Духовные иерархии и их отражение в физическом мире. Часть 1

Рудольф Штайнер

Десять докладов, Дюссельдорф 12 – 18 апреля 1909 г. GA 110

ПЕРВЫЙ ДОКЛАД
12 апреля 1909г., утром

Настоящий цикл докладов введет нас в высшие сферы духовной жизни. Он не только перенесет нас от места нашего обитания – Земли – в физическое мировое пространство, но и возведет в духовные миры, из которых взяло свой исток само физическое мировое пространство. Ибо, чтобы понять сущность человека, необходимо изучить весьма и весьма отдаленные явления.

Когда мы говорим о духовных иерархиях, это означает, что наш мыслительный взор должен быть обращен ввысь, к тем существам, бытие которых на нашей Земле простирается над человеческим миром. Чувственным органом зрения мы можем воспринимать лишь ряд существ, которые представляют собой четыре ступени определенной иерархии: мира минералов, мира растений, мира животных и мира человека. Над нами начинается мир невидимых существ, и человеку дано возвыситься до уровня тех сил и существ, которые в сверхчувственном, незримом мире являются продолжением этой четырехступенчатой иерархической последовательности, существующей в земном бытии.

Наука, которая может ввести нас в эти сферы, отнюдь не являются чем-то новым, лишь в наше время впервые появляющимся в развитии человечества. Она существует издревле как первозданная мудрость. Ибо все, что человек может исследовать, что он может знать, достичь и постичь посредством понятий и идей, благодаря особым ясновидческим имагинациям, инспирациям и интуициям, уже знали и переживали существа, стоящие выше человека. Прежде, чем возник наш мир, уже существовала та самая древняя мудрость, о которой мы, собственно, и должны говорить. Она и есть план мироздания.

Как глубоко мы должны проникнуть в прошлое, чтобы, оставаясь в пределах действительности, встретиться с этой первозданной мудростью? Для этого мы должны вернуться в те времена, когда еще не существовало внешней, видимой Земли, и когда не было окружающего мира, воспринимаемого чувствами, ибо он сам возник из самой этой мудрости. Однако мудрость эта, согласно которой божественно-духовные существа создали наш мир, была впоследствии дана и человеку, ибо мысли и идеи, творившие этот мир, человек мог затем созерцать и воспринимать в своем мышлении. После того как эта первозданная мудрость прошла через многообразные формы, она после большой атлантической эпохи стала достоянием святых Риши первой послеатлантической культуры, достоянием великих учителей Индии.

Эта первозданная мудрость великих Риши присутствовала в такой форме, о которой современное человечество способно составить себе лишь весьма смутное представление, поскольку человеческие способности мыслить и ощущать с тех пор сильно изменились; и если бы сегодня было сказано многое из того, что звучало из уст святых Риши, большинство душ на всей Земле вряд ли восприняло бы это как-то иначе, нежели просто непонятные слова. Чтобы действительно вникнуть в то, что пришло к послеатлантическому человечеству как мудрость, необходимы особые способности чувствовать, кроме тех, которыми человечество обладает сегодня. Ибо все то, что было позднее записано об этой мудрости в прекраснейших и лучших книгах, есть всего лишь слабый ее отголосок. Это во многих отношениях затемненная и искаженная мудрость, являющаяся достоянием лишь определенных узких кругов, сохранивших священные тайны. В мистериях Индии, Персии, Египта, Халдеи, в христианских и прочих мистериях вплоть до наших дней сохранилось все то, что составляло древнюю мудрость человечества. Вплоть до самого последнего времени лишь в этих узких кругах было возможно найти живую, а не книжную мудрость. Теперь же наступила эпоха, когда в широчайшие массы человечества должно проникнуть все то, что было достоянием живого опыта узких кругов. Ибо древняя мудрость никогда не иссякала. Она, словно бы пройдя сквозь источник вечной молодости, дошла до того времени, которое мы называем началом нашего времени.

Существуют сообщения в Евангелиях и других христианских писаниях, которые в обновленном виде содержат в себе мудрость святых Риши, как бы вновь родившуюся из источника вечной молодости. Но из евангельских откровений было понято очень и очень немногое, а дальнейшие попытки постичь Евангелия постепенно привели во многих отношениях вновь к непониманию. Еще и сегодня Евангелия, в сущности, являются для широких масс книгами за семью печатями, и поняты они будут лишь в будущем, просветленном древней мудростью. Все сокровища, которые содержатся в глубинах христианского откровения и являются не чем иным, как ценностями восточной мудрости, возрожденными с помощью новых сил, сохранялись в узких кругах, продолжением которых стали различные мистериальные общества, как братство святого Грааля, и, наконец, братство Розенкрейцеров. Именно там эти истины хранились, доступные лишь тем, кто в результате суровых испытаний был подготовлен к восприятию живой мудрости. Таким образом, сокровища истин Запада и Востока на протяжении многих и многих веков развития, начиная с самого начала нашего летоисчисления, оставались практически недоступными для человечества. Лишь отдельные их элементы время от времени проявлялись то тут, то там в необъятном мире; большая же их часть так и осталась тайной новых мистерий.

Однако настало время, когда содержание древней мудрости стало возможно выразить на языке, доступном для понимания простых людей. Последняя треть девятнадцатого века стала тем временем, когда о существе древней мудрости стало возможным говорить в более или менее откровенной форме. И лишь благодаря определенным явлениям, происшедшим непосредственно в духовных мирах, хранителям мистерий была дана возможность поведать человечеству нечто из древней мудрости. Станцы Дзиан «Тайной доктрины» – это глубочайшая, значительнейшая мудрость, содержащая многое из того, что, имея своим истоком учение святых Риши, разлилось затем в трудах мудрецов Востока. В них содержится также то, что затем, обновившись в христианстве, стало достоянием европейского Запада. Но многое из того, о чем говорится в Станцах Дзиан, лишь постепенно будет понято во всей его глубине.

Пришло время, когда появилась возможность говорить о многом, исходя из источников живого оккультизма, преданно сохраненного в мистериях розенкрейцеров, и говорить, опираясь на них. Ибо нет такой мудрости Востока, которая не влилась бы в оккультизм Запада. В учении и практике розенкрейцеров вы можете найти абсолютно все, что некогда охраняли великие мудрецы Востока. Разница лишь в том, что мудрость Запада должна собрать воедино всю мудрость Востока, все его исследования, и, ничего не утратив из них, озарить все это светом, просиявшим для человечества благодаря явлению Христа. И потому пусть никто не утверждает, что этому оккультизму недостает хотя бы йоты, крупицы того, что содержится в восточном оккультизме. На самом деле это не так, ибо западный оккультизм должен заново возродить эту мудрость, пронизав ее импульсом Христа.

Все великие откровения, впервые звучавшие из уст великих Риши для человечества, принося ему весть о сверхчеловеческих мирах, о сверхчувственном бытии, должны вновь найти отклик в знании о духовных иерархиях и их отражениях в физическом мире. И точно также, как геометрия древнего мудреца Евклида не стала чем-то иным, отличным от того, чем она была, несмотря на то, что ее теперь изучают и проверяют вновь и вновь, опираясь на новые человеческие способности, так и мудрость святых Риши мало в чем изменилась из-за того, что мы изучаем и познаем ее, опираясь на возможности, открытые для нас Христовым импульсом. Поэтому большую часть из того, что мы будем говорить о духовных мирах, мы будем именовать восточной мудростью. Ибо в таких предметах не допустимы ошибки и недоразумения.

Те из присутствующих, кто еще не сумел перейти от ошибок к правильному пониманию, могут неверно понять все то, что ранее говорилось о великих и святых истинах Будды о жизни и о страдании в ней: рождение есть страдание, страданием являются и болезнь, и старость, и смерть; страдание пребывать в разлуке с тем, кого любишь, страдание – не обладать тем, что вожделеешь. Будда, мол, учит: рождение есть страдание. Постигшие же Христа отвечают: «Через рождение мы вступаем в жизнь, чтобы разделить ее с Христом, и благодаря такой причастности к Христу исцеляемся от жизненных страданий; точно так же целительная сила Христова импульса избавляет нас от болезней, и для познавших Христа болезнь более не является страданием, точно так же, как для познавших Христа уже не является страданием и смерть, и т. д.» Получается, что древние священные истины буддизма в результате возникновения христианства должны утратить свою истинность. – Тот, кто так говорит, проявляет чудовищное непонимание. Ибо мной было сказано совсем не это. И поэтому особенно важно в этой сложной сфере понимать все совершенно правильно.

