Деян Энев «Баллада о солдате»
перевод Собаки
В субботу после вечерней поверки рядовой Матю пришел в комнату дежурного к старшему лейтенанту Паломе и попросил отпустить его на следующий день в увольнение.
— Девушка моя приедет, — сказал он. — Полгода не виделись. Очень вас прошу.
Старший лейтенант Палома наливал в пластиковый стаканчик с кока-колой сто грамм коньяку и не спешил с ответом.
— И как вам это удается, — сказал он в конце концов, отхлебнув из стаканчика. – Полгода, значит, тебя не видела и все еще твоя. Что-то ты врешь. Не верю я тебе.
— У меня письмо от нее. Написано неделю назад.
— Дай-ка, — сказал старший лейтенант Палома.
Солдат долго рылся в кармане гимнастерки и наконец вытащил несколько сложенных листов бумаги.
Старший лейтенант Палома снова отхлебнул из пластикового стаканчика и стал читать.
— Да садись, чего торчишь перед глазами, — сказал он, прочитав письмо. — Фото ее есть?
— Есть, — сказал солдат.
— Дай.
Солдат долго рылся в кармане пропотевшей шерстяной гимнастерки и наконец вытащил фото с потрепанными краями.
— Вот, — сказал он.
— Ого, — сказал старший лейтенант Палома и с наслаждением отхлебнул из пластикового стаканчика. — Ну-ка расскажи, как потрахались последний раз!
Рядовой Матю молчал.
Что он мог рассказать. Как она пришла на проводы очень поздно, когда все уже напились, как рассердилась на него, что он пьян, как он подумал, что она была с другим и за целых два часа не сказал ей ни слова, как потом, когда все свалили, она пришла к нему, его тонкая как русалка Элиза, и как разделась догола и как сказала ему, чтобы он делал с ней что захочет, а он лежал в кровати и комната плыла, а потом уснул, а наутро вдруг осознал, что сегодня уходит в армию и протянул руки и она была там, рядом с ним, семнадцатилетняя, гладкая, нежная и теплая, она тут же его обняла, залезла с головой под одеяло и стала целовать ему член, она впервые делала с ним такое, обхватила губами и принялась сосать, она хотела сразу дать ему все то, о чем слышала и читала, что взрослые женщины дают взрослым мужчинам. Когда он разрядился, она покорно выпила его сперму, высосала его всего до капли, а он лежал навзничь, опустошенный и с похмелья и в висках его билась одна-единственная мысль — что сегодня он уходит в армию и больше не сможет с ней видеться.
— Не терпится ей присунуть, да, рядовой? — спросил старший лейтенант Палома, разглядывая фотографию.
Солдат молчал.
— Где она будет тебя ждать?
— Придет на КПП, — сказал Матю. — В восемь утра.
— Свободен, рядовой.
— А завтра?
— Завтра с восьми заступаешь в караул. На первый пост — к знамени. Это большая честь, рядовой, — охранять знамя.
Солдат попросил разрешения идти и вышел из комнаты дежурного. Старший лейтенант Палома почувствовал прилив крови между ног.
Наутро в восемь старший лейтенант прохаживался у КПП. Он был гладко выбрит и благоухал «Денимом». Ремни приятно поскрипывали на его стройной спине.
— Это вы Элиза? — спросил он девушку, которая вышла из автобуса на остановке у подразделения.
— Да, а как? — удивилась она.
— Вчера я говорил с Матю. Все в порядке. Он сейчас в карауле. Мы решили, что я отвечаю за вас до обеда. Тут рядом есть мотель. Я вас там размещу, и мы его подождем.
В номере Палома достал коньяк и налил в два стакана. Элиза смотрела смущенно. Она залпом выпила свой и поперхнулась, но он налил ей еще.
— Теперь слушай, — сказал старший лейтенант. — От меня и исключительно от меня зависит, придет ли Матю сюда к обеду. Мы с ним вчера договорились так — ты со мной спишь, если хочешь его увидеть. Если отказываешься, я его не отпускаю. Все в твоих руках.
— Что я должна сделать?
— Разденься целиком.
