МЕХАНИКА ТВОРЧЕСТВА — ПРОЦЕСС ЗАГАДОЧНЫЙ
В ноябре-декабре 2021 года прошел один из старейших театральных фестивалей России — пятнадцатая «Камерата». Мы поговорили с ее программным директором, театральным критиком Владимиром Спешковым об особом взгляде на произведения Ф.М. Достоевского, персонажах второго плана, стилистике и эстетике Николая Коляды, пластической выразительности артиста и о том, как жюри присуждает Гран-при. Не обошли стороной театральные города, края и регионы России. Предлагаем вашему вниманию третью часть состоявшейся беседы.
Первая часть интервью доступна по ссылке.
Вторая часть интервью доступна по ссылке.
Часть 3
– Пятнадцатая «Камерата» была посвящена 200-летию Достоевского…
– Да, в афишу нам было интересно включить спектакли по разным произведениям Федора Михайловича Достоевского. К примеру, «Свидригайлов. Сны» был сделан по мотивам «Преступления и наказания». Особый взгляд на материал. Привлекает внимание персонаж второго плана, ведь за счет того, как он выявлен, как прекрасно сыгран чудесным актером Александром Гончаруком, становится явной и понятной проблематика великого романа Достоевского. При этом в афише был и «Идиот» Искандера Сакаева, и «Преступление и наказание» под названием «Раскольников» Коляда-театра. Но Коляда плюс Достоевский – это совершенно особенный вариант.
– Гран-при пятнадцатой «Камераты» получил спектакль «Свидригайлов. Сны» в постановке главного режиссера Омского театра драмы Георгия Цхвиравы. Жюри было единогласно, присуждая победу? Или были разногласия?
– Нет, разногласий не было. Никто категорично не выступал с пламенной речью: «Никогда и ни за что не давайте омской драме награду!». Было обсуждение, было из чего выбирать, ведь на фестивале сразу несколько творческих коллективов показали серьезные и достойные работы.
При том в состав жюри «Камераты» вошли люди с разными вкусами. Впервые председателем был не театральный критик, а драматург. Прекрасный Дмитрий Данилов со своим особенным взглядом и отношением к театру.
Да и у Саши Вислова, у Андрея Пронина были собственные мнения по поводу Гран-при в силу того, что они выходцы из разных школ (один московский критик, другой – петербургский), у каждого – свой подход к анализу постановок, свои предпочтения. Андрей, к примеру, ценит форму, формальные изыски. Саша склонен к психологизму, любит так называемый традиционный театр. Поэтому я не могу сказать, что все эксперты в первую минуту воскликнули: «Только «Свидригайлов. Сны»! Ему отдадим Гран-при». Были разные мнения.
Вообще к наградам нужно относиться философски. С одной стороны, если получаешь гран-при или диплом – это радостно. Необходимо ценить любые победы. Но с другой стороны, надо понимать, что участие в фестивале, к примеру, в «Золотой Маске» – это само по себе престижно, значит, спектакль отобрала профессиональная экспертиза, поставила «знак качества».
Признаюсь, эксперты стараются дать награды разным коллективам, у всех есть свои достоинства. К примеру, на «Камерате» очень хотелось дать награду отдельно Александру Гончаруку, но в итоге решили, что раз жюри присуждает омской драме Гран-при, это уже подразумевает, что высоко отмечена режиссерская, актерская работы (улыбается).
– Характеризуя постановки Коляда-театра, вы отметили: «Традиционно для спектаклей Николая Коляды это очень пестрое зрелище, где много переодеваний, танцев, пластических экзерсисов». Скажите, вам лично близка эта стилистика?
Мне она интересна. Спектакли Коляды я смотрю с тех времен, когда он начал заниматься режиссурой еще на малой сцене свердловской драмы. Спектакль «Ромео и Джульетта», который был там поставлен с Олегом Ягодиным и Ириной Ермоловой, произвел на меня яркое впечатление, до сих пор его вспоминаю.
Откровенно говоря, вся стилистика и эстетика Коляды особенно сильно работает, когда в постановке присутствуют большие актеры. А когда на сцене только веселый карнавал или хоровод, начинаешь немножко скучать…
Мне всегда было интересно то, что делает Коля на основе своих собственных пьес, а также классики. Особый взгляд на мир, актуальный и злободневный. Каждый спектакль про сегодняшний день, а не чучело какого-то непонятного времени. Коля обладает уникальным талантом. И «Раскольников» тому доказательство.
– Жюри «Камераты» отметило актерскую работу Константина Итунина, играющего главную роль в этом спектакле. Расскажите, чем вам запомнился Итунин-Расколькиков?
– Знаете, у Ингмара Бергмана есть отличное высказывание: «Выходящий на сцену актер должен войти в тебя или выйти вон» (слова героя пьесы «После репетиции»). То есть актер должен быть интересен как личность еще до того, как он начнет говорить текст и разыгрывать какой-то сюжет.
От Итунина глаз не оторвать! Есть в нем внутренний драматизм, особая пластическая выразительность. Вообще, мастерство актера проявляется тогда, когда он интересен в молчании, в статике. Константин обладает талантом.
– Вы общаетесь с большим количеством актеров и режиссеров. Скажите, всегда ли режиссер должен быть в этом отношении на голову выше артиста?
