ТЕАТР ДОЛЖЕН БЫТЬ ЖИВЫМ, НАСТОЯЩИМ
Челябинский Молодежный театр неразрывно связан с именем Ольги Васильевны Теляковой. Своему единственному и горячо любимому театру она сохраняет верность уже более 40 лет.
Сильная личность, неординарная и яркая актриса, прекрасный и ответственный человек. Предлагаем вашему вниманию большое интервью с Ольгой Васильевной о театре, режиссерах, спектаклях и любимых ролях.
– Каким должен быть успешный театр?
– Я считаю, театр должен быть живым, настоящим. Если он будет таковым, зритель почувствует это, обязательно придет, полюбит и уже не сможет существовать вдали. Проверено неоднократно. Как только в театре начинает кипеть жизнь, появляются интересные спектакли, зрители моментально реагируют. Такие события сразу же становятся общественно известными, желанными. Бывало, рождался спектакль, вызывающий неимоверный ажиотаж (целое явление!), и зрители в окна лезли, пытаясь проникнуть в зал, потому что не было билетов. Здание театра даже оцепляла милиция. Люди неслись, бежали сломя голову, хотели увидеть постановку.
Нужно ставить живые спектакли. Это самый главный показатель успеха любого театра. Это важно для всех: режиссеров, актеров, зрителей.
– В одном из интервью вы сказали:
«Видимо, звездам было так угодно, чтобы я встретилась с Махарадзе и осталась в его театре на всю жизнь. Здесь была прекрасная, здоровая, творческая атмосфера. Мне нравилось все, что делалось. Я сразу почувствовала, что это мой театр».
Расскажите, вы и сегодня чувствуете, что это ваш театр?
– Безусловно, это мой театр. Возникла любовь искренняя, глубокая. И тогда, и сегодня я ощущала – ощущаю – это. Пришла я сюда именно по этой причине – по любви. Хотя у меня были предложения из других городов, неплохие варианты; слава Богу, я могла выбирать.
Но я отдала свое сердце ТЮЗу… Потому как именно здесь царила невероятная атмосфера! Махарадзе находился в самом рассвете сил, на взлете: красавец, интеллигентный, интересный, талантливый!
Здесь кипела жизнь, в труппе было очень много молодежи. В театре царила сумасшедшая энергетика! И конкуренция была неимоверная. Мощные, сильные актеры боролись за каждую роль, за каждый спектакль, и я отчетливо понимала, что мне нужно завоевывать место под солнцем. Поэтому я и начала с подачи творческих заявок. Я понимала, что если буду сидеть и сама о себе не заявлю, то долго буду ждать, когда же мне что-нибудь предложат, в итоге останусь просто без ролей… Поэтому я сразу отсмотрела репертуар, выбрала для себя интересные роли, подала заявки, начала их самостоятельно готовить. Без наставников и чьей-либо помощи. Все заявки в то время отсматривал худсовет и выносил вердикт: одобрить артиста на роль или нет. Именно поэтому нужно было уметь проявлять смелость, инициативу и заявлять о себе.
Конечно, бывало, кому-то из «новичков» крупно везло. Бывало, что сразу давали одну роль, затем – другую, дебют за дебютом. Нет, я не могу сказать, что я была совсем не на виду, в тени. Я уже тогда имела опыт работы на телевидении, и в театре драмы работала, и в ТЮЗе я студенткой начинала. Но когда я пришла в театр, пришлось начинать все с нуля, все заново. Ты – никто и звать тебя никак. Пришлось «пробивать себе дорогу». До сих пор помню, как я тряслась, когда играла второго котенка, когда пела: «Тетя, тетя Кошка, выгляни в окошко!». Волнение, трепет. Это же моя первая роль!
А потом все закрутилось, завертелось, понеслось. Заметил один режиссер, второй… Но каждый раз приходилось доказывать, что ты – лучший. Как в спорте. Поэтому я всегда говорю, что мне спорт очень много дал, он помогал и до сих пор помогает в жизни.
Когда ты попадаешь в ситуацию состязания, соперничества, конкуренции, происходит выброс адреналина. Нужно доказать всем миру и, прежде всего, самому себе, что ты сможешь это сделать, что тебе эта роль по силам. И ты имеешь право это сыграть. А если ты «в дубле», то обязательно хочешь сделать лучше, интереснее. Доказать свою состоятельность режиссеру, себе, а потом – зрителям. И это прекрасно! На этом строится театр.
Ты постоянно в тонусе. Расслабляться некогда. Отыграл удачно спектакль – все получилось. Возникает сиюминутное, сиюсекундное счастье. Но оно мгновенно. Ведь завтра начинается следующая работа. И ты опять хватаешься за голову: «Как это сделать?! Что тут можно придумать? Как к этому подступиться?». Снова новый мир, незнакомая планета, неизведанный космос. И опять волнение: «Что там дальше будет? Случится или не случится?». В этом вся и прелесть профессии актрисы.
– В середине января 2021 года вышло интервью «ТЮЗа больше нет» главного режиссера театра Ивана Миневцева. Не жалеете, что ТЮЗа, действительно, больше нет?
