Кто начал Вторую мировую войну: США

Перевел отрывки книг о предыстории Второй мировой войны и американского участия в ней, об отношениях с Британией и будущем. Основной текст — Тедора и Ирвинга, отрывки — Гудсона и Уолша.

Кто начал Вторую мировую войну? Как-то европейцы придумали Брестский мир и Версальский мир, положение в Европе после Первой мировой войны, в 1930-е годы европейцы и американцы хотели новой войны с Германией, а Германия — с Польшей, а потом с СССР, но почему-то в итоге как-то пострадали больше всех русские. В статьях о предыстории я концентрировался на других странах, т.к. о Германии все знают (и многое — правда, читайте у Ирвинга). СССР же ничего не сделал для начала войны и не влиял ни на кого для войны — ни одна книга списка ничего не приводит.

США и Германия

Уолш

Рузвельт победил на выборах с небольшим отрывом, обещая не отправлять американскую молодежь на европейскую войну, что оказалось ложью. Уже в то время Рузвельт намеревался вовлечь США в исключительно европейскую войну.

Тедор

В одном немецком издании заявляли: «Американцы не понимают другие народы. Они отмахиваются от их прав и естественных жизненных потребностей. Он считает себя вправе диктовать свои безграничные желания остальному миру, благодаря непомерному чувству превосходства».

«Враг номер один»

В апреле 1933 года Рузвельт сказал французскому послу: «Франция не должна разоружаться, и никто не будет требовать этого». Месяц спустя Рузвельт призвал 54 страны разоружиться.

Президент обсуждал международные отношения в Чикаго в октябре 1937 года. Он сказал: «Нынешняя эпоха террора и международного беззакония началась несколько лет назад», имея в виду Германию и Италию. Он предложил поместить в карантин такие больные страны, т.е. экономически их бойкотировать. По приказу Белого дома капитан ВМС США Ройал Ингерсолл отправился в Лондон, чтобы обсудить сотрудничество флота с британцами.

Аннексия Австрии Германией 12 марта 1938 года первоначально не вызвала особой реакции у американской прессы и госсекретаря Корделла Халла. Ситуация резко изменилась через 24 часа. Посол Германии сообщил в Берлин, что аншлюс внезапно стали «считать нарушением договора, милитаризмом, изнасилованием маленькой беззащитной Австрии вооруженным до зубов соседом и результатом политики „кто сильнее, тот и прав“». О вероятных причинах изменения позиции Америки: «Президент лично вмешался и дал соответствующие указания госдепартаменту и прессе». Посол предупредил свое министерство иностранных дел, что, если Германия когда-либо будет вовлечена в конфликт против Англии, «мало что может предотвратить вступление США в войну против нас».

Рузвельт тянулся за пределы Америки и своих полномочий во время судетского кризиса в сентябре того же года. Чтобы предотвратить этот важный пересмотр версальской системы, он предложил британскому послу Рональду Линдсею, чтобы военно-морские силы США и Британии блокировали всё европейское побережье Атлантики и Средиземное море, чтобы отрезать Германию от импорта из-за рубежа. Морские блокады по международному праву являются актом войны. Рузвельт был готов отказаться от нейтралитета и развязать войну, чтобы сохранить притязания Чехословакии на Судетскую область. Чемберлен, настороженно относившийся к попыткам Рузвельта расширить влияние США в Европе, отверг эту идею. «Затем Вашингтон начал жестоко очернять „умиротворителей“, которые снова отступили перед диктаторами». «Чемберлена и Даладье заклеймили в американской прессе откровенными предателями дела мировой демократии».

Интриги Вашингтона помешали дипломатическому урегулированию заявки Германии на Данциг в 1939 году. 2 декабря 1938 года посол Америки в Польше Биддл встретился с комиссаром Данцига Буркхардтом. Буркхардт вспоминал, что Биддл «с неподдельным ликованием заявил, что поляки готовы развязать войну из-за Данцига… Никогда со времени торпедирования „Лузитании“ в Америке не было такой религиозной ненависти к Германии, как сегодня. Чемберлена и Даладье разнесет общественное мнение. Это будет священная война». В феврале 1939 года Рузвельт сорвал переговоры Германии и Англии о торговом соглашении, в котором Берлин многое уступал для улучшения дипломатических отношений, сделав Лондону существенно более выгодное предложение. Таким образом, он помешал еще одной попытке англо-германского примирения. В следующем месяце Ганс Томсен, поверенный в делах Риббентропа в Вашингтоне, сообщил Берлину: «Рузвельт считает Германию врагом, которого нужно уничтожить, потому что он нарушает баланс сил и статус-кво».