Элиза сняла свитер, сняла футболку, расстегнула молнию на джинсах, сняла их, стянула трусики и встала, вся в мурашках, перед старшим лейтенантом.
— Я люблю Матю, — сказала она.
— Можешь взять в рот, — сказал Палома. — Давно я так не возбуждался.
Элиза принялась сосать. Удар спермы застал ее врасплох, и она закашлялась.
— Глотай, — сказал Палома. — Маленькая шлюшка! — И, схватив за затылок, прижал ее голову к себе.
— Когда придет Матю? — вскоре спросила Элиза с перекошенным лицом.
— Матю не придет. Он сейчас на посту у знамени. Он не имеет права сделать и шага в сторону. Сочувствую.
В это время Матю разглядывал боевое знамя подразделения за стеклом шкафа. Разглядывал очень внимательно. Он уже изучил все его шелковые складки. Неожиданно он сошел с деревянного постамента, на котором стоял, подошел к шкафу, откинул полы шинели, расстегнул штаны и принялся мастурбировать.
Вскоре брызнула сперма и потекла по пыльному стеклу.
Эту миниатюру мы взяли в переводческом кружке в 2015 году.
Переводили только двое — первокурсница Варя и я. Олька фуфу и диплом, Варина однокурсница Маша фуфу и даже не читала, Тоня сказала, что для нее слишком сложно, и после разбора подтвердила. Итак, Олька бегала туда-сюда, мы с Варей читали свои переводы, Тоня слушала, и все по очереди критиковали друг друга:)
В рассказе два пласта трудной лексики: половой акт и армейские реалии. Разобрались с ними по порядку, только потом зачитывали переводы.
Столкнулись с тем, что Варя не очень понимает границу между матом и не-матом («А трахаться — это мат?»). В рассказе нет мата, а в авторской речи нет экспрессивно окрашенной лексики, она вообще бесстрастна, там эпитет-то только один (вмирисана). Поэтому, на мой взгляд, Варин перевод авторского онанира как дрочить неправомерен, сразу градус пафоса снижается. Неожиданная развязка с онанизмом и так бьет по читателю.
Для меня русское онанировать — это что-то из брошюрок двадцатых годов «Тебе, юноша!». Самое нейтральное у нас все-таки мастурбировать.
Сложным местом был вопрос старлея редник, много ли ти се шиба? Варин вариант хочешь ее трахнуть? для нас прозвучал как-то по-детски. Девчата сочли удачным мой вариант не терпится ей присунуть, да, рядовой? Сказали, что ни в жисть бы до такого не додумались, ибо такого слова не знают.
Варя набирала лексику и сочетаемость по эротическим рассказам. Мне показалось кривым переводить тласъкът на спермата я завари неподготвена как удар спермы... или удар струи спермы — вообще нетипичная цепь генитивов. У Вари тоже удар. Говорит, гуглила и так пишут. Ок. Лучше уж струя спермы, но струя спермы не может застать врасплох. Эх.
Трудное место в лиричных воспоминаниях Матю про их с Элизой последний/первый раз — и започна да го целува по пишката. Нас учили, что пишка — это писька, детское слово. Какой 18-летний парень назовет так свой агрегат? Варя перевела как пенис, я завопила, что это слово из детских энциклопедий, тогда она заменила на член, интимности как не было, так и нет. Мне кажется, нейтральное член в таком эмоциональном лиричном тексте — это такое переводческое «не хочу заморачиваться». Еще хуже, чем стыдливо-дореволюционное «целовать его там» (фублин, детство люверс). Уж лучше писька, морковка, перец, писюн, ей-богу. Мало таких нежных слов, которые не указывали бы на малый размер.
Варя:
И като хвана тила й с ръка, натисна главата й към себе си => Он схватился рукой за затылок, прижав к себе ее голову.
Непросто для перевода. Это прижал к себе мы обычно понимаем как «прижал к груди» — а он прижимает к паху; варианты девчат притянул, привлек тоже не годятся — если у него не 30 см, о чем автор-мужик непременно бы упомянул, она и так практически вплотную. Надо как-то трансформировать, но мы не нашли выхода.
Вроде бы однозначное место отдавна не съм се възбуждал така у Вари превратилось в давно у меня так не стоял — и старлей стал импотентом.
