Майснер и Жуков: блогеры, леваки и певцы фашизма
Левые блогеры Клим Жуков и Реми Майснер выступили против философа Александра Дугина, который неоднократно участвовал в проекта культурного пространства «Солнца Севера» и поддерживал их. Они попытались попытались раскритиковать интервью философа «Царьграду» о поездке в Белоруссию и беседе с Александром Лукашенко.
Два левых ЛОМа, напомним, крайне критически воспринимают СВО. И решили они «пропесочить» то ли русского философа, то ли Лукашенко за его приглашение, то ли вообще посмеяться над перспективами интеграции России и Белоруссии. При этом ввели своих читателей в заблуждение заголовком про «философа, реакционера, певца фашизма».
Полагаем, недовольство сетевых экспертов мог вызвать сам факт такой встречи, о чём они не раз проговаривались в ходе разбора. И было бы хорошо, если бы это была конструктивная критика, но, судя по уровню аргументации, целью было информационно «ударить» по Александру Дугину, что в последнее время делается с разных сторон с удивительными частотой и постоянством.
Итак, разберём по пунктам тезисы левых обозревателей:
1) Блогеры оказались недовольны, что Александр Дугин делает официальные визиты на большом уровне. Говорят: «Этот мракобес уже делает официальные визиты к лидерам сопредельных стран».
Отвечаем: «мракобес» - штамп, который применяют, когда пытаются оскорбить оппонентов «справа». Несколько раз Майснер пытался вернуться к этой теме и сказать, что то, что транслирует Александр Дугин давно морально устарело и непрогрессивно. Честно сказать, это даже разбирать скучно: ровно то же самое о таких коммунистах, как Майснер и Жуков, говорят либералы. А кроме того, вечное устареть не может, что бы ни думали об этом блогеры, и всегда возвращается.
А официальные визиты к президентам других стран не-президентами практиковались всегда. В частности, идеологи Запада это делают, и никто их за такое не упрекает: к примеру, визит глобалиста Бернара Анри-Леви к Порошенко. Всё это носит серьёзный символический характер.
2) Также блогеры утверждают, что с Белоруссией Россия рассорится как и с Украиной, как только сменится конъюнктура.
« - Тебе же сказал самый главный наш философ, что никакой Украины нет, ее придумали…
- Я и про Белоруссию слышал от тех же людей, которые это затирали про Украину… Не повторят ли они завтра и про Белоруссию то же самое?».
Намекают, что, если бы Тихановская пришла ко власти, для Москвы Белоруссия «сразу бы стала ненастоящей»?
Ну так Украина была бы в прекрасных дружеских и братских отношениях с Россией, не будь там подпитки победившей неонацистской идеологии, бандеровских идей и подконтрольности Западу. А также открытой русофобии у наших границ. Белоруссия на официальном уровне выбрала братскую дружбу с Россией и не угрожает ей «гилякой» или созданием ядерного оружия, поэтому страны способны на дружбу, единство и взаимовыгодный союз. Тихановская потому и не победила, потому что беларусы в здравом уме не позволят управлять страной прозападному агенту.
В конечном счёте, любое национальное государство «выдуманное». Но Белоруссия состоялась как государство, дружественное России, как ещё одно русское, евразийское в цивилизационом плане государство. Украина могла пойти таким путём, но не стала.
Александр Дугин, как и евразийцы в целом, не является противником малоросской идентичности (конечно, речь не идёт о националистическом бандеровском украинстве). За это его критикуют уже русские националисты.
3) Не согласились, что Россию и Белоруссию объединяет идея справедливости. «У нас 20 миллионов человек ниже прожиточного минимума зарабатывают, это че, это как – это проявление справедливости?».
Сравнили с 90-ми, когда бедных называли ленивыми и оправдывали тот уклад. Вообще говорят о том, что любой человек – буржуй, папуас или Дональд Трамп – скажут, что они за справедливость
«Буржуям сегодня все кажется справедливым… Вроде идеологии разные, а цены любят поднять все».
