Похождения ремесла в эпоху позднего капитализма
Несмотря на подавляющее господство машинного производства в современной экономике, ручной, ремесленный труд никуда не исчез. Он просто приобрёл новые функции - экономические, социально-психологические и даже идеологические. Подтверждений тому масса. Это и огромная сфера хобби, вокруг которой уже сложился соответствующий бизнес, и “элитные” товары якобы ручной работы, и всевозможные идеологии, проповедующие возврат к корням и опрощение. Не стоит забывать и о ремесленном труде на периферии капиталистической экономики, но этот аспект находится по большей части вне круга нашего сегодняшнего интереса. Ведь сегодня мы поговорим именно о специфической форме ремесла, возникающей уже внутри развитого капитализма вне основной сферы производства.
Ремесло VS Индустрия
Для начала определимся с тем, что мы называем ремеслом. Наше понятие будет несколько шире бытового, ведь ремесло в нашем случае выступает как относительная противоположность промышленному производству. Об абсолютном отличии говорить не приходится, ведь и то, и другое суть формы орудийной деятельности человека. Каковы же различия между ними?
Индустриальное производство предполагает высокую степень разделения труда. Такую, что каждый отдельный работник не охватывает своим разумом весь процесс производства. Он знает лишь малую часть аспектов того, что, как и зачем он производит. Ремесленник же держит в голове всю или почти всю производственную цепочку - от замысла до сбыта и применения.
Ещё одна необходимая черта индустриального производства - применение машин, придатком которых и становится работник, ответственный лишь за малую часть производственного процесса. Без машин речь может идти лишь о мануфактуре, то есть переходной форме между ремеслом и индустрией. Именно такое представление о противоположности между ремеслом и индустрией и лежит в основе целого комплекса социально-психологических и экономических явлений современного капитализма. И прежде, чем вскрывать его ложность, мы пройдёмся по последствиям романтизации ремесла.
Что ждет человек от ручного труда?
Далее перейдем к ожиданиям, которые возлагает наш современник на ручной труд как процесс и его продукты. Заранее скажем, что многие из них явно не оправдывают себя. Но чтобы понять логику механизмов отчуждения, в том числе и самоотчуждения, надо разобраться в тех потребностях, которые тщится удовлетворить современное ремесло.
Хэндмэйд как бренд
В области простого потребления существует представление о том, что продукт немеханизированного, индивидуального, а не массового производства априори выше качеством. Потребитель проецирует на тех, кто произвёл приобретенные им товары, свои собственные представления, не лишенные известной справедливости. Дескать, на фабричной потогонке человек работает определённо хуже, чем занимаясь ремеслом “сам для себя”. Так это или нет, но действительный или мнимый факт ручного изготовления очень широкой гаммы товаров или их полуфабрикатов повышает доверие к ним.
Благодаря этому существует целая индустрия “элитных” ремесленных товаров, да и массовое производство применяется к запросу на “сделанное вручную”. Достаточно посмотреть, например, на пачку чая на магазинной полке, чтобы в этом убедиться. Потный и грязный от усталости сборщик чая слыхом не слыхивал, что делает он свою тяжёлую работу “с любовью”, как об этом нам поведает любая реклама.
Ремесло как досуг
Сам обращаясь на досуге к ручному труду в его различных формах, наш обыватель стремится реализовать уже другие потребности. Во-первых, компенсировать, хотя бы отчасти, негативный эффект от повседневного существования в качестве придатка к машине индустриального производства, о котором мы уже говорили в первой главке.
Во-вторых, человек хочет утвердить себя в качестве творческой личности, или хотя бы создать видимость этого для себя и других. Многих наших современников крайне угнетает тот факт, что большинство известных ему вещей он может получить только готовыми или в виде полуфабрикатов, но никак не создать с нуля. И ремесло в широком смысле слова опять же приходит на помощь. Конечно, купить хлеб в магазине быстрее, проще и, учитывая затраты времени и сил на самостоятельную выпечку, дешевле. Но, как автор знает и на личном опыте, домашний хлеб уже потому кажется вкуснее, ведь к его вкусу примешивается гордость от сознания собственного творческого могущества.
