Новелла: Покорение дворца Яньси
| Story of Yanxi Palace
Автор: Zhou Mo
Переводчик: Ldc Ldc
Редактор: Melanie
Глава 41. Предатель
– Как она может быть предателем? - удивлённо сказала Благородная госпожа Юй. – Фан Цао всегда заботилась обо мне. Она не оставляла меня даже в дни моих самых тяжёлых страданий...
– П-правильно! – Фан Цао потёрла руки. – Рабыня верна и искренна по отношению к Благородной госпоже. Как я могу быть предательницей?
– В самом деле?
Затем Вэй Инло приложила больше силы, таща Фан Цао к Благородной госпоже Юй. Заставила её раскрыть и показать руки.
– Послушайте, Благородная госпожа. Жемчужная пудра имеет чисто-белый цвет. Но мелкий порошок под ногтями Фан Цао явно желтоватый. Это не цвет жемчужной пудры!
– Жемчужная пудра такого цвета! – сказала Фан Цао, стиснув зубы.
В ту же минуту Вэй Инло достала жемчужную пудру, которую она сегодня принесла с собой. В словах не было нужды. Если положить их рядом, чтобы отличить подлинное от подделки, то одна была чисто-белой без пятен, как первый снег зимой. Другая была более тёмной по цвету и имела жёлтый оттенок, похожий на жёлтый грязный след на снегу.
Благородная госпожа Юй не была слепой. В тот момент, когда она увидела разницу, её лицо побледнело.
– Благородная госпожа, у Вас ещё остались пилюли с жемчужной пудрой, которые Фан Цао делала раньше? – спросила Вэй Инло.
– Да.
Она подошла к подушке и перевернула её. В конце концов, она достала фарфоровую бутылочку. Передала Вэй Инло.
– Вот. Я выпила больше половины, так что осталось всего несколько пилюль.
Вэй Инло открыла пробку бутылки, высыпая оставшиеся три пилюли в ладонь. Как только ладонь раскрылась, пилюли, казалось, засверкали белым, как снег. К удивлению, все три таблетки были белоснежными и круглыми, как шар.
– Я же говорила, что это недоразумение, – сказала Фан Цао, пользуясь случаем, чтобы оправдаться.
Вэй Инло бросила на неё взгляд. Она бросила две пилюли обратно в бутылочку. Затем раздавила оставшуюся между двумя пальцами, раскрошив на небольшие кусочки. Мелкий порошок колыхался, падая на стол, растекаясь по поверхности, как снег.
Такой снег напоминал слабые в своём блеске звёзды на небе.
– Это точно не жемчужная пудра.
Пальцем Вэй Инло коснулась порошка на поверхности стола. И показала кончик Благородной госпоже Юй.
– Я не могу точно определить, что это такое. Но императорские лекари наверняка могут.
Во дворце не было по-настоящему глупых или невежественных людей. Даже Благородная госпожа Юй, пережившая унижение, кое-что знала. Пока Вэй Инло смотрела, как она прикасается к порошку и подносит к носу, чтобы почувствовать запах, Инло увидела, как что-то вспыхнуло у той в глазах. В одно мгновение Благородная госпожа Юй поняла, что это было.
– Это уж точно не жемчужная пудра. Скорее, это ракушечный порошок!
Благородная госпожа Юй уставилась на Фан Цао налитыми кровью глазами.
– Фан Цао, почему ты выдаёшь подделку за подлинник? Зачем подменять жемчужную пудру императрицы?!
Понимая, что она больше не может отпираться, Фан Цао немедленно упала на колени, снова и снова кланяясь. Она всхлипнула, когда заговорила:
– Я виновата! Моя мать заболела, и не хватало денег на лечение. Другого выхода просто не было. Я знала, что ракушечный порошок дёшев, а жемчужный драгоценен, и поэтому заменила жемчужный порошок императрицы, чтобы обменять его на деньги! Умоляю Благородную госпожу пощадить меня ради долгих лет беззаветного служения!
Видя её жалкую фигуру и вспомнив их прошлую взаимную привязанность, Благородная госпожа Юй почувствовала боль, когда сказала:
– Ну что же ты! Если твоя мать заболела, ты могла бы просто сказать мне. Или ты думала, мне всё равно? Я так разочарована в тебе за то, что ты сделала!
Уловив намерение Благородной госпожи Юй простить её, Фан Цао была вне себя от радости.
– У меня просто на мгновение в голове помутилось...
– На мгновение была сбита с толку? – Вэй Инло улыбнулась. – Нет, ты очень сообразительная.
Такие слова заставили вздрогнуть и Благородную госпожу Юй, и Фан Цао.
