Не ищите кратчайших путей
В нашей февральской статье, посвященной выдвижению Второго Народного ополчения из Нижнего Новгорода на Ярославль, мы уже вспоминали историю того, как сама Русь поднялась против иноземных захватчиков. Напомним, в январе 1611 года, после пламенных воззваний патриарха Гермогена, рязанский воевода Прокопий Ляпунов собрал народ для похода на захваченную поляками Москву. К рязанцам присоединилась нижегородцы и казаки.
История Первого ополчения оказалась яркой, но очень короткой. Уже в марте ополченцы добрались до Москвы, вошли в Белый город и встали у стен Кремля…
… Но, как это часто случалось в российской истории, все погубили междоусобицы, а также вражеская пропаганда. Наслушавшись льстивых посланий поляков, казаки разругались с дворянами. В войске начался разброд, а после убийства Ляпунова в этой истории была поставлена точка.
Точнее, многоточие: именно благодаря успешному участию в Первом ополчении стал хорошо известен тогдашний зарайский воевода князь Дмитрий Пожарский.
Однако до начала нового этапа борьбы с засевшими в Белокаменной оккупантами оставалось еще долгих полгода. Лишь в сентябре нижегородский земский староста Кузьма Минин выступил с горячими призывами — в том числе со знаменитым «Захотим помочь московскому государству, так не жалеть нам имения своего, не жалеть ничего, дворы продавать, жен и детей закладывать, бить челом тому, кто бы вступился за истинную православную веру и был у нас начальником».
Здесь надо заметить, что к этому времени к обычной любви нижегородских обывателей к порядку добавились еще и практические соображения. На самой Нижегородчине начались нестроения; многие, как сказали бы теперь, «лидеры общественного мнения» встали на сторону Лжедмитрия Второго, а после его убийства начали поглядывать в сторону поляков, чьи эмиссары, понятное дело, тоже не дремали.
В итоге этих настроений вновь разгулялась «нижегородская вольница» — проще говоря, лихие люди, сбивавшиеся в шайки и промышлявшие грабежами. Обывателям, понятное дело, разгул криминал решительно не нравился — и призывы Минина легли на весьма благодатную почву.
И здесь самое время сказать о втором важном моменте, во многом определившем судьбу Второго ополчения. На военное руководство ополченцами был приглашен Дмитрий Пожарский, и дальнейшее развитие событий показало удачность этого выбора.
Лидеры Второго ополчения хорошо помнили историю своих предшественников и сделали из нее должные выводы. Никто никуда не торопился, подготовительный период перед выступлением составил почти полгода. Пожарский и Минин собирали ополчение (первый — по военной части, второй — по хозяйственной) и строили планы дальнейших действий.
Для того, чтобы понять уровень проработки этих планов, достаточно взглянуть на карту (благо, топонимика тех времен сохранилась). Условно говоря, маршрут похода на Москву оказался длиннее прямого раза в два. Но нижегородцы решили «поспешать, не торопясь». За полгода они добрались до Москвы походом через Кинешму, Кострому и Ярославль. Всюду они находили сторонников, новых ополченцев и средства.
Впереди их ждали славные сражения, убедительная победа над иноземцами и наконец-то – завершение Смутного времени.