Материальная ответственность военнослужащих - новое в судебной практике
Материальная ответственность военнослужащих: что нового в судебной практике?
Баранников М.М., юрист.
Харитонов С.С., кандидат юридических наук, профессор.
Статья посвящена краткому обзору последних судебных решений по привлечению военнослужащих к материальной ответственности применительно к типичным ситуациям. Показаны особенности и некоторые коллизии правовых норм в сфере материальной ответственности военнослужащих.
Лекарства от глупости еще не найдено. Рассудок и здравый смысл - не то, что оспа: привить нельзя.
Екатерина II
Одно из направлений деятельности воинских должностных лиц по сохранности материальных средств, являющихся собственностью Российской Федерации и закрепленных за воинской частью, - это привлечение военнослужащих за ущерб, причиненный ими при исполнении обязанностей военной службы имуществу воинской части, к материальной ответственности. Достаточно напомнить, что процедура списания с учета в воинской части пришедших в негодное состояние или утраченных материальных средств предусматривает частичное возмещение ущерба за счет виновных лиц.
Условия и размеры указанной ответственности, порядок возмещения причиненного ущерба регулируются Федеральным законом "О материальной ответственности военнослужащих" от 12 июля 1999 г. N 161-ФЗ (далее - Закон о материальной ответственности военнослужащих). В данный Закон в 2020 г. были внесены значительные изменения в целях приведения его отдельных положений в соответствие с законодательством Российской Федерации, с учетом сложившейся судебной практики привлечения военнослужащих к материальной ответственности, что дает возможность совершенствовать работу по защите имущественных интересов государства, а также прав военнослужащих при возмещении ими причиненного ущерба, на что неоднократно обращали внимание военные юристы <1>.
--------------------------------
<1> См., напр.: Гусейнова Н.Ч., Титов А.В., Тюрин А.И. Комментарий к Федеральному закону "О материальной ответственности военнослужащих" (постатейный). М., 2010. 208 с.; Кириченко Н.С. Обзор предложений по совершенствованию законодательства о материальной ответственности военнослужащих // Воен. право: электрон. науч. изд. 2022. Вып. N 5. С. 113 - 119; Он же. Административный порядок привлечения военнослужащих к материальной ответственности // Там же. 2020. Вып. N 4. С. 96 - 100; Он же. Материальная ответственность военнослужащих: ее цели и функции // Там же. Вып. N 1. С. 161 - 164; Корякин В.М., Харитонов В.С. Некоторые вопросы признания правовых актов недействующими (по материалам судебной практики) // Там же. N 6. С. 127 - 132; Туганов Ю.Н., Харитонов В.С. О судебной практике в сфере материального обеспечения подготовки граждан по основам военной службы в образовательных организациях // Военно-юрид. журн. 2019. N 12. С. 7 - 10.
Происходящие в настоящее время изменения военного законодательства, обусловленные динамическими событиями после согласия Совета Федерации на 518-м заседании на использование Вооруженных Сил Российской Федерации за пределами территории России и последующего решения Президента Российской Федерации о проведении специальной военной операции на Донбассе, затронут и сферу материальной ответственности военнослужащих. Так, в соответствии с п. 10 ст. 22.1 Федерального закона "Об обороне" "граждане Российской Федерации, пребывающие в добровольческих формированиях, имеют статус (совокупность прав, обязанностей и ответственности), устанавливаемый федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации; на таких граждан в случаях и порядке, которые предусмотрены федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, распространяется статус военнослужащих". Соответственно, скорее всего, у командиров на практике могут возникнуть проблемы с применением норм Закона о материальной ответственности военнослужащих к "добровольцам". Таким образом, не только практика применения командованием норм права в сфере материальной ответственности военнослужащих, но и складывающаяся в этой сфере судебная практика оказывает регулирующее воздействие на "правильное" поведение субъектов военно-административных отношений применительно к содержанию соответствующих военно-правовых предписаний. Субъекты спора в сфере материальной ответственности военнослужащих, зная судебные решения по единообразным делам, могут предвидеть решение военного суда. С учетом сказанного далее на основании обобщения обзоров военных судов за первое полугодие прошлого года предложены следующие правовые позиции.
Наличие вины в действиях (бездействии) военнослужащего является одним из необходимых условий привлечения его к материальной ответственности. В каждом случае размер причиненного ущерба относится к обстоятельствам, подлежащим установлению.
Решением гарнизонного военного суда отказано в удовлетворении иска командира воинской части о взыскании в порядке привлечения к полной материальной ответственности с бывших военнослужащих Э. и Г. по 1 295 901 руб. 29 коп. в возмещение ущерба, причиненного в результате выявленной в 2018 г. недостачи нефтепродуктов на автозаправочной станции автокомбината, где каждая из них до февраля 2019 г. исполняла обязанности механика отделения МТО.
