Актуально: Ленин и Сталин о профсоюзах

Об организующей роли профсоюзов в революции рабочего класса

Как известно, Англия является родиной профсоюзов. Ещё все могут с определённой уверенностью констатировать следующий факт: сегодня в России профсоюзное движение находится в скверном состоянии. Не то, чтобы они запрещены или их нет. Но есть ли от них историческая польза? Можно ли вообще ставить вопрос об исторической пользе профсоюзов?

Подумаешь, какое-то там профсоюзное движение и претендует вдруг на историческую роль! Занимают свою определённую нишу в обществе и государстве — вот и славно. Хотя бы так. А то и вовсе на многих предприятиях в России отсутствуют профсоюзы, а большинство зарегистрированных изображает формальное существование.

Но с таким мнением позвольте не согласиться. Марксисты, а именно российские коммунисты под руководством Ленина и Сталина, развили и воплотили в жизни учение Маркса о революционной роли профсоюзов.

Россия поэтому является родиной профсоюзов, которые довели свою борьбу до победы социализма. И это нечто другое, совсем не то, что мы знаем о профсоюзах Англии 19 века, да и тем более о современных российских профсоюзах.

Имея под рукой сборник статей Ленина и Сталина на профсоюзную тему, можно отметить основные моменты учения о профсоюзах, а также посмотреть как они исторически развивались под влиянием этого учения и попробовать сделать, возможно дискуссионные, выводы на будущее.

1. Ленин. Из статьи «Карл Маркс», «Тактика классовой борьбы пролетариата»

Основную задачу тактики пролетариата Маркс определял в строгом соответствии со всеми посылками своего материалистически-диалектического миросозерцания. Лишь объективный учет всей совокупности взаимоотношений всех без исключения классов данного общества, а, следовательно, и учет объективной ступени развития этого общества и учет взаимоотношений между ним и другими обществами может служить опорой правильной тактики передового класса ... «20 лет равняются одному дню в великих исторических развитиях, — писал Маркс Энгельсу, — хотя впоследствии могут наступить такие дни, в которых сосредоточивается по 20 лет».

Два рассуждения Маркса особенно важны, в данном вопросе, одно из «Нищеты философии» по поводу экономической борьбы и экономических организаций пролетариата, другое из «Коммунистического Манифеста» по поводу политических задач его.

Первое гласит: «Крупная промышленность скопляет в одном месте массу неизвестных друг другу людей. Конкуренция раскалывает их интересы. Но охрана заработной платы, этот общий интерес по отношению к их хозяину, объединяет их одной общей идеей сопротивления, коалиции... Коалиции, в начале изолированные, формируются в группы, и охрана рабочими их союзов против постоянно объединенного капитала становится для них более необходимой, чем охрана заработной платы... В этой борьбе — настоящей гражданской войне — объединяются и развиваются все элементы для грядущей битвы. Достигши этого пункта, коалиция принимает политический характер». Здесь перед нами программа и тактика экономической борьбы и профессионального движения на несколько десятилетий, для всей долгой эпохи подготовки сил пролетариата «для грядущей битвы».

Второе:

«Коммунистический Манифест» о тактике политической борьбы выдвинул основное положение марксизма: «коммунисты борются во имя ближайших целей и интересов рабочего класса, но в то же время они отстаивают и будущность движения»… В знаменитом обращении Интернационала от 9 сент. 1870 г. Маркс предупреждал французский пролетариат против несвоевременного восстания, но, когда оно все же наступило (1871 г.), Маркс с восторгом приветствовал революционную инициативу масс, «штурмовавших небо» (письмо Маркса к Кугельману). Поражение революционного выступления в этой ситуации, как и во многих других, было с точки зрения диалектического, материализма Маркса меньшим злом в общем ходе и исходе пролетарской борьбы; чем отказ от занятой позиции, сдача без боя: такая сдача деморализовала бы пролетариат, подрезала бы его способность к борьбе.