23 марта Рузвельт пообещал британцам перебросить больше военных кораблей ВМС США на Гавайи, что освободило бы английский тихоокеанский флот для развертывания в Атлантике и Средиземном море. Он поручил американскому послу в Лондоне Кеннеди поддержать Чемберлена в предоставлении гарантий Польше. По указанию Рузвельта военный атташе США в Париже пообещал, что американский флот защитит французский Индокитай от японцев. Так президент постепенно усилил зависимость Англии и Франции от США, что косвенно усилило влияние США на демократические страны в их переговорах с Гитлером. 14 апреля 1939 года Washington Times Herald сообщила, что Рузвельт в форме ультиматума предупредил англичан ничего не уступать Германии.

Американский посол в Париже Уильям Буллит летом сообщил французскому правительству, что, если Англия и Франция не придут на помощь Польше в случае нападения Германии, то они могут не ждать помощи Вашингтона в европейской войне. С другой стороны, они могут рассчитывать на «полную поддержку» США, если они объявят войну Германии из-за Польши. Бывший министр иностранных дел Франции Жорж Бонне позже писал, что Буллит «призвал Францию занять твердую позицию против Гитлера. Я убежден, что он убедил Даладье в том, что Рузвельт вмешается в войну, если Франция и Англия окажутся в опасности… В 1939 году Буллит сделал всё, что мог, чтобы Франция вступила в войну». Конгрессмен Гамильтон Фиш подытожил: «Если бы Рузвельт не вмешивался в европейскую ситуацию, не поощрял Англию и Францию верить, что мы будем сражаться в их битвах, они бы урегулировали Данцигский вопрос мирными средствами… и избежали бы катастрофической войны».

17 августа Ганс Герварт фон Биттенфельд из посольства Германии в Москве раскрыл информацию о германо-советских переговорах американскому дипломату Чарльзу Боулену. Самнер Уэллес из госдепартамента передал эти разведданные британскому послу Линдсею, который передал в Лондон эти новости о германо-советском взаимопонимании, которое подразумевало тяжелые последствия для Польши. Находившийся там советский шпион Герберт Кинг сообщил Сталину об этой интриге. Сталин, скорее всего, полагал, что британцы предупредят Юзефа Бека об опасности, грозящей его стране, что побудит его примириться с Германией. «Но Сталин переоценил британскую и американскую справедливость», — как выразился один немецкий историк. Ни одно из демократических правительств не передало Варшаве эту жизненно важную информацию.

Герварт также выдал полный текст соглашения, заключенного Риббентропом в Москве 23 августа, включая секретный протокол о разделе Польши. Боулен также передал его Вашингтону. Буллит, знающий текст и значение германо-советского секретного протокола, сказал польскому дипломату в Париже, графу Лукасевичу, что документ касается только статуса прибалтийских государств, а не Польши. В результате Бек все еще сомневался в серьезности сотрудничества Москвы и Берлина.

После начала войны

Германия быстро победила Польшу, Франция пассивно оборонялась, а Англия лишь символически участвовала в континентальной войне, в результате чего наступила тупиковая ситуация. 6 октября 1939 года Гитлер выступил в рейхстаге с просьбой созвать мирную конференцию. Даже Чемберлен признался в дневнике, что фюрер представил несколько «очень привлекательных предложений». Однако Рузвельт надавил на англичан, чтобы они не допустили «второго Мюнхена». Геринг, второй человек страны, встретился с генеральным консулом США в Берлине 9 октября и призвал Рузвельта выступить посредником в мирных переговорах. Геринг предложил лично отправиться в Вашингтон, чтобы представлять Германию на переговорах, и выразил готовность Берлина восстановить независимость Польши и Чехии в знак доброй воли. Рузвельт официально отказался выступать арбитром прекращения огня. Во время пресс-конференции в том же месяце он сказал, что германское предложение выдвинули анонимные работники в министерстве пропаганды Германии, поэтому его не стоит рассматривать.

Два американских магната посетили Германию в октябре, надеясь открыть дорогу для переговоров. 19-го числа Геринг сказал Джеймсу Муни, старшему руководителю General Motors: «Если бы мы могли заключить договор с англичанами сегодня, завтра мы бы выбросили Россию и Японию за борт». Геринг вновь предложил восстановить Польшу и Чехию Уильяму Дэвису, нефтяному магнату из Техаса, который находился в Берлине с полуофициальным визитом. Даже американские газеты признали, что, учитывая откровенную враждебность Рузвельта по отношению к Германии, для немцев выдвижение его кандидатуры в качестве арбитра на мирной конференции было щедрой уступкой. По возвращении домой Дэвис не смог добиться аудиенции у президента. Корделл Халл забрал его паспорт, чтобы Дэвис не мог вернуться в Европу и помешать войне.

В Варшаве сотрудники Риббентропа собрали довоенную дипломатическую переписку Варшавы с ее представительствами в Вашингтоне, Лондоне и Париже. Ее содержание опубликовали 27 октября. Редактор резюмировал: «Польские документы доказывают, что дипломатия Рузвельта виновата, возможно, больше всех в развязывании войны с Англией». Например, в письме польского генштаба Беку цитировались слова американского военного атташе, коммандера Гейда, который обещал Польше тысячу самолетов, «как только начнется война».

