СЛОНОПОТАМЫ СРЕДИ БОТФОРТ: о причине появления нового типа ботфорт в 1660-70 гг.
Всадники, в том числе кавалеристы (и легкие, и тяжелые), западной и центральной Европы вошли в 17 в. с всем хорошо знакомыми по характерному виду ботфортами, которые мы условно назовем «мягкими».
В развернутом состоянии они вполне удовлетворяли кавалеристов в т.ч. в сомкнутом строю.
Помимо прочего, их, судя по всему, отличало относительное удобство повседневной носки. В частности, при спешивании голенище можно было свернуть вниз.
Такое положение вещей сохраняется в неизменно виде примерно до середины XVII в.
Затем происходит не вполне понятная метаморфоза.
Удобные и универсальные «мягкие» ботфорты в 1660-70 гг. уступают место новому, гораздо более специализированному на вид типу ботфорт, которые мы назовем «тяжелыми» (нелогичность дихотомии «мягкое-тяжелое» бросается в глаза, однако для целей статьи рискну нарушить правила формальной логики): неуклюжего вида, с голенищами-«трубами» и нависающими над ними раструбами, они шились из кожи иной выделки, дававшей бо’льшую жесткость, которая уже не предполагала никаких трансформаций для ношения при спешивании.
Какая же причина заставила не просто поверхностно изменить фасон ботфорт, а отказаться от проверенных временем, устраивавших своей функциональностью и кирасиров, и аркебузиров, и гражданских всадников, ботфорт, в пользу гораздо более специализированных неуклюжих «бегемотов», масса пары которых иной раз превышала 6 кг?
Для ответа на поставленный вопрос необходимо обратить внимание на детали, которым даже в специализированных изданиях о кавалерии [3, С. 115, 130] авторы не придают особого значения. Однако с практической точки зрения они, наоборот, могут стать ключом к разгадке.
Всем известен сомкнутый строй колено к колену, который использовался тяжелой кавалерией и до указанной выше временной границы, и после нее, еще в XIX в. Конники в шеренге строились таким образом, что касались друг друга коленями, причем уже в период Тридцатилетней войны (1618-48 гг.) это могло относиться не только к тяжелой кавалерии (копейщиков и кирасир), но и формально легкой кавалерии (аркебузиров), когда они действовали на манер тяжелой, т.е. для шока. Не сообщает нам в этом плане ничего необычного и Джон Крузо в своей работе «Инструкции для кавалерии … » 1632 г. (см. переводы отрывков из этой работы здесь и здесь).
Но уже в 1644 году у Вернона [4] мы встречаем вот такой пассаж:
«При значительных силах, если вы имеете достаточно пространства, все роты должны быть построены в баталию, каждая в три шеренги глубиной … те роты, которые первыми идут в атаку, … должны быть в сомкнутом строю, правое колено каждого стоящего левее кавалериста должно замыкаться за левым коленом стоящего правее, …» (перевод мой - М.З.).
Таким образом, в той области, в которой, на первой взгляд, ничего плотнее строя колено к колену не придумаешь, мы неожиданно наблюдаем совершенно новый, небывалый ранее уровень сомкнутости: кавалеристы в шеренге не просто встают колено к колену, а буквально сжимают шеренгу, смыкаясь «в замо’к».
Вольке (без ссылок на первоисточник) указывает на то, что в кавалерии Карла XII эскадрон в 125 коней должен был также строится в три шеренги (в оригинальном тексте очень неудачно использован термин «линии»), с корнетом в центре; от центра каждой шеренги в направлении правого фланга эскадрона кавалеристы смыкались левым коленом каждого последующего за правым коленом предыдущего, в направлении левого фланга эскадрона – наоборот. [6, С. 37]
Подтверждение этому заявлению находим у барона фон Платен в «Гусар, или Короткия правила для легких войск.» (перев. с французского Н. Хлопова), 1764 г. Помимо того, что в этой работе подтверждается использование подобного строя Карлом XII, указывается следующее:
«О доброй атаке в древней и нынешней коннице еще нет единогласного утверждения, то есть, во всю ли рысь атаковать, или смыкаясь колено за колено так тесно друг с другом, что хотя лошадь и ранена будет, однако же прочие дотащат оную.» Сравнивает автор «древнюю» атаку с таким смыканием в шеренге с «современной», когда «наилучшее правило ставить людей колено с коленом, но без тесноты». [2, С. 51, 55]
И финальным аккордом будет цитата из «Заметок о кавалерии» Варнери (1776 г.) [5, С. 14]:
«Прежде [подразумевается до начала правления Фридриха II (1740 г.)], когда эскадроны атаковали с мечом в руке, самым быстрым аллюром была только рысь, так что самые крупные лошади давали наибольшее преимущество перед лошадьми меньших размеров; ряды смыкались вместе чрезвычайно тесно, к чему они были способны от того обстоятельства, что все рядовые кавалеристы были снабжены крепкими и жесткими ботфортами [в английском переводе – boots – прим. перев.], которые по многим причинам в некоторых видах [кавалерийской] службы они возобновляют носить. Кавалеристы Гард дю Кор короля Пруссии имеют их, так же как и офицеры его кирасирских полков; они конечно же не должны быть слишком тяжелыми, будет достаточным, если их вес не будет столь велик, чтобы мешать ходьбе того, кто их носит.
