Образ Японии в советских диафильмах
научная статья с картинками
В данной работе рассматриваются советские диафильмы и серии диапозитивов, вышедшие в период с 1939 по 1991 гг. и так или иначе затрагивающие тему Японии. Их общее количество превышает 150 лент. В основном они выпущены студией «Диафильм» (в этих случаях мы не указываем студию); есть также ленты, выпущенные Украинской студией хроникально-документальных фильмов, студией «Кронверк», ленинградской Фабрикой экранно-наглядных пособий. Ввиду значительного объема материала мы приводим в статье только названия и годы выпуска диафильмов, не включая их в библиографический список.
Значительная часть рассматриваемых диафильмов предназначена для детей. Это диафильмы по японским народным и авторским сказкам, по рассказам и повестям советских детских писателей, в которых появляются персонажи-японцы или действие которых (полностью или частично) происходит в Японии, а также многочисленные учебные диафильмы для средней школы.
Первые упоминания в советской печати о диапозитивах про Японию относятся к 1928 г. В этом году в Москве состоялась выставка детской книги и детского творчества Японии. Организовал ее Яков Петрович Мексин (1886–1943) – издатель, собиратель, исследователь, создатель Музея детской книги, один из самых энергичных популяризаторов искусства детской книги в 1920-е годы, при поддержке и участии Всесоюзного общества культурной связи с заграницей (ВОКС).
К выставке был приурочен детский праздник, посвященный Японии, в Государственной Академии Художественных наук. В рамках праздника планировалось «путешествие по Японии (диапозитивы и пояснения В. Р. Живаго)». Очевидно, имелись в виду дореволюционные или японские диапозитивы – фабрика «Диафильм» тогда еще не существовала, а цехи Главполитпросвета выпускали в то время исключительно диапозитивные серии по вопросам сельского хозяйства.
Выставка не была единичным событием в СССР, связанным с Японией. Для второй половины 1920-х гг. в СССР в целом характерен доброжелательный интерес к Японии. После подписания в 1925 г. Договора об основах советско-японских отношений культурные связи СССР и Японии были весьма интенсивны (так, в том же 1928 г. состоялись первые гастроли театра Кабуки в Москве и Ленинграде, а в 1929 г. в Москве прошла выставка японского кино).
Япония-агрессорОднако вскоре советско-японские отношения значительно обострились. Япония усиливает военную экспансию в Азии, в 1933 г. выходит из Лиги наций, в 1936 г. заключает Антикоминтерновский пакт с Германией. Тем не менее, поток антияпонской пропаганды в СССР хлынул только в результате посягательств Японии на границы молодого советского государства (Хасанские бои 1938 г.) и дружественной Монгольской народной республики (бои на Халхин-Голе 1939 г.). Основной образ Японии и японцев, представленный в советских диафильмах с самого первого упоминания, – это военный агрессор.
В 1939 г. выходит общественно-политический диафильм в двух частях «Героическая борьба китайского народа» о партизанской войне в Китае против японских захватчиков. «Японский империализм давно готовился к захвату Китая, мечтая о полном господстве в Восточной Азии», – сообщается в диафильме. На карикатуре отталкивающего вида японец под флагом «Владычество над миром!», нависая над планетой и истекая слюной, впивается ногтями в мирные земли, которые кровоточат под его руками.
Пакт о нейтралитете между СССР и Японией, подписанный в 1941 г., остановил поток антияпонской пропаганды, а после поражения Японии во Второй мировой войне в 1945 г. пропаганда утратила актуальность, и до самой Оттепели японцы-агрессоры в советских диафильмах почти не появлялись. Ярким исключением является диафильм «Капитан “Дианы”» (1949), посвященный инциденту Головнина 1811–1813 гг. – пленению капитана российского шлюпа «Диана» В. М. Головнина, двух его офицеров и четырёх матросов на о. Кунашир и их последующему пребыванию в тюрьме на о. Хоккайдо.
Этим событиям предшествовал инцидент Резанова–Давыдова–Хвостова 1806 г. – грабительские самовольные рейды российского флота, уничтожившие японские селения на Сахалине и Итурупе и нанесшие огромный вред зарождавшимся российско-японским отношениям, – однако в диафильме о них нет ни слова. Агрессия японцев представлена внезапной и необъяснимой. Показательно и отсутствие в диафильме японского купца Такадая Кахэй (高田屋嘉兵衛, 1769–1827), благодаря помощи которого российские моряки сумели вернуться на родину, а международные отношения удалось восстановить.
Диафильм основан на одноименной исторической повести советского писателя-мариниста Александра Зонина (1901–1962). Повесть печаталась в детском журнале «Пионер» (№№ 4–5 за 1939 г.) и в том же году вышла отдельным изданием.
Второе издание вышло в 1946 г., а 16 апреля 1949 г. писатель был репрессирован. Видимо, диафильм в это время уже был почти готов, и его выход не отменили, но убрали имя автора и заменили на имя советской детской писательницы Л. Ф. Воронковой (1906–1976). Такая замена вызывает недоумение, так как к историческим повестям Воронкова обратилась гораздо позже.
В 1951 г. появляется в советских диафильмах тема войны с Японией 1945 г. Она представлена в лентах «Наши защитники» (1951), «Демократическая Республика Вьетнам» (1959), «Победоносное завершение Великой Отечественной войны» (1964), «Партия в период Великой Отечественной войны (июнь 1941–1945): иллюстративный материал для школы основ марксизма-ленинизма» (1966), «Япония после Второй мировой войны» (1967), «Случай, не предусмотренный приказом» (1968), «Страницы героической истории (по залам Центрального Военно-морского музея СССР)» (1971), «Маршал Советского Союза А.М. Василевский» (1985).
