Хафса-султан: была ли мать Сулеймана дочерью крымского хана?
Рубрика "Изучаем вопрос» от Сообщества «Великолепный век.Осман»
Происхождение Хафсы-султан, матери султана Сулеймана Великолепного, долгое время подавалось почти как установленный факт. Во многих популярных книгах её называли дочерью крымского хана Менгли I Гирея, то есть представительницей знатного ханского рода. И наш "Великолепный век" не исключение.
На первый взгляд версия красивая и логичная: мать величайшего султана Османской империи оказывается не женщиной неизвестного происхождения, а крымской принцессой, дочерью союзного правителя. Но при внимательной проверке выясняется, что всё намного сложнее.
Откуда появилась версия о крымской принцессе?
Один из первых серьёзно усомнился в этой версии американский историк Алан Фишер.
В статье «The Life and Family of Süleymân I» он писал, что рассказ о том, будто Хафса была татаркой и дочерью крымского хана Менгли Гирея, «по-видимому, начинается у Паоло Джовио», а затем повторяется другими западными авторами. Это важная формулировка.
Фишер не пишет: «Джовио точно это доказал». Он пишет осторожно: apparently — «по-видимому».
При этом в самой статье Фишер не приводит точной цитаты Джовио, не указывает страницу и не даёт развёрнутого разбора этого места. Поэтому утверждение о Джовио как первом источнике традиции само ещё требует проверки по первоисточнику.
Иными словами: современная критика версии о крымском происхождении Хафсы начинается не с категорического отрицания, а с вопроса: а откуда вообще эта версия взялась?
Паоло Джовио: почему его имя важно?
Паоло Джовио был итальянским гуманистом, врачом, епископом и историком XVI века. Он писал об Османской империи почти во времена Сулеймана, но сам не был османским придворным историком.
Его сведения о турках во многом основывались на рассказах дипломатов, послов, путешественников, купцов и людей, связанных с европейской политической средой. Именно поэтому сообщения Джовио важны, но требуют осторожности. Он мог передавать ранние европейские слухи и дипломатические представления об османском дворе, которые затем превращались в устойчивую традицию.
С похожим механизмом историки сталкиваются и в других сюжетах: европейские авторы XVI века часто создавали версии, которые затем переписывались десятилетиями и даже веками. Поэтому если версия о «крымской принцессе Хафсе» действительно начинается у Джовио, это ещё не делает её доказанным фактом. Это лишь показывает, где могла начаться европейская традиция.
Что говорят османские документы?
Против поздней европейской версии современные исследователи ставят османские документы.
В работах Алана Фишера, Aли Хайдара Баята, Лесли Пирс, Феридуна Эмеджена и Нилаб Саиди подчёркивается, что мать Сулеймана в архивных материалах фигурирует как: Ayşe Hafsa bint Abdülmuin.
Встречаются также варианты имени отца: Abdülhay; Abdurrahman;
у Фишера — Abdulmennan.
Эти формы имени плохо сочетаются с утверждением, что Хафса была дочерью Менгли Гирея. Если бы она действительно происходила из ханского рода Гиреев, ожидалось бы более прямое указание на её знатное происхождение.
Однако здесь важно не перегнуть палку. Архивные документы не говорят прямо, что Хафса была рабыней. Они лишь фиксируют форму её имени. Вывод о вероятном рабском происхождении — это уже интерпретация историков.
Именно поэтому особенно аккуратной выглядит формулировка Нилаб Саиди:
«Архивные документы называют её Ayşe Hafsa bint Abdülmuin, однако достоверных сведений о её происхождении не сохранилось».
На наш взгляд, это самая честная современная формула.
Не: «Хафса точно была рабыней»,
А: «Происхождение Хафсы достоверно неизвестно; версия о дочери Менгли Гирея документально не подтверждается».
Что с вакфие Хафсы?
Особое значение имеет вакфие Хафсы-султан в Манисе.
Вакфие действительно существует. Его архивный шифр указывается как: VGMA, Vakfiye № 1425/58. Этот документ связан с благотворительным комплексом Хафсы в Манисе.
В начале вакфие она представлена прежде всего как: «мать султана Сулеймана», а не как дочь Менгли Гирея.