Изпращане Матю — проводы (привет Демьяну Бедному) или отвальная? Варе отвальная не знакома, для меня это прежде всего диалектизм (в форме отвально). Решили не путать читателя: проводы.
Армейскую лексику я изучала по замечательной книге Геннадия Пономарева «Как выжить в армии».
Вечерната проверка — вечерняя поверка:
Старшина приступает к поверке личного состава по специальному именному списку. Услышав свою фамилию, каждый отвечает: «Я». Так как обычно в подразделении есть люди, находящиеся в наряде или карауле, то за отсутствующих отвечают командиры отделений, сообщая, где находится тот или иной солдат, например: «В карауле», «В наряде», «В отпуске». Таким образом, армия в любом случае уже вечером будет знать о том, что кто-то из ее сынов несанкционированно покинул боевой пост. С последующими выводами, поисками, поимками и прочими действиями. Кроме поверки учет личного состава может быть произведен в любую минуту. Поэтому, прежде чем отлучиться куда-либо по срочному делу, обязательно известите своего непосредственного начальника, чтобы не получить от него по возвращении нагоняй.
Дежурната стая — скорее всего, комната дежурного (по подразделению). «Дежурную комнату» Варя нагуглила, но это, скорее всего, дежурная комната милиции.
...и го помоли да го пусне на другия ден в отпуск — увольнение:
Увольнение производится в порядке очередности, и очередность эту контролируют сержанты — заместители командиров взводов. Понятно, что боевая готовность части и качество несения боевого дежурства не должны страдать из-за того, что вы планируете прогуляться в пределах своего гарнизона, к которому может относиться и весь город. Поэтому не думайте, что весь личный состав вашей части выпустят одновременно на ознакомление с городом. Такого не будет. Кто-то останется на боевом посту. Одновременно из подразделения может быть уволено не более 30% военнослужащих. В субботу и предпраздничные дни разрешается увольнение до 24 часов, а в воскресенье и праздничные дни — до вечерней поверки.
За разрешением на увольнение вы обращаетесь к своему непосредственному начальнику и говорите: «Товарищ сержант. Прошу разрешить мне увольнение до 20 часов». Вас, при наличии возможности, включают в списки и относят их старшине роты.
Про пост №1 я много гуглила, чтобы понять, караул это по-русски или наряд. Караул все-таки, т.к. охрана боевого знамени — выполнение боевой задачи.
Дървеното трупче, с которого сходит Матю, мы решили перевести как постамент. Пост №1 называется «стоять на тумбочке», однако это просто идиома, см. анекдот «Товарищ курсант, вaм было приказано на тумбочке стоять, а вы на тумбочку влезли и стоите». В тумбочку, насколько я понимаю, воткнуто знамя, а солдат стоит рядом. Так что не с тумбочки он слез, как бы нам этого ни хотелось.
Кстати, есть еще одна тумбочка – пост дневального. Там действительно какой-то ящичек.
Что делать со старлеем? Мы с Тоней решили, что Паломата — прозвище. Варя, не привыкшая к членным формам в прозвищах, сделала его хохлом Паломатой. Ок:)
Если это прозвище, скорее всего, есть связь с популярной на Балканах туалетной бумагой Палома, которая как раз тоже членуется. Но все эти бумажные письма, фотокарточки, вообще болгарская армия (сейчас ее нет, только по контракту в НАТО) — веет восьмидесятыми, ей-богу. Был ли тогда в Болгарии этот явно западный бренд? Надо спрашивать болгар.
Если обыгрываем прозвище — типа старлей Подтирка — рассказ полностью меняет тональность. Решили оставить как есть, только без артикля (у Л. Цай в переводе «По жицата» это Петр Моканина неприятно удивило. Макаронина, блин).
Комната, по мнению Тони, не может вертеться, только плыть перед глазами. Я-то как раз отлично знаю, что вертеться она может, еще как. Ну ок, пусть плывет. У Вари она так вообще ходила ходуном, что странно, если все уже ушли.