Начнём с того, что в правилах хорошего тона было бы ну хотя бы «погуглить», что Александр Дугин подразумевает под справедливостью. Философ последовательно всю жизнь выступает против капиталистического уклада. Особенно ярко свою позицию по этому вопросу он представляет в своём изложении «Четвёртой политической теории». В его философии капитализм обесчеловечивает нас и отдаляет от Царствия Небесного.
Однако, по христианскому мировоззрению, полноценная справедливость здесь на земле невозможна, а возможна только после Страшного Суда. Эсхатологическое мышление, таким образом, многих примиряет с тем, что совершенства земного быть не может. Однако стремиться сберечь и развивать социальные гарантии и добиваться справедливых решений – нормальное желание любого народа.
4) Также блогеры критикуют пункт про необходимость устранения олигархии. «У вас же начальник Царьграда, некто Малофеев, это ж как раз олигарх из 90-х. Его надо вырвать, трансформировать и приручить. Или он уже прирученный». Также вспомнили Пригожина, потому что у него «фабрики, заводы были». Плюс добавили, что вместо олигархата может остаться один олигарх, который скажет, что он не олигарх, а высшее существо.
Можно по пальцам сосчитать богатых людей, которые активно поддерживают русских людей на Донбассе, помогают нашей армии, поддерживают церковные и ценностные проекты, а также образовательные. К. Малофеев сам не раз отвечал на неудобные вопросы журналистов: разбогатевший должен отдавать весомую часть богатства на благо общества и на благотворительность. К примеру, предприниматель может заработать больше писателя, но он же должен финансово поддержать писателя. Это хоть как-то приближает нас к справедливости, потому что сам капитализм по себе – грешен.
«— Как вы относитесь к точке зрения, что капитализм является источником тех проблем в обществе, с которыми вы пытаетесь бороться?
— Капитализм как власть капитала, как непрерывная погоня за деньгами, безусловно, порочен с христианской точки зрения. Но я бы разделял реальную экономику и финансовую. Мир деривативов и других ценных бумаг в десять раз больше мира реальной экономики. Люди, зарабатывающие на этом огромные деньги и надувающие рынок недвижимости на Лазурном Берегу и в Лондоне, являются паразитами на теле нормальной экономики. Я сам был таким, был финансистом. Хорошо знаю, о чем идет речь. Это пустота, продажа воздуха.
— И что же с этим делать?
— Это надо просто отменить. Это ни для чего не нужно.
— ?
— Арабы как-то живут без ссудного процента. Весь этот паразитизм начинается с процентов в банках. Христианам было запрещено давать деньги в рост» .
Ни Малофеев, ни Пригожин не являются олигархами в смысле 1990-х. Это патриотически ориентированная часть российского бизнеса, вносящая колоссальный вклад в СВО.
- Зачем-то сравнили Александра Дугина с Гитлером (из-за того, что он говорил плохо об олигархах – это, кстати, единственная параллель, которую они провели, видимо, чтобы оправдать свой заголовок про «певца фашизма»). Сказали, Гитлер тоже не любил плутократов и банкиров, кредиторов.
«Вы послушайте его предвыборную речь. Там ни слова нет про то, что надо коммуняк бить, евреев в гетто сгонять. Нет, мы против коррупции!... А еще некоторые бизнесмены у нас не социально ответственные, надо раскулачить…»
Что тут сказать? Сравнение с Гитлером - Reductio/argumentum ad Hitlerum — риторическая уловка, которая, как правило, используется, когда нет возможности предъявить реальные аргументы. Если Гитлер был вегетарианцем, это не значит, что вегетарианство чревато Холокостом. Если кто-то говорит о социальной ответственности бизнеса и патриотизме — странно сравнивать его с Гитлером. Отличительные особенности именно гитлеризма — совсем другие.
Александр Дугин последовательно выступает против фашизма во всех его проявлениях, равно как и против либерализма и коммунизма. На этом основана его Четвертая Политическая теория. Поэтому сравнивать его с тем, против кого он выступает, совершенно некорректно.