Атака шагом или рысью в это время называлась старинной атакой кавалерии.» (Перевод мой. – М.З.).
Отсюда мы можем предположить следующий ответ на заданный в начале заметки вопрос.
Резкая смена ботфортной моды с массовым и стремительным переходом к жесткому и тяжелому типу ботфорт приблизительно в 1660-70 гг. связана с широким (?) распространением в тяжелой/линейной кавалерии практики смыкания в шеренге колено за коленом (вместо колено к колену) примерно с 1630-40 гг. до 1740-50 гг.
Безусловно, сам по себе вопрос причин и условий появления, распространения и выхода из употребления сверхсомкнутого строя заслуживает отдельного, более детального рассмотрения, однако сейчас остановимся о предполагаемой связи этого аспекта с изменением типа ботфорт.
В таком сверхсомкнутом строе кавалеристы не просто должны были поддерживать сомкнутость рядов за счет касания с коленями товарищей («всадники должны были чувствовать колено соседа» [1, С. 137]), но буквально наваливаться на соседа справа или слева, так, чтобы вообще исключить просветы в шеренге. Таким образом, колени каждого кавалериста (кроме фланговых и офицеров вне строя) оказывались буквально стиснутыми между его конем и конями соседей по бокам от него. И чем ближе к центру шеренги стоял кавалерист, тем под бо’льшим давлением он оказывался (в цитированном выше труде фон Платена обращается внимание на то, насколько лошади стеснены при такой плотности строя – нетрудно догадаться, что эта особенность не могла не сказаться и на кавалеристах).
Соответственно, традиционные «мягкие» ботфорты, при всей своей универсальности подходившие в т.ч. для обычного сомкнутого строя колено к колену, вероятно, уже не были адекватны условиям строя колено за коленом.
Поэтому ботфортам как минимум потребовалась бо’льшая износостойкость: колено замыкающегося за коленом постоянно трется (иногда с немалым усилием) непосредственно о бок коня соседа по строю. А как максимум, в некотором роде «скорлупа» для коленей – и именно в свете некоторой защитной компоненты (защиты от сдавливания), на наш взгляд, необходимо рассматривать складку, которая образовывалась от нависания раструба над голенищем, составляя своеобразную S-образную кожаную «пружину» на уровне чуть ниже колена – черта, видимая как на сохранившихся артефактах, так и в изобразительных источниках, которой лишены голенища «мягких» ботфорт.
Версию о защите от сдавливания коленей товарищами по строю подтверждает и сохранившиеся на двух парах ботфорт сер. XVIII в. из Национального музея Дании плотно набитые подушечки (внешний слой – кожа, внутренний - полотно), изначально, по-видимому, вшитые (?) с изнанки внешней стороны раструба. Можно предположить, что эта деталь была если не универсальной, то весьма распространенной.
При этом с такой версией согласуется то обстоятельство, что иногда кавалерийские офицеры, в отличие от рядовых, в полевых условиях обуты в «мягкие» ботфорты (похожие на ботфорты до 1660-70 гг.) либо башмаки с крагами, которые скорее ожидаешь увидеть в манеже, а не в лагере или на поле боя. Например, на первой из нижеприведенных картин Ш. Парроселя мы видим в подобной обуви только полковника гвардейских конногренадер и еще одного офицера. Это вполне объяснимо с точки зрения принятой в некоторых кавалериях практики размещения части офицеров вне строя (перед строем, в тылу для поддержания порядка). Соответственно, в таком случае офицер никоим образом не подвержен неудобствам стиснутого в шеренге рядового, поэтому может обойтись обычными (и более удобными) ботфортами.
Здесь же необходимо сделать оговорку. Ботфорты с железными или стальными обручами под раструбом, вероятно, все же не относятся к кавалерийской сфере: отсутствуют их изображения в синхронных источниках, связанных с линейной кавалерией.
