Революционный подход ФК Нордшелланд, Дания

1 января 2020 г., автор Давид Гарсия, источник

Луис Льопис, ныне тренер вратарей Реал Сосьедад, а ранее голкипер Реал Мадрид, сказал: «Нордшелланд сильно напоминает мне Барсу, особенно по игровой модели, их подходу к игре и работе с академией.» Это серьезный комплимент от того, кто знаком со стилем Барсы не понаслышке.

И он прав, есть много общего между датским клубом и каталонцами, особенно во времена, когда легендарная академия Барсы Ла Масия поставляла бесчисленное количество талантов для первой команды, таких как Иньеста, Бускетс, Пике, Месси, Хави и многих других.

Фактически, в 2012 Барселона сотворила историю, когда весь стартовый состав в игре с Леванте был из выпускников Ла Масии. Это редкость, но именно к этому идет Нордшелланд с тех пор, как Флемминг Педерсен, нынешний главный тренер и бывший спортивный директор, присоединился к датчанам в 2006 году.

И они не так далеки от этих невероятных процентов. В 2017 году 19 из 29 игроков в заявке как минимум 3 года обучались в академии. Для первой команды всего было подготовлено 40 игроков 1992-2000 годов рождения. Это невероятная статистика для любого клуба, а особенно такого размера, как Нордшелланд.

Удивительно также и то, что Нордшелланд является самой молодой командой в Европе со средним возрастом игроков 22,4 года. Всё это время не вылетая из национальной высшей лиги. Не опускаясь ниже 6 места в последние 4 года.

Как они добиваются таких успехов? Я пообщался с Флеммингом Педерсеном, главным тренером команды, чтобы выяснить это.

Давид: Я хотел бы начать с вашего карьерного пути, который поможет нам понять ваши истоки. Я узнал, что вы начали тренировать очень рано, в 18 лет. Как это случилось?

Флемминг: Это произошло незапланированно. Я был в числе лучших игроков U18 Дании, пока не осознал, что у меня не хватит способностей шагнуть дальше. Я начал заниматься футболом довольно поздно и попал из любительской в профессиональную среду только в 16. Так что мое тело не было готово к такому уровню. Поэтому в 1982 году я решил стать тренером и начал работать ассистентом тренера в команде моего брата, который на 8,5 лет младше меня.

Давид: Большинство тренеров, особенно на высшем уровне, вероятно, не начинают тренерскую карьеру до окончания игровой, лет в 30. Дал ли вам какие-то преимущества ваш ранний старт?

Флемминг: Определенно. Когда ты играешь, то о многих деталях игры не задумываешься, а больше озабочен собой и своим развитием. Но когда оказываешься по другую сторону в качестве тренера, то начинаешь воспринимать игру более целостно. По моему опыту, для профессионального игрока было бы очень полезным получать и тренерское образование. У меня в ассистентах были несколько очень опытных профессиональных игроков, которые часто говорили: «Вау, почему я не знал об этом раньше, когда играл? Если бы я знал, я играл бы гораздо лучше.»

Вот почему, когда мы говорим о развитии игроков, то говорим об ответственности тренера за обучение пониманию игры. И именно поэтому мы добились успеха, потому что учим не только играть, но и понимать игру. Большинство игроков у нас получают тренерское образование. Это очень важный момент, который многие клубы упускают.

Д: Вы считаете, именно это отличает Нордшелланд от других академий?

Ф: Одна из нескольких вещей. Есть и другие, которые отличают нас от нормальных академий.

Д: Отлично, тогда перейдем к обсуждению академии Нордшелланда и вашим начинаниям в ней. Или они существовали и до вас? В различных интервью вы говорили, что пытаетесь за 10-12 лет проводить такую подготовку, которая в других академиях занимает 16 лет. Верно?

