Никто не видит

Шаг назад и выпад. Вороны наблюдали за тобой сидя на шпилях башен цитадели. Они знают, что за ловкими движениями твоих ног, сильными взмахами меча и глухими ударами о манекенов нельзя спрятать то, что не видит никто, но знают все.

Красивый завиток, печать в углу — Архонт одобрил соглашение, которое так внимательно вычитывал, но пергамент знает то, как бьётся сердце. Волнение? Нет, ты хладен пока закрываешь глаза, но беспокойны сны твои с того самого момента, о котором знают все, но не видел никто. Свидетели уже мертвы, но ты остался жить.

Яркие тёплые краски летом на веранде, прохладное вино и диалог со старым другом, наставником и тем, кто видел, слышал и даже знает, но всё равно помогает. За неосторожными багровыми пятнами не спрятать раздумья, однако старания твои велики, как и желание забыть.

Праздник и яркое синее платье кружит голову в танце. Ты знаешь то, что не говорит она, а ты делаешь вид, словно никогда не думал о светлых волосах до бёдер, что остались в памяти. Сейчас ты видишь только солнце с шестнадцатью лучами, приятные прикосновения и пытаешься не ранить, а защитить её.

Глубокий вдох. Морозный воздух пробирает лёгкие всё реже, на гору подниматься меньше смысла, ведь реже даёшь слабину. Никто не видит и никто не знает, а ты хочешь ликовать, ведь в очередной раз превозмогаешь боль. Но стоит ли это праздника, если этого никто не замечает, а ты пытаешься это забыть?

Низкий поклон и магические лампады горят ярче светоча ночи. Корона, что кровавой нитью связывает тебя, видела двух королей, но оба использовали тебя. Теперь вы делаете вид, что не знаете о твоей проблеме. Светские приёмы не должны омрачаться болью ветерана.

Громкие пафосные речи — лишь вечер замечает, как сияют сердца всех, но твоё лишь тлеет, да так, что способно раздуться в пламя вечного огня лишь шепни ветер. Люди завороженно смотрят на представление, они не могут обратить внимание на то, что скрыто, хотя и вовсе в этом не нуждаются.

Ты радуешься жизни.

Она идёт, а ты вместе с ней.

Вино, сладости, женщины, кровать и сон…

Но каково с открытыми глазами не замечать мир?

Птицы, травы, деревья и светочи богов — это жизнь.

Гнёт, эмоции и боль — это мир, который видишь ты в других, взмахивая мечом, распивая вино, кланяясь этикета ради…

Но что на твоих плечах? Этого никто не видит, но все знают

Знают ли они всю правду? Разумеется нет.

Они изумрудному пламени поют баллады,

но никто не хочется обжигаться об него.