«Гибель богов». Вроде эльф, но паук

Унгары, привет!

Сегодня мы поговорим об эльфах. Но не о всех. Речь пойдёт о ветви Элмора — пожалуй, самой странной из всех. Тёмные эльфы. Рой. Узнаем о них больше.

— Глупый старичок, глупый… Ты же всё равно умрешь, — вещал вкрадчивый шёпот. — Можно закончить всё одним ударом. Но если ты будешь убегать…

Мелкий пакостник не показывался. Выйти сюда, на эту тайную лесную тропу, было совсем непросто. Деревья плотно переплели свои ветки и корни, не пропуская чужаков. А Куссума чужак, он это понимал. То, что он долгие годы прожил в лесах среди сородичей, не делало его своим. Птица тоже может жить в клетке, но всегда смотрит в небеса.

Пришлось перерезать шеи парочки пойманных единорогов — это помогло. Их кровь открывает многие двери. И рога. И шерсть. Очень полезные для ритуалов твари.

После этого лес увидел Куссуму, принял его за своего. Природу так легко обмануть! Правда ещё не везде, в главном не получается.

Десять тысяч лет. Столько в среднем живут эльфы. Для его сородичей это была большая цифра. Год будет идти за годом, сменятся эпохи, а они будут жить. Глупцы! Куссума, в отличие от них, видел цифру. Не маленькую, но конечную. Значит, они все умрут. Когда-нибудь, в очень далёком будущем — но умрут. И в этом была суть. Это пугало.

Народы-однодневки Лаара с неизбежностью кончины смирились, некоторые даже видят в этом смысл жизни. Мол, с гибелью тела всё только начинается. Куссума не хотел ничего начинать. Надо просто не заканчивать. К тому же, посмертие почти у всех одно — плен в сети Скованного. И не жалко!

— Выходи, старичок! Обещаю, будет плохо, но хуже — не будет, — снова промурлыкал эльф, добавив в голос звука. Ему нравилось дразнить жертву. Приятно осознавать, что несчастный умрёт, а Куссума будет жить.

Однако проворный пак не показывался. Дрожит, наверное, где-то, на что-то надеется. Начинает утомлять. На безупречно гладком лице эльфа образовалась недовольная гримаса, рождающая морщины. Волнение убивает!

К счастью, Куссума знал способ успокоиться. Длинный вдох, короткий выдох и быстрое заклинание. И главное — эмоции. Не держать их в себе, но выплеснуть наружу, проклиная всё сущее. Не прицельно проклиная, а так, в общем. Главное — от всего сердца. Это как в далёком, почти забытом детстве, когда мать успокаивала своего малыша, приговаривала «У ягуара заболи, у атекара заболи, а у Куссумы, моего сладкого мальчика — заживи!». Принцип тот же, только работает эффективнее.

Позади эльфа начала образовываться фиолетово-синяя, мерзкая на вид субстанция. Гниль. Детище Куссумы, его гордость. Воплощённое проклятие, уничтожающее всё сущее. Прежде всего — живое и некогда жившее.

Эльф изобрёл её — или открыл — случайно. Как раз искал способ продлить свой жизненный путь. Говорят же, что все проблемы от нервов. Куссума хотел исключить влияние эмоций на свою жизнь. И находка пришлась ковену по душе…

Никто, правда, сейчас не упоминает, что первооткрыватель — Куссума. У Владыки Джанты хватило мудрости не объявлять себя создателем, и то хорошо. Просто великое достижение ковена, без имен. Куссуме такое положение дел не нравилось, но ничего. Орден пока нужен ему, а он ордену. Если всё сложится так, как эльф мечтал, то ковен и Джанта уйдут в небытие, а он останется — и станет бессмертным. Так чего тогда злиться на могильный прах?

Тем более, что из этой самой гнили со временем выросло нечто ещё более грандиозное. То, что действительно может продлевать жизнь долго, возможно, даже бесконечно. Владыка Элмор оценил находку по достоинству и щедро поделился плодами, что она принесла, с Куссумой. И вот об этом ковену точно знать не нужно…

Эльф услышал какой-то звук и поспешил на него, поигрывая кривым, цвета гнили ножом в руке. За спиной у него увядал лес.

