Аравия под властью Химьяра

стр. 74

L’Arabie préislamique

Christian Julien Robin

Новые хронологические и пространственные рамки для поздней античности: Аравия под властью Ḥimyar

Главным следствием того, что эпиграфические источники, хорошо датированные и переданные без изменений, теперь должны иметь приоритет перед данными научной традиции, являются свидетельства о политическом устройстве, которое ранее было неизвестно. В то время как научная традиция говорила только об анархии, надписи показывают, что царство Ḥimyar в Йемене доминировало на большей части полуострова с 350-х по 560-е годы. На протяжении большей части своей древней истории южная Аравия была разделена между несколькими соперничающими царствами. Этому разделению пришёл конец в последней четверти III века нашей эры. Царство Ḥimyar, отразив вторжение Аксумитов (или эфиопов), покорило царство Саба (около 275 года), а затем завоевало Ḥaḍramawt (около 300 года). Теперь весь Йемен был объединён под единой короной. Об остальной Аравии этого времени известно немного, кроме названий держав, которые посетил сабейский эмиссар в 260-х годах, несомненно, чтобы заручиться поддержкой, так как Ḥimyar угрожал независимости Сабы (Schiettecatte and Arbach, «The Political Map of Arabia and the Middle East in the Third Century AD»).

Вскоре после завоевания и умиротворения Ḥaḍramawt царство Ḥimyar начало экспедиции в регионы, прилегающие к южной Аравии, а затем и во всю пустынную Аравию. Большая надпись, датированная 360 годом, описывает двенадцать таких походов. Ни один текст не проливает свет на причины, побудившие химьяритов вмешаться в дела пустынной Аравии. Однако мы можем предположить, что целью правителей было отвлечь внимание более воинственных общин (южноаравийских племён). Эта экспансионистская политика не была лишена риска. Сасанидские персы, вероятно, стояли за набегом арабского принца на « Nagrān, город Shammar», то есть на самый северный ḥimyarite город. Дата этого набега неизвестна, но его можно отнести ко времени после 300 г., поскольку возглавлявший его принц ( Imru al-Qays сын Amr) умер в ноябре-декабре 332 г. н.э. Число 332, а не 328, является недавним исправлением (Robin, «D ie Kalender der Araber vor dem Islam»). На своей погребальной стеле (знаменитой «Надписи ан-Намары», хранящейся в Луврском музее) этот принц носит титул «царя всех арабов» и указывает, что он взял под контроль Низар в западной Аравии и Маъад в центральной Аравии. Это было первое появление «арабов» (термин, контуры которого были ещё не очень ясны) в качестве автономной политической силы. Это также стало началом длительного противостояния между сасанидскими персами, химьяритами и византийцами за контроль над пустынной Аравией.

Примерно в то же время химьяритский царь Shammar Yuhar‘ish (исчезнувший около 311 года) отправил посла в сасанидскую столицу и царство Аль-Хира (тогда называвшееся Танух), который был принят прохладно, поскольку правители, похоже, не удостоили его аудиенции. Другой посол от Shammar отправился к «Цезарю, царю Севера», согласно ещё не опубликованному тексту, датированному маем 311 года.

Завоевание пустынной Аравии, которое, судя по всему, было предпринято по инициативе царя-химьярита, не было управляемо им. Им руководили князья обширной общинной группировки на западе Ḥaḍramawt, знаменитой Dhū- Yazan, при поддержке арабского племени Kinda (столица которого находилась в оазисе Qaryat al-Faw, в 300 километрах к северо-востоку от Наджрана). В день между 420 и 445 годами царская ḥimyarite надпись отмечает присоединение обширных территорий центральной и западной Аравии. Правитель-химьярец меняет свой титул на «царь Saba’, Dhū-Raydān, Ḥaḍramawt и Yamnat, и его арабы Высокой страны [Ṭawd] и Побережья [Tihāmat]». Новый титул легче понять, если вспомнить, что столетием раньше Имру аль-Кайс, сын Амра, данник Сасанидов, провозгласил себя «царём всех арабов». Это означает, что химьяриты вытеснили (или претендовали на вытеснение) Сасанидов в управлении пустынной Аравией.

