Ветхий запрет для студентов с синдромом восьмиклассника
7.08. 26, фестиваль «Ветхий запрет», клуб «Смена 2.0», Москва
Небольшой, но очень эмоциональный фест встряхнул Таганку ещё в начале августа. Мы несколько припозднились с отчётом, но для этого есть свои причины. В этот раз мы решили провернуть ещё один эксперимент. Так вышло, что в клубе «Смена 2.0» в тот день оказалась только наш замечательный фотограф Валерия Максимова. Её кадры — красота на красоте, но тексты она писать не любит. Тогда мы решили просто взять у неё интервью, чтобы потом расписать её впечатления для вас. Ниже — то, что из этого получилось.
Рановато будет
Самые яркие впечатления, как известно, — первые. До фестиваля Лера была не знакома ни с одной из выступающих команд, так что ни особых ожиданий, ни конкретных предпочтений не было. Зато сразу же появились вопросы.
«Мероприятие начиналось в шесть вечера — очень рано, по московским меркам, и тайминги соблюдались строго, — рассказывает она. — Студентов, которых в зале было больше всего, это вряд ли смущало, но народу постарше было сложно — работа. Вот и я, к своему неудовольствию, опоздала на выступление первой команды».
Некоторое недоумение по поводу столь раннего начала было не только у нашего фотографа. Рядом с клубом посетители активно обсуждали столкновение традиций начинать концерты открытием дверей в районе семи, а первую команду выводить на сцену ближе к восьми вечера, с новыми реалиями, где всё четко до секунды. И для тусовки до сих пор это довольно непривычно.
«При этом людей было довольно много, — продолжает Лера. — Когда я добралась до клуба, а это примерно через час посте старта концерта, там уже было порядка 70-80 человек».
По залу хаотично и очень быстро двигались горячие молодые ребята. И это броуновское движение народа по периметру тоже создавало ощущение наполненности, толпы в помещении. Большей частью гости были, скорее всего, старшеклассниками или студентами столичных колледжей и вузов.
«В очередной раз, когда я вышла на улицу, какая-то девушка выдала фразу, которая просто описывает всё: “Меня зовут Маша (имя изменено)! Мне 16 лет! И я живу в Мытищах!”» — продолжает Лера.
Полная гармония
Гиг в этот раз был безалкогольным — метка 16+ и все дела. Правда, рядом был дружески настроенный к людям бар. Можно был выйти из клуба, хлопнуть чего-нибудь горячительного и зайти обратно. Охрана к подобному относилась лояльно — с собой пронести бы не дала, но и из-за лёгкого амбре за порог не выгоняла. Ведёшь себя адекватно? Туси дальше.
«У меня было ощущение, что всё творящееся на сцене, было смесью рэпа с отвязным каким-то панком, — продолжает Лера. — Этому сложно дать описание. Альтернатива, ню-метал, гранж, хип-хоп — всё вместе, полная эклектика».
Была во всём этом какая-то гармония. Лера стояла в зале и думала: такую музыку должны исполнять очень молодые и красивые ребята. Собственно, они и были на сцене. А другие, такие же — бесились в зале. Пазл сошёлся.
Чёрный зал и гель-лак под тяжеляк
Всё происходило в столичном клубе «Смена 2.0», что в Товарищеском переулке где-то между Таганской и Марксистской. Место, судя по всему, нетривиальное — здание то ли в три, то ли в четыре этажа, на цокольном — котокафе, чьи постояльцы неизвестно как себя ощущают при таком соседстве, и тот самый дружественный бар. На первом — сам клуб.
«Смена» — это два зала, именующиеся «Чёрный» и «Аналог». Второй — чуть больше, но музыканты больше любят первый.
«Как он называется, такой он и есть, — говорит Лера. — Чёрные стены, чёрная сцена, деревянный пол. Насколько я понимаю, любят его больше, потому что там выступать как-то удобнее. Сама сцена расположена выше, чем в соседнем».