«Гибель богов». Вроде эльф, но паук, image #1

Хоб вывалился с тропы, тяжело дыша, и спрятался под каким-то деревом. Тело старика била нервная дрожь: решение далось ему не легко. Уход с пути подразумевал потерю времени, а его уже назад не отыграешь. Но пак решил, что живым он ещё как-то сможет приносить пользу силам сопротивления. Поэтому лучше бежать.

Старик огляделся и прислушался, пока переводил дух. Видно ничего не было, одни деревья. Но какие-то звуки его уши различали. Пак подобрался и осторожно последовал в сторону шума. Всё лучше, чем сидеть на месте, тем более, что по следам может идти… этот.

Долго искать источник звука не пришлось. По мере продвижения Хоб всё больше понимал, что это не просто шум — звуки битвы. А после и деревья начали редеть…

Силы гарнизона Жлезодрева покинули стены крепости так быстро, как это было возможно. Эльфы с серыми клинками, суровые аллары, старички-ельховики, летучая кавалерия и прочие, прочие… Все пошли на вылазку, рассчитывая отбросить противника от стен. Стражи разделились на две части. Один отряд, побольше, что должен был соединиться с основными силами, повела за собой сама леди Дриана. Группа поменьше, которая должна была прорвать кольцо обороны противника со стороны удара добровольцев Фландира, шла в бой под командованием всадницы на пантере.

Юки и её воины быстро преодолели расстояние от стен крепости до деревьев, не встретив сопротивления. Противник бросил силы на преследование отступающих, и у стражей леса появился шанс. Однако лагерь не был брошен, какие-то защитники у него оставались.

В наступающих полетели первые стрелы, и огонь становился всё плотнее. Эльфы-предатели вели огонь по своим братьям без жалости, и отряд Юки ответил им тем же. Рассредоточились, спрятались за деревьями бесстрашные аллары, выглядывая неприятеля, ведя десятки смертельных дуэлей. А воины мечники, обнажив серые клинки, рвались вперёд.

То один, то другой страж то и дело падал, пронзённый стрелой, но расстояние до врага стремительно сокращалось. Стрелки противника вынуждены были отступать. Многие, но не все.

Зверь Юки камнем упал с высоты, спрыгнул с ветки дерева, целясь в одного из лучников неприятеля. Эльф с необычной кожей тёмно-серого отлива стоял в полный рост, не пытаясь спрятаться за укрытием, и посылал стрелу за стрелой в сторону наступающих. Пантера подмяла противника под себя, повалила, начала рвать когтями, а тот… Тот никак не отреагировал. Ни крика боли, ни стона, ни попытки к бегству — кошку лишь обдало смрадной волной, и всё вокруг начало покрываться мерзкой фиолетовой жижей. Эльф, лежащий на земле, равнодушно потянулся за коротким клинком, висящим на поясе, а в пантеру полетели стрелы. Много стрел. Жалобно взрыкнув, раненый зверь прыгнул на ствол ближайшего дерева и что было духу полез прочь, под прикрытие спасительных крон.

Серокожий эльф спокойно вернул на пояс кинжал, поднял из гнилостной лужи свой лук и продолжил вести огонь по врагу, будто ничего не случилось.

«Гибель богов». Вроде эльф, но паук, image #2

Над головой пака летели стрелы. Старик пригибался к земле изо всех сил, прятался за стволами деревьев и кустами, но потихоньку продвигался вперёд. Это было необходимо — впереди свои.

Что тропа выкинула пака за спинами врагов, тот понял давно. Не было в этих лесах такого угла, в котором старый Хоб мог бы потеряться. Он недалеко от крепости. Совсем не там, где нужно, но ничего с этим поделать пак не мог. Добраться до защитников, сообщить, что задумка не удалась и нужно отходить обратно — вот, что следовало сделать теперь. Не победить, так хоть избежать бессмысленных жертв среди бойцов гарнизона.

