«Мы не погибли, мы просто ушли, просто ушли в небеса…» Лейтенант Дмитрий Авдохин, младший лейтенант Василий Бибик, 793 ближнебомбардировочный авиаполк
Совсем недавно по историческим меркам, пятнадцать лет назад, получила гран-при Всероссийского конкурса «Весна Победы», приуроченного к 65-летию Победы в Великой Отечественной войне, исполненная певцом Николаем Носковым песня «Пропавшим без вести» на слова Александра Вулых, музыку к которой написал генерал-полковник полиции Владимир Кубышко…
«Мы не погибли,
мы просто ушли.
Просто ушли в небеса…»
Эти ее строки на редкость созвучны судьбе большинства воинов 793 ближнебомбардировочного авиаполка 211 ближнебомбардировочной авиадивизии, ушедших в свой последний полет в огненное небо далекого лета 1942 года…
Полку, сформированному весной того года в Закавказском военном округе, и первоначально носившему наименование 201 «А» бап, выпала нелегкая судьба. Он приступил к боевой работе 25 июня 1942 года, а спустя всего месяц, после боев в районе Белого, в его составе осталось 8 самолетов из 21, положенного по штату, и 12 экипажей.
Несмотря на то, что полк пополнялся матчастью, к 22 августа в его строю находились всего 3 Пе-2, которые были переданы на доукомплектование 527 ббап.
В сентябре 1942 года 793 ббап был расформирован…
Так получилось, что за последние годы поисковиками обнаружены и отработаны места падения шести самолетов полка, потерянных в наших краях. Два из них найдены участниками общественного проекта «Огненное небо Зубцова», четыре – нашими ржевскими коллегами. Однако, останки большинства их погибших экипажей так и остались ненайденными.
«Пешки», как правило, действовали с достаточно больших высот, и при падении значительная часть их обломков зачастую оказывалась погребена под многометровым слоем земли, надолго скрыв тайну гибели своих экипажей, даже в густонаселенных и легкодоступных местах…
Правда, специфика совсем не по бомбардировочному изящной конструкции Пе-2, происходившего от опытного высотного истребителя ВИ-100, в большинстве случаев, не позволяла уцелеть останкам экипажа.
Чаще всего, кабина летчика и стрелка-бомбардира полностью разрушалась при ударе о землю. То немногое, что при этом оставалось от их тел, бесследно исчезало в пламени пожара, пожиравшего сотни литров высокооктанового бензина из топливных баков...
Вот и совсем недавно участники нашей команды столкнулись с такой ситуацией, ставшей отправной точкой для подготовки этого материала.
…Всего в трех километрах к юго-востоку от Зубцова находится деревня Яйково, ныне уже ставшая пригородным дачным поселком.
Много лет назад ее старожилы рассказывали Виктору Аникину, что где-то неподалеку от деревни в годы Великой Отечественной войны упал советский самолет. Однако все предпринятые попытки найти место падения окончились неудачей.
В конце сентября этого года один из жителей Зубцова сообщил нам, что как-то раз видел в том самом районе следы работы экскаватора и разбросанные вокруг алюминиевые обломки, примерно описав это место.
За годы поисковой работы у нас подобралась и постоянно пополняется неплохая коллекция аэрофотоснимков Люфтваффе по бывшим Зубцовскому и Погорельскому районам Калининской области.
На нескольких снимках, датированных 23 октября 1942 года, в том самом месте, что описал наш знакомый, оказалось причудливое светлое пятно. Глядя на его очертания, мы предположили, что это место падения одномоторного самолета, скорее всего, штурмовика Ил-2.
«Привязать» его координаты для нашего эксперта Дмитрия Гладкова было делом нескольких минут, и вот, спустя несколько дней, неутомимый Андрей Виноградов заехал туда с металлоискателем и лопатой, «на удачу», просто проверить правильность наших предположений.
Посреди зарастающего кустарником и мелколесьем поля к северу от Яйково, в каких-то десяти метрах от определенных по аэрофотоснимкам координат, он обнаружил следы работы экскаватора. Металлодетектор там буквально сходил с ума, непрерывно подавая сигналы на цветной металл…
Всего лишь час работы под моросящим осенним дождем принес целый мешок разнообразных обломков. Как оказалось, когда-то Виктор Аникин не дошел до этой точки каких-то 200 метров.
Среди кусков обгорелого дюралюминия попадались фрагменты плексигласа и обрывки электропроводки, разорванные гильзы от крупнокалиберного пулемета. Самое главное – Андрею удалось найти характерный для бомбардировщиков Пе-2 шильдик, на котором было технологическое клеймо выпускавшего эти самолеты авиазавода № 22.
Стало ясно - найдено место падения Пе-2!
Как говориться, «не откладывая в долгий ящик», участники нашей команды начали отрабатывать его.
День за днем росла груда извлеченных из земли обгорелых и покрытых слоем окислов обломков дюраля и стали самой разной формы и размера, узлов и агрегатов самолета.