По соседству с клубом снимает помещения всякий мелкий бизнес вроде «девочки, записываемся на ноготочки», но долго не задерживается. Видимо, не выдерживает атмосферы, а придумать какой-то маркетинговый ход или обозваться «Гель-лак под тяжеляк» никому в голову пока не пришло.
«Думаю, предпринимателям в такой обстановке сложно, — говорит Лера. — Везде граффити на стенах, панки и металисты регулярно тусуются. Непросто привлекать цивильную клиентуру».
Пролитая кровь и женский слэм
Фестиваль продолжался. На сцене творилось нечто странное. Участники группы «Эпизод» решили устроить перформанс, но что-то пошло не по плану.
«В какой-то момент вокалист в белой рубашке спустился в зал и достал мешочек с какой-то жидкостью, — рассказывает Лера. — Я опасалась, что сейчас он зальёт ею толпу. Но… всё было не так просто. Мешочек ни в какую рваться не хотел. Пришлось разрезать его какими-то огромными ножницами. Причем, получилось это даже не с третьего раза».
Пакетик всё-таки сдался и на белую рубашку вокалиста, на пол и на всех желающих хлынула искусственная кровища ядрёно-вишнёвого цвета. При этом публика активно помогала музыканту обмазаться ею целиком.
«Причём все происходило максимально аккуратно, — продолжает Лера. — Никто не пытался измазать тех, кто не подходил сам. Народ вёл себя очень этично. Когда-то в этой вишнёвой жиже были бы буквально все до единого в зале. Сейчас — нет. Только по желанию».
Во время исполнения одной из композиций музыканты попросили освободить танцпол только для девушек.
«Они организовали исключительно женский слэм, — продолжает наш чудесный фотограф. — Прямо обозначили, что надо дать девочкам возможность спокойно помеситься, не переживая, что их придавит кто-то в два раза более тяжёлый, чем они».
Игги Поп из «Ветхого запрета»
В перерывах между выступлениями народ высыпал на улицу. В помещении было душно, и люди пытались подольше задерживаться на свежем воздухе.
«Перед тем, как очередная группа должна была выйти на сцену, наружу выбегал Ян из группы “Ветхий запрет”, организатор фестиваля, и громко зазывал народ обратно в зал, — говорит Лера. — И так несколько раз. Почти что три звонка перед началом спектакля. Это было очень мило».
Ярким оказалось и выступление самого «Ветхого запрета».
«Ян на сцене чем-то напоминает мне Игги Попа, — продолжает Лера. — Он очень прикольно двигается и классно общается с публикой. Понятно, что всегда есть, куда расти, но уже сейчас это очень круто. Особенно здорово было, когда в конце одной из песен он позвал на род на сцену, и там с ним прыгала толпа. Человек 15-20, не меньше».
Он всё ещё здесь
Финалили фестиваль «Синдром восьмиклассника» — необычный коллектив, который сложно понять, не зная их историю.
«Музыканты выходят, начинают играть, вступает вокал, но на сцене никого нет, — говорит Лера. — С первого взгляда это было максимально странно. Но — только человеку, который не в курсе».
В 2020 году вокалист группы погиб. Это случилось так же, как происходит всё самое страшное, — по трагической случайности. Музыканты решили, что заменить его никто не сможет. «Синдром восьмиклассника» с момента своего появления успели дать всего несколько концертов. Особых планов на будущее не было. Погибший вокалист был их создателем. Тяжело пережить смерть друга, смерть основателя переживёт далеко не каждый проект.
«Они редко выступают, — продолжает Лера. — Судя по всему, каждый выход на сцену для них — способ почтить память своего погибшего друга. Они играют в живую и ставят запись его голоса».
Это было красивое завершение фестиваля. И добавить ещё что-то к этому сложно.
Текст: Аня Поваго и Валерия Максимова
Фото: Валерия Максимова