Хоб не мог объяснить даже себе, на что он рассчитывал. Проскочить незамеченным мимо противника вряд ли получится: воинов врага впереди слишком много. Можно было шагнуть на тропу и через пару шагов попытаться выйти, да только это не так просто. Даже такой простой трюк требует времени, а его может не быть. Находиться там, на тайных дорогах леса, сейчас даже более опасно, чем тут, в пылу сражения двух воинств.

И тем не менее, что-то делать всё равно полезнее, чем просто сесть под кустом и ждать конца. Кронг благоволит тем, кто не опускает руки, это Хоб за свою долгую жизнь выучил. А потому будь, что будет. Главное — не останавливаться.

Ещё десяток коротких перебежек, и пак оказался на краю некогда уютной полянки. Сейчас же… лес вокруг был самым обычным, но здесь всё было залито мерзкой смердящёй слизью. Травы под ногами здесь уже не было, она полностью растворилась, став частью одной гадкой фиолетовой лужи. А в середине этого кошмара, спиной к Хобу, стоял эльф. Со странным серым оттенком кожи, почти голый, но в чёрном плаще, с необычной высокой причёской, тот стоял неподвижно, раскинув в стороны руки. Пальцы незнакомца были сжаты и чуть заметно подрагивали, будто он время от времени дёргал за невидимые нити.

До ушей пака донёсся негромкий речитатив: «Именем создателя нашего Элмора и матери Роунды… Именем создателя нашего Элмора и матери Роунды… Именем создателя…»

Хоб не понимал, что здесь происходит. Но он прекрасно знал, кто такой Элмор, предатель всего эльфийского рода и главный прихлебатель восставшего узурпатора. Пак взвесил в руке поеденную гнилью трость и разочарованно покачал головой. Не то, не поможет. Надо бить наверняка. Пальцы Хоба, в прошлом большого проказника и озорника, потянулись за пазуху. Через несколько мгновений крупный камень лёг в ложе верной рогатки, и старик начал тщательно целиться. Тут главное — не ошибиться, второго шанса не будет…

«Гибель богов». Вроде эльф, но паук, image #3

Алларов оставалось всё меньше. Каждый из лучников сражался неистово, пытаясь подороже продать свою жизнь. Такой героический напор мог бы обратить в бегство любого противника… из тех, что способен бояться. Но стрелкам той стороны, кажется, было всё равно. Даже пронзённые стрелами, они продолжали вести огонь, ничуть не беспокоясь за свою жизнь. Только попадание в голову могло упокоить их наверняка, а это очень непросто совершить под градом стрел.

К тому же то и дело под ногами воинов будто по чьей-то злой воле проступала дурно пахнущая жижа, будто огнём обжигающая ноги. Стрелки были вынуждены менять позиции, оказываясь уязвимыми для вражеского огня.

Воинам-мечникам тоже приходилось тяжело. Продвижение по гниющей земле замедлилось, и стражи падали один за другим. Наступление ещё не захлебнулось, шансы ещё оставались, но таяли с каждым мигом, как вдруг…

Огонь со стороны противника прекратился. Воины гарнизона в первое мгновение не поняли, что происходит, но быстро воспользовались заминкой. В отчаянном рывке серые клинки преодолели расстояние до неприятеля и принялись рубить, кромсать серых эльфов, что просто опустили свои луки, застыли безвольными куклами.

Воодушевлённые стражи продолжили наступление, прорываясь вглубь лагеря.

Странный эльф свалился как подкошенный, и Хоб удовлетворённо хмыкнул. Руки-то помнят! Надо бы добавить ещё, чтобы точно не встал. Пак зашарил по земле, ища ещё один подходящий снаряд.

— Здравствуй, старичок, — раздалось мерзкое хихиканье сзади, и спину пака пронзило острой болью.

Хоб почувствовал мертвящий холодок, который начал распространяться внутрь тела от того места, куда пришёлся удар. Старик попытался вдохнуть, закашлялся, и изо рта брызнула кровь.