Все они были искорежены до неузнаваемости страшным ударом при падении, но все же удалось понять, что большая их часть – каркас остекления носовой части фюзеляжа, фрагменты приборного оборудования и радиополукомпаса, коробов боекомплекта и лентоподачи, изуродованные патроны пулеметов УБ и и ШКАС, резиновая накладка на педаль управления, принадлежала кабине бомбардировщика…
Среди обломков мы нашли единичные мелкие фрагменты костных останков и патрон от пистолета ТТ. Значит, кто-то из состава экипажа погиб вместе с машиной…
Через некоторое время количество извлеченного из воронки «крылатого металла» пошло на десятки килограммов.
Впервые в нашей практике сложилась парадоксальная ситуация. Как правило, найти номера самолета и его моторов не удается потому, что обломков не так уж много, а здесь наоборот – огромное количество обломков, и что бы отыскать номера на них, отчистив и отмыв от слоя грязи и окислов, нужна была масса времени.
Ориентируясь по форме пятна на аэрофотоснимке, мы предполагали, что самолет упал по отлогой траектории, в результате чего часть обломков осталась в земле, а остальные были разбросаны на ее поверхности и наверняка собраны в металлолом еще много лет назад.
В созданной нами базе потерь советской авиации нашелся и подходящий «кандидат» - самолет 527 ближнебомбардировочного авиаполка 211 ббад 3-й Воздушной Армии, с экипажем в составе - старший лейтенант Захоженко, младший лейтенант Бородин и сержант Артюхин.
Утром 13 сентября 1942 года, шестерка Пе-2 бомбардировала скопление живой силы и артиллерии противника в лесу южнее Таблино. По наблюдению других экипажей, самолет старшего лейтенанта Захоженко был атакован истребителями, загорелся и на бреющем полете врезался в бугор в районе Нефедьево. Ошибка в 4 км при наблюдении с воздуха в ходе воздушного боя представлялась нам вполне вероятной.
Однако, среди других аэрофотоснимков этого участка местности оказался сделанный с большой высоты 20 августа 1942 года. На нем, как раз, на месте падения Пе-2 мы также увидели неясное пятно. Значит, самолет был сбит никак не позднее 20 августа…
Тогда, возможно, это могла оказаться «Пешка» 793 ббап с экипажем в составе сержантов Ивкина и Дегтярева и ефрейтора Калугина. Вечером 25 июля 1942 года он был сбит вражескими истребителями, заявившими победу над ним в этом районе на высоте 200 метров...
Но, на серии аэрофотоснимков от 23 октября 1942 года рядом со светлым пятном при большом увеличении удалось разглядеть и два темных пятна – воронки от моторов, характерные для падения Пе-2 со значительной высоты...
Заканчивался октябрь, уже не за горами была зима с ее снегами и морозами, а самое главное – магнитометр уверенно показывал наличие крупного скопления металла в глубине, чуть в сторону от раскопа, поэтому было решено продолжить работу с использованием тяжелой техники.
Время и место сбора были определены и теперь всех волновало, будет ли благосклонна к нам погода. Накануне вечером подморозило, но утро последней субботы октября встретило нас сыростью и густым туманом с Вазузского водохранилища, каплями оседавшим на стекла машин…
Подъем обещал стать интересным, такое в наши дни – редкость. Что бы принять участие в нем, даже из далекого северного Архангельска к нам на помощь прилетел Владимир – поисковик отряда «Глухари» имени Героя Советского Союза Тани Барамзиной.
Еще не рассвело, когда в 7 часов утра участники нашей команды собрались на месте падения. Вскоре подтянулись и остальные участники экспедиции - поисковики «Звезды» из Погорелого Городища, московских отрядов «Катюша», «Витязь» и «Единорог»…
Не мешкая, приступили к работе. Экскаватор планомерно вынимал из раскопа ковш за ковшом и рассыпал землю по сторонам от себя, а мы, разделившись на две группы, тщательно перебирали ее лопатами и руками.
Чем дальше углублялся в грунт экскаватор, тем крупнее были обломки, на них уже почти не было следов горения. Тут и там встречались целые жгуты проводов, электромоторы – их на Пе-2 было около 50-и…
Первая серьезная находка поджидала нас в двух метрах от поверхности земли. Ею оказался вполне законченный конструктивный элемент – как мы предположили, часть хвостового горизонтального оперения.
Следом за ним экскаватор вдруг вытащил хорошо сохранившееся колесо - «дутик» хвостового шасси. На покрышке - эмблема Ярославского шинного завода…
Похоже, что самолет, действительно, упал с большой высоты. Но кто же управлял им в том последнем боевом вылете?
Уйдя еще на метр в глубину, ковш экскаватора вывернул из земли хорошо сохранившуюся лопасть воздушного винта
Вскоре он зацепил другую лопасть, загнутую дугой, но удержавшуюся в ступице винта, соединенной обломком вала с массивной шестерней редуктора. Вытащить их оказалось не так-то просто, даже при помощи цепи с крюками – лопасть пружинила, но земля не отпускала свою давнюю добычу.
