Ученик Мага или я не волшебник, я только учусь.

Invisiblefan·8 Aug 2022

Собрав образцы с помощью омниаметера, благо у него имеются свои маленькие колбы, на случай, всё-таки прибор измерения. Иду дальше, к такой не к месту деревянной двери, посреди до-Схождённого бомбоубежища. Перехватываю Истязателя поудобнее, стаю сзади со снайпером, за спиной Бригширата, штурмовики встали по обе стороны двери. Все переглянулись и командир выбивает дверь а негры тут же врываются внутрь. Перед нами был обычный, правда большой зал. В нём находились книги, пергаменты, всякие устройства а ещё посреди этого места находилось небольшое дерево. Примечательно оно было тем, что оно имело форму крюка, как мясницкий для подвески туши, ствол дерева был будто переплетением каких-то щупалец. Опять щупальца. Корни из плоти немного выглядывали из-под каменных плит, было видно, будто они что-то впитывают. С веток дерева капала оранжево-коричневая жидкость, и только сейчас я обращаю внимание на свой измеритель, на котором мерцает надпись «Новый максимальный уровень излучения Хаоса». Проще говоря, прибор зашкаливал. Будто чувствуя это, Бригшират коротко произнёс: — Уничтожить тут всё.

— Постой-постой. Не так быстро. Что это вообще такое? Ты такое видел? — поднимаю палец вверх я.

— Да. Это росток Хаоса. Чем он больше, тем сильнее его влияние на мир. — не сводя глаз с дерева ответил Отец Легионов.

— Откуда ты это знаешь?

— Лучезарный подарил нам это знание. — с этими словами он вскинул свой пистолет-жаровню.

— Постой же! Дай мне взять образцы! Нужно это изучить.

— Не советую прикасаться. Его аура тебя аннигилирует. Был умник в отряде до тебя.

— Что с ним стало? — занервничав интересуюсь.

— Тоже пытался оторвать веточку. Вот только веточка брызнула в него эту жидкость, и он стал в тех местах просто исчезать, куда попала эта дрянь. Пока не исчез совсем.

— Как он это пытался сделать?

— Руками, как же ещё?

— А когда вы расстреливаете дерево, оно не плюётся этой хаотической пакостью?

— Нет, оно просто увядает и умирает, пожирая само себя.

— Странно. Похоже Сила Хаоса имеет ограничения здесь. Типа как наша Вселенная давит на неё своим влиянием…

— Хватит теорий, пора покончить с этим. — с этим словами они вскидывают стволы и открывают огонь.

Под оглушительный звук выстрелов и неестественные стенания, судя по всему Ростка Хаоса, я пытаюсь хоть мельком прочесть книги, находящиеся здесь. Та-а-кс, что у нас тут? «Энергия Хаоса», эту возьму, «Вытяжки из биологических исследований», эту тоже, «Поэзия разрушения», ну…ладно, пусть уже, «Чернильница пламени», название какое интересное, беру. Дальше, «Суккуб фильм», ну уж нет, «Поэзия 21-го века», тоже нет, «Дракула, дракон ада», вряд ли что-то полезное, «Алхимия», это и так у нас есть, «Заметки жреца Вельбига», беру. Ещё кучка книг, «Алхимия Ростка», хмм, шестое чувство подсказывает что нужно брать, «Иребус, пришедший из Хаоса» беру, «Тёмные знаки», не знаю что это, но беру, «Предел лживого Творца», это нужно брать, «Медитация протуберанца», что ещё за? Книги есть очень большие и тяжёлые как сто чертей. Кстати а где мой бес?

— Бартоломео?

— Я тут босс. — отозвался он.

— Ф-у-у-х, рад видеть тебя живым.

— Всегда пожалуйста.

— Почему я не видел и не слышал тебя в сражении?

— Ты был занят другими вещами.

— Он дрался яростно и смело. — подтвердил Бригшират.

— Даже не сомневаюсь. — отвечаю я.

Ладно, Бартоломео жив, и это хорошо. Столько книг с собой утащить даже не знаю как. И тут по счастливой случайности мой взгляд падает на наплечный рюкзак, достаточно большой и на вид прочный. Пакую все книги в него, надеваю, тяжёлый гад. Оборачиваюсь к демонам и вижу как они смотрят на Росток Хаоса, который пожирает себя по их словам. На самом деле я видел просто увядание… но тут из корня появилась пасть и сожрала столб, а затем, причудливо извиваясь и саму себя. Это просто невообразимо, абсурдно и такого не может быть, но так случилось, да.

— Пойдём. — коротко приказал командир.

Мы обернулись к двери, как вдруг, за нашими спинами раздался гул и хлопок. Резко развернувшись, мы увидели гуманоидное существо окружённое прозрачным пузырём. Вместо ног гуманоид имел пламя до колен. Из тела проступали вспышки оранжево-чёрного огня, наверняка хаотического. Сильный торс был голым, глаза были чёрно-красным пламенем. Костлявое лицо, не имело ни носа, ни каких- либо черт кроме разве что гримасы злобы. Над головой виднелся небольшой сгусток огня, за спиной, десять острых то ли копий, то ли ещё чего-то, расположенных в форме круга.

— Ты ещё кто такой, красавец? — подаю голос я.

— Ты не видел меня за Барьером Творца, там я идеален. — вполне человеческим голосом отвечает создание. — Я есть ваш новый Альфа и Омега. Наместник Хаоса Извечного…

— Давай покороче, наслышаны о крутости Хаоса. — перебиваю я.

— Умный мальчишка. Светлая голова, жаль будет если распылят на атомы. Ты даже не представляешь сколько времени нужно на взращивание нового семени. А вы пришли и уничтожили его, какая дерзость.

— Да вы что, все сговорились в покушении на мою голову? — закипаю я. — А вот нефиг сеять здесь что попало, своего хватает.

— Имя мне Иребус. И я буду вашим новым творцом.

— У нас есть свой, ты опоздал.

— Ты позабавил меня, я не убью вас мгновенно. Я буду смотреть как вы растворяетесь в моей длани.

— Длани?

После этих слов он направляет руку ладонью к нам, шестое чувство сходит с ума. Из руки появляется чёрно-красная стена, на которой виднеются лица в немом крике.

— Пора сваливать. — говорю я.

И мы разворачиваемся и со всех ног мчимся к выходу. Выбегая в зал, я вижу направленные в нас автоматы сектантов. Демоны тут же открывают огонь, по мне попадает пуля, больно врезавшись о броник. Замедляюсь, вскидываю Истязатель и делаю несколько выстрелов по сектантам. Их тела от попаданий Игл Страданий, извивались в агонии, некоторые выцарапывали себе глаза, вырывали языки и зубы, отрывали пальцы. Это оружие явно заставляло сходить с ума от страданий. К тому же, иглы попадая в важные части тела, убивали как и обычные пули. Демоны бегут дальше, но я уже не успеваю, мне тяжело нести рюкзак. И ярость оказалось, не лечит магисис иникитати, а лишь блокирует боль и не даёт прогрессировать магическому дисбалансу. Творить волшбу я не мог, воспользоваться пеналом тоже, нужно было выцеливать направленные в меня стволы. В меня попадает очередь, живот и рёбра сжимаются от боли, я падаю на землю. Внезапно, мой Упорядочиватель сильно завибрировал. Он был невероятно горяч, шестое чувство подсказывало что это не к добру. Отцепляя его от себя, бросаю подальше. Не долетев несколько сантиметров до земли, он взрывается. Плохи дела без защиты от энергии Хаоса, вообще триндец как плохи. Тут же в голову ударяет мысль о длани Иребуса, оборачиваюсь и вижу быстро надвигающуюся стену пламени. Встать не получается, сил нет. Я подхожу к порогу состояния «при смерти».

Бессильно уставившись лёжа на спине, в надвигающуюся смерть, я слышу низкий, неестественный гул исходящий от неё.

— Ремборт!!!

Вухгу-вухгу-вухгу-вухгу! Гул от стены пламени всё нарастает а я пытаюсь не трястись от ужаса и не потерять сознание в последние секунды моей жизни. Как бы там ни было, Росток Хаоса уничтожен с моим участием, жизнь прожита не зря, правда вот финал дерьмовенький, раствориться в пламени, исходящего из какого-то хаотического хмыря. И почему-то на ум приходит мысль именно раствориться, а не сгореть. Хм, это странно, но мне кажется именно так и будет. Внезапно, что-то вгрызается мне в плечо, боль пронзает уже и без того измученное тело. И будто этого было мало, это что-то цепляется за ключичную кость, и быстро тащит меня по полу, стремительно отдаляя от стены смерти.

— А-а-а-йа-а-а-аы-и-и-и-а!!! — вырывается из меня рефлекторный набор звуков, вызванных сильной болью.

Плечо горит от боли, кость тянет на себе всё тело, издавая при этом не совсем приятные звуки, другой рукой пытаюсь хоть чуть-чуть подтянуться, чтобы ослабить на неё нагрузку, получается плохо. Останавливаюсь, надо мной появляется лицо снайпера.

— Сейчас будет немного тепло. — говорит он и я чувствую лёгкий укол в шею, и облегчение в левой ключице.

После этого, по телу проносится волна нестерпимого жара, меня трясёт, латинос держит мои руки. Несколько мгновений, и тряска пропадает, жар превращается в приятное тепло. Силы стремительно возвращаются, я приподнимаюсь, снимаю с ноги чудом прицепившийся Истязатель, и встаю на ноги перехватывая оружие поудобнее.

— Похоже, ты спасаешь меня уже второй раз, цербер. Спасибо. — говорю я.

— Без проблем, дружище. С тебя тоже самое. — бодро отвечает снайпер. — И возьми мой Упорядочиватель, меня ещё броня прикроет, а тебя точно распыляют на атомы без него.

— Но… — пытался спорить я.

— Приказ командира. — отрезал он.

После этих слов он вскидывает винтовку и делает три выстрела подряд, затем кивает призывая продолжать движение. Прикрепляю устройство и бегу со всех ног, толком не успевая прицелиться и попусту расходуя Иглы, рюкзак стал немного легче, но всё-же ощутимый. Почти догнал штурмовиков с Рембортом. П-дуф! Мощный выстрел адского дробовика оставляет сектанта без половины тела, и по какой-то злой иронии ноги остаются стоять на земле, как раз на линии моего бега. Ударом левой ноги ударяю по месту, где должен быть таз, и опрокидываю остатки сектанта на пол, продолжая бежать. Сектанты так и вываливаются откуда только могут, из укрытий в виде гор мусора или железных балок, непонятно для чего в бомбоубежище. Может они и притащили, да плевать в общем. Уже виднеется дверь, ведущая из этого зала в коридор. Плечо уже почти затянулось под воздействием униплоти, это хорошо, так легче целиться. Доузер отцепляет от пояса свой Упорядочиватель и бросает в сектанта. Устройство взрывается превращая бедолагу в груду кровавого тумана, б-р-р. Теперь ещё один без защиты, хоть и в супер навороченной адской броне. Автоматные выстрелы, крики сектантов, короткие сообщения церберов с местом положением врага, всё сливается в одну звуковую дорожку, на фоне гула, приближающегося распадения сзади. Поворачиваю голову назад, и вижу уже не стену пламени, а чёрно-серый густой дым с красно-коричневыми жилами, лица в немом крике, сверкали коричневыми глазами, наблюдая за нами. Теперь стена заметно быстрее двигалась, заполняя всё пространство собой.

— У меня плохие… новости товарищи. — пытаюсь чередовать дыхание и слова в передатчик.

— Твою мать беги! — раздаётся голос Ремборта в левом ухе.

— А вот… вот так и делаю. — отвечаю ехидно я.

В узком коридоре демоны не оставляют никаких шансов сектантам. Куда было простым людям, пусть и свихнувшимся от энергии Хаоса, тягаться в мастерстве войны с лучшими воинами ни много ни мало Ада. Разрывая на части выстрелами ружей, испепеляя их пистолетом-жаровней и разбивая в кровавую тушу булавой демоны неслись, лишь иногда сбавляя скорость для очередной серии выстрелов и ударов. Снайпер же, взял в руку необычный, большой пистолет крупного калибра, и сносил им голову каждому служителю Хаоса. Бартоломео же, прицепился к Ханку за энергоранец силовой брони, и постреливал из своих до-Схождённых Узи, громко матерясь при каждом удобном случае.