Также немцы обнародовали отчет графа Ежи Потоцкого, бывшего посла Польши в Вашингтоне, о его разговоре с Буллитом в ноябре 1938 года: «О Германии и канцлере Гитлере Буллит говорил яростно и с большой ненавистью… Буллит сказал, что США, Франция и Англия должны значительно перевооружиться, чтобы справиться с Германией в подходящее время… В ответ на мой вопрос, будут ли США участвовать в такой войне, он сказал: „Несомненно, но только после того, как Британия и Франция сделают первый шаг!“» Риббентроп предоставил подлинники польских документов международной прессе для ознакомления. Редактор американского издания Германской белой книги (German White Book), опубликовавшей 16 писем на английском языке, пришел к выводу: «Вероятно, это подлинные документы. Так считают многие вашингтонские корреспонденты, включая Уилмотта Льюиса из лондонской „Таймс“».

Все это время Белый дом убеждал Конгресс изменить закон о нейтралитете 1937 года. Закон запрещал продавать военную технику воюющим сторонам в Европе. Уже в сентябре [1939 года] президент частично ослабил ограничения. В результате производители оружия США за месяц продали боеприпасов Франции на сумму 4,429,323 доллара, а Англии — на сумму 1,422,800 долларов. Германия, согласно сводке госдепартамента от 28 октября 1939 года, закупила вооружения у Америки на 49 долларов. К концу 1940 года Британия закупила у США оружия на 2.7 миллиарда долларов. Рузвельт сказал члену кабинета: «Мы доим британскую финансовую корову, у которой когда-то было много молока, но скоро оно закончится». Президент думал удерживать британцев на войне, «пока их запасы долларов не иссякнут».

Хизельер Вирсинг, редактор немецкого журнала Signal, сделал наблюдение об арсенале демократии: «Оружейный бизнес превратился в один из худших рэкетов в американской истории, он зарабатывает миллиарды долларов, „торгуя смертью“. В 1940 году их прибыли значительно выросли. Согласно National City Bank в Нью-Йорке, чистая прибыль 2600 акционерных компаний в 1940 году составила 4253 миллиона долларов по сравнению с 3565 миллионами долларов в 1939 году». Конгрессмен Фиш вспоминал: «Военный кабинет Рузвельта активно сотрудничал с влиятельной восточной прессой, в основном для продвижения войны… Провоенную пропаганду финансировали международные банкиры, производители вооружений и крупные предприятия — малые числом, но богатые и влиятельные, они контролировали пропаганду и внимание общества». Преподобный Джон Макниколас, архиепископ Цинциннати, отмечал в январе 1941 года: «Десять процентов наших людей коварно втягивают Соединенные Штаты в мировой конфликт, а большинство, выступающее за мир, молча и беспомощно стоит в стороне».

Т.к. Конгресс ослабил ограничения на продажу оружия воюющим сторонам, Америка оказывала материально-техническую поддержку Англии, чтобы война продолжалась. Под руководством Вашингтона страны западного полушария провозгласили морскую зону безопасности к югу от Канады. Эта зона, шириной от 300 до 1000 миль, была закрыта для боевых операций воюющих держав. Гитлер приказал своему военно-морскому флоту не нападать на британские торговые суда внутри этой зоны. Это существенно сократило число морских путей, которые приходилось патрулировать военно-морскому флоту Англии для охраны грузовых судов на пути в Британию. Военные корабли США помогали защищать конвои, следили за передвижением германских подводных лодок и сообщали о них военно-морскому флоту Британии.

В сентябре 1941 года Рузвельт решил стать «более провокационным», добавив, что, если немцам «это не понравится, они могут напасть на американские войска». Он приказал военным кораблям США «атаковать любую замеченную подводную лодку, даже если она находится на расстоянии 200 или 300 миль от конвоя». Три раза в сентябре и октябре американские эсминцы сталкивались с германскими подводными лодками. В одном случае эсминец «USS Greer» (DD-145) помогал британскому бомбардировщику атаковать подлодку U-652 глубинными бомбами. После четырехчасовой бомбардировки подводная лодка, наконец, выпустила две торпеды по своему противнику. «Greer» в итоге прекратил бой. 11 сентября 1941 года Рузвельт заявил американцам по радио: «Я говорю вам очевидный факт, что германская подводная лодка первой открыла огонь по американскому эсминцу без предупреждения и с намерением потопить его… Мы не стремились к горячей войне с Гитлером». Военно-морское министерство США отказалось предоставлять журнал боевых действий корабля Сенату.