В очередной уже раз экскаватору пришлось подготавливать себе «ступеньку» для работы. Еще немного и на поверхности земли под радостные крики участников подъема появилось колесо со стойкой основного шасси!
Только теперь удалось извлечь вторую лопасть винта со ступицей и шестерней.
Потом в земле пошел сплошной толстый слой смятой «в гармошку» от страшного удара дюралевой обшивки в краске зеленого, черного и голубого цвета. На ней, тут и там была видна налипшая трава из далекого 1942 года, «законсервированная» без доступа воздуха. То и дело из раскопа извлекали целые охапки мятой и перепутанной «лапши» - трубок радиаторов из красной меди.
Ударный тон работе задавал ветеран авиапоиска Владимир Стрельников, лишь изредка покидавший раскоп.
Среди извлеченных на поверхность земли обломков оказались два магнето БСМ-12, фрагменты головки блока цилиндров и коленвала мотора. На крышках магнето номера моторов – РА 135-280 и РА 135-1644, а на корпусе магнето – П121-110, явно принадлежавший когда-то истребительной модификации мотора – М-105П.
Без промедления, мы тут же отправили фото номеров нашим товарищам -экспертам Сергею Каткову и Игорю Михайлюку, но сведений о моторах с такими номерами у них не оказалось...
Магнитометр все настойчивее сообщал о близком присутствии крупной массы черного металла. И вот на глубине больше пяти метров в раскопе показался находившийся в вертикальном положении двенадцатицилиндровый V-образный мотор М-105. Плотная глина, перемешанная с крупными камнями, долго не хотела отпускать его из своих цепких объятий. Пришлось обкапывать мотор вручную, с трудом рубя глину лопатами.
На смену экскаватору, который как не старался, не смог даже расшатать мотор – не хватало длины стрелы, пришел другой, более мощный.
Однако и его первая попытка извлечь мотор оказалась неудачной, тот сорвался с ковша и упал в котлован. Потребовалось сделать уступ для промежуточного подъема. Наконец, мотор был вытащен на поверхность, и мы сразу же приступили к поиску его номера.
Однако и на головках блоков цилиндров оказались набиты номера П115-531 и П115-1010, явно ремонтные, от пушечных моторов М-105П. Опять мимо!...
Незаметно вечерело…
Пока экскаватор сместился на несколько метров в сторону и расширил раскоп, наступили ранние осенние сумерки, затем стемнело.
Все повторилось вновь – на поверхность были извлечены лопасти и ступица винта, слой смятой обшивки, колесо и стойка шасси, затем мотор.
Наученные опытом подъема первого мотора, второй вытаскивали, обвязав стропой, уже в полной темноте, и сходу смогли найти на нем только фрагмент номера 22-3**.
На часах было уже 9 вечера, когда, закончив, наконец, работу, мы вывезли все свои находки и экскаватор заровнял раскоп...
Судя по всему, самолет падал почти вертикально, и моторы, каждый весом около 600 кг, ушли на глубину, увлекая за собой шасси, конструктивные элементы и обшивку мотогондол, а легкая «скорлупа» носовой части фюзеляжа с кабиной пилота и стрелка-бомбардира полностью разрушилась от удара о землю. Подтверждением тому – найденные нами в верхних слоях грунта в воронке небольшие обломки массивной бронеспинки пилота и куски разорванного фюзеляжного топливного бака…
Да, извлечь массивные моторы самолета с шестиметровой глубины – дело совсем непростое. Но как могло получиться, что здесь - всего в нескольких сотнях метрах от деревни Яйково, издавна знаменитой своим карьером по добыче кварцевого песка, даже совсем неглубоко, оставалась нетронутой масса обломков крылатой боевой машины?
На спутниковых снимках 1970-х годов на месте ее падения – ровное пахотное поле, на нем много лет сеяли и убирали урожай…
Следующее утро началось с поиска номеров моторов.
Разрезав «болгаркой» один из отколотых при падении цилиндров, мы обнаружили, что на поршне нет номера мотора. Очевидно, и он был установлен при ремонте…
И все-таки на том моторе, что был поднят первым, удалось обнаружить продублированный на фланцах блока цилиндров и его головки, напротив друг друга, подлинный номер – 22-424. Он же оказался выбит на дне еще одного поршня…
По архивным данным, приказом 211 ббад № 062 от 23 августа 1942 года был исключен из списков 793 ббап, потерянный 19 августа Пе-2 № 16/83 с моторами №№ 22-424, 21-05, закрепленный за летчиком лейтенантом Авдохиным…
Установить второго мотора удалось, только полностью отмыв его от грязи, и то, далеко не сразу, при помощи мойки высокого давления.
На шестерне коленвала, среди прочих, электрокарандашом был нанесен искомый номер 21-05. Номер первого мотора, как оказалось позже, тоже продублирован на такой шестерне.
Теперь уже никаких сомнений быть не могло - на поле у Яйково 19 августа 1942 года врезался в размокшую от дождей землю Пе-2 № 16/83.
