Государство и Революция для самых маленьких. Часть 1

Вопрос о государстве и его отмирании приобретает сейчас наиважнейшее значение. Мировые кризисы и войны обострили процесс превращения монополистического капитализма в государственно-монополистический капитализм, сращивание его с государством. Передовые страны превращаются в военно-каторжные тюрьмы, усиливается цензура, повышаются налоги и у народа отбираются даже элементарные блага в виде медицины и образования. Все это стало катализатором недовольства, усилило бедствие масс и не оставляет им выбора. Борьба за высвобождение трудящихся масс из-под влияния буржуазии вообще и империалистской буржуазии в особенности невозможна без борьбы с буржуазными предрассудками насчет «государства». Учение Маркса опошляется всеми видами либералов и охранителей как в России, так и за рубежом. Вопрос об отношении революции к государству приобретает самое злободневное значение, как и вопрос о разъяснении массам того, что они должны будут делать для своего освобождения от ига капитала.

Капиталисты всегда старались переврать учение Маркса и Ленина. Создаются фейки, очерняющие их имена, вырываются из контекста фразы, а иногда они просто придумываются, чтобы притупить революционное острие, чтобы забыли об их истинном значении, чтобы их считали вымершими мамонтами, чьим книгам место на свалке истории. Наша задача как активистов кружкового движения восстановить истинный смысл учения Маркса и Ленина о государстве.

Что же такое государство?

Государство — никоим образом не представляет из себя силы, извне навязанной обществу. Оно есть продукт общества на известной ступени развития; государство есть признание, что это общество запуталось в неразрешимом классовом противоречии, избавиться от которых оно бессильно. А чтобы эти классы с противоположными экономическими интересами не пожрали друг друга и общество в бесплодной борьбе, для этого стала необходимой сила, стоящая над обществом, сила, которая бы умеряла столкновение. И эта сила, происшедшая из общества, но ставящая себя над ним, все более и более отчуждающая себя от него, есть государство.

Существование государства доказывает, что классовые противоречия непримиримы. Люди с мелкобуржуазным сознанием говорят, что ничего страшного в государстве нет, это просто люди доверили государству себя охранять, судить, лечить и давать пенсию, создавать рабочие места, а за это мы платим налоги. По их мнению, порядок есть именно примирение классов, а не угнетение одного класса другим; умерять столкновение — значит примирять. Но они забывают или не хотят принимать, что государство есть орган господства определенного класса, который не может быть примирен с противоположным ему классом, этого либералы и буржуазные демократы не в состоянии понять.

… учреждение общественной власти, которая уже не совпадает с населением, организующим самое себя, как вооруженная сила. Эта особая общественная власть необходима потому, что самодействующая вооруженная организация населения сделалась невозможной со времени раскола общества на классы. Эта власть существует в каждом государстве. Она состоит не только из вооруженных людей, но и из вещественных придатков, тюрем и принудительных учреждений всякого рода, которые были неизвестны родовому устройству общества….

Почему появилась надобность над обществом поставленных, отчуждающих себя от общества, отрядов вооруженных людей? Буржуазные политики отвечают ссылкой на усложнение общественной жизни, на разделение функций в обществе и общественный договор. Ссылка кажется «научной» и усыпляет обывателя, прикрывая главное — классовую борьбу. Революция показывает нам, как господствующий класс стремится восстановить служащие ему отряды вооруженных людей, как угнетенный класс стремится создать новую организацию этого рода, способную служить не эксплуататорам, а эксплуатируемым.

Земля оказалась поделена между великими державами, гонка вооружений приблизила «поглощение» сил общества государственной властью к полной катастрофе. Державы прикрывают защиту грабительских интересов «своей» буржуазии фразами о «защите отечества», о борьбе с «терроризмом», о защите духовных ценностей. Для содержания общественной власти нужны налоги и государственные долги.

Обладая общественной властью и правом взыскания налогов, чиновники становятся, как органы общества, над обществом. В республике «буржуй пользуется своей властью скрытно, но зато вернее», посредством «прямого подкупа чиновников» и посредством «союза между правительством и биржей».

Империализм и господство банков «развили» способы проводить в жизнь всевластие богатства до необыкновенного искусства. Посредством кредитов, взыскания долгов, шантажа, банкротства и отстаивания своих интересов в правительстве и думе. Сколько денег было в них влито во время кризиса 2008 года? Всевластие «богатства» при демократической республике не зависит от плохого капитализма. Буржуазная республика есть лучшая оболочка капитализма и потому капитал, овладев этой оболочкой, обосновывает свою власть настолько надежно, что никакая смена ни лиц, ни учреждений, ни партий в буржуазно-демократической республике не колеблет этой власти.

Энгельс называет всеобщее избирательное право орудием господства буржуазии. Вы нас выбрали сами, и мы творим все, что хотим, принимаем новый пенсионный возраст, налоги, развязываем, где хотим, войны и продаем территорию страны.