Во всех перечисленных диафильмах утверждается, что Япония капитулировала исключительно благодаря боевым действиям советских войск:
Только в одном диафильме из пяти мельком упоминаются «американо-английские войска», роль которых, впрочем, не совсем понятна:
Показательно, что бомбардировка Хиросимы и Нагасаки войсками США в диафильмах этой тематики не упоминается вовсе.
Русско-японская война 1904–1905 гг. изображена или упомянута в диафильмах «Адмирал Макаров (1848–1904)» (1953), «В. В. Маяковский. Часть 1» (1960), «Восстание на броненосце “Потемкин”» (1963), «Ленинград. Ч. 1» (1963), «По залам Центрального музея В. И. Ленина» (1963, часть 1), «Герой Советского Союза генерал Д. М. Карбышев» (1963), «Малый театр (страницы из истории)» (1964, часть 3), «Партия большевиков в революции 1905–1907 гг.» (1965), «Листая церковный календарь» (1966), «Нико Пиросманашвили» (1968), «Страницы героической истории (по залам Центрального Военно-морского музея СССР)» (1971), «Потапыч Большой и Потапыч Маленький» (1972), «История крейсера “Аврора”» (1978).
Интересно, что в большей части этих лент врагом представлена не Япония, а царское правительство и «тупые и невежественные генералы», руководившие русскими войсками. Так, диафильм «Адмирал Макаров (1848–1904)» (1953), подробно повествующий о начале русско-японской войны и участии в ней Макарова вплоть до его гибели, демонстрирует, что талант и опыт отдельных командиров не могли спасти Россию от поражения:
Гибель адмирала Макарова названа в диафильме «тяжелейшей утратой для русского флота», однако поражение России в войне остается за кадром.
Причины поражения объясняются в антирелигиозном диафильме «Листая церковный календарь» (1966).
В большей части перечисленных диафильмов русско-японская война и поражение России в ней упоминаются почти исключительно как причины «новой вспышки ненависти к царизму, ускорившему революцию»:
Большая часть перечисленных диафильмов выпущена в эпоху Оттепели. К концу 1970-х тема русско-японской войны в диафильмах сходит на нет.
В 1956 г. появляется в диафильмах тема японской военной интервенции 1918–1922 гг. на Дальнем Востоке. Это ленты «Метелица» (1956), «Иностранная военная интервенция и гражданская война в СССР (1918–1920 гг.)» (1957, ч. 2), «Партия в период иностранной военной интервенции и гражданской войны (1918–1920 гг.)» (1965), «Годы испытаний» (1967, ч. 1), «По удивительному краю, называемому Приморьем» (1968), «Метелица» (1969), «Партия во главе защиты социалистического отечества (1918–1920 гг.)» (1970), «Смотреть жизни в глаза (Сергей Лазо)» (1970), «Писатель, боец, коммунист» (1978), «А. А. Фадеев» (1980).
Об иностранной военной интервенции в большей части перечисленных диафильмов говорится размытыми, общими фразами. Однако в упоминаниях японцев присутствует конкретика.
Японские империалисты… напали на Владивосток, предательски захватили членов Военного Совета Приморья и сожгли в паровозной топке Лазо,
– говорится в учебном диафильме по истории СССР для 10 класса «Иностранная военная интервенция и гражданская война в СССР (1918–1920 гг.)», снятом по заказу Министерства просвещения РСФСР.
«На Дальнем Востоке хозяйничали и японские войска», – сообщается в диафильме для школ основ марксизма-ленинизма «Партия в период иностранной военной интервенции и гражданской войны».
Японцы непредсказуемы и неудержимы в своей агрессии:
1 апреля начались мирные переговоры с японским командованием. А 4 сентября японцы вероломно открыли военные действия. <…> японские каратели чинили расправу по всему Приморью,
– говорится в диафильме «Смотреть жизни в глаза (Сергей Лазо)».
После 1970 г. единственные упоминания действий японцев во время Гражданской войны в диафильмах ограничиваются легендой о гибели Сергея Лазо, сожженного японцами в паровозной топке, а сам Лазо оказывается неразрывно связан с маститым советским писателем А. Фадеевым.
Фадеев, автор книги «Как погиб Сергей Лазо» (1937), появляется в биографическом документальном диафильме «Смотреть жизни в глаза (Сергей Лазо)» (1970), а его герой – в биографических диафильмах о Фадееве «Писатель, боец, коммунист» (1978) и «А. А. Фадеев» (1980).
В 1958 г. в диафильме «Искусство пяти континентов» с осуждением упоминается оккупация Кореи Японией 1910–1945 гг.
К теме японской военной агрессии 1930-х гг. советские диафильмы возвращаются только в 1961 г. Это ленты «Начало Второй мировой войны (1939–1941 гг.)» (1961), «Рихард Зорге» (1967), «Шел по улице солдат» (1969), «Партия в борьбе за победу и упрочение социализма (1933 – июнь 1941 года)» (1971), «Молодость монгольской земли» (1972), «Монгольская Народная Республика» (1977), «СССР в предвоенные годы (1938 – июнь 1941)» (1972), «Основные этапы деятельности коммунистического интернационала» (1977), «Рихард Зорге – разведчик № 1 (из истории советской военной разведки)» (1987).
