Скрытая Луна

Глава 7

— А теперь выгни спину и сделай небольшой прыжок, — бодро скомандовала Гречка.

Рыжинка весело мурлыкнула.

— По-моему, ты просто хочешь, чтобы я тебя развлекала.

Но она всё же выгнула спину, а затем прыгнула вперед, представляя мышь под лапами. Как же давно она не охотилась!

Приземлившись на пол палатки целителей, она повернулась к Гречке и довольно взмахнула хвостом.

— Рёбра совсем не болят. Я прекрасно себя чувствую.

— Нам будет тебя не хватать, Рыжинка, — тепло промяукал Непоседа. — Но я думаю, ты уже готова вернуться в племя Теней.

— Слава Звёздному племени, — ответила Рыжинка. — То есть, здесь было чудесно, и я ценю всё, что Небесное племя для меня сделало, но я правда хочу домой.

— Понимаю, — согласилась Гречка. — Нет ничего лучше своего племени, правда?

Так и было. Иногда молодые воины в родном лагере раздражали Рыжинку, и ей было приятно провести время здесь, но сердце тянуло обратно — к соснам племени Теней.

У входа в палатку послышался тихий шорох лап. Рыжинка обернулась и увидела худощавого черно-белого ученика, нерешительно заглядывающего внутрь. Она уже несколько раз замечала его возле палатки целителей.

— Привет, Скворолап, — терпеливо промяукал Непоседа. — Что ты здесь делаешь? Разве у тебя нет других дел, которыми стоит заняться?

Молодой кот замешкался, его глаза метались между Непоседой и, почему-то, самой Рыжинкой.

— Я просто подумал… что могу попрощаться.

— Со мной? — удивлённо промяукала Рыжинка. — Как мило с твоей стороны. Прощай, Скворолап.

Непоседа вышел наружу, уводя ученика с собой от входа в палатку, и Рыжинка спросила:

— Он ученик целителя?

— Нет, просто в последнее время проявляет интерес, — промяукала Гречка. — Думаю, либо расспросит про травы, либо про знаки Звёздного племени. Некоторых воинов наша работа завораживает.

— Хм, — вежливо промурлыкала Рыжинка. Она никогда не находила обязанности целителей особенно интересными. Она была рада, что Звёздное племя выбрало для неё путь воительницы.

Снаружи появилась Нектарница и, отчитав Скворолапа за пропуск тренировки, увела его из лагеря. Должно быть, она его наставница.

— У моего первого ученика было похожее имя – Скворушка, — рассказала Рыжинка Гречке, вспоминая рыжего кота с горящими глазами. — Он вырос в Скворца, хорошего воина. Но умер молодым. — Воспоминания вызвали грусть. Он погиб в бою, как и многие другие молодые коты, много сезонов назад, ещё до того, как Небесное племя появилось у озера.

Она нежно вспоминала о своём первом ученике, устроившись возле палатки под холодным солнцем Голых Деревьев. Он был чуть моложе её собственных котят, и она тогда так радовалась, получив ученика, мечтая научить его всему, что знала.

На неё упала тень, и, подняв глаза, Рыжинка увидела кота, который был лишь немногим старше того воина, о котором она вспоминала.

— Берёзовый! — радостно воскликнула она, радуясь встрече с родственником.

Берёзовый бросил перед ней кролика.

— Привет, Рыжинка, — промяукал он. — Хочешь разделить добычу? Было бы здорово ещё раз поболтать, прежде чем ты отправишься обратно в племя Теней.

— Конечно, с удовольствием. — Она немного подвинулась, освобождая место на солнечном участке. — Листвяная Звезда и Орлокрылый что-нибудь говорили о твоём вступлении в Небесное племя после возвращения с Лунного Озера?

Берёзовый издал стон разочарования.

— Нет. Прошла ещё четверть луны, а Орлокрылый всё твердит, что я должен ждать, пока он станет предводителем, и тогда... — Он замолк, подняв голову и уставившись на вход в лагерь.

Рыжинка проследила за его взглядом. В лагерь входил Тенесвет в сопровождении матери Берёзового, Голубки. Зелёные глаза Голубки были прикованы к сыну, и она выглядела ужасно печальной. Она так тяжело переживала уход младшего котёнка из племени Теней — и, похоже, всё ещё не смирилась с этим. Берёзовый ссутулился и уставился на свою часть кролика.

