Интервью с группой Necrocannibal
NECROCANNIBAL — архивное интервью
Necrocannibal... Название этой оригинальной московской команды давно уже у всех на слуху. Да и не только название. Ряд крупных концертов предоставил публике прекрасную возможность познакомиться с их музыкальным материалом. Пожалуй, Necrocannibal — одна из тех немногочисленных команд, которые не только сами всерьез воспринимают свое творческое направление (являясь при этом весьма разноплановыми музыкантами), но и заставляют слушателей всерьез воспринимать их музыку. Число поклонников этой группы от концерта к концерту стремительно возрастает, а в залах, во время их выступлений, неистово беснующиеся фанаты устраивают просто неописуемый беспредел. Как, например, это случилось на фестивале «ТТМ», устраиваемом КТР в ДК им. Ильича. Из конца зала к сцене пробраться было просто невозможно. Одни как бы на одном дыхании рубились на протяжении всего выступления. Самые отважные, перекатываясь по головам, достигали сцены, залезали на нее и бросались в рукоплещущую толпу вниз головой.
Желая подкинуть поклонникам Necrocannibal свеженькой информации об этой группе и восполнить все информационные прорехи, я публикую это интервью, взятое сразу после их выступления 19 ноября на «ТТМ». Частично это интервью снималось на видео и было показано в передаче «Железный Марш» по ТВ-6 и по кабельному телевидению.
Дэттокер: Хотелось бы отступить от общепринятых рамок, но давайте обо всем по порядку. Интересно, как образовалась ваша группа, с чего все начиналось?
Илья: Первым этапом образования группы можно считать проект, в котором участвовали я и барабанщик Ринат. Мы, играя в разных командах, попробовали работать вместе. У нас начало получаться, и потихоньку стали вырисовываться вещи для будущей программы. Название Necrocannibal появилось значительно позже, когда уже были готовы черновые варианты первых четырех песен. Затем в нашем составе появился басист Павел. Втроем мы записали первое демо (июнь ’93). Несколько позже к нам присоединился Владимир, с первой репетиции покоривший всех своим могучим вокалом.
Дэттокер: Кстати, я вижу изменения в вашем составе. Расскажите о новом участнике, и с чем это изменение связано?
Володя: Да, нам пришлось расстаться с Ринатом по причине музыкальных разногласий, к тому же дальнейшие наши планы расходились.
А это — Андрей, наш новый драммер. Его прошлое связано с фанковой командой «Team Ocean» и «Dreaming Soul», играющей суицидальный doom metal. Он забросил подобные мероприятия, решив посвятить свою жизнь медицинским наукам, и долгое время (чуть менее года), изучая строение тела и рефлексов человека, видимо, считал андеграундную музыку уже своим прошлым, но...
Илья: Я встретился с Андреем с предложением играть у нас, и подкинул ему свежесведенную запись нашего альбома. Он серьезно решил работать! Но что его побудило возродить себя как музыканта в нашей команде? Пожалуй, об этом лучше поведает он сам.
Андрей: Понимаете, мне в силу своей профессии часто приходится иметь дело с низшими человеческими проявлениями. Я видел много свихнувшихся с ума людей, убийств, насилия... Когда я познакомился с записью Necrocannibal, я почувствовал некую параллель между моей повседневностью и творчеством группы. Мне близка основная концепция этой команды. Кроме того, мне безумно понравилось воплощение идеи некроканнибализма в музыке, сделанной, кстати говоря, на высоком мировом уровне, что вообще редкость на отечественной сцене. И самое главное — подход этих людей к делу: мне пришлось изрядно потрудиться, когда я дал свое согласие на совместную работу, чтобы не отставать от них по качеству игры. Совместно вносить даже какую-либо малейшую неточность в столь идеально выстроенные композиции.
Павел: Кстати, сегодня был дебют Андрея в составе Necrocannibal. Это наш первый совместный концерт.
Дэттокер: Отлично! Каковы ваши впечатления от прошедшего концерта?
Володя: Замечательно. Нас сегодня просто великолепно приняли. Да к тому же уровень фестиваля заметно вырос. Приятно играть на хорошем аппарате.
Павел: Концерт доставил нам массу удовольствия. Нам было очень приятно видеть, как зал заводится от нашей музыки. И все время, отпущенное нам на выступление, мы выкладывались на полную катушку.
Дэттокер: Хотелось бы узнать о том, как вы делаете свои вещи, на что ориентируетесь, кто подает идеи и вообще — каков процесс создания вашей музыки?
Илья: Что касается ориентации — так прежде всего ориентируемся на собственный вкус, а от влияния различных групп, которые мы слушаем, никуда не денешься, ведь эти группы тоже выбираются по вкусу.
А создание вещей мы, как правило, начинаем с музыки. В оптимальном случае песня как-бы приходит сама. В какой-то момент в голове появляется вся ее структура: рождаются основные ритмические ходы и мелодии, вырисовываются различные темы и их последовательность. Начинается работа над вещью. Сначала сыгрываем ритм-секцию и делаем рабочую запись, т.е. без вокала. Без разных наворотов и мелких фишек — некий скелет песни. Затем мы все, кроме вокалиста, беремся за аранжировку, цель которой — заполнить и приукрасить вещь, сделать так, чтобы все достойно звучало и клево слушалось. На этом этапе каждый может заниматься своим инструментом, а может и подать какие-либо идеи другим. Все идеи рассматриваем вместе и окончательно доделываем музыкальную часть вещи. Текстовой частью и вокалом занимается только Володя. Он пишет тексты, раскладывает их в музыке, подбирает интонации. Примерно по такой схеме мы делали первую программу, но...