Ф: Да, мы обучаем их 10-12 лет, прежде чем продавать. Но продаем не раньше, чем они перейдут в профессиональный футбол, так как в Нордшелланде это происходит через 7-8 лет обучения. Через 7-8 лет в академии они уже готовы к переходу в первую команду. Они проводят в ней 2-4 года и переходят в более крупные клубы Европы. Но наша цель в том, чтобы в 21 год они играли в нашей Суперлиге настолько хорошо, как если бы им было уже 27. Вот в чем суть моих высказываний.

Д: Это очень важный момент. Как именно вы форсируете процесс? Может, не в деталях, а в общих чертах, что такого особенного делает Нордшелланд в долгосрочном развитии игроков, что позволяет ускорить процесс?

Ф: Прежде всего, мы должны определить, в какую игру мы хотим играть. И конечно, в основном это относится к стилю игры. Игра очень многообразна, и если вы хотите обучить игрока, то не сможете научить его вообще всему. Так что нужно определиться с контекстом. Какой этот контекст? То есть, в какой тип футбола вы хотите играть?

В Нордшелланде мы анализируем развитие футбола. И если мы хотим воспитывать игроков высочайшего уровня, то и футбол мы изучаем только высочайшего уровня, например, Лиги Чемпионов. Так что мы смотрим игры ЛЧ и формируем свой стиль исходя из тезиса «чтобы победить, нужно больше забить».

Многие клубы формируют свой стиль от обороны. По нашему мнению, это неправильно. Как именно мы хотим забивать больше? Нам известно, что 85% всех голов забиваются из зоны перед воротами. Мы также понимаем, что развитие игры происходит по мере продвижения ближе к воротам, где появляется больше возможностей забить. Итак, как же нам создавать эти возможности? Из каких зон должны идти ассисты? Как нам войти в зоны ассистов и так далее…

Так что мы сокращаем сложность игры [игровых активностей] таким образом, чтобы не тренировать всё разнообразие ситуаций, а только те, которые мы выбрали наиболее важными. Сначала мы делаем игру простой. А затем постепенно усложняем снова. Так что в сфере развития принятия решений есть много над чем работать. Игра в футбол — это постоянное принятие решений. Чем больше возникает обстоятельств, тем дольше игрок решает. Так что для повышения скорости и качества решений мы сокращаем обстоятельства [в игровых активностях].

Д: Вернемся к стилю игры. Вопрос, который меня всегда волновал, не слишком ли сильно вы ограничиваете игроков стилем игры? И есть ли игроки, которые не вписываются в стиль?

Ф: Да, всегда будет риск этого, но надо делать выбор. Есть определенный тип игроков, которые не впишутся в наш стиль. Так, например, некоторые игроки могут быть хороши в единоборствах, но мало перемещаются по полю — они не впишутся в стиль. Им придется искать другой клуб, под чей стиль они подойдут. Самый главный нюанс в том, что ограничивать игроков — выгодно, потому что тогда у вас есть понятная система, а без понятной системы очень сложно развивать креативность.

Д: Хорошее замечание про креативность. Оно кажется нелогичным, но от вас звучит логично. Вы видите процесс иначе: когда игрок ограничен определенными обстоятельствами, он вынужден проявлять творческий подход к решению проблемы. Нелогичным это выглядит потому, что, кажется, для проявления креативности игроку нужно больше выбора. Но с точки зрения широты выбора ему тогда не требуется усердно искать решение и работать над ним. Правильно?

Ф: Точно. Был ряд исследований, например, в США о продаже кетчупа. Люди покупали больше кетчупа в том магазине, где был выбор из 3 видов, чем в том, где продавалось 5 видов. Когда у людей был слишком широкий выбор, они чаще решали не покупать кетчуп вовсе.

Д: Футбол можно сравнить с кетчупом?

Ф: Да, можно. Поэтому когда игроки еще молодые, мы даем им активности с двумя-тремя вариантами решений, чтобы они выполнили необходимый объем повторений. Как и везде в жизни, чтобы что-то улучшить, нужны повторения. Так что когда у вас 20 вариантов решений, то за час вы можете повторить их лишь 1-2 раза, и это пустая трата времени.