Тенесвет подошёл к ним, а следом из палатки вышли Гречка и Непоседа.

— Мы пришли узнать, готова ли Рыжинка вернуться домой. — Бросив взгляд на младшего брата, он добавил: — Привет, Берёзовый.

— Привет, — ответил тот и посмотрел на Голубку. Она кивнула.

— Здравствуй, — сухо мяукнула она. — Тебя не было с воинами Небесного племени на Совете.

— Нет, — Берёзовый неловко переступил с лапы на лапу. — Я ещё не воин Небесного племени. Они ждут, пока Орлокрылый станет предводителем, чтобы дать мне третье задание.

В глазах Голубки вспыхнули.

—Знаешь, если бы ты захотел вернуться в племя Теней, мы были бы рады Гребеннице...

Она хотела сказать что-то ещё, но Берёзовый перебил её, его шерсть встала дыбом.

— Мы уже это обсуждали. Гребенница и я собираемся строить жизнь вместе в Небесном племени. Ты не можешь требовать, чтобы я вернулся, каждый раз, когда видишь меня.

Голубка прищурилась.

— Я пытаюсь помочь тебе, — промяукала она. — Мне было так тяжело покинуть Грозовое племя, и я не хочу, чтобы ты о чём-то сожалел. Ты действительно всё обдумал? Всё случилось так быстро.

Берёзовый поднялся на лапы и ушёл.

Лицо Голубки осунулось. Она закрыла глаза, словно переосмысливая каждое произнесённое слово.

«Она и Когтезвёзд подходят к этому совсем не с той стороны», — с грустью подумала Рыжинка. Она боялась, что Берёзовый полностью порвёт с родичами из племени Теней, если его родители продолжат так на него давить.

Когда она подняла глаза, Голубка смотрела прямо на неё.

— Я знаю, о чём ты думаешь, — сказала она. — И ты права. Если я не смогу говорить с ним, не начав ссоры, мы его потеряем. Но я не знаю, как притвориться, что не считаю, будто он совершает огромную ошибку.

— Мы обе покинули родные племена, — начала Рыжинка. — Может, если ты вспомнишь, как сама последовала за своим сердцем в племя Теней, тебе будет проще понять Берёзового.

Голубка раздражённо махнула хвостом.

— Когтезвёзд и я знали друг друга — любили друг друга — много-много сезонов, прежде чем я решилась уйти из племени и от семьи. Я долго мучилась сомнениями, решая, что мне делать. А ты покинула Грозовое племя, потому что думала, что они никогда не примут тебя из-за твоего отца. У нас были веские причины. Как долго Берёзовый вообще знает эту Гребенницу? Словно он встретил хорошенькую кошечку и просто ушёл. — Её голос сорвался. — Для него это было легко.

— Я уверен, что выбор дался ему нелегко. Берёзовый всегда быстро принимает решения, но он всё обдумывает, — тихо промяукал Тенесвет, переступая с лапы на лапу и явно чувствуя себя неловко из-за эмоций матери.

— Когтезвёзд и я считаем, что ему следует пересмотреть своё решение, — жёстко сказала Голубка. — Он слишком молод, чтобы принимать такие решения, и не продумал всё как следует.

— Всё уладится... — начала Рыжинка, стараясь говорить успокаивающе, но Голубка резко набросилась на неё.

— Я не забыла, как ты подстрекала его уйти, — холодно промяукала она.

— Это несправедливо, — промяукала Рыжинка, и шерсть на её спине встала дыбом. — Я поддержала его в желании следовать зову сердца, но не знала, что именно он собирается менять племя. — Она уже объясняла это прежде, но, похоже, Голубка всё ещё злилась.

Тенесвет прокашлялся и, проскользнув мимо матери, неловко ткнул лапой в рёбра Рыжинки.

— Здесь уже не болит? — спросил он.

Рыжинка вдруг поняла, что Тенесвет, Гречка и Непоседа всё это время терпеливо ждали, пока она и Голубка ссорились из-за Берёзового. А ведь целители Небесного племени не были её соплеменниками или родственниками из племени Теней! От смущения её обдало жаром, и она, запинаясь, пробормотала:

— Нет… нет, сейчас гораздо лучше.