В тот далекий день вместе с ним погибли командир звена лейтенант Дмитрий Евдокимович Авдохин и стрелок-бомбардир звена младший лейтенант Василий Тимофеевич Бибик.
Самолет был выпущен авиационным заводом № 22 в городе Казани в июне 1942 года и вступил в бой в составе полка в начале июля. Однако, судя по множеству ремонтных узлов и деталей моторов, он уже «успел повидать виды»…
Примечательно, что он был одним из первых Пе-2, получивших крупнокалиберный пулемет УБ стрелка-бомбардира (штурмана) вместо ШКАСа калибра 7,62-мм, который был уже явно слаб, что бы противостоять вооруженным 20-мм пушками немецким истребителям.
Правда, более массивный УБ не помещался под так называемой «черепахой» - складным гаргротом турели ТСС-1, и был установлен на открытой всем ветрам турели ФТ («фронтовое требование»).
К 19 августа 1942 года соединения 31-й Армии Западного фронта уже овладели восточной частью Зубцова и вели ожесточенные бои на левом берегу Вазузы к юго-западу от него.
В то время в районе Яйково дислоцировались штабы многих частей, тыловые подразделения, там же находились огневые позиции артиллерии.
Падение самолета наверняка видели многие бойцы и командиры, но бушевавшее на месте падения пламя не оставляло шансов узнать имена погибших и извлечь их останки.
Вполне вероятно, что-то могло быть собрано и похоронено поблизости, но отыскать место возможного захоронения на поле, которое после войны десятки лет пахалось и засевалось, мы пока так и сумели…
По удивительному стечению обстоятельств, еще 25 июля 2022 года в статье «Свой долг исполнил до конца… Штурман эскадрильи майор Коровин С.Ф., 793 ближнебомбардировочный авиаполк 211 ближнебомбардировочной авиадивизии.», https://vk.com/@-212498617-svoi-dolg-ispolnil-do-koncashturman-eskadrili-maior-korovin, мы рассказали о судьбе экипажа еще одного потерянного в одном бою с ним Пе-2 793 ббап с заводским номером 15/75.
Он был найден и поднят Зубцовским поисковым отрядом «Партизан» в январе 2014 года, но на месте его падения была совсем иная картина – моторы ушли в землю на глубину всего 1,5 метров. Среди обломков самолета были обнаружены фрагментированные останки штурмана эскадрильи майора Сергея Коровина. Характерно, что на одном из моторов были обнаружены ремонтные детали от мотора-«донора» с номером 22-316. Вероятно, ему же изначально принадлежала и головка блока цилиндров с фрагментом номера «22-3**», установленная на одном из моторов, поднятых нами под Яйково…
Еще тогда, два с половиной года назад, готовя к публикации ту статью, мы обратили внимание на некоторые «нестыковки» в описании обстоятельств гибели майора Коровина. И вот теперь, с учетом результатов подъема Пе-2
№ 16/83, потребовалось внести некоторые коррективы в сделанные нами ранее выводы…
Вечером 19 августа 1942 года девятка Пе-2 211 ббад, сопровождаемая тремя Як-1 163 иап, на высоте 2800 м. вышла в район Ржева.
Шести самолетам 128 ббап была поставлена задача - нанести удар по железнодорожной станции Ржев-южный, звену 793 ббап - бомбардировать штаб противника в деревне Кротково.
Из оперативной сводки 211 ббад за 19 августа 1942 года - «1. 211 ббад в течение дня 19.08.1942 года бомбардировала артиллерийские, минометные огневые позиции в районе: Клешнево, Юшнево, церковь, что 1 км севернее Юшнево, ж/д ст. южная Ржев. Вели разведку войск противника в районе Зубцов, Осуга, Ржев, Окороково, Тимофеево.
В результате бомбардировки уничтожено и повреждено до 30 ж/д вагонов, разрушено до 100 м. ж/д полотна, в пунктах Клешнево, Юшнево, ж/д ст.южная Ржев созданы очаги пожаров.
Три Пе-2 летчики старший лейтенант Колесников, лейтенант Авдохин, сержант Бежин, штурманы майор Коровин, младший лейтенант Бибик, сержант Воловский, стрелки-радисты сержант Дрокинов, сержант Дейнега, сержант Цуканов) не вернулись с боевого задания…
- 793 ббап в течение дня 19.08.1942 г., в составе трех Пе-2 бомбардировал артиллерийские, минометные огневые позиции и штаб в Кротково. Произведено 6 самолетовылетов на бомбардировку. В результате бомбардировки в пункте Юшнево созданы очаги пожара. Два Пе-2 не вернулись с боевого задания.
19.35 над Алешино 3 Пе-2 были атакованы 9 Ме-109. После первой атаки ведущий старший лейтенант Колесников, майор Коровин, сержант Дрокинов были зажжены, самолет с резким понижением пошел к земле, курсом на восток. Один из членов экипажа выбросился с парашютом, предположительно над своей территорией, остальные члены экипажа с горящим самолетом врезались в землю…».