Вывод: экономическая борьба профсоюзов находится в тесной связи с политической борьбой всего рабочего класса за социализм, одно неизбежно перетекает в другое, взаимно связаны оба вида борьбы, и именно коммунисты являются тем связующим звеном между экономической борьбой рабочих и их политической борьбой. Коммунисты не пренебрегают экономической борьбой, вообще не должны пренебрегать активной работой во имя будущего в период «черепашьего» развития и политического застоя. Наоборот, нужно всегда помнить о конечной цели — о «великих днях, равных 20 годам».

Сегодня же в России коммунисты подчас ждут «самопробуждения» рабочего класса, подчас забывают о своей исторической миссии по организации профсоюзного движения в соответствии с марксистским учением.

2. Ленин. Из книги „Что делать?" II. Стихийность масс и сознательность социал-демократии.

…до сих пор, кажется, еще никто не сомневался в том, что сила современного движения — пробуждение масс (и, главным образом, промышленного пролетариата), а слабость его — недостаток сознательности и инициативности руководителей-революционеров.

Без инициативности коммунистов по руководству стихийным движением рабочего класса — рабочее движение и останется слабым, обречено на слабость. Вот основная мысль Ленина в его работе «Что делать?»

А в наши дни слабость рабочего движения, которая рисуется подчас многими коммунистическими активистами в виде отсутствия элементарного пробуждения — а это не что иное, как всё та же стихийность рабочего движения, — слабость эта обусловлена недостатком сознательности и инициативности руководителей-революционеров.

Не коммунистическое движение ныне слабо якобы по причине слабости рабочего движения. Наоборот, коммунисты ещё не глубоко уяснили связь экономической, «черепашьей», борьбы с политической. Ещё не глубоко погрузились в профсоюзную работу, которая сулит при диалектическом, марксистском подходе то самое политическое пробуждение.

Вот как Ленин анализирует схожий с сегодняшним стихийный период конца 19 века:

Если бунты были восстанием просто угнетенных людей, то систематические стачки выражали уже собой зачатки классовой борьбы, но именно только зачатки. Взятые сами по себе, эти стачки были борьбой трэд-юнионистской, но еще не социал-демократической, они знаменовали пробуждение антагонизма рабочих и хозяев, но у рабочих не было, да и быть не могло сознания непримиримой противоположности их интересов всему современному политическому и общественному строю, то есть сознания социал-демократического. В этом смысле, стачки 90-х годов, несмотря на громадный прогресс по сравнению с «бунтами», оставались движением чисто стихийным…

История всех стран свидетельствует, что исключительно своими собственными силами рабочий класс в состоянии выработать лишь сознание трэд-юнионистское, т. е. убеждение в необходимости объединяться в союзы, вести борьбу с хозяевами, добиваться от правительства издания тех или иных необходимых для рабочих законов и т. п.

Следовательно, это тот потенциальный максимум, который может дать стихийное движение, без влияния коммунистов. А может и не дать. И не даст в современной России. Уже 30 лет, как не дало. Потому, как профсоюзное движение России с момента контрреволюции находится в руках лютых изменников рабочего класса, в руках последователей польской «Солидарности» — ударной силы капиталистов всего мира по свержению диктатуры пролетариата. Эти деятели пришли к руководству с лозунгом «Профсоюзы без коммунистов!» Они обеспечивают в профсоюзах безраздельное руководство со стороны государства буржуазии.

Профсоюзы сами по себе не существуют исторически долго: с начала 20 века они либо в руках коммунистов — либо в «других» руках. Оттого ждать «самопробуждения» рабочих профсоюзов в России наивно. «Как в Европах» с их развитым забастовочным движением у нас не получится без инициативы коммунистов. Это там, в сытых странах первого мира, рабочим дозволяют «шуметь» самостоятельно, не дожидаясь жертвенного подвижничества коммунистов.

