Интервью Ричи по поводу его ухода из Deep Purple, апрель 1975 года
Music Express:
- Почему вы решили покинуть Deep Purple?
- Deep Purple стала сплошной рутиной. Семь лет бесконечного гастрольного стресса и бесчисленное количество выпущенных пластинок меня доконали. С меня достаточно.
- Почему распался классический состав группы с Яном Гилланом и Роджером Гловером?
- Ян Гиллан перестал устраивать меня как певец, а басист Роджер Гловер перестал предлагать хорошие идеи. Я больше не мог работать с этими людьми, и перед Джоном Лордом встал выбор, кто ему больше нравится, они или я.
- Что вас не устроило в последнем составе?
- Мы с Дэвидом Ковердейлом написали песню с классическими оттенками «Soldier Of Fortune». Я хотел записать ее только с акустическими гитарами, скрипками и вокалом. Однако Ян Пейс отказался с этим сотрудничать и настоял, что он будет играть в ней на барабанах. Для меня это была последняя капля. С того момента мне стало ясно, что нужно что-то менять. Заняться чем-то, во что я буду полностью верить. Это точно будет не музыка, как у Purple, которая была доведена до такого автоматизма, что я вообще почти не получал от нее удовольствия.
- Что будет представлять из себя ваша новая музыка?
- Некоторые вещи очень напоминают музыку Иоганна Себастьяна Баха, я также являюсь большим поклонником шедевров классической музыки. Будет и что-то от моей любви к музыке XVI-XVII веков. Например, я записал новую версию «Greensleeves», песни XVI века. Новизной в нашей музыке будет то, что мы интерпретируем музыку мастеров классики, но не используем классические пианино и скрипичные. Я очень доволен результатом, и считаю это звучание совершенно новым.
Sounds:
О «Soldier Of Fortune»:
«Песню написали мы с Дэйвом. Это одна из моих любимейших песен. В ней есть несколько средневековых аккордов. Вас удивит, как сложно было убедить остальных ее сыграть. Джон согласился довольно быстро, но Ян с Гленном ничего не хотели об этом знать. Тогда я сказал: «Я сыграю вашу фанковую песню, только если вы сыграете мою». Хьюз, как бы вскользь, сказал: «Хорошо, я сделаю это». Гленн ненавидел эту песню, считал ее дерьмом. А Ян ушел из студии после двух дублей. В этой песне слишком мало места для того, чтобы он мог себя показать».
Об уходе из Deep Purple:
«Гленн хороший певец, но он поклонник негритянской музыки, большой фанат Стиви Уандера. Он хотел играть более фанковые песни, Дэйв был с ним согласен, и даже Ян начал играть по-другому. Ян всегда был прямолинейным рок-н-рольным барабанщиком, но внезапно начал экспериментировать со всякими ритмами. Очень продуманно, очень мило, очень плотно, очень фанково, но без души. Я хотел попробовать необычные гаммы, музыку XV века. Я понимал, что это будет последний альбом. Я думал, что если группа перейдет эту черту, то с меня хватит. Вот почему я ушел, слишком часто я оставался без поддержки. Я подумал: «Продолжайте играть свою глянцевую музыку; а я ухожу».
О переезде в США:
«Придется жить здесь, пока в Англии остается такой налоговый климат. Если хочешь заработать денег, в Англии это невозможно. Жить в Англии очень здорово, но с нынешним правительством, профсоюзами, управляемыми коммунистами… надеюсь, однажды это изменится».
Freizeit:
«Я просто отъявленный эгоист. Джон Лорд, Ян Пейс, Гленн Хьюз и Дэвид Ковердейл не хотели играть музыку так, как ее видел я. Тогда я сделал свои выводы. В своей новой группе я буду на сто процентов главным».
San Francisco Times:
Гитарист Deep Purple Ричи Блэкмор собрал новую группу с участниками Elf под названием Ritchie Blackmore's Rainbow.
«Я был очень недоволен последним американским туром. У нас не было аншлагов», сказал Блэкмор в Западной Германии, где Deep Purple только что завершили свои выступления, и где он записывался со своей новой группой. «Мне сказали, что дело в кризисе. Потом Led Zeppelin устроили аншлаг в каждом зале страны.
Я не мог даже думать о том, чтобы записывать еще один альбом с Deep Purple. «Stormbringer» был дерьмом. Я хочу закрыть для себя этот период с хорошими воспоминаниями».
По-видимому, решение Блэкмора оставило группу «озадаченной».
Заявление Блэкмора последовало за типичной перебранкой с битой посудой в ресторане в Восточной Германии, из-за чего он чуть было не провел ночь в тюрьме. «Я больше никогда не стану выступать в коммунистической стране. Там одни идиоты».