Живые и Мёртвые
Оглавление
- Живые и Мёртвые
1.1. Глава 1
1.2. Глава 2
1.3. Глава 3
1.4. Глава 4
1.5. Глава 5
1.6. Глава 6
1.7. Глава 7
1.8. Глава 8
1.9. Глава 9
1.10. Глава 10
1.11. Глава 11
1.12. Глава 12
1.13. Глава 13
1.14. Глава 14
1.15. Глава 15
1.16. Глава 16
1.17. Глава 17
1.18. Глава 18
1.19. Глава 19
1.20. Глава 20
1.21. Глава 21
1.22. Глава 22 - Живые и Мёртвые. Рай на Земле.
2.1. Глава 1
2.2. Глава 2
2.3. Глава 3
2.4. Глава 4
2.5. Глава 5
2.6. Глава 6
2.7. Глава 7
2.8. Глава 8
2.9. Глава 9
2.10. Глава 10
2.11. Глава 11
2.12. Глава 12
2.13. Глава 13 - Живые и Мёртвые. Глазами Ясмины.
3.1. Глава 1
3.2. Глава 2
3.3. Глава 3
3.4. Глава 4
3.5. Глава 5
3.6. Глава 6
3.7. Глава 7
3.8. Глава 8
3.9. Глава 9
3.10. Глава 10
3.11. Глава 11
3.12. Глава 12
3.13. Глава 13
3.14. Глава 14
3.15. Глава 15
3.16. Глава 16
3.17. Глава 17
3.18. Глава 18
3.19. Глава 19
3.20. Глава 20 - Метель. История выживания.
Глава 17
Спустя год после последних событий.
С колонок магнитофона звучала легкая песня в исполнении группы "Кино". За столом сидели Ратмир и компания, празднующие закрытую сессию Венеры. Всем было весело и красивую музыку заглушали менее красивые и к тому же изрядно подвыпившие голоса.
- Братка! На, выпей! За мою сестренку! Она , наконец, закрыла сессию!
Марсель отвел взгляд , а затем произнес:
- Спасибо, Рат, но я не могу пить. Потом опять сорвусь. Ну его нафиг...
- Ну и правильно! Наркологический центр хорошо на тебя повлиял...
- Да. Ценой жизни Руслана...
Марсель склонил голову и замолчал. В его глазах читались грусть и обида... Обида от того, что он, по сути являвшийся лидером и зачинщиком всего наркокошмара, вышел сухим из воды. А Руслан не смог. Месяц назад он скончался от передозировки наркотиков.
- Он сам выбрал этот путь, - ответил Ратмир. Ты выбрал другой... В этом вся и разница.
- Просто он оказался слабее. Если бы от передозировки умер первым я, то он сейчас стоял бы здесь вместо меня, а ты говорил бы ему те же слова, что сейчас говоришь мне.
- Да, брат, ты прав. Давай не будем сейчас об этом.
На некоторое мгновение в комнате наступило молчание и лишь беспрерывное тиканье часов заглушало неловкую тишину.
Затем Ратмир повернулся к Венере и произнес:
- Я скажу тост!
- Но ты уже говорил! - воскликнула Самира, - Дай другим сказать!
- Нет! Это моя сестренка! Она достойна услышать от меня больше теплых слов.
Ратмир, держась одной рукой за угол стола, сказал:
- Венерочка! Хочу поздравить тебя с закрытием сессии! Кто ожидал, что все так будет? Никто. Ни этот бывший нарик, - Он указал взглядом на Марселя,- Ни я, ни ты. Прости , что я не верил в тебя. Ты умничка!
Венера улыбнулась:
- Спасибо, брат! Это все благодаря тебе. Ты меня поставил на правильный путь. И как я раньше встречалась с Айнуром?
Ратмир, слегка шатаясь, но все еще помня все моменты, связанные с Айнуром, произнес:
- Надеюсь, он будет держаться от нас подальше.
Затем Ратмир , еле волоча ноги, побрел к парадной двери. Самира пошла за ним.
- Любимый,- сказала она, - Нам нужно поговорить.
Ратмир, закуривая сигарету , произнес:
- Давай выйдем в подъезд.
Дверь захлопнулась и Ратмир, стоя на лестничной клетке , вытащил из кармана воздушный шарик. Затем он с трудом надул его , открыл окно и пустил в небо.
- Улетай... - прошептал он, глядя на ночной небосвод.
Голова Ратмира кружилась. Он не напивался так с тех времен, когда еще был жив Руслан и они втроем вспоминали прошлое , опустошая литры алкоголя на старом пустыре. Теперь на месте пустыря стояла постройка и в скором времени она должна была превратиться в большой магазин.
Самира стояла у двери и молчала. Ей понадобилось секунд десять, чтобы произнести:
- Я уезжаю, красавчик.
Сигарета выпала из его руки. Он в миг отрезвел.
- Что?
- Мой отец нашел хорошую работу в Москве. Мы переезжаем.
Ратмир молча смотрел в окно, будто пытаясь разыскать воздушный шарик в небе.
- Когда?
- Завтра.
- Что мы теперь будем делать?
- Я не знаю, Ратмир.
Впервые она назвала его по имени.
Ратмир сел на ступень и закрыл лицо руками.
Он не знал, что сказать.
Он не верил в то, что они больше не увидятся.
Но судьбе было все равно на его веру. Она решила, что так будет лучше.
Ратмир подошел к Самире и обнял ее.
- Мы что - нибудь придумаем.
Затем они целовались. Долго и страстно. На лестничной клетке, на кухне и в спальне. Они любили друг друга. Всю ночь.
А ночь была долгой.
Синий "Рено" мчался по разбитым кочкам, пытаясь их объехать. Но их было слишком много. Асфальт, практически полностью состоящий из разбитых ям , начинал сужаться к концу пути.
Впереди мы увидели синий знак с белой надписью:
- Село "Большие Яки".
- Папа! - крикнула Ясмина,- Мы почти приехали?
- Да, малышка, -ответил я, - Мы уже близки к цели.
У окраины тянущейся вниз дороги стояли опустошенные дома. Свет не горел нигде и деревня была полностью пуста. Никаких зомби не было здесь и в помине.
Так нам казалось.
На самом деле, чем ближе мы были к дому, тем больше их становилось. Они стояли везде. Бабушки, бегущие за машиной, как за молоком. Дедушки, стоящие на остановке и выжидающие добычу. Они были голодны.
Я прибавил газу и мы помчались сквозь разбитые улицы к дому, где раньше моя Ясминка бегала с Амурчиком, а мы кушали вкусные треугольники с мясом за обеденным столом. Тогда были еще живы мои дедушка с бабушкой. Это было счастливое время.
Зомби не успевали за нами и мы, проезжая кочки, двигались к дому.
Но в этот день шел дождь.
И там, где кончался асфальт, кончилась наша дорога.
Машина застряла.
Я повернулся к Максу и произнес:
- Что теперь?
Макс , ни минуты не колеблясь, ответил:
- Пойдем пешком. А к утру мы постараемся вытянуть машину.
Спустя минуту мы шли к дому. Ясмина сидела на моих плечах. Позади нас шли Самира и державшийся за плечо Макс.
Вдали был слышен вой ненасытных тварей. Видимо, они чуяли нашу кровь.
Мы шли, не оборачиваясь назад. Впереди был виден огромный дуб, который стоял здесь , наверно, со времен сталинских репрессий. Это означало, что место назначения было уже совсем рядом.
Наконец, пройдя около двадцати метров, мы повернули за угол дуба и перед нами раскинулась зловещая темная улица, на которой давно уже не горели фонари и лишь яркая луна освещала нам дорогу. Мы шли вниз по узкой тропинке, а справа возвышалась огромная зеленая гора, будто говорящая нам:
- Я мощь, а вы, ничтожные люди, скоро все помрете. От болезни, от таких же как вы, от зомби... Вы все умрете в любом случае, а я буду жить здесь всегда. И я всегда буду смотреть на вас свысока.
Так оно и было.
На этой улице было всего четыре дома. В одном доме жила давно свихнувшаяся старуха, которую постоянно избивал вечно пьяный муж, которого в скором времени посадили. В другом старики давно умерли, а их дети лишь изредка приезжали в это место, обычно во время урожайного сезона. Третий дом был нашим. А в самом конце улицы был еще один дом, в котором проживал тот самый сосед - забулдыга, которому мои старики отдали Амурчика.
На этой улице было все как всегда. Кажется, она была еще нетронутой.
- Ну вот мы и прибыли,- сказал я, стоя у забора маленького зеленого дома, - Стойте здесь.
Я решил пойти первым.
Вдруг в окнах загорелся свет от керасиновой лампы.
В доме кто - то был.
Девочки стояли у входа в универ. Венера была среди них. В этот день они разобрались со всеми бумажными вопросами и окончательно ушли на летние каникулы.
- Удачи провести лето, девочки! - улыбнувшись, сказала Венера.
- И тебе тоже, - хором воскликнули ее одногруппницы.
- Кстати, - сказала одна из них,- Мы тут решили отметить это дело в кафешке какой - нибудь. Повеселиться как следует. Мы же это заслужили?
- Это хорошее предложение, - ответила Венера, - Но давайте сегодня без меня. Что - то я устала совсем. Вчера с компанией сидели. Поздно легли.
- Ну как хочешь! Если что, ты знаешь, где нас искать.
- Конечно, - ответила Венера, - Ну все, пока, девочки!
Девочки в красивых нарядах и веселом настроении пошли в сторону ближайшего кафе, а Венера, держа в руках сумку с учебниками направилась к дому. Дорога вела через заполненный старыми деревьями заброшенный парк. Она, наконец, закрыла сессию и окончила первый курс и уже думала о своих дальнейших планах - окончить университет, остаться в аспирантуре и устроиться на работу преподавателем. Ей нравилось это.
Пока Венера думала о будущем, уходя все дальше и дальше в дебри заросшего парка, она не заметила, как кто - то встал за ее спиной и побрел за ней следом. Сначала она не чувствовала за спиной постороннего присутствия, но затем, приближающийся шум топота и шуршания листьев, заставил ее содрогнуться.
Венера резко обернулась.
Это был Айнур.
- Что... Что ты здесь делаешь?
Глаза Айнура были красными, а походка неровной. При этом он шел к ней , ухмыляясь, и будто что - то пряча за спиной.
- Привет, любовь моя. Вот мы и встретились.
- Не подходи ко мне, - ответила Венера, пятясь назад и сжимая в руках сумку с учебниками.
- Не надо бояться, - усмехнувшись, сказал Айнур, - Ты же знаешь меня. Я не причиню тебе вреда, детка. Ты же моя маленькая. Теперь нам никто не помешает.
Айнур выглядел паршиво. Но его глаза говорили о злобе и уверенности. Уверенности в том, что он сделает все, что угодно, лишь бы удовлетворить своя "Я".