— Надеюсь было больно сука! Вот тебе свинцовая наука! — завопил бес. — Получи град пуль! И сосни мой бесовский х…

Дальше я не расслышал из-за удара в левое плечо, разворачиваясь вокруг своей оси от энергии выстрела и безуспешно пытаясь удержать равновесие и выровнять движение, падаю в кровавую груду останков, оставленных бойцами подразделения Цербер. С силой падая в груду тел, протыкаю насквозь щеку костью какого-то сектанта. Ай-ай-ай, до чего же больно блин! Вкус железа во рту. Пытаюсь вытянуть кость из щеки, безуспешно. Тело, будто не желая больше терпеть боль, не позволяет собрать волю в кулак и сделать всё одним рывком. Вот так и улёгшись на тело сектанта, пытаюсь освободить лицо, ёрзая им в разные стороны и пытаясь найти самый лучший угол для извлечения обрывка кости, неаккуратной формы. Терпя сильную боль, омерзение от вкуса и заполнения рта кровью смешанное с запахом фекалий и крови от разорванных тел безумцев, я слышу стремительно нарастающий, неестественный и такой уже знакомый гул. Вухгу-вухгу-вухгу-вухгу! Стена смерти всё приближалась, а я не мог ничего сделать из-за боли. Кто-бы мог подумать, что болевой порог на сегодня окажется сильнее силы воли и воли к жизни. В конце-концов, я же человек, не демон. Но вот именно, я, человек, не менее жизнелюбивый вид, чем остальные, так что, нужно постараться. Закрыв глаза, и приготовивши голосовые связки к ранениям, приподнимаю лицо, и беру кость рукой. Хр-р. Пульсирующий жар в разорванной щеке и ручей крови заполняющей рот, и стекающий с челюсти. Крика на удивление нет, просто глухое онемение, перекликающееся с отголосками нервов. Чувствую вибрацию пола и гул перерастает в нечто иное, оборачиваюсь назад…

Ря-а-а-а! Ря-а-а-а! Ириу! Ириу! Уже издавала стена смерти вопяще-рявкающие звуки, и лица уставились на меня открывая свои рты. Пять метров между мной и ею, я не могу пошевелится, скованный грядущим неизбежным. Четыре метра, звуки перерастают в образы… образы ревущего пламени во тьме…пылающий вакуум, всепожирающий…кто или что? Что-то такое… выходящее из восприятия… выходящее из Уклада Мироздания. Три метра, образы и звуки сливаются воедино, превращаются в чувства… чувства…чего? Что это за чувства? Два метра, звуки превращаются в тишину, зрение сужается в тёмном кругу, чувства затупляются будто под гипнозом, земля ушла из-под ног…

— Твою мать беги!!! — слышу рявкающий голос в ухе.

И мир внезапно возвращается под ноги, как и осознание того что нужно спасаться. Резко встаю на ноги и спотыкаясь бегу со всех ног от неминуемого распыления…наверно даже не на атомы, или нейтрино частицы. Демоны ждут меня возле железной двери, судя по огням, рабочей. Это что ещё за? Собрав всю волю в кулак, добегаю к ним. Все красные от крови, они перезаряжали своё оружие в ожидании меня. Ворвавшись за порог, я оказываюсь в небольшой комнате, с такими же воротами с трёх сторон. Да это не бомбоубежище, это целый бункер! Демоны зашли за мной и с помощью своих небольших, судя по всему компьютеров, закрыли ворота и перешли к другим, напротив, чтобы открыть. Раздался мощный удар в ворота и на них появилась заметная вмятина, всё помещение затряслось, а какие-то трубы под потолком поломались в стали падать нам на головы. Потекла вода…гнилая и зелёная. О-отлично! Теперь я не только красавчик, а ещё и пахнючка-вонючка! Блеск!

— Хорошо быть мной. — говорю себе под нос я.

— Только не расплачься. — говорит Доузер грубым голосом.

— Козёл, чтоб тебе руки выкрутило… — тихо матерюсь я.

Ещё удар перебивает мой поток оскорблений. Дверь перед нами раскрывается, раздаётся звук автоматных очередей, и через неё в церберов бьют пули, сбивая с ног. Благо я стоял сзади громил в силовых костюмах и весь удар они приняли на себя, пока я отпрыгнул в небольшую нишу в стене. Ханк снимает с пояса Упорядочиватель и бросает в сектантов. Спустя пару мгновений, и раздаётся взрыв за которым следует волна крови и внутренностей, омывающая бойцов. Хорошо что хотя бы это на меня не попало. Вскидываю Истязатель и выхожу из укрытая, делая длинную очередь по набегавшим по нам безумцам. Крики боли, вырывание глаз, стенания, Иглы делали своё дело очень хорошо. Церберы стреляли из положения лёжа, не теряя ни секунды на подъём. Толчок в ребро, в желудок, в грудь, в локоть, и ещё три в район сердца сбивают меня с ног. Повезло что в голову не прилетело. Перед глазами кровавя пелена, почти ничего не вижу. Вот это поймал очередь, благодарю покорно сволочь.

Пытаюсь встать, но в грудь бьёт ещё одна пуля, опрокидывая меня, а берцовая кость возгорается новой вспышкой боли. Пульсирующая боль в ноге, каждое движение ею приносит новую порцию страданий. Перед глазами темнеет, тело становится ватным, непослушным. Перед глазами снова лицо латиноса, смотрящего мне в глаза.

— Сейчас снова станет тепло. — говорит он.

— Достань мой пенал с внутри. — отбиваю его руку я.

Несколько мгновений пошарив по пальто, он находит вещь и даёт мне. Открываю и беру инъектор реанима, и колю в шею. С выдохом, опускаю руку и закрываю глаза. Чувствую подъём сил, ясность ума... Да! Прилив сил и бодрость ума! Открываю глаза и резко встаю на ноги, достаю из пенала ещё одну униплоть и отправляю препарат по венам. С облегчением вздыхаю. Мы бежим дальше, снова бежим со всех ног. Я как обычно бегу последний. Мы движемся по коридору, довольно широкому, чтобы демоны могли идти четверо в линию и мне осталась полоса для бега так сказать. Замечаю что по сторонам уходят ещё коридоры, некоторые из них тёмные. Внезапно в спину ударяет несколько сильных ударов, и снова я падаю, похоже сегодня у меня день падений или вытирания полов собой. Демоны разворачиваются и открывают огонь по появившимся сзади сектантам.

— Они нас тут сожрут нахер! — кричу я стреляя из своей винтовки.

Дверь, державшая удары чёрно-серого тумана, вылетает и устремляется к нам с большой скоростью сбивая сектантов с ног. Падает передо мной, переворачивается и…устремляется дальше по коридору. Вау! Ну и силище было приложено. Интересно почему не сразу? Этот Иребус играет с нами? Или не всё так просто в этой игре? И хорошо что демоны додумались упасть на пол, а не стоически ловить выбитую стеной смерти дверь. Сказать, реакция у этих ребят тоже что надо. Чёрно-серый дым стремительно приближается к нам, поглощая убитых или оглушённых людей. Те кто появлялся после полёта двери, не стремились убегать от гибели, они просто стояли и стреляли нам вслед. Дыхание сбивается, мы бежим всё дальше под выстрелы автоматов. Минуя одни двери за другими, и поворачивая в коридоры мы не стреляем почти никто. Изредка, кто-то из нас сделает выстрел. Я достав свой клинок, наношу случайные удары не целясь и не пытаясь вступить в поединок. Просто так наотмашь. К удивлению, сектанты тоже обеднели оружием. Они бросались на нас с кусками труб, арматуры, ножами, и другими предметами, которые смогли раздобыть для боя. Немного сбавляем ход чтобы расчистить себе дорогу.

Сектант бежит смотря на меня и заносит свою трубу над головой, но его рывок останавливается Бригширатом, и грудная клетка вместе с головой и руками отделяется от тела. Второй, явно порасторопнее наносит удар по спине демона, и с разворота получает булавой в лицо, раздаётся хрустящий, затем булькающий звук и тело хаосопоклонника падает наземь. Внезапно из бокового коридора на нас вываливается ещё толпа этих ненормальных. Я вижу как латинос отводит затвор винтовки назад, срывает золотистый патрон с плеча и досылает его в патронник, затвор неслышно в звуках боя становится в боевое положение.

— В сторону! — кричит снайпер и вскидывает винтовку.

Демоны тут же отпрыгивают в разные стороны, нанося попутно удары. Раздаётся негромкий выстрел, за которым следует лёгкое искажение пространства, проносящиеся по коридору. Тела безумцев будто складываются пополам, затем ещё пополам, и ещё пополам, всё происходило очень быстро, но по мере увеличения расстояния, был виден эффект. Тела людей распадались на куски, и затем в нашу сторону бил кровавый фонтан с неимоверной силой. Всё закончилось за каких-то пару мгновений, ни тел, и внутренностей, лишь кровища, много кипящей кровищи. Снайпер передёргивает затвор, и оттуда вылетает горящая гильза. Винтовка двойного затвора, она и полуавтомат и затворник. Два в одном, чудесный инструмент. Шипя от ожогов и вытирая лицо от липкой субстанции, открываю глаза и конечно же бегу под нарастающий гул стены смерти.

— Чем это ты? — спрашиваю снайпера.

— Инверсионный патрон. — отвечает тот.

— Расскажешь? — интересуюсь я.

— Беги, колдунчик, беги! — говорит латинос и коротко смеётся.

— Гребучий бег! — кричу я и добавляю скорости.

Остался последний магазин Истязателя, прикрепляю винтовку к спине и беру пистолет, всё-равно, сектанты прут в рукопашную, а винтовка очень ни к чему. Наконец видна знакомая дверь лифта. Мы хоть и не тем маршрутом возвращались, но достигли той же точки входа, а теперь и выхода. Врываемся внутрь и я нажимаю на одну из двух кнопок с нарисованной стрелкой вверх. Лифт неспеша закрывает свои двери, показывая нам стремительное приближение длани Иребуса, лица которой, искажались в клубах дыма, сжигая нас взглядами. Лифт тронулся, и спустя несколько секунд, я почувствовал некоторое облегчение которое тут же прервалось ударом снизу. Да ладно! Эта херня не даст нам так просто уйти. Ещё толчок, и ещё. Я уже думаю, доедем ли мы вообще, как вдруг дверь открывается и мы выскакиваем как ошпаренные из лифта. Всё тот же хруст стекла под ногами, сердце бешено колотится, лёгкие уже давно горят, а теперь уже наверно и плавятся от нагрузки. Мимо проносятся всё те же старые топливные генераторы. Дверь, ступеньки вверх, вот снова холл и ресепшен, выход из здания. Выбивая ногой дверь, Ханк сразу же широко взмахивает своим клинком рассекая тела людей пополам.

Мы оказались на улице, и на нас снова валили сектанты. Пробежав под удары сектантов несколько метров, сзади раздался громкий треск и безумцы внезапно остановились и вскидывали руки к небу, кое-кто даже падал на колени, лицом к земле. Как по команде, мы все обернулись и увидели просто чёрный дым с красно-коричневыми жилами, устремлявшийся к небесам, на высоту многоэтажек. Казалось, будто лунный свет поглощается этой неестественной стеной.

У-и-и-и-р-р-р! Раздаётся рёв и земля дрожит под ногами, с некоторых зданий падает облицовка и куски бетона, а голову разрывает когтями. Вставая на ноги, мы бежим со всех ног под дикий вой сотен расплывающихся лиц. Поднимаюсь и тут же пропускаю удар кулаком по лицу, отпрянув назад, взмахиваю Ртутью и на меня брызгает тёплая жидкость, хаосопоклонник передо мной стоит без руки почти по локоть, смотрит на неё и раздавшись криком, бежит на меня. Взмахиваю горизонтально клинком, целясь в горло, и отрезаю ему голову, кровь потекла небольшим фонтаном и тело рухнуло.