Советский Союз укреплял безопасность своих рубежей. Японские империалисты пытались прощупать штыком прочность советских границ, но были разгромлены у о. Хасан (1938 г.) и реки Халхын-Гол (1939 г.).
При этом умалчивается о том, что Халхин-Гол находится на территории Монголии, а не Советского Союза.
В диафильме для детей «Шел по улице солдат» (1969) по одноименному рассказу советского писателя Сергея Баруздина (1926–1991) на территорию Монголии перенесено озеро Хасан Приморского края:
– За что эта медаль? – спрашивают мальчишки.
– <…>…за бои на озере Хасан. Японцы на нас там напали. И на наших монгольских друзей. Ну, а мы японцев побили.
Смешение о. Хасан и р. Халхин-Гол в одну локацию присутствует еще в рассказе, послужившем основой для диафильма:
– А эта за что? – забегая вперед, спрашивал один мальчишка. <…>
– Эта, – объяснял солдат, – за бои на озере Хасан. Слыхали про такие?
– Еще бы не слыхали! – закричали ребята.
В те годы все мальчишки бредили Хасаном.
– Так вот, за это, – продолжал солдат. – Японцы на нас там напали. И на наших монгольских друзей. Ну, а мы японцев, конечно, привели в чувство. Побили, в общем.
В позднейших диафильмах сведения о двух военных конфликтах даны более корректно:
К 1980-м гг. конкретика из описания японской военной агрессии уходит:
Японская военщина рвалась в бой, бряцая не только самурайскими мечами, но и опираясь на самую современную технику.
Выбивается из этого ряда диафильм «Рихард Зорге» (1967), выход которого пришелся на период укрепления советско-японских культурных связей, возросшего интереса и симпатии населения СССР к японской культуре. «Японские милитаристы», они же «японская военщина» и «японский империализм» представлены как нечто временное, чуждое японскому народу. В документальном биографическом диафильме о разведчике находится место этнографическим деталям (фото Зорге на церемонии любования сакурой) и симпатии к японскому народу: Зорге «хочет написать большую книгу о Японии, ее трудолюбивом, талантливом и самобытном народе», а среди его новых помощников «первый и наиболее ценный» – «японский патриот Ходзуми [sic! Настоящее имя – Хоцуми] Одзаки, советник премьер-министра». В подписи к фото надгробного памятника Зорге сообщается, что «каждый год 7 ноября японские борцы за мир проводят у памятника митинги».
В том же 1967 г. вышел диафильм для детей «Приключения капитана Врунгеля» (часть 1, часть 2) по одноименной повести А. Некрасова, впервые опубликованной в журнале «Пионер» в 1937 г., вскоре после заключения японско-германского Антикоминтерновского пакта.
В оригинальной повести по настоянию главного редактора «Пионера» Б. А. Ивантера в качестве «злодея», необходимого для создания «сюжетного стержня», был введен японец – адмирал Кусаки. Это не единственный японец-злодей в советской прозе для детей конца 1930-х: достаточно вспомнить капитана Маэду из «Тайны двух океанов» Г. Адамова (1938) или уже упоминавшуюся повесть Зонина «Капитан “Дианы”» (1939). Впрочем, адмирал Кусаки карикатурен, и его происки не наносят вреда.
В повести адмирал Кусаки – представитель «Международного комитета по охране китов от вымирания». «Комитет», в котором читатели конца 1930-х легко угадывали страны гитлеровской коалиции, в диафильме не упоминается – для 1960-х такая политическая сатира была давно неактуальной.
Если в повести адмирал претендовал на роль главного антагониста, то в диафильме он появляется только во второй части и эпизодически, а причины, по которым он стремится проникнуть на яхту, для зрителя остаются неясны. Откровенно бессмысленной и обреченной на провал представляется попытка Кусаки выдать себя и двух своих подручных за Врунгеля и его команду в финале диафильма. Увидев, что обман раскрыт, адмирал пытается совершить сэппуку, но неудачно – кортик лишь распарывает подушку, которая была под кителем.
Однако японцы при всей своей недалекости оказываются в чем-то хороши – они умеют строить яхты:
Несмотря на старания художника В. Я. Бордзиловского (1918–1979) изобразить японцев как можно более неприятными, юный зритель 1960-х, далекий от контекста конца 1930-х, вряд ли мог воспринимать таких антагонистов всерьез.
Показательно, что в мультипликационном сериале «Приключения капитана Врунгеля», созданном в 1976–1979 гг., японец заменен на итальянских гангстеров, а в следующем диафильме по мотивам повести А. Некрасова (1990) японцы не появляются и не упоминаются вовсе.
Таким образом, в советских диафильмах представлены практически все российско-японские и советско-японские конфликты (кроме инцидента Резанова–Давыдова–Хвостова, в котором поведение российской стороны трудно представить в выгодном свете). Интересно, что участие Японии в Первой мировой войне на стороне Антанты (весьма выгодное для России) не упомянуто вовсе. Лишь в диафильме «Владимир Ильич Ленин: страницы великой жизни» (1979, часть 8) вскользь сообщается, что «Япония оказалась втянута в Первую мировую войну».
Тема ядерной угрозы появляется в советских диафильмах в 1958 г., через четыре года после инцидента с рыболовецким судном «Фукурю-мару» в результате ядерного испытания «Касл Браво» на атолле Бикини (1954), повлекшего за собой многочисленные антиядерные демонстрации и марши протеста по всему миру.