Ирвинг

Мир

До сих пор Гитлер чувствовал, что он может игнорировать вылазки президента Рузвельта в европейскую политику. Он обвинял в позиции Рузвельта еврейское влияние и считал, что изоляционизм по-прежнему популярен в США. В апреле 1939 года Гитлер получил открытое письмо Рузвельта, в котором тот призывал его публично пообещать, что Гитлер не нападет ни на одну из 31 указанных стран. Сотрудники посольства США в Берлине сочли это обращение оплошностью. Гитлер пообещал это в саркастической речи в рейхстаге 28-го числа. Кролль-опера сотрясалась от смеха, и Гитлер язвительно добавил, что Германия также не планирует вторгаться в США. Сотрудники посольства США признали, что [в этом выступлении] фюрер одержал победу.

На этом этапе произошло показное резкое вмешательство президента Рузвельта с загадочной развязкой. В начале октября влиятельный американский нефтяной магнат Уильям Дэвис прибыл в Берлин с миссией мира, для которой он, по-видимому, получил 90-минутный брифинг от Рузвельта. В Берлине нефтяник встретился с Герингом, и сохранился семистраничный конспект обсуждения предполагаемых предложений Рузвельта. Очевидно, он получил широкое распространение в Берлине, т.к. в нескольких дневниках того времени язвительно упоминали, что Рузвельт внезапно решил стать «ангелом мира», чтобы обеспечить себе третий президентский срок. «Президент Рузвельт готов надавить на западные державы, чтобы они начали мирные переговоры… Он просит сообщить ему вопросы, которые Германия хочет урегулировать, например, о Польше и колониях».

Рузвельт подозревал, что мотивы Британии не имели никакого отношения к Польше. Он сам признавал, что настоящей причиной войны был односторонний Версальский диктат, из-за которого немецкий народ не мог достичь уровня жизни, сравнимого с уровнем жизни его соседей в Европе. Согласно этому неопубликованному конспекту, Рузвельт предлагал, чтобы Германия сохранила Данциг и все бывшие германские провинции, и чтобы все бывшие африканские колонии Германии немедленно возвратили ей. Как сообщил Дэвис, если Даладье и Чемберлен откажутся подчиниться, то президент Рузвельт поддержит Германию в ее поисках прочного мира: он будет снабжать Германию товарами и военными припасами, которые при необходимости будут «сопровождать в Германию американские вооруженные силы». Джон Л. Льюис конфиденциально пообещал Дэвису, что, если такое соглашение будет достигнуто между Германией и США, его профсоюзы предотвратят производство военных товаров для Британии и Франции.

3 октября Геринг объявил американскому посланнику, что в своей важной речи в рейхстаге шестого числа Гитлер выступит с рядом мирных предложений, отражающих тезисы, которые Дэвис привез из Вашингтона. Геринг сказал Дэвису: «Если, по его мнению Рузвельта, эти предложения создают разумную основу для мирной конференции, тогда у него будет возможность добиться такого урегулирования… Вы можете заверить г-на Рузвельта, что, если он станет посредником, Германия согласится на урегулирование, в результате которого возникнет новое польское государство и независимое чехословацкое правительство». Геринг был готов посетить такую конференцию в Вашингтоне.

Гитлер надеялся получить промежуточный ответ от Рузвельта к пятому числу. Как писал Розенберг: «Для Лондона было бы жестоким ударом, если бы Вашингтон срочно „советовал“ ему просить мира!» Но что-то пошло не так: когда Дэвис прибыл в Вашингтон, его не допустили к президенту, и они больше не встречались.

Война

Другую сторону политики Рузвельта раскрыли польские документы, найденные немцами в архивах Варшавы. Депеши польских послов в Вашингтоне и Париже разоблачили попытки Рузвельта спровоцировать Францию и Британию на войну. В ноябре 1938 года Уильям Буллит, друг Рузвельта и его посол в Париже, сказал полякам, что президент желает, чтобы «Германия и Россия вступили в бой», после чего демократические страны нападут на Германию и заставят ее подчиниться. Весной 1939 года Буллит сказал, что Рузвельт полон решимости «не участвовать в войне с начала, но быть там в конце». Как сообщил Буллит польским дипломатам, Вашингтон руководствовался исключительно материальными интересами США.

Рузвельт послал своего заместителя, госсекретаря Самнера Уэллеса, узнать о перспективах мира в европейских столицах. В своих беседах с американцем Гитлер придерживался своего аргумента о том, что, поскольку это война Британии, именно Британия должна ее окончить. 4 марта [1940 года] Гитлер повторил это вице-президенту General Motors Джеймсу Муни: «Нынешняя война закончится только тогда, когда другие страны откажутся от своих военных целей», т.е. от уничтожения Германии; он сказал, что у Германии нет военных целей.

Рузвельт попросил Муни передать Гитлеру, что он готов выступить в роли «председателя»; Гитлер ответил, что «сможет достичь соглашения с президентом Рузвельтом за десять минут».