Д: Я уточню, чтобы все поняли правильно, под «повторениями» вы имеете в виду повторения игровых ситуаций, а не повторения в технических упражнениях?

Ф: Да! Да! Я говорю именно об игре в футбол. Например, о формате 5х5, где вы упрощаете игру. Там произойдет множество одинаковых ситуаций и игроки будут прогрессировать.

Д: Вы много говорили о молодёжи. Вы стремитесь развивать стиль игры на высочайшем уровне, вы сравниваете себя с командами Лиги Чемпионов. Как вы переносите это на уровень 12-13 летних игроков? С какого возраста начинается обучение в Нордшелланде?

Ф: Мы начинаем с 10-11 лет.

Д: Супер. Тогда обсудим 10-11-летних игроков. Как перенести на них стиль игры? Их можно научить лишь чему-то, но явно не всему.

Ф: Первое — это принятие решений. Мы учим их решать проблемы в игре конструктивно. Например, если вы под прессингом, есть множество решений кроме выбивания мяча в аут. Финт телом, финт мячом, разворот Кройффа, всё что угодно, кроме выбивания мяча. Это первый и самый важный этап. И мы даем игрокам фидбек, но он никогда не относится к результату действия, а только к намерениям.

Д: Очевидно, что такой подход требует высокой квалификации тренеров, чтобы правильно интерпретировать намерения игроков?

Ф: Да, это так. А также требует хороших отношений между игроками и тренером.

Д: Тогда такой вопрос. Когда мы оцениваем намерения действий, а не их результат, это значит, что мы оцениваем потенциал игрока, а не его перформанс. Ведь это очень просто, выбрать самых эффективных игроков в возрастной группе, а не самых перспективных, которые, возможно, также имеют правильные намерения, но еще не готовы к этим действиям физически или еще не развили нужный уровень навыков, и поэтому результат их действий не успешен. Об этом ли вы говорите? Потенциал против перформанса? Перформанс в ближайшей игре против потенциала в долгосрочной перспективе?

Ф: Да, мы всегда имеем в виду только потенциал. И вы совершенно правы в том, что, если тренер не способен видеть намерения игроков, а видит только результат, он плохой наставник. Потому что нас интересует только потенциал. Даже в первой команде, где больше половины игроков у нас 17-19 лет, это всё еще развитие потенциала. Конечно, от них уже требуется перформанс на играх, но на потенциале мы фокусируемся больше.

Д: Трудно ли подбирать тренерский персонал, чтобы применять такую методологию?

Ф: Чрезвычайно трудно. Во-первых, когда мы нанимаем тренера, он должен в высшей степени любить игру и очень, очень сильно посвящать себя именно развитию игроков. И если у него есть эта страсть, мы принимаем его в свою среду на испытательный срок, когда он работает 3-6 месяцев без оплаты и доказывает свой потенциал. После этого он сначала становится ассистентом тренера, а потом главным тренером команды.

Д: Когда речь идет о потенциале против перформанса, можно ли сказать, что эго тренера может мешать долгосрочной работе над развитием игрока?

Ф: Да, согласен.

Д: Как бы вы посоветовали тренерам изменить мышление, чтобы успешнее работать с 10-12-летними игроками?

Ф: У нас есть своя образовательная программа. У нас также проходят тренерские встречи каждые 14 дней, где в течение полутора часов обсуждаются определенные темы. Например, о том, как тренер должен вести себя на бровке во время игры. Затем мы оцениваем друг друга и обсуждаем эти оценки. Всё это важная часть развития наших тренеров, такой фидбек позволяет им сделать друг друга лучше.

Д: Это очень грамотно.

Ф: Это возможно, только если у вас есть четкая система, стиль игры, поведенческая структура, основанные на ценностях вашего клуба. Потому что когда у вас есть всё это, то намного проще работать.

Д: Я думаю, всё это говорит о том, что при отсутствии у клуба стиля игры, чёткого видения, работа тренеров и игроков не может быть целенаправленной. То же самое, как тренировать всё сразу и при этом не тренировать ничего конкретно или как не тренироваться совсем.