Апелляционным определением окружного военного суда решение суда первой инстанции отменено. По гражданскому делу принято новое решение, в соответствии с которым Э. и Г. привлечены к полной материальной ответственности, и с каждой из них определено взыскать по 80 000 руб. Кассационный военный суд пришел к выводам о необходимости направления дела на новое апелляционное рассмотрение, обосновав их следующим образом.
Согласно обстоятельствам, которые судами первой и апелляционной инстанций установлены при рассмотрении данного дела и подтверждаются его материалами, Э. и Г. до февраля 2019 г. проходили военную службу по контракту в воинских должностях механиков отделения МТО, являясь материально ответственными лицами. В их обязанности согласно должностным инструкциям входили, среди прочего, выдача, прием, хранение и учет нефтепродуктов, а также проверки уровня и определение объемов нефтепродуктов в специальном резервуаре. По итогам осуществленных внепланово инвентаризации, а затем и ревизии финансово-хозяйственной деятельности воинской части по вопросам поступления и списания нефтепродуктов выявлена недостача топлива в размере 95 880,4 л, общая стоимость которого составила 4 154 413 руб. 65 коп.
После передачи соответствующих материалов в военно-следственный отдел обстоятельства, имеющие значение для дела, рассматривались правоохранительными органами и судом. В частности, по приговору гарнизонного военного суда за противоправные действия, связанные с хищением из части вышеуказанного топлива на сумму 1 159 982 руб. 91 коп., осуждены начальник отделения МТО и водитель. В отношении Э. и Г. по признакам составов преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 160 и ч. 1 ст. 293 УК РФ, в возбуждении уголовного дела отказано в связи с отсутствием в содеянном каждой из них состава преступления. При этом следователь пришел к выводам о допущенном обоими ответчиками невыполнении (ненадлежащем исполнении) своих обязанностей, что состоит в причинно-следственной связи с возникшим материальным ущербом, но не образует состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 293 УК РФ в силу того обстоятельства, что причиненный воинской части ущерб не является крупным. Суд первой инстанции не установил вовсе оснований для привлечения Э. и Г. к материальной ответственности, указав, что последние были своим начальником отстранены от получения и хранения топлива, а соответствующими вопросами, помимо них, занимались и другие лица, в связи с чем командованию надлежало провести разбирательство для установления степени вины ответчиков.
Суд апелляционной инстанции данное решение отменил, обоснованно заключив, что отстранение Э. и Г. от исполнения своих должностных обязанностей по контролю за топливом, а также случаи исполнения таких обязанностей в их отсутствие другими военнослужащими не освобождает каждую от ответственности за ненадлежащую служебную деятельность, поскольку в должностные инструкции ответчиков не вносилось каких-либо изменений и документального оформления передачи топлива на время их отсутствия не производилось. Правильно указав также, что административное расследование может не проводиться, если причины ущерба, его размер и виновные лица установлены в ходе проверки в порядке уголовного судопроизводства, окружной военный суд тем не менее принял решение о взыскании ущерба с каждого из ответчиков посредством деления размера ущерба на две равные части, не приведя к тому оснований. Суд не учел, что в силу п. 1 ст. 3 Закона о материальной ответственности военнослужащих военнослужащие несут материальную ответственность только за причиненный по их вине прямой действительный ущерб, а в соответствии с п. 5 ст. 6 Закона размер возмещаемого ущерба, причиненного по вине нескольких военнослужащих, определяется для каждого из них с учетом степени вины и вида материальной ответственности. Поэтому установленный факт халатности при исполнении своих должностных обязанностей обоими ответчиками при отсутствии данных о размере ущерба, причиненного каждой, не является безусловным основанием для их привлечения к материальной ответственности на сумму взыскания, которая определена судом. Для правильного разрешения гражданского дела суду необходимо было определить как наличие причинной связи между действием (бездействием) и причиненным ущербом, так и размер причиненного каждым из ответчиков ущерба. Однако этого не сделано, при том что в постановленных судебных актах не содержится оценки обстоятельств, повлекших использование командованием и органом следствия различных цен для расчета размера материального ущерба, и необходимых выводов по данному вопросу.
Согласно п. 1 ст. 7 Закона о материальной ответственности военнослужащих командир воинской части при обнаружении ущерба обязан назначить административное расследование для установления причин ущерба, его размера и виновных лиц. Истцом такое расследование не проводилось, в связи с чем суд должен был в соответствии с требованиями ст. ст. 56 и 57 ГПК РФ предложить сторонам представить дополнительные доказательства, в соответствии с которыми установить степень вины каждого из ответчиков в образовании ущерба и его размер, который причинен каждым. Решение о взыскании, принятое судом апелляционной инстанции при отсутствии указанных данных, не согласуется с вышеприведенными требованиями п. 1 ст. 3 и п. 5 ст. 6 Закона о материальной ответственности военнослужащих <2>.