Предельно ясно об этом и говорит далее Ленин:

…вопрос стоит только так: буржуазная или социалистическая идеология. Середины тут нет (ибо никакой «третьей» идеологии не выработало человечество, да и вообще в обществе, раздираемом классовыми противоречиями, и не может быть никогда вне-классовой или над-классовой идеологии). Поэтому всякое умаление социалистической идеологии, всякое отстранение от нее означает тем самым усиление идеологии буржуазной. Толкуют о стихийности. Но стихийное развитие рабочего движения идет именно к подчинению его буржуазной идеологии, … ибо стихийное рабочее движение есть трэд-юнионизм, а трэд-юнионизм означает как раз идейное порабощение рабочих буржуазией. Поэтому наша задача, задача социал-демократии, состоит в борьбе с стихийностью, состоит в том, чтобы совлечь рабочее движение с этого стихийного стремления трэд-юнионизма под крылышко буржуазии и привлечь его под крылышко революционной социал- демократии … наше движение действительно находится в младенческом состоянии, и для того, чтобы скорее возмужать, оно должно именно заразиться нетерпимостью по отношению к людям, задерживающим его рост своим преклонением пред стихийностью.

Что это, как не преклонение перед стихийностью: произносить упрёк в адрес современных рабочих в их слабости и использовать его для оправдания 30 лет застоя в коммунистическом движении?

Ленин в наиболее сжатом виде очерчивает работу партии в профсоюзах так:

Организации рабочих для экономической борьбы должны быть профессиональными организациями. Всякий социал-демократ-рабочий должен по мере возможности оказывать содействие и активно работать в этих организациях. Это так. Но вовсе не в наших интересах требовать, чтобы членами «цеховых» союзов могли быть только социал-демократы: это сузило бы размеры нашего влияния на массу. Пусть в цеховом союзе участвует всякий рабочий, понимающий необходимость объединения для борьбы с хозяевами и с правительством. Самая цель цеховых союзов была бы недостижима, если бы эти цеховые союзы не были бы очень широкими организациями. И чем шире эти организации, тем шире будет и наше влияние на них, влияние, оказываемое не только «стихийным» развитием экономической борьбы, но и прямым, сознательным воздействием социалистических членов союза на товарищей…

3. Сталин. Из статьи „Профессиональные союзы в Тифлисе".

Нас — авторов статьи — могут упрекнуть. Мол, вы хотите, чтобы профсоюзы были «красными», партийными. Ясное дело, что такая крайность недопустима, о чём писал и Сталин в 1906 г.:

Тогда как все фабриканты объединяются, независимо от их политических убеждений, в один союз, дашнакцаканы нам советуют разбиться на отдельные группы и этим подорвать наше единство... Дело в том, что партийные профессиональные союзы вырывают яму между сознательными и несознательными рабочими. Все знают, что имеются такие рабочие, которые ни к какой партии не принадлежат... Разве не нужно привлечь их? И вот вместо того, чтобы привлечь и их, дашнакцаканы закрывают им двери профессиональных союзов, отпугивают их, ломают мост между сознательными и несознательными рабочими и тем самым значительно обессиливают рабочее единство»

Мы лишь предлагаем коммунистам активно работать в профсоюзах. Работать не разрозненно, а организованно и планомерно. Так работать, чтобы и беспартийные члены профсоюзов сами осознали авторитет нашей партии в деле руководства профсоюзной борьбой.

Стоит напомнить также, что сам Сталин и закавказские большевики не чурались экономической борьбы в трудовых коллективах.

4. Ленин. Письмо С.И. Гусеву. 13.Х.05.

В октябре 1905 года — в обстановке наивысшего подъёма первой русской революции — возникают профсоюзы в России.