В оперативной сводке 210 иад за 19 августа 1942 года сообщалось: «…163 иап…19.33 – 20.33 в составе трех экипажей, ведущий ст. лейтенант Большаков прикрывали 9 Пе-2, в районе Ржев 2 Ме-109 пытались атаковать Пе-2, наши истребители развернулись для атаки, 2 Ме-109 боя не приняли и старались оттянуть наши истребители в сторону от Пе-2. 1 Ме-109 сзади неожиданно атаковал самолет мл. лейтенанта Архиреева, но был замечен и атакован ст. лейтенантом Большаковым. Ме-109 уклонился от боя и ушел на свою территорию…»
Судя по всему, дабы избежать огня зенитной артиллерии противника из Ржева, бомбардировщики заходили на цель с запада.
Однако уже на подходе к Ржеву произошло то, что нередко случалось в то время.
Пара Ме-109, продемонстрировав попытку атаковать строй Пе-2, в бой с истребителями прикрытия не вступила, стремясь оттянуть их в сторону от прикрываемых бомбардировщиков. Одновременно, одиночный Ме-109 атаковал Як-1 младшего лейтенанта Архиреева и, уклонившись от ответной атаки ведущего советских истребителей – старшего лейтенанта Большакова, ушел на свою территорию.
Как бы то ни было, очень похоже, что внимание пилотов Яков было отвлечено от прикрываемых бомбардировщиков, которые атаковала большая группа Ме-109…
В результате, будущий ас 9 эскадрильи 51 истребительной эскадры фельдфебель Хуберт Штрассль в течение шести минут заявил сбитыми четыре Пе-2 – западнее и юго-западнее Ржева и два – в районе восточнее Векшино.
Тем не менее, шестерке «Пешек» 128 ббап удалось сбросить бомбы железнодорожную станцию и обстрелять ее пулеметным огнем, уничтожив 30-40 вагонов, вызвав пожары и один большой взрыв.
Эффективность их действий вынуждены были подтвердить и немцы. В журнале боевых действий 9-й Армии Вермахта в тот день отмечалось – «…к сожалению, на станции Ржев авиацией противника опять уничтожены склады боеприпасов и горючего».
Пе-2 с экипажем сержантов Бежина, Воловского и Цуканова над целью был подбит и, сбросив бомбы, с левым разворотом со снижением пошел на свою территорию. Экипажу удалось произвести вынужденную посадку в полосе наступления частей 29-й Армии у деревни Алексино. Самолет сгорел, экипаж вышел в расположение 135 минометного полка.
В оперативной сводке сообщалось, что самолет был подбит огнем зенитной артиллерии, но уже спустя несколько дней, в наградных листах на членов экипажа лишь у стрелка-бомбардира фигурировало поражение самолета огнем зенитной артиллерии, в наградных листах на пилота и стрелка-радиста описывался воздушный бой с шестью Ме-109, которые и подожгли самолет…
У звена «Пешек» 793 ббап дела обстояли гораздо хуже.
Очевидно, истребители противника оставили в покое шестерку 128 ббап, вошедшую в зону плотного зенитного огня, явно не горя желанием быть сбитыми «дружественным огнем», и переключились на три Пе-2, пытавшиеся прорваться в район Кротково.
Самолеты ведущего - старшего лейтенанта Колесникова и одного из ведомых – лейтенанта Авдохина были одновременно атакованы истребителями и зажжены. О выполнении задачи, скорее всего, речи уже не было…
Командир эскадрильи Иван Колесников был ранен в голову, штурман эскадрильи майор Коровин успел сбить один истребитель огнем турельного пулемета,но был смертельно ранен. Стрелок-радист сержант Иван Дрокинов также получил ранение, но продолжал вести огонь. Перетянув на свою территорию, старший лейтенант Колесников покинул самолет с парашютом и потерял сознание. Первую помощь ему оказал приземлившийся рядом с ним стрелок-радист.
Охваченный пламенем самолет с майором Коровиным врезался в землю неподалеку от деревни Фролово.
Судьба Пе-2 № 16/83 и его экипажа оставалась неизвестной.
22 августа 1942 года в полк возвратился его стрелок-радист – сержант Дейнега, который сообщил, что самолет был зажжен Ме-109 над Ржевом, и он выбросился на парашюте по сигналу командира экипажа, место приземления самолета и экипажа не наблюдал…
Еще раз изучив архивные документы, мы убедились, что в то время, как фельдфебель Штрассль, ничуть не стесняясь, записал в тот день на свой счет, как минимум, один лишний сбитый Пе-2, командование 3-й Воздушной Армии, стремилось «замять» неудачную организацию действий частей 211 ббад и 210 иад…
В боевом донесении и оперативной сводке 3-й Воздушной Армии за 19 августа сообщалось о нанесенном 6 Пе-2 128 ббап и 3 Пе-2 793 ббап ударе по железнодорожной станции Ржев-южный, и не было ни единого слова о неудачной попытке нанесения удара по штабу противника в Кротково.
Вылет трех Як-1 163 иап для прикрытия девятки бомбардировщиков вечером этого дня оказался вовсе не отражен в журнале боевых действий 3-й ВА.