Венера , все еще пятясь назад, хотела закричать, но вдруг кто - то сзади схватил ее за голову и начал безудержно дергать ей волосы, будто пытаясь их оторвать. Затем этот "кто - то" бросил ее к земле и она, ударившись об лежащий посреди листьев камень, рухнула вниз.
Айнур подбежал к упавшей на зеленую листву Венере и лег прямо на нее, закрыв ее рот руками.
- Игра начинается, - ухмыльнулся он, - Пора и честь знать.
Со всех сторон послышался издевательский смех. Друзья Айнура окружили лежащую на земле Венеру.
Глава 18
Правда ли, что мы всегда возвращаемся туда, где оставили свое сердце? Где мы по - настоящему жили и ловили каждый момент? Где мы были собой? Я думаю, что умирающие кошки уходят именно туда. Иначе, как еще можно объяснить их внезапное исчезновение? Они не хотят оставаться там, где были только еда, питье и приют. Они хотят быть там, где смогут умереть спокойно.
Наверно, все же это правда. Я стою там, где никогда не был несчастным.
Но парадокс состоит в том, что умирать я еще не собираюсь.
Горящий в окнах свет говорил лишь об одном - это не зомби.
Но кто тогда?
- Кто бы это ни был, - произнес я, - Оставайтесь здесь.
Самира и Ясмина переглянулись.
Вдали были слышны душераздирающие крики зараженных. Но наша улица была нетронутой.
- Нам нужно торопиться, - сказал Макс, - Я пойду с тобой.
- Хорошо, дружище, - ответил я, сжимая в руке пистолет.
Мы тихими неторопливыми шагами пошли вниз по ступеням. Мой дом отличался от других домов тем, что его лестница вела вниз, как в землянку.
Ворота были заперты и мы перепрыгнули через забор.
Во дворе дома была тишина, но было ощущение, что в бане, стоящей напротив нас, кто - то за нами наблюдает. Но это было только мое ощущение. Рак мозга давал о себе знать.
Мы вплотную подошли к входной двери.
Тот, кто был в доме, замолк.
Внезапно мы услышали шорох в сарае. Кто - то ходил туда - сюда, издавая протяжные вздохи. Было слышно, как этот кто - то топчется на сене. Может быть, это была корова?
- Какого черта? Кто там может быть? - прошептал Макс.
- Тссс... Сейчас мы это узнаем.
Я медленно подошел к сараю.
- Насчет три я открываю...
Макс кивнул в ответ, держа вход в сарай на прицеле.
Раз , два, ...
- Не вздумайте открывать! - послышался голос с окна.
Мы обернулись и увидели мужчину, который с сигаретой в зубах держал в руке керосиновую лампу и напоминал Сергея Шнурова на дачном отдыхе. Он светил лампой прямо на нас.
- Там сумасшедшая, -сказал он.
Теперь мне все стало окончательно ясно. Человек с лампой и был тем самым соседом - забулдыгой. Только что он делал у нас, было непонятно.
- Рустам абый* ? Что ты здесь делаешь?
- Ты уж прости меня, Ратмирчик, но у вас здесь было несколько бутылок самогона, вот я и решил к вам заглянуть.
- Может нас впустишь?
- Да, да, конечно, сейчас.
Послышались громкие шаги и через несколько секунд дверь в дом открылась.
- Заходите,-сказал Рустам абый, улыбнувшись своими почерневшими от частого курения зубами.
- Сейчас, там снаружи Самира с Ясминкой, - сказал я.
- Ооо, Аллага шокер**, они живы! - воскликнул Рустам абый, - Еще недавно по новостям такие вещи показывали...
Рустам абый сел на деревянную ступень и опустив глаза, налил себе последнюю рюмку. Затем, жадно выпив ее, он произнес:
- Так зови их сюда, чего стоишь...
Я подошел поближе к забору и сказал:
- Заходите, все в порядке. В доме Рустам абый.
Через несколько секунд Самира с Ясминой, держась за руки, уже стояли у порога двери, пока я закрывал ворота.
- А, это тот вечно пьяный дяденька! -воскликнула Ясмина, указывая пальцем на забулдыгу, - А где наш Амурчик?
- Нехорошо так говорить про дядю, - сказал я.
- Да ладно, ничего страшного, это ведь правда, - Рустам абый в широкой улыбке раскрыл свои прогнившие зубы.
Он подошел к Ясмине и сказал:
- Амурчик убежал на гору. Но обещал вернуться.
Ясмина в ответ улыбнулась и Рустам абый взял ее на руки.
- Заходите в дом, -произнес он,- Хоть я и гость здесь, но приготовил очень вкусную жареную картошку.
Мы , наконец, были дома. В первый раз за последнее время мы чувствовали себя в безопасности.
Но зомби бродили где - то совсем рядом.
И от этого было не по себе.
Наступило утро и прозвенел будильник, но Ратмир спал мертвым сном.
Самира уже одевалась и собиралась уходить . Перед этим она около минуты смотрела на спящего парня и не могла поверить, что теперь они не смогут проводить вместе счастливые минуты, гуляя в парке или катаясь на машине по ночным улицам. Она не знала, что ее ждет в другом, незнакомом городе.
Городе без него.
"Такой смешной, когда спит", - подумала про себя Самира, - Будить его или нет? Если он проснется, я точно не смогу уйти и останусь здесь навсегда."
Ратмир перевернулся на другой бок и захрапел.
Самира засмеялась, прикрывая рот руками.
Но затем она вспомнила об их расставании и улыбку сменило грустное выражение лица. Ей было невыносимо больно. Больно от того, что они, возможно, больше никогда не увидятся.
Родители Самиры многое сделали для нее. Перевели ее из института в более престижный и к тому же столичный ВУЗ. Они были для нее главной опорой и Самира даже не думала о том, чтобы их ослушаться.
Она ушла. Тогда ей казалось, что навсегда.
Спустя пару минут Ратмир проснулся, бормоча себе что - то под нос. Он положил руку на другую сторону кровати, но почувствовал лишь шорох простыни. Через несколько секунд он открыл глаза и поднялся.
Вчерашняя ночь была лучшей в его жизни.
Теперь всего этого может не быть.
Ратмир пошел к ванне, чтобы привести себя в порядок и увидел записку, лежащую прямо на стиральной машине.
Он открыл ее и прочитал:
" Орел... Ты знаешь, что я люблю тебя. Ты лучшее, что было в моей жизни. Спасибо за эту прекрасную ночь. Спасибо за все дни. Спасибо за то, что ты есть. Так получилось, что теперь мы будем на разных берегах. Но ты прилетай иногда на мой берег... Я напишу тебе, как только буду в Москве...
Твоя Самира..."
Ратмир смял записку и выкинул в мусорку. Ему было невыносимо плохо и желание напиться останавливала работа, на которой он должен был быть через полчаса.
Он захлопнул дверь и отправился прямиком туда, где он хотел быть меньше всего.
Нарушения чувствительности.
Нарушения памяти.
Двигательные нарушения.
Эпилептические припадки.
Нарушения зрения и распознания предметов.
Нарушения интеллекта и эмоциональной сферы.
Галлюцинации.
- Ратмир, к моему большому сожалению, скоро все эти признаки начнут проявляться.
Так мне говорил доктор.
И он был прав. Что - то уже сбывалось.
Но я не чувствую себя обреченным. Я не готов умирать. Особенно, когда рядом близкие люди.
- Папа! Это же наша кровать, где мы все время спали!
Ясмина легла на мягкую постель. Я прикрыл ее теплым одеялом.
- Жалко, что бабушки здесь нет, - произнесла Ясминка, - Она мне все время читала классные молитвы.
- Детка, -сказал я, теребя ее за потрепанные волосы, - Молитвы не могут быть классными. Молитвы - это то, что уберегает нас от злых духов.
- Значит, ты мало молился?
В словах детей всегда присутствует истина.
Я посмотрел вокруг. Уютный домик остался таким же. Дом моих покойных бабушки и дедушки был очень мал - чулан, тамбур ( причем тамбур был очень большим, но его самый главный минус - это невозможность спать в любое время года, кроме теплого лета), маленькая кухня и, наконец, сам зал. Про зал расскажу поподробнее, так как он самый "могущественный" из помещений. Две кровати, два холодильника, старый телевизор, стоящий на высоком комоде и один большой стол, за которым мы беседовали с бабушкой и дедушкой о ближайших планах на будущее. Они всегда интересовались, чем мы живем и помогали тогда, когда чувствовали, что нам нужна помощь. Они были мне как мать и отец. И самое главное - они меня понимали. Даже когда я был по уши в грязи.
- А вот и картошка! -воскликнул Рустам абый, держа в руках большую кастрюлю, с которой валил густой белый пар.
- Как ты ее сделал, отец? - спросил Макс, держащий свое раненое плечо, - Ведь тут даже света нет.
- Как как! - рассмеялся Рустам, - Так же, как я достаю самогон. Его вроде бы нет, а он появляется!
Макс посмотрел на него удивленными глазами.
- Чего вылупился, сынок? На улице пожарил я ее, на огне!
Рустам абый хлопнул Макса по плечу.
- Кушай, никого не слушай!
Мы жадно ели картошку, думая о завтрашнем дне. Хотя, глядя на постоянно уходящего к раковине Макса, я думал о том, чтобы уйти сегодня. А когда он ушел на улицу, громко рыгая, мне совсем стало не по себе. Я понял, что в лабораторию мне придется пойти в одиночку. К тому же я боялся за безопасность моей семьи. Хоть я и уважал соседа (пусть и пьяницу), но Макс все же являлся тем, на кого зомби не нападают и это было самым лучшим преимуществом в борьбе с ненасытными тварями.
Ясмина крепко спала на любимой кроватке.
Самира рылась в чулане.
Я сделал себе очередную инъекцию препарата. Эффекта я уже не чувствовал. Мне становилось хуже.
Наконец, Самира вышла к нам в зал, неся трехлитровую банку компота. Она поставила ее на стол и сказала, глядя на Рустама:
- Я слышала в сарае чей - то голос. Кого ты там запер?
Рустам абый резко встал, уронив табуретку.
- Это она... - произнес он.
- Что происходит? - c тревогой в голосе сказала Самира, -Ты не говорил о зомби в сарае.
- Нет. Там ведьма.
Когда он произнес слово "ведьма" , я понял, о ком он говорит. Эта была та самая слетевшая с катушек женщина, которую постоянно избивал уже покойный муж. Она жила рядом с нами и часто несла такую чушь, что когда мы находились возле нее, я старался закрывать Ясмине уши.
Я помчался на улицу. Рустам абый , держа в руке лопату, что стояла в чулане, меня опередил.
Я увидел невообразимое. Старая, но кричащая женщина душила и без того ослабленного Макса.
- Вы все умрете! - кричала она, - Все! Я говорила, что этот день наступит! Всем говорила! Жалкие людишки! Аллах все видит!
- Какого хрена, Рустам абый!
