777: Холодная война и коммунизм, часть 2

Перевод записей Томаса777 из Чикаго о Холодной войне и её идеологиях, о русских, технике, проигрышу правых и СССР.

Русские

Можно многое сказать о русском народе. К их чести, они очень откровенные и прямолинейные. Их любит Бог.

Барон Роман Унгерн фон Штернберг был одним из самых опасных людей в истории: белым ханом, который вел монгольскую армию, которая считала его воплощением бога войны. Шаман, который руководит «цветной» армией, — гроза любых коммунистов.

В «Утерянных победах» фон Манштейн писал о том, как его допрашивало военное министерство США. Во время Холодной войны эту книгу читали все американские генералы.

Нельзя преувеличить то, насколько опасны русские и Россия на войне. Они — последние люди, с которыми всем хотелось бы сражаться. Манштейн говорил во время допроса, что русские войска удивительно боевые — отчасти, потому что они знали, что вермахт их пристрелит, отчасти, потому что русские физически стойкие. Это всё умножает их силу.

Между строк Манштейн, по сути, говорит, что для военной победы над Советским Союзом США (и затем НАТО) нужно будет беспощадно истреблять людей (как вермахт и Ваффен-СС пытались делать), что выставляет напоказ ложь нюрнбергского процесса, хотя историки обычно упускают это.

Сейчас многие глупо предвзяты к России. Русские — воинственная раса, Манштейн об этом писал. Удивительно, но даже сразу после битвы за Берлин некоторые глупцы в армии США [вроде Паттона] называли СССР «бумажным тигром», который как-то сразу же развалится в случае войны с США — ужасное невежество.

СССР потерял седьмую часть своего населения за четыре года. Вдумайтесь. Десятки миллионов человек. Большинство народов не выдерживает такого глубокого боя — это не просто тактическая глубокая оборона. Вы должны быть готовы постоянно поглощать тяжелейшие удары врага, пока он не остановится для перегруппировки. Это не звучит жутко против некоторых противников, но против вермахта? Это невероятно. Это означает, что вашу главную линию обороны разорвут на куски (и вы знаете это). Но солдаты Красной армии были не против. Битва за Ржев — типичная военная динамика восточного фронта.

[СССР помогли победить] Сталин, отличные военачальники (Тимошенко, Конев, Рокоссовский), огромные логистические возможности и способность восстановиться (спасибо Рузвельту), и то, что рейх правда уничтожал Россию — это не пропаганда. Сражаться или умирать — другие жизненные отношения.

Русские и советские люди (хотя КГБ был очень русским) всегда были хорошими разведчиками — они легко побеждали НАТО. Не знаю, почему Абвер оказался неудачей, но советская разведка, включая ГРУ, всегда была отличной.

Общее

Людям не так нравится ревизионизм Холодной войны, как ревизионизм Второй мировой, но он важен для понимания политического устройства XXI века. Мало кто занимается этим, что ухудшает то, что никто не учит русский. Кризисы Холодной войны: 1950, 1962, 1973, 1983.

Очевидный цинизм Холодной войны неоспоримо показывает то, что США с помощью субсидий вооружили Советский Союз до зубов и способствовали советскому вторжению в Европу. Одна из единственных умных и проницательных мыслей Джозефа Маккарти: люди, которые меньше десяти лет назад заявляли, что СССР необходим «демократии», резко передумали и объявили Советский Союз воплощением зла, когда стало понятно, что они не дадут превратить Берлин в американский саттелит.

Хонеккер рассказывал Анджеле Дэвис о расовом апартеиде Америки по тем же причинам, почему КГБ и Штази подделывали доклады для мировой прессы о том, что СПИД — это биооружие американцев, которое они выпустили для убийства негров. Они занимались собственной пропагандой, чтобы завоевать «умы и сердца» Третьего мира во славу сталинизма.

[В 1973 году в Кэмп-Дэвид Никсон подарил Брежневу сделанный под заказ Lincoln Continental. К ужасу всей секретной службы, Брежнев настоял на пробной поездке вместе с президентом: он разгонялся до 80 км/ч, входил в заносы на поворотах и чуть не перевернулся.]