Говорящий из источника мудрости розенкрейцеров, никогда не скажет, что нечто из содержания учения великого Будды устарело и утратило свою истинность, или что в его учении есть что-то неистинное. Каждый розенкрейцер, разделяет убеждения Будды и всю восточную мудрость, и ничего в ней не отвергает. Он говорит: «Все то, что ты, о великий Будда, постиг в глубинах своей души благодаря просветлению, все великие истины о страдании в жизни, – несомненно и истинно, вплоть до последней крупицы. Ничто из этого никогда не будет отрицаться. Все останется навсегда. Но именно потому, что истинно все сказанное Буддой о рождении, болезни, старости, смерти как проявлении страдания, импульс Христа становится могущественным и важным исцеляющим средством, ибо он и есть то, что избавляет от страдания, поскольку справедливо и то, что страдания проявляются тогда, когда от них не избавляет великий всемирный импульс. Почему Христос действовал? – Потому что Будда открыл истину. Человечество должно было сойти с тех духовных высот, где древняя мудрость выступала в своем истинном образе; было необходимо привести его к самостоятельности, низвести в физическое бытие, вследствие этого жизнь и болезни стали страданием, но с тою же необходимость должно было в дальнейшем прийти великое исцеляющее средство от этих непреложных фактов. О, на тех вершинах бытия, где мы призваны искать сферы духовных иерархий, нет такого: буддизм против христианства, или христианство против буддизма, там Будда протягивает руку Христу, а Христос – Будде. Но всякая недооценка человеческого развития и восхождения представляет собой в то же самое время недооценку того духовного деяния, которое имело место во время нашего земного развития – деяния Христа. Итак, не следует отрекаться от мудрости Востока, в которой на протяжении длительных периодов времени нисходила к людям мудрость святых Риши, а вместе с ней и древнейшая мудрость.

В доатлантические времена, в эпоху, предшествовавшую великой катастрофе, когда огромные массы людей, еще обладавших даром старого и смутного ясновидения, обращали взоры в небесные пространства, стремясь узреть духовные иерархии, они видели все совершенно иначе, нежели в послеатлантическую эпоху, когда древний дар ясновидения стал недоступным для большинства людей, и лишь телесными глазами они могли теперь созерцать физические небесные дали. Поэтому во времена, предшествовавшие атлантической катастрофе, не имело никакого смысла говорить о тех небесных телах, которые сегодня рассеяны в космическом пространстве. Не было смысла говорить ни о Меркурии, ни о Нептуне, ни о Сатурне, как говорит о них наша астрономия; ибо говорить о них так, как говорит современная наука о космическом пространстве и звездах, и телах, находящихся в нем, могут лишь те, кто обводят небесные пространства лишь чувственно-физическим оком.

В Атлантиде все обстояло совершенно иначе. Тогда на Земле жило человечество, обладавшее даром природного ясновидения, и оно, устремляя взоры в небо, не видело там физически ограниченные светила. Когда сегодня глаз современного человека смотрит в телескоп на то место в пространстве, где находится Юпитер, он зрит лишь физический космический шар, окруженный своими спутниками. Чем же этот шар был для людей атлантической эпохи, когда они устремляли свои, еще не утратившие дара ясновидения, взоры на ту же самую точку в пространстве? Они видели нечто вроде туманного ореола вокруг огонька, а сам свет как бы исчезал в цветных кольцах, окружающих его. Это то, чего люди сегодня уже не могут видеть – аура Юпитера, или совокупность духовных существ, выражением которых, собственно, и является физический Юпитер. Духовное око человека накануне атлантической катастрофы блуждало по мировым пространствам, всюду созерцая духовное. В те времена можно было говорить лишь об этом духовном, ибо разговоры о физических звездах, когда у человека еще не открылось физическое око, были бы совершенно бессмысленными. Обращая взоры в космические пространства, человек созерцал духовных существ, духовные иерархии.

Однако в ходе дальнейшего развития произошло нечто. Представьте себе, что мы движемся в густом тумане. Мы не можем видеть отдельные источники света. Все окутано туманной аурой. Затем туман начинает рассеиваться, и отдельные источники света становятся чувственно воспринимаемыми. Аура же напротив, становится невидимой. С Юпитером дело обстояло бы именно так. Глаз атланта созерцал в ауре тех духовных существ, которые принадлежали Юпитеру вследствие определенной ступени своего развития. Затем у человечества развилась способность физического зрения. Аура осталась, но люди утратили способность ее видеть, и физическое тело Юпитера, стоящее посередине стало приобретать в их глазах все более и более четкие очертания. Все, что относилось к духовной сфере было утрачено, а видимым становилось то, что было в нем телесного.

Знание о духовном и тех существах, которые окружают звезды, было сохранено в священных мистериях. Именно об этом знании возвещают святые Риши. В те времена, когда люди обладали уже только физическим зрением, они говорили о духовных атмосферах, и духах, обитающих на этих космических телах, рассеянных в пространстве.

А теперь посмотрим еще раз на сложившуюся ситуацию. В тех местах, где было сосредоточено знание, говорили о духовных существах, окружающих космические тела. За пределами этих мест, там, где физическое око приобретало все большую остроту, все чаще и чаще шла речь о плотной физической материи. Преемники учителей, пребывавших в местах, где хранилось знание, произнося слова: Луна, Меркурий, Венера, Солнце, Марс, Юпитер, Сатурн, обозначали этими понятиями иерархическую последовательность духовных существ. Те же, кто произносят эти слова на современный лад и обозначают ими лишь физическое тело, выражают наиболее поверхностный и грубый смысл того, что понималось под ними раньше.

Оба эти течения все более и более разделялись в человечестве. В мистериях под словами, которые использовались для обозначения наших внешних космических тел, всегда понимались духовные миры, иерархическая последовательность духовных миров. Внешний мир подразумевал под ними нечто материальное. Так продолжалось вплоть до нашей нынешней мифологии, которую обычно называют современной астрономией. И поскольку духовная наука полностью признает ценность всех прочих мифологий, вы можете легко понять, что и современная мифология будет признана ею и оценена. Для посвященных эта современная мифология представляет собой не что иное, как особую фазу всех мифологий. Все то, что говорилось в преданиях древних обитателей Европы о богах, звездах и мироздании; все то, что греки и римляне поведали в своих мифах; все то, что люди сумели выразить средние века в своих туманных сагах, — соединено напрямую с той, заслуживающей справедливого восхищения и признания, мифологией, которая была создана Коперником, Кеплером и Галилеем. Придет время, когда и об этой современной мифологии будут говорить примерно следующее: некогда жили люди, считавшие совершенно правильным поместить материальное Солнце в центре эллипса, заставить планеты вращаться вокруг него, придав такому вращению разнообразный характер; они создали некую систему мироздания и, как и в прежние времена, признавали ее истинной. Сегодня же все это не более чем предания и сказки.

Однако, несмотря на все это, древняя вселенская мудрость постоянно распространялась и культивировалась. Правда, эта древняя мудрость все время подвергалась материальной интерпретации, и в ней видели все меньше духовного. И потому для того, чтобы человечество окончательно не утратило взаимосвязи с первоначальной духовной мудростью, при обновлении – в начале нашего летоисчисления – в древней вселенской мудрости было новым языком выражено, что там, куда направляется человеческий взгляд, воспринимающий только физическое, духовный план пространства заполнен духовными существами. Об этом поведал самый доверенный ученик апостола Павла – Дионисий Ареопагит. В Афинах он выступил с такой проповедью: в космическом пространстве существуют не одно только материальное. Когда человеческая душа познавая восходит в пространства вселенского бытия, она встречается там с духовным, которое выступает в мировом развитии. Дионисий имел в виду те же самые миры, что и Риши, он лишь с особой ясностью отметил, что в данном случае мы имеем дело с духовными существами и поведал об Ангелах, Архангелах, Началах, Властях, Силах, Господствах, Престолах, Херувимах и Серафимах. Но люди снова забыли то, о чем некогда знало человечество. Если бы они сумели понять взаимосвязь между прозрениями Дионисия Ареопагита и тем, что созерцали древние святые Риши, люди поняли бы, что это – одно и то же. Слыша, с одной стороны, слово «Меркурий», а с другой – слово «Архангелы», они понимали бы, что это – то же самое. Или слыша слово «Архаи» и слово «Венера», слово «Солнце» и слово «Власти», слово «Марс», и слово «Силы», слове «Юпитер» и слово «Господства», слово «Сатурн» и слово «Престолы» – люди понимали бы: все эти слова обозначают одни и те же миры.

