Дорога, которой нет. Старт
Нефть завораживала людей, словно сильнейший наркотик. Они жадно вдыхали ее терпкий, чуть сладковатый запах и уже не представляли себе мира без этого черного потока, бьющего из-под земли. Им казалось, что именно в этом густом, масляном веществе заключена истинная власть — и отказаться от нее значило бы отказаться от самой жизни.
Аптон Синклер, «Нефть!» (Oil!, 1927)
Аэропорт Ухты — небольшой, что вполне ожидаемо для города такого масштаба. Но главное — никаких платных въездов с безумными тарифами, как это часто бывает в больших городах. Всё просто, удобно и по-человечески.
Встретив прилетевшую команду, мы сразу отправились к самой первой достопримечательности — и это очень необычная достопримечательность.
Когда бываю в Ухте, она всегда меня удивляет, а порой даже шокирует своей монументальной инсталляцией — самым большим профилем головы Ленина. Это место давно стало для меня особенным.
Стоишь на смотровой площадке, перед тобой раскрывается весь город: мелькают машинки, идёт повседневная суета, течёт обычная жизнь… А ты стоишь на холме, рядом с огромной головой Ленина, словно вне времени. Это ощущение — очень атмосферное.
Всегда стараюсь ночевать именно здесь. Зимой мы именно тут и ночевали! Место действительно удивительное, с каким-то особым настроением. И каждый раз возвращаюсь к нему с удовольствием.
33-метровая металлоконструкция, создающая силуэт головы Ленина, была возведена ещё в 1970 году на горе Ветлосян — в честь 100-летнего юбилея вождя мирового пролетариата.
С тех пор она стала настоящей визитной карточкой Ухты, и любой, кто хоть раз здесь бывал, наверняка её запомнил.
Но в этот раз Ухта для нас — точка старта. Именно отсюда начинается наше новое путешествие, и потому ночевать здесь мы не остаёмся — время двигаться дальше!
Это может показаться необычным, но факт остаётся фактом — мы очень мало знаем об интересных местах вокруг нас. И жители Ухты — тому наглядное подтверждение.
Когда зимой мы разместили пост с просьбой помочь найти место естественного выхода нефти на поверхность, реакция была… противоречивой. В городских сообществах с десятками тысяч участников (напомню, население Ухты — около 93 000 человек) каждый второй писал: «нет такого места».
Но другая половина отвечала уверенно и точно: «Есть! Вот координаты. Но зимой вы всё равно ничего не увидите — снег». Заметено.
Именно поэтому мы решили вернуться летом, когда земля открыта, и нефть — буквально выходит на свет божий.
В России первое письменное упоминание о нефти датируется XVI веком. Путешественники того времени описывали, как местные племена, жившие у берегов реки Ухта, собирали нефть прямо с её поверхности. Использовали её в первую очередь в медицинских целях, а также в качестве масел и смазок.
Интересный исторический факт: в 1597 году нефть с реки Ухта впервые была доставлена в Москву. На тот момент она считалась аптекарским средством, и именно так её и применяли.
Но дальше история разворачивается куда интереснее.
Первые шаги российской нефти: река Ухта, Черепанов и указ Петра I
В 1720 году рудознатец из Мезени, Григорий Иванович Черепанов, находясь в геологической разведке (как бы мы сказали сегодня), обратил внимание на естественный капельный выход нефти на реке Ухта.
Его находка показалась ему перспективной — настолько, что он отправился пешком в Санкт-Петербург, чтобы доложить об этом в Берг-Коллегию — главный государственный орган того времени по управлению горно-рудными делами.
