Уважаемые хоомейжи
В Ижевске снова выступили тувинские музыканты, меняющие мир к лучшему
Фолк-группа «Алаш» из Тувы провела гастрольный тур по России и отправилась на продолжительные гастроли по Северной Америке, которые завершатся перед католическим и протестантским Рождеством. В новом интервью для Удмуртской филармонии – народные хоомейжи – исполнители традиционного тувинского вокала и музыки – рассказали о нескольких знаковых для них концертах за океаном и о резонансной поездке на крупнейший этнический фестиваль коренных народов, который ежегодно проводится в Норвегии.
Мост через два океана
Впервые «Алаш» – ансамбль из края чистых речных истоков, где берёт свое начало могучий Енисей, побывал с гастролями в родниковом крае шесть лет назад – как раз в ноябре.
Тогда мы говорили с гостями о тувинских идентичностях. О тайге с красными лиственницами и живописных горах, о норовистых реках и просторных лугах, об больших отарах и табунах, которые пасутся там, о трудолюбивых скотоводах и умелых всадниках. А ещё об исключительной музыкальности тувинских имён, которые дают детям их родители, и, конечно, о блюдах тувинской кухни. Не «глянцевой», а суровой, но сытной…
Но тот поверхностно–туристический по своей сути разговор никак не коснулся одной очевидной особенности в творческой жизни тувинских музыкантов – три десятилетия назад в обе стороны через два океана – Тихий и Атлантический – несколько из них перекинули незримые, но надежные мостики на другой континент – в Северную Америку, и нынче успешно укрепляют дружеские и художественные связи, продолжая музыкальное дело, начатое своими учителями–предшественниками…
В начавшемся 8 ноября большом туре по США «Алаш» даст шесть «персональных» – в формате своего трио – концертов, а затем совместно с Белой Флеком и его бэндом, играющим в стиле блюграсс, близком к популярному кантри, вплоть до Рождества трио из Тувы ещё 21 раз выйдет на сцену, сыграв в школах, колледжах, университетах, церквях, центрах искусств, концертных залах и театрах, включая площадки в Нью–Йорке, Чикаго, Бостоне и Новом Орлеане.
Песня для Фрэнка Заппа
Одним из первопроходцев с тувинской вокальной и инструментальной музыкой на американском континенте стал Конгар-оол Ондар, к имени и фамилии которого все его последователи уважительно добавляют отчество – Борисович.
В начале 90-х годов мастер традиционного тувинского пения начал наводить творческие контакты с американской стороной, заинтересовав «туземцев» непривычной тогда для них исполнительской манерой. Причём среди заинтересованных лиц оказался даже искушенный рокер, джазмен, авангардист, мульти-инструменталист и продюсер Фрэнк Заппа (Frank Zappa).
Удивительным стало то, что нынешний художественный руководитель фолк-группы «Алаш» Бады-Доржу Ондар ещё в возрасте младых ногтей впервые спел для этого известного искателя музыкальных приключений.