Однако в широких кругах этого уже не знали и не могли знать. Знание о мире, становясь все более и более материальным, сохранило прежние наименования, имевшие некогда духовное значение, но стало использовать их применительно к физическому плану. С другой стороны, существовала духовная жизнь, которая возвещала о духовном плане, об Архангелах, Ангелах и так далее, утратив при этом взаимосвязь с физическими проявлениями этих духовных существ. Задача современного духовного знания, или духовной науки антропософии, восстановить связь между физическим и духовным, между миром Земли и духовными иерархиями.

Рассмотрим в качестве примера трудности понимания писаний, восходящих непосредственно к древней вселенской мудрости, одно место из Божественной песни – Бхагавадгиты, в котором особенно глубоко высвечена человеческая жизнь во взаимосвязи с иерархиями. Это глава 8, начиная с 23 стиха, звучащая так: «Я хочу разъяснить тебе, взыскующий истины, через какие испытания проходят избранники богов, когда они покидают Землю вратами смерти, чтобы возродиться вновь или избежать нового рождения. Итак, я говорю тебе: взгляни на огонь, погляди на день, посмотри на время растущей Луны, обрати взор свой на ту половину года, когда Солнце стоит высоко в небе. Те, кто умирают в это время, умирают в огне, днем, во время растущей Луны и высоко стоящего в небе Солнца, приходят к Брахме через врата смерти. Те же, кто умирают под знаком дыма, ночью, во время убывающей Луны, в ту половину года, когда Солнце низко стоит над Землей, покидают этот мир, проходя через врата смерти в лунный свет, и вновь возвращаются в этот мир».

Здесь нам прямо сказано: дальнейшее состояние человека, возможность его повторного рождения зависят от взаимного расположения Солнца, Луны и Земли. Таков, так сказать, материальный смысл этого отрывка. Тем, кто проходит под днем знаком огня во время прибывающей Луны, когда Солнце стоит высоко, нет нужды возвращаться назад. Другие же, кто умирает ночью под знаком дыма во время убывающей Луны или в полугодие, когда Солнце стоит совсем низко, не могут подняться до высот Брахмы, а достигают лишь высот луны и поэтому должны возвратиться в этот мир. Таково это место в Божественной песни Востока, в котором все, буквально все, представляет громадную трудность для всех, кто хотел бы истолковать ее в рамках экзотерической жизни. Оно может быть истолковано лишь в том случае, если будет освещено светом духовного познания, из которого оно, собственно, и было записано. И мы, безусловно, сможем подобрать ключ к таким местам, если рассмотрим их в свете древней спиритуальности. С объяснения и толкования этого места Божественной песни и начнется наш следующий доклад, и тогда, подобрав ключ к пониманию этого стиха, мы сможем подняться к духовным иерархиям.

ВТОРОЙ ДОКЛАД
12 апреля 1909 г., вечером

В первую культурную эпоху после атлантического времени существовало знание, обращающееся к духовным первоисточникам бытия, учение, возвещенное святыми Риши. Наиболее значительным в нем было то, что оно настолько глубоко проникало во все природные процессы, что могло познавать в них духовно-действенное начало. В принципе, нас всегда окружают явления и события духовного плана, а также духовные существа. Все, что происходит в материальном плане, представляет собой лишь отражение и выражение духовных явлений, и все предметы, предстающие нам в материальном плане, являют собой лишь внешний покров духовных существ. И когда древнее священное учение говорило о явлениях окружающего нас мира, оно всегда особенным образом указывало на важнейшее, значительнейшее природное явление, окружающее человека на Земле, каковым оно считало огонь и его природу. В объяснениях всего происходящего на Земле в центре внимания всегда находилось духовное исследование огня. И если мы хотим понять это восточное учение об огне, которое в древности столь широко затрагивало всякое знание и всякие проявления жизни, нам придется хотя бы немного ознакомится также и с другими природными явлениями и природными объектами в том виде, как они рассматривались в том древнем, но вплоть до сегодняшнего дня имеющем значение для духовной науки, учении.

В ту эпоху все, что окружало человека в физическом мире, сводилось к так называемым четырем стихиям, которые сегодня уже, разумеется, не находят признания со стороны нашей современной материалистической науки. Понятие «земля» в эпоху расцвета духовной науки обозначало некую характеристику материального бытия – состояние твердости. Все то, что мы сегодня именуем твердым, в духовной науке называлось земным. Итак, независимо от того, имеем ли мы в виду клочок твердой пахотной земли или осколок горного хрусталя, кусок свинца или кусок золота – все, что было твердым, именовалось землей. А все, что было жидким и текучим, причем не только вода в нашем сегодняшнем понимании, обозначалось понятием «вода». Если вы возьмете, например, железо, и раскалите его настолько, что оно вследствие нагрева расплавится и станет жидким, то такое жидкое железо уже являлось бы для духовной науки водой. Все металлы, находящиеся в жидком состоянии, обозначались понятием «вода». Состояние, которое мы сегодня обозначаем как газообразное, все это, независимо от того, какое именно вещество рассматривается в данном случае, будь то кислород, водород или какие-либо другие газы, все это обозначалось общим понятием «воздух».

Четвертым элементом считался огонь. Современная наука рассматривает огонь не как некое вещество или элемент, который можно было бы сравнить с землей, водой или воздухом, но выделяет в огне лишь состояние движения. Духовная же наука видит в тепле или в огне субстанцию, еще более тонкую, чем воздух. Подобно тому, как земля или твердое вещество превращаются в жидкость, точно также и воздухообразное, с точки зрения духовной науки, постепенно переходит в состояние огня, а огонь является настолько тонким элементом, что проникает во все остальные элементы. Огонь проникает в воздух и нагревает его. То же самое он делает с землей и водой. В то время как три других элемента, так сказать, рассеяны во всем, мы видим, что стихия огня пронизывает все.

И вот древнее, а вместе с ним и новое духовное знание гласят: существует определенная значительная разница между тем, что мы называем землей, водой, воздухом, и тем, что именуем огнем или теплом. – Как может быть воспринята твердость земли? Мы говорим, прикосновением. Мы воспринимаем твердое, когда прикасаемся к нему и испытываем сопротивление. Точно так же мы поступаем и с водой. В этом случае сопротивление оказывается не столь значительным, однако мы воспринимаем его как нечто внешнее относительно нас, как некое сопротивление. То же самое можно сказать и о стихии воздуха. Мы так же воспринимаем его как нечто внешнее. Иначе обстоит дело с теплом, которое мы можем воспринимать, не ощущая его как нечто внешнее. Наиболее существенным здесь является следующее: мы можем воспринимать тепло как нечто внешнее, подобно трем другим элементам, однако мы ощущаем тепло также и внутри самих себя. Поэтому наука древних индусов, уже утверждала: землю, воду и воздух ты можешь воспринимать исключительно во внешнем мире, тепло же является единственным элементом, который ты можешь воспринимать также в своих внутренних состояниях. Оно имеет двоякую природу: внешнюю, проявляющуюся, когда мы воспринимаем его как нечто внешнее по отношению к нам, и внутреннюю, которую мы ощущаем внутри себя, находясь в определенном состоянии, когда нам бывает жарко или холодно. Однако сознательно человек не очень заботится о том, что в нем самом является воздушными, водяными или твердыми субстанциями. Он начинает ощущать себя самого лишь в стихии тепла. Элемент тепла имеет как внешнюю, так и внутреннюю сторону. Поэтому древняя духовная наука вместе с новой духовной наукой говорят: тепло, или огонь представляет собой то, в чем материальное начинает становиться душевным. Внешний огонь мы воспринимаем подобно прочим элементам, а внутренний или душевный – пребывает в нас.