— Твою мать беги!!! — слышу голос Бригширата.

Срываюсь с места. Блокирую рукой удар слева, взмахиваю по диагонали снизу вверх лезвием и отрезаю ещё одну руку, прямым ударом левой ноги сбиваю с ног безумца, мчащегося на меня, подпрыгиваю и наношу диагональный удар другому, его тело распадается рассечённое от шеи справа до бедра слева. Делаю короткую очередь и убиваю ещё двоих, снова вскидываю оружие, и уже надавливая на спусковой крючок, получаю кирку в руку. Дикая боль пронзает сознание, но заставляю руку держать пистолет. Другой рукой, наношу короткий удар от себя и отсекаю ещё одну голову. Вбиваю Ртуть в землю и пытаюсь достать кирку, не могу. Внезапно подбегает снайпер и рывком делает это за меня.

— А-а-а-ф-ф. А-а-ах-х-х. — вырывается боль и я с благодарно киваю латиносу.

— АБТРЦ, говорит командир. Двигайтесь к нам, на всех парах! — раздаётся голос Бригширата в ухе.

— Принято, командир. Заберём вас.

Поднимаюсь, вырываю из земли свой клинок и…падаю от удара по голове. Больно плюхнувшись на снег и считая магические звёздочки в глазах, встаю на четвереньки и получаю удар чем-то тупым между лопаток. Со сдавленным криком снова падаю лицом в снег. Наверно только холод не даёт потерять сознание. Дыхание прерывается, дикая боль в позвоночнике, больно даже думать о движениях.

— Колдун! — раздаётся голос снайпера.

Слышу вокруг себя звуки драки, лязг железа, крики боли. Нащупываю пистолет, переворачиваюсь на спину, и вскидываю оружие открывая огонь. Сектанты падают один за другим, поражённые пятимиллиметровыми пулями. Сухой щелчок, отдаю мысленную команду оружию о перезарядке, нащупываю запасной магазин и… получаю удар чем-то острым в шею. Падаю на спину, и вижу сектанта, занёсшего, скорее всего нож над головой чтобы добить меня. Мелькнуло что-то, и голова ублюдка отвалилась от тела, обдавая меня тёплой кровью. Рукой зажимаю рану на шее, пытаюсь не дышать, лишь бы не захлёбываться собственной кровью. Нужно лишь пару секунд, и реаним сделает своё дело. Благо он стимулирует тело выталкивать из себя все посторонние предметы, вот почему пуля из берцовой кости, не принесла особо проблем. Уже чувствую что кровь свернулась, нащупываю другой магазин и вставляю в оружие. Постепенно пытаясь дышать и откашливая кровь, которую успел вдохнуть, ползу на плече с помощью одной руки, и стреляя одиночными второй пытаюсь выиграть время, чтобы не быть поглощённым стеной смерти, стремительно приближавшуюся ко мне, и поглощающую тела своих последователей. Внезапно меня подхватывает сила, и ставит на ноги.

— Идти можешь? — спросил мой традиционный спаситель, латинос.

— Угу. — кивнул я.

И мы побежали снова, подгоняемые стеной смерти. Выстрелы, удары, всё это я чередую и меняю в случайном порядке. Стреляю в лицо одному, оборачиваю голову вправо и наношу колющий удар в открывшуюся грудь второго, бью ногой по лицу и отрезаю голову находящемуся рядом третьему, поворачиваюсь вправо и стреляю очередью в четвёртого, тут же перевожу оружие и расстреливаю пятого. Заряжаю четвёртый магазин, этот и один в запасе, ещё Истязатель с последним остался. Прячу пистолет, и концентрируюсь на рукопашной. Бегу со всех ног, и догоняю демонов, дерущихся с хаосопоклонниками.

Нас окружают и лупят чем попало и куда попало. Мой разбитый уже в который раз нос, снова сросся и выровнялся неприятно хрустнув и стекая кровью. Поломанные и сросшиеся рёбра ныли от боли, перебитые руки и ноги, уже отказывались повиноваться, Ртуть весила килограмм пятьдесят. Демоны уже тоже пропускали больше ударов, медленнее собирались с мыслями, все, кроме латиноса и, этот живчик всегда появлялся где и когда нужно, и выручал то меня отстающего, то демонов бегущих в авангарде, время от времени стреляя инверсионными зарядами и ещё, другими. Ещё не уставал Отец Легионов, отдающий команды штурмовикам, и размазывая всех встречных булавой и сжигая их из пистолета, казалось битва — его родная стихия. Послышался рык мотора и из-за угла на нас выехала большая махина на невероятной для таких габаритов скорости. Наверху машины виднелись вспышки, а тела сектантов разрывало на куски. АБТРЦ резво развернулся задом к нам, опуская мостик.

— Не тормозим, быстро, быстро! — приказал Бригшират.

И мы забежали в том же порядке, в каком и приехали сюда. Прижавшись к перегородке между кабиной и брюхом машины, я уже думаю что спасён. Как вдруг из динамика раздаётся голос: — Командир, эта субстанция за нами, постепенно догоняет нас! — на экране появилось изображение стены смерти.

— Не может быть! Мы же убегали от неё пешими! — ревёт командир страшным голосом.

— Защити нас пламя… — подал второй голос из динамика.

— Это была игра, Бригшират. И он наигрался. — высказываю догадку я.

— Нам бы портал! Хоть Лучезарному в анал! — взвизгнул Бартоломео и чуть не обомлел от недоброго взгляда Ремборта.

А меня будто по голове ударили. Шестое чувство дало о себе знать внезапно потяжелевшему рюкзаку. Что знаешь, за плечами не носишь, а что не знаешь, то можешь прочитать из книг в заплечном рюкзаке. Улыбаюсь своей остроумности, как я смог доработать старую как мир поговорку. Снимаю тяжёлый рюкзак, с таким трудом доставленный сюда. Сажусь на пол и раскидываю все книги перед собой. Закрываю глаза, и держу в голове слово «телепорт» и «портал». Затем, посредством закона ассоциации представляю его свойства, и отождествляюсь с ними, представляя, что я есть живой портал. Закончив отождествление, я по очереди прикасаюсь к книгам и «вслушиваюсь» в них. Из книг, через ладони ко мне доходят обрывки слов и фраз, постепенно они становятся быстрее, чувствую как глаза постепенно закатываются. Обостряю шестое чувство ещё сильнее и беру другую книгу. РОСТОК ПИТАЮЩИЙСЯ КРОВЬЮ МИРА… ЗНАК, ВЫСЕЧЕННЫЙ ПЛАМЕНЕМ… Б-р-р. Ну и тексты у них. Следующую книгу беру… ИССЛЕДУЯ ПУТИ ХАОСА… ЖЕРТВУЯ ЖИЗНЯМИ ПОСЛЕДОВАТЕЛЕЙ…РАДОСТЬ ОТКРЫТИЯ… ХАОТИЧЕСКИЙ ЭМОЦИОНАЛЬНО-РЕАКТИВНЫЙ ПОРТАЛ…ДЛЯ ПРОСТОТЫ Х.Э.Р.П. ПОЗВОЛЯЕТ ОТКРЫВАТЬ ПОРТАЛЫ В ЭМОЦИОНАЛЬНОМ ПРОСТРАНСТВЕ ВСЕЛЕННОЙ, ПОЗВОЛЯЯ ПЕРЕНОСИТЬСЯ В ЛЮБУЮ ТОЧКУ. ДЛЯ ОТКРЫТИЯ, ИСПОЛЬЗОВАТЬ, НАЛИЧИЕ ЭНЕРГИИ ХАОСА ПОБЛИЗОСТИ, ВОЗБУДИТЬ В СЕБЕ ЗЛОСТЬ, НАСКОЛЬКО ВОЗМОЖНО,ИСПОЛЬЗОВАТЬ ЗАКОН ПРИЧИНЫ-СЛЕДСТВИЯ В КАЧЕСТВЕ ОТПРАВНОЙ ТОЧКИ СБОРКИ, ЗАТЕМ УДЕРЖИВАЯ БИНДУМЫ, УСКОРИТЬ МЫСЛИТЕЛЬНЫЕ ПРОЦЕССЫ ЗЛОБЫ ПОПУТНО ИСПОЛЬЗУЯ ЗАКОН ОТЖДЕСТВЕЛЕНИЯ, ВСЁ ВРЕМЯ ДУМАТЬ О ПУНКТЕ НАЗНАЧЕНИЯ, ЭТО ВАЖНО, И НАКОНЕЦ ВЫПУСТИТЬ ИЗ СЕБЯ ЗАРЯД, КОТОРЫЙ ПРЕВРАТИТСЯ В ПОРТАЛ. ОПАСНОСТЬ…

Всё, больше не могу. Ещё бы немного, и такое чтение стоило бы мне глаз. При более низких скоростях, я могу так делать часами, но только не на сверхбыстрых. Повезло что ещё с третьей попытки попал на нужную книгу, которая оказалась под названием, «Заметки жреца Вельбига». Кто бы сомневался. Похоже этот тип хорошо соображал в магии, раз использует такие термины и построения фраз. Ладно, пора вытаскивать нас отсюда. Опробуем магию Хаоса, или около того, раз уж есть такая возможность. Только вот…

— Бригшират, мне нужно место спереди, чтобы я мог открыть портал! — обращаюсь я к командиру, собирая книги в рюкзак.

— Портал?! Ты сдурел… Так садись! Какого лешего ты ещё здесь?! Вытаскивай нас!

Перегородка открылась, и я сел возле штурмана. Положив рюкзак с книгами на колени, я начинаю. Так, что там, энергия Хаоса?

Закрыв глаза, я отделяю сознание от тела, взлетаю над собой, затем над АБТРЦ и поворачиваю внутренний взор к настигающей нас стене смерти. Немного прищуриваю взгляд, и делаю усилие в одной её точке, как вдруг, маленький комочек дыма, откололся от неё и приблизился ко мне. Удерживая его перед транспортом на безопасном расстоянии, думаю о Адфорте, о его улицах с чёрными домами и цветными вывесками, жителях, автомобилях и дорожных знаках. И начинаю злится, на это место, которое так далеко от него, отождествляю себя с примитивной но жестокой водородной бомбой, готовую разбомбить длань Иребуса в пух и прах. Дымок превратился в красно-коричневый шар, вокруг которого били молнии. Ускоряю картины как я в виде бомбы раз за разом разношу стену на мелкие кусочки всё быстрее и быстрее, пока скорость событий в голове не меняется со скоростью узоров в сумасшедшем калейдоскопе. Меня возвращает в тело и я вижу свои когтистые, багровые руки и искажённые черты, демоны отшатнулись от меня и навели пистолеты.

— Отставить! — рявкнул Бригшират сзади.

Я отпускаю шар вперёд с мыслью о Адфорте и перед нами открывается чёрно-коричневая воронка. Мы влетаем прямиком туда по гул стены смерти.