Доклад был замечен. В 1721 году Пётр I, получив информацию от коллегии, проявил к «нефтяному ключу» живой деловой интерес и издал указ, ставший одной из первых официальных реакций государства на нефтяную тему. Вот выдержка из него (орфография сохранена по оригиналу):
«1721 г., мая, 5. По указу великого государя и по приговору Берг-колегии по доношению мезенца Черепанова невтяной ключ… по Ухти речке велеть освидетельствовать и учунить из него пробу. Архангелогороцкой губернии аптекарю… велеть ему туда ехать… нефть освидетельствовать и каким рядом оную производить, будет ли из оного прибыль, и ему, аптекарю, изследовав, то писать своё мнение… и невтяную пробу прислать в Санкт-Петербурху в Берг-колегию ради подлинного усмотрения, а доносителя Григоря Черепанова… для указывания того колодезя надлежит ехать с тем аптекарем…, а для ево нужды на прокормление… выдать ему из Берг-колегии денег шесть рублёв… а в Архангелогородцкую губернию к вицегубернатору послать указ».
Указ предусматривал не только осмотр источника, но и отправку проб нефти в столицу, а самому Черепанову — выделение 6 рублей на прокорм и сопровождение аптекаря для указания места выхода нефти.
Этот документ можно найти в сборнике «Нефть и газ Коми края» (1989 г.) — и он действительно поражает тем, насколько серьёзно к нефти отнеслись ещё три века назад.
Уже в 1724 году в Санкт-Петербург была доставлена первая официальная партия государственной русской нефти — 8 бутылей, что по современным меркам составляет примерно 24 литра. Забавно, но именно это количество составляло половину среднегодового потребления нефти по всей России в тот момент.
Кстати, второй заказ на нефть оказался куда масштабнее — 30 вёдер, то есть около 360 литров! С этих шагов и началась история российской нефтяной промышленности, и её колыбелью вполне можно считать именно реку Ухта и земли Коми.
А в 1747 году из ухтинской нефти в Москве была перегнана первая промышленная партия керосина — на выходе получилось 436,7 кг (в документах того времени измеряли в пудах — тут уже перевод в килограммы ). Это был по-настоящему значимый шаг для становления нефтяной промышленности страны.
Конечно, дальнейшая история нефтедобычи в Коми — это отдельная большая глава, которая заслуживает минимум 20 страниц, так что её я пока опущу.
А мы всей командой отправились к настоящей редкости — естественному выходу нефти вблизи Ухты. Место по-настоящему уникальное, ведь такие явления — исключение, а не правило. И вот уж где история и природа встречаются лицом к лицу!
Лето. Жара. Мы подъехали к берегу реки, где отдыхали местные жители — они с лёгким удивлением поглядывали на наши машины, явно выбивавшиеся из привычного пейзажа. Но нас это ничуть не смущало — мы были поглощены тем, ради чего приехали.
А главное — у нас была индивидуальная экскурсия с Дмитрием, и это было по-настоящему увлекательно!
Дорога до естественного выхода нефти заняла немного времени, но по насыщенности информации — это было как полноценная лекция с экспедицией.
🔹 Мы узнали о нефтяных пластах под Ухтой и о том, что город стоит на самом большом в мире нефтяном месторождении, но добыть эту нефть практически невозможно из-за глубины и особенностей породы.
🔹 Дмитрий рассказал о нефтяных шахтах, где добыча ведётся не бурением, а настоящими шахтёрами, работающими в условиях температур до 60°C.
🔹 Мы услышали о пирите, о древнем море Тимана, о формациях, сложившихся миллионы лет назад.
🔹 И главное — вживую увидели обнажения пород с минералами и окаменелостями времён девонского, каменноугольного и юрского периода.
Это место — настоящее окно в прошлое Земли, и невероятно, что всё это находится буквально под ногами. Да, похожее по структуре геологическое место есть и в Ленинградской области, но там нет нефти — а здесь история буквально сочится из земли.
Очень интересно, познавательно и незабываемо! Но самое интересное — наша экскурсия только началась.
После того как мы все почувствовали характерный запах нефти, потрогали её руками, а некоторые даже отважились попробовать на вкус (да-да, именно так!), мы переместились в Историко-краеведческий музей Ухты, чтобы продолжить погружение в историю региона и узнать ещё больше удивительных фактов.