--------------------------------
<2> Обзор судебной практики кассационного военного суда по гражданским и административным делам в первом полугодии 2022 года, утвержденный президиумом кассационного военного суда 19 августа 2022 года. URL: https://vkas.sudrf.ru/modules.php?name=docum_sud&id=26_120 (дата обращения: 11.02.2023).
Должностное лицо, не принявшее необходимых мер к предотвращению излишних денежных выплат в период временного исполнения обязанностей командира воинской части, что повлекло причинение ущерба, подлежит привлечению к ограниченной материальной ответственности.
Гарнизонным военным судом отказано в удовлетворении иска командира воинской части к бывшему военнослужащему О. о взыскании материального ущерба в размере 276 000 руб., образовавшегося в результате подписания последним акта с завышением объема выполненных работ по ремонту и техническому обслуживанию катеров, выявленного актом ревизии. При этом суд первой инстанции исходил из того, что организация-исполнитель, проводившая ремонт и техническое обслуживание катеров, согласилась с претензионным письмом заказчика, выразила согласие устранить выявленные актом ревизии недостатки и возместить причиненный воинской части ущерб.
Окружной военный суд с такими выводами суда первой инстанции не согласился, отменил решение гарнизонного военного суда и принял новое решение - о частичном удовлетворении иска с привлечением О. к ограниченной материальной ответственности, исходя из следующего.
В соответствии с ч. 3 ст. 4 Закона о материальной ответственности военнослужащих командиры, нарушившие своими приказами (распоряжениями) установленный порядок учета, хранения, использования, расходования, перевозки имущества или не принявшие необходимых мер к предотвращению его хищения, уничтожения, повреждения, порчи, утраты, излишних денежных выплат, что повлекло причинение ущерба, несут материальную ответственность в размере причиненного ущерба, но не более одного оклада месячного денежного содержания и одной ежемесячной надбавки за выслугу лет.
Как усматривается из материалов дела, О. в период с 21 сентября по 10 декабря 2020 г. временно исполнял обязанности командира воинской части. Как следует из актов сдачи-приемки оказанных услуг от 22 сентября и 22 октября 2020 г., О. в соответствии с ранее заключенным государственным контрактом как исполняющий обязанности командира осуществил приемку выполненных исполнителем работ по ремонту и техническому обслуживанию катеров воинской части. На основании этих актов воинской частью произведена исполнителю оплата за выполненные работы. Согласно акту проверки финансово-хозяйственной деятельности воинской части от 4 июня 2021 г. ревизионной группой установлено завышение объемов фактически выполненных исполнителем работ по ремонту и техническому обслуживанию катеров в связи с ненадлежащей их приемкой на общую сумму 276 000 руб. Ущерб в указанной сумме внесен в книгу учета недостач воинской части. Согласно заключению административного расследования от 30 июля 2021 г. в связи с ненадлежащей приемкой работ по ремонту и техническому обслуживанию катеров за причиненный вследствие этого по неосторожности при исполнении обязанностей военной службы ущерб предложено привлечь О. к полной материальной ответственности в размере причиненного ущерба. В связи с выявленным завышением объема работ заказчиком исполнителю 9 июня 2021 г. было направлено претензионное письмо с предложением устранить выявленные недостатки по выполнению объема ремонтных работ на сумму 276 000 руб. Сторона исполнителя в письме от 4 сентября 2021 г., согласившись с предъявленной претензией, сообщила о готовности устранить выявленные актом проверки от 4 июня 2021 г. недостатки по ремонту и техническому обслуживанию катеров. Вместе с тем указанный выше ущерб, внесенный в книгу учета недостач, на день рассмотрения гражданского дела в суде апелляционной инстанции возмещен не был, невыполненные работы по ремонту и техническому обслуживанию катеров, отраженные в актах сдачи-приемки оказанных услуг от 22 сентября и 22 октября 2020 г., исполнителем произведены также не были. При изложенных обстоятельствах, учитывая, что ущерб, причиненный воинской части в результате ненадлежащего временного исполнения О. обязанностей командира воинской части при приемке выполненных работ по ремонту и техническому обслуживанию катеров этой воинской части, исполнителем этих работ возмещен не был, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о необходимости привлечения ответчика к ограниченной материальной ответственности на основании ч. 3 ст. 4 Закона о материальной ответственности военнослужащих (в размере оклада месячного денежного содержания и одной ежемесячной надбавки за выслугу лет) как командира, не принявшего необходимых мер к предотвращению излишних денежных выплат, что повлекло причинение ущерба <3>.