Растягивание. расплющивание, вдавливание внутрь самого себя и выворачивание наизнанку. Рёв пламени, такой знакомый… затем крики, смех, плач, удары молнии по корпусу… тьма…

Снова свет… меня вдавливает в сидение, нет…меня вплавляет в сидение…тьма... Я обнаруживаю себя вплавленным в сидение в грузовом отсеке, со всеми, внезапно появляются когти, и крыша АБТРЦ отрывается и нам показывается зубастая пасть, которая скалится и облизывается при виде нас. Я ничего не могу сделать, демоны судя по всему тоже. Мы все молча и безучастно наблюдает как большая пасть с выпученными глазами медленно опускается к нам. Красная вспышка в глазах…оглушительный удар молнии… нет…

…Я падаю лицом в снег. Полежав несколько секунд и приходя в себя, думаю что же это было? Новое открытие? Такого вот точно ещё не видели и не слышали. Плавно, не спеша и боясь повредить измученное тело поднимаюсь и оглядываюсь. Ничего. только ночь с лунным светом и… внутри головы что-то рвётся и трещит. Чёрная корка сдавила горло и начинает душить, фиолетовая жидкость ручьями льётся из рук. Магисис иникитати достиг максимума, физическое тело распадается, не способное удержать связь с реальностью под действием дисбаланса тонких тел и Фокуса. Я падаю в снег и из моей глотки вырывается хрип, которым хрипят умирающие. Гаснущим сознанием и ослабевающими руками, я достаю пенал и извлекаю неловким движением инъектор салуберимоса. Колю себе в шею, и пенал выпадает из руки…

Придя в себя, я вижу что ещё ночь. Я замерзаю от мороза в мокром от крови прикида. Умываюсь снегом, и ем его, жадно глотая живительную влагу. Набравшись сил из воды, но замерзая ещё больше, я с трудом встаю и оглядываюсь снова. Вижу очертания избы, в… хрен знает сколько метров. Иду туда, перебирая почти механически ногами и пытаясь закутаться в пальто. Ледяной ветер пронизывал до костей, не оставляя даже шансов чтобы согреться молодому ученику Мага. Эх Маг, старый-старый…стучу зубами, хрен моржовый, стары-старый… вредный х…хвост. Зачем было отправлять меня в Адфорт? Ты же знал о повадках демонов, знал что они не согласятся на одну лишь какую-то там благодать, чтобы отдать Трибли. Знал ведь наверняка…. порыв ветра заставляет меня отшатнуться и сгорбиться от мороза ещё сильнее. Снежинки подлетают, подхватываемые ветром и летят в лицо, будто насмехаясь над измученным мной. Приближаясь к избе, я вижу небольшое окошко, а за ним тусклый свет. Там есть живые. Кто бы там ни был, пустите на огонёк, поспать, и если можно поесть… хотя плевать на еду… спать…сон… тепло…

Рюкзак уже невыносимо тяжёлый. Скидываю его у двери и стучу… никого. Снова стучу, уже настойчивее…никого. Прождав так несколько минут, и чувствуя как немеют руки и ноги, я присаживаюсь у двери, становлюсь на четвереньки лицом к ней и тяну руки к порогу, пытаясь уловить хоть капельку, хоть частичку тепла. Сознание уже отключается…становится тепло. Внезапно я слышу скрип… это скрип отворяющейся двери!!! Встаю на колени и поднимаю голову, передо мной стоит явно мужчина, и с интересом смотрит на меня

— Что надобно? — спрашивает он обычным тоном.

— Мужик… — я стягиваю Истязатель с магнитной ленты на спине. — Купи автомат…

Почувствовав тепло, исходящее изнутри дома, я теряю сознание.

Глава 11. Нет худо без добра, или старые новые порядки.

Я открываю глаза и обнаруживаю себя в полутёмном коридоре с каменным полом, вместо потолка была только чернота, а от стен исходил слабый красный свет. Где я оказался? Как меня сюда занесло? Внезапный удар красно-фиолетовой молнии над головой, сопровождающийся неимоверно громким звуком отрывающегося мяса от костей заставляет меня пригнуться от испуга. Внутренности сжимаются и ойкают от звука такой силы, волосы встают дыбом, сердце бешено заколотилось. Молния ударила весьма далеко надо мной, но потолка не было видно. Бездна? Кручу головой и вижу другие коридоры вокруг, из одного слышу звук двигателя, или что? Иду туда, мои шаги вообще не слышно. Вот поворот за угол… и внезапно передо мной открывается вид…Красно-фиолетовая бездна, переливающаяся немного золотистым цветом, белые молнии бьют то тут то там, непонятные, страшные звуки издаёт пространство передо мной. Оно будто бурлящая река, или даже океан, неудержимая мощь. Всё движется, перетекает одно в другое, только что перетекает? Что я вижу перед собой? Движения напоминают... потоки и всплески, горение и тление, завихрения и порывы. Это материя или нет? Я не знаю что вижу перед собой, не знаю что это… это просто есть, то что есть. Яркость меняется то в некоторых местах то в общем, становясь то сильнее то слабее. Вообще не знаю как это описывать, путаюсь в мыслях. Я стою на краю коридора, ещё полушаг и я могу сорваться в эту бездну.

Внезапно появляется чёрно-коричневая воронка и из неё стремительно вываливается… АБТРЦ? Да, это он! Машина летит по пространству… поворачиваю голову, следя за золотисто-синей полосой перед ней, в другую такую же воронку. Из океана, вырываются несколько ужасных, нет, чудовищных существ больших размеров. Напоминающее змею, только с когтистыми лапами существо, подлетает к транспорту и протыкает крышу своими когтями. Машину трясёт, но она уверенно продолжает следовать своему курсу, не теряя скорости. Змееподобная тварь отрывает верх машины и оскаливает и без того свою ужасную пасть, обнажая клыки. Выпученные глаза уставились внутрь, а язык пробежал по зубам. Приближаются ещё несколько тварей и цепляются ей за хвост и тело, кто клешнями, когтями, зубами. От твари отрываются куски…плоти? Белые молнии бьют по корпусу АБТРЦ, и тот влетает в воронку, которая сразу же схлопывается, как только машина нырнула туда полностью. Тварь отпрянула от точки схлопывания буквально на несколько метров, разорвала другую тварь поменьше, после чего другие отцепились и разлетелись кто куда, и неспеша стала кружить над местом, где был портал. Что это было? Постой… разве я не?…

Леденящий душу вой за спиной заставил тело содрогнуться а кровь застыть в жилах. Нужно взять пистолет…да определённо. Ныряю руками под пальто и нащупываю…ничего. У меня нет ни оружия, ни препаратов, ни фасилитов, в виде омниаметера, фонаря и сноркулума, приспособлений нет! Творить магию хоть могу? Ну-ка.

— Мико. — коротко произношу держа в голове горение огня и щёлкаю пальцем.

Ответ был красноречивее и ужасающе любых слов…тишина. Не веря своим глазам, пробую ещё раз, затем ещё раз. Ничего… хоть убейся об эту стену. Магия не работает! С этой мыслью наступает паника. Где я? Как я здесь оказался? И главное, как отсюда выбраться? Возвращаюсь назад, нечего смотреть на эту… разноцветную переливающуюся бездну. Теперь я снова, на развилке. Пытаюсь собраться с мыслями и вслушаться в окружение.

— Э-э-а-а-а!!! — из темноты одного из коридоров на меня выбегает существо.

Это был гуманоид, при чём похож на человека, только с глазом на животе, который имел два вертикальных зрачка, голова была сплошной пастью, усеянной мелкими и острыми зубами, руки представляли из себя переплетающиеся жилы и кости, которые держали огромную… бензопилу?! Одето оно было в рваные тряпки, напоминающие джинсовый, рабочий комбинезон без рукавов. Остановившись в нескольких метрах от меня, тварь быстро моргнула дважды, только по диагонали моргнула, зрачок встал то горизонтально, то по диагонали, затем вернулся в вертикальное положение.

— Хэ-а-а-а ра-а-а!!! — рёвом, смешанным с визгом издало существо заводя инструмент.

— Рын-ын-ын-ын-ЫН!!! — яростно заревела бензопила и из неё повалил белый дым.

— Ох твою же налево мать! Да ты явно шутишь, хераборина с большим моргалом! — вырывается у меня, и ноги предательски начали подкашиваться.

Поворачиваюсь и бегу со всех ног, под рявкающие звуки инструмента. Слышу за собой тяжёлые шаги, которые постепенно ускорялись и приближались вместе с орудием моего убийства. Пытаюсь бежать ещё быстрее, но тварь не отстаёт. Уже слышу бензопилу за спиной, затем над головой, шестое чувство подсказывает что тварь занесла её для удара. Нужно включить голову… и с этой мыслью, передо мной появляется тонкая, сине-золотистая нить, устремляющаяся дальше по коридору и заворачивая за угол. Думаю это подсказка, или западня. В любом случае, деваться некуда, вдруг повезёт. «Вниз!!!» — кричит голос в голове и я падаю на колени, больно ударяясь о каменный пол. Тварь промчалась левее меня с дымящейся и ревущей на максимальных мощностях железякой, проводя ею по воздуху перед собой. Повезло. Но теперь, она перегораживает дорогу, которую указывает нить. Встаю на ноги, и пытаюсь оценить шансы проскользнуть мимо, работающей пока на холостых, бензопилы.

— Отойди паскуда, мне нужно туда. — показываю пальцем за её спиной.

Тварь вытягивает руку перед собой, поднимает толстый указательный палец и водит им из стороны в сторону. Зубастая голова при этом криво ухмыляется.

— Тварь тупая!!! — взрываюсь я. — Вот был бы при мне хотя бы пистолет, я бы тебе быстро твой глазок прострелил и запихнул тебе его в самые интересные места вместе с твоей оглоблей, чтобы ты тут не выпендривался, хераборина! А ещё я бы отстрелил каждый твой зуб, и ты кушал бы только картофель пюре, а не человечинку или что ты там жрёшь! А ещё…

— Хря-а-а-а!!! — ревёт тварь и бензопила снова крутит цепь на бешеный оборотах.

— О-о-о мля. — оборачиваясь опасливо произношу я.

И снова бег, как же надоело бежать за последнее время. Нить из синей, превратилась в красную. Да знаю, я знаю что не туда. Снова уворачиваюсь той же манерой от удара, но под крик шестого чувства сразу же встаю и отскакиваю от горизонтального удара, который располовинил бы меня. Бегу теперь в нужном направлении прилагая все силы, нить снова синяя. Стремительно приближаюсь к повороту, забегаю и за мной с рёвом ударяется инструмент, судя по звуку, в стену. Не сбавляя ход, бегу дальше, звук бензопилы отдаляется, поворачиваю по коридорам, следуя своему невольному маршруту. Нужно включить голову и выбраться отсюда. Наконец, виднеется деревянная дверь… с такой же тварью возле неё. Но нить, упирается туда, указывая что нужно пройти через неё.

— Ох чтоб тебя. — полушёпотом говорю.

Тварь заводит свою железяку, и неспеша приближается. Слышится стремительно приближающаяся бензопила сзади. Вот наконец она входит в коридор, и также неспеша подходит сзади.

— Рын-ын-ын. — время от времени издают инструменты.

Деваться некуда, придётся прорываться. Собравшись с мыслями, разбегаюсь, быстро сближаясь с этим дровосеком спереди, не отрывая глаз от орудия убийства. Тварь замахивается и наносит колющий удар навстречу. Уворачиваюсь, и продолжаю бежать к двери. Сближаюсь с ней и бью ногой… закрыто! Бью ещё раз, пыль подымается с поверхности двери, и опускается вниз. Ещё удар, и ещё. Никаких ни ручек, ни рычагов поблизости, панелей или консолей. Ни-че-го. Паника, первобытный страх и отчаяние. Полный набор загнанной хищниками жертвы. Оборачиваюсь, и вижу как обе твари приближаются, моргая своими глазищами и ухмыляясь пастями. Они занимают весь коридор, уйти не получится. Ну же, нужно включить голову! После этой мысли, в двери послышался щелчок, который появляется при проворачивании ключа в замочной скважине. Что это? Как это работает? Нужно включить голову. Ещё щелчок.

— Ря-а-а-а ха-а-а-а!!! — издаёт тварь хватая оцепеневшего от ужаса меня за горло.

Затем одной рукой дровосек поднимает меня над землёй, а второй всаживает бензопилу мне в живот.

— Рын-рын-рын-рын-ын-ын-ын! — ревёт инструмент обдавая меня горячим дымом и кровью.

Срывая голосовые связки криком от неимоверной боли, рефлекторно пытаюсь схватиться за цепь, но она лишь режет руки. Твари неистово смеются, явно упиваясь моей агонией. Нужно включить голову! Нужно включить голову! Раздаётся звук открывшейся двери и я падаю назад...

— Эй! Эй, человече! — смутно слышу , будто сквозь воду. — Мужик да проснись же ты! Сечас! Сечас, погодь.

Твари искажаются, расплываются, но боль не отступает, я кричу от собственного неспешного расчленения и думаю о включении головы. Внезапно чувствую жидкость на лице… холодную… и… открываю глаза…

— Человече! Ты живой? — раздаётся мужской, грудной голос.