Гречка посмотрела на неё с сочувствием.

— Сначала мы давали ей маковые зёрна от боли, чтобы она могла спать, — объяснила она Тенесвету. — Потом постепенно сокращали дозу по мере выздоровления. Последние пару дней она их вообще не получала.

— Ещё она принимала листья и окопник, чтобы снять остаточную боль и облегчить дыхание, — добавил Непоседа. — Я бы посоветовал продолжать окопник ещё хотя бы несколько дней.

Целители продолжили обсуждать её состояние, пока Рыжинка и Голубка ждали в молчании. Наконец, Тенесвет кивнул и промяукал:

— Она готова вернуться домой. Лужесвет и я подержим её день-другой в нашей палатке.

— Ну, нет, — мгновенно отреагировала Рыжинка, и все три целителя рассмеялись.

— Мы будем скучать по тебе, Рыжинка, — тепло промяукала Гречка.

Рыжинка поблагодарила обоих целителей и вместе с Голубкой — Листвяную Звезду и Орлокрылого за их гостеприимство. Листвяная Звезда выглядела уставшей, такой же, как с тех пор, как согласилась уйти с поста предводительницы. Рыжинка тихо коснулась кончиком хвоста её бока в знак безмолвной поддержки.

«Жаль, что с ней это происходит».

Орлокрылый проводил их до края лагеря, весело болтая с Голубкой. Когда они остановились, чтобы попрощаться, в лагерь вернулась Нектарница, за ней следовал Скворолап, который осторожно подошёл к Рыжинке.

— Ты уходишь? — спросил он таким тихим голосом, что она едва разобрала его слова из-за разговора Орлокрылого и Голубки.

— Ах, да, — ответила Рыжинка, снова удивлённая очевидным желанием ученика пообщаться с ней. — Я очень благодарна, что вы так долго меня терпели.

Скворолап огляделся, словно боясь, что их подслушают.

— Я думаю, что Непоседа может быть тем котом, о котором ты говорила, — быстро прошептал он. — Я сделаю всё возможное, чтобы помочь тебе. Я, э-э, ценю твою мудрость.

Рыжинка не имела ни малейшего понятия, о чём он говорит.

«Какой странный ученик».

Но было приятно, что он, кажется, считает её мудрой.

— Спасибо, Скворолап.

Ученик смотрел на неё так, словно хотел забраться прямо ей под шкуру, но Голубка и Тенесвет уже ждали. Рыжинка попрощалась в последний раз с обитателями Небесного племени, и они двинулись в путь, домой.

К тому времени, как они достигли вечнозелёных деревьев лагеря племени Теней, грудь Рыжинки снова ныла. Она почувствовала облегчение, когда Тенесвет проводил её в палатку целителей. Лужесвет сразу же осмотрела её, так же внимательно, как это делали Гречка и Тенесвет.

— Честно, я в порядке, — сказала Рыжинка, и он кивнул в ответ.

— Ну, мы подержим тебя здесь ещё немного, для верности.

Рыжинка с удовольствием устроилась на мягкой подстилке из мха и папоротника. Вдохнув запах сухих сосновых иголок, лежавших на песчаном полу палатки, она почувствовала, как в её груди зарождается тихое мурлыканье.

В туннеле из колючек, ведущем в палатку, послышалось шуршание. Появилась Светогривка с довольным видом, а следом — её котята. Рыжинка, завидев своих родных, приподнялась, и её усы задрожали от радости.

— Рыжинка! — взвизгнула Озёрнушка и бросилась на неё, за ней последовали её братья и сестры.

— Скажи, я подрос, пока тебя не было? — спросил Резвунчик, выпячивая грудь.

— Я выросла больше, чем он, правда, Рыжинка? — настаивал Буковничек, забираясь в её гнездо, чтобы устроиться рядом.

Озёрнушка фыркнула.

— Лучше быть быстрым, чем большим. Рыжинка, я бегаю быстрее, чем любой из них.

— Успокойтесь, котята, Рыжинка ещё не до конца оправилась, так что это будет короткий, спокойный визит, — одёрнула их Светогривка. Переведя взгляд на Рыжинку, она добавила: — На случай, если ты не заметила, они скучали по тебе.

Рыжинка ткнулась носом в голову Буковничка.

— Я тоже по ним скучала.

