ШЕХЗАДЕ МЕХМЕД: ЧТО О НЁМ ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ГОВОРЯТ ИСТОЧНИКИ XVI ВЕКА

Автор статьи: «Великолепный век. Осман»

Любимый сын Сулеймана. Наследник престола. Талантливый полководец. Соперник Мустафы. Молодой принц, умерший от оспы — а согласно одной из популярных легенд, намеренно заражённый людьми Махидевран. Так сегодня часто рассказывают о шехзаде Мехмеде, сыне Сулеймана I и Хюррем.

Но что останется от этой биографии, если убрать поздние пересказы и обратиться к свидетельствам XVI века? Оказывается, довольно многое. Но порой совсем не то, что мы привыкли читать.

◆ КОГДА РОДИЛСЯ МЕХМЕД?

Даже здесь привычная дата — 1521 год — оказывается не такой бесспорной.

Одно из наиболее ранних свидетельств связано с Родосским походом Сулеймана.

Согласно записи походного дневника, позднее включённой Феридуном Ахмедом-беем в «Münşeâtü’s-selâtîn», 9 Zilkade 928 года — 30 сентября 1522 года — в лагерь султана пришло известие о рождении сына.

Матракчи Насух в «Süleymân-nâme» тоже помещает известие о рождении Мехмеда в рассказ о Родосской кампании:

«Быстроногий гонец прибыл и возвестил радостную весть… [младенца] нарекли именем султана Мехмед-хана».

Это делает сентябрь 1522 года значительно более убедительной датировкой, чем привычный 1521-й. Но и здесь нужна осторожность: в транскрипции Матракчи существует календарная коллизия. Поэтому точный день рождения пока установить нельзя.
Даже место рождения в проверенных ранних текстах прямо не названо. Столица весьма вероятна, но привычное уверенное — «Старый дворец в Стамбуле» — требует более твёрдого источника.

◆ МЕХМЕД В ДЕТСТВЕ

О его детстве известно немного, но сохранилась любопытная дворцовая запись.

В дефтере TSMA D.4056 упоминается выплата некоему Abdi Dede по случаю выздоровления шехзаде Мехмеда после болезни. Какой именно — документ в доступной нам цепочке не сообщает.
Зато в 1530 году Мехмед появляется уже сразу в двух независимых свидетельствах.

3 июня 1530 года венецианец Марино Санудо записал сообщение прибывшего в Венецию османского посланника: султан приглашал дожа на празднества по случаю обрезания своих сыновей — «Mustafa, Mahumeth, Selim et Baiasit».
Но Матракчи Насух, описывая уже сам состоявшийся праздник на Атмейдане, называет трёх обрезанных принцев: Мустафу, Мехмеда и Селима.

Получается интересная мелочь: дипломатическое приглашение и описание реально состоявшейся церемонии не полностью совпадают. Именно из таких деталей и складывается настоящая история.

◆ А БЫЛ ЛИ МЕХМЕД ПОЛКОВОДЦЕМ?

Вот здесь источники становятся неожиданно молчаливыми.

Современные биографии отправляют Мехмеда на Корфу в 1537 году, в Молдавию в 1538-м и нередко описывают как талантливого молодого военачальника. Но надёжного первичного свидетельства его военных подвигов пока обнаружить не удалось.

Зато один поход подтверждён хорошо.
Лютфи-паша сообщает, что 22 июня 1541 года Сулейман выступил из Стамбула к Буде, взяв с собой шехзаде Мехмеда и Селима. Это важное свидетельство.
Мехмед действительно находился рядом с отцом в большой военной кампании.
Но Лютфи-паша ничего не говорит о самостоятельном войске Мехмеда, его командовании или личном участии в сражении.

Поэтому корректная формулировка звучит так: источники позволяют увидеть Мехмеда в походе — но пока не позволяют увидеть его полководцем.

◆ МЕХМЕД ПРОТИВ МУСТАФЫ?

О личной вражде двух братьев надёжных свидетельств не обнаружено.

Более того, популярная схема «Мустафу убрали из Манисы, чтобы немедленно посадить туда Мехмеда» плохо совпадает с хронологией.