О необходимости запретить ядерное оружие, недопустимости ядерных испытаний, борьбе японцев за мир говорится в диафильмах «Искусство пяти континентов» (1958), «Лауреаты международных Ленинских премий мира» (1958), «Современное искусство Японии» (1962), «Всемирный конгресс женщин» (1963), «Страна Восходящего Солнца» (1964), «Хиросима» (1965), «Человек-пламя. Рассказ о Назыме Хикмете» (1965), «На экране Глобус. Отовсюду обо всем. № 2 1967 г.» (1967), «Рихард Зорге» (1967), «Япония после второй мировой войны» (1967), «Япония старая и новая» (1967), «Оружие массового поражения» (1969), «Сын планеты Земля» (1971), «Собрание графики Государственного музея изобразительных искусств им. А. С. Пушкина» (1976), «Внешняя политика стран социалистического содружества – политика мира и безопасности» (1982), «Разрядка – надежный инструмент мира и сотрудничества» (1982), «Обострение противоречий империализма на современном этапе» (1983), «Народы мира в борьбе за мир» (1983), «Разоружение – ключевая проблема современности» (1983), «Академик И. В. Курчатов» (1983), «XXVII Съезд КПСС. Внешнеполитическая стратегия партии» (1986), «Народы мира против ядерного безумия империалистов» (1987), «И. В. Курчатов» (1987), «Советская литература за рубежом» (1987), «Остановить ядерные испытания» (1988), «Ядерное оружие должно быть запрещено» (1989).
Инцидент с «Фукурю-мару» упомянут лишь в двух из них.
Бомбардировка Хиросимы и Нагасаки становится символом ядерной угрозы со стороны США. Уже в 1965 г. в диафильме «Хиросима» утверждается, что бомбардировка Хиросимы и Нагасаки была демонстрацией военной мощи США перед СССР:
Эта идея все чаще появляется в диафильмах на новом витке Холодной войны:
Примечательно, что почти во всех диафильмах о ядерной угрозе умалчивается о роли Японии во Второй мировой войне. Таким образом, с 1958 г. в советских диафильмах параллельно существуют две Японии – милитаристская Япония-агрессор, которую заставили капитулировать советские войска, «верные союзническим обязательствам», и Япония, на которую сбросили бомбы США, «стремясь запугать СССР». «Войска самообороны» Японии и миролюбивый японский народ существуют в двух разных реальностях.
Эти две реальности встречаются только в одном диафильме из двадцати пяти – в учебном диафильме по новейшей истории для 10 класса «Япония после второй мировой войны» (1967). Вскользь упомянуто о неприглядной роли Японии во Второй мировой войне («в конце августа 1945 г. милитаристская Япония… была разбита»), но главный пафос ленты – борьба японского народа за мир, так что Япония разделяется на «клику империалистов», развязавшую войну, и японский народ, которому война «принесла неисчислимые бедствия и страдания» (безработицу, голод, оккупацию американскими войсками) и который требует реформ и мира.
Дается попытка объяснить «японское экономическое чудо». Так как Япония – капиталистическая страна, причины приводятся печальные: очень низкая заработная плата рабочих, «жесточайшая эксплуатация рабочего класса», высокие налоги (что не соответствует действительности), низкие военные расходы, при этом постоянные военные заказы для американской армии, по сути – спонсирование войны во Вьетнаме.
Японскому капитализму противопоставляются японские рабочие, объединившиеся в профсоюзы: «на пути японской реакции мощной преградой стоит народ».
Народ этот чрезвычайно миролюбив:
Тяжелая жизнь рабочего класса капиталистической Японии, оккупированной войсками США, а также культурные и торговые отношения Японии с СССР, являющиеся спасением для японской экономики, упоминаются в диафильмах «Звериный облик американского империализма» (1961), «Капиталистические страны Азии (Индия, Индонезия, Япония)» (1961), «Страна Восходящего Солнца» (1964), «Хиросима» (1965), «Япония старая и новая» (1967), «По улицам древних городов» (1968), «Революционное движение рабочего класса» (1972), «Государственно-монополистический капитализм» (1975), «Мир на экране. Новости зарубежной жизни» (№№ 11 и 12 за 1975 г.), «Развитие отношений Советского Союза с капиталистическими странами» (1977), «Поющая лапша» (1978), «Фотоэкран. По Советскому Союзу» (№ 9 1978 г.), «Природа и мы» (1981), «Разрядка – надежный инструмент мира и сотрудничества» (1982), «Человек труда в мире капитала» (1984), «Проблемы молодежи в капиталистических странах» (1987).
Советские граждане имели возможность уже в юном возрасте узнать о неприглядной жизни рабочих и крестьян в капиталистической Японии из диафильмов для детей.
До темноты вынужден работать в порту юный продавец лапши из диафильма «Поющая лапша», основанного на документальной повести советского детского писателя-мариниста В. Коржикова (1931–2007) «Волны словно кенгуру» (1976).
«Многим японцам приходится считать каждую иену», – говорится в диафильме «По улицам древних городов».
Япония – развитая промышленная капиталистическая страна. Со стапелей японских судоверфей спускают первоклассные танкеры и теплоходы <…> По улову рыбы Япония занимает первое место среди капиталистических стран,
– сообщается в учебном диафильме по географии для 6 класса «Капиталистические страны Азии (Индия, Индонезия, Япония)». Однако «японские рабочие живут в плохих условиях, получают низкую заработную плату».