Таким образом, огонь, с точки зрения духовной науки, всегда образует некий мост между внешним материальным и душевным планом, который человек может воспринимать лишь внутри себя. Поэтому тепло или огонь всегда ставятся в центре всех исследований природы, ибо огонь представляет собой, так сказать, врата, через которые мы проникаем из внешнего плана во внутренний. Поистине, он подобен двери, перед которой можно стоять, глядя снаружи, но можно и открыть, и увидеть изнутри. Таков огонь в ряду природных явлений. Притрагиваясь к любому внешнему предмету, мы тем самым познаем огонь, который струится снаружи подобно трем другим элементам; воспринимая же внутреннее тепло, мы ощущаем его как нечто, принадлежащее нам самим: при этом мы стоим по ту сторону порога, вступая в сферу душевного. Так говорила наука об огне. Поэтому в огне видели явление, в котором совместно проявляются и материальное, и душевное.

Древним учителям достаточно было сказать: «Обрати взор на огонь. В нем ты видишь двоякое. Одно – это дым, другое – свет. Таким образом, когда пламя пожирает какой-нибудь предмет, мы видим обе составляющих этого природного явления: свет и дым. Огонь же находится посредине между светом и дымом. В отношении рождающегося из огня света мы должны рассмотреть простейший, но далеко идущий факт. Физический глаз не видит свет. С помощью света можно видеть различные предметы – твердые, жидкие, газообразные, но не сам свет. Представьте себе, что все космическое пространство пронизано светом, а источник света находится где-то позади вас – будете ли вы при этом видеть свет? Разумеется, вы ничего не увидите. Вы сможете увидеть что-либо лишь в том случае, если в пространстве, залитом этим светом, будет находиться какой-нибудь предмет. Человек видит не сам свет, а все то твердое, жидкое и газообразное, на что свет падает. Это именно то, что особенно ясно для духовного ока. Это важное выражение: свет недоступен для восприятия нашими внешними органами чувств, его невозможно воспринимать внешним образом. Если вы полагаете, что, глядя на солнце, человек видит свет, то это неверно: он видит пламенеющее тело, некую пылающую субстанцию, которая излучает свет. В этом явлении мы имеем дело с газообразным, жидким или земляным. Мы видим не свет, а то, что горит.

Переходя от земли к воде, от воздуха к огню, а затем и к свету, мы вступаем из внешне воспринимаемого, видимого в невидимое эфирно-духовное. Огонь находится на границе между внешне воспринимаемым, материальным, и тем, что больше не воспринимаемо внешне. Что же происходит с телом, охваченным пламенем? Что происходит, когда нечто горит? С одной стороны, тогда возникает свет, который невидим, недоступен для внешнего восприятия, но за это огонь должен заплатить появлением дыма. Из того, что раньше было прозрачным и освещенным, должно образоваться нечто непроницаемое, дымоподобное. Итак, огонь подвергается дифференциации, разделяясь, с одной стороны, на свет, тем самым открывая путь к сверхчувственному миру, и дым, посланный в мир материального, непрозрачного, но видимого. Ничто не возникает односторонне. Все возникающее имеет две стороны: если с одной стороны возникает свет, то с другой стороны возникает помутнение, темная материя. Это древнее духовнонаучное учение.

Описанный нами процесс представляет собой лишь внешнюю физически-материальную сторону. В его основе лежит нечто принципиально иное. Имея дело лишь с теплом, пребывающем в чем-нибудь, что еще не светится, мы воспринимаем само внешне физическое тепло, за которым есть еще и духовное. Когда же тепло становится настолько сильным, что возникает свечение и образуется дым, то при этом нечто из того духовного, что было заключено в тепле, должно перейти в дым. Духовные существа, связанные с теплом, должны, так сказать, позволить волшебным образом перенести себя в уплотняющуюся, дымовую субстанцию. Все, что в качестве потемнения и материализации как бы выделяется из тепла, непременно связано с таким превращением духовных существ. Представим себе это еще более определенно. Допустим, мы преобразуем, как это уже стало возможным в наше время, воздух в жидкое состояние. Воздух представляет собой не что иное, как сгустившееся тепло – он сам возник из тепла в результате образование дыма. То духовное, которое хотело бы, в сущности, быть в огне, превращено в дым. Духовные существа, называемые также элементарными существами, превращаются в воздух, и будут превращаться дальше, связанные с более низкой формой бытия, при переходе воздуха в воду. Поэтому духовная наука вообще во всем, что доступно внешнему восприятию, видит нечто такое, что произошло из первоначального состояния огня, или тепла, таким образом, что уплотнением тепла образовался сначала воздух, или дым и газ, газ – в жидкость, жидкость – в твердое. Твердое было некогда жидким, но в ходе дальнейшего развития превратилось в твердое; точно так же и жидкое было некогда газообразным, а газообразное образовалось в качестве дыма из огня. Но важно помнить, что с этим уплотнением и переходами в газообразное, жидкое и твердое состояние всегда связано превращение духовных существ.

Теперь бросим взгляд на окружающий мир: твердые камни, струящиеся потоки воды, воздух. В сущности, во всем этом мы не имеем ничего, кроме метаморфоз огня. Все есть уплотнившийся огонь. Золото, серебро, медь – все это уплотнившийся огонь. Все было некогда огнем, все рождено из огня, – но во всем этом покоится превращенное духовное!

Каким же образом духовно-божественные существа, окружающие нас, достигают того, что возникает твердое, жидкое и газообразное? Они посылают вниз своих элементарных духов, обитающих в огне, заключают их в воздух, в воду и в землю. Это – вестники и посланники духовных творческих существ. Прежде всего, элементали пребывают в огне, где они, образно говоря, чувствуют себя достаточно хорошо, но затем они обрекаются на жизнь в превращениях. Оглядевшись вокруг, мы вправе сказать: эти существа, которым мы обязаны всем, что есть вокруг нас, должны были снизойти из элемента огня, и теперь они зачарованы в вещах.

В силах ли мы, люди, сделать что-нибудь для этих элементалей? Это действительно великий вопрос, который задавали себе еще святые Риши. Да, мы можем кое-что сделать! Ибо то, что мы, люди, совершаем здесь, в этом физическом мире, представляет собой не что иное, как внешнее выражение духовных процессов, и все, что мы делаем, имеет в то же время значение и для духовного мира. Предположим, человек просто рассматривает осколок горного хрусталя или кусочек золота. Что тогда происходит? – Непрерывное взаимодействие между зачарованным элементарным духом и человеком. Мы всего лишь смотрим на некий предмет, и тем самым воспринимаем, но при этом в нас всегда проникает нечто из сущности элементалей. Постоянно, с утра до вечера, в нас проникает нечто из элементарных существ. Предположим, человек не перерабатывает внешний мир ни духовно, ни мыслями, ни чувствами, и остается простым созерцателем того, что предстает ему в материальном плане в этом мире. Тогда элементарные духи проникают в него и пребывают в нем, просто находятся в нем и в ходе мирового процесса развития не достигают ничего, кроме того, что из внешнего мира они перешли в человека. Но допустим, что человек начал духовно перерабатывать впечатления внешнего мира, и своими мыслями и понятиями составлять себе представления о духовных основах мира, и, следовательно, он не просто разглядывает кусок металла, но размышляет о его сущности, чувствует красоту вещей, одухотворяет свои впечатления. Что же он тем самым делает? Своим духовным действием он освобождает элементарное существо, которое притекает к нему из внешнего мира, возвращает ему его прежнее бытие, избавляя от необходимости превращения. Так мы своей одухотворенностью можем либо заключить, в свой внутренний мир существ, превращенных в воздух, воду и землю, либо же постоянным одухотворением самих себя освобождать, избавлять их, возвращать их к их первоначальному состоянию.

На протяжении всей своей жизни на земле человек принимает в свой внутренний мир элементалей из внешнего мира.

Но что происходит с элементарными существами, которые переходят из предметов в человека? Прежде всего, они пребывают в нем. Даже будучи освобожденными, они вынуждены оставаться в человеке вплоть до его физической смерти. Когда же человек проходит через врата смерти, появляется различие между теми элементалями, которые просто попали в него, но он не вернул их вновь в высшую область, и теми, которых человек, благодаря своему одухотворенному состоянию, вернул в их прежнюю стихию. В своей жизни человек является как бы переходной точкой для этих элементалей. И лишь когда он проходит через духовный мир и вновь рождается в своем следующем воплощении, проходя через врата рождения, он стягивает к себе все те элементарные существа, которые не были ранее освобождены им, и они вновь переходят в физический мир. Те же, которых он освободил, уже не следуют за ним при новом нисхождении в мир, но возвращаются в свои первоначальные стихии.

