Интервью Ричи журналу Guitar & Bass, зима 2004 года

Многие думали, что увлечение Ричи Блэкмором музыкой Ренессанса было лишь сторонним проектом, и что как только споры между участниками Deep Purple будут забыты, он снова вернется в группу и начнет завоевывать стадионы. Но Блэкмор не делает сторонних проектов: «Когда я делаю что-то, во что не верю, у меня пропадает мотивация. Кроме того, играя в стороннем проекте, я начинаю сильно лениться. Мне нравится иметь много свободного времени».

Поэтому вместо того чтобы работать для миллионов фанатов в кожаных куртках, Блэкмор играет в замках и старинных зданиях для, порой даже, 150 человек. Он также сменил и свой стиль одежды на более старинный: «Иногда мне кажется, что на сцене я стою в одном нижнем белье».
«Когда я только начал играть такую музыку, у меня был опыт выступлений перед многотысячной толпой, но я хотел пойти по более традиционному пути. Я завидовал музыкантам, которые могут просто сидеть с гитарой и играть для десяти-двенадцати человек в маленькой комнате в ресторане. Я восхищался такими музыкантами, потому что понимал, что группа, в которой я играл, на такое неспособна. Тут же совсем другое. Когда играешь для пятиста человек, в зале очень тихо, зрители слушают каждый нюанс».
Но изменился не только музыкант: «Многие старые поклонники повзрослели. С возрастом они стали мягче…».
Для большинства своих песен он использует гитару Lakewood или пару необычно выглядящих Alvarez Yairi. Свои акустические гитары он старается пропускать через усилители так мало, как это только возможно. «Не уверен, что сейчас есть усилок, который может нормально передать обычный комнатный звук акустической гитары. Когда-нибудь кто-нибудь сделает такой усилитель, который будет звучать именно так, как звучит большая акустическая гитара».
Также он играет на мандоле и колесной лире: «Мне кажется, что многие гитаристы стали бы играть на колесной лире, если бы нормально ее послушали, потому что у нее очень мощное звучание, почти как у тяжелой рок-гитары».
Блэкмор до сих пор не идет на компромиссы. Он всегда играет инстинктивно и по слуху, и очень часто его раздражает, что другие на это неспособны. «Когда я только создал этот проект, то думал, что мне будет просто найти музыкантов, которые смогут исполнять эти партии, но в них оказалось больше тонкостей, чем я ожидал, и многим музыкантам партии показались трудными. Мне снова пришлось перепробовать кучу музыкантов. Я отказываюсь работать с посредственностью».

Но именно эта своеобразная целеустремленность делает все проекты Блэкмора такими неотразимыми. Когда гроза барабанных перепонок говорит: «Когда начинаешь убавлять громкость усилков, становятся слышны музыкальные слабости музыкантов», нельзя не прислушиваться к его словам.
Как ни странно, Блэкмор признается, что единственной причиной, побудившей его играть рифы, было то, что в 60-е этот стиль был, по его словам, «дорогой вперед. Для меня гораздо естественнее взять в руки акустическую гитару, насвистывая или напевая себе мелодию, чем играть какие-то мощные рифы».
Когда он использует классические мелодии, то дает работать над ними своему клавишнику и дает советы. Но он не является пуристом: "Иногда то, что я придумываю, нравится мне больше, чем было написано оригинальным автором", признается он.
Этот подход к композиции отражен и в блэкморовском стиле игры на мандоле, на которой он играет пальцами, а не медиатором. «Я ставлю на нее струны потолще. Это убивает мои пальцы. Мне приходится отращивать ногти и покрывать их лаком. Не знаю, нормальная ли это техника, потому что я ни разу не видел, чтобы кто-то ее использовал».
Блэкмор работает по следующему принципу – у него есть инструмент, ему нужно извлечь определенный звук, и он напрямую идет к результату. «Я настраиваю мандолу так, как мне угодно. Чаще всего я настраиваю ее квартами, как гитару, иногда я настраиваю мандолу октавами, так что верхняя струна настроена в ми, третья струна на октаву ниже – тоже ми, вторая пара струн настроена в си, так что четвертая струна, звучащая на октаву ниже, тоже настроена в си».
Сегодня Блэкмор изменился, особенно это заметно по его концертам: «В прежние времена вся суть выступления на сцене сводилась к тому, что мы бегали и вели себя как обезьяны».
Сейчас он хочет единения со своими зрителями:
«С электрогитарой очень просто впечатлять людей, играя мощные аккорды и кучу нот, но с акустической гитарой приходится трудиться намного усерднее, особенно с таким тихим звуком. На сцене я с группой играю гораздо тише, стараясь очаровать слушателей. Тихая игра иногда бывает очень сложной. Мне нужно точно знать, что я играю… Нельзя просто что-то наигрывать».

Но, конечно, его новая музыка все еще остается сложной, и некоторые из его произведений – например, «Minstrel Hall» - не так уж просто поддаются пальцам. «Когда я заканчиваю ее играть, то всегда чувствую себя немного свободнее, потому что она настраивает меня на весь концерт, буду ли я в хорошей форме, или нет».
Сейчас Блэкмор снова чувствует себя молодым и с интересом изучает новые гитары в магазинах: «Мне кажется, что сейчас я играю лучше, потому что я стал больше заниматься. Лет двадцать назад гитара мне чуть было не надоела. Я выходил на сцену и играл тяжелый рок, мне это нравилось… но я чувствовал, что так я больше не развиваюсь».
В настоящее время он очень редко слушает гитарную музыку: «Меня больше трогают деревянные духовые инструменты, а не гитара. Иногда восхищаюсь музыкантами вроде Джо Сатриани, но после того как я один раз прослушаю их альбомы, то возвращаюсь к другой музыке».
Особенно ему нравятся шалмеи, далекие предки гобоя, которые он коллекционирует: «Я не могу сыграть ни ноты, но они отлично смотрятся на полке…».
А что думают обо всем этом его бывшие товарищи из Purple? «Мне кажется, что они думают, что я совсем сошел с ума. Джон Лорд понимает, чего я хотел, но кое-кто из них думал, что я просто был им неудобен, как маленький противный щенок».
Сейчас «маленький противный щенок» хочет выпускать альбомы с более «правильной» ренессансной музыкой, примером которой служат такие его вещи, как «Mr Peagram's Morris And Sword» и «Possum Goes To Prague», но он постоянно находится в поиске: «Я всегда разрываюсь между истинной акустической манерой… или нам стоит осовременить музыку, добавить ей немного современной сказочности? В итоге вариант со сказочностью получается у нас чаще, почти все время…».