Горизонт химияритов, который ранее ограничивался пустынями к северу от Йемена, теперь простирался до окраин Плодородного полумесяца. Упоминание арабов в титулатуре ḥimyarite также подразумевает, что арабы теперь представляли собой автономную политическую силу внутри ḥimyarite царства. В арабо-мусульманской научной традиции считается, что химьяриты доминировали в пустынной Аравии. Но поскольку она также приписывала правителям-Кимьяритам сказочные походы до берегов Атлантики и в сердце Азии, с непонятной хронологией, было трудно отделить истинное от ложного. Традиция также сообщает, что арабские принцы из племени Кинда были наместниками царей Химьяра в центральной Аравии. Здесь мы находимся на менее зыбкой почве: можно не сомневаться, что эти материалы были переданы потомками этих принцев, которые играли ведущую политическую роль в период правления Омейядов, примерно до 700 г. н.э. Исторический характер одного из этих киндитских принцев подтверждается небольшой южноаравийской надписью на дороге, ведущей из Наджрана в центральную Аравию: «Ḥugr сын Amr царя Кинды».

Лучшим доказательством того, что господство Ḥimyar над пустынной Аравией в пятом веке не является басней, как долгое время считалось, является нахождение трех ḥimyarite царских надписей в Māsal, в 200 километрах к западу от al-Riyāḍ. Мы также можем сослаться на содержание химьяритских надписей, в которых упоминается около тридцати топонимов и племён центральной Аравии. Около 500 года царство Ḥimyar, осуществлявшее более или менее прямой контроль над значительной частью Аравийского полуострова, стало данником африканского царства Аксум (также называемого Абиссинией), которое уже почти 150 лет было христианским. С тех пор царь Химьяра выбирался негусом. Третьего из царей, назначенных Аксумитами, звали Иосиф. Едва вступив на престол, этот царь осенью 522 года поднял восстание. Но в оазисе Наджран христиане, связанные с Византией, отказались предоставить ему требуемые войска и ушли в диссидентство. Репрессии Иосифа были жестокими: большое количество этих христиан было истреблено в ноябре 523 года. Это событие вызвало большой резонанс на всём христианском Востоке. Оно вызвало возмущение епископов, которые призвали к ответу. Было реквизировано 60 торговых кораблей и построено ещё 10, чтобы перевезти акумитские войска из Африки в Аравию. Во время высадки негус убил царя Иосифа и завоевал царство Химьяр, которое вновь стало данником Аксума на пятьдесят лет.

Ещё до этого кризиса, в 520-х годах, киндитские князья центральной Аравии освободились от опеки химияров и стали первыми независимыми арабскими царями. Именно в это время арабская письменность получила широкое распространение на Аравийском полуострове. Примерно в это же время в поэтическом поединке утвердился общий арабский язык (так называемый койне), вероятно, основанный на недждском диалекте. Тогда же были разработаны правила арабской поэзии.

После своего успеха Негус ничего не изменил в политических структурах Ḥimyar: он посадил на трон христианского принца-химьярца и вскоре вернулся в Африку, оставив часть своей армии в Аравии, чтобы контролировать страну и гарантировать выплату ежегодной дани. Но вскоре Негус потерял непосредственный контроль над Аравией. Поставленный им на трон христианин-химьярец был свергнут предводителем его армии в Аравии, которого звали Абраха. Абраха писал свои надписи на языке и письмом Ḥimyar и принял традиционный царский титул: как таковой, он был настоящим ḥimyarite правителем. Единственные отклонения касались внешней политики и религии. С этого момента Ḥimyar официально стал союзником Византии и христианским. Недатированная надпись, сделанная позднее лета 552 г. и ранее лета 554 г., посвящена завоеванию Абрахой пустынной Аравии и покорению целого ряда территорий на севере Аравии, включая Ятриб (ныне Медина), оазис, в котором Мухаммед основал свое теократическое княжество в 622 г. (Robin and Ṭayrān, «So seventy years before Islam, the whole of Arabia dominated by a Christian king»).