Необходимо также сказать несколько слов о том, почему мы полагаем, что мотив повышения защищенности ноги от холодного оружия НЕ играл в переходе от «мягких» к «тяжелым» ботфортам никакой роли.
Во-первых, носила ботфорты нового, «тяжелого» типа тяжелая/линейная кавалерия, основной способ действия которой заключался в действиях в сомкнутом или в рассмотренном выше сверхсомкнутом строю. В этих условиях защита ноги в принципе отходит на второй план, она ни в коей мере не является удобной для противника, приоритетной целью ни во времена «мягких», ни во времена «тяжелых» ботфорт, причем это относится как к действиям против другой кавалерии, так и против пехоты. Во-вторых, да, иногда нога упоминается в качестве цели для атак холодным оружием в XVIII - нач. XIX вв., однако опять же, как неосновная цель, при этом исключительно бедро – и скорее только в его верхней части – но которая даже гипертрофированными раструбами ботфорт НЕ прикрыта. В-третьих, если руководствоваться логикой защиты от уколов/ударов, ранние кирасиры кон. XVI в., либо аркебузиры времен Тридцатилетней войны, носившие «мягкие» ботфорты и часто/никогда не носившие тассет, должны были обзавестись более жесткими ботфортами гораздо ранее, чем в 1660-70 гг., однако этого не происходит. В-четвертых, если мы возьмем конец XVII – XVIII вв., то из соображений защиты от холодного оружия наиболее заинтересованными в защите, даваемой «тяжелыми» ботфортами, были бы легковооруженные кавалеристы, например кроаты или гусары, которые гораздо чаще, чем линейная кавалерия, действовали в разомкнутом или рассыпном строю, где риск поражения того же бедра гораздо выше – однако у гусар XVIII в. мы видим все те же короткие сапоги из мягкой кожи, что и у их легковооруженных (венгерские гусары) и тяжеловооруженных (Речь Посполитая) предшественников века семнадцатого.
Время выхода «тяжелых» ботфорт из употребления можно отнести скорее всего к 1740-50 гг.; в частности, портреты рядовых кавалеристов, относящихся к полкам тяжелой/линейной кавалерии кисти Д. Морье показывают нам уже гораздо менее экстремальные варианты «тяжелых» ботфорт.
Кроме того, вышеприведенное [см. предыдущую сноску] замечание из Маркова относится к русскому кавалерийскому уставу «Экзерциция и учреждение строев и всяких церемониалов регулярной кавалерии» 1755 г. Предусмотренное им смыкание колену к колену во всяком случае позволяет сделать вывод о неприменении в этот период в русской кавалерии сверхсомкнутого строя, что вполне соотносится с реформами в духе кавалерии Фридриха II.
ЛИТЕРАТУРА.
- Марков М.И. История конницы. Кн. 3. От Фридриха Великого до Александра Суворова. М., 2009. С. 137
2. Платен, Филип Юлиус Бернхард фон. «Гусар, или Короткия правила для легких войск.» Перев. с французского Н. Хлопов. 1764.
3. Chauvire, Frederic. The New Knights. The Development of Cavalry in Western Europe, 1562 – 1700. Warwick, 2021.
4. Vernon, John. The young horse-man, or, The honest plain-dealing cavalier Wherein is plainly demonstrated, by figures and other-wise, the exercise and discipline of the horse, very usefull for all those that desire the knowledge of warlike horse-man-ship. 1644. Режим доступа: https://quod.lib.umich.edu/e/eebo/a64864.0001.001/2?vid=45&node=a64864.0001.001:3&view=text . Перевод фрагмента см. здесь.
5. Warnery, Сharles Emmanuel von. Remarks on Cavalry. Trans. by G.F. Koehler. London, 1798. Режим доступа: https://play.google.com/books/reader?id=5AcHAAAAQAAJ&pg=GBS.PR3.
6. Wolke, Lars Ericson. Swedish army in the Great Northern War 1700-21. Warwick, 2018.
Фотографии в высоком разрешении ботфорт из Национального музея Дании, которые можно рассмотреть в увеличении:
e.9267.1 — https://samlinger.natmus.dk/thm/object/62589;
e.9267.2 — https://samlinger.natmus.dk/thm/object/62590;
e.9267.3 — https://samlinger.natmus.dk/thm/object/62591;
e.9267.4 — https://samlinger.natmus.dk/thm/object/62592;
e.9267.5 — https://samlinger.natmus.dk/thm/object/62593.
Автор – Максим Звягинцев