В Японии «простому народу живется… плохо», – вторит ему диафильм для детей «Страна Восходящего Солнца». Тяжко трудятся крестьяне на рисовых полях и ныряльщицы за жемчугом.
Много в Японии безработных и бездомных. Люди вынуждены работать живыми рекламами и велорикшами.
Причины этого ясны:
Народ не хочет новой войны.
Столь же неутешителен образ современной Японии в диафильмах, предназначенных для взрослой аудитории:
В 1967 г. в диафильмах впервые проявились опасения СССР по поводу ремилитаризации Японии при поддержке США.
В следующий раз о зловещих «силах самообороны» упоминается лишь в период нового витка Холодной войны.
Страны НАТО и Япония под жестким давлением Вашингтона также увеличивают расходы на вооружение,
– утверждается в сопроводительном тексте к серии диапозитивов «Человек труда в мире капитала» (1984).
На одной из антикоммунистических «конференций» южнокорейской «Церкви унификации» Муна присутствовали около ста офицеров из стран НАТО, Японии и других стран, – многозначительно сообщается в диафильме «Кому служат секты» (1986).
В 1975 г. японские женщины, «принимая активное участие в боевых выступлениях трудящихся», требовали «положить конец росту цен на продовольствие и предметы первой необходимости», однако за 1970-е гг. в Японии рост потребительских цен не остановился, а на протяжении кризиса 1979–1984 гг. падает выпуск продукции.
Японцы работают много, а получают мало. Однако они всё больше участвуют в «весенних наступлениях» (сюнто), которые, впрочем, на фото напоминают скорее митинг, нежели цивилизованные переговоры.
Меры по охране природы в капиталистических странах «нередко приходят в противоречие с интересами частного капитала, рвущегося к хищническому использованию природных богатств», – утверждается в диафильме «Природа и мы».
Однако со второй половины 1970-х гг. Япония поддерживает экономические отношения с СССР, что, несомненно, идет ей на пользу.
«Ярким примером растущего экономического сотрудничества стран с разными социальными системами» назван КамАЗ, работники которого монтируют оборудование вместе с иностранными инженерами и техниками.
На инфографике отмечено, что внешнеторговый оборот СССР с Японией увеличился с 0,65 млрд. руб. в 1970 г. до 1,9 млрд руб. в 1975 г. Обгоняет Японию только ФРГ с 2,8 млрд. руб.
Один только проект «газ-труба» «дает промышленности западных стран и Японии заказы на сумму более 10 миллиардов долларов»:
Советские люди всегда готовы бескорыстно помочь японцам, попавшим в беду. Так, документальный диафильм «Через два океана» (1959) о путешествии научно-исследовательского судна «Обь» содержит эпизод с японским кораблем, демонстрирующий героизм советских моряков:
Лишь на излете Перестройки о действиях властей капиталистической Японии (а также США) в диафильмах упоминается с одобрением:
«От американизации Япония защищена не столько крепостью вековых обычаев, сколько глубокой внутренней культурой», – писал И. Эренбург в 1956–1957 гг. Авторы диафильмов с одобрением отзываются о «возрождении древних национальных традиций» в противовес «прямому подражательству западным образцам», «создаваемому в угоду буржуазному вкусу». Японии есть что противопоставить американским оккупантам: это ее самобытная культура, изобразительное искусство, архитектура, поэзия, которые в советской публицистике Оттепели противопоставляются культуре потребления, пришедшей из США.
Студия «Диафильм» начала создавать научно-популярные искусствоведческие диаочерки в конце 1940-х гг., а уже в 1960 г. обратилась к искусству Японии. Полностью посвящены Японии и чрезвычайно информативны диафильмы «Современное искусство Японии» (1962), «Архитектура и сады Японии» (1972), «Японская классическая гравюра» (1980), «Нэцкэ» (1983), «Пейзажи Японии: гравюра и поэзия» (1988). Кроме того, японское искусство упоминается в диафильмах «Архитектурные стили» (1960), «Архитектура» (1965), «Пейзаж» (1966), «Старое и всегда юное искусство. Гравюра» (1973), «Собрание графики Государственного музея изобразительных искусств им. А. С. Пушкина» (1976), «Бостонский музей изящных искусств» (1980), «Художественный язык графики» (1981), «Что такое гравюра» (1986).
В диафильме «Современное искусство Японии» (1965) представлены живопись, гравюра, ширмы, керамика, лаковые шкатулки, изделия из металла, архитектура. Причем если о «безыдейном» декоративно-прикладном искусстве говорится с одобрением, то к живописи требования строгие: она должна быть непременно реалистичной и отражать жизнь народа (при этом в реалисты записываются и супруги Маруки, чьи работы, посвященные Хиросиме и далекие от реализма, активно выставлялись в СССР с 1956 г.), а еще лучше – его протест против гнета американского империализма и несправедливости капиталистического строя.
Прогрессивные архитекторы также должны опираться на национальные традиции, а не увлекаться «прямым подражательством западным образцам», «создаваемым в угоду буржуазному вкусу», и «эклектизмом».
Впрочем, так и происходит. Ведь Япония –
С 1980 г. в искусствоведческих диафильмах о Японии остается только восхваление «традиционных» японцев, любующихся природой (и тем самым противостоящих «плоскому утилитаризму» США), Японии вневременной, неизменно прекрасной, утонченно-поэтичной, в соответствии с позднесоветским мифом о Японии.