Я не мог поверить, что это был не зараженный человек. Она была совсем неадекватной.
Женщина продолжала душить Макса и истерично кричать.
Наконец, получив от Рустама лопатой по голове, она упала без сознания.
Макс, еле дыша, лежал на сырой земле.
Я протянул ему руку и произнес:
- Ты как, дружище?
- Да как - то не очень, - ответил запыхавшийся Макс, держащий свою шею. Он стряхнул с себя траву с грязью и поднялся, - Не каждый день все - таки ведьмы душат.
- Послушай, дружище. Я знаю, что у нас мало времени, поэтому я отправляюсь в лабораторию сегодня. Прямо сейчас. Если я найду лекарство, я привезу его сюда. А тебе я доверяю свою семью. Выжидайте пока здесь. Твари еще не добрались до нашей улицы.
Макс сразу же кивнул, будто знал, что я скажу эти слова и ответил:
- Да, так наверно будет правильней.
- Куда ты поедешь сейчас? - услышав наш разговор, спросил Рустам абый.
- В Казань. Осталось незаконченное дело. А вы приглядывайте за старухой. Она ведь и убить может.
- Все нормально. Я крепко ее привяжу. И замотаю рот, чтоб людей больше не пугала. Сектантка!
Он плюнул на землю и выругался на татарском.
Но все же был один плюс, что я услышал ее громкие выкрики. Слова этой ведьмы, а на самом деле просто свихнувшейся старухи, придали мне сил. Я не ощущал себя жалким.
В это время Самира, выбежавшая из дома, обняла меня. Она все видела из окон.
- Милый, ты куда?
- Получить ответы на вопросы,- ответил я,- Не бойся, я все равно этим тварям неинтересен.
Мне было очень плохо. Физически. То, что говорил доктор, начинало сбываться. Поэтому для сна времени не было. Я должен был пойти прямо сейчас. Только так можно было сохранить надежду.
- Удачи, орел, - прошептала Самира.
В это время Рустам абый затащил ведьму обратно в сарай, плотно закрыв дверь и забив ее несколькими досками.
Затем он направился к чулану и вытащил небольшой топор. Он знал, где лежат инструменты. Они с моим покойным дедушкой когда - то были лучшими друзьями.
- Я видел у тебя оружие,- произнес Рустам абый, протягивая мне топор, - Но это больше пригодится. Удачи тебе, сынок!
Он обнял меня и я почувствовал его слезы на своих щеках.
- Рустам абый... Ну хватит. Я сейчас сам расплачусь.
- Прости, Ратмирчик. Просто я тебя с детства помню. Такой маленький бегал. А сейчас... Про то, что ты болен, я давно знал...А теперь так рад, что ты снова вместе с семьей. Ты нужен им, не подведи.
- Спасибо тебе, абый...
- Тебе нужно торопиться, -произнес Макс.
Я кивнул в ответ, и вскоре, открыв ворота, вышел на зловещую темную улицу. Макс остался стоять у ворот.
Рустам абый, провожая меня, произнес:
- Ратмир... Мне неудобно говорить...
- Что, абый, говорите...
- Это... Чего нибудь этого привези...
Он щелкнул пальцем вверх шеи.
- Хорошо, - улыбнувшись, ответил я, - Привезу. С меня обещанное, с тебя безопасность моей семьи.
Рустам абый снова щелкнул пальцем. Только теперь по зубу.
- Зуб даю. С твоей семьей все будет хорошо! Ты же меня давно знаешь. Я слов на ветер не бросаю.
- Поэтому я и доверяю тебе, абый.
Рустам абый улыбнулся в ответ и сказал:
- Счастливого пути, Ратмир...
И я ушел в сторону соседней улицы, оставляя позади себя седого забулдыгу и родной дом, в котором было то, что для меня являлось самым важным - моя семья. Возникло чувство, что этот дом живет своей жизнью и ни за что не впустит всякую нечисть. Надеюсь, это чувство меня не подводило.
Было очень темно, и я , сжимая в руке фонарик, отправился вперед. В другой руке я держал топор, из моего кармана торчал пистолет, а в душе затаилась вера. Вера в то, что мой путь будет проделан не зря.
Мне очень плохо. Кружится голова. Лекарства уже не спасают. Ради семьи я продолжаю держаться.
Я - больной раком человек. Я хочу знать, что произошло с этим миром. Почему он стал таким? Это моя главная цель.
А еще я хочу излечиться. Я хочу быть со своей семьей как можно дольше, а для этого я должен жить. Жить назло этому миру... Миру, который сошел с ума задолго до зомби - апокалипсиса.
Глава 19
На работе было все как всегда - запах древесины, шум работающих станков и запачканная опилками спецодежда. Здесь был свой мир. Мир убитого леса.
Ратмиру никогда не нравилось работать в этом месте, но в девяностые годы хорошую работу было найти очень трудно, особенно если у тебя нет связей и ты не заканчивал никаких учебных заведений. У него конечно же мог быть и другой путь - пьянки, наркотики, вечная воровская разгульная жизнь, и в итоге вечные скитания по местам, где можно видеть небо только сквозь решетку. Он мог стать таким, но не стал. Особенно теперь - когда трагически погиб Руслан от передозировки, а Марсель бросил наркоту и серьезно углубился в исламскую религию. К тому же работа держала Ратмира на плаву. Он мог оплачивать Венере учебу и платить за квартиру, мог позволить себе и ей более - менее нормально питаться.
Конечно же, он мог стать другим.
Но не стал.
Ради Венеры.
Ради Самиры.
Ради родителей... Он верил, что они смотрят на него оттуда и гордятся им.
Да, он не добился ничего, но смог остаться человеком. А в те годы это было отличным достижением.
И как бы это парадоксально не звучало, если бы в ту роковую ночь его родители не погибли, он, возможно, давно бы уже лежал в сырой земле, съеденный червями.
Возможно, он бы стал таким же, как многие пацаны с его района, обласканные любовью родителей - вечно пьяные и избалованные маменькины сынки, клянчащие из дома деньги. У них было все и поэтому они так и не узнали, каково это - добиваться всего самому.
Если бы в ту роковую ночь его родители не погибли, не было бы цели жить ради единственной родственной души - любимой младшей сестры.
Ратмир размышлял об этом, когда внезапно прозвучал гудок на обеденный перерыв.
Рабочие , сняв перчатки и защитные очки, тут же помчались в сторону столовой. Лишь Ратмир остался стоять у станка и задумчиво смотреть в окна фабрики. Оттуда в серое здание пробивался солнечный свет.
Артур, увидев Ратмира, подошел к нему.
- Это, Ратмир, мне неудобно говорить... Как насчет мне долг отдать?- сказал он.
Ратмир продолжал смотреть вдаль.
- Ратмир....?! Ты в порядке?
Ратмир, наконец, обернувшись к Артуру сказал:
-Что?
- Насчет долга мне вернуть...
- А, да, конечно...
Ратмир вытащил из кармана брюк уже приготовленные с утра деньги и протянул их Артуру.
- Что с тобой сегодня, друг?
- Да... Не обращай внимания... Просто Самира сегодня переехала в Москву, а я до сих пор не могу в это поверить... Хожу сам не свой.
- Переехала? Навсегда что ли?
- Получается, так... - ответил Ратмир, опустив глаза, - Представляешь, даже есть не могу. Никогда не думал, что со мной такое будет.
- Это любовь, приятель. А любовь так просто не уходит, даже если она далеко от тебя.
- Я верну ее... Непременно, - произнес Ратмир, - А пока постараюсь не думать об этом. У тебя то как дела? Как там Айнур поживает?
- Да я то нормально, как видишь. Айнур вот не совсем. Похоже, спивается и скуривается братан мой. Часто ведет себя странно. То ночью по кухне ходит и что - то сам себе бормочет, то может нож вытащить и что - нибудь грубое сказать. А потом взять и заржать. В эти моменты я стараюсь с ним не спорить, и вообще, не говорить. А то мало ли чего?
- Да уж... - ответил Ратмир, - Совсем все плохо.
- А сегодня он встал раньше меня и надушившись папиным старым одеколоном куда - то пошел. Я спросил его, куда. Он сказал, что на свидание. Какие у него могут быть свидания? Он же даже выглядит как бомж.
Внезапно диалог двух приятелей прервал тяжелый звук открывающейся двери. На пороге фабрики появились силуэты людей в милицейской форме. Среди них Ратмир сразу узнал местного участкового Сергея Андреевича. В голове Ратмира начали появляться разные панические предположения, с чего вдруг они пришли сюда.
Сергей Андреевич и два сотрудника в форме подошли к двум парням. Ратмир увидел в руках у участкового какую - то синюю корочку.
Затем участковый протянул корочку Ратмиру. Это был студенческий билет.
- Сегодня в парке недалеко от института было найдено это удостоверение. На имя Шигаевой Венеры. Это ведь твоя сестренка?
Ратмир раскрыл билет и увидел фотографию молодой, улыбающейся Венеры.
Его всего трясло.
Он ожидал самого худшего.
- Также была найдена и сама сумочка, в которой лежал этот документ, - произнес Сергей Андреевич, - Она пока на экспертизе. Возможно, на ней найдутся какие - то отпечатки.
- Что это за черт? - спросил Ратмир, - Что с ней могло случиться?
- Случиться могло всякое, - тяжело вздыхая, сказал участковый, - Но пока рано делать выводы. Мы занимаемся ее поисками. Кстати, Ратмир, как ты думаешь, у Венеры были враги?
- Да нет, - ответил Ратмир, - Кажется...
- Хорошо, - сказал Сергей Андреевич, - Ты пока доработай, а вечером я жду тебя в отделении. Мы пока продолжим ее искать. Может она просто выкинула сумку и гуляет где - нибудь.
Ратмир молча кивнул.
Сергей Андреевич развернулся и люди в милицейской форме покинули фабрику.
Ратмир тут же повернулся к Артуру и произнес:
- На свидание, говоришь, пошел...
- Ты думаешь, это он? Артур удивленно посмотрел на Ратмира.
- Я пока не знаю. Но узнаю. Пойду прогуляюсь.
- Подожди, я пойду с тобой, - воскликнул Артур.
- Не нужно, Артурчик. Я просто поговорю.
- Только делов не натвори. Даже если это он. Хоть он и скотина, но он мой брат.
- Все будет в порядке, - ответил Ратмир, - Прикрой меня пока здесь.
Конечно же, Ратмир, врал. Он знал, что ничего уже не будет в порядке. В голове его уже мелькали страшные картинки , а разум был затуманен. Ярость - вот что двигало им в этот час. Он шел в сторону заброшенного дома, где раньше часто видел Айнура и его банду. Интуиция говорила ему, что они там.
Вы знаете, что такое безнадега? Наверняка, многие из вас знают, а кто - то сталкивался с ней и в жизни.
Когда я женился на Самире, поначалу все шло хорошо.
У меня был любимый бизнес ( я занимался изготовлением мебели вместе с другом Марселем).