Мой отец перестал пить после распада Советского Союза, но он впал в глубокую депрессию, и ему стало на всё наплевать. Моя мать покинула нас [умерла?] спустя девять месяцев после падения Берлинской стены. История моей семьи показывает в миниатюре, что Америка нуждалась в коммунистах.

Техника

Забытая история Холодной войны: морская гонка вооружений. В школе нам говорили, что никакой наводный боевой корабль не превзошел линейные корабли типа «Айова», но это ложь. СССР как раз принял на вооружение улучшенный наводный боевой корабль. Тяжёлые атомные ракетные крейсера проекта 1144 «Орлан» разработали для уничтожения американских авианосных многоцелевых групп в серии ядерных грибов. Именно из-за крейсера «Киров» Рейган решил обновить корабли типа «Айова» в 1980-е. Подливает масла в огонь ещё то, что вы даже не можете пожаловаться, что «мой боевой корабль потопили!», когда «Киров» идёт на вас. Его ядерные ракеты поражают из-за пределов прямой видимости — вы погибаете, не увидев врага.

Платформа подводных лодок проекта 941 «Акула» кардинально изменила всё — и она показывает, что советская концепция ядерной войны развивалась совсем не так, как натовская. Эти подлодки были стратегическим резервом в случае всеобщей ядерной войны, а не просто сдерживающей силой. Вооружение было таким, что «невидимый» вариант подлодки (с пониженным шумовым профилем, недоступным пассивному обнаружению) мог нанести сокрушительный первый ядерный удар. Так появился сюжет «Красного октября» Тома Клэнси. Подлодки «Акула» часто разворачивались подо льдом Арктики — им не нужно было подбираться близко для удара. Эти огромные подлодки могли пробивать лёд и выпускать ракеты с безопасного расстояния.

Ларри Макдональд был пассажиром рейса KE007, который уничтожили, когда он отклонился в советское воздушное пространство. Ларри был членом Общества Джона Бёрча и считал русских/СССР источником всего зла планеты. И вот, Ларри убивает истребитель-перехватчик Су-15. Интересно, как люди встречают дьявола из их воображения.

Идеологии

СССР проиграл, но левые победили

Пол Готфрид написал отличную статью под названием «Как левые победили в Холодной войне» [How the Left Won the Cold War]. Если коротко: Йоки был прав. Сталинизм не был «левым» в том смысле, в каком его понимают левые философы и определяют западные европейцы и американцы. Можно даже сказать, что после 1979 года американцы учитывали то, что СССР явно противостоял «левым» ценностям и обязательствам.

Ко времени правления Рейгана СССР активно воевал с Израилем, отказывался признавать и продвигать сюжет холокоста, противостоял социальной политике феминизма, считал гомосексуализм психическим заболеванием, объявил сионизм предательской подрывной деятельностью, подтвердил необходимость русского национального государства (поддержания культурной и расовой целостности страны) для реализации советских стратегических целей и задач и т.д.

Показательно, что единственные по-настоящему правые белые, христианские режимы появились после падения Берлинской стены в странах Восточного блока: Хорватии (Туджман объявил Хорватию наследником национал-социалистического Независимого государства Хорватия), Венгрии (Орбан), Белоруссии, России Путина и др.

Поздняя Холодная война была войной американских евреев, сионистов, троцкистов, культурных марксистов (последователей Грамши), стареющих сторонников Нового курса, радикальных либералов и социалистов в стиле немцев 1968 года против сталинистов, замаскированных русских националистов и разных противников сионизма.

Даже в «старые добрые деньки» поздней Холодной войны американские консерваторы Рейгана противостояли сталинизму как антифашисты. Люди вроде Йоки и Отто Ремера сразу это поняли, но «правые» американцы никогда не имели особых исторических убеждений, поэтому они просто следовали парадигме Холодной войны [СССР — «коммунистический», значит, «левый», а «капиталистические» США, значит, «правые»]. Этому способствовали ухудшение расовых отношений и интерпретация Холодной войны как цветного восстания, но гниение было намного глубже.

