ЭРОТИЧЕСКИЙ ПЕРЕНОС: МЕЖДУ СЦИЛЛОЙ И ХАРИБДОЙ

«Это явление настолько запутанно и обусловлено многими причинами, так неизбежно, и так трудно разрешимо, что обсуждение его уже давно является жизненно важным для аналитической техники», — пишет Зигмунд Фрейд в своей статье «Заметки о любви в переносе».

Эта работа стала первой, в которой создатель психоанализа впервые описал такое явление как эротический перенос. Психоаналитики и психотерапевты в своей работе нередко с ним сталкиваются. Но, несмотря на это, данной теме уделяется недостаточно внимания, из-за чего работа с эротическим переносом считается одной из самых трудных.

Вместе с тем Фрейд подчеркивал важность понимания и проработки эротических чувств в анализе, он считал их ценным материалом.

«Он пишет, что на эти чувства не нужно закрывать глаза или делать вид, что они не возникают. Их важно анализировать как часть терапевтической работы», — отмечают выпускники нашей программы Алексей Кузнецов и Алёна Овсянникова в публикации «Игра эротического переноса в психоаналитической психотерапии».

В своем исследовании наши коллеги разбираются, что представляет собой эротический перенос, какие причины стоят за ним; с какими трудностями сталкивается психотерапевт, который встретился с этим явлением, — и как с ним работать, чтобы эротический перенос не перерос в девятибалльный шторм и не привел к разрыву терапевтических отношений.

В новом выпуске рубрики «Психологическое сообщество» приводим некоторые тезисы из этой статьи. Спойлер: эротический перенос совсем не так страшен, каким кажется на первый взгляд!

Установить власть, требовать защиты

Популярное представление об эротическом переносе состоит в том, что пациент «влюбляется» в аналитика и может хотеть заняться с ним сексом, завести роман, жениться/выйти замуж, зачать от него ребенка. По мнению авторов статьи Алёны Овсянниковой и Алексея Кузнецова, подобные фантазии действительно имеют место, они представляют собой более примитивные желания человека, типичные для доэдипова периода. Но считать, что эротический перенос заключается только в этом, довольно ограниченный взгляд на данную проблему.

«Эротический перенос всегда многогранен: он состоит из разных вещей, не все из которых эротичны, — пишут наши коллеги. — Стоит определять эротический перенос как любое выражение эротических чувств к терапевту. Это может быть как флирт, так и внимание к внешности, поведению и еще многим аспектам, связанным непосредственно с психотерапевтом. Не стоит упускать из виду сложную динамику эротического переноса — скрытое стремление пациента установить власть над терапевтом и/или требовать защиты».

Впервые это явление описал Фрейд в своей статье «Заметки о любви в переносе». В нем он рассказывает о случае, произошедшем с его другом и наставником Йозефом Брейером, ставшим, по сути, жертвой эротического переноса со стороны пациентки Анны О. Эта история вынудила Брейера не только прекратить ее лечение, но и вообще дистанцироваться от психоанализа.

«Эпизод, описанный Фрейдом, демонстрирует, какое мощное воздействие эротический перенос оказывает на терапевта, — отмечают авторы публикации. — Создатель психоанализа описывает трудности в работе, с которыми сталкивается аналитик, как находящиеся между Сциллой удовлетворения и Харибдой нарциссического оскорбления; а также сложности, связанные с контрпереносом психотерапевта. Фрейд сравнивает аналитиков с Одиссеем, которому, чтобы вынести тяжелое испытание “слушания своих сирен и сирен пациентов”, необходимо “приковать себя к психоаналитической мачте” анализа переноса».

Регрессивная любовь

Каковы же основные факторы появления эротического переноса, и какую роль он может сыграть в терапии?

По своей сути, эротический перенос инфантилен и инцестуозен, своими корнями он уходит в самые ранние отношения между матерью и ребенком, и выражает стремление пациента к такой любви, которая могла бы полностью закрыть все его неудовлетворенные потребности в детско-родительских отношениях.

Можно часто наблюдать, как пациенты влюбляются в своих врачей, медсестер; ученики — в учителей, а секретарши — в своих руководителей.

«По наблюдениям специалистов, любовь часто возникает после потери объекта — например, после смерти одного из родителей, — размышляют авторы статьи. — Если ранние детско-родительские отношения были травматичными, у человека возникает естественное желание найти того, кто сможет залечить раны, нанесенные первичными объектами».

Психоаналитик Джералд Блюм предположил, что пациенты, у которых развивается эротический перенос, в детстве могли быть подвергнуты соблазнению со стороны взрослого. Так, одна из пациенток, у которой развился эротический перенос на аналитика-мужчину, рассказала, что, когда она была подростком, ее соблазнял отец, проявлявший интерес к ее растущей груди.

«Девушка также добавила, что отец просил ее позировать для него обнаженной, а в день свадьбы целовал ее так, как если бы он был ее женихом», — пишут наши коллеги.

Неизбежность эротического переноса

Существует мнение, что терапевт должен стараться избегать развития эротического переноса, поскольку, если он однажды возник, его уже практически невозможно успешно разрешить. Есть также точка зрения, согласно которой в появлении такого переноса виноват сам психотерапевт из-за применения им неправильной техники или из-за контрпереносных чувств, связанных с личной историей терапевта.

Между тем, руководитель нашей программы Андрей Владимирович Россохин считает, что «нет ни одного психоаналитического процесса без эротического (любовного) переноса».

пишет Андрей Владимирович в статье «Что нам делать с (и без) эротического переноса?».