У меня была своя квартира в центре города ( старую я благополучно продал).
У меня была любимая жена и дочка.
Казалось, о чем еще может мечтать мужчина?
Но со временем я стал замечать свое чересчур страстное увлечение.
И это была не женщина.
Это был алкоголь.
Алкоголь манил меня к себе все чаще и чаще, а мое желание пригубить стакан другой было все сильнее и сильнее. Я просто не мог остановиться.
Конечно, все это произошло не сразу. Понадобилось около пяти лет, чтобы окончательно разрушить свою жизнь.
А также жизнь тех, кто был рядом со мной.
В итоге мой бизнес достался Марселю, так как и он уже не хотел со мной общаться и меня видеть. Он стал единственным хозяином нашей фирмы, а я , естественно дал согласие и подписал все бумаги на отказ от бизнеса. Ведь он заплатил мне кое-какую часть денег, которую я в ближайшую неделю благополучно пропил.
Жена поначалу пыталась меня вытащить из алкогольного "болота", но я упорно не хотел вылезать оттуда. Никакие кодировки и наркологические центры меня не спасали.
А затем она ушла. Собрала вещи и ушла вместе с дочуркой Ясминкой. Родители ее в это время уже жили в Казани и она переехала к ним.
В итоге мы окончательно развелись, ну а через несколько месяцев Самира встретила Рамиля.
Так я остался один. В полном одиночестве. В полной безнадеге.
Конечно же, в этом был виноват только я.
Со временем я странным образом излечился от зависимости. Проснулся рано утром и понял, что хочу жить. Хочу восхищаться красотой природы и наслаждаться пением птиц за окном. Хочу улыбаться прохожим и бегать вокруг поля. Хочу найти новые увлечения и знакомства. Хочу стать независимым от стеклянной бутылки с ядом.
И знаете, у меня получилось. Но было уже поздно.
Иногда мы проходим через боль ради того, чтобы стать свободными и отпустить все старое. Мы теряем самое дорогое, но находим что - то свое. То, что нельзя потрогать, но можно ощутить всем сердцем. Мы находим себя.
На улице было все еще темно и я, держа фонарик в руках, шел вперед. Сейчас , бродя среди голодных тварей, я понимал - что были в моей жизни времена и похуже. Вдали виднелся наш синий "Рено", который безнадежно застрял в грязи. Но там были запасные медикаменты, которые мне были просто необходимы.
Возле машины столпились зараженные и скребли по стеклам, словно мыши по крыше.
Они издавали протяжные хрипы.
Я достал свой топор и , когда был уже совсем к ним близко, в прыжке разрубил одному из тварей голову. Кровь потекла ручьем.
Остальные, впрочем как и всегда, меня совсем не замечали, и продолжали смотреть в окна машины.
"Что они, черт возьми, там увидели?" - подумал я.
Затем, долго не думая, я начал разрубать каждого, кто стоял у машины. Твари падали на грязную землю словно прогнившие дрова. Настолько их было много.
Они не успевали даже вскрикнуть и падали замертво.
Во многих из них я узнал своих соседей.
Наконец, я открыл багажник, чтобы взять препараты и услышал собачий лай.
Я посмотрел в салон. Внизу за сиденьем, скуля, сидел Талисман.
Черт бы тебя побрал! Да мы же Талисмана в машине оставили!
Талисман, увидев меня, громко залаял.
- Тише, дружок, -сказал я,- Щас уродцы набегут.
Я вытащил медикаменты с оставшейся едой и засунул их в небольшую сумку.
Затем я открыл дверь салона и Талисман выбежал на улицу, подбежав прямиком ко мне.
"Ну все правильно,- подумал я, - Попробуй просиди там почти всю ночь без еды и воздуха. С ума сойдешь!"
- Ты уж извини нас, дураков, совсем второпях о тебе забыли.
Талисман смотрел на меня так, будто это он провинился. Внезапно он залаял. Вдали были слышны зловещие крики зараженных.
- А теперь надо сваливать отсюда, - сказал я.
Я , держа в руках Талисмана, шел прямиком к выезду из деревни. Я помнил, что там у шикарного большого дома стояла дорогая машина одного богатого местного жителя, которые как говорили, был связан с мафией. И я решил уехать именно на ней. По пути мне попадались полуживые мертвецы. Кто - то из них стоял возле заборов, склонив голову, будто был в спячке. Кто - то сидел и доедал остатки домашнего скота. Теперь им были интересны и животные.
Поэтому я заранее обмазал Талисмана их же трупной плотью, чтобы они не смогли его учуять.
Я шел , не останавливаясь. Наконец, я добрел до этого самого дома. Машина марки "Ноnda Legend" стояла у гаража, будто уже ждала своего нового хозяина. Когда я подошел к ней, я понял, что она закрыта.
Я подошел к забору, который был высок, но не настолько, чтобы я не смог через него перелезть. Через минуту я был уже во дворе шикарного трехэтажного дома. Передо мной раскинулся большой зеленый сад и бассейн из мрамора, вода в котором была уже далеко не голубой. Я заглянул в воду и увидел , как на дне неподвижно лежат четыре трупа.
Похоже, что все они покончили с собой.
"Интересно", - подумал я, - Если хозяин был таким богатым, то почему за ним и его семьей не прилетел личный вертолет?"
На самом деле я понимал, что в мире, где властвуют зомби, деньги ничего не решают. С ними нельзя договориться. Их нельзя купить.
От них можно или убежать или бить им в головы, черт возьми!
Еще я подумал, а с чего вдруг они не стали зомби?
Видимо в воде этот закон не действует.
Я узнал хозяина по его лысине. Он лежал с краю бассейна. Без того толстый, он вздулся так, что стал похож на надувной шар.
Я снял с себя одежду и нырнул в воду. Талисман стоял и смотрел за происходящим.
Мне понадобилось около тридцати секунд, чтобы найти ключи и достать их из заднего кармана хозяина.
Слава богу они лежали в чехле , который похоже, был водонепроницаем. Ключи, вероятно, были сухими.
Хозяин продолжал неподвижно лежать.
Наконец, я вынырнул и увидел невообразимое. Прямо на меня, громко рыча, бежал огромный ротвейлер.
- Твою ж ты мать! - закричал я.
Не хватало мне еще умереть от разъяренной собаки.
Одежда моя лежала в двух метрах от бассейна.
Собака бежала с заднего двора. Было видно, что она очень проголодалась.
Первая мысль, пришедшая мне в голову- это нырнуть обратно. Но на деле я подскочил к брюкам и начал беспорядочно шуршать в карманах.
- Ну же, ну же....Твою мать!
Мои руки тряслись, а пальцы совсем не слушались.
Внезапно ротвейлера отвлек Талисман. Он смело кинулся на зверя в собачьем обличье, тем самым дав мне выиграть время.
Ротвейлер отбросил маленького пса , но пистолет Макарова уже был в моих руках.
Я выстрелил.
Здоровенное тело ротвейлера рухнуло в метре от бассейна.
Я облегченно вздохнул. Талисман радостно лаял, будто осознавал, что только что спас мне жизнь.
Я дал себе перевести дух, подошел к мертвому псу , сел возле него и двумя ногами толкнул его прямо в воду.
Теперь их семейка в сборе.
Я встал, оделся , взял на руки Талисмана , открыл высокую железную дверь и вышел к улице. Ключи были у меня в руках.
От моего выстрела зомби сбежались со всего округа. Но получается, что я их обманул. Ведь я не та пища, которая им нужна. Один проходящий зомби - старик резко к нам обернулся и я понял, что он пристально смотрит прямо на Талисмана.
Легким нажатием кнопки я открыл дверь салона и быстро закинул туда пса. Затем я сел сам.
Старик уже подходил к машине, издавая жалкие хрипы и протягивая свои покрытые волдырями руки.
Машина тронулась с места и я вместе с меньшим братом отправился обратно в город. Теперь моей целью была лаборатория, где я надеялся найти то, что сейчас было нужнее всего... Я надеялся найти ответы.
Ратмир шел по наполненному мусором пустырю прямиком к заброшенному дому. В нем жило только одно чувство - чувство мести. Он увидел стеклянную бутылку, лежащую у камня и разбил ее, взяв только горлышко.
Он шел все быстрее. Наконец, увидев вдали этот самый дом, он понял, что пришел туда, куда надо. На втором этаже дома были видны три силуэта , которые сидели, облокотившись об стену.
Ратмир шел молча, но внутри ему хотелось кричать. Кричать так, чтобы любой человек мог услышать его боль и страдание.
- Ааа, Ратмирчик! - крикнул со второго этажа Айнур, - Ну же, залезай к нам, будь гостем!
Ратмир, перешагивая через битые кирпичи и осколки камней, зашел в здание. В воздухе пахло тухлятиной и мочой.
Он шел по шатким ступеням прямиком к банде. В это время Айнур продолжал говорить:
А ты слышал такую народную мысль - незваный гость хуже татарина? А ты ведь еще и татарин, что вообще делает тебя самым ужасным гостем.
Ратмир поднялся и встал с тремя отморозками лицом к лицу.
Айнур был уже явно под "чем - то". Его красные глаза и сумасшедший взгляд говорили об этом.
Он расправил руки, будто пытаясь обнять Ратмира, и произнес:
- Здравствуй, мой давний друг. Давно ты не посещал наше скромное гнездышко.
Ратмир, пятясь назад и сжимая в руке "розочку" , которую он спрятал за спиной, сказал:
- Где она?
- Кто? - спросил Айнур, делая удивленный взгляд.
- Не делай вид, что не понимаешь. Где Венера?
- Ааа, кажется припоминаю, - ответил Айнур, - Это та, которую я любил? А ты ведь ее брат, который запрещал нам быть вместе? Или я что - то не помню?
- Послушай, мне все равно, что было раньше... Где она сейчас и что ты сделал с ней?
Айнур повернулся к своим людям и сделал кивок головой.
Они вытащили из кармана ножи.
- Опять, сука, с бандой налетаешь? Одному то страшно, блять.... Ты просто ссыкло, корчащее из себя великого лидера.
Ратмир плюнул в его сторону.
Айнур лишь ехидно улыбнулся в ответ и снова повернувшись к парням, сделал жест рукой, указывая в сторону. Парни засунули ножи обратно и отошли.
Айнур вертел нож - бабочку, а Ратмир сжимал в руке "розочку".
- А твоя сестренка отлично трахается,- ухмыльнувшись, сказал Айнур,- Породистая сука.
Они медленно подходили друг к другу.
Под ними в нескольких метрах была огромная дыра, внизу которой на первом этаже лежали камни, кирпичи и железные прутья.
- Ты мне за все ответишь... Сука...
Двое парней пристально смотрели друг другу в глаза, будто пытаясь уловить в них страх. Но страха не было. Ни у того, ни у другого.
