Шхуна «Опыт»
В середине XIX века в Кронштадте заложили судно, которому суждено было стать настоящей жемчужиной Балтийского флота. 26 июня 1847 года на стапелях южного дока началась постройка шхуны «Опыт». Замысел принадлежал вице-адмиралу Ивану Ивановичу Шанцу — человеку, который умел сочетать инженерный расчёт с эстетикой быстроходных судов.
Строили не просто шхуну. Создавали яхту для главного командира Кронштадтского порта. За образец взяли легендарные балтиморские клиперы — стремительные, остроносые, словно замершие в прыжке. Корпус собрали из элементов разобранного фрегата «Александра», добавив свежего леса для палубы и обшивки. Водоизмещение — всего около 82 тонн, длина чуть больше 20 метров, ширина — почти шесть. Две мачты высотой по 20 метров несли паруса общей площадью 346 квадратных метров.
Шхуну задумали гладкопалубной, и чтобы внутри было хоть какое-то пространство, нижнюю палубу опустили так низко, что пришлось сдвинуть балласт и запасы к оконечностям. Это породило неприятный нрав: в непогоду «Опыт» начинал страдать килевой качкой. Однако ход, остойчивость и послушность руля моряки потом оценили по достоинству. Судно получилось быстроходным и надёжным.
В 1848 году «Опыт» впервые громко заявил о себе. Он принял участие в гонках Императорского яхт-клуба — мероприятии, где состязались лучшие суда столицы. А после отправлялся в практические плавания по Финскому заливу и извилистым финляндским шхерам.
Настоящее боевое крещение ждало шхуну в 1848–1850 годах, когда Балтийский флот отправился в датские воды. 24 июля 1850 года «Опыт» в составе отряда бросил якорь на Зондербургском рейде, где уже стояла 3-я флотская дивизия под командованием вице-адмирала Епанчина. В сентябре того же года шхуна участвовала в показательном сражении — настоящем морском спектакле, который должен был продемонстрировать мощь российского флагмана. Командир шхуны, капитан-лейтенант П. Н. Бессарабский, за ту кампанию получил орден Святой Анны III степени.
Позже, в 1851-м, «Опыт» вошёл в отряд из восьми вымпелов под командованием контр-адмирала — великого князя Константина Николаевича. Вместе с будущим генерал-адмиралом шхуна бороздила воды Финского залива.
В 1852–1853 годах и затем с 1856 по 1858-й судно ежегодно выходило в плавания. А в кампанию 1860 года у «Опыта» была особая миссия: он нёс крейсерскую службу между Санкт-Петербургом и Кронштадтом — словно связной на водных дорогах империи.
Сменилось несколько командиров. После Бессарабского шхуной командовал лейтенант В. К. Филатов, затем лейтенант М. Е. Колтовский (который прерывал службу и возвращался вновь), а с июня 1858 года — лейтенант С. И. Неделькович.
5 января 1863 года «Опыт» был исключён из списков судов флота. Относительно недолгая, но яркая служба завершилась.
«Опыт» воплощал идею адмирала Шанца о быстроходном, красивом и мореходном судне. В истории Балтийского флота эта шхуна осталась примером того, как инженерная смелость, пусть и не без изъянов, создаёт суда, которые помнят не только по формулярам, но и по гонкам, дальним походам и службе под флагом великих князей.
В 1854 году разработка адмирала Шанца неожиданно получила новое воплощение, ставшее одной из самых невероятных страниц в истории российского флота.
Всё началось с катастрофы. 11 декабря 1854 года землетрясение обрушилось на японскую бухту Симода. Подземные толчки, цунами — и новый российский фрегат «Диана» разбит вдребезги. На его борту находился вице-адмирал Евфимий Путятин, кто вёл переговоры об установлении дружественных отношений с Японией. Экипаж спасся почти полностью, но оказался на чужой земле без корабля, без связи с родиной. От фрегата удалось спасти только обломки рангоута и один парус. А на дворе — Крымская война. Британские и французские эскадры рыскали у берегов, блокируя все порты.
Японцы проявили удивительное радушие, за которым стоял холодный расчёт: страна восходящего солнца отчаянно хотела понять, как строят мореходные европейские корабли. Их собственные плоскодонные джонки были плохи для дальних походов.
7 января 1855 года Путятин принял решение — строить небольшое судно силами экипажа. В бухте Хеда нашли удобный берег, разбили стапель, оборудовали кузницу. Офицеры поселились в старом храме, матросы — в наскоро сколоченных бараках.