– Дорогу за океан начали прокладывать наши старшие братья, поехавшие представлять тувинское пение и нашу родную Туву по всему миру. Мне исполнилось всего девять лет, когда посчастливилось поехать с моим наставником Конгар-оол Борисовичем Ондаром в Соединенные Штаты Америки, – худрук «Алаша» завёл в своем рассказе неспешную и увлекательно-интригующую сольную партию. – Незадолго до этого Конгар-оол Борисович открыл в республиканской школе искусств в столице Тувы Кызыле класс хоомей – народного пения, и я поступил к нему на обучение. И вот когда учитель поехал на очередные гастроли в Северную Америку, то решил взять меня с собой. Причём по ходу этого гастрольного тура мы заехали в Калифорнию и очутились не только в музыкальной студии Фрэнка Заппа, но и в его особняке. В тот момент я не мог ни знать, ни догадываться о том, кто такой этот Фрэнк Заппа. Образно говоря, ещё позавчера я жил в маленькой тувинской деревне, вчера впервые побывал в Кызыле, а сегодня шёл по улицам калифорнийского города рядом со своим педагогом. Подойдя к дому знаменитого американского музыканта, мы увидели толпу его фанатов, которые беспрестанно скандировали: «Фрэнк Заппа! Фрэнк Заппа!» Они ждали возможности увидеть своего кумира, взять автограф, сделать фото и, может быть, даже пообщаться… Зайдя в дом, я увидел мужчину в годах, похожего на пирата. Конгар-оол Борисович попросил меня спеть хоомей, Фрэнк Заппа послушал меня, а потом усадил на колени. Взрослые люди о чём-то разговаривали между собой, а я сидел молча и глядел по сторонам, – улыбнулся Бады–Доржу Ондар. – Позже, уже окончив школу и обучаясь в музыкальном училище, мои глаза по–настоящему отрылись на разную музыку, многочисленные её жанры, и тогда до меня, наконец, дошло и наступило понимание, кем был Фрэнк Заппа в мировой музыке! Впрочем, как и другой великий мульти–инструменталист – японский музыкант Китаро, с которым мне тоже выпала честь познакомиться. Досадно только, что сейчас, когда мои отец и мать ушли из жизни, я никак не могу найти в родительском доме семейный альбом, где были запечатлены на фотографиях эти встречи с легендарными музыкантами…
Музыка из звуков живой природы
– Я счастлив от того, что моя музыка пробуждает у людей чувства, а значит способна изменить человека к лучшему. Вот то, к чему я стремлюсь в собственном творчестве, – тот же Китаро представлял свой художнический принцип и раскрывал источники, из которых он черпал мотивы и замыслы. – Изолировав себя от современной массовой культуры, я люблю пройтись по многолюдной улице, понаблюдать за прохожими, прислушиваясь к их беседам. Но очень скоро я ощущаю необходимость в уединении и поэтому уезжаю подальше от народа в горы, на океанское побережье, впитывая в себя самые разные звуки. Ветра или текущей воды… И если я долго вслушиваюсь в звуки падающих капель, то порой улавливаю особые колебания низких частот. И моя задача состоит в том, чтобы энергию этой музыки из космоса пропустить через свой тело и затем донести её до слушателей.
– Мы поём звуки живой природы, – откровениям Китаро в этом интервью невольно вторил Бады–Доржу Ондар. – Ведь тувинские хоомейжи поют о том, что видят своими глазами, о том, что слышат своими ушами, о том, о чём думаем и чувствуем, и нам хочется надеяться и верить в то, что эта музыка подходит ко всем жанрам и стилям…
Не зря же «Алаш» вместе с Бады-Доржу Ондаром здесь выступают два Аяна – Аян Ширижик и Аян-оол Сам – органично и гармонично входит в сценические коллаборации (как модно сегодня говорить) с различными способами организации звуковой материи – фольклорными, джазовыми, роковыми и симфоническими.
– Для нас крайне важно ещё и то, что мы поем с тем, с кем хотим петь, – заметил о существенном нюансе художественный руководитель коллектива.
– Хотя мы объехали весь свет, – сказал Аян Ширижик, напомнив корабельщиков из пушкинской сказки о царе Салтане. – Мы не были только в Австралии, Африке и Антарктиде.
И в этих кругосветных путешествиях тувинское трио делило сцену с удивительным околоджазовым оркестром San Ra – в Филадельфии в зале «Ротонда», как и с группой The Flecktones под началом мульти-инструменталиста Белы Флека, записав на лейбле Rounder Records совместный альбом Jingle All the Way, удостоенный в 2009-м году премии Grammy («Грэмми» в номинации «Лучший поп-инструментальный альбом», занявший первое место в чарте Top Contemporary Jazz).
Этот диск стал попурри со свежим прочтением закостенелых рождественских мелодий и тем самым вызвал интерес у меломанов во всем христианском мире.
– Потому как рождественская музыка заложена в ДНК каждого христианина, – предположил лидер The Flecktones Бела Антон Леош Флек, отец которого назвал сына в честь трех своих кумиров в музыке – Белы Бартока, Антона Веберна и Леоша Яначека.