С таким же успехом можно сказать, что гитлеры - Майснер и Жуков, дёрнув какую-нибудь цитатку. Поэтому смело пишем в заголовке, что Майснер и Жуков - певцы фашизма. Они не говорили, что нужно коммуняк и евреев бить, а, посмотрите-ка их видео, тоже ругали коррупцию. Ай-ай-ай! Всё ясно, как Божий день!
6) Также блогерам не понравилось, что власть и капитал Александр Дугин разделяет. Природа власти для них классовая: либо диктатура буржуазии, либо пролетариата.
«Весь бизнес, весь капитал направлен на то, что один какой-то производитель парфюмерии сожрет 95% своих конкурентов и вместе с 2-3 такими же как он сам мегагигантами… превратятся в 3 корпорации настолько богатые, что они просто не смогут не обращаться ко власти как к чему-то своему». Такая природа капитала, что он сливается с властью. «Любой крупный капитал не может не быть сросшимся с властью».
Также напомнили, что на обоих украинских Майданах призывали скинуть именно олигархов.
В идеале, по Александру Дугину, олигархов и капитала быть не должно. Об инструментах речи в этом интервью не велось, хотя они тоже имеются – политическая элита должна быть максимально аскетична. И нужно как минимум минимизировать фактор капитала, и заставить бизнес тратить свои средства на поддержку собственного народа, а не на свои личные блага. И, тем более, это крайне важно в условиях Специальной военной операции.
7) Также Майснеру и Жукову не нравится идея объединения РФ и Белоруссии в настоящее время. Мол, по отношению к Украине можно сказать, что она регион, и несогласных бомбить. А чем тогда беларусы другие?
Беларусы другие, потому что не выстраивают антирусского государства, которое могли бы использовать геополитические противники России. Чтобы не произошло событий, как майдан на Украине, России и Белоруссии как раз лучше объединиться: чтобы избежать риска захвата власти прозападными агентами, которые будут насильственно внедрять на госуровне идеологию неонацизма и русофобии. Никто никогда не вёл речи о том, чтобы «бомбить белорусов»: это наши братья, которые открыто поддерживают нас и дружат с нами. Тем более, Александр Дугин всегда максимально положительно говорил о Белоруссии и лично об Александре Лукашенко, еще до персонального знакомства.
8) Также блогеры усомнились, что у беларусов есть своя идентичность, отличающая их, к примеру, от русских. Намекнули, что все разговоры про идентичность это уже фашизм, что на деле есть только отличия классовые.
«Мы не готовы просто исчезнуть, раствориться в вас. Давайте вместе восстанавливать наш общий восточнославянский мир», - говорит Александр Лукашенко. И философ с этим согласился.
А Жуков и Майснер говорят, что такое легко говорить из Белоруссии, и трудно из России.
«Ты согласен с этим, Дугин, живя в РФ, где у вас есть одновременно татары, которые ни разу ни в одном месте не восточные славяне, есть буряты, которые вообще тюрки… прошу прощения, монголоиды. У вас есть куча монгольских элементов, чучки, эскимосы, евреи… Там полкавказа неславян». «Такое говорить в России нельзя».
По их аргументации, РФ и Белоруссия не могут слиться на равных правах, потому что в РФ капитализм, то есть обязательно кто-то кого-то в таких условиях купит и будет средняя температура по больнице, а не развитие.
Восточнославянский мир входит в более широкую Империю, евразийский мир. Единение народов – русских, белорусов – никак не притесняет другие этносы. Именно имперский подход России (в виде Российской Империи, СССР) позволяет уживаться столь разным народностям с их культурами, религией и обычаями в рамках единого целого. И фраза Лукашенко лишь подразумевала укрепление естественных связей с соседней страной.
Где в речи Дугина и Лукашенко хоть слово говорилось о притеснении татар, бурятов или евреев? Восточнославянский мир своим существованием притесняет другие этносы?
9) Также блогерам в разговоре про идентичность не понравились апелляции к религии.
«И это сожительство православного белорусского большинства с католиками, и в маленькой степени – с униатами, на самом деле является частью исторического опыта белорусского народа», – говорил Александр Дугин.
Блогеры же полагают, что во время княжества Литовского сожительствовали не с православными или католиками, а с помещиками разных конфессий (крестьянину было «параллельно, кто им командует»).