Ей было тепло и радостно — и приятно, что её так встречают.

В течение дня она заметила, что её соплеменники нарочно заходят к ней, чтобы приветствовать. После того как Светогривка увела котят, к ней в гости зашли её сестра Когтистая с котятами Краснолапиком и Хвойнолапкой.

Дубравник, старый наставник Рыжинки и единственный старейшина племени Теней, пришёл поделиться всеми новостями, которые она пропустила, пока её не было. Затем Клеверница, глашатай племени, рассказала о пограничных спорах и мелких стычками с другими племенами. После этого Травинка и Змеезубка, бывшие ученики Рыжинки, заглянули, чтобы выразить свою радость от встречи.

Один за другим, от самых старших воинов до юной Цветколистой и её братьев и сестёр, Шептовейного, Ели и Речки, заглядывали в палатку или ненадолго останавливались, приветствуя её с искренним теплом в голосах и взглядах.

С каждым ударом сердца Рыжинка понимала: пусть в последнее время некоторые молодые воины и относились к ней без должного уважения, сейчас она снова чувствовала себя важной частью племени Теней.

«Видимо, больше всего голодаешь по той добыче, которую не можешь поймать, — самодовольно подумала она. — Возможно, мне стоит чаще уходить из племени».

Солнце уже почти скрылось за горизонтом, и оба целителя были снаружи палатки, собирая оставленные сушиться травы, когда в палатку вошёл Когтезвёзд, неся большую и сочную на вид лягушку.

— Я рад, что ты вернулась, Рыжинка, — тепло промяукал он. — Хочешь разделить добычу?

— С удовольствием. — Её сердце наполнилось нежностью, когда она взглянула на своего единственного выжившего котёнка.

— Приятно видеть тебя в добром здравии, — продолжил Когтезвёзд, подталкивая лягушку к ней, чтобы она могла откусить первой. — Было страшно найти тебя тогда такой сильно раненной.

— Знаю. — Рыжинка откусила кусочек лягушки, наслаждаясь её сладковатым, слегка илистым вкусом. — Мне не следовало отправляться к стройке Двуногих, не предупредив об этом никого. Это было мышеголово с моей стороны. Слава Звездному племени, что я встретила Берёзового на своём пути!

Когтезвёзд откусил свой кусок лягушки, настороженно поглядывая на Рыжинку.

— Ты много времени проводила с Берёзовым в Небесном племени? — спросил он.

Рыжинка вздохнула. Неужели это снова превратится в её разговор с Голубкой?

— Тебе нужно поговорить с ним, если ты хочешь сохранить теплые отношения с сыном.

— Я говорил! — зарычал Когтезвёзд. — Он не слушает!

Рыжинка покачала головой.

— Я имею в виду — действительно поговорить с ним, а не просто рычать на него за его выбор. Ты и Голубка отталкиваете его.

Когтезвёзд сверкнул на неё глазами.

— Я сам разберусь с отношениями с моим сыном, спасибо, — ровно произнёс он. — Берёзовый должен понять, что у решений бывают последствия.

Они ели в молчании несколько мгновений. Рыжинка хотела возразить, но понимала, что это не принесёт пользы, во всяком случае, сейчас. Если Берёзовый и не слушал родительских советов, то унаследовал это явно от отца.

Наконец взгляд Когтезвёзда снова смягчился.

— Я не хочу ссориться, — тихо сказал он. — Я так рад, что с тобой всё в порядке.

— Я тоже. — Она давно собиралась рассказать ему о видении — возможно, сейчас был подходящий момент. — Когтезвёзд, когда я упала в ту яму, я оказалась в Звёздном племени. — Её сын замер, его янтарные глаза неотрывно смотрели на неё. — Пока я была там, — продолжила она, — Синяя Звезда дала мне пророчество. Она сказала, что мне предстоит вывести племена из безлунной тьмы на новый путь. — Она продолжила описывать своё видение, говоря всё быстрее и быстрее, и заметила, как тревога в глазах Когтезвёзда сменяется скепсисом. — И, когда я уходила из Звёздного племени, она сказала: «Берегись двуликого кота, стоящего лапами в каждом из миров». Я не говорила ни с кем в Небесном племени об этом, потому что хотела, чтобы ты узнал первым. Мы должны рассказать об этом другим племенам как можно скорее.