– Иногда режиссеры, особенно молодые, работают с очень большими артистами. Мне сложно представить ситуацию, когда режиссер был бы на голову выше, допустим, Людмилы Максаковой, Ирины Купченко или Сергея Маковецкого. Это я сейчас вспоминаю «Войну и мир» Вахтанговского театра, сделанную очень крупным режиссером Римасом Туминасом. Но каждый большой актер, который есть в этом огромном спектакле, он сам по себе величина!
Мне кажется, режиссер на сценической площадке может быть диктатором. Но в этом случае он должен убеждать актеров не формальной властью, а своей внутренней энергией, философией. К примеру, когда приходил Роман Виктюк в «новый театр», актеры встречали его несколько скептически, но затем на репетиции совершали невероятные кульбиты, валялись на полу… И делали это с радостью, потому что он умел внушить доверие, заразить своей энергией.
Конечно, режиссер должен занимать руководящую позицию. Он должен больше знать о своем замысле, о том материале, который выбрал для постановки. Я знаю, как, к примеру, Анатолий Праудин серьезно готовится к своим спектаклям, перерабатывая горы материала, перечитывая много книг.
Режиссер – это очень штучная профессия. Да, кто-то кричит, кто-то матерится, кто-то может обидеть… Но всякий раз требовать, чтобы в работу режиссера вмешался профком, я бы не стал. Понятно, что актер – зависимая профессия, но труппа тоже может режиссеру кровь попортить, отстаивая свои интересы… Конечно, желательно, чтобы постановка спектакля проходила в любви, взаимном уважении, как часто и бывает у настоящих мастеров. Механика творчества – процесс во многом загадочный и у каждого театра протекающий по-разному.
– Вы много путешествуете по стране, постоянно принимаете участие в различных театральных фестивалях. Можете назвать самые театральные города, края и регионы России?
– Несомненно, очень много театральных событий происходит в столице, а также в Санкт-Петербурге. Если говорить об этом сезоне, то в Москве вышло несколько выдающихся спектаклей, несмотря на пандемию. Это «Война и мир» Римаса Туминаса в Вахтанговском театре, «Костик» Дмитрия Крымова в театре Пушкина, «Р» Юрия Бутусова в «Сатириконе», спектакли молодых режиссеров. К примеру, постановка Нади Кубайлат по «Капиталу» Карла Маркса. Кстати, она когда-то ставила спектакль в Верхнем Уфалее.
В Санкт-Петербурге тоже было несколько значительных спектаклей. И это вполне ожидаемо, традиционно. Каков театральный мир вне Москвы и Петербурга? Хочется отметить, что необычайно интересной стала театральная провинция. Благодаря лабораториям и всяческим грантовым проектам туда приехали молодые московские и питерские режиссеры (Митя Егоров, Павел Зобнин и другие), подросло и свое поколение режиссеров в российских городах. Роман Феодори в Красноярске сделал ребрендинг красноярского ТЮЗа, создан на его основе потрясающий театр! Еще знаменит красноярский драматический театр Олега Рыбкина.
Сейчас набирает обороты Дальний Восток.
На Урале и в Сибири можно назвать несколько мест невероятной театральной силы. Среди них несомненно Пермь. Причем не только драматический театр, но и музыкальный. Особо хочется отметить Театр-Театр под руководством Бориса Мильграма, а также «У моста» под руководством Сергея Федотова.
Последние несколько лет заметен Новосибирск. Здесь хочется сказать про «Красный факел» с Тимофеем Кулябиным. Именно в этом театре появилось несколько грандиозных спектаклей. Особенно сильный жестовый спектакль «Три сестры», где ни одного слова не произнесено вслух, все основано на жестах, и тем не менее как будто впервые слышишь текст Чехова. Еще необходимо упомянуть новосибирский театр «Старый дом» под руководством Андрея Прикотенко. Очень мощный театр. И нельзя обойти стороной драматический театр «Глобус» Алексея Крикливого.
Традиционно силен театральный Омск. Особенно выделяется омская драма с мощнейшей труппой, прекрасными традициями.
В Екатеринбурге я бы выделил музыкальный театр. Прекрасна екатеринбургская опера, восхитителен балет, интересен театр Музкомедии, а также направление современного танца (Татьяна Баганова и ее театр «Провинциальные танцы», авторский проект Сергея Смирнова «Эксцентрик-балет» и др.). Нельзя не отметить Международный фестиваль contemporary dance «На грани», который проходит в Екатеринбурге.
В центральной России я бы выделил Воронеж и Камерный театр Михаила Бычкова. Кстати, Хабаровск подтягивается и набирает силу.
Феномен последних 10-12 лет – появление театров в малых городах России. Отчасти это связано с работой фестиваля театров малых городов, который инициирует театр Наций. Особо заметны театры в таких городах, как Минусинск, Лесосибирск, Новокуйбышевск под Самарой, Каменск-Уральский, Мотыгино Красноярского края. Я всегда обращаю внимание на одну важную деталь: малый город, где есть театр, качественно отличается в лучшую сторону от города, где театра нет. Хорошо, если бы эту взаимосвязь будут понимать власти Верхнего Уфалея и всячески помогать своему театру, ведь он достоин этого. Тоже самое можно сказать, обращаясь к властям Озерска, Златоуста.
Продолжение следует…
Первая часть интервью доступна по ссылке.
Вторая часть интервью доступна по ссылке.
#ПрогрессивнаяТеатральнаяОбщественность #chelly #protochelly #ПроТО #театр #Челябинск #ЧелябинскТеатральный