Там, где Элиза свлече се надолу под чаршафа, — у Вари она сползла под простыней, и сразу кажется, что она зачем-то залезла под простыню и между простыней и матрасом куда-то ползет. Сложность в том, что в тексте до этого не сказано, что было жарко и Элиза с Матю укрылись простыней вместо одеяла. Я думаю, никакой проблемы не будет, если заменить эту эпизодическую простыню одеялом: она залезла с головой под одеяло. Ведь она и так лежала под одеялом, только голова торчала. А теперь и голова ушла.
Безграмотные ляпы
Варя: утре => утром вм. назавтра, стая => комната вм. номер (в мотеле); наля в две чашки => налил в две кружки вм. два стакана (коньяк). Старлей у нее гулял вдоль ворот. Что вдоль ворот, что вдоль КПП особо не погуляешь.
Я: беше чувала => хранила вм. слышала — интерференция словенского, ясное дело, в болгарском глухой западный диалектизм.
Личных местоимений Варя не боится, но иногда, как мне кажется, они у нее лезут изо всех щелей:
(Рядовой Матю разглядывал боевое знамя.) Он разглядывал его очень внимательно.
Здесь оба местоимения можно убрать, будет только лучше. Кальки с болг. синтаксиса: Что он мог ему рассказать. Возьми его в рот.
Не й проговори => Он не проронил ей ни слова.
Малка курвичко — у меня маленькая шлюшка, у Вари мелкая шлюшка. Мелкая все-таки, на мой взгляд, указывает на возраст. У Вари получается цп какое-то.
Тоне не понравилась Варина находка наодеколонен «Денимом». Говорит, окказионализм, привлекает внимание, а не должно.
У Вари по-прежнему очень живой язык, решения совпадают с моими (за исключением порядка слов иногда): дай-ка; врешь ты что-то.
Для единственного эпитета вмирисана (куртка) Варя нашла отличный аналог — пропотевшая. Потому что действительно, чем еще гимнастерка могла пропахнуть? Я слова не нашла, у меня она вонючая. Стащила перевод Вари с ее разрешения.
Старши лейтенант Паломата си беше налял в една пластмасова чашка с кока-кола сто грама коняк и не бързаше да отговори.
Тут сложность в плюсквамперфекте — как его передать, не разрушая простой синтаксис?
Я решила ради синтаксиса вовсе переводческим произволом поменять последовательность действий — у меня старший лейтенант Палома наливал в пластмассовый стаканчик с кока-колой сто грамм коньяку и не спешил с ответом. Вроде персонажу по характеру подходит. Конечно, из уже пьяного старлей становится просто сосредоточенным (навидалась я в детстве этого филигранного розлива чекушки по стопарикам), ну да пусть.
Варя решила иначе:
У старшего лейтенанта Паломаты было налито в пластмассовый стаканчик с кока-колой сто грамм коньяка...
Изящно, семантика плюсквамперфекта сохранена, но сразу повеяло северным перфектом — у меня уйдено, у него скошено... Решили поменять порядок слов:
В пластмассовом стаканчике с кока-колой у старшего лейтенанта Паломаты было налито сто грамм коньяка.
Вроде как-то уже ближе к литературному языку.
Болгарское съжалявам обсудили под конец — что касается болгарского, тут рулит Тоня. Это примерно то же, что I'm sorry, которое нереально перевести на русский. Ясно, что это не сожалею, как я перевела изначально. Фактически это извини, варианты — сочувствую, пардон, прошу пардона, сорри, упс, так вышло — правда, только сочувствую из этого синонимического ряда подошло к предыдущей фразе, к ситуации и к персонажу только сочувствую (хотя мне упс тоже по душе).
Варя, в частности, нашла у меня очень серьезный ляп: во фрагменте в слепоочията му блъскаше една-единствена мисъл — че днес влиза в казармата и няма да я вижда повече я, уж не знаю почему, перевела вижда глаголом совершенного вида — и больше ее не увидит, чем изрядно подбавила ненужного трагизма и, в общем, задала фальшивый тон всему рассказу.
Мы с Варей обменялись синонимами: в попита Елиза след малко с изкривено лице я искала слово перекошенное, но не нашла, поставила искаженное, а Варя наоборот. В переводах друг друга мы услыхали то, что не смогли поймать сами, и взяли себе:)