– Смотрите, Благородная госпожа.
Вэй Инло достала оставшиеся две пилюли из флакона на стол.
– Она заменила жемчужную пудру на дешёвую ракушечную пудру. На первый взгляд, это кража, но посмотрите внимательно. Ракушечный порошок имеет жёлтый оттенок, поэтому пилюли из него должны быть цветными. Но пилюли, которые дала Вам Фан Цао, были белоснежными снаружи. Внутри была слегка блестящая пудра. Если бы я не раздавила пилюлю пальцами, никто не заметил бы разницы.
Медленно Инло подняла голову. Смотрела на женщин, чьи лица побледнели.
– Не просто деньги были её мотивом. Скорее, чтобы Вы съели эти пилюли без сомнений.
Благородная госпожа Юй не могла не поднять руки и не схватиться за горло.
Как будто те жемчужные пилюли, которые она принимала в последние дни, подкатились обратно к горлу, сбросив свою белоснежную внешность и открыв зелёный жидкий яд.
Ей захотелось, чтобы её вырвало.
– Говори! – сурово сказала Вэй Инло, обращаясь к Фан Цао. – Ваш план уже сорван, и хозяин, стоящий за тобой, ни за что не придёт, чтобы защитить тебя. Единственный выход - рассказать нам всё и надеяться, что Благородная госпожа простит тебя. Что она будет умолять за тебя перед Её Величеством императрицей!
Если бы императрице действительно всё рассказали, смогла бы Фан Цао выжить?
На этот раз Фан Цао по-настоящему испугалась. Она больше не осмеливалась скрывать правду, крича:
– Императорская наложница Цзя! Это Её Высочество Императорская наложница Цзя приказала мне сделать это!
Первоначально Благородная госпожа Юй думала, что имя, слетевшее с губ служанки, будет именем гуйфэй Хуэй. Кто бы мог подумать, что выплывет другое имя? Потрясённая, она переспросила:
– Императорская наложница Цзя?
– Да. – Чтобы сохранить жизнь, Фан Цао ничего не скрывала. – Несколько дней назад Её Высочество Императорская наложница Цзя нашла меня и сказала, что поскольку Императорская наложница И уже мертва, во дворце Юнхэ остался только один хозяин: Вы. Но Вы остаётесь взаперти, весь день дрожа от страха. Даже если родите императорского принца, Вы точно не получите благосклонности императора. Наш дворец Юнхэ обязательно превратится в Холодный дворец на всю оставшуюся жизнь!
Благородная госпожа Юй была так взбешена, что её тело содрогнулось.
– И поэтому ты меня предала?
– Неудивительно, неудивительно. – Вэй Инло кое-что поняла. – Раньше, когда собака напала на Благородную госпожу Юй в императорских садах, ты не только не смогла защитить её и увести, но и толкнула её к собаке сзади. Ты в то время уже служила Императорской наложнице Цзя, верно?
Рыдая и хныкая, Фан Цао боялась отвечать. Она только надеялась, что её слёзы могут немного разжалобить Благородную госпожу Юй.
– Фан Цао, я тебя спрашиваю. Что ты добавила в ракушечный порошок? – произнесла Благородная госпожа Юй ледяным голосом.
Некоторое время она колебалась, пока, наконец, не продолжила тихо:
– Чтобы изменить цвет ракушечного порошка, его нужно вымыть красителем…
– Бесстыжая! – Благородная госпожа Юй больше не могла сдерживать гнев. – Ты на самом деле такая злодейка!
Она была беременна. Краситель содержал в своём составе яд. Если бы она долго ела пилюли с красителем, могла бы она родить здорового ребёнка?
Всевозможные злонамеренные интриги Фан Цао свели на нет прежнюю привязанность Благородной госпожи Юй к ней. Благородная госпожа Юй безжалостно повернула голову, не бросив на неё ни единого взгляда, и сказала с ненавистью и отвращением:
– Инло, отведи её к императрице!
– Нет! Нет! – Фан Цао бросилась рыдать. – Я уже во всём призналась. Не ведите меня к императрице!
Благородная госпожа Юй закрыла глаза, бессердечно отказываясь смотреть на неё. Но Вэй Инло, стоявшая рядом с ней, на мгновение задумалась, прежде чем внезапно сказать:
– Фан Цао, были ли свидетели, когда Императорская наложница Цзя давала тебе эти вещи?
На что Фан Цао покачала головой.
Конечно, так оно и было. Вэй Инло сказала Благородной госпоже Юй:
– Другая сторона знаток интриг. Свидетели отсутствуют, вещественных доказательств недостаточно. Если мы поспешно доложим императрице, можно опасаться, что они ударят в ответ и скажут, что на них клевещет дворец Юнхэ.