По отношению к США Гитлер год проявлял необычное терпение, несмотря на жуткие провокации. Американские граждане сражались в рядах ВВС Британии, а военные корабли США следили за торговыми судами Оси в трансатлантических водах. Благодаря радиоразведке, адмиралтейство в Берлине знало, что американцы передают британцам информацию об этих кораблях. Адмирал Редер безуспешно протестовал Гитлеру по поводу этого «вопиющего доказательства участия США [в войне]». Он спрашивал, «совместимо ли игнорирование этого с честью Германского рейха». Но ничто не могло изменить решительный отказ Гитлера принимать вызов Америки.

Отказ Гитлера от обострения отношений с США принес свои плоды. Адмиралтейство неохотно признало, что его политика была оправданной, но ограничения, которые он продолжал накладывать на находившиеся в тяжелом положении экипажи подводных лодок в Атлантике, все равно огорчали их. Им не разрешалось атаковать американские военные и торговые суда, подниматься на борт кораблей, подозреваемых в доставке военных товаров противнику, а также использовать свое оружие, даже если американцы грубо нарушали свой нейтралитет — если только американцы не выстрелят первыми.

Дневник Хевеля от 20 мая 1941 года описывает дилемму Гитлера по поводу США: «Фюрер все еще колеблется в своем отношении к Америке, поскольку „не понять, что думает Рузвельт“. Если он хочет войны, он всегда найдет повод, даже если по закону мы правы. Япония — ключ к ситуации. Хотя фюрер еще не принял решения, лучше не допускать [официального] участия США в войне, чем потопить несколько сотен тысяч тонн груза. Без США война закончится в этом году; с США она будет продолжаться еще долгие годы».

Военный журнал военно-морского штаба от 13 мая 1941 года красноречиво показывает решимость Гитлера избегать войны с США: германский флот должен проявлять крайнюю осторожность, когда дело касается американских кораблей, даже если это ставит немецких моряков в невыгодное положение, «поскольку фюрер не хочет провоцировать вступление Америки в войну тем или иным инцидентом».

[20 июня 1941 года] Гитлер сказал адмиралтейству, что не должно быть никаких инцидентов с участием США, пока не станет ясен исход «Барбароссы». Такой же приказ получило люфтваффе.

После начала ВОВ

13 июля [1941 года] немецкий дипломат Хассо фон Эцдорф процитировал Гитлера: «Пока наши операции на востоке продолжаются, нас не спровоцируют. Потом американцы получат свою войну, если они так хотят ее». Гитлер сказал Редеру, что он сделает все возможное, чтобы не допустить вступления Рузвельта в войну еще один или два месяца, т.к. люфтваффе все еще заняты в российской кампании. Редер сообщил военно-морскому штабу: «Фюрер все еще считает, что победа в России повлияет на расположение США». Гитлер теперь запретил даже минирование исландских гаваней.

Американскому военно-морскому флоту приказали без предупреждения и провокации стрелять по любому немецкому военному кораблю; американским командирам приказали не признавать ответственность и предполагать, что виноваты британские подразделения. Так Рузвельт надеялся спровоцировать контрмеры. Обо всем этом Гитлер знал из перехваченных кодовых сигналов ВМС США.

Власти в Лондоне и Вашингтоне были настроены на уничтожение Гитлера. На второй неделе августа Черчилль и Рузвельт встретились и провозгласили Атлантическую хартию. Соединенные Штаты взяли на себя военно-морское наблюдение за Датским проливом (к северо-западу от Исландии) и начали сопровождать конвои в Северной Атлантике. Очевидно, что различие между нейтралитетом и воинственностью становилось все более размытым.

США и Япония

Тедор

Согласно опросу Гэллапа, 87% американцев выступали против участия в европейской войне, и в то время еще многие члены Конгресса понимали, что они должны уважать пожелания большинства. Рузвельт не мог просто так начать войну против Германии. Если враг не выстрелил бы первым, а Гитлер избегал инцидентов, США оставались бы в стороне: пассивным партнером в военных усилиях Союзников. Поэтому президент искал «черный ход к войне», как сказал американский историк; возможность спровоцировать конфликт с союзником Германии, Японией.

Как и Германия, Япония в значительной степени зависела от импорта. Война в Европе значительно сократила ее торговлю. В результате японцы зависели от увеличения торговли с США. Рузвельт поддерживал Китай в его войне с Японией и наложил различные эмбарго в отношении островной империи. 10 октября 1940 года министр военно-морских сил сообщил адмиралу Джеймсу Ричардсону, главнокомандующему флотом, что президент хочет, чтобы военные корабли США развернулись «по всей западной части Тихого океана так, чтобы Япония не получала доступ ко всем ее источникам снабжения». Ричардсон возразил, что такое уязвимое размещение военно-морского флота и провоцирование грозного морского противника было бы неразумным в военном отношении. Рузвельт отказался от этой идеи.