По моему, вообще говоря, надо беречься преувеличения борьбы с меньшевиками в этом вопросе. Теперь, вероятно, как раз начнут скоро возникать профессиональные союзы. Надо не сторониться и пуще всего не давать повода думать, что надо сторониться, а стремиться участвовать, влиять и т. д. Ведь есть особый слой рабочих, пожилых, семейных, которые страшно мало дадут в политической борьбе теперь, но очень много в профессиональной. Надо этот слой использовать, направляя лишь его шаги в этой области. Российской социал-демократии важно в самом начале взять верную ноту о профессиональных союзах, сразу создать традицию социал-демократического почина по этой части, социал-демократического участия, социал-демократического руководства. Конечно, сил на практике может не хватить, но это уже совсем другой вопрос, да и то сказать: если уметь использовать все разнообразные силы, то всегда найдутся и для профессиональных союзов.

Такова миссия коммунистов — миссия почина по руководству профсоюзами.

5. Ленин. «Нейтральность профессиональных союзов».

Говорят — и Плеханов особенно напирает на это, — что нейтральность нужна для объединения всех рабочих, приходящих к мысли о необходимости улучшить свое материальное положение. Но говорящие это забывают, что современная ступень развития классовых противоречий неизбежно и неминуемо вносит «политические разногласия» даже в вопрос о том, каким образом следует добиваться этого улучшения в пределах современного общества. Теория нейтральности союзов в отличие от теории о необходимости тесной связи их с революционной социал-демократией ведет неминуемо к предпочтению таких средств этого улучшения, которые означают притупление классовой борьбы пролетариата.

Штутгардский конгресс 2 Интернационала в августе 1907 г. отверг теорию нейтральности профсоюзов.

6. Ленин. «Экономическая и политическая стачка».

…русские рабочие впервые в мире развили такую массовую стачечную борьбу, которую мы видели в 1905—1907 годах… Каково же было соотношение экономической стачки в ту эпоху? Правительственная статистика дает на это следующий ответ:

Число стачечников в тысячах: ------1905 ------1906------1907

в экономич. стачках -----------------1.439------ 458------ 200

в политич. стачках.------------------1.424------650------540

Всего --------------------------------2.863------1 108------740

Отсюда видна тесная и неразрывная связь обоих видов стачек. Самый высокий подъем движения (1905 г.) отличается наиболее широкой экономической основой борьбы: политическая стачка в этом году покоится на прочной и солидной базе экономической стачки. Число экономических стачечников выше числа политических.

По мере упадка движения, в 1906 и в 1907 г.г., мы видим ослабление экономической базы: число экономических стачечников падает до 4/10 всего числа стачечников в 1906 г. и до 3/10 в 1907 году. Политическая и экономическая стачки, следовательно, взаимно поддерживают друг друга, составляя источник силы одна для другой. Без тесной связи этих видов стачки движение, действительно широкое, массовое,—и притом получающее общенародное значение, — невозможно. В начале движения нередко экономическая стачка обладает свойством будить и шевелить отсталых, обобщать движение, поднимать его на высшую ступень.

Так поможем же рабочим в организации экономической борьбы. Именно наша помощь этому делу сулит пробуждение.

Это длительная, кропотливая, чёрная работа, требующая физических и моральных затрат, с чем придётся столкнуться, выходя на связь с трудовыми коллективами. Разумеется, эта работа совсем не то, чем заняты левые блогеры.

Дзержинский в 1897 году писал, что «Мы не знаем даже, что происходит на другом предприятии того же города, и поэтому не можем ни поддерживать своих братьев в борьбе, ни побуждать к ней. Цель газеты и заключается в том, чтобы прежде всего рассмотреть наше собственное положение, каково оно на различных предприятиях и как мы можем друг другу помогать, а затем показать, как борются наши товарищи в других городах и за границей, одним словом, цель газеты состоит в том, чтобы нам легче было разбираться в нашей борьбе и помогать друг другу».

Если слово газета заменить на слово видеоролик, то это будет технически современно. Но главное в другом: нужно существенно изменить содержание агитационных материалов, нацелить их на профсоюзную борьбу. А сделать это разрозненные блогеры, не объединённые в партию, не смогут. Только партии коммунистов это под силу — внести сознательность в стихийное движение рабочих.

Доклад, материалы которого использованы в этой статье, был рассмотрен на марксистском кружке «Трудового Нижнего Новгорода».