...возможно, в работе над новой программой этот порядок как-нибудь изменится...
Дэттокер: Замечательно. С музыкой, я надеюсь, все понятно, а что несут в себе тексты группы? Каков их смысл?
Володя: В лирике нашего первого альбома «Somnambuliformic Possession» можно заметить весьма разноплановые (в данном случае я имею в виду — в текстовом отношении) композиции, но тем не менее все они сводятся к одной единой цели — отражению всей подноготной нашей нынешней жизни. Мы стремимся показать всю архаичность существования современного человека, скрытого под внешней маской спокойствия и благополучия. Сейчас, когда люди обратились к сугубо материалистическому мировоззрению, не странно ли, что наша жизнь стала такой кровавой и жестокой? Отвергнуты все ценности, которые уходят своими корнями в глубь веков. «Безумие царит в сердцах», души оказываются погребенными среди осколков зла, ненависти и насилия.
Знаешь, люди становятся черствыми, равнодушными и абсолютно не способными к состраданию. И этому есть объяснение. Одни просто закомплексованы беспечностью своего существования и, обманывая свою совесть, пытаются заполнить эмоциональный и творческий вакуум алкоголем или наркотиками. Жажда наживы и власти для других становятся заменителем истинного смысла человеческого существования. Эмоциональный голод третьих побуждает творить зло и в итоге горя «ближнего своего» они чувствуют себя победителями.
Дэттокер: А не слишком ли вы замахнулись? Не слишком ли большую ответственность вы на себя берете, рассматривая такие глобальные проблемы?
Володя: Ответственность! Вот чего все боятся. А насчет «замахнулись» я думаю несколько иначе. К тому же мы сами далеко не идеал, просто мы излагаем свои взгляды на положение вещей, на мир, причем зачастую анализируем свои собственные поступки. Да, и еще, думаю, следует отметить тот факт, что кое-кто, взяв распечатку наших текстов, при беглом просмотре может не обнаружить там чего-либо из того, о чем мы сейчас говорили. Ведь в силу нашей стилистики в лирике присутствуют мерзкие и отвратительные выражения, которые повергают слушателя в ужас и выворачивают наизнанку. Использование их в речи и текстах мы называем некрофилическим красноречием, и, сочетая мерзость с возвышенными словами, желаем, чтобы слушатель ощущал контраст и острее воспринимал идеи, заложенные наших текстах. В связи с этим во всех песнях надо искать скрытый смысл, так что рекомендуем слушателям немного пошевелить мозгами. Говорят, это даже идет на пользу...
Дэттокер: Вы завершили работу над альбомом еще в августе 1994-го. В продаже он не появлялся. Что случилось?
Илья: Когда работа над «Somnambuliformic Possession» начиналась, все организационные и финансовые вопросы взял на себя наш менеджер Agen Price. По техническим причинам запись сильно затянулась (февраль-август ’94). Когда же мы завершили студийную работу, из-за политической и экономической нестабильности все планы по выпуску материала на польской фирме рухнули, и осуществить их на данном этапе не предоставляется возможным. Поэтому сейчас мы ищем контакты с отечественными предпринимателями, которые могли бы способствовать выходу нашего альбома и дальнейшей реализации наших творческих проектов.
Дэттокер: Каково ваше мнение об известном и набирающем сейчас силу движении GreenPeace?
Павел: Что касается меня, то я обеими руками и ногами — за! Мне глубоко симпатичны люди, которые этим занимаются, и я поражаюсь их стойкости и мужеству, несмотря на все унижения и препятствия, которые им приходится постоянно преодолевать. Людям не нравится, когда их тыкают лицом в свое собственное дерьмо, тем более когда им всяческими способами пытаются его скрыть. Но когда-нибудь мы в нем увязнем с головой, и если учесть, что мы и так уже «по уши», то осталось совсем чуть-чуть. Поэтому — слава Богу, что хоть кто-то еще пытается тянуть эту бестолковую голову за уши.
Илья: Я верю в бескорыстность акций GreenPeace и охотно разделяю их светлые побуждения, но в то же время отчетливо представляю себе механизм возникновения экологических проблем. И в состоянии понять бессилие GreenPeace против такого нерушимого монстра, как мировая экономика и промышленность. Они занимаются ерундой! Взывать к разуму — дело достаточно бесполезное, т.к. президенты мощных фирм и концернов, коттеджных небоскребов и планету, вряд ли захотят пожертвовать своим капиталом ради светлого будущего. «После меня — хоть потоп...» — такая позиция их больше устраивает.
Дэттокер: Ну, и вопрос «на посошок»: каковы ваши планы на будущее?
Володя: Во-первых, полным ходом идет работа над новой программой; информация о содержании которой пока разглашению не подлежит. Во-вторых, мы приступили к написанию и составлению легкой клубной программы, в которой наряду с нашими вещами будут кавер-версии вещей хардовых и глэмовых команд. Ну, и конечно же, концертная деятельность. Вообще-то Necrocannibal — концертная группа, и выдает всю свою мощь именно на концертах, к тому же мы не можем без общения с публикой: в ней — наше вдохновение. Так что рекомендуем почаще смотреть афиши.