Итак, мы видим, что человек, благодаря своему развитию и той взаимосвязи с внешним природным миром, которую он выработал, получает способность либо освободить элементалей, либо напротив, приковать их к земле еще крепче, чем это было прежде. Человек, разглядывая какой-нибудь внешний предмет и очищая его, высвобождая элементарное существо, пребывающее в нем, создает духовное противодействие тому, что происходило раньше, когда из огня возникал дым. В духовном плане он создает из дыма огонь и освобождает его после своей смерти. Подумайте о том, сколь бесконечно глубокими и преисполненными духа были древние обряды жертвоприношений, если рассматривать их в свете древнейшей духовной науки! Вообразите себе жреца перед жертвенником в те времена, когда религия была основана на истинном понимании духовных законов; представьте, как он возжигает огонь, и дым начинает подниматься к небесам, и такое восхождение дыма действительно превращается в жертву лишь в результате произносимых при этом молитв. Что происходит с такой жертвой? Зачарованный дух входит в человека так, что после его смерти вновь восходит в высший мир. Посвященный в таком случае говорил следующее: «Если ты взираешь на духовный мир так, что твое духовное действие не замыкается на одном лишь дыме, но восходит к духовной стихии огня, ты тем самым после своей смерти освобождаешь дух, зачарованный в дыме, позволяя ему вернуться в стихию огня, и тогда он после твоей смерти сможет подняться в духовные миры, и не будет вынужден возвратиться обратно на землю вместе с твоим новым рождением. Если же ты оставил его таким же, каким он пребывал в дыме, то он возродится вместе с тобой в твоем новом воплощении, ибо не сможет после твоей смерти возвратиться в духовный мир».

Итак, теперь вы поняли одно из наиболее глубоких изречений «Бхагавадгиты», которое было приведено в предыдущем докладе. В данном случае речь не идет о человеческом «я», но о тех природных элементарных существах, которые вселяются в человека из внешнего мира. О них говорится так: «Посмотри на огонь, взгляни на дым! То, что человек в результате своего духовного развития превращает в огонь, – все это является теми духами, которых он освобождает после своей смерти. Все то, что он оставляет таким, каким оно было в дыму, остается с ним и в нем после его смерти, и непременно возродится вновь при следующем воплощении». Судьбу, ожидающую элементарных духов, можно выразить так: посредством развивающейся в человеке мудрости, он освобождает после своей смерти элементарных духов; посредством же неразумия, внешней материальной привязанности к чувственному и телесному, человек приковывает к себе элементарных духов и вынуждает их вновь и вновь приходить вместе с ним в этот мир и снова рождаться вместе с ним.

Но элементали связаны не только с огнем. Они являются посланниками высших божественно-духовных существ абсолютно во всем, что проявляется во внешнем, чувственном плане. В качестве примера следует отметить, что в мире никогда не смогло бы проявиться взаимодействие тех сил, которые делают возможной смену дня и ночи, если бы целые сонмы элементарных существ не прилагали совместных усилий к тому, чтобы заставить планеты вращаться соответствующим образом. Все происходящее в мире является результатом воздействия бесчисленных духовных существ низшего и высшего порядка, входящих в духовные иерархии. В данном случае мы имеем дело с низшими подчиненными существами, с посланниками. Дело в том, что человек находится во внутренней взаимосвязи с существами мира элементарных духов, совместные усилия которых обуславливают смену дня и ночи. Если человек ленив и безразличен ко всему, то он влияет на эти элементали, совершенно иначе, нежели когда он творчески активен, работоспособен, прилежен и занят созидательной деятельностью. Нерадивый человек вступает в контакт с совершенно конкретными элементарными существами. Подобно тому, как элементали первого порядка – огня, пребывают в воздухе, воде и земле, точно также есть и определенные элементарные существа, связанные с тьмой, и день никогда не смог бы отделиться от ночи, если бы они не переходили в ночь. Самой своей возможностью наслаждения днем человек обязан тому, что божественно-духовные существа отгоняют элементарные существа и заключают их в ночь. Когда человек ленив, он оставляет все те элементарные существа, которые заключены в ночи без каких-либо изменений. Прилежный и работящий же, возвращает все эти элементали духовным путем в день. Так он постоянно высвобождает их. На протяжении всей жизни мы как бы носим в себе все те элементарные существа, которые вселяются в нас, когда мы подвержены лени, и проникают в нас, когда мы активны и прилежны. И своим прохождением сквозь врата смерти мы как бы возвращаем в духовный мир те существа, которые нам удалось вернуть дню; те же существа, которые остаются заключенными в ночь вследствие нашей лености, остаются по-прежнему прикованными к нам, и мы вновь приносим их с собой в мир при нашем новом воплощении. Это – второй аспект «Бхагавадгиты». Ибо здесь вновь речь идет не о человеческом «я», а о той группе элементарных существ второго порядка, которые можно охарактеризовать следующими словами: «Обрати взор свой к ночи и дню. Все то, что ты высвобождаешь сам, что ты, благодаря своему прилежанию, превращаешь из ночных существ в дневные, все то, что выходит за пределы дня, после твоей смерти достигает высшего мира. А все то, что ты в качестве ночных существ уносишь вместе с собой, ты тем самым обрекаешь на новые рождения и новый приход в мир вместе с тобой».

Теперь вы уже можете представить себе, что далее последует за этим, ибо аналогичный процесс происходит и при более всеобъемлющих явлениях природного плана, таких, например, как 28-дневный лунный цикл, заключающий в себе поочередную смену пребывающей и убывающей Луны. Необходимы совместные усилия огромного множества элементарных существ, чтобы приводить Луну в такое движение, чтобы смог сложиться известный нам 28-дневный лунный цикл, и все то, что связано со сменой лунных фаз, могло реально происходить на нашей видимой Земле. Однако для этой цели высшие существа должны превратить, заклясть и сковать все эти известные элементали. Обладающий даром ясновидения, всегда видит, как во время фазы прибывающей Луны духовные существа неизменно восходят из низшей сферы в высшую. При этом другие духовные существа – элементали третьего порядка – должны быть непременно зачарованы в низшей подчиненной сфере. Они также вступают во взаимодействие с человеком. Когда он весел и доволен миром, когда он постигает мир до такой степени, что своей радующейся душой объемлет все вещи и явления, он тем самым постоянно освобождает все те духовные существа, которые скованы убывающей Луной. В него проникают и постоянно освобождаются благодаря его душевной умиротворенности, внутреннему покою, гармоническому мировосприятию и мироощущению различные духовные сущности. Но те элементали, которые проникают в человека, когда он находится в подавленном, унылом и раздражительном расположении духа, когда испытывает острое недовольство буквально всем и от всего приходит в раздражение, – все они остаются в зачарованном состоянии, в котором находятся во время убывающей фазы Луны.

О, существуют люди, которые, достигнув гармоничного мировосприятия, обретают радостное расположение духа и оказывают неустанное освобождающее влияние на громадные сонмы элементарных существ, возникающих именно так, как было сказано выше. Благодаря гармоничному мировосприятию, глубокой внутренней удовлетворенности миром, человек становится подлинным освободителем духовных элементарных существ. В то же время вследствие своей раздражительности, подавленности и недовольства он превращается в своего рода тюремщика тех элементалей, которые могли бы обрести свободу, если бы он обладал радостным мироощущением. Так мы затрагиваем третий важнейший аспект учения «Бхагавадгиты»: «Посмотри, как человек, действуя одним лишь расположением духа, освобождает духов подобно тому, как освобождает их прибывающая Луна; и эти освобожденные духи в момент прохождения человека через врата смерти возвращаются в высший мир. Когда же человек вследствие недовольства и ипохондрии как бы призывает в свой внутренний мир окружающих его духов, и оставляет их такими же, какими они должны быть, чтобы сохранить порядок смены лунных фаз, эти духи остаются как бы прикованными к нему, и им приходится вновь рождаться, когда этот человек вновь воплощается в новом бытии. Такова третья ступень элементарных духов, которые со смертью человека либо освобождаются и возвращаются на свою родину, либо вынуждены вновь рождаться и вновь вступать в этот мир вместе с человеком».