— А вот теперь будет хуже, мой несносный проказник, — шепнул ему на ухо Куссума, тяжело дыша. Страдания пака явно доставляли ему удовольствие, — Дай мне ка-апельку времени, и мы продолжим.

Не отрывая одну руку от кинжала, что вошёл в спину старика, всё ещё хихикающий эльф протянул другую в сторону тела на поляне и дёрнул ею вверх. Серокожий, до этого лежавший без движения, поднялся как ни в чём не бывало. Куссума на мгновение замер, будто прислушиваясь к чему-то, а потом недовольно произнёс:

— Отводи их к лагерю. Быстро!

Пак же весь обратился в слух, стараясь почувствовать, услышать хоть кого-то, кто смог бы ему помочь… Мудрый Кронг, не оставь верного последователя твоего в столь трудный час! И кажется, древний бог услышал маленького пака…

Отряд Юки перешёл в уверенное наступление и расширял область прорыва. Неприятель оказывал сопротивление, но то были обычные эльфы-предатели, с ними проще.

Разбойница сражалась одна, оставив верную кошку глубоко в тылу. Та получила серьёзные ранения. Жить будет, но этот бой для неё закончен. Тем не менее, всё складывается не так уж и плохо. Осталось надеяться, что свои придут. Они ведь постарались послать весточку…

Фиолетовые лужи вокруг вдруг начали вспухать тут и там с тихим бульканьем. Стражи не услышали его в горячке боя, потеряли ценные мгновения… А после всё смешалось. На поле боя появились они.

Юки уже видела этих мерзких тварей, когда пробиралась к Жлезодреву. Без сомнения, эльфы, но только выше пояса. Ниже — огромные не то пауки, не то муравьи. Жуткая насмешка над природой, созданная колдовством.

Проклятые твари появились из гнили — и смердящая слизь полетела в стороны. Эльфы-муравьи ловко заработали длинными копьями, снова меняя картину боя. Мечники стражей стали падать один за другим под этими ударами, а вскоре из глубины лагеря вновь полетели стрелы.

Юки приняла единственное правильное решение — отступать обратно. Гарнизон, теряя бойцов и огрызаясь, начал отходить к крепости. Вылазка провалилась.

«Гибель богов». Вроде эльф, но паук, image #4

— Старичок, старичок… — мурлыкал Куссума, слегка поворачивая кинжал туда-сюда. Пак хрипло дышал, глядя в никуда остекленевшими от боли глазами. — Доигрался пак с рогаткой, правда? Вот ты думаешь, что дальше. По глазам вижу — думаешь. Рассказать?

Хоб молчал, но эльфу и не нужен был ответ. Ему больше нравились монологи.

— Расскажу, чего не рассказать. Вот если бы ты не убегал, тут бы всё и закончилось. А ты решил поиграть. Я же обещал, что будет хуже? Обещал, — Куссума покивал сам себе. — Вот потому я тебя с собой заберу. И мы будем долго-долго с тобой играть. И ты обязательно проиграешь. Но знаешь что? — эльф выдержал паузу и продолжил, не дождавшись ответа. — Ищи во всём плюсы. Ты был когда-нибудь в Алламоре? Нет? Вот и побываешь!

Пак ждал. Слушал мерзко воркующего эльфа — и не только. Его спаситель приближался, пусть и мучительно долго. Старик почти потерял сознание от боли, но дождался. С коротким хрипом он толкнул своё тело, что уже почти не слушалось, вперёд, соскользнув с лезвия, и побежал, не разбирая дороги, надеясь только на милость леса. И тот услышал, его, пришёл на помощь.

Старик Хоб скользнул между деревьями, скакнул в густые кусты — и вывалился на тропу. Пак успел поблагодарить Кронга — и пожертвовавшего собою снага — за этот шанс, а после сознание всё же покинуло его.

«Гибель богов». Вроде эльф, но паук, image #5

Покинем и мы эльфов на сегодня, унгары. К тому же, это не совсем эльфы. Вернее, эльфы, но не вполне живые. Вот о таких формах существования материи мы и поговорим уже завтра.

1378 views·13 shares