— Я жи… живой? Я… — пытаюсь собраться с мыслями.

— Да что ж ты? Болен ли ты, иль что? — спрашивает меня круглое лицо с голубыми глазами и светлыми усами.

— Да я… живой… не болен не… — выдавливаю через силу я.

— Ну вот и чудно! Утро уже, вставать надобно. — добродушно говорит он.

— Ага, сейчас встаю…

— Сечас-сечас, не спеши, я пока травяного чайку заварю, заодно и познакомимся.

Знакомится я был как раз очень расположен. От дикой боли в животе хотелось только умереть. Неужели всё это был сон? Никогда такого не было. Тем более, я умею противостоять кошмарам, а тут… Ничего не понимаю. Это обязательно нужно обсудить с учителем. Руки горят огнём от попытки схватить цепь, чувствуется разрезанное мясо и горячая кровь, моя кровь. Внутренности сжимаются и обжигают друг друга горячей кровью. Нужно успокоиться, это лишь сон, иллюзия, но такая правдивая. Приходит чувство, если бы меня там всё-таки расчленили, то я бы уже не проснулся. Так что это было, астральные паразиты? Хотя нет, паразиты не пытаются убивать, к тому же, идущих по пути ученичества, они стараются избегать. Демоны высшего астрала? Возможно, эти ребята дикие и никого не признают, в отличие от демонов Ада. Но вид не был похож на высший астрал. Почему я был в тёмном лабиринте, посреди океана… энергии, материи? А посреди океана ли, или просто с краю?

— Мил человече, прошу к столу. — подал голос светловолосый.

Судя по манере разговора, около средневековый тип. Встаю с постели, которой оказалась шкура медведя на полу. В небольшой избушке, на стенах удобно расположились разные предметы быта, кухонной утвари. Висел арбалет с кожаным колчаном болтов, рядом расположился гладиус в своих ножнах. С ними соседствовало деревянное ведро и метла. На деревянной стойке, виднелась выпотрошенная туша оленёнка, похоже завяленная. В углу возле небольшой печки, сидели деловито несколько куриц и петух, негромко переговариваясь на своём и наблюдая за мной, смешно поворачивая головы набок. Всё было компактно, тесновато, но уютно и тепло. поворачиваюсь и стукаюсь лицом о связку головок чеснока с травами.

— Твою… — хотел выругаться я.

— Береги голову мил человече, понадобится, хе-хе. — добродушно отозвался хозяин избы.

— Да уж, пожалуй. — соглашаюсь немного ворчащим тоном, приближаясь к столу.

Возле хозяина, сидел огромный серо-коричневый пёс, лишь иногда на меня посматривая. Было видно чувство превосходства в его глазах. Ну так-то да, против ослабленного меня, справился бы и вон тот петух в углу. В воздухе пахло травами, приятный сладковатый запах, устремлялся в мозг вызывая немного радости.

— Да ты присаживайся не стесняйся, мил человече! — провозгласил мужчина, пододвигая мою, пол литровую кружку чая, сделанную из глины.

— Благодарю тебя, добрый хозяин. — как можно бодрее ответил я.

— Рассказывай, каким делом в наших краях? — спросил отпивая из кружки владелец светлых усов.

Присев за стол и сделав глоток из своей тары, я почувствовал сладкий, и чуть терпкий вкус. Жидкость приятно прошлась внутри, проваливаясь в желудок. Кайф в жидком виде. В голове немного прояснилось, и тело стало ощущаться лучше.

— Да я тут проездом, так сказать… — начал что-то соображать на ходу я.

— И где же твоё ездовое животное? — поинтересовался хозяин дома, приподнимая одну бровь.

— Ну… оно… — мямлю я и понимаю, что вызываю недоверие.

— Послушай мил человече. — серьёзно заговорил мужчина, и положил руку на голову пса. — Я тебе открыл дверь, впустил в дом, затащил тебя без памяти сюда, теперь угощаю.

— Я отплачу… — пытаюсь вставить реплику, но хозяин поднимает могучую руку в остановительном жесте.

— Не перебивай, парень. Взамен я лишь требую честности и порядочности. Не воровать моё имущество, не вредить моему дому, не прикасаться к моей жене. Усёк?

— Да, чётко и ясно. — смотря ему в глаза отвечаю.

— Вот и хорошо. — откинувшись на спинку стула и беря в руки чай довольно говорит он. — Так какими судьбами в наших краях?

— Ты не поверишь. — говорю я и делаю длинный глоток, лихорадочно пытаясь найти нужные слова. — Но я не помню.

— Даже так? Попал в переделку? Судя по твоему виду да. — указал он на меня своим пальцем.

— Наверно. — отвечаю ему, попутно радуясь что не придётся говорить о демонах, Хаосе и прочих неприятных вещах.

— Разбойники? Вот же сволочи, всё никак не уймётся отребье. Так и пытаются честного человека обчистить, а того хуже и убить. — возмутился он и погладил свою собаку. — Почему же у тебя мешок тяжёлый такой, мил человече? — внезапно спрашивает он, и прищурившись уставился на меня.

Что делать? Оглушить его и собаку заклятием? Достать пистолет и угрожать? Даже не знаю, могу ли я творить волшбу и поймут ли они что пистолет может их убить? Гребучая неопределённость. Нет, попытаемся договориться.

— Потому что у меня там книги, а читать разбойники не любят скорее всего. Вот и избили да бросили на морозе. Скорее всего обшарив карманы. — как можно увереннее строю теорию я.

— Похоже. Но вид у тебя, будто ты резал барашков на бойне всю ночь. — недоверчиво продолжал блондин.

— Ну тут уж не знаю. Когда встретился с ними, был чистый. — откровенно лгу ему.

— Книги говоришь? А ты знаешь что в этих землях книги сжигают? — сурово произнёс мужчина и неспеша поднялся.

— Сжигают? Почему? Зачем? — спрашиваю.

— Почему, зачем. — мрачно говорит он. — Из-за книг начались очень большие беды. Книги повинны во многих смертях. — подходит он к стенке с оружием и снимает арбалет. — Видишь ли, книги — удел ведьм и колдунов. Простому рабу божьему не нужны книги. Ему нужно лишь работать, и соблюдать працепты. А книги, они совращают. Единственные полезные из них, это Слово Божие, Закон по которому живут люди в обществе. Владельцы книг — или ведьмы, или колдуны. Так кто ты такой? — с последней фразой он наводит арбалет на меня, а пёс оскалился и зарычал.

Не двигаюсь и пытаюсь сообразить план действий. Сотворить щит не знаю получится или нет, пистолет точно не успею достать, или меня проткнёт болт, или перегрызёт глотку псина. Теперь я могу рассмотреть хозяина дома детальнее. Круглое лицо, голубые глаза, блондин, короткострижен, густые усы и широкий нос. Сильное тело, одетое в хлопковую жилетку и такие же штаны. За поясом заткнута небольшая дубинка, а в руках добротно сделанный, достаточно большой и угрожающего вида арбалет. Болт хищно уставился мне в грудь. Уверен, этот человек не промахнётся.

— Давай мы не будем делать поспешных выводов. — как можно спокойнее говорю я. — Я из других земель, законов ваших я не знаю.

— Незнание законов, не освобождает от ответственности. — безапелляционно отвечает он.

— Постой, ты страж порядка? У меня есть права и свободы, если что. — внезапно доходит до меня.

— В отставке. Но это не имеет значения. И никаких свобод ты пока что не имеешь. Ты целиком в моей власти. — не сводя с меня глаз, также мрачно говорит он.

— Сурово дядя, не слишком тут у вас любят путников да? Давай так, я просто прохожу мимо. Скажи мне где тут у вас город, или что-то типа, и я сваливаю. У меня своя дорога, а мне бы не хотелось пересекаться с арбалетным болтом.

— Ты мне зубы не заговаривай! — угрожающе поправил он арбалет. — Что написано в книгах?

— Ладно, хочешь знать, да и хрен с тобой. Всё-равно лгать не люблю, от лжи у меня в животе плохо. В книге возможно находится информация, о новом, невиданном враге всего мира.

— Это как? О чём ты? О диаволе? — с интересом в глазах спрашивает он.

— Боюсь похуже. — делаю глоток чая. — Может давай нормально поговорим? Обещаю, я не причиню тебе вреда или твоему дому.

— Это уж вряд ли ты сможешь что-то сделать, парень. Но ты прав. — мужчина опустил оружие. — Негоже говорить добрым мужам, наставляя оружие. — присаживаясь напротив продолжает он.

— Наконец-то! — приподнимаю руки над головой. — Разум возобладал!

— Но для надёжности поклянись всеми тринадцатью муками, и пытками Ифенхелля. — внезапно молвит владелец арбалета.

— Очешуеть! Ты снимаешь с меня нерушимую клятву? — ошеломлённо развожу я руками не веря в происходящее.

— Да, так что? — хитро прищуривается он и рука его как бы невзначай приблизилась к оружию.

— Клянусь всеми тринадцатью муками, и тринадцатью пытками Ифенхелля, что не причиню тебе зла, или твоему дому, в эту пору, и в эту встречу. — Встаю со стула и под цепким взглядом собаки и хозяина дома приношу клятву.

Ифенхелль, был такой человек живший в нашем Схождённом Мире. Очень он был благостный и чистый сердцем. Помогал людям, и сам жил на милостыню. Проповедовал, опять-таки помогал, лечил но… во имя богини смерти Хелль. Да, именно так, во имя богини смерти. Утверждал, что лечит он не тело а душу, чтобы она была более миловидна для его госпожи. Хотя саму богиню он называл «Врачевательницей Душ». Некоторые считали его безумцем, но столкнувшись с фактами его трудов, никто не насмехался. Однажды, на него объявили охоту с некого города Мирсаль, странный город, был на то время вполне современный, и тебе технологии и прочее, но с сильными замашками на господство во всём, усугублённым суевериями средневековья. Правительство города не устраивало его учение, и они решили это прекратить. Сначала ему предлагали просто уйти, на что он отказался ссылаясь на свою госпожу. Затем его выгоняли из города, но он всегда возвращался. Но однажды, его схватили и подвергли тем самым тринадцати пытками. Примечательно было то, что происходило это в двадцать третьем веке, но актуально будет до скончания континуума. Некоторые источники утверждают, что в этом городе проводились эксперименты со смертью, и это конечно же могло не устроить богиню. Но что они сделали с её последователем, потрясло весь Схождённый Мир.

Первой пыткой было истязание. Его били прутами, хлыстами, и прочими попавшимися под руку вещами, до тех пор, пока у палачей не закончились силы. Ифенхелль лишь молча терпел удары и издёвки, несмотря на то, что на нём не осталось живого места.

Второй, пыткой были кровососы. Его поместили в подземелье с вампирами, пиявками-ненасытками, псами-кровопийцами и те выпивали почти всю его кровь, оставляя лишь несколько капель, чтобы с трудом выжить. Ифенхелль, лишь желал им укротить жажду крови.

Третьей пыткой было подселение трупных бактерий и организмов в тело пророка, которые подтачивали его кости и суставы, а также другие ткани тела. Ифенхелль лишь молча стискивал зубы.

Четвёртой пыткой послужили радиоволны, проходящие сквозь него от мощной антенны, оставляющие как наружные, так и внутренние ожоги. Ифенхелль лишь смотрел в небеса своими обожжёнными глазами.

Пятой пыткой оказалась нанобиохирургия. Ему заменили суставы на искусственные, которые при малейшем движении ломались и взрывались осколками, которые резали специально подшитые ближе ткани тела.

Шестой пыткой стала желудочная инфекция, которая после каждого приёма пищи, разъедала желудок и кишечник. Вскоре Ифенхелль перестал есть.

Седьмой пыткой оказалась трепанация черепа. Мирсальские врачи разрезали его на квадраты, удерживался он только с помощью бионитей, которые кое-как не давали ему развалиться и всё время тёрлись о виднеющийся мозг.