--------------------------------
<3> Обзор судебной практики кассационного военного суда по гражданским и административным делам в первом полугодии 2022 года, утвержденный президиумом кассационного военного суда 19 августа 2022 года. URL: https://vkas.sudrf.ru/modules.php?name=docum_sud&id=26_120 (дата обращения: 03.02.2023); Апелляционное определение 2-го Восточного окружного военного суда N 33-34/2022 от 8 февраля 2022 года. URL: https://2vovs--cht.sudrf.ru/modules.php?name=sud_delo&srv_num=1&name_op=doc&number=601400&delo_id=5&new=5&text_number=1 (дата обращения: 03.02.2023).
Недоказанность предусмотренных в ст. 11 Закона о материальной ответственности военнослужащих условий для уменьшения размера денежных средств повлекла отмену судебного решения.
Командир воинской части обратился с иском о привлечении начальника вещевого склада Д. к полной материальной ответственности в размере 381 446 руб. 53 коп. за ущерб от недостачи имущества на складе. Гарнизонный военный суд принял признание иска ответчиком и, применив ст. 11 Закона о материальной ответственности военнослужащих, взыскал с Д. в доход федерального бюджета 250 000 руб., а в удовлетворении остальной части требований отказал.
Окружной военный суд по апелляционной жалобе истца решение отменил по следующим основаниям.
Из материалов дела следовало, что в мае 2021 г. в результате инвентаризации у Д. была выявлена недостача вверенного ему вещевого имущества на сумму 414 116 руб. 17 коп. В счет добровольного возмещения ущерба Д. просил командование до полного погашения суммы недостачи ежемесячно удерживать 20% из его денежного довольствия. По итогам последующего административного расследования командиром части были изданы приказы, предписывающие привлечь Д. к полной материальной ответственности и до погашения суммы недостачи на основании рапорта Д. ежемесячно производить такие удержания из его денежного довольствия. В указанном порядке с Д. удержано 32 669 руб. 64 коп., за вычетом которых в декабре 2021 г. к нему предъявлен указанный иск.
В силу абз. 3 п. 1 ст. 8 Закона о материальной ответственности военнослужащих вопрос о возмещении ущерба, размер которого превышает один оклад месячного денежного содержания военнослужащего и одну ежемесячную надбавку за выслугу лет, решается судом по иску командира (начальника) воинской части. Следовательно, вне зависимости от приказов командования о привлечении Д. к полной материальной ответственности предусмотренные законом основания для предъявления иска и разрешения его в судебном порядке имелись. В судебном заседании ответчик иск признал полностью, а суд, приняв признание иска, удовлетворил иск частично, применив предусмотренные ст. 11 Закона о материальной ответственности военнослужащих условия для уменьшения размера взыскиваемых денежных средств. В данной норме закреплено исключительное право суда на снижение размера средств, подлежащих взысканию с военнослужащего для возмещения причиненного им ущерба, реализуемое судом с учетом конкретных обстоятельств дела, связанных со служебным, семейным и материальным положением военнослужащего, состоянием его здоровья и степенью вины. В качестве условий для уменьшения размера взыскиваемых средств суд в решении сослался на наличие конкретных обстоятельств дела и степень вины Д. в причинении материального ущерба, а также на материальное положение ответчика с учетом нахождения на его иждивении малолетнего ребенка и неработающей супруги. Вместе с тем в решении указано, что оно принято по правилам ч. 4.1 ст. 198 ГПК РФ на основании признания иска ответчиком без исследования и установления иных обстоятельств дела. В этой связи, поскольку суд разрешил дело без установления фактических обстоятельств, ссылка на такие обстоятельства, в том числе на степень вины Д. в причинении материального ущерба, являлась необоснованной. Доказательств в подтверждение своего материального положения Д. не представил, но вопреки требованиям ч. 1 ст. 56 ГПК РФ суд счел возможным учесть данное условие для уменьшения размера взыскиваемых средств, основываясь только на пояснениях Д.
Суду апелляционной инстанции невозможность подтвердить свое трудное материальное положение Д. обосновал тем, что ему не была понятна обязанность по доказыванию соответствующих обстоятельств. Одновременно он представил договор потребительского кредита от 14 февраля 2022 г. на сумму 835 000 руб., справки о доходах и суммах налога физического лица за 2021 и 2022 гг., справку о доходе за период с июня 2021 г. по февраль 2022 г., а также судебный приказ мирового судьи от 13 ноября 2020 г. о взыскании алиментов на содержание ребенка. Исследовав эти документы в качестве новых доказательств, суд установил, что среднемесячный доход проживающего в Ленинградской области Д. даже после вычета налогов составлял в 2021 г. не менее 40 000 руб. В ст. 1 Федерального закона "О прожиточном минимуме в Российской Федерации" под среднедушевым доходом семьи понимается совокупная сумма доходов каждого члена семьи, разделенная на число всех членов семьи. Среднедушевой доход семьи Д. из трех человек, включая супругу и дочь, превышал как величину прожиточного минимума, установленного на 2021 г. Постановлением Правительства Ленинградской области от 10 февраля 2021 г. N 83 в размере 11 289 руб. на душу населения (11 289 x 3 = 33 867), так и алиментные обязательства в размере одной четвертой заработка. Что касается расходов обязательств по кредиту, то они для целей исчисления среднедушевого дохода семьи значения не имеют, так как доходом не являются. При таких данных условия для уменьшения размера средств, подлежащих взысканию с Д., отсутствовали, а судом неверно применены нормы материального и процессуального права, что повлекло отмену решения и принятие по делу нового решения - о полном удовлетворении искового заявления <4>.