Ф: Совершенно точно.

Д: Насколько важна последовательность во всех сферах, включая и развитие тренеров, и развитие игроков по всем возрастам? И как вы поддерживаете такую последовательность?

Ф: Да, мы поддерживаем последовательность, пытаясь сохранить тренерский персонал, развивая тренеров, создавая среду, в которой они хотят остаться работать с нами. Мы всегда досконально прорабатываем наш игровой стиль. Потому что когда мы думаем об академии, мы должны думать на 5 лет вперед, так как через 5 лет футбол станет еще быстрее. Поэтому нам нужно развивать у игроков способности, которые будут актуальны и через 5 лет.

Д: Насколько это сложно?

Ф: Это не так сложно, если ты постоянно и досконально работаешь над изучением и анализом игр, а я имею в виду игры Лиги Чемпионов. Я выискиваю ситуации, которые повторяются снова и снова… Интересно изучать, как команды справляются с теми ситуациями, с которыми не могли справиться в предыдущих сезонах…

Д: Интересный момент. Очевидно, что изучение игроков самого высокого уровня дает понимание, каким будет футбол будущего. Но я вдруг подумал, что зачастую мы готовим игроков к той игре, которая существует сейчас. А когда они закончат обучение, то практически будут лет на 5 позади того футбола будущего.

Ф: Вот об этом я и говорю!

Д: И правда! Никогда не думал в таком ключе. Мы должны предвидеть уровень футбола, уровень игроков, стиль игры. И думаю, что мало клубов делают это.

Ф: Согласен и еще раз повторю: большинство клубов живут ближайшей игрой. Но мы в нашей академии работаем иначе. Мы очень молодые, начали в 2006, тогда еще у нас были только две команды, U16 и U18. Мы начали со стиля игры, разработали под него всю базу, и с 2006 года до сих пор мы продолжаем работать по тем же принципам. Мы интегрировали их сначала в U16 и теперь уже работаем по ним с 10-11-12-летними игроками. Каждый сезон мы продаем 3-5 игроков на 9-10 млн евро. И это те игроки, которые обучались в нашей академии с самого начала.

Д: Каких успехов к настоящему времени добились ваши игроки, прошедшие весь путь обучения в академии?

Ф: Успех в Европе пока не на высшем уровне. Давайте вспомним кое-кого из игроков, кто пришел к нам в 12 лет. Мы продали Матиаса Йенсена в Сельта Виго. Также Станислав Лаботка выпускник Нордшелланда, но ранее мы купили его из Словакии, так что не считается. Но Матиас Йенсес полностью продукт нашей академии, он обучался у нас 10 лет до продажи в Сельта Виго. Я знаю, там у него сменились 3 тренера за сезон, у клуба есть проблемы, поэтому пока он играет в английском Брентфорде. Матиас 1996 года рождения.

Также мы продали Маркуса Ингвартсена. Он тоже 1996 года и играл за Нордшелланд с 5 лет. Мы продали его в бельгийский Генк, но он там не заиграл, и через 2 года Генк продал его в Юнион Берлин, где он сейчас играет в основе, так что дела у него налаживаются.

Есть и другие игроки. Виктор Нельссон 1998 года. Мы продали его этим летом. Он хотел остаться в Дании, так что ушел в ФК Копенгаген за 4 млн евро. И этим летом мы продали Андреса Сков Олсена 1999 года. Нельссон и Сков Олсен оба начали в Нордшелланде в 11 лет. Сков Олсен ушел в итальянскую Болонью. Он пока не в старте. Была одна игра в старте, но обычно он выходит на замену. Еще многие игроки на подходе. Я могу перечислить еще, конечно.

Д: Это показывает, что вы выпускаете востребованных игроков, умеющих влиять на игру. Можете рассказать о ваших тренировочных процессах? Какой режим, методики? Особенно у младших групп.