Всеобщее избирательное право — показатель зрелости рабочего класса. Дать большее оно не может и никогда не даст в теперешнем государстве. Пролетариат берет государственную власть и превращает средства производства прежде всего в государственную собственность. Но тем самым он уничтожает самого себя как пролетариат, тем самым он уничтожает классовые различия и вместе с тем и государство как государство. Когда не будет ни одного класса, который надо бы было держать в подавлении, с того времени, когда исчезнут те классовые столкновения — не будет и надобности в особой силе для подавления, в государстве. Первый акт, в котором государство выступает как представитель всего общества — взятие во владение средств производства от имени общества, — является последним самостоятельным актом его как государства. Вмешательство государственной власти в общественные отношения становится тогда в одной области за другою излишним и само собою засыпает.

Здесь выражен опыт Парижской Коммуны, опыт октябрьской революции. Буржуазное государство не «отмирает», а уничтожается пролетариатом в революции. Отмирает после этой революции пролетарское государство.

«Особая сила для подавления» пролетариата горстками богачей должна смениться «особой силой для подавления» буржуазии пролетариатом (диктатура пролетариата). В этом и состоит первый «акт» взятия во владение средств производства от имени общества. Такая смена одной силы другою силою уже не может произойти в виде постепенного «отмирания», потому что буржуазия просто так не отдаст власть каким-то рабочим, она будет сопротивляться, звать помощи у заграничных буржуев, запугивая, что пожар революции перекинется и к ним.

Роль революции «никто не помнит», об этом говорить и даже думать в современных социалистических партиях не принято, в повседневной пропаганде среди масс прививают вредность революций и кричат «вы хотите как на Украине»! Но революции связаны с «отмиранием» государства неразрывно, ибо «насилие является тем орудием, посредством которого общественное движение проложит себе дорогу и сломает окаменевшие политические формы». Необходимость систематически воспитывать массы в таком и именно таком взгляде на революцию лежит в основе всего учения Маркса.

Пролетариат использует свое политическое господство для того, чтобы постепенно вырвать у буржуазии капитал, централизовать орудия производства в руках государства, т. е. организованного, как господствующий класс, пролетариата, и быстро увеличить сумму производительных сил, чтобы не дать задавить диктатуру пролетариата, как извне, так и изнутри, и пойти дальше к построению социализма.

Какой же класс надо подавлять пролетариату? Только эксплуататорский класс, т. е. буржуазию, чтобы пролетариат не оказался подавлен снова и снова. Буржуазии нужно политическое господство в интересах поддержания эксплуатации, т. е. в корыстных интересах ничтожного меньшинства, против громаднейшего большинства народа. Мелкобуржуазные демократы, заменявшие классовую борьбу мечтаниями о соглашении классов, представляли себе и социалистическое преобразование мечтательным образом, не в виде свержения господства эксплуататорского класса, а в виде мирного подчинения меньшинства понявшему свои задачи большинству. Эта мелкобуржуазная утопия приводила на практике к предательству интересов трудящихся классов.

Свергнуть господство буржуазии может только пролетариат как особый класс, экономические условия существования которого подготовляют его к такому свержению, дают ему возможность и силу совершить его. В то время как буржуазия уничтожает все мелкобуржуазные слои (ипэшников, самозанятых, фрилансеров), она сплачивает, объединяет, организует пролетариат. Только пролетариат способен быть вождем всех трудящихся и эксплуатируемых масс, которые буржуазия эксплуатирует часто не меньше, чем пролетариев, но которые не способны к самостоятельной борьбе за свое освобождение.

Воспитывая рабочую партию, марксизм воспитывает авангард пролетариата, способный взять власть и вести народ к социализму, организовывать новый строй, быть учителем, руководителем всех трудящихся и эксплуатируемых в деле устройства общественной жизни без буржуазии и против буржуазии.

О том, как тысячи нитей связывают чиновников и армию именно с буржуазией, говорится неоднократно в сочинениях Маркса и Энгельса. Рабочий класс на своей шкуре учится познавать эту связь, связь, которую мелкобуржуазные демократы отрицают, забывая делать практические выводы. Чиновничество и постоянная армия — это «паразит» на теле буржуазного общества, паразит, порожденный внутренними противоречиями, которые это общество раздирают.

Через все революции, которые повидала Европа, идет развитие, укрепление этого чиновничьего и военного аппарата. Мелкая буржуазия привлекается на сторону крупной и подчиняется ей посредством этого аппарата, дающего верхним слоям торговцев и прочим сравнительно удобные, спокойные и почетные местечки, ставящие обладателей их над народом. Такой ход событий вынуждает революцию «концентрировать все силы разрушения» против государственной власти, вынуждает поставить задачей не улучшение государственной машины, а разрушение, уничтожение ее. Империализм показывает необыкновенное усиление «государственной машины», неслыханный рост ее чиновничьего и военного аппарата в связи с усилением репрессий против пролетариата.

Чем заменит ее пролетариат?

Автор: Григорий Танеев