Отличная книга Джона Кёлера о ГДР, «Секреты Штази», хорошо показывает консервативную точку зрения «холодного воина». Там хорошо задокументированы факты, а мнение автора о событиях можно свести к тому, что «сталинизм — плохой, потому что „фашистский“». Так же считали Эйзенхауэр, Лемей, Уильям Одом, Рейган и другие.

Америке нравится коммунизм, во многом он идеально ей подходит. Ей не нравился сталинский милитаризм и то, как русские захватывали страны силой, отнимая этим рынки у остальных. Одна из ироний XXI века состоит в том, что капитализм останется в России и Китае дольше, чем в Америке и Европе, потому что они введут авторитарный карательный режим против тех, кто хочет свергнуть его, объявят их врагами государства и национальных интересов страны.

После Ночи длинных ножей Гитлер сказал Геббельсу умерить свою агрессивную антикапиталистическую риторику, потому что антикапитализм у людей ассоциировался с якобинством и большевизмом. Хорошо это или плохо, но уравнители, коммунисты и купленные политики идейно присвоили социализм себе. Это одна из причин, почему правые проиграли в XX веке.

Стоит отметить, что [правые] Фаланга, Кодоха и Железная гвардия Кодряну считали капитализм своим главным врагом в плане ценностей и подобного. Это была распространенная точка зрения.

Национал-социалисты чувствовали бы себя как дома в СССР 1950-х, и многие действительно нормально там жили. Это было огромное, антисемитское националистическое полицейское государство. Почему такая система должна отталкивать разных националистов? Советский Союз, его союзники и «нейтральные» коммунистические государства были такими же «странными», как и Третий рейх. Я не припомню фашистской страны, которая была бы такой же необычной как Северная Корея, Албания Ходжи или Румыния Чаушеску. Я не помню евгенической теории, которая была бы такой же странной как предложение Сталина о том, чтобы женщины рожали от семени обезьян зверолюдей, которых бы использовали на войне. И я не припомню такой же продолжительной, инновационной и важной программы опытов на людях, как кинезиологическое исследование и совершенствование технологии биохимических возможностей человека в ГДР.

1 of 2

Чтобы понять отношение Восточного блока к современным «левым» и к сюжетам «холокоста», социальной инженерии и пр., нужно знать, что БЛМ идиоты и старые профессора из Беркли — не марксисты, хотя они и называют себя так. Пол Готфрид верно назвал «идеологию пробуждения» некой гражданской религией Америки. Он назвал её «терапевтическим государством»: это режим с навязчивой и высосанной дискуссионной культурой, где все делают вид, что их ужасают воображаемые злодеяния, которые совершают против людей случайных «идентичностей». Коммунисты так не мыслили, хоть и люди вроде Хонеккера постоянно вопили об «антифашизме». Если заговорить с восточным немцем о «холокосте» в 1980 году, он скажет: «И что? Капитализм приводит к этническим конфликтам, а когда он проваливается, то люди обвиняют меньшинства и убивают их. У нас такого не происходит, потому что мы решили эти проблемы истории. И в любом случае, кого ебет, ведь рас не существует». Это ненормальный взгляд на мир, но он намного более нормальный и логичный, чем американский взгляд.

Левые выиграли Холодную войну, отчасти атакуя марксизм-ленинизм как «фашистскую» идеологию. Это важно. Американские левые — это развратные якобинцы; для своей программы они ничего не брали из марксизма. Военная и политическая элита Восточного блока вела себя как прусские хозяева в колониях: генералы из Штази щелкали кнутом (фигурально и буквально) на своих подчиненных в южном Йемене и подобных местах. Интеллектуально нам ничего не говорят ленивые, глупые, старые профессора из Беркли, которые любят модную чепуху о виктимологии идентичностей и цитируют «Капитал». Настоящий марксизм-ленинизм был мужественным, авторитарным, скрытно жестоким, властным, воинственным, и состоял преимущественно из белых людей. Они считали людей, которые ведут себя как американские либералы, сумасшедшими или преступниками. «Культурно» марксизм выглядел как восточный Берлин — он не выглядит как Нью-Йорк.