Ну а по окончании насыщенной познавательной части нас ждал замечательный обед, который я приготовил, и мы с удовольствием его съели прямо на заднем дворе музея. Атмосфера — уютная, тёплая, почти домашняя.
Всё! Культурная программа в Ухте (и вообще в городах) завершена.
Теперь — только дорога, только вперёд! В путь!
Первый день настоящего путешествия. Наш пробег в этот день составил всего 240 километров. Правда, из них асфальта — лишь около 200, а дальше началась пыльная грунтовка. Что ж… именно этого мы и ждали!
Дорога пролетела довольно быстро, и к вечеру мы уже стояли на берегу реки Кожва.
Приближалось время ужина. Буквально за несколько минут всё было приготовлено, и мы с аппетитом съели ужин до последней пельмешки. А потом — как по команде — почти все взяли удочки и ушли на реку. Рыбачить.
Гнуса, к счастью, оказалось удивительно мало, я тем временем убирался в нашем шатре, как вдруг с реки раздались крики:
«Аааа!» — «Неси тазик!» — «Оооо!»Через пару минут делегация в полном составе торжественно вносит мне щуку!
Коля, всего за 10 минут рыбалки, вытащил красавицу щуку! В глазах — детский восторг, неподдельная радость и такие эмоции, которые ни одно видео не передаст. Хотя на видео его эмоции все равно сняты.
Как думаете, остался ли кто-нибудь на вечерние разговоры в шатре?
Ну конечно же нет! До самой темноты все были на реке с удочками. Правда, поймать больше ничего не удалось, кроме той самой, первой и единственной щуки.
Хорошо, что еды у нас было с собой впрок на все дни, потому что, как выяснилось… добытчики из нас так себе.
Все ж к полуночи команда окончательно вымоталась — с одной стороны уставшие, но счастливые, с другой — немного разочарованные уловом в виде единственной щуки. И всё же, под впечатлением насыщенного дня, разбрелись по спальным местам: ребята устроились в машинах, а мы с Колей — на кроватях в шатре.
Солнце взошло в 2:30 ночи. До пяти мы ещё как-то пытались поспать, но свет все ж победил! Я, не дожидаясь общего подъёма, запустил дрон, чтобы снять наш лагерь с высоты птичьего полёта, а заодно и начал готовить утренний завтрак.
Так и начался второй день нашего путешествия — с раннего солнца, тихой реки и прекрасного аромата кофе.
Что самое важное по утрам?
Для меня — чашка свежесваренного кофе и яичница. Без этого утром мне прямо тяжко, и в обычной жизни, и особенно в путешествиях. Поэтому вне зависимости от места и погоды, у меня всегда с утра — классический континентальный завтрак.
Что входит в состав?
Пара ломтиков бекона, пара тостов, яичница или омлет (по желанию), сок, чай или кофе, сливочное масло, шоколадная паста или джем.
И знаете, такие завтраки всегда заходят на ура! Особенно после ночёвки в глуши, у реки, под ранним северным солнцем.
Конечно, все мы разные — кто-то вообще не завтракает, а кому-то ближе лёгкий завтрак или кашка. И я всегда это учитываю: у меня в запасе — кукурузные хлопья (можно залить молоком) и овсянка, которую можно быстро сварить на воде или молоке, в зависимости от предпочтений.
И да, всегда действует чёткий график: завтрак начинается в 7:00, а в 8:00 кухня закрывается, и начинается сбор лагеря.
Семеро одного не ждут. Правила есть правила — в путешествии режим важен, как и хороший завтрак.
Спасибо северному летнему солнышку! Проснувшись в 5 утра, я успел не только поснимать лагерь с дрона, но и спокойно приготовить завтрак для всей команды — без суеты, на свежем воздухе, в тишине, под лёгкое утреннее пение птиц.