Правление Абрахи продолжалось около тридцати лет, с 535 по 565 год. Ему наследовали два его сына. Власть Абрахидов рухнула в начале 570-х годов, согласно византийским источникам, или около 575 года, согласно арабо-мусульманской ученой традиции. Надписи проливают свет только на период 547-560 годов: из шести надписей, в которых упоминается Абраха, в 1950 году была известна только одна, а в 2000 году - четыре. К этим текстам теперь добавился один, давно известный, но недавно переосмысленный как память о строительстве Великой церкви Ṣan'ā' в 559-560 годах (Robin, «La Grande Eglise d'Abraha à Ṣan'ā'»).

Это краткое резюме иллюстрирует значительное увеличение объема документации за последние десятилетия. Эпиграфическая документация иссякает после 560 года. Все политические структуры распадаются или разрушаются. Царство ḥimyarite распалось около 570 или 575 года. Византия свергла царя Джафнидов, которого она поставила во главе сирийских арабов, в 582 году. В Сасанидской Персии в 602 году был свергнут правитель евфратских арабов Насрид. Аравия погрузилась в сумеречный период насилия и анархии. Короче говоря, в период поздней античности в пустынной Аравии почти два столетия, с 350 по 565 год, с вероятным перерывом между 500 и 550 годами, господствовал Химьяр.

Что касается сасанидских персов, то они господствовали в пустынной Аравии трижды:

- около 300-350 годов, до первых завоеваний ḥimyarite;

- между 528 и 550 годами;

- наконец, с 565 года, после провала экспедиции Абрахи против Мекки (см. ниже).

После падения династии Абрахидов в Йемене персы Сасаниды установили контроль над всем полуостровом (источники по этой истории Ḥimyar см. в Gajda, Le Royaume de Ḥimyar; Robin, «Arabia and Ethiopia»; id.., «Народы за аравийской границей в поздней античности»; id. «Ḥimyar, Aksūm, and Arabia Deserta in Late Antiquity»).

Мекка и Ятриб накануне ислама

Определив основных действующих лиц и выделив несколько хронологических вех, остаётся рассмотреть, что известно более точно о Мекке и оазисе Ятриб, расположенном в 350 километрах к северу. На сегодняшний день там не найдено и не описано никаких древних останков. Это связано с политикой религиозных учёных (улама) Саудовской Аравии. Они запрещают любые археологические исследования, опасаясь, что любые останки, связанные с Мухаммедом, если их найдут, станут объектом суеверного почитания. Поэтому, когда в последние десятилетия в великих мечетях двух городов проводились масштабные работы, любые археологические наблюдения были официально запрещены. Надежды на значительные открытия в будущем тем более уменьшаются, что земля вокруг великих мечетей была глубоко раскопана, а спекуляция недвижимостью уничтожила почти все строительное наследие, в основном относящееся к османскому периоду. Можно добавить, что Мекка и Медина, похоже, не были городами, где было принято переписывать тексты на прочные носители, такие как камень и бронза, в отличие от Йемена и оазисов северного Ḥijāz, которые богаты надписями. В этих двух городах и их окрестностях до сих пор не найдено значительных доисламских эпиграфических текстов.