В эту секунду Ратмир резко набросился на Айнура, но тот успел отпрыгнуть в сторону. Затем Ратмир почувствовал касание лезвия прямо по руке. Айнур его зацепил. Даже в таком состоянии он оставался резвым.
Ратмир вскрикнул от боли.
Это был бой в прямом смысле этого слова не на жизнь, а на смерть. Обоим было нечего терять.
- Знаешь, а теперь я понял одну истину, - продолжал говорить Айнур, медленно подходя к Ратмиру , - Любви нет. Есть животная страсть. И знаешь, я ей вдоволь насладился.
Ратмир больше не мог себя сдерживать. В нем кипела такая ярость, что ему было все равно, умрет он сам или нет. Главное, забрать с собой на тот свет и Айнура.
- А я наслажусь твоей смертью! Гори в аду, мразь! - закричал Ратмир и налетел на Айнура.
А затем он упал. Прямо на холодный бетон. Он чувствовал, как по животу медленно стекает теплая кровь.
Айнур склонился над Ратмиром, схватил его за волосы и сказал:
- Я буду рад, если ад существует. Потому что, ты такой же как и я и никогда не был ангелом. Просто наше отличие в том, что я не притворяюсь.
- Да... - прохрипел Ратмир,- Ты прав... Теперь я точно попаду в ад. Но позже.
Ратмир резко ударил Айнура ногой так, что тот не ожидая столь быстрой реакции, упал на пол, ударившись об лежащий камень. А затем Ратмир, ни минуты не колеблясь, подбежал к Айнуру и вот уже "розочка" разрезала его горло так, что тот, всхлипывая, но все еще пытаясь что - то сказать, дергался в конвульсиях. Затем Ратмир схватил полумертвого Айнура за плечи и потащил к пропасти. Вскоре послышался грохот упавшего тела.
Айнур неподвижно лежал посреди груды острых камней. Его глаза были открыты, а на лице все еще отчетливо виднелась зловещая улыбка. Но он был мертв. Теперь в воздухе помимо мочи, запахло еще и смертью.
Ратмир, держась за живот, обернулся к остальным отморозкам, но их будто и след простыл.
Он чувствовал слабость. Теплая кровь продолжала стекать вниз. В его голове мелькали различные картинки из его жизни: свидания с Самирой, игры в детстве с Венерой и родители - такие молодые и такие счастливые.
Его перестали слушаться руки, затем ноги, а вскоре и все тело.
А последними закрылись глаза.
Глава 20
Я никогда не верил в Бога. Он казался мне просто фантазией, которую давным давно придумали люди. Они просто не хотели признавать свои ошибки. Они не хотели быть ответственными за них. И тогда они придумали его. Чтобы взвалить все на его плечи.
Обидел друга - покайся.
Обманул отца - покайся.
Украл в магазине - покайся.
Убил человека - покайся.
Чувствуете разницу?
Вы знаете, я и сейчас в него не верю. Не верю как в творца и вершителя судеб. Не верю как в прокурора и судью.
Он часть нас.
Он где - то внутри нас.
Если бы человек всегда каялся, когда совершал неправедные поступки, то наверно, у него бы не хватило и целой жизни.
Он бы всегда стоял на коленях.
Я не каюсь. Ни в чем и никогда. Я делаю выводы и иду дальше.
У каждого свой Бог.
Мой Бог вел меня в лабораторию. Я оставил машину у ее входа.
Талисман громко лаял, будто чувствовал, что в ней таится зло.
Моя голова болела так, как будто в ней жили строители и работали там сутками напролет. Молотками и дрелью. А потом они засыпали часов на шесть. А потом снова вставали. И так бесконечно.
Лаборатория внушала страх. Высокое мрачное здание, состоящее из огромной серой стены с большим количеством окон со стальными решетками.
Я повернулся к Талисману:
- Ну что, дружок. Это наш пункт назначения. Нравится?
Талисман вновь залаял.
Ему не нравилось. Да и мне тоже. Но там я мог найти ответы на вопросы, которые копились во мне на протяжении всего пути.
Мы медленно пошли вперед. Даже Талисман, который совсем недавно кидался на огромного ротвейлера, спрятался за моей спиной, поджав хвост, хотя и продолжал идти.
Под ногами хрустели жутко пахнущие и гниющие конечности мертвых людей. Вероятно, многие из них покончили жизнь самоубийством. Я уже настолько к ним привык, что для меня этот хруст был подобен хрусту свежих хвойных веток в лесу.
Наконец , я вошел в здание. Талисман брел за мной следом.
Первое, что мне бросилось в глаза - это полное отсутствие зомбарей, хотя я чувствовал их трупный запах. Если бы не этот запах, то я бы подумал, что сегодня обычный день в какой - нибудь клинике, а работников просто отправили в корпоративный отпуск. Но этот запах... Он все расставлял на свои места.
Я шел с Талисманом по узкому коридору. Справа меня находились небольшие кабинеты с абсолютно прозрачными стеклянными стенами. Стены эти , подумалось мне, конечно же сделаны не из обычного стекла, иначе проникнуть туда было бы проще некуда.
Местами пол был покрыт разноцветным порошком и жидкостью. Каннибалы, конечно же, хорошо здесь повеселились.
Внезапно я услышал звуки быстро бегущих шагов. Они, кажется, доносились откуда - то с верхних этажей.
Это могли быть мертвяки.
А могли быть и люди.
В любом случае я должен был направиться наверх.
И я помчался на эти звуки.
Талисман громко лаял и бежал за мной.
Я увидел лифт. Но в зомби - апокалипсисе он был бесполезен.
Пришлось искать лестницу. По пути мне попадались разбитые колбы с разными порошками и растворами, лежащие посреди коридора. Не покидало ощущение, что их выкинули пару часов назад, так как в воздухе стоял такой резкий химический запах ингредиентов.
Наконец, я нашел лестницу, ведущую на верхние этажи. Я помчался по серым ступеням. Звуки , доносящиеся откуда - то сверху были еще слышны, но это уже были не бегущие шаги, а какие - то беспорядочные удары по чему - то стеклянному.
Я остановился на четвертом этаже. Удары теперь были слышны еще более отчетливо.
Я сразу понял, что происходит.
Пройдя несколько шагов, я увидел следующую картину:
Толпа зомби пытается пробиться в лабораторный кабинет. Я был прав, что он состоял не из простого стекла, потому что у них никак не получалось его разбить. Они громко рычали и издавали какие - то странные хрипы. А еще все они смотрели в одну точку.
Я подошел ближе к стеклу и увидел прижавшегося в угол молодого человека в очках и белом халате. Он сидел и дрожал. В его глазах читалось отчаяние.
А затем он увидел меня.
Ратмир открыл глаза. Свет, бьющий в окна больничной палаты, на пару секунд ослепил его и он понял, что был в отключке не меньше суток. Он плохо соображал и чувствовал внутри себя слабость. А еще он почти ничего не помнил. Но это длилось недолго.
Воспоминания приходили обрывками, словно фрагменты из какого - нибудь фильма.
Мебельная фабрика.
Пропавшая Венера.
Заброшенный дом на пустыре.
Банда отморозков.
Драка с главарем.
Убийство.
Неплохой сюжет для какого- нибудь остросюжетного триллера.
Но это было не кино. Вспоминая все это, Ратмир приходил в ужас и отчаяние. Он понимал, что как раньше ничего уже не будет.
Но в голове стоял главный вопрос - нашли ли Венеру?
Это волновало его больше всего.
Вдруг он услышал чей - то знакомый голос и скрип открывающейся двери.
- Я зайду к нему на десять минут, - говорил голос, - Скажите, чтобы пока никто не входил.
Это был участковый Сергей Андреевич.
- Пришел в себя? - сказал он, снимая фуражку и тихонько закрывая дверь.
Ратмир кивнул. А затем он потрогал свой живот. Он был забинтован.
- Ты счастливчик, - сказал Сергей Андреевич, подходя к койке Ратмира, - Тебя несколько часов оперировали. Попади тот парень тебе чуть левее или правее, не выжил бы. А с другой стороны... Тяжко тебе теперь придется...
- Я готов понести наказание... Вы скажите мне, Венера нашлась?
Ратмир ждал в этот день хоть какой - то хорошей новости.
Участковый опустил голову и тяжело вздохнул:
- Нет. Ни живой, ни мертвой.
На и без того красных глазах Ратмира начали проступать слезы.
Затем Сергей Андреевич окинул Ратмира сочувствующим взглядом и спросил:
- Ты уверен, что это был он? Он был причастен к пропаже твоей сестренки?
- Уверен, как никогда, - ответил Ратмир, - А остальных поймали?
- Да, двоих поймали. Вчера допрашивали, но они не признались. Говорят, что не видели твою сестру.
- Врут, твари... Айнур мне сам сказал, что это его рук дело... А они были с ним...
- Я верю тебе, сынок. Мы доберемся до истины. Но влип, ты конечно, конкретно.
- Знаю.
- В любом случае, ты сядешь. Тебе поможет сбавить срок только чистосердечное признание.
Ратмир смотрел в окно, а по щекам продолжали стекать слезы. Порывистый ветер срывал листья с белых берез и листья эти улетали в неизвестном направлении. Он не плакал так с момента, когда умер его попугай.
Теперь капитан Джон Сильвер не сможет помочь даже себе самому.
- Я все скажу.
- Вот и славно, парень.
Сергей Андреевич обнял Ратмира, будто родного сына, и, казалось, сам вот - вот заплачет.
Но вместо этого он сказал:
- Крепись. У тебя чертовски неприятная ситуация, но это еще не конец. У тебя впереди еще целая жизнь.
Я пробирался сквозь толпу ненасытных тварей и ловко рубил топором каждого на своем пути. Их головы словно баскетбольные мячи летели на пол и катились из угла в угол. Их кровь брызгала фонтаном, испачкав мне всю одежду. Кто -то даже пытался мне сопротивляться, но я шел до конца, ведь мной был проделан огромный путь. Я кромсал их так, словно это приносило мне удовольствие. Силы мои были на исходе, но тот парень в очках мог дать мне ответы.
Когда почти все зомбари были мной разрублены, я заметил, что несколько из них уже умчались вниз по лестнице за Талисманом. Я знал, что Талисман шустрый и вряд ли позволит этим упырям съесть себя.
Вскоре я переключил все свое внимание на парня, сидящего в углу комнаты.
Он судорожно дрожал и смотрел на меня, как на сатану, который пришел забрать его с собой в ад. Его глаза были полны страха.
- Открой мне дверь, парень! - кричал я, - Я не причиню тебе вреда!
Парень продолжал смотреть на меня, а затем поднялся и медленными осторожными шагами побрел в мою сторону.
Затем дверь стала медленно открываться и через несколько секунд я уже стоял в лабораторном кабинете.
Вокруг меня на широких полках "красовались" растворы, порошки, кислоты... Вспомнился школьный кабинет химии, но там не было такого разнообразия бутылей и пробирок с веществами.
А еще я увидел несколько трупов, лежащих возле парня в запачканных кровью белых халатах.