Мустафа был переведён из Манисы в Амасью 16 июня 1541 года. Назначение Мехмеда в Сарухан относится только к осени 1542-го. А фактически к управлению Манисой он приступил 12 ноября 1542 года. Между отъездом Мустафы и приездом Мехмеда прошло около полутора лет.

Это не означает, что перемещения принцев не имели политического значения. Имели — и огромное. Но прямого документа со смыслом «Мустафу переводят ради Мехмеда» мы не имеем. Как не имеем и свидетельства, что сами братья лично ненавидели друг друга. Династическое соперничество — ещё не личная вражда.

◆ БЫЛ ЛИ МЕХМЕД НАЗНАЧЕННЫМ НАСЛЕДНИКОМ?

Это, пожалуй, главный миф его биографии.

Маниса действительно имела огромное значение. Получив Сарухан, Мехмед оказался в очень выгодном положении среди возможных претендентов на престол.

Но документа, которым Сулейман официально объявляет Мехмеда своим преемником, не найдено. Нет указа о назначении его «наследным принцем» в европейском понимании этого слова.

Поэтому говорить можно о перспективном претенденте, пользовавшемся большим расположением султана. Но не об официально назначенном наследнике.

◆ КАК ЖИЛ МЕХМЕД В МАНИСЕ?

И здесь начинается самое интересное.

Мы не знаем цвета его глаз. Не знаем достоверно его роста и телосложения.
Не имеем надёжного прижизненного индивидуального портрета, написанного с натуры. Зато османская бюрократия сохранила нам устройство его двора.

По ведомостям 1542 года исследователи насчитывают около 542–552 человек.
Известны даже имена некоторых служащих.

Нишанджи — Ахмед-бей.
Рузнамеджи — Хюсейн.
Писцы дивана — Кочи и Хайдар.
Наставник Мехмеда, Мевляна Саиди, получал 50 акче.
Имам Мевляна Мухиддин — 15 акче.
Два муэдзина — по 10.

Перед нами уже не телевизионный «идеальный принц», а настоящий провинциальный двор XVI века: канцелярия, финансы, религиозный аппарат, кухня, хозяйство, сотни служащих.

История сохранила жалование учителя Мехмеда лучше, чем лицо самого Мехмеда.

◆ ЧТО ИЗВЕСТНО О ЕГО ЛИЧНОЙ ЖИЗНИ?

Здесь документов ещё меньше.

Хюмашах-султан, дочь Мехмеда, — историческая фигура. Позднее она сама владела значительным имуществом и учреждала вакфы. Ее вакфийе сохранилось в архиве VGMA.

Но уверенно называемая сегодня матерью Хюмашах «Айе-хатун» в проверенных ранних источниках не появляется. Документа о формальном браке Мехмеда тоже не найдено.

Бусбек, на которого ссылаются при реконструкции его личной жизни, прибыл в Османскую империю уже после смерти Мехмеда. Поэтому очевидцем его двора он быть не мог.

◆ ОТ ЧЕГО УМЕР МЕХМЕД?

Вот здесь особенно хорошо видно, как предположение постепенно превращается в «общеизвестный факт».

Мехмед заболел в Манисе в начале Şaban 950 года.
Манисская документация, опубликованная Чагатаем Улучаем и использованная позднее Каей Шахином, позволяет говорить примерно о шести днях болезни.
После этого молодой принц умер — в первых числах ноября 1543 года.
Современные пересчёты дают 5 или 7 ноября.

Но что это была за болезнь? Источник диагноза не сообщает.

При специальном поиске раннего текста, в котором болезнь Мехмеда была бы названа «çiçek» или «cüderî» — оспой, — такого свидетельства обнаружить не удалось. Поэтому знаменитое «Мехмед умер от оспы» — нельзя считать установленным первичным источником диагнозом.

А вслед за этим рушится и ещё более красочная история.

Ни Матракчи Насух, ни цепочка Джеляльзаде — Улучай, ни манисская документация, ни найденные европейские свидетельства не дают даже намёка на причастность Махидевран к смерти Мехмеда. Версия о том, что его намеренно заразили оспой по её приказу, строится поверх диагноза, который сам по себе не доказан.

Не найдено и свидетельства, что Хюррем находилась возле сына во время его последней болезни. Зато известно, где был Сулейман. Он возвращался из венгерско-австрийской кампании и получил известие о смерти сына в районе Чорлу.