Это важная деталь. Самый надёжный документ, связанный с её собственным вакфом и статусом, подчёркивает её положение как матери правящего султана, но не сообщает о крымском ханском происхождении.
Тогда кто такая Айше, дочь Менгли Гирея?
Здесь начинается самое интересное.
Современные исследователи не говорят, что у Менгли Гирея вообще не было дочери Айше. Наоборот. По реконструкции историка Ильи Зайцева, специалиста по династии Гиреев, у Менгли I Гирея действительно была дочь Айше-хатун. Но современные исследователи всё чаще считают, что эта Айше — не Хафса, а другая женщина.
Согласно реконструкции Ильи Зайцева, Айше-хатун:
— была дочерью Менгли I Гирея;
— в 1504 году была выдана за шехзаде Мехмеда, сына Баязида II;
— после смерти Мехмеда позднее оказалась связана с Селимом I.
Именно здесь могла возникнуть путаница. Поздняя традиция могла объединить двух женщин: Айше Хафсу, мать Сулеймана и Айше-хатун, дочь Менгли Гирея.
Так появилась красивая, но проблемная формула:
Хафса = дочь Менгли Гирея.
Хронология ломает старую версию. Самый сильный аргумент против отождествления Хафсы с крымской Айше — это хронология.
Сулейман родился в 1494 году. А реконструкция жизни Айше, дочери Менгли, связывает её с Селимом примерно в 1511 году.
Если эта реконструкция верна, Айше физически не могла быть матерью Сулеймана. К моменту её появления рядом с Селимом Сулейману уже было около 17 лет.
Именно поэтому современная историография всё чаще разделяет двух женщин: Хафса — мать Сулеймана и Айше — дочь Менгли Гирея.
Но насколько хорошо документирована сама Айше?
Вот здесь начинается новая проблема.
Если Айше-хатун, дочь Менгли, была совсем другой женщиной, то логично ожидать, что от неё должен был остаться собственный документальный след:
— вакф;
— жалованье;
— письма;
— упоминания в расходных книгах;
— место смерти;
— захоронение;
— надгробная надпись;
— крымская хроника.
Но именно здесь картина становится туманной.
На сегодняшний день в опубликованной литературе не выявлено убедительных первичных источников, позволяющих подробно проследить её жизнь после смерти Селима I.
В поздних пересказах встречаются разные версии:
— что она жила в Старом дворце;
— что умерла в 1539 году;
— что была отправлена в Эдирне;
— что после смерти её тело перевезли в Крым;
— что она была похоронена рядом с семьёй Гиреев.
Но эти сведения расходятся между собой и не сопровождаются надёжно выявленными первичными источниками.
Где её могила?
Это один из самых интересных вопросов. Если Айше действительно была дочерью Менгли Гирея и важной фигурой османо-крымского союза, то можно ожидать хотя бы следа её погребения. Особенно если поздняя версия говорит, что она была похоронена в Крыму.
Тогда должны были бы существовать:
— тюрбе;
— надгробная надпись;
— упоминание в каталоге ханского некрополя;
— публикация крымских эпиграфистов;
— запись в крымской хронике.
Но на сегодняшний день не выявлено опубликованных крымских первичных источников, эпиграфических исследований или каталогов ханского некрополя, которые подтверждали бы место её захоронения.
Это не доказывает, что такого захоронения не было. Но это означает, что утверждение о её погребении в Крыму пока не имеет обнаруженной документальной опоры.
А был ли у Айше вакф?
Этот вопрос тоже важен.
Если Айше была дочерью крымского хана и жила при османском дворе, можно было бы ожидать хотя бы небольшой вакф.
Для женщин высокого положения вакф был не просто благотворительностью, а способом оставить юридический и имущественный след.
У Хафсы такой след есть. У Гюльфем — есть. У Хюррем — есть.
У Нурбану и Сафие — есть.
А вот собственный вакф Айше, дочери Менгли, в доступной опубликованной литературе не выявлен. Это снова не доказывает, что его не существовало, но показывает, насколько слабо документирована её поздняя биография.
Что в итоге получается?
На сегодняшний день картина выглядит так.
1. Версия о крымском происхождении Хафсы существовала долго.