Сон на природе — это отдельный кайф.
И к 7 утра все уже проснулись, бодрые, свежие, отдохнувшие. Детям — сок и чай, взрослым — крепкий, ароматный кофе.
После еды собрали лагерь, слаженно и быстро, и выдвинулись дальше. Дорога до берега Печоры была — как и ожидалось — зубодробительной, песчаной, с характером. По пути заскочили в Кожву, где получили пропуска на технологическую дорогу.
А за окном — солнце, ясное небо, жара. И всё это — в самом сердце Севера. Трудно было поверить, что буквально через несколько десятков километров — граница Полярного круга. Но это правда. Настоящая. И мы уже совсем рядом.
Город Печора для меня до сих пор остаётся загадкой. Кажется, всё на месте: и история, и расположение, и люди, — но ничего по-настоящему интересного для себя я там пока не открыл. Единственное место, которое действительно цепляет — деревня Бызовая, недалеко от Печоры. Но там летом нас попросту побоялись принимать, ковидные были времена…
Вернемся к Печоре.
Город стоит на берегу одноимённой реки Печора, и, казалось бы — важный логистический узел, но… Моста нет. И, судя по всему, не предвидится. При этом — железнодорожный мост есть! И каждый раз у меня возникает один и тот же вопрос:
Ну почему бы не организовать перевозку автомобилей на железнодорожных платформах? Это же технически просто, логично и удобно!
Но, увы… РЖД — это государство в государстве, со своими правилами, ритмом и логикой. Им такие “лишние” сложности просто не нужны.
Так что пока — Печора остаётся отрезанной. Без моста, без переправы, без развития. И с большими, но нераскрытыми возможностями.
Вот мы и встали в очередь на паром. К счастью, ждать пришлось недолго, и ещё больше повезло, что приехали утром, когда идёт хоть какой-то поток машин, и переправа работает почаще. Потому что расписания тут нет вообще. Паромы ходят только при относительно полной загрузке — вот такая вот суровая правда северной логистики.
Особенно поразило отсутствие нормального съезда и заезда — просто песок, без укреплённых спусков.Легковушкам тяжело, и порой они реально застревают прямо перед паромом, буксуя и вгрызаясь в рыхлый песок.
А мы, задним ходом, как раки, забрались на паром и поплыли через Печору. Медленно, не спеша, под жарким солнцем, с гулом мотора и лёгким качанием — погружаясь всё глубже в атмосферу настоящего северного приключения.
Заводь здесь неглубокая, и чтобы гружёный паром смог её пройти, ему требуется помощь — в дело вступает буксир, который буквально протаскивает шкрябающий днищем паром по песчаному дну. Мы медленно огибаем остров, и вдруг перед нами открывается совершенно неожиданная картина:
Пляж!
Уйма загорающих и отдыхающих — лежаки, пледы, дети, смех, солнце. Не хватало только челноков с тележками мороженого, шаурмой и кукурузой, как на югах. Удивительная, почти курортная сцена — прямо посреди северной реки!
Почти час заняла вся процедура — ожидание, погрузка, манёвры… А сам переход по воде — всего 15 минут. И вот мы уже на другом берегу, в городе Печора.
Нас здесь ждала последняя заправка перед автономкой — и, конечно, пекарня. С пекарней связана своя, немного курьёзная история. Точнее — не столько с самой пекарней, сколько с… хлебом.
Заморозка — в холодильниках, яйца (у нас была целая коробка!) — в салоне, консервы, крупы — без вопросов, распиханы по машинам. А вот летом с хлебом — засада засад!
Уже после первого дня путешествия я понял, что в команде большинство — убеждённые булкоеды, и когда пересчитал запасы, стало ясно: на 10 человек на неделю нужно хлеба почти на полный бокс!