◆ ЧТО ПРОИЗОШЛО ПОСЛЕ СМЕРТИ?

Тело Мехмеда уже на следующий день отправили из Манисы в Стамбул.

Согласно материалам, использованным Юсуфом Сағыром, процессию сопровождали Лала-паша, дефтердар Ибрагим-челеби и люди двора принца.
У столицы её встретили государственные сановники. Гроб перевезли через Ускюдар. Погребальная молитва состоялась у мечети Баязида.

Мехмеда похоронили там, где вскоре началось строительство огромного комплекса, который сегодня мы знаем как Шехзаде-кюллие.

И здесь, наконец, источники позволяют говорить о чувствах Сулеймана значительно увереннее.
Джеляльзаде называет умершего Мехмеда «любимцем отца и зеницей его ока». А самому Сулейману принадлежит знаменитое поэтическое изречение:

«Şehzâdeler güzîdesi Sultan Mehemmedüm» —
«мой султан Мехмед, избраннейший из шехзаде».

Это слова человека в трауре, а не юридический документ о престолонаследии.
Но свидетельство любви — очень сильное.
Есть и другое.
Сулейман распорядился возвести сыну не просто гробницу.
Мимар Синан построил целый комплекс: мечеть, медресе, имарет, мектеб, табхане и тюрбе. Строительство продолжалось в 1543–1548 годах.

Сохранился огромный архивный комплекс вакфийе Мехмеда — VGMA, дефтер 1392, а также Hududnâme в VGMA 1393.

То есть память о сыне была обеспечена не только камнем, но и огромной системой имущества и доходов, предназначенных для содержания комплекса.

Именно здесь особенно легко сделать ошибочный вывод:
«Раз Сулейман построил такое — значит Мехмед был назначенным наследником». Нет. Комплекс доказывает исключительный масштаб памяти, династический статус принца и отношение к нему отца. Но не юридическое назначение наследником.

◆ ТАК КЕМ ЖЕ БЫЛ ШЕХЗАДЕ МЕХМЕД?

Самое удивительное заключается в том, насколько короткой была его самостоятельная взрослая жизнь.

Если наиболее вероятная датировка рождения — сентябрь 1522 года, Мехмеду было около двадцати лет, когда он приехал управлять Манисой. Через год его не стало. Он просто не успел стать тем человеком, которым его впоследствии сделала легенда.

Мы не знаем, каким султаном он оказался бы. Не знаем, победил бы Мустафу в борьбе за престол. Не знаем, насколько талантливым государственным деятелем стал бы. Не знаем даже, был ли хорошим военным, потому что источники пока не дают нам ни одной битвы, которой он командовал.

Зато мы знаем другое.

Его рождение было радостной вестью, которую гонец привёз Сулейману под Родос. Он рос при дворе и участвовал в одной из самых грандиозных династических церемоний эпохи. Сулейман брал его с собой в большой поход.
В Манисе Мехмед получил собственный огромный двор и начал жизнь самостоятельного османского принца. И судя по словам современников и самого Сулеймана, отец был к нему чрезвычайно привязан.

Мехмед умер слишком рано, чтобы история успела проверить ожидания, связанные с ним. И, возможно, именно поэтому вокруг него оказалось так легко построить идеального принца.

Исторический Мехмед менее определённый. Но, пожалуй, от этого гораздо более интересный.

Основные источники:

— Matrakçı Nasuh, Süleymân-nâme, TSMK Revan 1286.
— Lütfi Paşa, Tevârîh-i Âl-i Osman.
— Marino Sanudo, Diarii, запись от 3 июня 1530 года.
— Feridun Ahmed Bey, Münşeâtü’s-selâtîn, I.
— Çağatay Uluçay, «Kanunî Sultan Süleyman ve Ailesi ile İlgili Bazı Notlar ve Vesikalar».
— Yusuf Sağır, «Vakfiyelerine ve Belgelere Göre Şehzâde Mehmet Vakıfları», 2016.
— Kaya Şahin, Peerless among Princes: The Life and Times of Sultan Süleyman, Oxford University Press, 2023.
— Feridun M. Emecen, исследования османских дворов шехзаде.
— Şehzade Mehmed Vakfiyesi, VGMA defter 1392; Hududnâme, VGMA 1393.