И в этом опять же нет ничего зазорного. Наоборот, стремление к господству над силами природы и к наслаждению свободной игрой своих творческих сил есть достойнейшая цель для человека. Однако даже если отбросить в сторону ограниченность ремесла самого по себе, остаётся ещё один, не менее важный момент. А именно капиталистически организованная индустрия творческого досуга, воспроизводящая отчуждение человека от своей творческой природы вместо того, чтобы его преодолевать.
Сделано вручную (тм)
Нулевой круг нашего дантова Ада - бизнес на потребителях “ремесленных” товаров. В руках ушлых капиталистов доверие потребителя к товарам “ручного изготовления” превращается в ещё один источник дополнительной прибыли. В цену любого товара “ручного изготовления” таким образом включается своего рода “наценка за духовность”. При этом уплата последней вовсе не гарантирует того, что приобретаемый нами продукт был сделан руками живого человека, как нам то обещает реклама.
Но даже если производитель и продавец нас не обманули, это вовсе не означает, что приобретённый нами товар будет выгодно отличаться от “бездушной” фабричной продукции. Более того велика вероятность, что всё будет ровно наоборот. Ведь в условиях господства индустриального производства обеспечить рентабельность ручного труда с помощью одного только маркетинга едва ли возможно. В ход идёт применение крайне дешёвого и неквалифицированного труда, экономия на материалах и соблюдении технологий. И всё это только для того, чтобы гордо заявить, дескать, сделано вручную. И заломить за это тройную цену.
Выходит парадокс: если уж и приобретать “хэндмэйд”, то при прочих равных лучше уж липовый, сработанный на конвейере. Просто потому, что применение машин позволяет сократить многие издержки и меньше экономить на рабочей силе и качестве. К тому же капиталист не упустит случая вас обдурить, надо просто привыкнуть.
Как хобби становится гешефтом
Не менее цинично капиталисты наживаются и на тех, кто хочет занять свой досуг с помощью ремесла. Прошло то время, когда хобби было неинтересно бизнесу, и в этой сфере господствовали неформальные отношения. Конечно, существуют очень редкие увлечения, в которые капитал ещё не запустил свои загребущие руки. Но в целом на каждом этапе, от обучения до реализации готовой ремесленной продукции, нашего мастера, кулинара или рукодельницу ожидают ушлые дамы и господа, готовые на нажиться на них.
И здесь тоже есть свой нулевой этаж. А именно ремесленники, превратившие своё хобби в мелкий бизнес. Вслед за романтической, докапиталистической эрой во многих хобби наступила эпоха первоначального накопления. Наиболее удачливые ремесленники, сумевшие набить руку и найти себе хороший рынок сбыта превратились в мелких капиталистов. Они работают для тех, кто готов платить.
И снова “наценочка за духовность”
И более всего они вредят сами себе, ведь хобби, превращаясь в источник какой-никакой прибыли, всё более лишается своей творческой составляющей. Кроме того ступившие на коммерческую стезю ремесленники образуют ещё один кадровый резерв для хобби-бизнеса. Однако само по себе мелкое ремесло даже с наценочкой за “духовность” не есть самый лучший вариант гешефта, и ниже вы увидите почему.
Идём дальше. Наш ремесленник вне зависимости от мотивации не может обойтись без специфических инструментов и расходников. В “романтическую эпоху” многие из них приходилось доставать, изготавливать самому или использовать обычные бытовые товары. Сегодня же к нашим услугам специальные магазины для хобби, где все необходимые товары можно купить. Да, многое можно по-старинке сделать из “говна и палок”, но для этого нужен опыт и время.
Поэтому перед нашим героем стоит выбор между двумя предельными вариантами. Первый: потратить больше денег, но получить всё необходимое на блюдечке с голубой каёмочкой. И второй: напрячь руки и мозги, чтобы не тратиться на дорогую фирменную продукцию. Но не стоит забывать о том, что свободное время - это дефицитный ресурс. Особенно у чистых наёмных работников, не обеспеченных ни рентой, ни другим пассивным доходом.
За опыт тоже надо платить
Для того чтобы насладится творческим процессом и, тем более, его результатом, далеко не достаточно просто захотеть и сходить в магазин за инструментом и расходником. Нужно приобрести хотя бы минимальные навыки, постичь азы своего ремесла. И тут, опять же, есть два пути. Первый: заплатить за курсы или тренинги, где ученику всё, что надо, разжуют и в рот положат. И второй: самому рыться в интернете, отсматривать видеоуроки, читать книжки и просто учиться на своих ошибках. Последнее бесплатно, но, увы, сложно и отнимает больше времени.
