Интервью Ричи журналу Sounds, 23 февраля 1974 года

Новая группа

«Я хотел создать новую группу, мне не хотелось брать другого певца и продолжать дальше с того же места. Я не хотел допустить, чтобы группа начала скатываться, кто-то однажды сказал: «Каково это, стать участником группы в момент ее заката?», отличное высказывание! И все только из-за того, что ушли Ян с Роджером, это многое значит, потому что Ян был важен для женской части аудитории, но меня это не особо волновало, меня больше беспокоит, когда у нас проблемы с музыкой. Но я знал, что с музыкой все будет в порядке, так что я не волновался».

Глубокие голоса

«Гленн – мы наблюдали за ним в Marquee, он и не знал, что мы хотим позвать его в группу. Ян с Джоном говорили, что он нам нужен, но мы все равно должны были найти другого певца, с более мужественным голосом.

Мне нравятся вокалисты в духе О.С. Смита, Брука Бентона и Альберта Кинга. Я люблю глубокие голоса, но терпеть не могу высокие . Потом появился Дэйв, он быстро всему научился».

Деньги

«Скорее всего, через три года в группе снова настанут перемены. Может быть, уже Дэйв и Гленн будут набирать новых участников. Не представляю, чтобы какая-то группа просуществовала более трех лет, потому что после этого музыканты становятся самодовольными. Могу назвать много групп, выпускающих сплошное дерьмо и катящихся вниз, но они зарабатывают большие деньги, потому что показываются на телевидении, все такое.

Забавно, как многие музыканты устают от своих групп, но им все равно, они слишком боятся уйти и начать все заново. Мы же поступили не так. Если бы мы остались вместе, если бы мы договорились и сказали: «Ребят, извините за все, давайте останемся друзьями», ничего бы не вышло, никакой музыки бы не получилось».

Врачи

«Интересно, как музыка может вдохновлять или расстраивать. Например, когда я слушаю Traffic, то мне хорошо. Эта музыка дает мне надежду. Музыка для меня – более высокий уровень сознания, чем наша физическая сущность. Люди, не имеющие к музыке отношения, просто не могут так же полно ощущать жизнь. Может быть, на это способны врачи, потому что у них высокий уровень сознания, возможно, пилоты, когда совершают взлет. Когда играешь хорошую музыку, то чувствуешь себя на вершине мира».

Критика

«Я люблю Англию, обожаю Германию и Европу. Многие думают, что нам наплевать на Англию, но лично я хочу, чтобы во время моих выступлений в Англии все шло правильно, потому что я всегда прислушиваюсь к местной критике, и очень от этого расстраиваюсь, а когда я играю в Шарлотте, то мне вообще по…ть, кто там что обо мне подумает. Из-за этого мы лучше играем.

Когда, например, я играю в Rainbow, то понимаю, что там сидят все представители прессы, и половине из них мы все равно не нравимся, и меня это раздражает. Хотелось бы сказать, чтобы на концерты не пускали прессу, потому что если им не нравится группа, то пусть и не ходят, и не критикуют, портя всем впечатление, пусть зрители сами решают, нравится им группа или нет. Это расстраивает, иногда начинаешь подумывать о том, чтобы сменить нашу программу. Я очень понимаю Jethro Tull».

Самые сильные

«Германия была моим домом, можете заметить, что здесь все немецкое. Немецкие обои, лампы, все напитки. Я хочу, чтобы меня окружало все немецкое. Мне нравится жить в Англии, но сейчас Англия начинает меня беспокоить. Здесь ты либо богат, либо голодаешь.

Думаю, к 1976 году у нас будет больше природных ресурсов, чем у любой другой страны. Мне кажется, Англия и Германия будут самыми сильными странами. Думаю, если начнется война, то не с Россией, а с Китаем или Японией, они помешаны на деньгах.

Когда я там был, у меня сложилось впечатление, что они что-то затевают. Было такое предсказание, я читал об этом в книгах. Я помешан на привидениях, одно из них предсказало, что через двадцать лет на Востоке появится человек, несущий за собой стрелы».

Будущее

«Я большой фанат Денниса Уитли, у меня из его книг состоит почти вся библиотека, он мой кумир. В его книгах все описано именно так, как чувствую я сам. Еще я немного интересуюсь Алистером Кроули.

Но в этом отношении я не рискую. Я не хочу знать будущее. Меня больше всего волнует, для чего мы живем. У меня ощущение, что всем все равно. У меня есть все, что мне нужно, мне хорошо, но иногда я думаю, в чем смысл всего этого? Почему я этим занимаюсь?».