Осколок, часть 1

Направляясь на встречу в бар, Нилл уже предчувствовал, что ничем хорошим она не кончится. Эти друзья Виты всегда казались ему не просто странными — опасными. Она прощала им все причуды и улыбкой вынуждала Нилла простить тоже. Бедная наивная девочка.

Когда он занырнул под низкую арку в задымленную кальяном комнату, эти двое уже ждали его. Он не знал их имен, только прозвища — Крапива и Гром. И клички им чертовски подходили.

Девушка ерзала, прислонившись к столу, и остро высматривала Нилла в густом буром полумраке. Ее волосы топорщились и отливали зеленым, бесчисленные веснушки на лице и руках напоминали мелкие шрамы, а радужки глаз были настолько светлыми, что их хотелось назвать молочными.

Она подалась вперед и призывно помахала Ниллу. Он с неохотой подошел и пролез вдоль стола в угол дивана. Гром возвышался напротив неприятной горой. Нилл знал, что на самом деле этот великан не особо-то выше него, но он всегда казался небывало крупным. Особенно когда подавал голос.

— Рад, что ты пришел, — его слова слегка ударили по ушам, заглушая музыку.

Крапива опустилась рядом с Ниллом, перекрывая ему путь к отступлению.

Заказали пива, бутерброды и яблочный кальян. Битый час разговаривали ни о чем, но Нилл знал, что они позвали его сюда не просто «хорошо провести время». Впрочем, если они так и не решатся поднять серьезную тему — что ж, он будет только рад. Так что он подыгрывал их косноязычным попыткам вести беседу. Но вот, сменив тон, Крапива все же начала:

— Слушай… Ты не знаешь, куда Вита уехала?

— Уехала? — притворно удивился Нилл.

— А разве нет?

Они вперились друг в друга подозрительными, изучающими взглядами.

Нилл пытался прикинуть, как лучше отвести их от Виты. Судя по всему, она не хочет с ними видеться — и правильно делает. Он не слишком умел врать, но придется импровизировать.

— Ну так отлично, — прогремел Гром. — Позвони, будь другом, пригласи ее сюда.

Правда была в том, что Вита действительно переехала. Несколько дней назад внезапно собрала вещи, загадочно улыбнулась и сказала, что вернется, когда сможет. Нилл протестовал, как мог, даже пытался собою перекрыть дверь, но тщетно. Вита проникновенно поцеловала его, расстегнула ширинку, а когда он расслабился, с чемоданом проскользнула на улицу. Ее ждало такси, но Нилл успел заскочить в него. В дороге он уже не спорил с ней. Просто хотел знать, где она теперь собирается жить.

— У нее много дел перед выставкой, — покачал головой Нилл. — Не думаю, что она согласится.

Гром задумчиво опустил локти на стол — они коснулись кружек Нилла и Крапивы.

— Как она вообще? — спросил он, хмурясь.

Нилл почувствовал на себе острый взгляд Крапивы.

— Да нормально. Ничего особенного, просто много работы.

Он не мог понять, поверили они или нет. Хуже того — он не знал, какую картину хочет нарисовать в их умах. Ему просто не нравилась идея говорить им правду о Вите. Вполне возможно, она уехала, чтоб спрятаться от них. Непонятно только, почему не объяснила ему ничего… но это другой вопрос.

Он демонстративно посмотрел на часы:

— О, да и мне пора, — чуть сдвинулся к выходу. — Нужно помочь Вите на кухне. А то она даже дома в выходные вся в работе. Поесть забывает, не то что приготовить.

— Это да, — прошелестела Крапива, не сдвигаясь с места. — Могу я задержать тебя еще буквально на пару минут? Хотела обсудить один вопрос наедине.

Она бросила взгляд на Грома. Тот мигнул и поднялся из-за стола, заставив его пошатнуться.

— Буду ждать тебя в машине.

— У Виты ведь день рождения скоро, — начала Крапива, когда Гром покинул зал. — Я вот думаю… Эм, одну секунду, — она достала телефон и быстро набрала сообщение, пряча экран от Нилла. — Так вот — как думаешь, что ей можно подарить?

— У нее день рождения через четыре месяца.

— Я знаю, Нилл, но пора уже. Пора уже думать. Двадцать пять лет, круглая дата.

Нилл натянуто улыбнулся.

— Я понял твою идею. Мне надо подумать. Я напишу.

Он снова сдвинулся ближе к выходу, теперь уже оказавшись вплотную к Крапиве. Почувствовал терпко-травяной аромат ее духов. Но она не обращала внимания на его попытки выйти из-за стола. Оставалось разве что влезть с ногами на диван и перешагнуть через нее. «Так и сделаю, — решил Нилл, глядя на часы, — если не выпустит».

— Я вот думаю, — продолжала девушка, — может подарить змею?

— Змею?!

— Ну да. Вместе с террариумом. Скинуться всем вместе. Вита говорила, что считает змей очень изящными.

На несколько секунд Нилл даже забыл, что его тут держат силой ради воплощения какого-то коварного плана. Потом все стало на свои места — эта стерва специально тянет время.

— Так, — он повысил голос. — Крапива, дай мне выйти!

Он посмотрел в молочные глаза, и их белые озера с черным центром стали разливаться, странными разводами заполняя пространство. Он моргнул, но видение сохранилось. Сухие пальцы коснулись его руки, и по кожи побежали жаркие мурашки, постепенно превращаясь в жжение и боль. Он не мог оторвать взгляда, не мог пошевелиться. Никакого бара уже не было, только черно-белый танец чудных узоров и колючий крапивный ожог, который поднялся до локтя и волнами накатывал выше и выше.

Нилл пришел в себя в этом же баре, один.

Сердце тоскливо сжималось в груди. Он чувствовал, что произошло нечто ужасное. Что-то, что он мог предотвратить. Он выбрался на воздух из дымного бара и позвонил Вите. Она долго не брала, затем наконец:

— Да, алло?

— Ты в порядке?

— Полном. А что такое? — голос звучал по-деловому сухо.

— Просто… Твои эти дружки…

— Ох…

— Я не сказал, где ты.

— И не говори, — она повесила трубку.

Нилл сглотнул, уязвленно слушая гудки. Почему она даже не спросила, как он… Почему она стала такой холодной…

Домой он ехал подавленный, не думая ни о чем конкретном. Мысли перескакивали с одной на другую, водили причудливый и мрачный хоровод. То и дело хотелось отряхнуть правую руку, сгоняя жжение, которое вроде успело пройти.

Когда он поднимался на крыльцо, стояла уже поздняя ночь. Щелкнули ключи, он толкнул дверь — и звенящая боль пронзила его затылок, затягивая поле зрения черным.

​ ​