Диафильм «Пейзажи Японии: гравюра и поэзия» содержит подборку из пятидесяти стихотворений хайку двадцати семи японских поэтов, составленную японистом А. Долиным и проиллюстрированную классическими гравюрами. Наряду со сборником хайку «Одинокий сверчок» (1987), также составленным Долиным, диафильм был первым опытом издания в СССР японской поэзии в сочетании с японской живописью, что в самой Японии имеет давнюю традицию.
Интересно, что с 1970-х гг. японская поэзия появляется в диафильмах, тематика которых далека от поэзии. Так, диафильм «Архитектура и сады Японии» содержит хайку Мацуо Басё в переводах Веры Марковой, а учебный диафильм для 7 класса «География мирового океана» (1990) – пятистишие танка Ки-но Цураюки в переводе А. Е. Глускиной.
В религиоведческих диафильмах периода Перестройки из религий Японии упоминается только буддизм. Так, из диафильма «Религия как социально-историческое явление» (1988) можно узнать, что «буддизм является влиятельной религией в Японии» (на фото – «бродячий буддийский монах на улице в Киото»), а в учебном диафильме по обществоведению для 11 класса средней школы «Из истории религии и атеизма» (1991) единственный кадр, посвященный буддизму, помимо краткого описания сути религии содержит фотографию барельефа, изображающего Будду, с краткой подписью «Нирвана (Япония)».
Японское поверье о гигантском соме, который является причиной землетрясений, подробно пересказывается в диафильме «Осторожно, землетрясение!» (1989):
Упоминается это поверье и в учебном диафильме по географии для 6 класса «Землетрясения. Вулканы. Гейзеры» (1991) среди легенд разных народов, объясняющих землетрясения буйством гигантских чудовищ:
У японцев это был сом. Он якобы живет под землей и иногда колотится о нее своим телом.Современная Япония в диафильмах для детей
С искренним восхищением пишут о повседневной жизни в прекрасной экзотической Японии авторы диафильмов для детей «Страна Восходящего Солнца» (1964), «По улицам древних городов» (1968), «На экране Глобус» (№№ 1 и 2 1983 г.), «Сколько братьев у нашего дома» (1987), «Как встречают Новый год в разных странах» (Укрхроника, 1990).
Диафильм детского писателя и драматурга Геннадия Цыферова (1930–1972) «Страна Восходящего Солнца» из серии «О чем рассказывают марки» полностью посвящен Японии. Он проникнут восхищением красотами Японии, симпатией к ее рабочим и крестьянам и гневом по отношению к капиталистам и американским военным базам. В этом диафильме собраны все главные «японские» темы советских медиа: красоты природы, древние традиции, капитализм, технические достижения, американские базы, Хиросима.
В диафильме много этнографических деталей: вот японцы едят палочками, взбивают чай, изготавливают красивые статуэтки, вот ловят рыбу с бакланом, любуются сакурой, создают крохотные сады.
Японцы очень любят цветы и природу, «и потому в Японии многое похоже на цветы».
Автор сожалеет об уходящих традициях:
С искренней симпатией рассказывается в диафильме «Страна Восходящего Солнца» и про религии Японии.
Среди современных технических достижений Японии в этом диафильме перечислены токийская телебашня, «одно из первых мест по выплавке стали», «быстрые электропоезда», «большие пароходы», радио для поиска косяков рыбы под водой, «крохотный радиоприемник, помещенный в зажигалку».
Не обошлось и без заблуждений о японской топонимике:
Такую же этимологию встречаем в диафильме «Поющая лапша»:
Диафильм «По улицам древних городов» (1968) посвящен Венеции и Киото. Текст про Киото написан О. Тихомировым. В нем с неподдельной симпатией рассказывается о религиях Японии. Демонстрируются старинные храмы, статуи Будды, синтоистских богов грома и ветра, бумажные полоски с предсказаниями, ворота тории. Представлены экзотические профессии: продавец сувениров, гадалка, ресторанный велокурьер, гейши, рикша.
Сюжеты документального диафильм-журнала для детей «На экране Глобус» (№№ 1 и 2 1983 г.) посвящены советской выставке «Мир мамонта», проведенной в Японии, и японскому обезьяннику. Тексты написаны сотрудником выставки – ученым В. Танасийчуком – и проиллюстрированы фотографиями автора, чем выгодно отличаются от многочисленных диафильмов, в которых представлены одни и те же фотографии японского быта. Из диафильмов можно узнать, что Токио – «один из самых больших городов мира», японские старшеклассники носят «форменные мундирчики», а младшие школьники ходят в «коротких штанишках и обязательно с рюкзаками и фляжками»; в обезьяннике поставлены скульптуры обезьян, «…чтобы слепые люди, ощупывая их, могли понять, как выглядит обезьяна», а японские макаки «на севере Японии, где бывают суровые снежные зимы, … даже научились согреваться в горячих источниках».
В диафильме «Сколько братьев у нашего дома» по одноименной книге Леонида Яхнина (1981) один кадр посвящен японскому традиционному дому:
На рисунке Н. Казаковой – традиционный японский дом с садом, в доме – две женщины с прическами майко.
В диафильме «Как встречают Новый год в разных странах» Японии посвящены три кадра.