--------------------------------
<4> Обзор судебной практики гарнизонных военных судов по административным и гражданским делам за I полугодие 2022 года, утвержден на заседании президиума 1-го Западного окружного военного суда 19 июля 2022 года. URL: http://1zovs.spb.sudrf.ru/modules.php?name=docum_sud&id=287 (дата обращения: 05.02.2023).
Военнослужащий, являющийся материально ответственным лицом, может быть привлечен к полной материальной ответственности в случае необеспечения надлежащего контроля за сохранностью вверенного ему имущества, выданного им иным военнослужащим для эксплуатации, если такое бездействие привело к утрате закрепленных за ним материальных ценностей.
Командир воинской части обратился в гарнизонный военный суд с исковым заявлением, в котором просил привлечь бывшего военнослужащего этой части прапорщика запаса Б. к полной материальной ответственности на сумму ущерба, причиненного недостачей вверенного ответчику имущества роты материального обеспечения. Решением суда от 15 февраля 2022 г. иск удовлетворен частично.
Отменяя решение суда и принимая по делу новое решение - о полном удовлетворении иска, окружной военный суд исходил из следующего.
Согласно материалам дела Б. проходил военную службу по контракту в должности командира автомобильного взвода роты МТО и являлся материально ответственным лицом. По результатам проведенного командованием воинской части административного расследования установлены факты недостачи вверенного Б. имущества автомобильной службы. Причиной этому послужили виновные действия ответчика, выразившиеся в невыполнении предусмотренных Уставом внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации (далее - Устав) требований по обеспечению сохранности военного имущества, а также по контролю за правильной его эксплуатацией. Приказом командира воинской части от 24 июня 2021 г. Б. привлечен к полной материальной ответственности.
Разрешая дело, гарнизонный военный суд пришел к правильному выводу о наличии оснований для привлечения Б. к полной материальной ответственности. Между тем, принимая решение о частичном удовлетворении иска, суд указал на отсутствие вины Б. в причинении материального ущерба, образовавшегося в результате разукомплектования нескольких единиц военной техники, переданной ответчиком подчиненным ему военнослужащим для эксплуатации. Однако судом не учтено следующее. По смыслу ст. 3 Закона о материальной ответственности военнослужащих условиями для привлечения военнослужащего к материальной ответственности, наряду с наличием реального ущерба, являются его вина в причинении вреда и наличие причинной связи между противоправными действиями (бездействием) военнослужащего и причиненным ущербом. Исчерпывающий перечень случаев, когда военнослужащий при наличии вышеприведенных условий подлежит полной материальной ответственности, содержится в ст. 5 указанного Закона, при этом абз. 2 данной статьи к ним отнесены случаи, когда ущерб причинен военнослужащим, которому имущество было вверено на основании документа, подтверждающего получение им этого имущества для обеспечения хранения, перевозки и (или) выдачи этого имущества либо производства финансовых расчетов. В соответствии со ст. ст. 152, 153 Устава командир взвода в мирное и военное время отвечает, помимо прочего, за состояние и сохранность военного имущества взвода, а также обязан следить за правильной его эксплуатацией и не реже одного раза в две недели лично проводить его осмотр и проверку его наличия. Согласно п. 242 Руководства по войсковому (корабельному) хозяйству в Вооруженных Силах Российской Федерации, утвержденного Приказом Министра обороны Российской Федерации от 3 июня 2014 г. N 333, командир взвода обязан организовывать сбережение и эксплуатацию материальных ценностей, а также принимать меры по предотвращению их утраты.
Из изложенного следует, что Б. в период исполнения обязанностей по должности командира автомобильного взвода роты МТО, являясь материально ответственным лицом, был обязан организовать хранение и сбережение вверенного ему имущества, проводить проверку наличия и состояния закрепленных за ним материальных ценностей, а также принимать меры по предотвращению их утраты. Между тем окружным военным судом установлено, что полученное Б. под отчет утраченное имущество передано им иным военнослужащим с грубым нарушением порядка документального оформления таких операций с материальными средствами, предусмотренного п. п. 17, 18, 21 и 46 Руководства по учету вооружения, военной, специальной техники и иных материальных ценностей в Вооруженных Силах Российской Федерации. Кроме того, контроль за сохранностью названного военного имущества ответчик не осуществлял, что и привело к утрате этих материальных ценностей (составных частей автомобильной техники, переданной ответчиком починенным ему военнослужащим для эксплуатации). При таких обстоятельствах у гарнизонного военного суда отсутствовали основания для частичного удовлетворения иска воинской части <5>.
