стала местом их рождения. Только за 10 лет с 1957-го по 1967 годы Советский Союз построил 25 атомных установок в странах Восточной Европы, Азии и Африки, включая 10 реакторов для АЭС, семь ускорителей и восемь лабораторий для работы с изотопами и исследованиями в области физики.
Первая немецкая
Самым первым зарубежным проектом СССР стала атомная электростанция «Райнсберг» в одноимённом городе Германии (ГДР). История этой АЭС началась в 1956 году, всего лишь через два года после того, как в Обнинске заработала первая в мире АЭС: СССР и ГДР заключили соглашение о её строительстве. В том же году в Институте атомной энергетики в Москве было разработано техническое задание на реактор ВВЭР мощностью 70 МВт (В-2), а уже в 1958-м был готов технический проект. Работа велась практически одновременно с подготовкой проекта В-1 (ВВЭР-210) – реактора для первого энергоблока Нововоронежской АЭС. 30 сентября 1964 года В-1 дал первый ток в энергосеть страны. Следующей на очереди стала АЭС «Райнсберг».
Фактическое строительство немецкой станции началось в праздничный день – 1 мая 1960 года. Райнсберг выбрали за удачное географическое положение: 70 км до Берлина, 80 – до польской границы, 100 – до берега Балтийского моря. Так город в провинции Бранденбург, когда-то бывший резиденцией прусских принцев, стал местом создания первой атомной электростанции Германии.
Небольшая мощность реактора, в три раза меньше, чем в Нововоронеже, объяснялась тем, что электростанцию планировали использовать не только для производства электричества, но и для экспериментов, чтобы исследовать и развивать серию ВВЭР вместе с немецкими специалистами. Наработки, полученные на Новоронежской АЭС, значительно облегчили работу в ГДР, и всё же для строительства потребовалось шесть лет: энергопуск состоялся в апреле 1966 года, к сети энергоблок подключили 11 октября. Интересно, что АЭС «Райнсберг» была даже отпечатана на купюрах ГДР. В 1971 году на банкноте в 10 провинциях Восточной Германии была изображена женщина – оператор пульта управления АЭС.
Именно с АЭС «Райнсберг» началась история экспорта отечественных атомных технологий. Причём на одной электростанции развитие атомной энергетики Восточной Германии не остановилось. В 1973 году был запущен первый блок АЭС «Грайфсвальд», и за 16 лет, до 1989 года здесь успели построить и запустить пять энергоблоков с реакторами ВВЭР-440. Шестой энергоблок был полностью готов, реактор ожидал загрузки топлива, но так никогда и не заработал – помешала политика.
В 1990 году Германия объединилась, и оказалось, что атомные электростанции ГДР не соответствуют требованиям безопасности, принятым в ФРГ. В случае с АЭС «Райнсберг» это, возможно, было обосновано: в СССР первый блок Нововоронежской АЭС, построенной по тому же проекту, прекратил работу ещё в 1984 году. Но энергоблоки №3-6 АЭС «Грайфсвальд» нормативам полностью соответствовали – вот только заниматься лицензированием оказалось некому, и АЭС просто остановили.
4 ноября 2021 года в Грайфсвальде был торжественно открыт памятник работникам АЭС. Инициаторами его установки стали люди, которые до 1990 года работали на станции. В этот день бывшие инженеры АЭС записали песню на русском языке «Наш атомный век» как приветствие их сокурсникам того времени и друзьям по атомной отрасли в России.
Чешская экспериментальная
Интересно, что первой атомной станцией, построенной за границей, могла бы стать Чехословацкая АЭС «Богунице», если бы не слишком амбициозный проект.
Чехословакия славится своими урановыми рудниками, поэтому правительство страны логично решило развивать атомную энергетику. В 1957 году в Москве прошли переговоры между Чехословакией и СССР о строительстве АЭС. Советские учёные предложили на выбор несколько проектов: обычный реактор и КС-150 (котёл селеновый) – селеном в то время из-за секретности называли торий. Замедлителем для КС-150 выступала тяжёлая вода, а работать он мог фактически на естественном уране. Авторами проекта стали сотрудники Института теоретической и экспериментальной физики во главе с Абрамом Алихановым.
Чехословацкая делегация выбрала КС-150. Как вспоминал Абрам Иосифович, одним из аргументов было желание добиться, чтобы уран из их рудников шёл напрямую в их АЭС, а также теоретическая возможность после наработки опыта эксплуатации тиражировать реактор этого типа на другие страны.
Конструктивно и технологически КС-150 был сложнее, чем привычные реакторы, но заказчика это не испугало. «Котёл селеновый» в то время существовал только в теории, даже физические расчёты ещё не были завершены, не говоря о конструкторских решениях. Созданием реактора занялись физики-теоретики из ИТЭФ – в их ведении был технический проект реакторной установки и научное сопровождение. А рабочий проект разрабатывали в чехословацком ОКБ заводов «Шкода» при технической помощи ленинградского отделения «Теплоэлектропроекта». Почти всё оборудование, включая корпус реактора, сконструировали и изготовили чехословацкие предприятия, а ТВЭЛы делали на Харьковском электротехническом заводе.
АЭС построена в Словакии близ посёлка Ясловске Богунице, по документам она называлась АЭС А-1. Пуск станции предполагался в 1965-1966 годах, но из-за необходимости практически с нуля разрабатывать и создавать оборудование работа шла медленно. В итоге пуск перенесли на 1968 год. Но тут случилась «Пражская весна», и советское руководство посчитало необходимым выждать ещё. Когда политическая обстановка в стране стабилизировалась, было принято принципиальное решение: АЭС должна дать первый ток к концу 1972 года.