Парень некоторое время стоял , а затем сел и свернулся в прежнее положение, продолжая дрожать и смотреть в одну точку.
Я присел к нему и заговорил:
- Как твое имя, парень?
Парень в ответ лишь качал головой и что -то бубнил себе под нос.
- Ты слышишь меня?
Я слегка начал бить его по щекам, пытаясь привести в чувство. Через некоторое время я увидел, что он пришел в себя и собрался с мыслями.
Он виновато посмотрел на меня и произнес:
- Это полный провал... Зараза уже не отступит...
Он смотрел на трупы, лежащие возле нас.
- Это я убил их, - будто бы с насмешкой пробубнил парень.
Но затем его сумасшедшую улыбку сменило тревожное выражение лица.
- Что здесь произошло? - спросил я, наклонившись к парню еще ближе.
- А вы ... Вы разве не в курсе?
- Нет, - ответил я, - Я только знаю, что здесь пытались лечить людей от рака.
Парень лишь усмехнулся в ответ :
- Лекарство и было вирусом. Причина всей эпидемии. Лекарство, которое поставлялось нам от нашего русского коллеги из Южной Кореи, работающего с лучшими учеными там уже несколько лет. То есть изначально было известно, что это вирус... Но вирус , который поражает исключительно клетки злокачественной опухоли. Вы понимаете?
Я неуверенно кивнул, но кажется понимал, о чем толкует этот молодой ученый.
-Генномодифицированный вирус, - продолжал он, - Который использовался в большинстве на больных бездомных. Тридцать шесть пациентов с различными видами рака в стадии метастазирования стали жертвами эксперимента. Им ввели экспериментальный препарат JX-594, изготовленный на основе этого вируса. В результате у 8 пациентов, получивших наибольшие дозы препарата, вирус начал размножаться в злокачественных опухолях . А у шести человек сократился размер раковых опухолей и они перестали расти. А вот здоровые ткани вирус не поражал.
- И что было дальше?
- А дальше вирус каким - то образом мутировал. Смешавшись с раковыми клетками, он вырвался наружу в виде ужасных нелюдей, пожирающих человеческую плоть. Но и этого было мало. Вскоре многие стали заражаться через воздух. Вы наверняка в курсе, раз на вас одета маска?
- Да, это я успел заметить. А по какой причине они не трогают больных раком?
- Я могу лишь предполагать. Вот этот наш главный доктор, - он указал на лежащее рядом бездыханное тело,- Он мог ответить на многие ваши вопросы, и то не на все. Я думаю, что вирус стал частью раковых клеток и перестал распознавать вас, как пищу. Вы для него , как свой. Понимаете?
Я сделал удивленный вид.
- Меня ? Откуда ты узнал, что я болен?!
Парень усмехнулся и сплевывая накопившуюся во время разговора слюну, ответил:
- Ну, во - первых, выглядите вы хреново. Во - вторых, я же научный сотрудник в области онкологии и легко могу распознать больного.
Парень внезапно замолчал, уставившись на мрачные коридоры лаборатории.
- А в - третьих? - тут же спросил я.
- А в - третьих... А в - третьих, единственная причина, по которой человек может сюда прийти - это поиск лекарства... Но вам не повезло... Вы зря сюда пришли...
Он был прав. Хоть я и нашел кое - какие ответы, уберечь они меня вряд ли смогут. Теперь я должен был возвращаться к своей семье. Только возможность их спасения придавала мне хоть немного сил.
Я протянул руку пареньку и произнес:
- Поехали со мной. В безопасное место.
На глазах парня стали медленно выступать слезы.
Он молча развернул рукав и показал мне свое запястье. На ней красовался свежий укус.
Я понял, что его было уже не спасти.
Я тут же поднялся, чтобы уйти и услышал голос этого паренька:
- Егор.
- Что?
- Мое имя Егор.
Паренек опустил голову. Он мог в любой момент обратиться. Но я не стал его убивать. Вместо этого я сказал:
- Прощай, Егор.
А затем я вышел из стеклянного кабинета, оставляя за спиной бывшего перспективного научного сотрудника, а ныне обреченного на превращение или смерть человека. Без надежды на спасение и без веры в будущее.
Когда я вышел из лаборатории, то сразу направился прямиком к машине. Мне в нос впился резкий запах тухлятины, перемешанной с кровью. Поднимающийся ветер только усиливал витающие вокруг "ароматы". Когда я начал подходить к машине, то увидел возле нее одного из голодных уродов. Он держал в руках что - то черное, покрытое шерстью и жадно поедал. Я понял, что это был Талисман. Видимо, он бежал к машине, чтобы запрыгнуть в нее, но она была закрыта.
Я достал пистолет, взвел курок и выстрелил в упыря. От такого выстрела черные вороны, поедающие вокруг мертвую плоть, разлетелись в разные стороны.
Я не смог выручить друга, который выручал меня не раз.
Не покидало ощущение, что не стало очень близкого мне человека. Не грязную дворнягу, а именно человека со своими мыслями и планами на будущее. Талисман прошел со мной длинный путь.
Многих людей я бы хотел забыть, но об этой бесстрашной собаке я буду помнить всегда.
Она будет частью моей истории... Истории о больном человеке, который не отчаивается и надеется, что сможет спасти свою семью в мире, который поглотила мгла. Но человек этот верит в счастливый финал. И он сделает все, чтобы добиться этого, несмотря ни на что. Когда зло настроено против жизни людей на земле, вера - единственный ключ к человеческому спасению.
И я знаю, что кроме нас, есть еще много выживших, которые готовы бороться до конца.
Глава 21
Спустя два года после последних событий.
Осень пришла внезапно. Дни стали короче, а ночи длиннее. На высоком бетонном ограждении колонии гирлянда фонарей стала загораться уже в пять часов вечера. Желтые листья кружились у самого забора и улетали в неизвестном направлении, будто души заключенных, решивших навсегда покинуть эти злосчастные места.
Ратмир который день думал - а возможно ли все исправить? Сможет ли он стать прежним? Сумеет ли он простить судьбу за столь тяжелые удары?
Он не знал ответов на эти вопросы.
Вот уже более полутора лет после перевода из СИЗО в колонию он сидит в грязном вонючем бараке среди таких же как он - пропавших и ненавидящих внешний мир и гражданскую систему людей и проклинает весь свет. Да, он может выходить на улицу, пусть и в строго определенное время. Да, он может жить и дышать свежим воздухом, но для чего ему это все, когда там , снаружи, нет никого, кто бы ждал его?
Венеру так и не нашли. Было множество попыток отыскать ее живой или мертвой, но безрезультатно. Возможно, ее давно уже съели черви где -нибудь в лесу за городом.
Приятели Айнура так и не сознались в причастности к преступлению. Во время следственного процесса и их нахождения в изоляторе один из них повесился в туалете, а второй был зарезан во время драки с одним из опасных, но авторитетных заключенных.
Эти парни унесли с собой в могилу всю правду о том злополучном вечере.
Во время следственного и судебного процесса у Ратмира не было практически никого, кто бы мог ему помочь. Единственные, кто хоть как - то поддерживали его - это бабушка с дедушкой, но денег на хорошего адвоката у них не было и вскоре за дело взялся Марсель. К тому времени он был ярым правоверным мусульманином и у него уже был свой бизнес по разведению домашнего скота. Он сам то не встал еще на ноги, но все же потрудился найти для Ратмира неплохого адвоката.
Но этого было мало.
По отпечаткам пальцев Айнура было доказано, что он держал в руках сумку Венеры, а значит был в этот вечер с ней. Так же его младший брат Артур дал показания , что его старший брат тем же субботним утром, напившись спиртного и надушившись одеколоном, сообщил, что идет на свидание. Были и другие свидетели ( Марсель и сам участковый Сергей Андреевич), рассказавшие, что знали о непростых отношениях Венеры и Айнура и что у последнего было по сути множество мотивов для убийства.
Но все это не отменяло того факта, что Ратмир убил человека.
Другой вопрос - какой срок бы он получил, если бы все пошло по плану.
Но план не сработал. Адвокат, усердно пытавшийся доказать, что Ратмир был в состоянии аффекта, не смог убедить судью. Во - первых, Ратмир шел на это осознанно, а во - вторых , он не мог быть на сто процентов уверенным , что она убита, ведь тело ее не было найдено, а значит она числилась без вести пропавшей.
И Ратмир отправился в колонию общего режима на долгих семь лет.
И вот уже два года он сидел и думал о своем будущем. Будущем, которое казалось ему туманным. Что ждет там, в современной цивилизации человека без семьи и хорошей работы? Человека с искалеченной душой?
Иногда его посещали мысли о самоубийстве.
Но он старался их отгонять.
В один из обыкновенных дождливых дней Ратмир получил письмо.
Он получал письма от Марселя, от бабушки с дедушкой, но когда он взял в руки конверт, то понял, что его написал кто - то другой.
Через несколько секунд он узнал почерк.
Это был почерк Самиры.
Ратмир нервно открыл конверт, развернул листок и прочитал:
"Привет, орел! Пишет тебе, как ты уже понял, твоя Самира. Знаешь, каждый день я думала о нас. Думала о наших встречах и о том, как могло все у нас сложиться. Но сложилось так, как сложилось. Несколько раз я писала тебе письма, но не получала ответа. Родители, как ты знаешь, у меня строгие, и не давали мне ту свободу, которую я бы хотела. Я даже не могла уехать из города. Да, я знаю, что они желают мне только добра. Но я часто думала о тебе. Наконец, получив диплом, я решилась приехать в наш родной город. Я долго ждала возможности зайти к тебе и все расставить по местам. Но я боялась. А вдруг ты уже женат? - думала я тогда. Вдруг ты не захочешь со мной разговаривать? Как тогда я буду себя чувствовать?
Каково же было мое удивление, когда на улице я случайно встретила Марселя и услышала всю эту ужасную историю. Мне очень жаль Венеру, ведь она и мне была почти как сестренка. Мне очень жаль, что все так вышло. Ты был честен перед собой и многие на твоем месте поступили бы точно так же.
Я очень много переживала насчет того, что я должна тебе сказать. Я писала об этом в самом первом своем письме, но ты не имел возможности мне отвечать. Я не знаю, как ты на это отреагируешь, но ты должен знать. У тебя растет дочь. Ясмина... Помнишь, тебе нравилось это имя? Помнишь, мы мечтали о большой семье и собственном доме с чудесным садом и чистым бассейном, вокруг которого будут бегать наши счастливые дети?
Ясмина была зачата во время нашей с тобой последней ночи перед моим уездом. Когда я узнала, что беременна, я не знала, что мне делать. Планы родителей о моей учебе на очном отделении провалились. Но вскоре я перешла на заочное, а папа с мамой постепенно полюбили Ясминку. Родители знали, что ты отец ребенка, но мой папа если кого - то не взлюбил, то это навсегда. Он говорил, что мы и сами справимся, раз ты не отвечаешь на письма. Сейчас ей год и три месяца и она очень шустрая и общительная. А еще она очень похожа на тебя... И чем взрослее она становиться, тем больше я узнаю в ней твои черты...