Настоящие «левые силы» — это люди, которые захватили университеты и умные профессии США в 1960-х и 1970-х. Последователи франкфуртской школы наступали по всем фронтам, они не страдали фигней на деньги родителей, не занимались извращениями на камеру и не наряжались как на Хэллоуин. Вообще неважно, сколько сотен или тысяч людей выходит на их глупые ралли, т.к. у их поведения нет идеологической базы кроме распущенности, желания «показаться» и поиграть в бунтаря.

Культурный марксизм

Культурный марксизм, о котором говорят люди вроде Патрика Бьюкенена, — весьма обманчивое понятие. То, что они описывают как «марксистское», на деле не марксистское. Ортодоксальный марксизм в своей основе — это теория культуры. Йозеф Шумпетер отмечал, что Маркс был социальным и политическим мыслителем, который пришел к выводам об этике, политических ценностях и истории, а затем создал экономическую теорию вокруг этих принципов — поэтому «экономика» Маркса ошибочная и методологически бедная теория.

Коммунистический проект XX века пытался восстановить общественную жизнь, уничтоженную в XVIII веке; вызванное этим [социальное] напряжение достигло апогея к Первой мировой войне. Он не был экономической теорией, равнодушной к культуре. Он был культурной теорией, равнодушной к экономике.

То, что консерваторы и правые называют культурно «марксистским» — на деле является либеральными предпочтениями, доведенными до логического абсолюта. Феминизм, равноправие «геев», расовый эгалитаризм и пр. присущи теориям Бентама и Томаса Пейна — это не то, что продвигал коммунизм. Это концептуальные предубеждения буржуазии в разобщённых, индивидуалистических англо-американских обществах. Марксисты преследовали таких людей и часто казнили их.

«Культурно марксистское» общество выглядит как ГДР. Об это хорошо написано в старом тексте [Джонатана Стила] «Восточная Германия изнутри: государство, рожденное Холодом» [Inside East Germany: The State that Came in from the Cold]. Автор говорит о том, что «чистый» марксизм процветал в ГДР, которая верно следовала основным доктринам теории, благодаря которой появилась эта страна. Эта культура превозносила труд сам по себе, концентрировалась на войне и спорте, отказывалась от инноваций, которые бы изменили трудовые отношения. Там люди хотели стать рабочими, инженерами, солдатами, академиками, и считали, что стремления, побуждаемые и поощряемые свободной экономикой, аморальные и развращают общество.

Грамши и Адорно представляли нетрадиционный взгляд на коммунизм, который не привлекал людей, живущих в коммунистических обществах. Он привлекал только западных академиков, потому что их теории, по сути, противоречили марксизму в главном. Они изменили этику социализма для либералов, и не формировали послевоенную политику.

Политкорректность

Приверженцы сталинизма, которые правили в ГДР, Болгарии и Чехословакии до самого падения Берлинской стены, рьяно верили в «правду» коммунизма. Они не сомневались в этом. Они были такими опасными, потому что они были фанатиками — они не просто цинично захватили власть в стиле аппаратчиков из «1984» Оруэлла. Фильм «Жизнь других» шикарно исследует этот феномен: профессор из Штази объясняет подопечным, что врагов социализма можно уничтожать, потому что социализм — единственно возможное моральное политическое устройство.

Такое не сравнится с «политической корректностью». Никто на деле не верит в политкорректность — это попытка антикризисных мер, которую придумали юристы. Верхушка [США] не относится серьезно к режиму политкорректности. Они напоминают советскую номенклатуру 1988 года: думаете, тогда лидеры коммунистической партии искренне и всерьез обсуждали классовую войну? В частной жизни никто не говорит политкорректно кроме помешанных дебилов, женщин и льстивых мудаков.