«В каждом психоаналитическом процессе с самого начала присутствует трансферентно-контртрансферентная первосцена, — цитируют руководителя нашей МП Алёна Овсянникова и Алексей Кузнецов. — Нет эротизированного переноса пациента без скрытого эротизированного контрпереноса аналитика. Нет ни одного психоаналитического процесса без амбивалентного (любовного и враждебного одновременно) переноса и контрпереноса. Остатки как любовного, так и агрессивного переноса и контрпереноса продолжат существовать и после хорошего завершения анализа».

Воспроизвести раннюю травму

Многие психоаналитики считают, что эротический перенос — не только необходимое, но и позитивное явление в психоаналитическом процессе. Если вовремя распознать его развитие, это может послужить прогрессу в терапевтической работе. Если же данный процесс игнорировать, то результат будет обратным.

«Любовь и сексуальность сходятся в психоаналитических диадных взаимоотношениях между психотерапевтом и пациентом. Перенос становится возможностью для установления нового опыта, а не повторением инфантильных переживаний. Такой опыт может быть использован для укрепления и утверждения истощенного Я, — считают авторы статьи. — Эротический перенос становится попыткой реального воспроизведения ранней травмы, пережитой в детстве, потому что это единственное доступное пациенту средство для снятия невыносимого напряжения».

В психоаналитических отношениях у пациента возникает большой соблазн войти в предоставляемые безопасные отношения с отцовской или материнской фигурой. Доверие, безопасность и сопереживание со стороны психотерапевта способны в форме эротического переноса возродить травматичный детский опыт переживания сексуальной травмы. В этом смысле данное явление можно рассматривать как возможность поднять занавес отрицания детского опыта соблазнения со стороны взрослого.

«Способность говорить об этой травме становится важным моментом для процесса психоаналитической психотерапии, — продолжают наши коллеги. — Через такое выражение своей сексуальности пациент демонстрирует реальный опыт, который он переживал в детстве, что может свидетельствовать о наличии у него соматической памяти до того момента, когда уже были развиты его когнитивные и вербальные способности».

Справиться с искушением

Вместе с тем очевидно, что психотерапевт, который столкнулся в своей работе с явлением эротического переноса, испытывает различные трудности.

«Во-первых, очень сложно не поддаться искушению, которое разыгрывается в контрпереносе, — объясняют авторы публикации. — Во-вторых, трудно не испытывать агрессию по отношению к пациенту, который стал причиной этого самого искушения».

Чтобы психотерапевтическая работа продолжилась, не навредив терапевтическому альянсу, эти трудности необходимо преодолеть. Сложность заключается в том, что на данный момент нет полного понимания, как работать с эротическим переносом, несмотря на то, что это явление нередко встречается в психотерапевтическом пространстве.

Психоаналитик Дэниэл Стерн описывает случай с пациенткой, которая сказала ему, что была убеждена, что он займется с ней сексом, как только доверится ей настолько, что никому не расскажет об этом.

«Терапевт почувствовал, что это заявление было основано на том ее ощущении, что, если произойдет сексуальная связь, она сама будет контролировать ситуацию. Он также понимал, что пациентка чувствовала, что не может сблизиться с терапевтом, если не окажет ему сексуальных услуг, — поясняют авторы статьи. — Поэтому он произнес следующую фразу: “Чтобы защитить вас и весь аналитический процесс, вы должны понять, что я ни сейчас, ни когда-либо не буду использовать вас в сексуальных целях”. При этом терапевт признавал, что это была одновременно и ужасающая, и всё же желанная его фантазия. Для того чтобы процесс свободных ассоциаций продолжался, терапевт всегда должен настаивать на том, что он является хранителем терапевтического процесса и свободных ассоциаций».

Важное значение при работе с эротическим переносом имеет диагностика, поскольку, к примеру, у психотического пациента такой перенос довольно быстро может превратиться в паранойю, основанную на проекции своих сексуальных желаний на аналитика.

В случае с пограничными пациентами специалист должен проявлять достаточную заботу и осторожность, чтобы показать анализанту, что он и его чувства имеют значение, но при этом не воспринимаются как соблазнение.

Аналитику также нужно исследовать, какие его слова или действия могли спровоцировать эротический перенос. Сама постановка такого вопроса уменьшает чувство вины пациента и возвращает его внимание в поле аналитической ситуации.

«Основа плодотворной психотерапевтической работы — анализ эротического переноса, который сам по себе является достаточно сложным как для терапевта, так и для пациента, — отмечают Алексей Кузнецов и Алёна Овсянникова. — Для того чтобы эротический перенос не перерос в шторм в девять баллов (что, вероятно, привело бы к разрыву терапевтических отношений), крайне важно помочь пациенту разрешить его внутренний конфликт путем обсуждения фантазий клиента и совместного поиска причин разыгрывания эротического переноса, что способствовало бы достижению позитивной динамики в терапии».

Также психотерапевту крайне важно уделять внимание собственному контрпереносу, вызванному в ответ на эротическиий перенос пациента. При этом нужно помнить, что это может побудить психотерапевта быть более чувствительным к разыгрыванию эротического переноса своего пациента.

«Следуя идее, высказанной Ференци в 1929 году, мы смеем надеяться, что многие пациенты с эротическими фантазиями в конце концов увидят в них свои симбиотические побуждения, в которых заложена фантазия вновь обрести “хорошую мать”», — резюмируют выпускники нашей программы.

______________________

Полностью статью Алексея Кузнецова и Алёны Овсянниковой «Игра эротического переноса в психоаналитической психотерапии» можно почитать в «Журнале клинического и прикладного психоанализа».