А это — по сути, перевозка воздуха, ведь хлеб объёмный, хрупкий и быстро портится. Самое печальное, что даже качественный хлеб живёт всего 3–5 дней от даты выпечки. А потом его уже и в еду-то не хочется — крошится, плесневеет или просто теряет вкус.
В зимних поездках таких проблем нет. Хлеб легко замораживается. А тут закупка перед самым выездом в дикие места и максимально простой хлеб — который дольше всего хранится.
Вот мы и устроили в Печоре настоящий набег на местную пекарню. За хлебом. Много хлеба. Мешок хлеба. Продавцы смотрели на нас с изумлением, но мы точно знали — лучше уж с хлебом перебор, чем потом остаться без него в глуши.
Закупив в пекарне совершенно неадекватное количество хлебобулочных изделий и заправив баки под завязку, мы, наконец, выдвинулись в сторону технологической дороги, пролегающей вдоль газопровода. Печора осталась за спиной.
До свидания, цивилизация — увидимся снова дней через десять.
С этого момента — всё: закончились населённые пункты, закончился асфальт, началась настоящая автономка.
Следующая неделя — это другая реальность, где ты перестаёшь считать дни и теряешь ощущение времени. И уже скоро нам будет казаться, что прошёл не десяток дней, а как минимум месяц. Если не больше.
Когда едешь официально по технологической дороге вдоль газопровода, возникает совершенно неожиданное ощущение — будто ты попал в операционную, а над тобой толпа врачей, ассистентов и непонятного персонала. Но, честно говоря, это — отлично!
Что это значит на практике?
Прежде всего — вдоль всей дороги стабильная сотовая связь, и это огромный плюс. Как только заезжаешь на маршрут — нужно позвонить дежурному и сообщить, что ты на линии. Всё логично. Но дальше началась настоящая операция под наблюдением.
Дежурный звонил мне каждые два часа, уточняя:
— «Где вы сейчас? Как дорога? Всё ли в порядке?»
И это было… неожиданно!
А сама дорога — просто хайвэй среди тайги: отличная накатанная грунтовка, сумасшедшие (непривычные по крутости) подъёмы и спуски, дорожные знаки везде, где только можно, и при этом — ни души! Полный простор.
После очередного звонка дежурному мы выехали на ровную местность, и вдруг перед нами открылась панорама гор — вдали, чётко на горизонте, показался Приполярный Урал.
Ощущение — затаённое дыхание. До гор осталось совсем немного. Мы уже почти на месте. Совсем близко.
Что действительно интересно с технологической дорогой, так это её контрастность и ощущение полной свободы… пока не доедешь до шлагбаума.
Ты спокойно заезжаешь, катишь себе первые 30 километров, почти никого не встречая — тишина, простор, природа, и кажется, что ты в каком-то отдельном мире. Правда, был один колоритный эпизод:
Нас обогнала буханка, в которой сидели ребята в одних шортах с пивом в руках — будто бы они едут не по спецобъекту, а на пляж в выходной день. Ну да ладно — не в этом суть. А суть в том, что через 30 км ты упираешься в КПП с внушительным шлагбаумом. Из трубы диаметром, кажется, 400 мм: чтобы даже грузовик не снес! Или, может, других труб просто не нашлось.
Но мы не переживали — нас уже ждали на посту. Проверили многократные пропуска, записали все данные в журнал. Вся процедура заняла около 20 минут, и…Труба-шлагбаум медленно поднялась, открывая путь на совсем закрытую для большинства дорогу.
Настоящая автономия началась. Сухо, пыльно, растягиваемся между машинами — но катим неторопливо, с удовольствием, наслаждаясь изменившимися ландшафтами. Природа уже явно другая. Меняется всё. И вот оно — приближение настоящего севера. Впереди — первый брод. И не просто брод, а совершенно непонятный для нас: река Большая Сыня. На картах — широкая, в рассказах — непредсказуемая.
Пара часов неторопливой езды, и вот мы уже у берега.