И здесь жирную свинью подкладывает коммерциализация образования, в том числе и дополнительного. Детям и, особенно, взрослым становится доступно всё меньше бесплатных (точнее, оплачиваемых из бюджета) кружков и секций. И это создаёт благодатную почву для всевозможных коммерческих тренингов и курсов.
Себе в убыток
Чем больше капитал проникает в сферу хобби, тем дороже для обывателя становится эта форма досуга. И у всё большего числа мастеров, кулинаров и рукодельницы возникает желание компенсировать хотя бы часть растущих затрат, продав продукт своего ремесла. Но и здесь поджидают ушлые дельцы, готовые заработать на вашей неопытности неспособности самим найти покупателей.
Эпоха первоначального накопления в мире хобби породила не только коммерческих ремесленников, но и гораздо более опасную нечисть - организаторов ярмарок. Эти персонажи, пользуясь своими связями, организуют продажу результатов ремесленной самодеятельности. За место на такой ярмарке приходится платить, и порой немалые деньги.
А значит, идея хотя бы частично отбить назад свои растущие затраты на хобби катится в тартарары. Нет, конечно, вам может подфартить, и на волне внезапно возникшего ажиотажа ваши произведения расхватают как горячие пирожки. Но гораздо чаще встречается такая ситуация: наш герой ехал за тридевять земель, поторговал себе в убыток только для того, чтобы других посмотреть и себя показать.
Капиталистическая мутация хобби
По большому счёту мы видим как капитал наживается на желании человека в условиях дефицита свободного времени ослабить бремя отчуждения с помощью хобби. И он не просто берёт свою мзду, но и срывает своим аппетитом первоначальный замысел нашего бедолаги. Ведь с экономической точки зрения рассмотренные выше механизмы - самая обыкновенная эксплуатация. Отличие только в том, что происходит она вне общего цикла индустриального производства.
В целом выходит довольно печальная ситуация: хобби вместо того, чтобы ослаблять груз отчуждения, давящий на человека, лишь усиливает его. Ведь чтобы поддерживать своё увлечение, человеку приходится либо зарабатывать больше денег, либо снижать планку других потребностей. Да, конечно, отказ от самых затратных и бессмысленных форм суррогатного потребления высвобождает некоторые ресурсы, но этого хватает лишь на первое время. Ведь некое благо, в силу внешних причин не приносящее подлинного удовольствия, превращается в род наркотика. И это вполне может касаться тех благ, которые в иных условиях вполне полезны и естественны для человека. Чтобы получить хоть какой-то эффект, нужно увеличивать дозу.
И происходит это только потому, что в сферу здорового, сравнительно неотчуждённого досуга проникает бизнес, извлекающий прибыль из каждого чиха. Более того бизнес эксплуатирует и проституирует те некоммерческие, солидарные институты, в которых та или иная форма хобби и зародилась. Неформальные сходки ролевиков или любителей рукоделия превращаются в бизнес-мероприятия. Соблазнённые возможностью “жить за счёт хобби” лидеры тусовки сами превращаются в дельцов. На месте неформальных институтов возникает бизнес-инфраструктура.
Бизнес “своими руками”.
В складывающемся сообществе можно выделить три основные роли: пассивные потребители, производители-любители и производители-профессионалы. Последние как раз и держат поляну, организуя общение членов сообщества и сбыт продукции. Но сами по себе артефакты ручной работы как были, так и остаются далеко не самым прибыльным товаром.
И дело тут не только в узости целевой аудитории, но также в дороговизне материалов и инструментов, в низкой производительности труда, в малых масштабах производства. Словом, положение производителя-профессионала крайне неустойчиво. Надо либо возвращаться в число любителей, либо стать кем-то большим. И здесь есть как минимум два варианта, которые можно и совмещать между собой. Можно заделаться организатором ярмарки и навариваться на любителях и мелких профессионалах.
Можно же продавать знания и опыт. И последнее - наиболее удобно и прибыльно. Во-первых, для этого нужны гораздо меньшие затраты на дорогостоящую матчасть. Во-вторых же, новоявленному гуру не нужно заботиться о сбыте готовой продукции весьма узкой целевой аудитории. По сути организатор тренингов освобождён от технических и социальных ограничений ремесленного хобби и может на полную катушку использовать социальные инструменты индустриального типа.