Токио стремился к взаимопониманию с США. В ноябре 1940 года министр иностранных дел Ёсукэ Мацуока попросил епископов Джеймса Уолша и отца Драута из католического миссионерского общества передать его мирное предложение Вашингтону. Они встретились с президентом и госсекретарем 23 января 1941 года и передали, что Япония готова вести переговоры об отмене ее пакта с Германией, эвакуации ее армии из Китая и уважении суверенитета Китая. В конце двухчасовой встречи Рузвельт и Халл согласились рассмотреть эти предложения. Больше об этом из Белого дома ничего не слышали.

В феврале Токио назначил адмирала Китисабуро Номура, знакомого Рузвельта с Первой мировой войны, послом в США. Номура встретился с президентом 14-го числа и провел более 40 встреч с Халлом за следующие месяцы, но не достиг компромисса с администрацией США. Вашингтон больше интересовал план действий, представленный капитаном-лейтенантом ВМС Артуром Макколлумом 7 октября 1940 года. В нем говорилось: «После быстрой атаки ВМС США на Японию Япония бы не смогла помогать Германии и Италии в их войне против Англии… В интересах США при первой же возможности устранить японскую угрозу в Тихом океане».

Макколлум также предложил, чтобы Америка «вместе с Британской империей наложила эмбарго на всю торговлю с Японией» и надавила на Голландию, чтобы она «перестала торговать с Японией, особенно нефтью». Макколлум предупреждал: «Вряд ли при нынешнем отношении общественности правительство США может просто объявить войну Японии». Он представил программу из восьми пунктов, чтобы спровоцировать японцев: «Если так Японию можно будет склонить к совершению открытых военных действий, тем лучше. В любом случае мы должны быть полностью готовы к войне». В ноябре 1941 года военный министр Генри Стимсон размышлял в своем дневнике о том, как заставить Японию «выстрелить первой и не подвергать себя слишком большой опасности».

Не сообщая Конгрессу, 26 ноября Халл предъявил японским переговорщикам враждебный ультиматум. Он сам признавался: «Мы не ждали, что Япония примет наше предложение». Условия настолько ослабили бы позиции Японии на Дальнем Востоке, что они были неприемлемы. Японцы ответили военными действиями против американских и британских баз в Тихом океане. Знаменитый воздушный налет 350 палубных бомбардировщиков и истребителей на военно-морскую базу США на Гавайях побудил американскую общественность и Конгресс вступить в войну.

Пакт трех держав, который Германия заключила с Италией и Японией в сентябре 1940 года, был оборонительным союзом. Он не обязывал Германию объявлять войну США, поскольку Япония нанесла первый удар. Японцы, например, никак не помогли немцам в их войне против Советского Союза, которая бушевала уже шесть месяцев. Но военные корабли США принимали участие в битве за Атлантику. Федеральные прокуроры установили, что, обменяв в сентябре 1940 года 50 эсминцев на британские базы в Карибском бассейне и Ньюфаундленде, Рузвельт не только нарушил американские законы, но и начал войну с Германией, согласно международному праву.

Гитлер объявил войну США 11 декабря 1941 года. В рейхстаге он кратко изложил историю плохих отношений Германии и США, начиная с речи Рузвельта 1937 года о карантине, заканчивая обещаниями Польше 1939 года и операциями ВМС США на благо Британии. Гитлер также сравнил свой солдатский опыт во время Первой мировой войны с опытом Рузвельта, который тогда был помощником морского министра: «Рузвельт происходит из сверхбогатой семьи, он изначально принадлежал к классу людей, чье происхождение помогает продвигаться по службе в демократии. Я же был ребенком из маленькой и бедной семьи, и мне приходилось бороться за жизнь и тяжело работать».

«Когда началась мировая война, Рузвельт нашёл место в тени Вильсона и был среди тех, кто пожинал дивиденды с войны. Он знал только приятные последствия схватки наций и государств; те, которые дают возможность заработать, пока люди истекают кровью. Как обычный солдат я выполнял свой долг перед лицом врага четыре года, и вернулся домой таким же бедным, как и в начале войны в 1914 году. Я разделил судьбу миллионов. Франклин Рузвельт разделил её с верхней десяткой тысяч. После войны мистер Рузвельт уже занимался финансовыми спекуляциями, когда я ещё лежал в больнице».

Ирвинг

27 ноября Гитлер узнал, что переговоры между Японией и США сорвались. Он встретился с японским послом, генералом Осимой, который безуспешно пытался предупредить его о приближающейся войне — две недели спустя Гитлер признался своему штабу, что ему следовало обратить более пристальное внимание на осторожные намеки Осимы.

Соединенные Штаты, очевидно, передумали воевать в Европе. Несколько американских эсминцев недавно были потоплены подводными лодками, но Рузвельт не проявил решительной реакции.