Более того, в «Отчете о боевых действиях 3 Воздушной Армии за период Ржевской операции с 30.7. по 15.9.42» в качестве примера допущенной летчиками-бомбардировщиками ошибки, ставшей причиной потерь от истребителей противника, приведены события 19 августа 1942 года.
«6 Пе-2 128 бап, ведущий ст. лейтенант Мусинский (впоследствии – Герой Советского Союза) и 3 Пе-2 527 бап (527 бап в том вылете участия не принимал, фактически – 793 бап) бомбардировали ж.д. ст. Ржев – южный. В районе цели группа была атакована 11 Ме-109Ф. Звено 527 бап оторвалось от общего строя и начало перестраиваться из клина в пеленг. В результате два Пе-2 были сбиты, остальные 7 самолетов сомкнулись в строй и успешно отбили все атаки истребителей противника»…
Тем самым, ответственность за потерю двух Пе-2 в результате постановки звену 793 ббап задачи, заведомо невыполнимой в условиях активного противодействия истребителей противника и минимального истребительного сопровождения, была возложена на экипажи, якобы допустившие отрыв от общего строя и перестроение…
В тоже время, приказом Военного Совета Калининского Фронта от 26 августа 1942 года ведущий звена 793 ббап – старший лейтенант Колесников за героизм и мужество, проявленные в том бою, был награжден орденом Красного Знамени.
Выжившие стрелки-радисты сержанты Дрокинов и Дейнега были награждены орденами Красной Звезды.
К тому времени уроженец Амвросиевского района Донбасса Иван Демидович Дейнега был уже опытным воином. Ему было 23 года, с 1939 года он служил в Красной Армии и с первого дня Великой Отечественной почти два месяца воевал на Северо-Западном фронте.
Ему суждено было пройти Великую Отечественную войну до последнего ее дня в рядах 24 бап, флагманский стрелок-радист старшина Дейнега был награжден орденами Отечественной войны I степени и Красного Знамени.
Читая представления на эти награды, мы обнаружили, что в самом первом – на орден Красной Звезды, описан воздушный бой 9 августа 1942 года, когда бомбардировщики 793 ббап были атакованы большой группой вражеских истребителей. Отражая их атаки, стрелок-радист Дейнега вел непрерывный огонь, перебрасывая пулемет с борта на борт, но самолет был подожжен и произвел вынужденную посадку на своей территории.
Шесть лет назад в лесу на правом берегу Осуги в районе урочища Бабино наша команда работала на месте падения другого Пе-2 793 ббап, с заводским номером 4/80. На нем 9 августа 1942 года не вернулся с боевого задания экипаж в составе сержанта Волынщикова, лейтенанта Прусенко и сержанта Музыки. Об этом мы рассказывали в статье «Сбиты в неравном бою... Сержант Волынщиков А.К., лейтенант Прусенко Н.Г. и сержант Музыка Н.Т., 793 ближнебомбардировочный авиаполк 211 ближнебомбардировочной авиадивизии.», https://vk.com/@-212498617-sbity-v-neravnom-bou-serzhant-volynschikov-ak-leitenant-prus.
Оказывается, именно за героизм, проявленный в этом воздушном бою, был награжден старший сержант Дейнега!
Тот день стал одним из самых неудачных для советской авиации за весь период боев лета – осени 1942 года в районе Ржева и Зубцова. Противник, перебросив с других участков фронта значительное количество истребителей, смог нанести серьезный урон нашим летчикам.
793 ббап была поставлена задача бомбардировать железнодорожные перевозки на участке Ржев - Осуга. В 11.10 на высоте 800 м. при подходе к разъезду Рождествено четверка Пе-2 была атакована 17 Ме-109. Атаки производились парами на каждый Пе-2 сверху-сзади, снизу-сзади.
Задание не было выполнено, 3 Пе-2 не вернулись с боевого задания.
Наиболее опытный экипаж ведущего Пе-2 старшего лейтенанта Колесникова и майора Коровина смог отбить атаки истребителей, но потерпел аварию при посадке на своем аэродроме Выдропужск из-за простреленного правого колеса шасси и получил серьезные повреждения…
Лейтенанту Авдохину тогда удалось посадить горящий самолет в ближнем тылу советских войск и спасти жизнь экипажу…
Подбитый самолет экипажа Волынщикова, Прусенко и Музыки тянул к своим, но уже на территории, освобожденной совсем незадолго до этого, на бреющем полете врезался в землю. Лес на месте его падения буквально весь был изрыт позициями советских войск и, очевидно, основная часть обломков была вывезена оттуда еще во время войны. Найти останки погибшего экипажа нам и нашим коллегам, вновь работавшим на месте падения летом 2022 года, так и не удалось…
Тем временем, прошло уже почти три месяца с того пасмурного октябрьского дня, когда стало известно, кто погиб в далеком августе 1942 года на поле под Яйково. Участники нашей команды тщательно отмыли, отчистили и изучили обломки самолета.