Культурных консерваторов нынче объединяет с евреями, неоконсерваторами и коммунистами то, что они считают, что американская история началась примерно в 1910 году и закончилась возле 1992 года. «Политкорректность» многое взяла из 1789 года, еще больше из 1945 года, и ее укрепили особые политические нюансы интернационализма Холодной войны. Также виновны СМИ. Это не проблема, ответственность за которую можно просто свалить на франкфуртскую школу.

Злоба

Молодежь легко не принимает коммунизм всерьез — это провалившаяся и старая система, которой управляли 80-летние старики. К 1989 году так и было, но в 1939 году она была совсем другой — коммунизм покорял мир, менял воззрения людей и уничтожал целые общества.

История XX века — это история появления революционного коммунизма и резких ответов на него. Коммунизм уникален тем, что, в отличие от других идеологий, он может существовать, только необратимо изменяя отношения людей к труду, семье, ценности, богатству, иерархии, статусу, красоте и образованию. Он не может существовать одновременно с соперничающими идеями. Носителями этих идей являются люди, так что коммунизм должен уничтожать этих людей для победы. Поэтому «1984» Оруэлла неправильно преподают в школах. Эта книга рассказывает не о «свободе» или «смерти демократии», а о коммунизме и его уникальных особенностях.

Шпенглер отметил, что марксизм-ленинизм не был разрушительным, потому что он был социалистическим — многие крепкие и благородные общественные формирования основываются на достижении общего блага (семья, армия, деревня, гильдии и т.д.). Но марксизм не интересовался общим благом — он был средством, с помощью которого злобные и завидующие бандиты жестоко захватили производственный капитал и свергли верхний класс, чтобы самим им стать. Капитализм для пролетариата, другими словами.

Люди забыли, что благородство и честь были арийскими качествами, которые процветали в породившей их культуре, которая не сохранилась до нашего времени даже в летописях.

Эрнст Юнгер написал отличную фэнтези историю о бывшем всаднике, живущем в мрачном будущем, где правят жестокие технологии и нет глубоких чувств, патриотизма, дружелюбия и страсти. Несчастный всадник вспоминает, что, когда он сражался в одной из имперских войн, он и его люди пришли в город, который ограбили враги — их встретили выкопанные из могил трупы. Увидев их, героя книги охватило ужасное предчувствие, несмотря на весь его опыт сражений и стойкость.

Юнгер тонко замаскировал то, что большевики делали в Испании во время гражданской войны — они выкапывали тела священников и женщин и выставляли их в странных позах, разрушали святыни. Они атаковали идею ненавистного им мира, чтобы доступно показать, что они больше не позволят существовать верующим в бога, патриотизму, любой высшей морали и т.д. Они нападали на цивилизацию с помощью жестокого и бессмысленного нигилизма. Но такое поведение встречается в местах Третьего мира, где у людей нет понятий о личном или культурном достоинстве, несмотря на то что их притягивают творения, образ жизни и сила других рас. Глупо ожидать, что они будут вести себя по-другому. Белая цивилизация правит там, где белые люди готовы и способны ее защищать. Бедуины, уничтожающие могилы европейских солдат, больше не должны шокировать никого, кроме наивных либералов и старых женщин.

СССР

История забыла Карла Ширдевана, но он должен был стать главой ГДР после Ульбрихта. Он попал в опалу за поддержку «секретного доклада» Хрущева. Ирония в том, что Ширдеван, как и все антисталинистские «реформаторы», одобрял программу Хрущева по либерализации дома и открытой конфронтации за рубежом. По сути, этим же были Перестройка и Гласность, только почти все враги Горбачева были в армии и конструкторских бюро. Сталинизм означал уничтожение Европы, но Хрущев довел ленинизм до его логического завершения: установление [мирового] социализма даже с применением тотальной войны. У Хрущева только не было войск для этого. Ко времени паритета (Брежнева, Андропова) сталинизм победил.