--------------------------------
<5> Обзор судебной практики гарнизонных военных судов, подведомственных Центральному окружному военному суду, по административным и гражданским делам за первое полугодие 2022 года (извлечение). URL: http://covs.svd.sudrf.ru/modules.php?name=docum_sud&id=223 (дата обращения: 01.02.2023).
Если после взятия под стражу и увольнения с военной службы военнослужащего командованием воинской части не принято незамедлительных мер по приему-передаче числящегося за ним имущества, его материальная ответственность за утрату этого имущества исключается.
Командир воинской части обратился в гарнизонный военный суд с исковым заявлением, в котором просил взыскать с бывшего военнослужащего Ш. денежные средства в размере 247 000 руб. в счет возмещения стоимости утраченного имущества. Удовлетворяя требования, суд исходил из того, что, являясь командиром роты и материально ответственным лицом, Ш. обязан был принимать меры по обеспечению сохранности переданного ему под отчет имущества, а в случае обнаружения ущерба принимать необходимые меры к его возмещению.
Окружной военный суд признал ошибочным такой вывод, отменил обжалуемое судебное постановление по следующим основаниям.
Основания и порядок привлечения военнослужащих к материальной ответственности определены Законом о материальной ответственности военнослужащих, исходя из положений ст. ст. 1, 2 и 3 которого для привлечения военнослужащего к данному виду ответственности необходима совокупность следующих условий: наличие ущерба имуществу воинской части, нарушение военнослужащим нормы права (правонарушение), наличие причинно-следственной связи между совершенным военнослужащим правонарушением и наступившим ущербом, вины военнослужащего в причинении ущерба (умысла или неосторожности).
По делу установлено, что в период с декабря 2016 г. по ноябрь 2018 г. Ш. проходил военную службу в должности командира мотострелковой роты. В этот период им было получено различное имущество для обеспечения личного состава роты. Вступившим в законную силу приговором гарнизонного военного суда от 28 ноября 2018 г. Ш. осужден к реальному лишению свободы, ранее избранная мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении изменена на заключение под стражу, и он взят по стражу в зале суда. При этом до осуждения от дел и должности командира роты Ш. не отстранялся. Приказом командира воинской части от 5 декабря 2018 г. Ш. с 30 ноября 2018 г. полагается сдавшим дела и должность и исключен из списков личного состава в связи с увольнением с военной службы. При таких обстоятельствах у Ш. объективно отсутствовала возможность передать числившееся за ним имущество роты иному военнослужащему. Инвентаризация имущества роты, командиром которой являлся Ш., в 2017 - 2018 гг. не проводилась. Недостача указанного в исковом заявлении имущества была выявлена лишь по результатам инвентаризации, организованной командованием воинской части в мае 2019 г., т.е. через полгода после исключения Ш. из списков личного состава. В течение этого периода незамедлительные меры по обеспечению сохранности имущества роты, организации и проведению передачи его другому военнослужащему командованием не принимались. Таким образом, оснований для утверждения о наличии причинно-следственной связи между причиненным ущербом и деятельностью Ш. по управлению ротным имуществом, а следовательно, и его вины в причинении такого ущерба у суда первой инстанции не имелось <6>.
--------------------------------
<6> Обзорная справка судебной практики рассмотрения военными судами административных, гражданских дел и материалов, а также дел об административных правонарушениях за первое полугодие 2022 года, утверждена Постановлением президиума Южного окружного военного суда 15 июля 2022 года N 14. URL: http://yovs.ros.sudrf.ru/modules.php?name=sud_community&id=311 (дата обращения: 10.02.2023).
Денежные средства, выплачиваемые финансовым органом в целях возмещения судебных расходов по решению суда, следует расценивать как ущерб, подлежащий учету на специальном счете и требующий от командования принятия мер к его возмещению.
Решением гарнизонного военного суда удовлетворен административный иск территориального управления имущественных отношений Минобороны России о признании незаконным акта выездной проверки Межрегионального управления ведомственного финансового контроля и аудита Минобороны России (по Центральному военному округу). Из материалов дела следовало, что по результатам проверки названного управления в оспоренном акте изложены выводы о допущенных нарушениях с денежными средствами в виде непроизводительных (неэффективных) расходов бюджетных средств, связанных с возмещением судебных расходов по исполнительным листам, а также предложения о принятии сумм ущерба к учету и возмещении этого ущерба. Удовлетворяя иск, суд исходил из того, что выплаченные во исполнение судебных актов денежные средства не могут рассматриваться в качестве нарушений в деятельности объекта ведомственного финансового контроля, а поэтому включение этих сумм в акт выездной проверки в качестве подлежащего возмещению ущерба незаконно.