Наконец мы имеем также и четвертый вид элементарных духов. Это – те духи, которые связаны с солнечным циклом года, чтобы Солнце летом могло пробуждать и оплодотворять Землю, изливая на нее свои лучи, и тогда все, чему положено расти с весны до осени, могло, пробиваться созревать и наливаться. Для этого определенные духи должны быть скованы зимой, зачарованы на весь период зимнего солнца. И здесь человек, как об этом уже говорилось ранее, действует таким же образом по отношению к другим ступеням духовных существ элементарной сферы. Представим себе человека, который, встречая зиму, говорит себе: «Ночи становятся все длиннее, дни – короче; мы приближаемся к той области солнечного годового цикла, когда Солнце отнимает у Земли свою оплодотворяющую силу. Внешняя Земля при этом умирает, но я чувствую себя более обязанным жить духовно вместе с нею. Я должен, если можно так выразиться, все более и более воспринимать в себя дух». – Представим себе человека, который накануне праздника Рождества испытывает радостное, приподнятое настроение, понимая истинное значение Рождества, заключающееся в том, что внешний чувственный мир по большей части умирает и жизнь реализуется преимущественно в духовном. Представим далее, что этот человек переживает на исходе зимнего времени вплоть до Пасхи, понимая, что вместе с воскрешением внешнего мира наступает умирание духовного, и переживает праздник Пасхи соответствующим образом. Такой человек обладает пониманием не только внешней религии, но и природных процессов, духа, проявляющегося в природе, и благодаря своему особому благочестию и духовности освобождает тот самый четвертый тип элементарных существ, которые постоянно втекают в человека и вытекают из него, и которые взаимосвязаны с обращением Солнца. В то же время в неблагочестивого человека, уклоняющегося от духа и не воспринимающего его, полностью погрязшего в материалистическом хаосе, элементарные духи четвертого типа втекают и пребывают в нем, оставаясь такими, каковы они есть – без преображения. После смерти этого человека происходит все то же самое: элементарные духи четвертого порядка либо остаются связанными с человеком, и потому вынуждены вновь появляться вместе с ним при его новом воплощении, а не возвращаться в свои стихии.

Теперь мы знаем, о чем, собственно, идет речь в этом месте «Бхагавадгиты». Тот, кто полагает, будто в данном случае говорится о людях, обнаруживает непонимание «Бхагавадгиты»; в то же время знающий, что вся человеческая жизнь представляет собой непрерывный взаимообмен между ним и духами, пребывающими в зачарованном состоянии вокруг нас, которые должны быть непременно освобождены от чар, может созерцать в этом восхождение или перевоплощение четырех групп элементарных существ. Поистине, если исходить из древней вселенской мудрости, то окажется, что все, о чем говорят нам великие религиозные памятники древности, является великими откровениями, и что совершенно неправы те, кто понимает эти памятники лишь поверхностно или не способны проникнуть в их глубину. Мы ставим себя в верное отношение к этим памятникам, когда говорим: «Еще не существует настолько высокой мудрости, чтобы она могла выявить и раскрыть все то, что заключено в них». И тогда эти памятники вводят нас в необъятные бездны человеческой мудрости.

ТРЕТИЙ ДОКЛАД
13 апреля 1909 г., утром

Уяснив то, что было сказано в прошлом докладе о низших духовных существах, человек может задать вопрос: «Если ты действительно высвобождаешь существо, зачарованное в камне, тем, что упорно думаешь и размышляешь об этом камне, то что же тогда остается в этом камне после того, как ты, так сказать, освободишь из него это зачарованное существо? Что происходит в этом камне? И что происходит, когда к камню после тебя подходит другой человек и повторяет весь это процесс?» Такие вопросы и в самом деле могут возникнуть. И на многие из них будут даны ответы в последующих докладах, однако необходимо еще раз сказать о том, что с помощью материи эти вопросы вообще не могут быть постигнуты. Ибо на Земле на все наброшены покровы, все облечено в Майю, и предметы в мыслях представляются совершенно иными, чем они являются в действительности. Факты не виноваты в том, что вопросы остаются без ответа, ибо вопросы поставлены неверно, но со временем мы непременно обретем критерий для правильной постановки вопросов. На Земле все тесно переплетено друг с другом, и это постоянно вводит в заблуждение человеческое мышление. Вернувшись назад, в древние времена, мы сможем получить более верное представление о предметах.

Как человек проходит одно воплощение за другим, одну метаморфозу за другой, так и все существа мира, от мала до велика, проходят через ряд воплощений и перевоплощений, и такое планетарное существо, как сама наша Земля, проходит через различные перевоплощения. Земля не сразу возникла как Земля, ей предшествовало другое состояние. Земля является перевоплощением некой древней планеты, предшествовавшей ей. Такую планету, существовавшую прежде Земли, оккультисты называют Луной, но при этом имеют в виду не нашу современную Луну, представляющую собой лишь частицу, остаток Древней Луны, а некое прежнее состояние нашей планеты, которое некогда было именно таким, а затем прошло через определенную духовную жизнь, называемую пралайей, подобно тому, как человек после смерти проходит через определенное духовное состояние. И Луна родилась вновь, подобно тому, как перевоплощается и вновь рождается человек. А то, что мы обозначили как некое планетарное состояние Луны, представляет собой перевоплощение некоего более раннего планетарного состояния, которое называют Солнцем. Это не Солнце в нашем сегодняшнем понимании, но совершенно иное существо. Древнее же Солнце представляет собой перевоплощение еще одной планеты, последней из доступных для нашего взора, когда мы говорим о перевоплощениях нашей Земли – еще более древней планеты Сатурна. Таким образом, перед нами четыре последовательно сменяющих друг друга перевоплощения: Сатурн, Солнце, Луна, Земля.

Каждое планетарное состояние имеет определенную задачу. Задача нашей Земли заключается в том, чтобы сделать возможным для того существа, которого мы сегодня называем человеком, человеческое бытие. Все воздействия Земли направлены на то, чтобы человек благодаря им стал существом, обладающим «Я». Это не входило в задачу более ранних планетарных состояний, прошедших человеком. Человек впервые стал человеком в современном смысле лишь на Земле. Аналогичную задачу имели и более ранние планетарные состояния, через которые прошла Земля. На этих ранних планетах «людьми» становились другие существа, те, которые сегодня стоят на более высокой ступени развития, чем человек. В книге «Христианство как мистический факт» говорится о том, что некий египетский мудрец однажды сообщил древнегреческому философу Солону, что боги когда-то были людьми. Эта откровение принадлежит к тем истинам, которые в древности ученик, участвовавший в мистериях, непременно должен был воспринять. Боги, стоящие сегодня на вершинах духовного развития, не всегда были богами, а некогда прошли через человеческую ступень развития. Из этого непосредственно вытекает опасное следствие: однажды люди также станут богами. Опасное, ибо человек сможет стать богом только тогда, когда созреет для этого, но если он вдруг вообразит, что обрел в себе бога до того, как созреет для этого, он станет не богом, а глупцом. Перед человеком есть два пути: либо терпеливо ждать своего обожествления, превращения в Бога, либо заранее вообразить, что он уже стал богом. Один из этих путей действительно ведет к божественности, другой – к безумию.

В высказываниях древних часто видят нечто недоступное для понимания, так как современное человечество утратило способность различать божественно-духовных существ, стоящих на разных ступенях иерархии. Египетский мудрец, говоря о богах, имел в виду не просто одну ступень богов или Бога, но всю последовательность ступеней божественно-духовных существ. Между тем Дионисий Ареопагит, а также восточные мудрецы всегда ясно различали эти ступени божественно-духовных существ. Говорим ли мы об Ангелах или Дхьян-Хоанах, мы имеем в виду одних и тех же существ, ибо те, кто действительно познал единство вселенской мудрости, знают, что это лишь разные названия одного и того же явления. Однако и в этой сфере необходимо проводить четкие разграничения. Незримые существа, которые стоят непосредственно над человеком, находясь на более высокой ступени развития, в христианской эзотерике именуются Ангелами, вестниками, посланниками божественно-духовного мира. Существа, которые стоят на следующей ступени, то есть двумя ступенями выше, чем человек, именуются Архангелами, или Духами Огня. Существа, которые стоят на более высокой, чем Архангелы, ступени развития, представляют собой существ, которых принято называть Архаями, или Духами Личности, Началами, Пра-Силами. Таким образом, мы имеем три ступени существ, находящихся выше человека. Все эти существа уже прошли через ступень человечества, все они прежде были людьми. Те существа, которые сегодня являются Ангелами, прошли через человеческую ступень развития не очень давно, если смотреть сточки зрения вселенской шкалы времени – они были людьми на Древней Луне. Архангелы прошли свою ступень развития в качестве человечества на Древнем Солнце, а Духи Личности, или Начала проделали то же самое на Древнем Сатурне. Таким образом, все эти существа постепенно восходили от человеческого уровня, и являются сегодня высшими сущностями, находясь на более высокой ступени иерархии, чем человек. Мы можем просто сказать, перечисляя ступени мирового царства в духовном смысле: «На Земле мы можем созерцать царство минералов, царство растений, царство животных, человеческое царство, а затем переходить к невидимым царствам Ангелов, Архангелов и Архаев. В то время как эти существа продвигались вперед на пути внутреннего становления их сущности от человеческого к божественному, восходя в духовное бытие, изменялось состояние тех планет, на которых и ради которых они жили. И если мы обратим взор на Древний Сатурн, на котором Архаи были людьми, то мы обнаружим, что он выглядел совершенно иначе, чем наша Земля.