– С музыкантами из оркестра San Ra мы познакомились ещё в начале этого века на музыкальном фестивале в Швейцарии, который проходил в крохотной деревне, – детализировал сюжет Бады-Доржу Ондар. – До сих пор мы поддерживаем дружеские связи и когда бываем в Филадельфии, то обязательно стараемся повстречаться. Как и с близким другом Конгар-оол Ондара виртуозом банджо Белой Флеком. Все это ещё раз показывает и доказывает, что для музыки границ не существует. Как и языковых барьеров…
Эдиски дег боостаамны
Между прочим, музыканты трио «Алаш» не очень любят называть их искусство горловым пением.
– Лучше обертонным, – деликатно уточнил со сцены Аян Ширижик, который обеспечил немногословный, но искренний конферанс ижевского концерта. – Потому что в любом стиле пения вокалисты поют горлом…
– Эдиски дег боостаамны, – эту фразу тувинских уважаемых хоомейжи можно перевести на русский язык в поэтическом сочетании – «Словно свирель мое горло».
И это горло, выдувая воздух, способно создавать звуковые вибрации, меняя высоту тонов и определяя тембр и другие качественные характеристики звука, превращая его порой, падая вниз, в глубинный голос Земли, или взывая вверх в хрустальный свист…
Лидер с позитивным энергетическим потоком
Ещё одной незабываемой историей для музыкантов трио «Алаш» (название группы происходит от имени одной из речек), связанной с регулярными визитами в Северную Америку, оказалась встреча с духовным лидером всех приверженцев тибетского буддизма Далай-ламой XIV, которому минувшем летом исполнилось 90 земных лет.
– Когда в 1992 году Далай-лама XIV приезжал к нам в Туву, подойти к нему мы не смогли, потому что были слишком малы. Но зато спустя много лет получилось так, что он сам подошел к нам, – эта преамбула к знаковому эпизоду от Бады-Доржу Ондара в реальности интриговала. – Осенью 2014 года мы гастролировали в США и когда были в Бостоне, то организаторы конференции «Меняющие мир к лучшему: беседы с Его Святейшеством Далай-ламой» (конференцию проводил Центр этики и преобразующих ценностей Далай-ламы – здесь и далеё прим. авт.) пригласили нас в соседний университетский городок Кембридж выступить с концертом в Массачусетском технологическом институте. При этом они предупредили заранее: «Когда Далай-лама XIV войдёт в зал, вам вместе со всеми надо будет встать» – «Хорошо!» – ответили мы. Играем мы и поем, значит, нашу музыку, и вдруг видим, что все зрители соскочили со своих мест. А нам как быть?! Если встанем, то музыка прервется. Начали спрашивать у устроителей мероприятия: «Что делать?! Тоже вставать?!» – «Да, да, давайте вставайте!» – они закивали головами. Но встать мы не успели, потому что Далай-лама XIV (или Нгагванг Ловзанг Тэнцзин Гьямцхо, получивший при рождении имя Лхамо Дхондруб, а позже признанный перевоплощением– реинкарнацией Далай–лама V – «Великого Пятого») сам успел подойти к сцене и жестом своими руками показал нам: «Сидите, сидите, играйте». А когда мы допели свою песню Далай-лама XIV подошёл близко к нам, посмотрел на Аян-оол Сама, улыбнулся и… игриво подергал его за бородку. И я должен сказать, что знающие люди не зря говорят о сильной энергетике этого человека – когда он вошёл в зал и особенно когда подошёл к нам вплотную, то мы на себе ощутили этот мощный положительный энергетический поток.
«Ридду-Ридду» – голос крепнущего ветра
Как вы уже уяснили, в укреплении творческих и человеческих связей музыканты «Алаш» смотрят во стороны света. И Нового, и Старого. Поэтому они не могли не выйти на орбиту крупнейшего события «Ридду-Ридду» (Riddu-Riddu – переводится как крепнущий ветер с моря или в иной версии, как небольшой шторм у побережья моря), которое с начала 90-х ежегодно проводится тоже в Северной, но не Америке, а Норвегии.