Много писать не буду. Ясминку еще нужно покормить. Я жду от тебя ответа. Пиши на обратный адрес.
Твоя Самира".
Ратмир долгое время не мог прийти в себя после прочитанного. Его захлестнула волна счастья и недоумения одновременно. Как жестока все - таки судьба и как она одновременно удивительна. Когда, казалось, надежды на будущее нет, она вдруг приходит на какой - то бумаге и кардинально меняет твою жизнь.
У него нет ничего, но только в этих серых стенах. А там, за решетками, теперь есть семья. То есть люди, которые в будущем смогут стать семьей. Настоящей и крепкой. Если он все сделает, как надо и ничего не испортит.
Ратмир вытер скатившуюся по щеке слезу и тут же принялся черкать ответ.
Так началась их переписка.
Непросто водить машину, когда голова мучительно стонет от внезапных болей. Я остановился у пустой и разваленной остановки с небольшим магазином. Когда я вводил себе очередную инъекцию препарата, то чувствовал пусть и небольшое, но облегчение. Сделав, наконец, свое "наркоманское" дело, я вспомнил об обещании привезти Рустам абыю что - нибудь из спиртного. Я вышел из машины. Тучи накрыли синий небосвод и дождь обреченно бил по крышам зданий. В город еще не пришло утро, да и фонари не радовали улицы Казани своим светом. Лишь сверкающая гроза открывала моему взгляду множество силуэтов, идущих в мою сторону. Эти черные силуэты были разных типов - толстые и худые, высокие и низкие. Кто - то без рук, а у кого - то вроде бы все было на месте, но их выдавала хромающая нечеловеческая походка.
И все они шли мимо меня.
Город стал им неинтересен.
И они решили покинуть его.
Сотни зараженных уходили из города в поисках свежего мяса.
Я забежал в магазин. Он уже был полупуст. Скорее всего, такие же как я люди, запасались едой и уезжали подальше от этих адских мест. Но алкоголя было предостаточно. Я захватил несколько бутылок, немного еды с водой и вышел из магазина. Один из зараженных уставился на мою машину. Он будто видел в зеркале свое отражение и негодовал. Как всего за пару недель, из успешного бизнесмена он превратился в обтянутого кожей инфицированного мудака? Как, объясните мне, ученые и доктора всего мира?
Он стоял неподвижно около минуты, а затем последовал за стадом голодных уродов.
Я жадно отпил несколько глотков виски в надежде, что это даст мне облегчение.
И действительно, мне будто бы стало легче.
Так тепло в животе и голова вроде бы больше не болит.
Я сел в машину и отправился к своей семье.
Конечно же я думал, для чего я вообще туда еду?
Ведь я почти труп и могу откинуть копыта с минуты на минуту.
Но я не мог по - другому. Я должен был знать, что с моей семьей все в порядке. Я должен был их защитить.
Иначе никак.
В этом чертовом зараженном вирусом мире любовь моей семьи будто - бы была для меня аппаратом поддержания жизни.
Внезапно я увидел, как на дорогу выбежала маленькая девочка лет десяти. Она была как две капли воды похожа на Ясмину.
Я остановился в пяти метрах, не доезжая до нее.
Вся мокрая от дождя, в одном платьице и с босыми ногами, девочка стояла и дрожала.
Я облегченно вздохнул, потому что увидев ее на достаточно близком расстоянии , я понял, что эта маленькая дитя не Ясмина.
Я вышел из машины и пошел к ней навстречу.
Она все так же молча и неподвижно стояла на мокром асфальте, опустив голову.
- Девочка? Ты в порядке? - спросил я ее, - Пойдем со мной, девочка.
Она стояла и тихо плакала. Я не видел ее лица, но слышал ее жалобный плач.
- Девочка?
А затем она подняла голову и я увидел ужасное:
Вместо глаз у нее были пришитые детские пуговки, а рот был небрежно зашит нитками. По ее бледным щекам стекала кровь, смешанная с каплями дождя.
Она шла ко мне и пыталась открыть рот и заговорить, но у нее не получалось. Но вдруг будто бы внутри нее послышался громкий издевательский голос:
- Вы и есть зараза! А мы лишь очищаем нашу планету от нее! От такого ненужного мусора, как человечество! Сколько зла вы причинили Земле? Теперь почувствуйте сполна, как жестока наша месть!
Ветер становился все сильнее, а грозы стали сверкать повсюду. В эту же секунду послышался страшный гром.
Я упал на землю, закрыв уши руками. Впервые страх меня заковал настолько, что я не мог ничего предпринять. Я просто сидел на сырой земле и ждал смерти.
Но смерти не последовало.
Потому что, когда я открыл глаза, девочка исчезла.
- Это чертовы виски, перемешанные с лекарствами, так влияют на мое и без того больное сознание, - подумал я.
Стряхнув с себя грязь, я сел в машину и отправился в путь. До деревни было еще несколько километров и я заметил бегущих по полю зомбарей. Полчища кровожадных тварей бежали прямиком туда, где посреди пустых домов стоял дом, в котором находилась моя семья.
Я должен был торопиться.
Теперь была важна каждая секунда.
Я прибавил газу и стрелка спидометра дошла до отметки 200 километров в час. Я летел словно ветер, но и не забывал о безопасности. Благо, дорога была ровной , а зомбари почему - то бежали по полю, а не по самой дороге. Инстинкт самосохранения, мать его.
Наконец, впереди я увидел знакомые дома. Толпа зараженных, бежавшая с города, осталась далеко позади и у меня было время на то, чтобы что - нибудь придумать. Я понимал, что в нашем доме нет надежного укрытия при атаке такого количества каннибалов.
Когда я проезжал деревенские улицы, то слышал в некоторых домах душераздирающие крики людей. Видимо, выжившие все же здесь были, но их становилось все меньше. Голодные зараженные врывались в дома и нападали на мужчин, женщин, детей и стариков.
Им не было разницы, кто перед ними. Еда есть еда.
Добравшись до места, где кончается асфальтированная дорога, я вышел из машины, взял все необходимое и помчался к дому. Казалось, дождь и вовсе не прекращался, потому что стало еще грязнее, а лужи на неровной земле превращались чуть ли не в пруды. Еще не были слышны крики зараженных. Видимо, им было чем полакомиться в начале деревни.
Я бежал быстро, хоть и силы мои были на исходе.
Когда я выбежал на тропинку, ведущую к дому, то заметил, что свет от керосиновой лампы, который раньше отражался с окон на дорогу, больше не горит.
Это был тревожный звонок.
Наконец, подойдя к воротам, я залез на забор и перепрыгнул через него.
Сначала я не заметил ничего такого, что могло бы меня насторожить. Вроде бы все тихо и ровно...
Но это только сначала. Прислушавшись, я понял, что здесь что - то не так. Подходя к парадной стороне дома, я все отчетливее слышал какие - то странные хлюпающие звуки.
А затем я увидел невообразимое.
Возле входной двери сидел Макс. То есть то, что когда - то было Максом. Он сидел и громко чавкал, как голодная кошка, поймавшая мышь. Но в эту секунду меня больше волновало, кого он так жадно поедал...
Глава 22
Ворота колонии со скрипом открылись и Ратмир вышел на освещенную прожекторами улицу. Заполненный людьми город находился далеко от поселка и лишь громко лающие бродячие собаки напоминали о жизни за пределами бетонных стен. За спиной Ратмира висела тяжелая сумка с вещами, в которой были различные вещи от одежды до подделок, которые он мастерил на протяжении почти семи лет. А еще в сумке хранились письма - от бабушки и дедушки, от Марселя, но больше всего было писем от Самиры. Когда она первый раз написала ему, он незамедлительно ответил. Их переписка продолжалась долгих пять лет и за это время Ратмир старался узнать все из жизни Самиры и его дочки Ясмины. Они приезжали к нему несколько раз в год на длительные свидания и по несколько дней проводили время вместе, вспоминая прошлое, наслаждаясь настоящим и строя планы на будущее. У них было все для счастья. Все, кроме свободы Ратмира.
Но теперь он шел по узкой тропинке вдоль длинной серой стены навстречу к новой жизни. Он больше не был узником. Воздух был пропитан свободой и Ратмиру хотелось кричать от счастья. В это время он вспоминал, как ему вторили другие заключенные - мол, выходя на волю из тюрьмы, ты вновь становишься пленным. Ведь в большом мире ты больше не хозяин.
Но Ратмир чувствовал, что хочет жить. Жить счастливой жизнью вместе с близкими людьми. Он чувствовал, что хочет наслаждаться каждым прожитым днем, несмотря на любые трудности. Он верил, что выходя из тюремного мира он вновь станет своим.
Своим в мире свободы.
Когда он уже был за пределами колонии, то вдали заметил два силуэта - женщины и ребенка. Подойдя ближе, он узнал в них Самиру и Ясминку. Он знал, что они должны его встретить, но не ожидал их увидеть вблизи колонии.
Самира стояла и улыбалась.
Ясмина медленно пошла в сторону отца.
Ратмир не мог сдержать слез. Они хлынули неконтролируемым потоком эмоций.
Шаги Ясмины были все быстрее.
- Папа! - кричала счастливая Ясмина. Теперь она бежала так быстро, что , казалось, ветер вот -вот поднимет ее на воздух и унесет куда - то в безграничное небо.
Через несколько секунд отец с дочерью крепко прижались друг к другу и казалось, уже ничто не сможет их разлучить.
- Папа! - улыбаясь, говорила Ясмина, - Теперь ты им ничего не должен?
Она указала на колонию, угрюмо стоящую позади Ратмира.
- Не должен, детка,- улыбаясь в ответ сказал Ратмир,- Теперь я свободный и всегда буду рядом с вами.
В это время к ним подошла Самира.
- Ну, что, орел, что теперь будем делать?
Ратмир обнял Самиру, гладя ее по нежным щекам, заполненных слезами и произнес:
- Строить новый мир.
Погода стояла пасмурная и в эту секунду с неба начал лить сильный дождь, но воссоединившейся семье было все равно.
Эта семья была счастлива.
У этой семьи было будущее.
А почем такой семье дожди, бури или снега?
***
Конец был близок.
В моей голове всего за каких -то пару секунд всплыли обрывки воспоминаний, словно потоком цунами ворвавшихся в мое сознание. Я вспомнил всех людей, которых я встретил на протяжении своего пути...
Эти люди останутся в моей памяти, даже когда меня не станет. Они уйдут, если хотите, частицами атомов, проникнув в мой умирающий организм. Они останутся в моем теле даже тогда, когда его сожрут черви и от него не останется ничего живого. Мой прах, состоящий из всех, кого я любил, с кем разговаривал и кем дорожил со временем подхватит ветер... Могущественный, неподвластный никому и ничему, он унесет его куда - то далеко за океаны. Мой прах будет плыть в воздушной атмосфере словно бумажный змей, который пустил тридцать лет назад один маленький мальчик.