Тут, как говорится, можно указать только на то, что левые эксперты по всем вопросам пытаются полностью игнорировать религиозный фактор. У того, что литовские помещики лютовали больше, Клим находит экономическое объяснение, мол, земли было меньше, а жадность та же. Но, если бы блогеры были несколько просвещены в различии православии и католицизма, то смогли бы найти и этому факту более подходящие объяснения, связанные как раз с религией, с жёстким иерархическим мышлением, менее свойственным православию, оправданием рабства, которого в православии опять же никогда не было.
10) Также блогеры не верят в искренность белорусов. В истории «с кем выгодно, с тем и дружили»: с Литвой и Польшей деловых отношений было гораздо больше, чем с русскими.
Нужно делами укреплять связи. Чтобы Белоруссии было тоже интересно быть с Россией. Любовь доказывается не только словом, но и делом: Москва должна укрепиться в собственной идеологии и традициях, которые будут привлекательными и приемлемыми для наших союзников. В этом мы беларусам гораздо ближе. И, конечно, экономически стимулировать нашего соседа.
Этим Москва активно занимается: РФ остается главным торговым партнером Белоруссии (около 49 процентов объема внешней торговли, из них более 41 процент – экспорт, более 56 процента – импорт). Любая империя должна быть привлекательна и силой, и идеологическим стержнем, и экономической мощью.
11) Смеются над тем, что нужна идеологическая и духовная мобилизация против Запада. Мол, всё это тянется с 1990-х.
Да, но есть разительное отличие от 90-х: сейчас Запад ведет физическую и открытую информационную войну против нас. Поэтому духовная мобилизация приобретает особое значение именно сейчас.
12) Утверждают, что объединение с Белоруссией не даст ничего, потому что «Белоруссия маленькая».
С геополитической точки зрения для России Белоруссия – не только братская страна, но и территория-«буфер» с Западом. И не такая уж она и «маленькая»: побольше многих европейских стран (Греции, Венгрии, Чехии и многих других).
13) Блогерам смешно, мол, Путин борется с олигархатом 20 лет, а они, наоборот, богатеют.
Видимо, Жуков и Майснер воображают себе, что Путин, чтобы обозначить явственную борьбу с олигархатом, должен был бы вступить в Коммунистическую партию, объединить людей труда и вместе с ними свалить всех олигархов? Или заняться террором? Или запретить олигархов декретом? Как Ленин, национализировать банки, а заводы отдать рабочим? Ну, Путин не Ленин, время не то и условия иные.
Здесь наши левые эксперты по всем вопросам могли бы вспомнить свой тезис о том, что капитал стремится проникать во власть. И он, действительно, составляет сегодня 5-ю колонну, которая саботирует многие решения ещё с 90-х. Индивидуальными усилиями даже президент не может победить олигархат.
14) «Необходимо лишь осуществить страшный суд над российской элитой 90-х годов», - говорит Александр Дугин. «Путин – это тоже элита 90-х, его тоже под суд?» - вопрошают Жуков и Майснер.
У нас были и остаются проблемы во внутренней политике. Но отдавать Путина под суд нельзя. Он оказался достаточно смелым правителем, чтобы возвести принципы многополярности и традиционные ценности в основы государственной политики, а также исправить многие ошибки 90-х. Теперь настало делать шаг дальше, к этому подвигает сама история.
15) Александр Дугин говорит, что элита может выбрать сторону и быть за страну: «Сохранив даже своё богатство. Но присягнув народу, присягнув нашей истории». И ещё: «Конечно, на это место должен прийти новый правящий класс, класс убеждённых русских патриотов, патриотов нашей страны».
Жуков-Майснер возражают, что присягнувший все равно останется олигархом и у власти окажется олигарх, который сказал, что он патриот, а на деле продолжит своё корыстное дело. Но нам не представляется таким уж трудным и невозможным делом понять, как мыслит тот или иной богатый человек. Нужно лишь посмотреть на его поступки, его общественную деятельность, на то, как он вёл себя на своих предприятиях, как относился к рабочим, к социальным проектам.