Восьмой пыткой служили нейро-убийцы, психотропные препараты, вызывающие ментальный шок и сильный психический коллапс. Также сильно поднимают кровяное давление, от чего у него из головы, сквозь щели между квадратами, которые представляли череп, иногда били струйки крови. Ифенхелль, лишь иногда выл.

Девятой пыткой было вбивание металлических прутов сквозь рёбра и распятие. Ифенхелль даже не проронил ни звука и не просил снять его. Но и умирать отказывался, правительству это надоело, и они сняли его с распятия.

Десятой пыткой оказались химические препараты, медленно разъедающие тело изнутри. Кровь кипела, а тело горело адским огнём. Ифенхелль лишь тихо выл и иногда молился своей богине.

Одиннадцатой пыткой как ни странно, оказалась радиация. Его поместили в рабочее помещение с активным ядерным реактором. Вытащили, только обгорелый, чёрный и кровавый кусок плоти. Ифенхелль, лишь безумно смотрел незрячими глазами и хрипел.

Двенадцатой пыткой, будто этого было мало, стала одержимость. Правительство, пригласило каких-то колдунов из соседнего города, чтобы они подселили к нему демона или духа, или ещё какую пакость. Те конечно же с радостью согласились и подселили к нему обезумевшего призрака. Последний, заставлял его тело переламываться несколько раз в местах, где переломы не совмещались с жизнью. Эктоплазма сочилась из всех природных, и проделанных отверстиях. Дух не давал ни спать, ни дышать, ни умереть. Ифенхелль, лишь молился будучи в бреду.

Тринадцатой и последней пыткой в жизни легендарного последователя Хелль, стало сомнение. Травля и доказательство несостоятельности его веры. Ему доказывали и показывали что его госпожа, бросила его на произвол судьбы. Она не может, или даже не хочет его защищать, его просто использовали для увеличения последователей лживой веры и сам он марионетка. На последнем дыхании, и с выступающей влагой на незрячий глазах, он поклялся в нерушимости своей веры и клятв, данных Хелль. Его клятва в правдивости и обещаниях была самой пылкой, чистой и нерушимой, вечной. Он клялся всеми своими пытками и муками последних дней своей жизни. Последним его вздохом, прозвучало лишь имя богини, — Хелль.

Рассмеявшись, один из совета правителей поклялся его муками и пытками что не убьёт больше никого и никогда в жизни, достал пистолет, и убил одного из зевак в толпе. Результатом стала немедленная его смерть посредством большой костяной руки, появившейся из-род земли и медленно раздавившей его на глазах у всех. Люди разбежались в страхе и город запылал бледно-белым огнём. После этого и разнеслась по миру нерушимая клятва Ифенхелля, которую не решится преступить даже самый распоследний ублюдок, потому что клятвопреступников ждёт страшная, и неминуемая гибель, если и не мгновенно, то очень скоро уж точно. Богиня воздавала всем и без исключения. Есть в этой легенде вещи, вызывающие вопросы, но к я такой чтобы сомневаться в Ифенхелле и его клятве?

— Ладно, говорить будем. Раз мы под клятвой, то можно спокойно. — сказал усач после произнесения такой же клятвы. — Мирзвод Валекки, бывший командир жандармов городка Иеслоу. — протянул он мне руку в приветственном жесте.

— Сергей, просто Сергей, путник. — отвечаю на жест ему.

— Ладно, путник, чем на хлеб да соль зарабатываешь? — отпивая спрашивает хозяин дома.

— Да вот, собираю книги и торгую ими. Знания всегда в цене. — жестикулируя левой рукой отвечаю на вопрос.

— Знания… книги… здесь они не в цене с недавних пор. Мы сжигаем эту гадость, отголоски диавола, принёсшие столько зла нашему городу.

— А что случилось у вас там? — после очередного глотка чая интересуюсь.

— Чума, мор. — мрачно ответил Мирзвод. — И всё из-за книг.

— Почему ты так в этом уверен?

— Потому что в книгах содержаться знания, исходящие от нечистого, служащие подспорьем для гнусных ведьм и колдунов.

— Разве только злые ведьмы и колдуны читают книги? — задаю логичный вопрос я:

— Да. У нас народ в основном неграмотный. Читать умеют лишь несколько десятков человек. Как ни странно, или смешно, но у нас есть небольшая библиотека в городке. Всё это козни диавола, Сергей.

— Это всё козни невежества, Мирзвод! Вот ты же умный человек, ты разве этого не видишь?! — взрываюсь я.

— Тише-тише Меик. — гладит он оскалившегося на меня пса по голове. — У гостя просто эмоции. Где-то я может и понимаю что книги ни при чём. Всё-таки наши предки, и предки их предков жили и читали их. Но… в свете последних событий, я уже ни во что не верю.

— Где твой городок? Мне нужно туда. — решительно говорю я.

— Да иди на северо-запад, несколько километров, и ты в Иеслоу. Ещё одно, прежде чем ты потерял сознание, ты предложил мне купить у тебя… как же это слово? — он почесал подбородок.

— Автомат. — смутно припоминаю я.

— О! Автомат! — его глаза загорелись. — Что это?

— Ну… вряд тебе это что-то даст. — с сомнением говорю я.

— Может и так. Но знать охота. — уставился он на меня с почти детским любопытством.

— Ладно. — я встаю и направляюсь к оружию, беру в руки и возвращаюсь к столу. — Винтовка Истязатель, способна убить попаданием так же как и болтом, а также, вызывает сильнейшие болевые ощущения в теле жертвы.

— Диавольская сила! — завопил жандарм.

— Ну понеслась… — расстроено говорю я. — Верно, диавольская. Но чего не сделаешь ради правосудия, а слуга закона? — подмигиваю я.

Валекки опешил, и лишь моргал ставшими очень большими глазами. Видно было, что у него случился конфликт понятий. Водя глазами из стороны в сторону, он будто пытался прочитать или увидеть зримый только для него ответ на мой вопрос.

— Мирзвод, сам подумай что это не разумно. — продолжаю мозговой штурм я. — Куда по-твоему записывают люди твои же законы, куда пишут когда лучше сеять и жать поля? Куда пишут названия лекарственных трав?

— Ты прав. — сокрушённо согласился мужчина. — Ты прав путник. Хорошо что я живу немного вдали города, и это безумие меня затронуло частично. — он сжал кулак и стукнул им по столе. — Как же мы могли опуститься до такого?

— Мне нужна лошадь, или на чём вы передвигаетесь? — вмешиваюсь в рассуждения стража порядка. — Меняю оружие на неё, больше у меня толком и ничего нет.

— Хорошо, только… вид у него жуткий, диавольский… А впрочем, не нужно мне твоё оружие путник. Просто посмотри сможешь ли ты помочь этим людям. Ты же умеешь читать я думаю. Насколько я слышал, нашу библиотеку ещё не сожгли. Люди только начали искать и изымать книги у себя и соседей. Пока что ищут ведьм и колдунов. Так что есть шанс, что книги целы.

— Странные вещи ты внезапно стал просить. И доверять мне тоже стал внезапно, страж порядка. — скептично указываю на происходящее.

— Странные времена, требуют странных мер. Боюсь как бы инквизиция не натворила худых дел в городке. — всё так же собранно говорит Валекки.

— Ты имеешь что-то против инквизиции? — интересуюсь я.

— Просто мы, жандармы, есть не только представители закона, а ещё и оберегаем людей. А инквизиция возомнила себя законом божьим на земле, так ещё и плюёт на законы человеческие. Недобро это, мил человече.

— Потому среди городской стражи так много нечистых на руку? — немного насмешливо задаю вопрос и слегка ухмыляюсь.

— Не надо зря порочить, мил человече. — он делает глоток из кружки. — Все мы люди, и пытаемся договориться. — вытирая усы продолжает он.

Внезапно в дверь постучались. Хозяин дома неторопливо встал и пошёл открывать. Меик не сводил с меня глаз и всем видом показывал, что ему нужно лишь одно моё неосторожное движение чтобы развязать ему…лапы. Раздался негромкий скрип двери и в дом вошёл холодный, свежий, зимний воздух.

— Погода сегодня расчудесная! — послышался женский, нежный голос и я повернулся.

Порог перешла женщина, не старая, может средних лет как и сам хозяин дома. Одетая в кожу и мех, коса светлых волос свисала через плечо до пояса. Черты лица вполне женственны, тонкие губы, маленький нос, голубые глаза. Она улыбалась, что говорило о хорошем расположении духа.

— Я уже сорвала немного зимних яблок, осталось только достать зерно и всё загрузить в повозку. — она держала руки Валекки, и радостно ими водила по кругу, как дети играют. — А как наш гость? — она посмотрела на меня через плечо мужа. — Добрый день, мил человече! — радостно поздоровалась она и помахала рукой улыбаясь.

— Приветствую добрую хозяйку этого дома. — Я встал со стула и слегка поклонился.

— О-о что же ты, не нужно кланяться, невелика вельможа, в смысле я. Как твоё самочувствие, голова не болит? Отдохнул немного? Надеюсь ничего страшного с тобой не приключилось. Хотя твой вид говорит о другом. Тебе бы помыться, к счастью, возле нашего дома есть тёплое озеро. Травяной настой для тела я тебе так уж быть одолжу для такого дела. Негоже молодому мужчине расхаживать в таком виде среди людей.

— Спа…спасибо вам за вашу доброту но не стоит… замямлил я, почёсывая затылок.

— О вот ты только посмотри на него. Небось вши уже завелись, а он отказываться удумал. Вот же вы мужчины, доводите себя до такого состояния, а потом жалуетесь что девушкам неприятно возле вас находиться. — она указывает на меня рукой, и живо ею жестикулирует. — Вот скажи мне, милая душа, где же тебя так угораздило? Ты на бойне работаешь что ль? Хотя таких заведений, кроме как в Иеслоу я не знаю. — она взялась за макушку. — Не мог же ты забрести сюда оттуда. Или мог? Но да ладно, иди мойся и не пререкайся. — шагнув внутрь дома и подойдя к тумбочке сказала она мне советующим, но добродушным тоном. — Вот тебе травяной настой и полотенце. — протянув мне стеклянный флакон и кусок ткани сказала, взглядом красноречиво указав на дверь.

Я принял вещи из её рук и посмотрел на Мирзвода, тот лишь пожал плечами и добавил:

— Не спорь с ней, ты и вправду выглядишь скверно, воняешь как помойная яма. — сказал хозяин дома приоткрывая дверь. — Давай, не выпускай тепло из дому.

— А ты шутник, жандарм. — встаю я и направляюсь к двери.

— Не спеши там, мойся тщательно а я пока тебе вещи подыщу. — Всё так же добродушно и весело сказала мне хозяйка дома.

Оставив оружие и магнитную ленту, и выйдя на улицу держа в руках банные принадлежности, я потянулся с хрустом в позвоночнике. Перед глазами была снежная пустошь, виднелась опушка леса слева от дома, там же был и небольшой зимний яблоневый сад. Справа виднелся городок. Чувствовалось веяло от него чем-то таким, не очень приятным. Пройдя по расчищенной тропинке за дом, я оказался у небольшого озера, от которого поднимался слабый пар. Ярко светило солнце, стоял полный штиль, ни ветра, ни шороха. На берегу был постелен меховой коврик, это объясняет здоровье этих людей во время чумы и заразы. Соблюдение гигиены каждый день, или регулярно во всяком случае, и дистанция от скопления инфекции, обеспечивали им некую защиту. Скинув с себя грязные, окровавленные вещи, я неспеша спустился в воду по приделанным ступенькам из брёвен. Озеро действительно тёплое, я бы даже сказал слегка, но очень нежно горячее. Нырнув под воду, я проплыл несколько метров. Открыв глаза под водой, было видно илистое дно водоёма, покрытое в некоторых местах камнями разных размеров. Вынырнув из воды и сделав глубокий вдох морозного воздуха, я немного полежал на спине и расслабился закрыв глаза. До чего же хорошо, я бы даже сказал, прекрасно. Тишина, тёплое озеро среди мороза, обожаю Схождённый Мир за его приятные сюрпризы. Отключаю мысли и внутренний диалог, и просто наслаждаюсь тишиной. Услышав переливистый звон в ушах, понимаю что тишину я уже услышал, значит прошло не менее десяти минут. Хорошее дело послушать тишину, не каждый сможет, но каждому стоит пытаться достичь этого состояния ума, хоть раз в жизни.