Когтезвёзд покачал головой, явно озадаченный.

— Почему Звёздное племя послало сообщение тебе, а не целителю? — спросил он.

— Они сказали мне, что я та, кто выведет племена из безлунной тьмы, — упрямо повторила Рыжинка. — Я думаю, они имели в виду что-то связанное с Лунным Озером. Может быть, я смогу понять, как нам снова добраться до него. Или найти другой способ связаться со Звёздным племенем. И, знаешь, Звёздное племя говорило со мной напрямую ещё в лесу, когда отправило меня и котов из каждого племени в путешествие на поиски новой территории.

— Это было очень давно. Я не хочу, чтобы ты отправлялась к Лунному Озеру так же, как пошла к стройке Двуногих, — возразил Когтезвёзд. — Такие места опасны.

— Но это важно! — взвыла Рыжинка. Ей казалось, будто она бредёт по вязкой грязи — злость и бессилие тянули вниз. — Мы уже потеряли время. Нужно рассказать другим племенам сейчас. Мне не обязательно идти к Лунному Озеру одной.

— Рыжинка… — Голос Когтезвёзда смягчился. — Ты была тяжело ранена и без сознания. Коты видят много странных снов, когда ранены. А потом целители давали тебе так много маковых зёрен... Когда я увидел тебя в тот первый день, ты не могла даже толком говорить.

Рыжинка почувствовала, как её усы обвисли.

— Ты не веришь мне?

— Я верю, что ты веришь в это, — ответил Когтезвёзд.

— Мы должны посвятить в это другие племена, — настаивала Рыжинка. — Я понимаю, что трудно принять, что у меня есть послание от Звёздного племени, но по крайней мере, если мы поделимся им с целителями, они смогут понять, что всё это значит. Вспомни, когда мы в последний раз теряли связь со Звёздным племенем? Это всегда заканчивалось плохо. Вспомни, когда Уголёк вселился в Ежевичную Звезду, погибли многие коты, а Тенесвет чуть не погиб.

В глазах Когтезвёзда промелькнула боль от этого напоминания, но он ответил рычанием:

— Это не то же самое. Звёздное племя не исчезло, мы просто временно потеряли доступ к Лунному Озеру. — Он снова покачал головой. — Я не могу сказать, говорила ли ты со Звёздным племенем или нет, Рыжинка, но я не собираюсь мчаться к другим племенам только потому, что тебе приснился зловещий сон. Если Звёздное племя действительно хочет связаться с нами, они могут сделать это через целителей.

— Но...

— Я уверен, Двуногие уберут свои заграждения, когда наступят Голые Деревья. Тогда мы сможем выяснить, что на самом деле происходит, и решить, стоит ли нам беспокоиться. — Его взгляд смягчился. — Пожалуйста, просто сосредоточься на том, чтобы поправляться. Предоставь это мне и целителям.

— Синяя Звезда явилась мне, — скрежеща зубами, проговорила Рыжинка. — Я должна это сделать.

Со вздохом Когтезвёзд расправил плечи.

— Я уважаю тебя как свою мать и как старшую воительницу. Но я твой предводитель, и тебе нужно позволить мне руководить здесь. Я приму к сведению то, что ты мне рассказала, и если время будет подходящим, я поделюсь этим с остальными.

— Но...

Рыжинка хотела оспорить это, но Когтезвёзд посмотрел на неё твёрдым взглядом.

— Нет. Ты должна слушаться своего предводителя.

Рыжинка умолкла, хотя её шкура горела от гнева. Она всегда была верной воительницей и обязана была подчиниться. Оставалось лишь надеяться, что момент, когда Когтезвёзд решит рассказать остальным, настанет как можно раньше. Сейчас он её явно слушать не собирался.

Холодное солнце Голых Деревьев пробивалось сквозь сосновые ветви, покрывая землю полосами света и тени. Рыжинка бесшумно шагала между деревьями, все её чувства были настороже. Формально она всё ещё считалась раненой — хотя почти полностью оправилась — и за три дня после возвращения в племя Теней её не включали ни в один патруль. Но сегодня Лужесвет наконец признал, что ей можно выйти из лагеря.

— Только не перенапрягайся, — предупредил он. — Просто разомни лапы и сразу возвращайся в лагерь.