Советские диафильмы по японским народным сказкам в количественном отношении уступают только диафильмам по русским и грузинским сказкам. Их выпуск начался практически сразу после восстановления советско-японских отношений (1956) – в 1958 г. (к этому времени студия «Диафильм» имела более чем двадцатилетний опыт выпуска диафильмов для детей; стоит отметить, что публикация японских народных сказок после войны возобновилась в СССР уже в 1953). Это ленты студии «Диафильм» «Злая мачеха» (1958), «Три силача» (1961), «Веер Тэнгу» (1967), «Глупый Ётаро» (1968), «Длинная-длинная сказка» (1971), «Чашка из красного лака» (1981), «Обезьянье царство» (1983), «Тук-тук-тук, открой дверь!» (1984), «Кувшинный человечек» (1990), а также диафильмы Укрхроники «Иссумбоси» (1987) и «Обезьянье царство» (1989, в двух частях) и диафильм студии «Кронверк» «В мышиной норке» (1990).
Диафильмы для детей по произведениям японских авторов выходят во второй половине 1970-х гг. Они представлены только народными сказками в обработке японской детской писательницы Мацутани Миёко (1926–2015), которую много издавали в СССР. Так, диафильм «Приключения Таро в стране гор» (1977, в двух частях) основан на одноименной повести-сказке Мацутани Миёко, опубликованной отдельными изданиями на русском языке в 1970 и 1978 гг., а диафильмы «Как мыши золотые монеты проветривали» (1978) и «Погонщик быков и ведьма Ямамба» (1979) представляют экранизации сказок, вышедших на русском языке в составе авторского сборника «Булка цвета лисьего хвоста» (1975).
Японский кинематографС 1970-х гг. в советских диафильмах упоминаются советско-японские фильмы, шедшие в советском прокате, и японские фильмы – лауреаты Московского международного кинофестиваля. Это такие диафильмы, как «Дарящий смех и радость» (1973), «Кинофестивали в Москве» (1975), «Мир на экране. Новости зарубежной жизни» (№ 11 1975 г.), «Актер Юрий Соломин» (1976), «Звёзды встречаются в Москве» (1984), «Тропой Арсеньева» (1987).
Весьма информативен диафильм «Кинофестивали в Москве» (1975). В нем сообщается, что Большой приз в номинации «полнометражные художественные фильмы» на II Московском международном кинофестивале (1961) разделил с «Чистым небом» Г. Чухрая фильм «Голый остров» японского режиссера Синдо Канэто (1912–2012, в диафильме назван Кането Синда). Приведено интервью с японским режиссером:
Золотой приз на III Московском кинофестивале (1963) получил фильм «Испорченная девчонка» (Ураяма Кириро, 1930–1985, в диафильме не упомянут), а Золотую медаль на конкурсе детских фильмов V Московского кинофестиваля (1967) получил японско-советский фильм «Маленький беглец»(小さい逃亡者, Тиисай то:бо:ся, 1966) Кинугаса Тэйносукэ (1896–1982) и Эдуарда Бочарова.
Золотой приз в номинации «полнометражные художественные фильмы» на VII Московском кинофестивале (1971) получил фильм Синдо Канэто «Обнаженные девятнадцатилетние» (в диафильме назван «Жить сегодня – умереть завтра»), а серебряный приз на конкурсе детских фильмов — короткометражный кукольный мультфильм Накамура Такэо «Тэмма-но Тораян» (てんまのとらやん, в диафильме назван «Тора из Тенмы».
Отдельный слайд посвящен визиту японского режиссера Куросава Акира на VII Московский кинофестиваль: его прибытие «вызвало сенсацию в киномире… он впервые в жизни согласился лично присутствовать на международном кинофоруме». Приведено высказывание режиссера о любви к Достоевскому.
Выпуск диафильм-журнала «Мир на экране. Новости зарубежной жизни» (№ 11 1975 г.) включает материал С. Марьямовой о IX Московском международном кинофестивале, одним из обладателей золотого приза в номинации «полнометражные художественные фильмы» стал «советский фильм в постановке японского режиссера» Куросава Акира «Дерсу Узала» (1975).
Фильм «Дерсу Узала» упомянут также в диафильме «Актер Юрий Соломин» и в диафильме «Тропой Арсеньева».
ММКФ посвящен и цветной документальный диафильм «Звёзды встречаются в Москве», в котором утверждается, что
… по истории московских кинофестивалей можно изучать историю мирового кино.
В нем упомянуты «Голый остров» Синдо Канэто, «Дерсу Узала» Куросава Акира (на фото – режиссер с исполнителями главных ролей).
Отдельный слайд посвящен японской актрисе Курихара Комаки.
Советско-японский фильм «Маленький беглец» упомянут также в диафильме о Юрии Никулине «Дарящий смех и радость» – актер сыграл в нем самого себя.
Японские города, в которых состоялись или планируются Олимпиады, упоминаются в диафильмах «Кольца дружбы. Из истории Олимпийских игр» (1961), «Гренобль. Год 1968» (1969), «Олимпийские игры в Мехико» (1969), «Спасибо этому огню! (XI Белая Олимпиада)» (1972), «Советские спортсмены – герои Олимпийских игр» (1978), «Олимпийские игры – праздник спорта, мира и дружбы» (1980).
В 1980-х, на волне увлечения силовыми видами спорта, вышли диафильмы «Самбо» (1982) и «Из истории рукопашных боев» (1987). В последнем из них содержится много специализированной информации о японских боевых искусствах.
Массовое увлечение искусством икэбана, начавшееся в СССР в 1968 г. с визита главы школы Согэцу Тэсигахара Софу (1900–1979) в Москву, Ленинград, Киев и Сочи и продолжавшееся вплоть до распада СССР, отразилось в советских диафильмах только в 1980-х гг.