Приплыв к ступенькам, я уселся на самую нижнюю, ту, которая была в воде. После удобного пристраивания своей пятой точки, я принялся тщательно смывать кровь где только мог себе её представить на себе. После, я открыл флакончик, в нос сразу же ударил сладкий, фруктовый запах, и плеснув немного на руку, нанёс его на голову, потёр немного, и проделав тоже самое, размазал его по телу. Затем привстал и оттолкнулся от бревна снова ныряя под воду. Немного поплавав, я вылез из воды и стал на шерстяной коврик, было немного холодно, но я привыкший к такому. У нас в башне всегда прохладно, как летом, так и зимой. Иногда мы разжигали камин и сидели с учителем за приятной, умной беседой… эх старый, грустно без твоих наставлений, сейчас бы очень кстати они пригодились бы. Чувствую от себя фруктовый запах, сильный бальзам для ванн, мне нравится, и похоже не только травяной. Обвернув свои самые интересные после головы места, я вернулся в дом.

— С лёгким паром! — радостно произнесла хозяйка поворачиваясь из-за стола ко мне. — Ну как искупался? — она оглядела меня с ног до головы. — Вижу чистый. Прелестно! Я тут как раз тебе ещё нашего травяного чаю заварила, и вещи для тебя нашла. А те окровавленные обноски… забудь о них. Оставь где оставил, я потом сожгу. — махнула она брезгливо рукой.

— Но это мои вещи, других у меня нет. К тому же это лён, легко и тепло, и главное удобно. — голосом грустного дракончика пытаюсь возразить я. — А какие вещи ты мне нашла, добрая хозяйка?

— Да это вещи нашего старшего сына. Ему они всё-равно не нужны. Он у нас в гвардию ушёл. Наша гордость, такой же сильный как и его отец. — весело нахваливала женщина своего потомка.

Она ещё что-то говорила, но я не слушал. Мысль, что мне придётся носить обноски, да ещё и человека которого я не знаю, как-то не очень радовала. Перед глазами предстал обычный, как сказали бы в двадцать первом веке, обрыган, колупающийся ржавым мечом в зубах, и достающий козявки из носа, затем вытирающий их о свою одежду.

— …Ну как тебе? — донёсся до меня обрывок фразы.

— Эм… замечательно, чистые вещи! — попытался я изобразить радость.

— Только позавчера выстирала снова. Сто раз уже их стирала, но никак не могу заставить себя пройти мимо во время стирки. — она рассмеялась и повернулась к своему мужу.

— Вот же неудачный, интимный эксперимент некрофилов. — тихо матерюсь я, беря в руки явно большие на меня хлопковые штаны. — Держите меня семеро! Эбони меня эбонитовый прутом по лбу, да так, чтобы магические звёздочки запорхали, затем эбони по каждой из них, чтобы и у них были такие же звёздочки и скинь нас с вершины башни старика. — пытаюсь материться более гениально и витиевато, но так чтобы не слышали хозяева.

После того, как я нацепил на своё бренное тело вещи из хлопка, кожи и меха, а пространство вокруг меня стало густым как кисель из-за отборнейшей брани проклятий, я несколько раз покашлял, чтобы привлечь к себе внимание хозяев.

— Чудно! Ты просто душечка! Просто чишечка! — обрадовалась женщина и заплясала в ладони.

— Чишечка? — удивляюсь я новому слову.

— Чишечка! Чишечичка! Чишешучичка! — стала восторженно восклицать жена жандарма. — Сечас только немного подгоним тебе размер. — она схватила со стены большой тесак и подошла. — Ну-ка руку втяни. — она схватила за рукав и резко резанула, отрезая кусок толстой кожи. — Вот так, и ещё этот. — отрезав на глаз второй рукав, она критично осмотрела свою работу. — Чудно! Теперь штаны! Сядь на кровать.

Я послушно последовал её указанию.

— Подними ноги. — произнесла она.

В общем, вот так мне подогнали длину рукавов и штанин. Осмотрев себя, и обнаружив что «подогнано» было всё не совсем ровно, я лишь в умах вздлохнул от невозможности что-то изменить. Ну да плевать, главное что не голый.

— Штаны немного широкие смотрю. Могу вшить из прямо на тебе в промежности, раздеваться не нужно.

— Благодарю покорно. Дайте мне просто пояс или ремень. — побоявшись за ключевую часть своей мужественности мгновенно отказываю ей.

— Ну ладно, дорогой, пожалуй ему из один из своих ремней. — попросила она своего мужа.

В общем с горем пополам приодев меня в кожу и мех, нацепив на голову безразмерную, спадающую на глаза шапку-ушанку, она оглядела меня и выпалила:

— Какой красивый, как девочка! Только парень! — и шлёпнула меня по пятой точке рассмеявшись.

Ну и ну. Хоть через длинную дублёнку я почти не почувствовал удара, но чувствовал как щёки горели со стыда от её комплимента. Красивый как девочка? Это что-то новое, и наверно, оставившее мне воспоминание на всю жизнь.

— Эрмина Валекки. — протянула она руку в приветствии.

— Сергей, просто Сергей. — отвечаю ей на жест.

— Ну что ж, Серёжа, в качестве платы, ты поможешь загрузить повозку, и мы отправимся в Иеслоу. Мирзвод мне всё рассказал, пока ты приводил себя в божеский вид. Так уж быть, подкину тебя. А за вещи не беспокойся, отплатишь как-нибудь.

— Вы знаете, меня Оффициум Редитус заставляет отплатить вам прямо сейчас. Я бы не хотел нести это бремя сквозь время и события контуума. — приподнимаю левую руку чтобы привлечь внимание.

— Что заставляет? — в голос спросили супруги прищурив глаза.

— Оффициум Редитус… — поняв глупость повторения пытаюсь перефразировать. — Обязательство возврата, ну типа как закон благодарности и всё такое… — пытаюсь объяснить чуть ли не на пальцах.

— То есть, ты сечас хочешь нас отблагодарить? — чешет голову Мирзвод.

— Да, люди вы вроде нормальные. Как насчёт чтобы помочь вам делом каким-нибудь?

— Ну например что можешь сделать? — теребит усы блондин.

— Поделиться каким-нибудь знанием, например о науках. Вот например о море вашем.

— Хмм… — почесал подбородок хозяин дома. — Скотину пользовать умеешь, или только баять?

— Баять? Эм… это в смысле как? Я же человек, а скотина нет. Вряд ли у нас что-то получится. Да и на животных меня никогда не тянуло. — чувствую как округляются мои глаза от изумления отвечаю я.

— Та нет, дурья твоя башка. Баять… болтать во! — припомнил муж Эрмины более понятную форуму. — Вот вы, молодые, всё только дурь в голове, и всё ниже пояса. — от этих слов его жена хихикнула и покрылась румянцем. — Ты с какого дуба ёбрюшился, парень? Языка человечьего не понимаешь?

— Попрошу не материться, а хотя пофиг. Крепкое слово оно как клей, всё на него пригвоздить можно. — немного улыбаюсь в лицо хозяину дома.

— Ну да, крепкое слово, оно и нечисть прогоняет. — рассмеялся усач. — На будущее, ёбрюшился — упал, рухнул, обрушился.

— Понял, но давай на более современном говорить. Тем более раньше проблем не было со взаимопониманием.

— Просто смотрю на тебя, а ты хоть и с других земель, но кажешься умным. И таки-да, умная голова, жаль будет, если оторвут.

— Ну вот опять, понеслась. — развожу руки в стороны и поднимаю голову к потолку.

— Мы отвлеклись. Так скотину пользовать умеешь? — возвращает она диалог в прежнее русло.

— Пользовать это как? — спрашиваю его.

— Корова у нас, разродиться никак не может. — положил руки на пояс он.

— Ну здесь я не помощник. — жму плечами в ответ.

— В лес сходить, дров привезти. Поохотиться, дичь подстрелить.

— Нет и нет. Этим я заниматься не буду. — покачал я головой.

— Ну тогда какой прок от тебя? Просто будешь проездом когда, занеси пару монет за одежду, да и все дела.

— Нет, так не пойдёт. Я могу записать вам лекарственные травы, рецепты для них, и от каких болезней. — предлагаю я.

— А что? Это мысль. — говорит блондин. — В конце концов, если самим не понадобятся, то какому-нибудь лекарю продать сможем. Годится твоя оплата, даже с лихвой. Мы люди честные, знаешь ли, давай ещё и накормим тебя, чтобы более справедливо всё было. — весело отозвался он обнимая меня за плечо и усаживая за стол. — Эрмина, милая, приготовь гостю еды, пока он настои пишет.

В общем, я написал им десятка два различных рецептов, от различных распространённых проблем уровня этих людей. Здесь входило и средство от простуды, и тонизирующее, против гноения ран, при потери крови, вирусные заболевания, универсальное противоядие от зверей и растений, заживляющее, обезболивающее, даже слабительное, мало ли. Также указал какие травы, как и когда лучше собирать и хранить, чтобы достичь максимального эффекта.

Хозяйка подала на стол. Несколько печёных картофелин, кусок сыра, жаренная свинина и хлеб. Свинину я сразу отодвинул от себя под удивлённые взгляды супругов, не стоит употреблять энергию смерти в виде мёртвой плоти, идущему по пути Ученичества, таким образом оскверняя и загрязняя свой храм — тело и разум. Думал между картофелем и хлебом, и никак не мог решиться. Хотелось горячего картофеля, но также хотелось свежего хлеба. Смешивать вместе не хотелось из-за био-несовместимости, и чтобы не допустить эту противную тяжесть в желудке. Запах еды дурманил, и заставлял определяться быстрее. Ладно, картофель и сыр, немного сыра можно, для поднятия настроения за счёт вкуса. Отрезаю небольшой кусочек сыра, беру в руку картофелину… и с неожиданной яростью дикого зверя, не евшего несколько дней набрасываюсь на трапезу. Я уже не подношу еду ко рту, а сам наклоняюсь к ней. Животное начало возобладало во мне, наверно сказывалось напряжение последних часов, и высокая нагрузка на разум, и особенно тело которое требовало взять своё.

— Ни в року. — по очереди удивлённым тоном сказали хозяева дома.

Я даже не поднял головы, еда, еда! Вот же гребучие демоны со своим Хаосом и побегульками, выжали столько сил с тела. И старик со своими заданиями. Трибли ему захотелось видите ли. Знать имена богов тайные захотел? Или управлять энергией Пустоты? Или ещё чего там накалякано в этой книженции? Вот что же вы все со мной делаете? Доводите меня до такого скотского состояния, перед людьми вон стыдно, а остановится не могу…

— Воды, чаю? — прерывает мои сетования блондинка.

Я лишь поднимаю как раз освободившуюся от картофелины левую руку в остановительном жесте, показывая что пить не буду, и сразу же хватаю следующий клубень.

— Добавки, милок? — озабоченно спрашивает женщина.

— М-м-м, му-гу. — мычу я с набитым ртом и активно киваю, не отрываясь от тарелки.

Мысленно проклиная своего звериного соседа по телу, быстро но тщательно пережёвывая угощения, я всё-таки удовлетворяю свой аппетит. То, что это был аппетит а не голод, не было сомнений. Каждый адекватный человек знает, что аппетит требует немедленно и побольше, а голод, даже если он длится несколько дней до наступления ацидотического кризиса, всегда может потерпеть сколько нужно, и о необходимости поесть говорит не слишком активно.