Отменяя решение суда и принимая по делу новое решение - об отказе в удовлетворении иска, окружной военный суд указал следующее.
В соответствии со ст. 2 Закона о материальной ответственности военнослужащих денежные средства воинской части являются ее имуществом, а излишние денежные выплаты признаются причиняющими ей реальный или прямой действительный ущерб, порядок возмещения которого определен этим Законом. Согласно п. п. 220 - 221 Инструкции по применению Единого плана счетов бухгалтерского учета для органов государственной власти (государственных органов), органов местного самоуправления, органов управления государственными внебюджетными фондами, государственных академий наук, государственных (муниципальных) учреждений, утвержденной Приказом Министерства финансов Российской Федерации от 1 декабря 2010 г. N 157н, для учета расчетов по суммам излишне произведенных выплат предназначен счет 20900 "Расчеты по ущербу и иным доходам", на котором учитываются в том числе расчеты по суммам ущерба, подлежащего возмещению по решению суда в виде компенсации расходов, связанные с судопроизводством (оплата судебных издержек). Таким образом, подлежащие выплате в целях возмещения судебных расходов по решению суда денежные средства следует расценивать как излишние денежные выплаты, причиняющие ущерб, учитываемый на счете 20900 и требующий от командования принятия мер к его возмещению.
Статьями 7 - 9 указанного выше Закона установлены меры, которые надлежит принимать командиру воинской части в целях установления причин ущерба, его размера и виновных лиц (административное расследование или разбирательство по факту совершения дисциплинарного проступка), а также его возмещения (издание приказа или обращение с иском в суд). Поскольку административным истцом суммы выплат по судебным расходам на счете 20900 не учтены, ущербом не признаны, в книгу недостач не занесены и необходимые разбирательства не проводились, акт административного ответчика в оспоренной части соответствовал требованиям закона <7>.
--------------------------------
<7> Обзор судебной практики гарнизонных военных судов, подведомственных Центральному окружному военному суду, по административным и гражданским делам за первое полугодие 2022 года (извлечение). URL: http://covs.svd.sudrf.ru/modules.php?name=docum_sud&id=223 (дата обращения: 11.02.2023).
Согласно ч. 2 ст. 330 ГПК РФ применение судом к спорным правоотношениям закона, не подлежащего применению, влечет отмену решения суда по делу.
В августе 2021 г. командир воинской части обратился в гарнизонный военный суд с иском к капитану запаса С., в котором указал, что он в 2017 г., проходя службу в должности командира роты, по накладным получил под отчет имущество службы связи. В связи с проведением контрольного мероприятия и инвентаризации Межрегиональным управлением ведомственного контроля и аудита с 11 сентября по 4 октября 2019 г. в воинской части выявлена недостача закрепленного за ответчиком имущества службы связи на сумму 885 000 руб. Истец просил привлечь С. к полной материальной ответственности. Суд в удовлетворении иска отказал в связи с истечением трехлетнего срока привлечения ответчика к материальной ответственности, установленного п. 4 ст. 3 Закона о материальной ответственности военнослужащих, и мотивировал свое решение тем, что днем обнаружения ущерба следует считать день, когда командир узнал или должен был узнать о наличии материального ущерба, причиненного военнослужащим. Как установил суд, таким днем является дата исключения ответчика из списков личного состава воинской части 13 февраля 2018 г. Рассмотрев материалы дела и обсудив доводы апелляционной жалобы истца, окружной военный суд, руководствуясь ч. 2 ст. 330 ГПК РФ, отменил решение суда первой инстанции в связи с неправильным применением норм материального права и направил дело на новое рассмотрение, приведя в обоснование следующее.
Пунктом 4 ст. 3 Закона о материальной ответственности военнослужащих установлено, что военнослужащие могут быть привлечены к материальной ответственности в течение трех лет со дня обнаружения ущерба. Федеральным законом от 1 апреля 2020 г. N 81-ФЗ в данную норму внесены изменения, вступившие в силу с 19 июня 2020 г., согласно которым требование закона о возможности привлечения военнослужащего к материальной ответственности в течение приведенного срока осталось прежним и дополнительно указано, что днем обнаружения ущерба следует считать день, когда командир (начальник) узнал или должен был узнать о наличии материального ущерба, причиненного военнослужащим.
Судом первой инстанции установлено, что ответчик в 2017 г. получил спорное имущество по накладным под отчет. Приказом командующего ВДВ от 20 декабря 2017 г. С. досрочно уволен с военной службы в связи с ОШМ и приказом командира части от 13 января 2018 г. с 13 февраля того же года исключен из списков личного состава. Других обстоятельств, имеющих юридическое значение, судом первой инстанции не устанавливалось.