Но давайте припомним, что мы говорили ранее: в идеале олигархов быть не должно или они должны быть отодвинуты от политики. Кстати, если говорить о примерах, олигархи есть в социалистическом Китае, но КПК проводит жёсткую политику в их отношении.
16) Блогеры зачем-то начали критиковать тезис о том, что мы это государство, который Дугин даже не озвучивал. «Мы не государство. Государство – это инструмент насилия в руках правящего класса», – говорят Жуков-айснер. А элиты могут выступать против народа.
Александр Дугин неоднократно подчеркивал, что народ и государство не одно, и что народ – качественное онтологическое понятие, а не количественное, как полагают марксисты со стилизованными классиками на футболке.
«Народ есть органическая надиндивидуальная и надвременная общность, объединенная общей историей и культурой, наиболее проявленная в массах, конкретно отличная от других народов и являющаяся первичной реальностью по отношению к государству, статистическому населению, совокупности отдельных граждан. Народ понятие качественное и онтологическое, а не количественное и прагматическое.
Вот именно этой реальности, народу, и принадлежит власть в Российской Федерации согласно действующей Конституции. Если это не соблюдается, мы имеем дело с нарушением конституционного строя».
«Государство имеет право на существование только в той степени, в какой оно народно. Если государство как автономный механизм и как бюрократическая система узурпирует всю полноту власти, оно перестает быть легитимным. И подлежит реконструкции, реформированию или упразднению. При определенных ситуациях народ имеет историческое и конституционное право «уволить государство». Народ не имеет власти над собой, а государство это не какая-то иная власть, а лишь подчиненный ему инструмент самоуправления».
17) У нас объединение должно быть не с белорусами, а с белорусскими трудящимися, утверждают Жуков и Майснер.
Одно другому не мешает. Народ – это больше, чем просто трудящиеся – это носители языка, культуры, религии, обычаев, у которых есть своя историческая память и дружба с близкими культурами. Как раз культура может сблизить еще теснее, чем просто труд или некоторые общие социально-экономические параметры. А разжигание классовой розни в условиях военного противостояния с Западом ни к чему хорошему не приведёт, прежде всего, для самих трудящихся.
18) Также Жуков-Майснер возмущались тем, что Александр Дугин употребляет термин «Запад». Говорят, зачем так объединять, мол, это химера какая-то. На деле, есть разные страны с разными капиталистическими хищниками, с которыми надо умелому политику выстраивать отношения, сорить их между собой, использовать противоречия, как это делали Ленин и Сталин.
Блогерам как будто невдомёк, что их марксистскому анализу нельзя подвергнуть всё многообразие мира. И пусть политэкономия как инструмент отлично объясняет происходящие в экономике и обществе процессы, но нельзя ей подменять всё.
Так уж получилось, что идеология либерализма в своём новом изводе родилась на Западе, там приветствуется и принимается (да и то не повсеместно), а в остальном мире присутствует и доминирует только благодаря гегемонии – влиянию капиталистического центра на остальной мир, на периферию, на страны-колонии, если уж хочется говорить в марксистской парадигме.
Цивилизационный подход прекраснейшим образом объясняет происходящие мировые события – ничуть не хуже марксизма.
И, к слову говоря, ведущуюся сейчас войну против России можно по всем признакам охарактеризовать, как войну против империалистического хищника (которым, как ни странно, стал объединённый Запад – США и их сателлиты в ЕС). Признаков империалистической войны со стороны России у неё нет: российским олигархам она наносит больше урона, они в ней не заинтересованы, теряют имущество и средства, а рынки захватывает США. Это война другого уровня.
И в таком качестве СВО любому марксисту хотя бы в определённой степени стоило бы поддержать. «Солнце Севера» вновь напоминает о соглашении Дарьи Дугиной, которое призывает все патриотические силы объединяться, поддерживать фронт и добиваться конструктивных изменений во внутренней политике. Сейчас не время искать разногласия.
Жукова и Майснера этим разбором мы вряд ли переубедим, а вас, уважаемые читатели, призываем не верить на слово этим «товарищам» и исследовать всё самим.