Она была широко распространена в европейской и поздней исторической литературе. Фишер связывает начало этой традиции с Паоло Джовио, но точная цитата Джовио пока остаётся не выявленной.
2. Османские документы говорят осторожнее.
Они называют мать Сулеймана Ayşe Hafsa bint Abdülmuin или близкими вариантами имени отца. Эти документы не подтверждают происхождение от Менгли Гирея.
3. Рабское происхождение — вероятная интерпретация, но не прямой текст источника.
Документы не говорят буквально: «Хафса была рабыней». Такой вывод делают историки на основании формы имени и османской практики.
4. У Менгли действительно могла быть дочь Айше.
Современная реконструкция династии Гиреев выделяет Айше-хатун как дочь Менгли Гирея. Но она, по всей видимости, была другой женщиной.
5. Хронология делает отождествление Айше и Хафсы крайне проблемным.
Сулейман родился в 1494 году. Айше появляется рядом с Селимом, по реконструкции, около 1511 года. Следовательно, она не могла быть матерью Сулеймана.
6. Биография самой Айше после Селима остаётся плохо документированной.
Не выявлены опубликованные первичные источники, которые уверенно подтверждали бы:
— её вакф;
— место смерти;
— место захоронения;
— эпитафию;
— крымское погребение;
— подробности её последних лет.
История Хафсы-султан показывает, как устойчивая историческая традиция может существовать веками, пока её не начинают проверять по документам.
Старая версия была красивой: мать Сулеймана — дочь крымского хана.
Но современная источниковедческая картина выглядит осторожнее:
Хафса была матерью султана Сулеймана, однако её происхождение достоверно не установлено. Версия о её происхождении от Менгли I Гирея не подтверждается выявленными османскими документами.
Современные исследователи всё чаще разделяют двух женщин:
— Хафсу, мать Сулеймана;
— Айше, дочь Менгли Гирея.
При этом история самой Айше тоже остаётся не до конца ясной.
Получается парадоксальная ситуация: версия о «крымской принцессе Хафсе» выглядит всё менее убедительной, но и биография настоящей крымской Айше пока восстановлена неполно. Именно поэтому вопрос нельзя считать окончательно закрытым. Скорее, он перешёл на другой уровень.
Теперь главный вопрос уже
НЕ: «Была ли Хафса дочерью Менгли?»
А: «Когда, где и почему две разные женщины — Хафса и Айше — были объединены в одну историческую фигуру?»
И вот это, пожалуй, самая интересная часть всей истории.
P.S. Напоминаем, что данный анализ основан на информации, которую нам удалось собрать из разных источников. Ваше право с ним не согласиться.
Источники: Alan Fisher. The Life and Family of Süleymân I. В кн.: Halil İnalcık, Cemal Kafadar (eds.), Süleymân The Second [i.e. the First] and His Time. Istanbul: Isis Press, 1993. Leslie P. Peirce. The Imperial Harem: Women and Sovereignty in the Ottoman Empire. Oxford University Press, 1993. Leslie P. Peirce. Empress of the East: How a European Slave Girl Became Queen of the Ottoman Empire. Basic Books, 2017. Ali Haydar Bayat. "Hafsa Sultan." В: Türkiye Diyanet Vakfı İslâm Ansiklopedisi (TDVİA), т. 15. (Статья, основанная на архивных документах и вакфие Хафсы.) Feridun Emecen. Статьи в Türkiye Diyanet Vakfı İslâm Ansiklopedisi по истории Селима I и Сулеймана I. Nilab Saeedi. Статья о письме Хафсы-султан и современном состоянии вопроса происхождения Хафсы. Keshif Journal, 2026. Ilya V. Zaytsev. The Structure of the Giray Dynasty (15th–16th Centuries): Matrimonial and Kinship Relations of the Crimean Khans. В: Kinship in the Altaic World. Proceedings of the 48th Permanent International Altaistic Conference. Wiesbaden, 2006, pp. 341–353. Necdet Sakaoğlu. Bu Mülkün Kadın Sultanları. İstanbul: Oğlak Yayıncılık, 2008. Esin Atıl. The Age of Sultan Süleyman the Magnificent. Alan Fisher. The Crimean Tatars.