Сначала как фестиваль этнической музыки, а потом как крупнейший международный культурный форум коренных народов планеты.
– Впервые мы попали на «Ридду-Ридду» ещё студентами, когда набирались знаний и практик в музыкальном училище в Кызыле. А вскоре нас – уже как ансамбль «Алаш» – снова пригласили выступить на этом фестивале, где помимо музыки свои работы демонстрируют мастера декоративно-прикладного искусства. Например, в резьбе по дереву или по кости, – в своей речи основательный Бады-Доржу Ондар аккуратно всё раскладывал по полочкам. – Причём норвежские хозяева фестиваля, которые чуть раньше купили тувинскую юрту, попросили нас привезти с оказией эту покупку. Ну, мы, конечно, согласились, и перед поездкой разобрали традиционное тувинское жилище, упаковав его компактно и удобно для перевозки. Сначала нашу юрту везли из Тувы на грузовичке до Абакана. Потом погрузили на товарный поезд до Москвы, после доставили по железной дороге в Питер, а там мы перенесли юрту в автобус и прямо с ней выехали на норвежский Север. Привезли её, собрали и играли в ней концерты, давали мастер-классы, а в один из дней решили приготовить фирменное блюдо из национальной тувинской кухни…
– …какое? очень интересно! – монолог нашего доброго друга впервые прервал обозреватель Удмуртской филармонии, который за шесть лет до этого благодаря американцу Шону Куирку – менеджеру трио «Алаш» в зарубежных турне – запомнил наизусть названия нескольких кулинарных тувинских хитов.
– Даже из одного барана можно сделать очень много вкуснейших блюд и из них надо обязательно попробовать горячую кровяную колбасу – изиг-хан, согожу – баранью печень, завернутую в висцеральный жир и поджаренную на горящих углях. Как и молочные продукты. Это и молочный алкоголь арага и традиционный напиток тувинцев суттуг шай – это чай с молоком и с солью. Причём у этого напитка есть одна удивительная особенность – зимой он умеёт согревать, а летом тонизировать. Я назвал бы этот чай оригинальным и универсальным спортивным напитком, – говорил в ноябре 2019 года мистер Куирк.
– Недолго думая, мы решили приготовить изиг-хан и согожу, а кто-то из телевизионщиков снимал на видео наш кулинарный процесс. Приготовили, угостили всех желающих, и наши блюда им понравились. И только когда мы возвратились домой – в Туву, то узнали, что в Норвегии было запрещёно резать животных, а этот сюжет у них показали по телевидению, – усмехнулся уважаемый хоомейжи и прекрасный рассказчик.
– В итоге всё обошлось для вас без последствий? Ведь хваленая европейская политика мультикультурности должна была понимать и принимать реалии, когда происходит соприкосновение культурных традиций.
– Считайте, что обошлось, потому что пять лет назад нас опять приглашали на «Ридду-Ридду». Ну а коли пригласили, значит, простили, – рассмеялся Бады-Доржу Ондар.
В постоянном движении вперёд
– Интересно, а что такое артисты из Тувы говорят на сцене после каждой своей чудесной песни? – филармонический журналист услышал зрительский шепоток и повторил этот вопрос перед расставанием с симпатичными соотечественниками.
– Мы говорим: «Шу!», или «Шуде!» Тувинцы произносят эти слова, когда садятся верхом на лошадь, и хотят, чтобы она пошла быстрей, – охотно пояснил идейный вдохновитель трио «Алаш». – Это все равно что по-русски «но, пошла!»
– А как в таком случае по-тувински прозвучит приказная команда «тррр», чтобы лошадь остановилась? – справедливо полюбопытствовал интервьюер.
– А «тррр» у нас нет! У нас есть только «шу» – что означает двигайся только вперед! – сказал Бады-Доржу Ондар.
Текст: Александр Поскребышев;
Фото: Руслан Хисамутдинов.