Насытившись, и тысячу раз извинившись перед ними, я помог загрузить неказистую повозку, с двумя запряжёнными лошадьми. Несколько мешочков зерна, и два ведра яблок, вот и весь скромный груз, который видимо помогал и городку, и этим людям. Мирзвод остался дома, отправлялись только я и Эрмина. Всю дорогу я с хозяйкой весело болтали о погоде, людях, одежде, моде и прочих мелочах. Дорожный тракт был наезжен и хорошо расчищен, потому проблем особо не было, кроме тех случаев, когда мне приходилось слазить с повозки и подталкивать её сзади, потому что колесо угодило в яму, и лошади не могли вытянуть. Помогать пришлось силой рук, так как творить волшбу я не мог, да и не стоило, чтобы не проявлялись признаки магисис иникитати, гарантировано вызвавшие бы вопросы у инквизиторов. Зачем же я иду в этот городок? Картофельный хрен его знает. Может из-за порыва защитить книги и хранящиеся в них знания? Или может в надежде добраться обозами в Адфорд или к учителю, или хоть к какому-нибудь другому Магу? Хотя было бы хорошо встретить другого ученика, и попросить ноокристал, чтобы связаться с учителем. Сидя в повозке и поправляя безразмерную шапку-ушанку спадающую на глаза, мысленно матерюсь и смотрю по сторонам, держа небольшой арбалет в руках. Дорога хоть недалёкая и к людям близко, но с оружием расставаться не стоит. Вот и дорожный указатель, который гласит: «Иеслоу», и ниже нарисован жёлтый крест, знак что город накрыла чума. Проехав ещё немного, и наблюдая как неспешно растут двухэтажные и поменьше дома, мы въехали в городок, под мрачные взгляды мужчин в капеллинах, кольчугах с мехом и алебардами.

— Ну вот, Иеслоу, наш славный городок. — описала рукой полукруг перед собой блондинка. — Точнее был славным, — добавляет она уже тише, — пока сюда не пришла чума и не пожаловала инквизиция. Смотри, туда, — она указывает направо, — центральная и рыночная площадь , я туда. Затем, — указывает налево, — там казармы, кузница, постоялый двор, лечебница. И прямо по дороге, — часть для богатых. Там мэрия, церковь, покои инквизиции, постоялый двор, при чём для богатых и влиятельных, и тоже свой рынок, только для дельцов. Везде, как видишь дома и домики, люди живут, выживают, а теперь и хворают. Лечебница переполнена, многие болеют дома. Такие дела. — последние два предложения она сказала с ноткой грусти.

— Так почему же ёбрюшинная инквизиция не помогает? — возмущаюсь я.

— Они помогают, ищут ведьм и колдунов. Отпускают грехи умирающим и читают проповеди. — немного с презрением ответила женщина.

— Ладно, я с тобой тоже на рынок, посмотрю что к чему. Не подскажешь где тут можно отправиться с каким-нибудь обозом куда-то? И где посмотреть карту, есть такое? — задаю вопрос, оглядываясь по сторонам.

То, что я видел, вызывало смесь отвращения, страха и злобы. Люди, покрывшиеся инеем, явно мёртвые, лежали на земле под домами, мелкие грызуны откусывали части холодной плоти и убегали прочь. Другие, изрыгали на землю гной, кашляли и выплёвывали кровь. Заболевшие, но способные ходить, неспеша, закрывшись повязками на лицо и опустив головы бесцельно шагали по улицам. Были ещё и личности, лица которых закрывала маска с длинным носом, или клювом, можно ещё сказать. Длинные кожаные плащи и широкие шляпы, вкупе с этой маской, придавали ему вид какого-то мрачного божества. Чумные доктора, вот как они называются. В воздухе, чувствуется чумной запах, надеюсь моя вскормленная фруктами иммунная система выдержит, и не даст попасть внутрь тела этой Чёрной Смерти. Хотелось положить в рот сноркулум, но едва я не смогу говорить.

— Есть конечно. — немного повеселев отозвалась она. — Всё как раз там, на центральном шесте, объявлений. А с торговцами всегда можно договориться о путешествии.

— Почему к вам приезжают торговцы, в очаг болезни? — спрашиваю я.

— А куда деваться? — приподняв, затем приспустив голову отвечает она. — Еда, одежда, простыни для больных, кому-то возить надо. Хоть кому-то польза с чумы.

— Ну это ещё как сказать. — продолжая вертеть головой скептично говорю ей.

— Да что тут говорить? В конце концов, с обозами и врачи приезжают. Толку от них, немного, но для кого-то это надежда.

По мере нашего продвижения, слышались звуки толпы. Впереди явно что-то происходило. Вывернув из-за поворота, на центральную площадь, перед нами предстала толпа, стоящая и смотрящая на человека, одетую в красного цвета робу с мехом, и с большой золотой буквой Т, похоже символ местной веры. Стоял он на деревянном подобии сцены, слева от которой находился шест, с привязанной к нему молодой женщины. Возле шеста были сложены дрова и стоял человек с чёрной маской палача на лице, и горящим факелом в руке. Вокруг места казни, уже лежали обугленные тела, не подававшие признаки жизни. Твари! Мрази! Сердце бешено заколотилось и хотелось спрыгнуть с этой повозки чтобы снести ублюдку голову. Во имя Абсолюта! Да что же делаете люди?! Будто почувствовав мой внутренний порыв, Эрмина обернулась, посмотрела мне в глаза, и взяв за руку отрицательно покачала головой.

— … Женщина эта, была замечена в распутной связи с нечистым. Поймана на горячем за написанием книг! — театрально гласил человек в красном и толпа ревела после каждой его паузы. — Не может быть прощения тем, кто состоит на службе у диавола! Добрые люди, разве можем ли мы простить ведьме беды, осаждающие наш славный город?

— Не-е-ет! — взревела толпа.

Чёрная злоба нависала на глаза, как забрало рыцаря, готового пойти на штурм крепости. Хотелось стереть в кровавый дым это торжество невежества. Нужно что-то придумать, и спасти возможно ни в чём не повинную женщину. Тем более, от неё чувствовалось то самое чувство холодных колик в животе. Чувствовались исходящие, лёгкие волны холода. Да, она имела определённые Силы, и осознавала это. Но это не значило что она использовала их во вред. Более того, раз я не могу творить волшбу, то она поможет, скажем так «завести» вручную мой колдовской движок. Магисис иникитати, достигший критической массы, как у меня этой ночью, отключил во мне волшбу, на время конечно, но его-то у меня нет. Нужно цепляться за любою возможность ускорения восстановления своей магической сущности, и она мне поможет в этом, так или иначе.

— Сжечь ведьму! Сжечь ведьму! — ритмично бубнила толпа.

Инквизитор повернул голову к палачу и коротко кивнул.

— Стойте! — вырывается у меня из нутра и настаёт тишина.

Толпа медленно повернулась и уставилась на меня. От внезапно наступившей тишины, я немного опешил и не знал что сказать, лишь молча оглядывая людей.

— Ты имеешь что сказать, молодой человек? — размеренно произнося слова, обратился ко мне инквизитор.

— Почему она ведьма? Где доказательства? — бросаю я банальную фразу и толпа меня поддерживает.

Человек в красном поднимает руку и толпа замолкает.

— Снимите её с шеста. — говорит он палачу.

После этого, палач оставляет свой факел, и подходит к шесту. Снимает женщину, и заламывает ей руку, не давая возможности двигаться.

— Если эта женщина порочна, на ней будут знаки диавола!

Палач срывает рывком платье, и перед нами оказывается совершенно голая, молодая девушка. Подойдя к ней, инквизитор вместе с палачом осматривают её, кое-кто из толпы тоже подходит к ним. Я тоже подошёл, ради чистоты следствия. Ничего не найдя, они отходят назад, кроме палача.

— Ничего нет! Она чиста по вашим меркам! — провозглашаю я и толпа охает.

— Это ещё ничего не говорит! — перечит мой оппонент. — Испытание прикосновением! Приведите припадочного! — скомандовал он.

Спустя время, к нам подвели юношу через живой коридор в толпе, с конвульсивно дёргающимися конечностями. Что за?

— Если эта женщина чиста, то возложение её рук на него, не даст результата. Если же она порочна, его судороги прекратятся.

Его подвели к ней, и её руки поставили ему на голову. Спустя несколько секунд, его судороги прекратились и кулаки разжались.

— Ведьма! — проорал инквизитор.

— Ведьма! — подхватила толпа.

Она имела целительный дар, не читая заклятий. Она точно та, кто мне нужен.

— Нет, это просто совпадение! Конвульсии могут прекратиться и от сильного порыва ветра, также как и от испуга или касания. — опровергаю я, не слишком веря в свои слова.

Но толпа не унималась, желая представления дальше.

— Ладно, принесите мне раскалённое железо. — приказал человек в красном.

Спустя несколько секунд, и появился человек со щипцами, держащий раскалённый кусок железа. Он выбежал на сцену, и подошёл к духовнику.

— Если эта женщина чиста, она сможет удержать его в руках более минуты. — объявил инквизитор.

Ей протянули щипцы с раскалённым цилиндром, она подставила ладони, и щипцы разжались, роняя обжигающее железо ей в руки. Ну это просто, для людей с магическим даром или развившим его в себе, достаточно просто сконцентрировать энергию в ладонях. Естественный холод исходящий от избытка Фокуса, усиленный несложными усилиями силы воли, не даст жару повредить участкам тела.

Толпа замерла, с ужасом и предвкушением смотря на раскалённое железо в руках девушки. Ничего не происходило вот уже минуту, вторую, третью. Наконец инквизитору это надоело и он коротко приказал:

— Освободить её! — палач отпустил её. — А ты, чужак, тебя мы не знаем. Говоришь ты складно, и голова у тебя явно умная, жаль будет если отрубят. Сможешь ли ты удержать раскалённое железо?

— А при чём здесь вообще я? — пытаюсь защищаться.

— Потому что у меня есть подозрение что ты адвокат дьявола! — тыкает он на меня пальцем и от напряжения у него немного выделяется вена на лбу. — Или гнусный колдун, спасающий своих шлюх ведьм. Или может ты сам диавол, пришедший к нам, чтобы поставить под сомнение слово святой инквизиции? — говорит он уже более надменным и презирающим тоном, смотря на толпу.

— Это абсурд. Ты что несёшь, отбитый дедуган? Совсем крышу снесло от вседозволенности, паскуда? — закипаю я.

— Оскорбления, эмоции, всё это уловки диавола! Но нас не обманешь! Ты, — он указывает на палача, — схватить его и привязать к шесту. Сожжём колдуна!

— Сожжём колдуна! — поддержала его толпа.

Ну, в том что я для них колдун, они были правы на самом деле, но я никак этого не проявлял перед ними. Прежде, чем я успел что-то предпринять чтобы защититься, могучие руки, нескольких горожан схватили меня, и повели к шесту. Окружив меня, стали привязывать на горке сухих дров. Девушка-ведьма, пришедшая в себя после шока, бежит сквозь толпу, я провожаю её взглядом. Понимая что это последние минуты моей жизни, потому что я не смогу защититься от раскалённого железа концентрацией Фокуса, из-за критической массы магисис иникитати, лихорадочно перебираю варианты действий или слов, которыми можно хотя бы отсрочить моё сожжение заживо. Опускаю голову вниз и вижу как факел палача уже притронулся к хворосту, вот оно, огненное забвение. Огонь лениво вспыхивает, раздаётся сухой треск, поднимается струйка дыма. Дрожь бьёт по телу, дыхание сбивается, челюсть дрожит стуча зубами. Мне страшно. Разве за этих невежественных уродов я рисковал жизнью в бомбоубежище? Разве это моя награда? Меня сожгут на костре инквизиции, посреди чумы и мракобесия? Обвиняемой уже не видно в толпе, наверно она уже не на площади. Почувствовав как в ступни уже становиться ощутимо тепло, и задрожав всем телом ещё сильнее, я ничего не могу придумать. Я связан по рукам и ногам, на меня смотрит одичалая толпа, и время моё на исходе. Скоро я стану таким же обгорелым телом, и меня скинут возле шеста, рядом с этими сгоревшими до меня бедолагами. Остался последний вариант, сорвать свою глотку в надежде, что это что-то изменит.

— Помоги!!!

Автор: Нико Чернилов

**Жизнь коротка, развивайся с нами сейчас!**

21 views

Ученик Мага или я не волшебник, я только учусь.

Оглавление

Глава 10. Стена смерти или, твою мать беги!!!

Глава 11. Нет худо без добра, или старые новые порядки.