А затем прах растворится, словно его и не было.
Эти люди исчезнут вместе со мной.
Но останутся частью моей личной вселенной.
Теперь я стоял один под проливным дождем и смотрел вперед. Приближался рассвет и моросящие капли били меня по лицу, будто пытаясь оживить. Но они были не способны предотвратить неминуемое.
Я стоял и смотрел на существо, которое когда - то называлось Максом. Оно повернулось ко мне, что - то жадно поедая и чавкая, словно голодная гиена. На нем больше не было маски и я увидел его окрававленный рот. Его лицо настолько было измазано какими- то мерзкими кровавыми кусками, что я даже не мог разглядеть шрам у его рта.
Затем он снова продолжил трапезу.
Кого он мог поедать?
Я приблизился к нему , сжимая в руке топор и тяжело вздыхая, прошептал:
- Прощай, мой друг.
В этот же миг холодная сталь коснулась его мясистой шеи и голова , упав на промокшую траву, покатилась куда - то к собачьей будке, где раньше весело гавкал мой пес Амур.
Тело, больше не способное жить, упало рядом с обглоданной фигурой.
Я подошел ближе и облегченно вздохнул.
Макс поедал ту самую ведьму, которая некоторое время назад чуть сама его не задушила.
Инстинкт мести... - подумал я.
Теперь мне было важно знать, где моя семья.
Я посмотрел на пустые и темные окна дома, но там была абсолютная тишина. Такая мрачная, но в то же время такая спокойная... Мне начинало казаться, что они просто все устали и спят в уютных кроватках, чтобы проснуться утром и продолжить свои обыденные дела.
Но мои иллюзии прервал чей - то знакомый голос:
- Ратмир, мы здесь...
- Самира?
Дверь парадного входа стала медленно открываться и я увидел испуганных Самиру с Ясминой. Со страхом смерти в глазах, они стояли и смотрели на меня, будто бы и я был для них угрозой. Самира прижимала к себе Ясминку .
- Ратмир, слава Богу, ты вернулся....
- Что здесь произошло? -спросил я.
Внезапно за моей спиной будто бы из ниоткуда появился Рустам абый. Запыхавшийся, он стоял с сигаретой в зубах и держась за шею , произнес:
- Макс был совсем плох. Он откинул копыта прямо во дворе. Я вышел посмотреть , что с ним. Пока осматривал, он вдруг ожил и цапнул меня за шею. Я еле убежал от него и заперся в бане... Затем он почуял ведьму в сарае и сожрал ее.... А вообще, Ратмирчик, предупреждать надо о таких форс - мажорах...
Я не знал, что ответить.
Самира с Ясминкой встали за моей спиной. Ясмина взяла меня за руку.
Рустам абый , тяжело дыша и громко кашляя, продолжал говорить:
- Твоя семья жива. Я выполнил свое обещание. Теперь выполни свое. Один хрен, жить мне недолго осталось...
Я подошел к месту, где выкинул сумку, вытащил полную бутылку виски и протянул ее раненому старику.
- Прости, абый, - произнес я, - Прости, что все так получилось.
- Да ничего, - ответил Рустам абый. Он открыл бутылку и начал жадно поглощать содержимое.
Вдали послышался рев зараженных. Похоже, они бежали прямиком к нам.
- А теперь поторопитесь, - сказал он, - Здесь вам не укрыться. Бегите на гору. Как ты знаешь, через пару километров от горы начинается другая республика. Ты понимаешь? Может быть там вы найдете спасение.
Я смотрел на абыя и стоял, как вкопанный, вместо того, чтобы бежать.
- Ну, чего стоите! Бегите! - прокричал Рустам абый, - Или хотите сегодня сдохнуть?
Моя голова раскалывалась и я почувствовал головокружение. Не хватало еще, чтобы я умер тогда, когда больше всего нужен семье. Повернувшись к Самире, я произнес:
- Бегите и не оглядывайтесь назад. Я буду бежать сзади.
- Папа, мне страшно...- крепко сжимая мою руку, сказала Ясмина.
- Все будет хорошо, милая.. Я обещаю...
- А я вас всех прикрою, - сказал Рустам абый, выкинув полупустую бутылку за ограду огорода.
Теперь все зависело только от нас.
Через несколько секунд мы стояли на тропе у порога дома. Тропа вела нас на зеленую гору, где еще совсем маленьким я бегал по неровным холмам и ловил ящериц. Но теперь жертвами были мы.
Из угла нашей некогда нетронутой улицы показался первый зараженный. Рустам абый, вытащив пистолет, который, по - видимому, взял у Макса, сказал:
- Удачи Вам.
Я хлопнул Рустам абыя по плечу и мы помчались вперед к зеленой горе.
Сзади слышались беспорядочные крики уродов, чуявших свежее мясо.
Самира, держа Ясмину, бежала как могла. Но Ясмина не успевала. Бег был слишком медленный. Чего еще я ждал от маленькой испуганной девочки? Я схватил Ясмину и на бегу взвалил ее себе на плечи.
Послышался первый выстрел. Похоже, зараженные уже добежали до нашего дома.
Но мы были уже на горе и продолжали двигаться к возможному спасению.
Затем мы услышали душераздирающий крик. Похоже, это был последний крик старого доброго дяди Рустама.
Вы знаете, что такое безнадега?
Я думаю, многие из вас сталкивались с ней в жизни. Но бьюсь об заклад, никто из вас не переживал подобное.
Безграничное поле , трое бегущих людей и целая орда нечисти, жаждущей вкусить человеческую плоть.
Максимум, с чем вы могли столкнуться - это преследующий вас маньяк в темном переулке.
Солнце вот -вот должно было показать свои первые лучи, но серые тучи не давали ей этого сделать. Мы бежали в надежде, что в эту же секунду появится кто - то с белыми крыльями и нимбом на голове и заберет нас с собой. Или снизойдет Зевс с древнегреческого Олимпа и пустит свои молнии в толпу каннибалов. Ну или хотя бы прилетит вертолет и заберет нас куда - нибудь в закрытый город, полный живых людей.
Но никого не было.
А запах нечисти был все ближе.
Я опустил Ясмину на землю и упал на промокшую от дождя траву. Голова моя раскалывалась и мне хотелось кричать от такой адской боли. Я чувствовал, что умираю.
- Дальше без меня, я прикрою...- прохрипел я, держась за голову.
- Папа, папа, нет! - слышал я голос рыдающей девочки, - Мы не уйдем без тебя....Беги с нами, прошу!
- Малышка, папа вернется, бежим, - послышался голос Самиры. В этот же миг она взяла рыдающую девочку на руки и продолжила бег.
А я остался лежать на сырой и рыхлой земле.
Зомби были уже где - то в десяти метрах от меня, но я был в каком - то смутном и бредовом полусознании и ничего не мог сделать. Они издавали разные звуки - женские писклявые визги и мужские зловещие хрипы. Все они сливались в один.
А затем появился свет.
Он пришел будто - бы из ниоткуда, как появляется утро, когда ты ночью , казалось, только - только закрыл глаза.
Он пришел как приходит рассвет с первым пением птиц, что летают над зелеными деревьями и звонко напевают, будто и не знают , что за ужасы происходят в мире. Они просто живут своей жизнью где - то в поднебесье.
Он пришел словно сын Божий приходит на рассвете за спасением человечества.
Но это был не мессия.
Это был корабль - странной треугольной формы черного цвета, светящийся яркими голубыми огнями по всему периметру. Он повис практически над самой поверхности земли и я увидел медленно опускающуюся лестницу, которая переливалась синим неоном прямо перед моей семьей.
Я хотел кричать, но не мог произнести ни слова...
Зараженные бежали мимо меня, а некоторые из них пробегали прямо по мне, топчась то по голове, то по ногам, то по всему телу.
Я не мог понять, что происходит.
Но я видел, то что видел.
Корабль забрал мою семью.
А я втоптанный в грязь продолжал беспомощно лежать на холодной земле.
***
Открыв глаза, я понял, что лежу там же, куда и упал. Я не знал, сколько прошло времени. Моросящий дождь мелкими каплями продолжал биться об и без того заполненную лужами землю. Было так пасмурно, что казалось, утро не наступит никогда, хотя ночь была уже далеко позади. Я огляделся по сторонам - никого. Ни зараженных, ни моей семьи.
Я поднялся из последних сил и увидел вокруг множество следов. Тысячи следов.
Скорее всего, зараженные побежали далеко за гору, чтобы хорошо полакомиться , ведь там начиналась другая республика. Возможно, там были военные и места эвакуации... Но все это теперь было неважно.
А вдруг мне все это снится или, быть может, это очередные галлюцинации?
Но я четко видел приземляющийся инопланетный корабль. Он забрал мою семью с собой. Но для чего?
Чтобы спасти их?
Или сделать с ними что - то ужасное? То, что за пределами человеческого разума?
Я смотрел на хмурое небо в надежде, что увижу этот корабль. Но ничего не происходило. Лишь мелкие капли продолжали литься с неба и напомнили мне теплый душ в большом доме, посреди огромного чистого бассейна, вокруг которого бегают маленькие дети и громко смеются над женщиной у плиты, облив ее с пластиковой бутылки теплой водой.
Одна из детей - маленькая девочка с черными, как ночь, волосами бежит к отцу , который возвращается с работы. Бежит , спотыкается и падает... Но забавно смеясь, снова встает и продолжает бежать.
Он хочет ее обнять, но она лишь касается его рукой, отбегает назад и весело беззаботно кричит:
- Папочка, теперь твоя очередь догонять!
Я зажмурил глаза.
Затем открыл.
На деле я стоял один посреди безграничного поля. Где - то далеко шелестели листья на деревьях и волны на озере качались из стороны в сторону. Над озером возвышался утес и я медленно направился прямиком к нему.
Еле дыша, я взобрался на вершину утеса, встал спиной у самого обрыва и ... отпустил себя.
Мне казалось, что я лечу очень долго, потому что я успел вспомнить все хорошее, что было со мной. А хорошего было много...
А затем я почувствовал, что тону... Тону, но вдыхаю аромат горного воздуха. Умираю, но ощущаю прилив сил. Через какое-то мгновение меня больше не станет , но я чувствую себя самой значимой частицей этого мира...
А еще где - то на поверхности воды я вижу яркий приближающийся свет голубого оттенка.
Я медленно опускаюсь на дно, но свет становится все ближе и начинает резать мне глаза.
Последнее, что я помню - это невероятно тонкая длинная рука, которая тянется ко мне и каким - то необычайно странным голосом говорит:
- Большой и маленький человек просили нас вернуться за вами. Добро пожаловать на наш борт, Ратмир.
Конец истории.
Автор: Алмаз Нигма