Вчера мы говорили о том, что на нашей Земле мы различаем четыре элемента: Землю, Воду, Воздух и Огонь, или Тепло. Из первых трех элементов на Древнем Сатурне вообще не было ни одного! Там существовал лишь Огонь, или Тепло. Современные философы-материалисты могут сказать: «Но ведь тепло может исходить на нас только от внешних предметов; само по себе тепло существовать не может». Однако это не так. Если бы мы могли воспринимать Сатурн посредством наших современных органов чувств, то, как вы полагаете, каким бы он предстал перед нами? Допустим, вы летите в космическом пространстве в эпоху Древнего Сатурна. Там, где находился Древний Сатурн, вы бы ничего не увидели, но тепло обнаружили бы со всей определенностью! И если бы вы пролетали через пространство, где находился Древний Сатурн, у вас возникло бы ощущение, что вы летите сквозь горячую печь. Вам не удалось бы почувствовать ни малейшего движения воздуха, никакого его течения, ибо ни воздуха, ни воды тогда еще не существовало; вы не смогли бы ступить на Сатурн, ибо земли тогда еще тоже не было. Ваша рука не смогла бы прикоснуться ни к чему, весь сатурнический шар был только теплотой. Началом бытия нашей Земли в ее первой метаморфозе была планета, состоявшая из тепла. Эту истину о первичном огне Сатурна познал в древних эфесских мистериях Гераклит. Отсюда вы можете сделать заключение о том, что те существа, которых мы называем Архаями, Духами Личности и Началами, прошли свою фазу развития в качестве человечества в совершенно иных условиях, нежели современный человек. Сегодня человек имеет возможность воспринимать твердые, газообразные и жидкие субстанции посредством своего скелета и системы кровообращения. Человеку Сатурна, Духу Личности, приходилось создавать всю свою телесную оболочку непосредственно из тепла, из огня.

Вчера мы уже говорили о том, что тепло имеет двоякую природу, как бы две стороны. Одна из них представляет собой именно то тепло, которое воспринимается как внутреннее, когда нам тепло или холодно, и мы определяем это непосредственно, не прикасаясь ни к каким твердым субстанциям. Однако мы можем ощущать тепло и извне, притрагиваясь к нагретым телам. Характерной особенностью развития Сатурна было то, что тепло преобразуется от начальной внутренней стадии до конечного этапа развития Сатурна, когда оно перешло во внешний план и стало доступным для восприятия. Это был первый шаг к материализации – появлению осязаемой субстанции. Все то, что мы сейчас вкладываем в понятие душевное тепло, мы испытали бы, совершив путешествие к раннему Сатурну. Представьте себе те чувства, которые возникают в человеческой душе под впечатлением созерцания красного цвета. И хотя в те времена мы не могли бы испытать это непосредственно, тем не менее, мы ощутили бы нечто приятное, подобное тому, что испытываем в наше время при виде красного. А в конце эпохи Сатурна мы бы испытали не только приятное внутреннее состояние, но и нечто такое, что вы назвали бы теплом, как если бы оно проникло в вас. При этом внутреннее тепло постепенно преобразовалось во внешнее восприятие тепла. Таков путь, проделанный Сатурном: от собственного внутреннего душевного тепла к теплу, воспринимаемому извне, к тому, что мы называем внешним теплом, или огнем. Что же возникло тогда? Представьте себе следующее: в самом начале мы имеем внутренний нагрев шарообразного тела Сатурна, благодаря чему Духи Личности впервые получили возможность воплотиться. В момент их воплощения образовалось то, что обычно называют внешним теплом. В более позднюю эпоху развития Сатурна мы могли бы легко заметить различие между внешне теплыми и холодными зонами на нем. Попробуем изобразить это графически, и у нас получатся некие тепловые «яйца», или ячейки, располагающиеся по окружности, которые образуют как бы поверхность планеты.

Внешне это напоминало бы огромную ягоду малины или ежевики. Что же представляли собой эти ячейки? Это были тела Духов Личностей, которые посредством своего внутреннего тепла, образовывали внешнее тепло ячеек. Духи как бы высиживали тепло. Первые огненные тела действительно были высижены из мирового пространства. Если можно так выразиться, в космосе произошла коагуляция (свертывание) внешних тепловых яиц из внутренних.

Между тем на данном этапе развития Древнего Сатурна у Духов Личности была возможность преобразовывать обратно внешнее тепло во внутреннее. Этот процесс еще не приобрел жестких форм, не устоялся, но сохранял внутреннюю подвижность. В сущности, Духи Личности постоянно создавали тепловые «яйца» и позволяли им вновь исчезать. Это было подобно дыханию всей планеты, и дыхание это было огненным. Казалось, что на Древнем Сатурне наступают периоды, когда все внешнее тепло как бы исчезает, растворяется во внутреннем, и тогда все уподобляется лишь приятному внутреннему ощущению, так что это можно назвать тепловым вдохом Сатурна. Однако при формировании тепловых «яиц», можно было наблюдать, как планета как бы выдыхает свое внутреннее тепло, и тогда оно становится внешним огнем.

Именно это представление и стремились вызвать древние святые Риши у своих учеников. Они духовно переносили их в эпоху Древнего Сатурна и давали им реально ощутить, как вся планета, словно единый организм, производит нечто, весьма напоминающее наши современные вдохи и выдохи. Риши вызывали у своих учеников представление, что огонь вытекает и превращается в неисчислимые тепловые тела, а затем всасывается и становится внутренним «Я» Духов Личности. Для этого Риши и сравнивали планетарную жизнь с процессом дыхания – с вдохами и выдохами, однако воздуха на Древнем Сатурне еще не было, существовало лишь огненное дыхание.

Но некоторым Духам Личности понравилось вдыхать обратно лишь некоторую часть выдохнутого тепла, так что при вдохе не все «яйца» Сатурна снаружи исчезали. Так постепенно возникла определенная двойственность: одновременное существование и внутреннего тепла, и внешнего, воплощенного в сатурнических «яйцах». Духи Личности как бы сохраняли для себя часть выдыхаемого тепла, оставляя его во внешнем плане.

Они были вынуждены так поступать, ибо, если бы они не делали этого, то вообще не смогли бы стать людьми на Сатурне, не сумели бы прийти к Я-сознанию. Ибо чтобы прийти к Я-сознанию, необходимо научиться отделять себя от внешнего мира: вот я, а вот – нечто иное рядом со мной. Духи Личности пришли к своему самосознанию благодаря тому, что вытеснили часть существа Сатурна во внешнее тепловое существование. Они говорили себе: «Я должен испустить из себя нечто и предоставить этому пребывать во внешнем плане, чтобы я мог отличать себя от него, и тогда может вспыхнуть мое Я-сознание». Так эти духи сформировали вокруг себя некое царство, создав одновременно отражение своей внутренней сущности во внешнем. И когда жизнь Сатурна окончилась, Духи Личности оказались не в состоянии допустить исчезновение планеты. Если бы они смогли вдохнуть обратно весь огонь, Сатурн исчез бы, но они были не в состоянии вдохнуть обратно все то, что уже выдохнули. Они должны были оставить себе поле, которое им предоставило возможность прийти к самосознанию.