За проект взялся молодой лейтенант Александр Можайский. Он и его товарищи в «Морском сборнике» за январь 1849 года нашли описание той самой шхуны «Опыт».
Были даже чертежи: конструктивный мидель-шпангоут и план по грузовой ватерлинии.
Как писал очевидец, «по этим данным тотчас приступлено было к составлению чертежа — на чистом воздухе, употребив вместо стола опрокинутую бочку».
2 февраля 1855 года шхуну заложили.
Лес рубили сами в окрестных горах. Киль и штевни — из дуба. Шпангоуты и бимсы — из сосны. Обшивка и палуба — из кедра. Медные болты для подводной части выковали местные кузнецы по образцам, которые сделали русские матросы. И с каждым днём всё больше японских мастеровых приходило на стапель — не только работать, но и учиться. Они впервые увидели, как гнут доски в парильном ящике длиной 15 метров, как конопатят пазы. У них не было понятия даже о выгонке смолы — но когда русские в первой же яме добыли кадку дёгтя, японцы пришли в восторг и немедленно приставили к этому делу еще одного чиновника, неотлучно находившегося при закладке и разгребании каждой ямы.
Каждые два дня набирали по пять шпангоутов. Прямых — 35, поворотных — 11. Японцы забегали «в чертежную» по пять раз на дню, чтобы собственноручно снять малки с плаза. Им хотелось поставить каждый шпангоут самим. И они ставили — так аккуратно, что «прирезанный шпангоут составлял как бы одно целое с килем, и с трудом можно было отличить черту замка». За постройкой наблюдали два чиновника, которые не просто записывали каждый шаг, но и зарисовывали каждую деталь с русскими названиями.
К 10 февраля корпус уже оброс рыбинами, и японцы удивились: острота подводной части совершенно не походила на их привычные джонки. Через месяц начали обшивку. В апреле настелили палубу.
14 апреля 1855 года шхуну назвали в честь бухты — «Хеда» и спустили на воду.
За 12 дней её дооснастили: поставили две мачты с гафельными парусами, стаксель и кливер. Вместо нормальных якорей — три кошки местного образца. А для штиля — шесть огромных вёсел, которыми не гребли, а «галанили». Позже выяснилось, что эти вёсла дают до 3,5 узлов — и они выручат шхуну в самый решающий момент.
18 апреля пришла тревожная весть: в Симоде появился французский пароход «Кольбер». Неприятель искал русских. Надо было уходить немедленно.
21 апреля «Хеда» вышла в море, ветер свежел, пришлось брать рифы. Но шхуна показала себя блестяще. Как напишут потом участники перехода, она «соединяла в себе ходкость с остойчивостью, поворотливостью и легкостью на волнении». При зарифленном гроте и штормовом кливере она выдавала 11 узлов. А во время 12-часового шторма, когда пришлось идти под одним кливером, «ни один вал не попадал в неё, разве только по оплошности рулевого».
10 мая, когда «Хеда» уже подходила к Петропавловску, на горизонте показался неприятель. И тут наступил штиль. Французский пароход мог настичь безветренную шхуну в любой момент. Но русские моряки взялись за вёсла — и «Хеда» ушла, оставив врага ни с чем.
Она добралась до Николаевска-на-Амуре (Петропавловск к тому моменту уже эвакуировали). И встала в строй.
Чем же была эта удивительная шхуна? Длина по ватерлинии — 20 метров, по палубе — 21,3. Никаких надстроек, только небольшая «будка» с печкой для варки пищи. Корпус разделён на три отсека: в корме — кают-компания и офицерское помещение на 10 человек, в носу — ещё одна каюта на пятерых, а в среднем отсеке — запасы воды, провизии и кубрик на 35 матросов.
И это в условиях, когда из вооружения фрегата «Диана» удалось спасти только обломки рангоута и один парус. Всё остальное — от блоков до тросов и парусов из японской бумажной ткани — сделали заново своими руками.
Шхуна «Хеда» не стала легендой флота — она стала легендой человеческого мужества и инженерной смекалки.
Скоро в продаже появится набор шхуны «Опыт» от компании «Фальконет» в масштабе 1:48. О нем мы расскажем в следующей статье.
Статья в Википедии по шхуне «Опыт»
Проектирование и постройка шхуны «Хеда». «Катера и яхты», 1969
О замечательном плавании шхуны «Хеда». «Катера и яхты», 1985
______________________________________
Александр Загорулькин по материалам, предоставленным Игорем Фроловым