Солнце жарит так, что половина команды тут же переходит в режим пляжа: снимают верхнюю одежду, загорают. В мультиварке — каша, в кружках — чай, на столе — плюшки.
Всё идёт по плану.
А заодно и обсуждаем: Как заходить в реку? Где вход, где выход? Какой путь безопаснее?
И тут начинается самое забавное. Если бы не обед с его медитативной неспешностью — мы бы, скорее всего, уже нырнули в воду именно с того места, где стояли. Но вот время — обеденное, чай с плюшками — не терпит суеты, и вдруг — из-за кустов:
гул мотора, хруст воды, рёв дизеля — УРАЛ!
Огромная машина едет прямо по реке — и воды-то ему… да вообще почти нет! Мы смотрим друг на друга с улыбкой: Ну вот и маршрут. Спасибо чаю, плюшкам и счастливому случаю.
ААА! Мы идиоты!
Как оказалось — всего-то метров 300 левее был нормальный, очевидный заезд в реку.
Прям открытка: ровный пологий вход, ни ям, ни неожиданностей. Ну как мы его не увидели сразу? Видимо, плюшки затмили разум. Но стоило его заметить — и вся колонна дружно туда! Вода — кайф! По-настоящему тёплая, приятно обволакивает, и сам брод оказался проще некуда. Проехали реально на расслабоне, без напряга и даже без особого напряжения.
За день мы прошли всего 100 километров, но зато: первый брод, новые эмоции, драйв, и чувство, что путешествие становится всё круче.
А после того как отсняли проезд, решение было очевидным: Остаёмся ночевать прямо здесь!
Я позвонил дежурному, предупредил, что сегодня далеко не уехали и остаёмся на ночёвку у Большой Сыни. Время — к вечеру, место — шикарное, вода — тёплая, настроение — идеальное.
Отъехали от газопровода буквально километр — и нашли прекрасную ровную площадку для лагеря. А дальше — ужин, костёр, и нельма (да-да, та самая!) уже ждала нас с нетерпением.
Знаете, чем мы занимались половину вечера? Купались! И не просто бултыхались у берега, а устроили себе настоящее природное СПА. Прямо посреди реки нашли большую бетонную плиту, до неё можно было дойти пешком. А когда садишься на неё, упираясь в камни, поток воды бьёт по плечам с такой силой, что ты словно попадаешь в массажный кабинет под открытым небом. Настоящий релакс. СПА-салоны нервно курят в сторонке.
А потом — ужин. На углях приготовил нельму — мясо нежное, сочное, с лёгкой жирностью. Очень интересный вкус — не форель, а что-то особенное, северное. Все сидели, вкушали молча — потому что вкусно.
После ребята пошли попытать удачу с хариусом, но, судя по всему, нефтяники с газовиками выловили его ещё до нас… Или — дело всё-таки в наших рыбачьих навыках.
Вечером — как по заказу — восхитительный закат, костёр, байки, и… инструктаж для детей: как вести себя при встрече с медведем.
На этом всё. Пора спать. Завтра — новый день, новые реки, новые горизонты.
Самым тяжёлым утром было вовсе не проснуться рано — с этим не возникло проблем ни у кого. Северное солнце, которое практически не уходит за горизонт, отлично справилось с ролью будильника и буквально вытолкнуло нас из кроватей.
Нет, самое тяжёлое было — уезжать. Погода стояла такая, что хотелось остаться здесь ещё на пару дней: спокойная река, тёплое солнце, лёгкий ветерок, звуки природы… Идеальное место, чтобы зависнуть и просто быть. Но сегодня нас ждал Дмитрий на точке, и мы не могли его подвести.
Завтрак был одновременно вкусным и грустным — вкусным, потому что с душой, грустным — потому что знали: пора ехать. Сидели с кружками кофе на берегу, вдыхая утро, переваривая тишину, запоминая каждый момент… А потом — по местам, распределились по машинам, в последний раз посмотрели на реку — и выдвинулись в путь.