Но одни лишь Духи Личности не смогли бы ввести Сатурн в состояние Пралайи. В этом приняли участие духи более высоких ступеней иерархии, которые должны были растворить все, чтобы могло наступить промежуточное состояние небытия, или сна. Это были Престолы. И вот, когда жизнь Сатурна подошла к концу, разыгрался следующий процесс: Духи Личности достигли самосознания, вновь вобрали в себя часть тепла и восприняли самосознание в сердцевину своей внутренней жизни, но оставили за собой царство низшего порядка. Тогда выступило царство Престолов, которые растворили все оставленное Духами Личности, и на Сатурне наступила своего рода планетарная ночь. За ней последовало планетарное утро. Все должно было – согласно тем законам, с которыми нам еще предстоит ознакомиться – как бы вновь пробудиться.

Если бы Древний Сатурн исчез вследствие того, что все тепло вдохнулось бы обратно, пробуждение вообще не смогло бы наступить. Престолы были способны лишь на какое-то время растворить все то, что Духи Личности выделили в качестве «яиц». А для дальнейшего развития планету необходимо было вновь передать низшему плану бытия, в результате чего наступило планетарное утро. Сатурн преобразился до состояния Солнца, куда после планетарного сна переселились Духи Личности, уже обладавшие самосознанием. Им уже не нужно было проходить через то, что они уже прошли раньше. Между тем они уже выдохнули те самые тепловые «яйца», которые постепенно вновь выступали, выделялись и дифференцировались из общей массы. Как следствие – Духи Личности оказались связаны с тем, что они оставили после себя. Если бы они унесли все это с собой в духовный мир, они утратили бы связь с Солнцем, и им не пришлось бы спускаться вниз; но теперь им пришлось совершать такое нисхождение, так как они оставили там часть своего прежнего существа, которое влекло их теперь вниз к новому планетарному бытию, и они должны были позаботиться о нем.

Такова была вселенская, космическая карма Сатурна. Так как Духи Личности на Древнем Сатурне не все вобрали в себя, они сами подготовили свою карму и были вынуждены вернуться, чтобы найти внизу то, что некогда создали в качестве наследия Древнего Сатурна. Но что случилось, когда Духи Личности приступили к переработке кармы, которую они сами же и создали? Вследствие этого тепло – об этом мы говорили вчера – разделилось, и одна его половина стала светом, а другая обратилась в дым. Так на возродившемся Сатурне из тепловых «яиц» возникла, с одной стороны, новая планета, образовавшаяся из газа, или дыма, как мы его здесь называем, а с другой стороны, – возник свет, посредством которого тепло вновь возвратилось в высшее состояние. И если бы мы еще раз отправились в путешествие по вселенной к той области, где находилось Древнее Солнце, то уже издали заметили бы то, что возникло в качестве света, ибо за этим пребывал дым. Мы восприняли бы не сам свет, а некий светящийся шар, подобный тепловому шарообразному телу Сатурна, и если бы мы вступили на его поверхность, то ощутили бы при этом не только тепло, но и ветер, воздух и газ, струящийся во все стороны. Так тепло превратилось в светящийся шар, и возникло то, что мы с полным правом можем назвать Солнцем. Все тела, которые сегодня являются Солнцами, еще проходят в наше время через этот процесс: во внутреннем плане они представляют собой струящийся газ, с другой же стороны, их влияние выражается в том, что благодаря им газ становится светом, и они распространяют свет во Вселенной. В древнем сатурническом тепле Духи Личности смогли стать людьми. В свете же, который излучало Древнее Солнце, людьми сумели стать те существа духовных иерархий, которых мы называем Архангелами. Таким образом, в свете Солнца ясновидящий смог бы воспринимать не только светящуюся субстанцию, но ему бы в этом свете открылись деяния Архангелов.

Однако эти Архангелы должны были взять нечто в придачу. И если древние Духи Личности нашли на Сатурне чистый огонь, то Архангелы, которые смогли только на Солнце стать людьми, обнаружили там дым и газ, в которых им предстояло пребывать. Что же они должны были совершить, чтобы остаться в тесной взаимосвязи с Солнцем и суметь там жить? Свое душевное тело они создавали из света, но присоединяли к нему в качестве внешнего тела газ. Подобно тому, как у нас сегодня есть душа и тело, так и эти Архангелы, находясь на Солнце на человеческой ступени развития, обладали внутренним душевным телом, излучавшим свет, и внешним физическим телом, которое состояло из газа и воздуха. Но в свете, естественно, присутствовал элемент огня, ибо именно из него развились свет и дым. Поэтому эти Архангелы имели в себе также огонь. Таким образом, полностью их существо состояло из света, дыма и огня. Посредством света они изживали внешнюю жизнь, устремляя наружу в мировое пространство светящуюся энергию. Посредством огня они жили своей внутренней жизнью, в приятном тепле. Посредством газообразного тела они изживали жизнь на самой планете, и могли теперь отделять свое собственное газообразное тело от общей солнечной субстанции, и тогда, сталкиваясь с чем-то другим, у них вспыхивало некоего рода самосознание, которое могло, формируясь, достигать все более и более высокого уровня лишь благодаря тому, что этим Архангелам в определенном отношении больше нравилось оставаться в этом газообразном, или дымообразном теле или, по крайней мере, оставлять это тело в солнечной субстанции. Ибо на Древнем Солнце Архангелы могли в преображенном виде вновь вобрать в себя весь тот дым и газ, которые, так сказать, окружали их. Так перед нами предстает истинный процесс дыхания! На Древнем Солнце мы бы воспринимали все эти потоки и течения в газе как дыхательный процесс. Найдя определенные состояния абсолютного затишья, мы сказали, что Архангелы вдохнули в себя весь струящийся газ. Однако затем Архангелы совершали выдох: начинали струиться внутренние течения и одновременно с этим развивался свет. Так происходила смена состояний Солнца: когда Архангелы вдыхали в себя весь газ – наступало полное затишье и безветрие, сопровождаемое темнотой, мраком, солнечной ночью. Когда же Архангелы делали выдох, Солнце наполнялось струящимся дымом, светилось наружу, и наступал солнечный день.

Теперь мы видим различие между Древним и нашим сегодняшним Солнцем. Современное Солнце светит всегда, а темнота для нас наступает лишь тогда, когда что-то заслоняет от нас его свет. На Древнем Солнце все обстояло иначе. Оно само обладало силой в сменяющих друг друга состояниях становиться то светлым, то темным, светиться и темнеть, ибо это было его выдохом и вдохом. А теперь попробуем представить себе, что происходило при этом на внешнем, видимом плане. Рассмотрим фазу выдоха, при которой распространяется свет, но само Солнце наполняется дымом. Возникшие из дыма образы представляют собой упорядоченные образования. Каждый раз во время выдоха в Солнечную субстанцию вливалась определенная совокупность упорядоченных образований. То, что прежде имело лишь форму теплового «яйца», преобразовалось во всяческие организованности.

Эти особые образования из дыма обладали собственной внутренней жизнью и внутренней упорядоченностью. Таким образом, если можно так выразиться, яйца были высижены. И это было подобно процессу уплотнения. Как из куриного яйца выводится цыпленок, так и из расколовшегося надвое теплового яйца вышли упорядоченные дымовые образования, которыми обладали Архангелы как наиболее плотными телами. Пребывая в телах из дыма, газа и воздуха, они качестве людей населяли Солнце, бродили по нему. В духовном плане мы теперь имеем понятие о неподвижной звезде, Вселенском Солнце, которое является Солнцем благодаря своему собственному могуществу, из-за чего также происходит смена дня и ночи. Подобно выдохам и вдохам совершалось чередование света и тьмы, ибо Солнце уже тогда было в некотором роде неподвижной звездой. Все, что в пространстве нашей Вселенной светится самостоятельно, направляет вместе со светом в мировое пространство жизнь духовных посланников – Архангелов.

Но что же совершили эти древние Архаи, или Начала, или Духи Личности в результате своего развития? Они дали возможность Солнцу возникнуть. Лишь благодаря тому, что Архаи оставили Сатурну внешние тепловые «яйца», Сатурн смог стать Солнцем. И именно там, на Солнце, Архангелы получили возможность пройти человеческую ступень развития, став для мира вестниками, которые провозгласили: «Нам предшествовали Духи Личности. Мы в сиянии света возвещаем миру прежнее бытие теплого, нагретого изнутри Сатурна. Мы – посланники Архаев». – Ангел означает «вестник», Архаи – «Начала». Таким образом, Арх-Ангелы являлись не чем иным, как вестниками о деяниях Начал, или Архаев, совершенных ими в древнейшие времена. Поэтому их называют также Ангелами Начал. Они были человечеством Солнца.

Вторую часть цикла читайте здесь > > >