28 ноября Гитлер получил телеграмму от Ганса Томсена, в которой сообщалось, что Корделл Халл передал японцам ультиматум, который «неизбежно приведет к немедленному срыву переговоров». Гитлер обсудил это со своим штабом, затем послал Риббентропа сообщить генералу Осиме, что, если Япония решит воевать с «Англией и США», они не должны тянуть, поскольку это будет в интересах стран Оси. Осима с недоумением спросил, означает ли это, что Германия и США скоро будут в состоянии войны, и Риббентроп ответил: «Рузвельт — фанатик. Неизвестно, что он сделает». Затем Риббентроп дал японцам желаемые заверения: «Если Япония вступит в войну против США, Германия, конечно, немедленно присоединится к войне… В этом вопросе фюрер непреклонен».

Гудсон

Как Японию втянули во Вторую мировую войну.

С июля 1939 года отношения Японии и Америки стремительно ухудшались после того, как США в одностороннем порядке расторгли торговый договор 1911 года и тем самым ограничили возможность Японии импортировать необходимое сырье. США сделали это якобы из-за войны в Китае. В июне 1940 года последовало эмбарго на авиационное топливо и запрет на экспорт железа и стали в Японию в ноябре 1940 года. 25 июля 1941 года все японские активы в Англии, Голландии и Америке были заморожены после того, как Япония с разрешения Франции заняла Индокитай, чтобы перекрыть южные пути снабжения Китая, и вся торговля между Японией и Америкой была прекращена. В то же время Франклин Рузвельт закрыл Панамский канал для всех японских судов, а также ввел эмбарго на каучук и нефть, что привело к уменьшению на 88% поставок этих материалов. Без нефти Япония не могла выжить.

Генерал Хидэки Тодзё, премьер-министр (октябрь 1941 — июль 1944), объясняет в своем дневнике, как США регулярно препятствовали усилиям Японии по поддержанию мира. США постоянно подрывали мирные торговые отношения Японии, что угрожало ее существованию. Экономическая блокада затягивала петлю на шее Японии. Соединенные Штаты, Англия, Китай и Голландия окружали Японию экономическим давлением, и по всему региону — на Филиппинах, в Сингапуре и Малайе — перебрасывали и укрепляли военно-морские силы. Американские линкоры курсировали по морям вокруг Японии. Американский адмирал утверждал, что японский флот можно потопить за пару недель, а премьер-министр Черчилль заявил, что Англия присоединится к Америке в течение 24 часов.

Генерал Тодзё писал: «Япония пыталась обойти эти опасные обстоятельства с помощью дипломатических переговоров, и, хотя Япония делала уступку за уступкой в надежде прийти к взаимному компромиссу, прогресса не было, потому что США не отступали от своей первоначальной позиции. В конце концов США повторили требования, которые в сложившихся обстоятельствах Япония не могла принять: полный вывод войск из Китая, отречение от Нанкинского правительства, выход из Тройственного пакта».

Япония выдвигала многочисленные дипломатические инициативы, включая предложение о встрече на высшем уровне 8 августа 1941 года, но все они провалились. Ко второму декабря 1941 года блокада Союзников отрезала Японию от 75% ее обычной торговли — таким образом, Япония вынужденно напала на Америку, чтобы сохранить свое процветание и обеспечить свое существование как суверенной нации. Бескомпромиссное и неумолимое давление намеренно спровоцировало Японию на ответные действия.

США и Британия

Уолш

Война Черчилля с Германией разорила Британию к концу 1940 года. К тому времени Британия платила наличными за еду, перевозку и боеприпасы. Черчилль написал умоляющее письмо президенту Рузвельту. В нем он опасался, что у Британии кончатся деньги. Рузвельт ответил Законом о ленд-лизе, который предоставил Британии всё необходимое для продолжения войны с Германией, но это дорогого стоило. Только спустя 50 лет испытующая нехватку наличных Британия смогла отплатить американцам, пожертвовав своей империей.

В начале декабря 1940 года президент Рузвельт отправил американский линкор в Саймонстаун в Южной Африке. Оттуда он забрал последние золотые запасы Великобритании; 50 миллионов фунтов стерлингов. После этого независимость Британии и ее империя оказались в вашингтонском ломбарде.

Наполовину американец Уинстон Черчилль пожертвовал британскими территориями и торговыми соглашениями. Долг будет обременять британцев десятилетиями. К ликованию Черчилля банкротство Британии и последующая зависимость от США обеспечили вступление Америки в войну для защиты своих инвестиций.

Ленд-лиз США для Великобритании часто описывают великодушным поступком. На деле это был расчетливый ход клики Рузвельта. По условиям соглашения Британия подписала Атлантическую хартию. Это определило судьбу Британской империи. Это покончило с Имперской системой преференций и торговыми тарифными барьерами, которые мешали торговым амбициям США.