Я даже чуть не забыл позвонить дежурному — настолько не хотелось покидать эту точку. Но всё же — отчитался, что выдвинулись, и мы снова вышли на технологическую дорогу вдоль газопровода.
Путешествие продолжалось.
А в голове ещё звучал плеск воды, гул костра и то самое — “может, когда-нибудь вернёмся…”
Но буквально в первые полчаса пути вся утренняя грусть моментально улетучилась.
Справа от нас всё чётче начали прорисовываться горы — вот он, Приполярный Урал, вот оно настоящее начало той самой части путешествия, ради которой мы сюда и добирались. Сегодня вечером мы будем там! И это ощущение — буквально пело внутри. У всех.
Яркое солнце, отличная (пусть и слегка пыльная) дорога, бездонное голубое небо, восхитительные виды — и это мы ещё даже не заехали в горы! Настроение — зашкаливало. Та самая лёгкость, эйфория, предвкушение — всё было именно здесь, именно сейчас. Мы двигались вперёд — с улыбками, с открытыми окнами, с камерами наперевес.
Всего 55 километров от места ночёвки — и вот она, развилка с оригинальным самодельным указателем, а за ней — берег реки Косью. Мы снова у воды. И мы всё ближе. Урал — уже почти рядом.
Косью — одна из двух рек, которые ещё на этапе подготовки вызывали у меня вопросы. Глубина до полутора метров, сильное течение, и, как у всех горных рек — зависимость от погоды: если был дождь — будь готов к сюрпризам.
Но у Косью есть и ещё одна особенность: траектория брода меняется каждый год. Не кардинально, но вполне ощутимо: весенние паводки двигают валуны и массу песка, и там, где вчера было по колено, сегодня может оказаться глубокий омут. К счастью, в этот год дожди обошли стороной, стояла сухая погода, и, по всем расчётам, должно было быть нормально.
Но когда мы подъехали… Масштабы реки впечатлили! С машины вроде бы «ну, просто берег», а потом смотришь на фото — и понимаешь, насколько мы крошечные на фоне этого каменного пространства. Воды здесь явно побольше, течение — посерьёзнее. Это тебе не Большая Сыня, которая проскочилась почти шутя.
План простой: сначала на первый каменистый остров, потом — на второй, и уже оттуда — на основной берег. И вот, стоим мы на втором острове, вроде финиш уже вот он — рукой подать, но заходить в воду что-то совсем не тянет. Коля первым пошёл на разведку — зашёл по пояс… и его сразу начало сносить! Течение очень серьёзное, без опыта — рисково.
А в это время Олег, не теряя ни секунды, начал записывать своё первое (но далеко не последнее) видео из рубрики:
«Мы все умрём!»Да… Косью — это уже серьёзно. И относиться к ней нужно — по-настоящему уважительно.
А вот я был спокоен.
Брод через Косью не вызывал у меня тревоги вовсе — ещё во время подготовки я нашёл альтернативный путь. Да, он был своеобразный, да, официально — им пользоваться нельзя, но, как это часто бывает в России:
“если очень надо — то можно”Наша цель была не “утопнуть эффектно в первом же броде”, а полностью пройти маршрут и добраться до финиша. Так что, по классике присказки, мы пошли не в лоб, а в обход.
Но! Это не помешало немного порезвиться. Хотя я и не сторонник такого ребячества, но учитывая, что половина нашей команды может разобрать и собрать Соболь в поле за пару часов, я подумал:
Ну, сбить пыль — это даже полезно. И весело.И мы оторвались. Три часа активного катания, брызг, эмоций и, конечно, контента. И снова в путь! О чем и продолжу в следующей части.
И видео, про все эти приключения:
Дополнительно:
Про мое новое путешествие на Приполяный Урал «За пределами комфорта» читайте тыкая по ссылке.
На майские праздники у меня есть свободные номера на Посиделки.