Подробно об этом периоде в своих мемуарах писал физик-теоретик Борис Иоффе, занимавшийся научным сопровождением проекта: «С осени 1972 года на станции уже работало свыше ста советских специалистов. Работа шла, но было ясно, что в указанный срок реактор не будет запущен. Пришлось пойти на трюки. Один такой проделали, когда станцию посетил важный член чехословацкого правительства. Он знал, что при пуске в реактор заливается тяжёлая вода. Вот ему и показали, как в воронку трубы, ведущей в реактор, рабочий заливает тяжёлую воду, но делать это было ещё рано. Поэтому кран, ведущий в реактор, был перекрыт, и вода по трубе стекала этажом ниже, где другой рабочий собирал её в ведро». И всё же ударным трудом удалось уложиться в поставленные сроки – физический пуск состоялся 25 декабря 1972 года.
Первый энергоблок АЭС «Богунице» проработал недолго из-за двух серьёзных аварий. Первый инцидент случился 5 января 1976 года: во время перегрузки топлива произошла обширная утечка радиоактивного газа, погибли два работника АЭС. Через год там же во время загрузки топлива с новой тепловыделяющей сборки не было заранее удалено защитное покрытие, в результате она частично расплавилась, произошёл разрыв технологического канала и утечка тяжёлой воды. После аварии власти приняли решение о закрытии энергоблока, поскольку его восстановление стало бы слишком затратным.
Однако от атомной энергетики в Чехословакии не отказались. Уже в 1972 году на этой же площадке началось строительство энергоблоков с реакторами ВВЭР-440. Первые два были введены в эксплуатацию в 1978 и 1980 годах, ещё два – в 1984-м и 1985-м. Блоки №2 и №3 проработали до начала 2000-х, а блоки №4 и №5 продолжают работать. После модернизации срок их эксплуатации продлён до 2035 года.
Финская передовая
Соглашение с Финляндией о строительстве первой финской АЭС «Ловииса» на острове Хястхолмен было подписано в 1969 году. Работа над проектом этой АЭС с реактором ВВЭР-440, которая началась в том же году, сыграла решающую роль в формировании новых подходов в СССР к обеспечению безопасности АЭС. Работы велись на уровне руководства Imatran Voima Osakeyhtio – финской компании, в то время занимавшейся в стране генерацией энергии и тепла. С советской стороны в проекте участвовали ведущие специалисты и высшие должностные лица Минсредмаша.
Разработку реакторной установки поручили «Гидропрессу», генпроектировщиком было ленинградское отделение ВГПИ «ТЭП» (сегодня «Атомтеплоэнергопроект»), научным руководителем – Институт атомной энергетики. За основу взяли серийный проект В-230 (одна из модификаций ВВЭР -440), однако его пришлось почти полностью перекроить под технические требования контракта. Финны сформулировали 70 критериев безопасности, которые российские специалисты до сих пор вспоминают с содроганием. Например, с нуля пришлось конструировать защитную оболочку для оборудования и систем первого контура – такого элемента не было ни на одной советской станции. Увеличили резерв всех вспомогательных систем, даже резервный пульт управления на блочном щите сделали. Тогда многим эти требования казались избыточными, но финны перестраховывались во всем. Им было мало результатов экспериментов для обоснования предыдущих проектов, и они настояли на дополнительных исследованиях, и для этого «Гидропрессу» пришлось разработать новые методики, аппаратуру, стенды и оборудование. Однако именно опыт создания финской установки пригодился при разработке проектов для многих отечественных и зарубежных АЭС.
Чтобы станция соответствовала финским нормативам, использовали дополнительное оборудование производства немецкой компании Siemens и американской Westinghouse – соединение американских и советских разработок получило прозвище Eastinghouse. Также в проект были включены канадские приборы контроля и измерения параметров, дизели из Франции, английские электронно-вычислительные машины, арматура из многих стран мира.
Строительство вели финские компании. Монтаж основного оборудования выполняли советские специалисты. Координацию и техническое руководство пусконаладкой вели совместно. Интересный факт: в какой-то момент пусконаладки финский эксплуатационный персонал уехал на учёбу – девиз был «качество – главное, сроки – второстепенное». Как вспоминает представитель главного конструктора на строительстве АЭС «Ловииса» Анатолий Быков, несмотря на то, что отношение к советским специалистам было доверительное, контроль за их действиями в здании АЭС был плотным. Всегда рядом был либо финский специалист из IVO, либо представитель надзорного органа. Например, при подгонке блока защитных труб в реакторе его целые сутки опекал финн, хотя работать не мешал.
Во время строительства был сделан принципиально важный шаг в обеспечении качества работ. По требованию заказчика в практику были внедрены «программы обеспечения качества», тогда как в советской промышленности существовала лишь «программа контроля качества». Такие программы создали для всех видов работ, связанных с проектированием, конструированием, научно-техническим обоснованием, изготовлением, монтажом, строительством и эксплуатацией. Позднее эти программы распространили на все АЭС СССР.
Первый реактор начал работу в феврале 1977 года, второй – в ноябре 1980-го. Срок эксплуатации первого энергоблока в настоящее время продлён до 2027 года, второго – до 2030-го. За всё время работы на АЭС «Ловииса» не произошло ни одного серьёзного инцидента.
«Росэнергоатом» и сегодня продолжает строительство, пуск и эксплуатацию АЭС за пределами России. И об этом мы ещё обязательно расскажем.
Татьяна Козлова,
по данным из открытых источников