Мой непопулярный взгляд на Холодную войну: Андропов был гением и десятки лет тайно руководил СССР. Он демонстративно запретил вторгаться в Польшу для подавления Солидарности, т.к. он знал, что марксизм-ленинизм умирал. Он хотел, чтобы СССР превратился в русскую, военно-социалистическую империю, которая вернула бы странам вроде Польши автономность и религию в обмен на преданность военным нуждам России/СССР. Пока коммунизм умирал, Андропов представлял неовизантийскую иерархию власти со смешанной экономикой, которая была в ГДР.

Горбачев был глупцом, которому недоставало видения и твердости, чтобы довести проект до победы. По странному стечению обстоятельств Андропов воспитал слабого подопечного, который сдался при первой трещине старой системы — которая должна была треснуть по плану Андропова.

Принято считать, что, когда Андропов отказался вторгаться в Польшу, доктрина Брежнева умерла, и скоро должен был наступить конец СССР. Это полностью неверно. СССР тогда воевал в Афганистане, поддерживал конфликты в Никарагуа, Чили, Гондурасе, Сальвадоре и Анголе, совершенствовал свой стратегический ядерный арсенал и командное управление. Андропов понял, что вторжение в прямую зону влияния СССР (Второй мир) было бы политическим самоубийством, т.к. оно показало бы системно-историческую неудачу социализма. Если вы не понимаете этого, то вы (как историк) совсем не понимаете марксизма-ленинизма, т.е. вы не понимаете XX века, т.к. XX-й век (1917-1989) политически можно свести к появлению коммунизма и борьбе с ним.

Люди плохо понимают, почему Андропов одобрил войну в Афганистане и как идеально он понимал структурные кризисы и проблемы безопасности СССР. Андропов считал, что США/НАТО охмурят правительство Афганистана и установят в Афганистане и Пакистане БРСД и крылатые ядерные ракеты c возможностью обезоруживающего удара. Также он понимал, что коммунизм находится в политическом кризисе, поэтому приходилось навязывать доктрину Брежнева.

Запад до сих пор не понимает операцию РЯН. Андропов не говорил, что «приближается» ядерная война: он утверждал, что индикаторы ядерной войны можно опознать, закодировать и использовать эти данные, чтобы узнать, когда кризисы неминуемо приведут к ядерной войне. Целью РЯН было опознать, собрать, интерпретировать и закодировать все значимые сигналы, чтобы убрать неясность в планировании ядерной войны и принятии решений. В 1982-83 годах это была невероятно прозорливая, точная и правильная стратегическая доктрина. Она была такой же важной, как революция в ведении боевых действий. Правда РЯН морально устарела из-за кончины стратегической парадигмы, благодаря которой она появилась. Революция в ведении боевых действий применялась же и дальше.

Конец СССР

Важные и малоизвестные дворцовые интриги в администрации Буша старшего: Буш настаивал на том, что СССР не должен распасться, что Москве нужно помочь сохранить власть на окраинах страны, якобы для ядерного разоружения. Буш, Скоукрофт и Бейкер считали, что [в случае распада СССР] бывшие республики станут неуправляемыми, что распространится мусульманство, что Россия станет враждебной страной. На это Чейни буквально ответил: «Похуй. Они проиграли». Так, борьба Горбачева и Ельцина была отчасти борьбой Буша с компанией и агентов вроде Чейни, Рамсфелда и Перла.

В 1990 году русские были очень наивны, хотя я их понимаю. Жители СССР не хотели войны, а настоящей дипломатии между СССР и США не было со встречи Никсона и Брежнева — некоторое время было весьма опасное отсутствие обмена информацией. Но все-таки глупо было верить в благие намерения Дяди Сэма. Россия потерпела неудачу, когда Андропов умер, не оставив достойного преемника. Горбачев был худшим возможным преемником — он проиграл страну. Черненко не считается — он просто занимал место. Молодому, умному разведчику, Владимиру Путину, должно было быть странно смотреть на всё это из восточного Берлина, ГДР, где до самого конца шла Холодная война. Хотя до родины было рукой подать, но он был всё равно что на другой планете.

Thomas777