Ф: У нас разработаны методики для всех возрастных групп, по технике и тактике, также индивидуализированные. Также по стилю игры, развитию менталитета, физподготовке. Всё это должно быть интегрировано в упражнениях. Так что в каждом упражнении всегда содержится и физическая составляющая, и ментальная, и стиль игры, потому что на нём строится контекст, и также техника, и тактика. Также в обучение входит теория по стилю игры. И, как я упоминал, мы учим игроков тренерскому делу. Так что у них есть теоретические уроки по стилю игры, по анализу стиля игры и по коучингу.

Д: С какого возраста начинается анализ стиля игры?

Ф: С 11.

Д: Насколько это важная часть обучения?

Ф: Очень важная, мы должны развивать игроков, которые понимают игру, которые могут читать её. Мы не можем работать как в Англии, где очень много игроков, из которых можно выбрать наиболее талантливых. Там играют намного больше мальчиков и девочек, чем в Дании. А мы небольшой клуб и выборка у нас небольшая. Самая сложная часть тренинга — это развитие детей, не имеющих выдающихся атлетических способностей от рождения. Например, быстрые мышечные волокна. Сложно сделать медленного игрока быстрым. Но мы точно можем научить его быстро мыслить. Так что когнитивный тренинг очень важен.

Д: Обучая молодых игроков анализу игры, вы затем переносите это в тренировочную сессию, и таким образом они видят на практике то, что изучили в теории?

Ф: Да, да. И я вернусь к предыдущему вопросу. Я посещал многие клубы, у них у всех есть большие перечни используемых упражнений. У нас нет перечня упражнений. Ни одного упражнения. Вообще нет. Периодизация, тактическая периодизация — всё основано на игровом стиле. Допустим, мы тренируем игроков на первой фазе обучения, у нас есть специальные анимации тех игровых ситуаций, которым мы хотим обучить игроков. А дальше всё исходит от тренеров, какие упражнения они дадут. Тренеры обсуждают это в нашем большом офисе, помогая друг другу, готовя тренировки, подбирая упражнения. Все тренировки команд от U13 до Суперлиги проводятся на главном стадионе. Все тренировки снимаются на видео под 5 разными углами. Эти записи доступны для изучения всем нашим тренерам.

Д: То есть, потом у тренеров есть возможность проанализировать тренировки самостоятельно или с коллегами?

Ф: Да, обычно сразу после тренировки тренеры обсуждают разные моменты с игроками, а потом в офисе друг с другом. В первой команде у нас ежедневно проводятся совещания. Восемь тренеров. Мы обсуждаем проделанную работу и планируем завтрашнюю тренировку. Таким образом на следующей день все знают, что делать.

Д: Мне нравится ваш подход с отсутствием обязательных упражнений. Это позволяет тренерам проявлять креативность и свои способности. Было бы легко дать им готовые тренировочные планы, но, как и в случае с игроками, они бы стали работать как роботы. Тогда вместо них можно взять любого другого тренера с улицы. Вот почему ваши тренеры сами хотят проявлять инициативу, становиться лучше, вместе разрабатывать и анализировать проведенные тренировки. Я думаю, это сказывается на игроках, которые видят отношение тренеров к своей работе, и это отношение формирует тренировочную среду, эффективную для долгосрочного развития. Было ли всё это заранее запланировано вами или родилось органично, в процессе?

Ф: Я думаю, органично. Но вы должны учесть, что я начал работать со стилями игры еще в 1992 году, и всё остальное родилось оттуда. Я уже имел богатый опыт, когда в 2006 году пришел в Нордшелланд. Это был хороший подход, и я интегрировал его в Нордшелланде вместе со своими коллегами на тот момент. Снова повторю: если у вас есть чёткая цель, вы можете разрабатывать фантастические упражнения, но если цели нет, то всё будет бессмысленно.

P. S. 7 января 2023 года ФК Нордшелланд сообщил об уходе Флемминга Педерсена с поста главного тренера, хотя клуб располагался на 1 месте Суперлиги. Педерсен перешел на должность технического директора мульти-клубной мульти-академии Right To Dream, филиалом которой является в том числе Нордшелланд.