В этом плане очень показательна история ушлой мадам по имени Виктория Мельник, подвизавшейся на поприще изготовления “крафтовых” тортиков. Скопив достаточный медийный капиталец и издав пару книжонок, эта женщина справедливо решила, что выгоднее не самой делать тортики, а учить этому других. Особенно если создать видимость того, что её подопечные учатся некоему искусству, а не обычному ремеслу. Как и в случае с фейковым “товаром ручной работы” наиболее выгодным оказывается не заниматься ремеслом, а имитировать, продавая другим более или менее мнимое чувство сопричастности творчеству.
Историю не обманешь
Выше мы показали, как мечта нашего обывателя о неотчуждённом, производительном досуге оборачивается кошмаром отчуждения и эксплуатации, самоотчуждения и самообмана. Но почему наш герой продолжает упорно наступать на грабли? Да потому, что в своём праведном гневе он валит с больной головы на здоровую. Ведь дело вовсе не в индустрии или ремесле, а в социальном отчуждении. Слова о том, что человек промышленной эры становится придатком своего орудия труда, не следует понимать буквально. Ведь орудие, будь-то машина, механический инструмент, тягловое животное или даже социальный институт, лишь опосредует угнетение одного человека другим.
История показала неправоту луддитов, видевших залог своего социального освобождения в уничтожении ненавистных машин. Современный же культ “ручного труда” - тот же самый луддизм, только рафинированный и интегрированный в капитализм. Непосредственно-политическая форма такого луддизма - анархо-примитивизм, который мы уже прицельно критиковали в своё время. Словом, перед нами ещё один пример того, как негодное орудие борьбы с капитализмом становится частью его арсенала. От гнёта капитала не убежишь в тесноту ремесленной мастерской, тем более, что капитал очень быстро умудрился пробраться и туда.
Но что делать? Внимательный читатель уже увидел две главные проблемы, мешающие хобби выполнять свою исходную функцию. А именно нехватку свободного времени и денег. Хотите получать больше удовольствия от свободного времени - боритесь как минимум за сокращение рабочего времени и увеличение заработной платы.
И капиталу в таком случае придётся пойти на попятную и в области хобби, изначально для него чуждой. Ведь сокращение дефицита свободного времени позволит людям более эффективно осваивать ремесло на некоммерческих, солидарных началах. Выбор: потратить лишнее время или заплатить капиталисту за готовый товар или услугу, не будет уже стоять так остро.
Кроме того сокращение рабочего времени даст больше простора для непринуждённого общения. А значит, хобби сможет эффективнее выполнять и функцию коммуникации. Мы ведь идём в любимый кружок не только для того, чтобы занять руки и голову, но и пообщаться с единомышленниками и друзьями.
Не менее важно, как это ни странно, и реабилитировать индустрию, уничтожив в массовом сознании ложную разводку “бездушная промышленность” - “высокодуховное ремесло”. Надо чтобы массы поняли: машинное производство тоже может быть соразмерно человеку. Но для этого надо последнего поднять над ограниченностью одномерного человека, пассивного потребителя и винтика капиталистического конвейера. Человек должен овладеть мощными силами преобразованной природы в той же степени, в которой он овладел ручным ремеслом.
Тем более, что грань между индустрией и современной формой ремесла весьма и весьма условна. Так, для изготовления ручной керамики широко используется гончарный круг с электрическим приводом. Швеи охотно используют электрические швейные машинки и так далее. Так или иначе, если мы будем бороться, а не предаваться бессмысленному эскапизму, то настанет то время, когда средний человек будет получать от работы с машиной такое же творческое удовольствие, как многие сегодня от ремесленного хобби.
Тем более, что первая ласточка в лице моды на домашние 3D-принтеры уже прилетела. С точки зрения творческой самореализации рядового человека прелесть этой технологии в том, что она соразмерна нашему маленькому человеку. Она как бы протягивает ему руку и зовёт наверх.
Собственно, перед нами стоит большая задача - сделать обычного человека сильным и уверенным в себе. Настолько, чтобы перед лицом созданных человечеством машин и социальных институтов он чувствовал себя не жалкой пылинкой, а хозяином. И не испытывал нездоровой в основе своей нездоровой потребности бежать от пугающих его достижений прогресса в тёпленькое болотце традиции.