Среди них оказался зажатый смятой обшивкой изуродованный до неузнаваемости сигнальный пистолет ОСП-30, попросту именовавшийся «ракетницей».
На большом фрагменте фюзеляжа из-под слоя глины проступила часть крупных голубых цифр с белой окантовкой – бортового номера самолета, скорее всего, «31» или «32»…
Удалось отыскать и с трудом различимый заводской номер самолета, нанесенный на внутренней стороне обшивки тонкой кистью, краской красного цвета.
Наиболее интересные и значимые находки – такие, как моторы, шасси, заняли почетные места в фондах музея «Западное направление», созданного и пополняемого неустанными трудами Владимира Стрельникова, и других музеев.
Один из воздушных винтов передан на вечное хранение нашим архангельским друзьям – поисковикам отряда «Глухари», чей представитель принимал столь деятельное участие в подъеме самолета.
Что-то из деталей Пе-2 № 16/83 со временем наверняка войдет в давно планируемую нами экспозицию, посвященную памяти советских авиаторов, сражавшихся с врагом в Зубцовском небе.
Сегодня, вместе с коллегами, мы продолжаем розыск родственников погибших членов экипажа.
Дмитрий Евдокимович Авдохин родился в 1917 году в селе Кремлево Гореловского, ныне – Скопинского района Рязанской области, к 1936 году окончил 7 классов школы и фабрично-заводское училище, с 1935 года – в рядах ВЛКСМ. В ноябре 1938 года поступил в Ворошиловградскую авиационную школу, принял военную присягу 23 февраля 1939 года. С сентября 1940 года младший лейтенант Авдохин в 165 резервном авиаполку.
Весной 1941 года, в должности младшего летчика он находился в составе 205 сбап Ленинградского военного округа. Получается, что в то время он был сослуживцем других героев наших рассказов – погибшего 31 июля 1942 года экипажа в составе старшего лейтенанта Бантикова, лейтенанта Маркелова и сержанта Ноздрина, место падения «Пешки» которого мы нашли в районе деревни Пестово…
К началу Великой отечественной войны полк базировался на аэродроме Сиверская, что под Ленинградом, и состоял из пяти эскадрилий, но на 61 пилота, 83 стрелков-бомбардиров и 74 стрелка-радиста в полку было всего 19 исправных самолетов СБ. На них с 30 июня приступили к боевым действиям наиболее опытные экипажи, а остальной летный состав был направлен на комплектование других частей.
Так пилот Авдохин оказался в формировавшемся в Закавказском военном округе 201 «А» сбап.
В ходе поисков по месту рождения Дмитрия удалось узнать, что своей семьей, по крайней мере, официально, он обзавестись так и не успел. Остается надежда, что его родными братьями могли быть уроженцы того же села Георгий Евдокимович, 1901 года рождения, и Иван Евдокимович, 1918 года рождения, прошедшие всю войну и в 1985 году награжденные к сорокалетию Победы, потомки которых живут вдали от родных мест предков.
Биография Василия Тимофеевича Бибика достаточно подробно отражена в двух учетно-послужных карточках, хранящихся в Центральном архиве Минобороны России. В одной из них сохранилось его курсантское фото.
Василий родился 23 января 1914 года в поселке шахты № 33, по состоянию на начало Великой Отечественной войны, Орджоникидзевского района Сталинской области, ныне - это город Енакиево Донецкой Народной Республики.
В 1930 году окончил 6 классов (групп) неполной средней школы, а в 1937 году – Ленинградский строительный техникум с присвоением квалификации «гидротехник-строитель». В октябре того же года призван в ряды РККА, служил в войсковой части № 5509 Особой Краснознаменной Дальневосточной Красной Армии. Судя по четырехзначному номеру части, она находилась в подчинении НКВД СССР.
В ноябре 1938 года Дмитрий зачислен в Челябинское военное авиационное училище Уральского Военного округа, и 23 февраля 1939 года, в день Красной Армии, принял военную присягу. С 1939 года он в рядах Ленинского комсомола.
В августе 1940 года, по окончании училища, он получил назначение на должность младшего летчика-наблюдателя в 165 резервный авиаполк с присвоением звания «младший лейтенант», а уже в марте 1941 года вошел в состав 201 скоростного бомбардировочного авиаполка Ленинградского военного Округа.
Но, на 22 июня 1941 года, ситуация в полку была аналогична той, что сложилась в 205 бап. В строю имелось всего 18 исправных самолетов СБ, и летный состав, не имевший матчасти, был обращен на формирование в Закавказском военном округе 201 «А» бап, получившего вскоре наименование 793 ббап и самолеты Пе-2…
Тогда же, в 1942 году, Василий стал кандидатом в члены ВКП(б), но кандидатскую карточку получить не успел.
Поиски его родственников, предпринятые по нашей просьбе коллегами-поисковиками ДНР, пока также оказались безрезультатными. В социальных сетях среди жителей Енакиевонемало обладателей фамилии Бибик, но являются они в той или иной степени родственниками погибшего или просто однофамильцами, неясно.
