«Приключение» Микеланджело Антониони. Эссе-рецензия

«В моих фильмах вообще ничего нет, кроме того, что вы чувствуете» – так говорил о своем творчестве известный режиссер Микеланджело Антониони. И все же, несмотря на его слова, нам видится, что в работах мэтра итальянского кинематографа есть нечто высшее, чем индивидуальное восприятие. Описать впечатления и мысли о фильме Антониони “Приключение” – это уже есть своего рода (прошу простить за тавтологию) приключение, но мы подобным авантюрам говорим только “да”!

Как и многие шедевры мирового искусства, когда этот фильм был представлен на кинофестивале в Каннах, он сразу же вызвал массу споров среди зрителей. Честно говоря, он воспринимается неоднозначно и по сей день: пока одни именуют Эрос настоящим главным героем, другие видят в “Приключении” прежде всего отказ от традиций и всего того “старого”, что было до Второй мировой войны. И, опять-таки, как это часто бывает, и та, и другая точка зрения имеют неплохое основание. Впрочем, чтобы не потеряться в этом приключении, оставим на карте пометки в виде знакомых нам сюжетообразующих терминов.

В начале фильма перед нами предстает экспозиция – взаимоотношения квазиглавной героини Анны с людьми, которые составляют её окружение, а именно с отцом, лучшей подругой и возлюбленным. Эти небольшие штрихи намекают нам на уже намечающийся раскол, вызванный внутренним разладом. Девушка мечется между отцовским наставлением и правом на выбор, между некогда сильным чувством к мужчине и трезвыми доводами рассудка. Трещина ползет все ниже и ниже на яхте у богатых знакомых. Вообще говоря, эпизоды коммуникативных неудач в море, в оторванности от земли в этом фильме заслуживают отдельного внимания, но нас здесь прежде всего интересуют Анна и её возлюбленный Сандро. Девушка больше не мечется, она уже приняла про себя твердое решение, и неуверенность Сандро во время их объяснения на острове только утверждает героиню в своей позиции. Оставив мужчину загорать на камнях, она незаметно покидает всю компанию и исчезает, почти бесследно.

«Приключение» Микеланджело Антониони. Эссе-рецензия, image #1

Пропажа Анны становится завязкой в фильме и впервые за все время круиза сплочает отдыхающую компанию, но и то ненадолго – вскоре поиски утомляют всех, кроме лучшей подруги Анны, Клаудии, и друзья расходятся, кто за помощью, кто на соседние острова. Примечательно, что в вещах девушки обнаруживают лишь две книги – Библию и роман Фицджеральда “Ночь нежна”. Столь необычное сочетание книг громче любых слов говорит о внутреннем разладе героини.

Боюсь, что тут наши пометки на карте исчезают вместе с Анной. Скажу наперед: никакой развязки в этом фильме нет, и тщетно её искать, как пропавшую девушку. Тут и начинается приключение.

Клаудия и Сандро берут на себя миссию найти Анну. Казалось бы, с её исчезновением пропадает и связующее звено между ними, но этот инцидент действует ровно наоборот: он парадоксальным образом сближает героев, и, увы, бывшая возлюбленная и подруга становится лишь кощунственным прикрытием для зарождающегося любовного опыта.

Фильм неспроста входит в так называемую “трилогию отчуждения” Антониони: Клаудия и Сандро нередко рассредоточены по кадру, отворачиваются друг от друга либо сопротивляются. Чем дальше их заводят поиски Анны, тем меньше они реально заботятся о своей изначальной цели. Цель и вовсе теряется, а на смену ей так ничего и не приходит на протяжении какого-то времени.

«Приключение» Микеланджело Антониони. Эссе-рецензия, image #2

Об этой пустоте, неслышной и невидимой, говорит и то, что Клаудия, будучи красивой женщиной, ни разу не любуется собой в зеркале. Увидев свое отражение, она принимается кривляться, принимать нелепые позы – одним словом, делает все, чтобы сбежать от себя, забыться.

Сцены природы после пропажи Анны больше не застают персонажей наедине со своими мыслями, они либо соседствуют с чем-то искусственным (например, с железной дорогой), либо вовсе отсутствуют, уступая городской среде. Город же изначально заглушает любые мысли. В этом смысле показательна сцена на колокольне, где Клаудия и Сандро, находясь на грани какого-то подобия объяснения, случайно цепляются за тросы и звонят в колокол. В ответ им слышится звон с другого конца города.

Хоть и малую, но интересную роль в фильме играют картины. В середине фильма это картины молодого любовника одной из богатых подруг главных героев, бывшей с ними на круизе. Парня интересовал только один предмет с точки зрения искусства и любви: голое женское тело, преимущественно верхняя часть. Вся студия “художника” была заполнена холстами с однообразными силуэтами. Однако ближе к концу фильма показана и другая картина, противопоставленная вышеупомянутому апогею пошлости. Накануне измены уже не Анне, а Клаудии, Сандро замечает картину “Отцелюбие римлянки”, бросает на нее взгляд и равнодушно отходит прочь. Сюжет этой картины весьма популярен в живописи: это античная легенда о дочери Перо, вскормившей грудью заключенного отца Кимона, приговоренного к голодной смерти, чтобы спасти его.

«Приключение» Микеланджело Антониони. Эссе-рецензия, image #3

В этой картине видится предсказание самоотречения, продемонстрированного в самом финале. Клаудия, застав Сандро с другой, убегает из гостиницы и проводит какое-то время в одиночестве, под звуки морских волн, которые, вероятно, служат напоминанием об отправной точке их приключения. Сандро догоняет девушку и сначала садится на скамью, как бы не обращая внимание на неё, и внезапно начинает плакать, произнося невнятные извинения. Подобное проявление чувств с его стороны тем более поражает, что на протяжении всего фильма мужчина почти всегда оставался в рамках образа галантного денди и светского льва. Здесь важно пристально наблюдать за языком тела. Клаудия сначала колеблется, несколько раз порываясь приласкать Сандро. Наконец, поднятая рука опускается ему на плечо. Фильм завершается кадром со спины героев, обнаруживших близость уже не сексуальную, а эмоциональную.

Итак, Клаудия физически и духовно переступила через себя. Возможно, что и Сандро в каком-то смысле сделал то же самое, сразу же последовав за Клаудией, чтобы раскаяться перед ней и обнажить ту сторону себя, которую никто раньше не видел.

На мой взгляд, отсутствие развязки конфликта с Анной ничуть не лишил фильма смысловой ценности. Вообще у Антониони уже была наготове сцена с найденным трупом, но режиссер решил не задействовать её. Может быть, Анна всё-таки никуда не пропадала и всё это время незримо присутствовала? Мы можем чувствовать по этому поводу что угодно – нам можно, ведь сам Микеланджело Антониони говорил: в его фильмах нет ничего, кроме того, что мы чувствуем сами.

«Приключение» Микеланджело Антониони. Эссе-рецензия, image #4
36 views·2 shares