Название Ятриб хорошо засвидетельствовано в аравийской и ближневосточной эпиграфике. Есть три упоминания о нём в южной Аравии: два относятся к персидскому или ранне-эллинистическому периоду (539-30 гг. до н. э.) (Ma'īn 93-A/4 и 95/12)1; третье - это уже упоминавшаяся надпись Абрахи, которая отмечает подчинение оазиса (и четырёх других областей) вскоре после сентября 552 г. до н. э. Ятриб также упоминается в клинописных источниках из Месопотамии среди оазисов, завоёванных Набонидом, царем Вавилона, около 553 или 552 года до н. э. (Gadd, «The Harran Inscriptions of Nabonidus»; Beaulieu, The Reign of Nabonidus, p. 173). Если можно с уверенностью сказать, что в 550-е годы в Ятрибе господствовал Химьяр, то вполне вероятно, что он также господствовал и в V веке. Первый аргумент - титулатура царей Ḥimyar, в которой в 420-445 гг. упоминаются «арабы [царя] в Высокой стране и на побережье [Тихама]»; однако Ятриб, несомненно, является оазисом в регионе, который тогда назывался Тихама (прибрежные районы Аравии в районе Мекки и далее на север).

Второй аргумент - передаваемое арабо-мусульманской учёной традицией воспоминание о том, что Ятриб был занят химьяритами во времена химьяритского царя Абу Кариба Асада (в надписях Абикариба Асада, ок. 375-445 гг.) (Ṭabarī, Ta'rīkh al-rusul wa-'l-mulūk 1, pp. 892 и 901-909 [перевод: История аль-Хабари 5, с. 145-146 и 164-176]; Ибн Хишам, ас-Сира ан-набавийя 1, с. 19-28 [перевод: Жизнь Мухаммада, с. 6-12]). Сообщается, что химьяритский царь, возвращаясь из похода против иракцев, проезжал через Ятриб, чтобы отомстить за сына, которого он оставил там в гарнизоне и которого убили жители Ятриба. Но царь столкнулся с сопротивлением местного населения. Затем к нему пришли два раввина из племени Бану Курайза, известные своими знаниями, чтобы сообщить, что «[Ятриб] будет местом, куда эмигрирует пророк, который появится в конце времён в племени Курайш; это будет его дом и его резиденция». Тогда царь решил снять осаду. Вместе с двумя раввинами (которых звали Ка'б и Асад) он вернулся в Йемен и принял их религию.

Сведения о Мекке более скудны. Этот город не упоминается в доисламских надписях. Мы можем предположить, что, если он уже существовал, он зависел от Ḥimyar, поскольку в ḥimyarite titulary упоминается Tihāmat (обязательно включающий Мекку) в 420-445 годах. Мы также можем сослаться на ḥimyarite надпись, гипотетически датируемую серединой пятого века, в которой упоминается визит, который вождь Muḍar (великой конфедерации западной Аравии) наносит ḥimyarite правителю, имя которого исчезло (Robin, «Les Arabes des „Romains“, des Perses et de Ḥimyar»). Не вызывает сомнений, что этот визит был актом верности, что объясняет его запечатление в надписи. Наконец, существует уже упоминавшаяся традиция, связанная с Абу Карибом. В ней говорится, что по пути в Йемен два раввина предупредили царя, что он не должен грабить храм в Мекке, поскольку «это храм нашего предка Авраама». Во сне он получает приказ накрыть Каабу драпировкой. В целом, кажется правдоподобным, что Ḥimyar распространял свое господство над Ятрибом (= Мединой) и Меккой на протяжении всего V века и до конца своей жизни, но мы ничего не знаем об условиях этого господства. Гипотетически мы можем предположить, что это было просто взимание налогов и, в стратегически важных местах, присутствие гарнизона, поддерживаемого местным населением. Как бы то ни было, тот факт, что Мекка и Медина, вероятно, принадлежали иудейской, а затем христианской империи, которая благоприятствовала и облегчала передвижение и торговлю, не остается без последствий при изучении распространения монотеистических религий, догматических ориентаций или лексических заимствований.

стр. 82

************************************************************************************************************