Она и не собиралась перенапрягаться, но она не охотилась уже пол-луны, и её когти просто зудели. Она приоткрыла рот, чтобы уловить запах в воздухе, в надежде обнаружить какой-нибудь след... И вот. Где-то рядом мышь.

Рыжинка припала к земле, стараясь не шевелиться, и поводила ушами, прислушиваясь. Из-под слоя сухого мха донёсся едва слышный шорох крошечных коготков. Пригибаясь ещё ниже и напрягая лапы, она слушала, пока точно не определила место. Затем — прыжок. Кошка приземлилась прямо на мох, и её когти вонзились в мышь под ним.

— Благодарю тебя, Звёздное племя, за эту добычу, — привычно промяукала она, а затем добавила: — И было бы неплохо получить ещё немного информации о том, чего именно вы от меня хотите.

Она вонзила зубы в мышь, и её сладкая кровь наполнила рот. Как же давно она не пробовала свежей дичи!

Ближе к закату она направилась обратно в лагерь, со второй мышью в зубах. Она чувствовала себя легко и беззаботно — несмотря на все беды, нависшие над племенами, несмотря на Лунное Озеро, возможность просто поохотиться пошла ей на пользу.

Вернувшись в лагерь племени Теней, она бросила мышь на кучу свежей добычи. Её шаги замедлились, когда она увидела знакомого воина Грозового племени, Прыгуна, ожидавшего на поляне вместе с молодой чёрной кошкой, которая, должно быть, была его ученицей. Несколько воинов племени Теней наблюдали за ними исподтишка, а Когтезвёзд, сидевший у своей палатки, особенно пристально за ними следил.

— Что происходит? — спросила она у Прыгоуски, которая вылизывалась поблизости.

Та пожала плечами.

— Они хотели поговорить с тобой, — промяукала она. — Когтезвёзду это не понравилось, но он сказал, что они могут подождать.

Когда Рыжинка приблизилась к ним, Прыгун вскочил на лапы.

— Рыжинка, — почтительно промяукал он, склоняя голову. — Беличья Звезда послала нас спросить, не согласишься ли ты прийти в лагерь Грозового племени.

— В Грозовое племя? Зачем? — Сердце Рыжинки забилось чаще. Неужели это то, о чём она просила Звёздное племя? Может, и Беличья Звезда тоже получила весть от Звёздного племени. Она и Ежевика тоже участвовали в том давнем путешествии. Было логично, что Звёздное племя снова обратилось ко всем сразу. Возможно, там будет и Грач…

— Ежевика нездоров, — тревожно сказал Прыгун. — Рана воспалилась, у него жар, ему очень нехорошо. Он попросил увидеться с тобой.

— О, нет! — Насколько же болен её брат, если Беличья Звезда послала за ней? — Он умирает?

Прыгун выглядел растерянным.

— Не думаю, — промяукал он. — Целители просто сказали нам, что он хочет видеть тебя, ведь ты его сестра. Он не кажется настолько больным.

— Конечно, я приду, — без колебаний сказала Рыжинка.

Когтезвёзд шагнул вперёд, встав между ней и котами Грозового племени.

— Ты только что оправилась после тяжёлого ранения и долго была вне лагеря, — возразил он. — Ты сама ещё нездорова.

Рыжинка фыркнула.

— Я полностью выздоровела. Спроси Лужесвета или Тенесвета.

Лужесвет, находившийся среди котов на поляне, подал голос.

— Она хорошо восстанавливается, Когтезвёзд. Если она будет беречь себя, визит ей не повредит. Но, возможно, тебе сначала стоит как следует выспаться, Рыжинка. Скоро стемнеет.

Взглянув на солнце, Рыжинка увидела, что оно приближается к горизонту. Лужесвет был прав — к тому времени, как она доберётся до Грозового племени, уже наступит ночь.

— Прыгун, насколько Ежевика действительно болен? Имеет ли значение, если я приду завтра утром?

— Нет, он не в опасности, по крайней мере, сейчас, — Прыгун казался потрясённым самой мыслью об этом. — Нам остаться и сопроводить тебя завтра?

— Я отправлю с ней котов до границы, если она настаивает на визите, — твёрдо промяукал Когтезвёзд.

— Тогда завтра, — кивнула Рыжинка. — Передай Ежевике, что я приду в Грозовое племя на рассвете.