В серии диапозитивов «Аранжировка цветов» (1981) представлены работы участниц секции «Аранжировка цветов» клуба «Природа и творчество». В сопроводительном тексте председатель секции Н. В. Наумова пишет:
…в вашем интерьере круглый год должна стоять красивая аранжировка из цветов и различного декоративного материала <…> Цветами вы можете выразить любые ваши чувства, как радостные, так и печальные. Композиция из цветов может придать вашему жилищу теплоту, уют, интимность, праздничность, торжественность, а самое главное – особое изящество, современность и индивидуальность.
Утверждается, что «композиции выполнены по мотивам древнего японского искусства икэбана, в свободном стиле». В соответствии с японским представлением о смене времен года, композиции упорядочены от весенних к зимним. Используется термин карэмоно («мертвые отбеленные ветки»).
Серия диапозитивов «Праздник цветов в школе» (1989) представляет собой методическое пособие для учителей, студентов педвузов и педтехникумов. Одна из заявленных целей праздника – «приобщить учеников к эстетическому восприятию окружающего мира и творческому преобразованию его».
В сопроводительном тексте сообщается, что большие букеты «со временем… уступили место букетам из небольшого числа цветов, расположенных свободно: сказалось влияние японского искусства аранжировки цветов “икебана” (по-русски – “цветы, наделенные жизнью”), которое зародилось в VI веке».
На самих слайдах сформулированы «правила составления букета»: однородность букета, использование зеленых побегов или крупных листьев, подходящая ваза, а также призыв «будьте немножко поэтом: дайте букету название».
Школьникам предлагается определить, какой стиль – «морибан» [sic! настоящее название – морибана], «нагэирэ», «неджер», «чока» – использован при составлении букетов на фото. Различия стилей кратко поясняются в брошюре.
«Научитесь видеть красоту! Что прекрасней: букет или ромашковое поле?» – на этот вопрос, не предполагающий однозначного ответа, школьникам предлагается ответить в соответствии с принципами японской эстетики.
Рассмотренные нами советские диафильмы и серии диапозитивов разнообразны как по тематике (советско-японские военные конфликты, борьба за мир, декоративно-прикладное искусство, гравюра, архитектура, классическая поэзия, спорт, кинематограф, религия, народные сказки и т.д.), так и по образу японцев и Японии, который должен сложиться у зрителей. Так, в различных диафильмах японцы выступают то в качестве милитаристов-агрессоров («Героическая борьба китайского народа», 1939), капитулировавших исключительно вследствие военных действий советского государства, то в качестве жертв атомной бомбардировки («Хиросима», 1965), участников акций протеста против ядерного оружия («Народы мира против ядерного безумия империалистов», 1987). Авторы диафильмов с одобрением отзываются о «возрождении древних национальных традиций» («Архитектура и сады Японии», 1972) в противовес «прямому подражательству западным образцам… создаваемому в угоду буржуазному вкусу» («Современное искусство Японии», 1962). Образ капиталистической Японии, в которой «меры по охране природы… приходят в противоречие с интересами частного капитала, рвущегося к хищническому использованию природных богатств» («Природа и мы», 1981), соседствует с образом Японии вневременной, неизменно прекрасной, утонченно-поэтической («Пейзажи Японии: гравюра и поэзия», 1988).
Этот многосторонний образ, обусловленный изменениями в отношениях СССР с Японией и США, как правило, соответствует образу Японии, актуальному в советской печати на момент выхода диафильма.
Источники и литератураВиноградова О., Захаров К. Картинки-путешественницы: Яков Мексин и выставки немецкой и японской книги в СССР // Детские чтения. 2019. № 2 (16). С. 180–205.
Долин А. Переводчик и исследователь японской поэзии Александр Долин: «Увидеть прекрасное и не остаться равнодушным…» / Беседу вела Лена Байбикова // Папмамбук, 15.04.2021 (дата обращения: 30.06.2021).
Дубровская И. Советская детская сказочная повесть 30-х годов: вопросы сюжетосложения: дисс. … к.ф.н. Иваново, 1985.
Кузнецов С., Топорков Н. Советский диафильм. М.: Искусство, 1962. 180 с.
Мексин Я. Цель, состав и значение выставки // [Мексин, Я., Сакулина, Н.] Выставка детской книги и детского творчества Японии. М.: Нотопечатня Госиздата, 1928. 24 с.
Мещеряков А. Страна для внутренней эмиграции. Образ Японии в позднесоветской картине мира // Отечественные записки. 2014. № 4. С. 44–55.
Некрасов А. Приключения капитана Врунгеля. М.: А и Б, 2017. 128 + 160 с.
Трошин А. Выставка японского кино, Москва, 1929. Материалы из газеты «Кино», 1929 (М. Белявский, Н. Кауфман). – Н. И. Конрад. Японское кино. Д. Аркин. Японский киноплакат // Киноведческие записки. 2005. № 75. С. 295–306. [републикация]
Эренбург И. Японские заметки // Эренбург И. Собр. соч. в девяти томах. Т. 6. М.: Художественная литература, 1965. С. 252–286.
Как сослаться на эту статьюГромова М. М. Образ Японии в советских диафильмах // Мир комиксов-2021. Диапозитивы, комиксы жанра хоррор и военной тематики / Ред.-сост. Ю. А. Магера. Москва — Екатеринбург: Фабрика комиксов, 2022. С. 52–84.