Представитель истца в апелляционной жалобе утверждает, что истец узнал о наличии материального ущерба не ранее составления акта от 25 октября 2019 г. Из обжалованного решения видно, что суд первой инстанции применил к спорным правоотношениям п. 4 ст. 3 указанного Закона в редакции от 1 апреля 2020 г., тогда как события обнаружения ущерба и увольнения ответчика с военной службы происходили в 2018 - 2019 гг., когда эта норма в указанной редакции не действовала и не могла быть применена при разрешении спорных правоотношений <8>.
--------------------------------
<8> Обзор судебной практики 2-го Западного окружного военного суда по административным и гражданским делам за первое полугодие 2022 года. URL: http://2zovs.msk.sudrf.ru/modules.php?name=docum_sud&id=74 (дата обращения: 08.02.2023).
Течение срока привлечения военнослужащего к материальной ответственности приостанавливается на период судебного разбирательства.
Решением гарнизонного военного суда от 11 января 2022 г. отказано в удовлетворении иска воинской части к бывшему военнослужащему этой же части младшему сержанту запаса Г. о привлечении к материальной ответственности. Согласно материалам дела 30 ноября 2021 г. командир части обратился в суд с исковым заявлением, в котором просил взыскать с Г. 6 583 руб. 66 коп. в счет возмещения материального ущерба, причиненного им в результате несдачи при увольнении с военной службы переданного под отчет вещевого имущества. Правильно установив день обнаружения истцом ущерба - 13 декабря 2018 г. (дата исключения Г. из списков личного состава части), суд отказал в удовлетворении иска на том основании, что с указанного дня на момент вынесения судебного решения истек трехлетний срок привлечения ответчика к материальной ответственности.
Отменяя решение суда и принимая по делу новое решение, окружной военный суд указал следующее.
Согласно п. 4 ст. 3 Закона о материальной ответственности военнослужащих срок привлечения военнослужащего к материальной ответственности составляет три года со дня обнаружения ущерба. Днем обнаружения ущерба следует считать день, когда командир узнал или должен был узнать о наличии материального ущерба, причиненного военнослужащим. Течение срока привлечения военнослужащего к материальной ответственности приостанавливается на период досудебного производства и (или) судебного разбирательства. При таких обстоятельствах суду следовало учесть, что с даты обращения командира части с исковым заявлением в суд течение трехлетнего срока привлечения Г. к материальной ответственности в соответствии с названной правовой нормой приостанавливается. Вследствие этого, поскольку на день обращения истца с исковым заявлением в суд такой срок со дня обнаружения ущерба не истек, суд необоснованно отказал в удовлетворении иска в связи с пропуском этого срока. Так как фактические обстоятельства судебного спора гарнизонным военным судом не устанавливались, окружной военный суд, руководствуясь разъяснениями, приведенными в п. 53 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации "О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции" от 22 июня 2021 г. N 16, направил дело на новое рассмотрение в тот же суд <9>.
--------------------------------
<9> Обзор судебной практики гарнизонных военных судов, подведомственных Центральному окружному военному суду, по административным и гражданским делам за первое полугодие 2022 года (извлечение). URL: http://covs.svd.sudrf.ru/modules.php?name=docum_sud&id=223 (дата обращения: 09.02.2023).
Заканчивая представление наиболее, по мнению авторов статьи, интересных судебных решений в рассматриваемой сфере военно-административных предписаний, отметим, что судебная практика опосредованно оказывает регулирующее воздействие на формирование алгоритма действий командования при решении вопросов привлечения военнослужащих к материальной ответственности.
Библиографический список
Гусейнова Н.Ч., Титов А.В., Тюрин А.И. Комментарий к Федеральному закону "О материальной ответственности военнослужащих" (постатейный). М.: За права военнослужащих, 2010. 208 с.
Кириченко Н.С. Обзор предложений по совершенствованию законодательства о материальной ответственности военнослужащих // Военное право. 2022. N 5 (75). С. 113 - 119.
Кириченко Н.С. Административный порядок привлечения военнослужащих к материальной ответственности // Военное право. 2020. N 4 (62). С. 96 - 100.
Кириченко Н.С. Материальная ответственность военнослужащих: ее цели и функции // Военное право. 2020. N 1 (59). С. 161 - 164.
Корякин В.М., Харитонов В.С. Некоторые вопросы признания правовых актов недействующими (по материалам судебной практики) // Военное право. 2020. N 6 (64). С. 127 - 132.
Туганов Ю.Н., Харитонов В.С. О судебной практике в сфере материального обеспечения подготовки граждан по основам военной службы в образовательных организациях // Военно-юридический журнал. 2019. N 12. С. 7 - 10.
Подписано в печать
20.03.2023