Ошеломлённая Благородная госпожа Юй только и могла вымолвить:
– Это…
– Вместо того, чтобы раскрыть предателя сейчас и позволить другой стороне использовать другого, чтобы продолжать причинять Вам вред, почему бы не позволить Фан Цао временно остаться?
Вэй Инло холодно взглянула на служанку.
– Так они будут думать, что Вы всё ещё принимаете эти ядовитые пилюли из ракушечника…
После минуты глубоких размышлений Благородная госпожа Юй пришла к выводу, что это и впрямь лучший способ. По крайней мере, это был не тот случай, когда «враг знал, а я был слеп». Где ей пришлось бы постоянно быть начеку, ведь кто-то пытается тайно убить её.
– Поступим так, как ты предложила. – Благородная госпожа Юй кивнула. – Фан Цао, если Императорская наложница Цзя пришлёт кого-нибудь спросить, скажи им, что я съела весь присланный ею ракушечный порошок…
– Нужно установить срок… – на мгновение задумалась Вэй Инло. – Через полмесяца. Пойдёшь и скажешь Императорской наложнице Цзя, что все пилюли из ракушечного порошка закончились, и попросишь её прислать новую порцию! Ты меня слышала?
Какой у Фан Цао мог быть другой выбор, кроме как подчиниться? Она могла только изобразить служанку двух сторон, стоя на коленях, прижимаясь к земле.
– Слушаюсь!
Вот и хорошо.
Сверху на неё смотрела Вэй Инло, сердце было холодным, как лёд.
Этот шаг был не только для спасения Благородной госпожи Юй, но и для спасения императрицы, которая так ей доверяла.
В конце концов, если что-то случится с Благородной госпожой Юй, когда будут расследовать это дело, почти сразу же обнаружат, что жемчужный порошок прибыл из дворца Чанчунь. На самом деле, будь то жемчужный порошок, женьшень или какой-либо другое питательное снадобье, если рядом была такая предательница, как Фан Цао, злодеи могли нанести удар.
Этого Вэй Инло давно ожидала.
– Вдохновитель хочет навредить Вам и императрице. Наш дворец Чанчунь прислал жемчужный порошок, и вероятность того, что императрица его испортила, составляет четыре пятых. Чтобы обыграть их, мы схватили тебя, Фан Цао. Но кто знает, когда гуйфэй Хуэй обнаружит, что рядом с ней был предатель. Тот, что казался преданным...
По обнесённой стеной дорожке прошла грандиозная процессия.
Каждые два придворных евнуха несли бочонок, плотно закрытый красным шёлком. На взгляд это было похоже на невесту с красной вуалью, которую несут другие, так что она не касается ногами земли.
– Это что? Так загадочно.
Гуйфэй Хуэй сидела у шатра, издалека указывая на процессию.
– Это ежегодная дань уважения от цзедуши провинции Фуцзянь. Деревья личи, – ответила Императорская наложница Цзя, не задержавшись с ответом ни на миг. – Всего здесь сто деревьев. Помимо тех, что будут вручены членам императорской семьи, аристократам и высокопоставленным чиновникам, остальные будут отправлены во дворец Чанчунь.
В глазах гуйфэй Хуэй промелькнула зависть.
– Я не получила ни одного дерева. Все они пошли к ней.
Эти деревья личи прибыли издалека. Они проехали из провинции Фуцзянь до Запретного города. Поскольку эти деревья не привыкли к здешнему климату, более половины их плодов опало. Оставшиеся плоды разделили между вдовствующей императрицей, императрицей, императорскими наложницами, избранными членами императорского клана и высокопоставленными чиновниками. Любой, кто мог бы попробовать один фрукт, посчитал бы это огромной удачей. Исходя из этого было видно, что императрица владела огромной частью сердца императора.
– Это всего лишь несколько фруктовых деревьев, – успокаивала гуйфэй Императорская наложница Цзя.
– Да, это всего лишь несколько фруктовых деревьев. – Гуйфэй Хуэй гладила Снежка на руках. – Император поистине хорошо относится к императрице. А я… тоже хорошо к тебе отношусь, правда?
Императорская наложница Цзя впала в оцепенение. Она не была уверена, есть ли в этих словах какой-то скрытый смысл. Императорская наложница Цзя поспешно сказала с большой осторожностью:
– Конечно. Благодаря гуйфэй эта наложница стала тем, кем я являюсь сегодня.
На губах гуйфэй Хуэй расплылась улыбка. Она смотрела на наложницу красивым и злобным взглядом.
– Тогда почему ты предала меня?