Также Британия была вынуждена подписать Бреттон-Вудское соглашение. Это соглашение обещало покончить с британской системой двусторонней торговли и ее стерлинговой зоной и создать многостороннюю экономическую систему мировой торговли, в которой США извлекали бы основную выгоду. Термин «особых отношений» между Англией и Америкой изобрел Уинстон Черчилль, чтобы скрыть свое предательство Британской империи.

Америка Рузвельта совсем не была щедрым другом раздираемой войной Британии. В трудный для Британии час президент США отправил в Британию пятьдесят старых фрегатов и эсминцев. Некоторые из этих военных кораблей были настолько бесполезными, что их уже вывели из эксплуатации. В обмен на эти ветхие военные корабли Британия уступила США семь военно-морских баз в Карибском бассейне и канадскую военно-морскую базу. Британия выплатила свой военный долг Америке золотовалютными резервами и ликвидацией своих существенных коммерческих интересов.

Ирвинг

[На видео Ирвинг говорил:]

Гитлер предложил Британской империи такой мир в июне 1940 года: «Я выведу все германские войска отовсюду в Европе кроме провинций, которые всегда были немецкими и которые отняли у Германии после Первой мировой войны». Он предложил британцам: «Я глубоко восхищаюсь британцами и Британской империей. Я хочу, чтобы Британская империя существовала вечно и становилась бы больше. Если Британская империя когда-либо при мне подвергнется угрозе со стороны внешнего врага, включая японцев и русских, СССР, я обещаю предоставить британцам все необходимые войска, чтобы выбить этих агрессоров из Британской империи». Это был наш враг. От него нам говорили защищать нашу империю.

В американских документах можно прочитать протоколы заседаний кабинета Рузвельта. Рузвельт говорил членам кабинета, людям вроде министра внутренних дел Гарольда Икеса: «Больше всего я желаю разрушения Британской империи, начиная с Индии». Этот человек был нашим союзником.

Выглядит странно, не так ли? Почему мы сражались с одним и были союзником другого. Почему мы распродавали империю, чтобы купить оружие, корабли, танки, горючее у американцев. Они ничего нам не дали просто так. Рузвельт отправил корабль в Саймонстаун, чтобы забрать наши последние валютные резервы. Когда эти деньги кончились, Рузвельт отправил Генри Моргентау и агентов казначейства, чтобы они проверили британские счета на Уолл-Стрит и в других местах на предмет денег. Как он говорил своему кабинету в начале 1941 года: «Я выжму из британцев всё, что смогу».

[В книге Ирвинг писал:]

[В августе 1940] Лееб записал: «Нет оправдания существованию малых наций, и тем более они не имеют права на крупные колониальные владения. В эпоху авиации и танковых дивизий малым нациям не выжить. Сегодня важно объединить Европу против Америки. Японии придется договариваться с Германией, потому что победа Германии изменит ситуацию на Дальнем Востоке не в пользу Британии, а в пользу Японии».

[10 июля 1941] Вальтер Хевель записал: «Гитлер верит, что Черчилля быстро свергнут. Тогда в Британии поднимутся антиамериканские настроения, и Британия первой присоединится к Европе в борьбе против Америки».

Гитлер, похоже, предвидел будущую войну — возможно, не при его жизни — между Новым Светом и Старым. Позже, в июле [1941 года], говоря о врожденном чувстве власти англичан, он заметил: «Я уверен, что конец этой войны ознаменует начало прочной дружбы с Британией».

Вайцзеккер понял долгосрочную цель Гитлера — войну с Новым Светом. 13 августа 1941 года он записал в дневнике: «„Некоторые“ думают, что Германия и Британия завоевывают такое взаимное восхищение в нынешней дуэли, что когда-нибудь они выступят вместе против США». А 15 сентября: «Англия — это страна, которую „мы“ [т.е. Гитлер] уважаем. Даже почти любим. Выступить вместе с ней против США — это мечта будущего».

[В декабре 1942 года] Гитлер не понимал, почему Британия помогает США. «Любой разумный англичанин должен знать, что Британии придется платить по счетам. У нас нет ни малейшего повода воевать с Британией. Даже если мы победим, мы ничего не получим от Британии… Британия должна быть рада иметь в лице Германии бастион против России». Но день, когда Германия и Британия объединятся, чтобы восстать против американского империализма, казался более далеким, чем когда-либо.

[Май 1944] Германии просто нужно было продержаться до тех пор, пока не произойдет великое столкновение Востока и Запада. «Если мы будем просто сидеть и держаться, однажды обязательно наступит большой разрыв между Британией и Америкой», — Гитлер сказал Муссолини. «Когда британцы поймут, что американцы хотят стать гегемоном вместо них, тогда некоторые англичане должны будут противостоять этому».

Новость о внезапной смерти президента Франклина Рузвельта 12 апреля [1945 года] дошла до Гитлера той же ночью. Позвонил Геббельс: «Это поворотный момент!» Все министры Гитлера согласились, что Бог совершил быстрый и ужасный суд над их ненавистным врагом.