Кто знает, может быть, эта наша статья попадется на глаза кому-то, кто знает потомков погибших членов экипажа, и их удастся отыскать…
Раз так вышло, что раньше мы уже рассказывали в своих публикациях о двух экипажах 793 ббап, а сегодня поведали о судьбе третьего, то не можем не упомянуть и о других безвозвратных потерях летного состава полка в боях конца июля – августа 1942 года.
…Вечером 25 июля 1942 года три Пе-2 793 ббап нанесли удар по участку железной дороги Ржев – Сычевка и были атакованы парой Ме-109Ф.
Самолет с экипажем в составе сержантов Бориса Ивкина и Николая Дегтярева и ефрейтора Александра Калугина был зажжен и упал в районе разъезда Помельница, хотя по заявке немецких истребителей, он был сбит в нескольких километрах к югу от Зубцова.
Ведущий Пе-2 № 3/79 командира звена старшего лейтенанта Ивана Чугаева, лейтенанта Николая Кузьминых и старшины Николая Жилина также был подожжен и, перетянув линию фронта, произвел вынужденную посадку севернее деревни Рублево, что на левом берегу Волги. Экипаж погиб.
Стрелок-бомбардир Кузьминых покинул горящую машину с парашютом. Высота оказалась недостаточной, он разбился, был доставлен трупом в 31 медсанбат и похоронен в деревне Савельево Старицкого района.
Немецкие истребители продолжили атаковать последний Пе-2, но его летчику – младшему лейтенанту Якову Зыбину удалось сбить один из них в районе Коледино. Предположительно, его пилотом оказался Фритц Баер из 9 эскадрильи 51 истребительной эскадры, всего лишь за несколько минут до этого сбивший самолет Чугаева
Впервые об этом мы узнали из архивных документов 5 стрелковой дивизии.
По словам нашего друга – поисковика Александра Константиновича Бубнова, крыло от этого самолета местные жители долгое время использовали в качестве моста через протекающий неподалеку от места вынужденной посадки ручей.
Осенью 2024 года поисковики Ржевского отряда «Память 29-й Армии» и Тверской «Звезды» обнаружили обломки самолета и по найденным номерам установили его принадлежность…
4 августа 1942 года на разведку в район Ржев – совхоз Дугино вылетел Пе-2 № 12/86 с экипажем в составе - младший лейтенант Илларион Галич, старшина Константин Крещенко, сержант Моисей Островский. После выполнения задания, когда самолет пересекал линию фронта, он был атакован двумя Ме-109. Один из них был сбит огнем старшины Галича, после чего у него заклинил пулемет. Самолет был подожжен и упал в районе деревни Тальцы, спастись с парашютом удалось лишь стрелку-радисту Островскому, пилот и стрелок-бомбардир были похоронены наземными войсками.
В ноябре 2022 года место падения нашли наши Ржевские коллеги…
Вечером 8 августа 1942 года не вернулись с боевого задания по бомбардировке бронепоезда противника на разъезде Муравьево пилот сержант Лев Мансунов (Мансуров) и стрелок-бомбардир сержант Иван Колбасов. Обстоятельства их гибели неизвестны.
9 августа 1942 года в воздушном бою с большой группой вражеских истребителей юго-западнее Зубцова, когда погиб экипаж Волынщикова, Прусенко и Музыки, а экипаж Авдохина, Бибика и Дейнеги произвел вынужденную посадку на горящем самолете, в 10 км западнее Старицы был сбит Пе-2 сержанта Ивана Моисеева, который погиб, стрелок-бомбардир лейтенант Ефрем Гейфман и стрелок-радист сержант Ефим Новик спаслись на парашютах.
12 августа 1942 года при подходе к цели в районе Тимофеево группа из пяти бомбардировщиков была атакована двумя парами вражеских истребителей. С боевого задания не возвратились два самолета. По наблюдениям уцелевших экипажей, они пошли со снижением и один из них на высоте 100-150 метров загорелся упал в 12-15 км к северу от Ржева.
Пе-2 № 14/77 с экипажем в составе лейтенантов Николая Евсеева и Ефрема Гейфмана, сержанта Григория Воротилова был сбит. Лейтенант Гейфман, который чудом избежал гибели всего за три дня до этого, выбросился с парашютом, но 21 августа умер от тяжелых ранений в Боткинской больнице Москвы.
Совсем недавно, в начале декабря 2024 года место падения Пе-2 № 14/77 в районе урочища Бельково отработано нашими коллегами. Останки погибших членов экипажа не обнаружены.
Судьба второго экипажа - в составе сержантов Михаила Кочкина, Николая Черных и Ивана Алпатова по сей день остается неизвестной.
Все эти, в большинстве своем, еще очень молодые ребята – русские, украинцы, евреи, представители других народов СССР, сражались с врагом в огненном небе грозного лета 1942 года совсем недолго, считанные недели.
Они не успели заслужить боевых наград, даже фото многих из них история не сохранила для нас, но их имена навсегда останутся в нашей памяти, как имена Героев, отдавших жизнь в боях за свободу и независимость нашей Родины…