– В творческом плане я не жалею. Это определенный этап в жизни театра.
Единственное, мне обидно за актеров. Испытываю досаду, что актеры потеряли свои льготы и право на досрочную пенсию творческим работникам. Артисты наши, простите, финансово неизбалованные. Поэтому потеря статуса ТЮЗа ударила по ним в первую очередь. Что ж… Надо идти дальше, прошлое не изменить. Нужно хранить все самое хорошее, живое, настоящее, что было. И с этим грузом прекрасного и с пониманием, что происходило не так, двигаться дальше.
А в театре всякое бывает, поверьте мне. Случаются кризисные моменты. И это нормально. Театр то взлетает, то падает, застопоривается, пробуксовывает. И снова нужна новая кровь, новая энергия, новая волна, новый кислород. Жизнь идет дальше. И вместе с ней нужно идти вперед, не жалея ни о чем.
Кстати, это сильно схоже с судьбами любимых, дорогих сердцу спектаклей… Рано или поздно их списывают.
Они прекрасны, они чудесны, они связаны с теплыми и трогательными моментами, но с ними нужно расставаться. Каждому спектаклю предопределены жизненные периоды. Рождение – становление – взлет – угасание.
Театр – это же маленькая планета, модель нашего земного шара, нашего бытия. И в театре происходит все, как в жизни.
– Многие утверждают, что театр – это магия, волшебство… Ольга Васильевна, признайтесь, кто, по-вашему, самый главный театральный волшебник?
– Для меня в театре важен режиссер. Я говорю с точки зрения актрисы. Он – заводила, маг и, действительно, волшебник… Он – дирижер, благодаря которому звучит весь оркестр, рождается музыка спектакля. Именно он запускает, закручивает весь механизм.
Поэтому чем интереснее режиссер, чем интереснее он предлагает проекты, тем сильнее магия. И что самое притягательное, ты никогда не знаешь, во что это выльется. Как бы ты ни планировал, выйдет все равно что-то иное, непредсказуемое. Режиссер предложит одно, актер добавит второе, музыканты – третье, художники – четвертое… И в этом вся прелесть: когда идеи наслаиваются друг на друга, переплетаются, вживаются, бурлят. В этом и заключается настоящее чудо театра.
– В марте 2021 года вы впервые вышли на сцену в роли Фреи в премьерном спектакле «Трованты». Не секрет, что вы к.м.с. по спортивной гимнастике, любите танцы и занимались ими профессионально. Расскажите, пожалуйста, об этом пластическом спектакле по мотивам скандинавских легенд о живых камнях.
– «Трованты» – это тоже магия и волшебство! Какое эстетическое наслаждение наблюдать за совершенством человеческого тела! И потом, это так сексуально, так манко, так жизнеутверждающе!
Два года назад у нас уже был первый прогон… И я смогла взглянуть на эту историю со стороны. Признаюсь, дух перехватило! Сейчас эмоции немного поутихли… но я до сих пор вспоминаю свое первое впечатление от увиденного. Поэтому я отлично понимаю зрителей, когда они впервые соприкасаются с этой легендой и их переполняет чувство восторга и неожиданной радости от прекрасного.
Участвовать в «Тровантах» безумно интересно! В Молодежном театре давненько не было таких постановок. Когда-то очень-очень давно случались пластические эксперименты. Мне эти вещи, как человеку из спорта, всегда безумно нравились! И я счастлива появлению в репертуаре такого красивого спектакля.
– Как вы считаете, работа в театре и в подобных пластических экспериментах – это эликсир вечной молодости?
– Театр в целом – эликсир молодости! Если ты востребован, если ты погружен в работу, то театр придает тебе силы, энергию и делает молодым. Потому что это держит в колоссальном тонусе, подстегивает, не позволяет расслабиться. Мало того, ты еще и обязан соответствовать предъявляемым требованиям.
Мое убеждение и внутренняя актерская установка – я должна владеть своей профессией. Вокал, тело, внешний вид, внутренняя готовность, музыкальность, умение видеть, слышать, реагировать. Все должно быть на высоте. Это требовательность к себе, которая не дает успокоиться!
– Каковы источники ваших внутренних сил?
– Жизнь. Конечно, жизнь! В ней столько всего происходило, происходит и, надеюсь, будет происходить… Тем более, профессия актрисы подталкивает на то, чтобы подмечать мелочи, оценивать и переоценивать многие вещи, познавать, вдохновляться событиями и людьми, которые вокруг, делиться эмоциями. Именно жизнь дает мне силы и вдохновение, именно она заставляет двигаться дальше.
«Музыку я очень люблю, и самую разнообразную, начиная с классики, потому что погружена была в нее с раннего детства (сама играла на фортепиано). Так что мое главное хобби – это, наверное, пение. С детства. Пою, когда с пылесосом хожу, посуду мою. У меня в такие моменты рождаются даже какие-то музыкальные номера».
До сих пор вы неравнодушны к музыке?
– До сих пор! Это гены. Как пела мама! Как поет сестра!
Моя мамочка была потрясающей запевалой. На праздники, когда приходили гости, она была в центре внимания: пела и танцевала лучше всех! А сестра… Оперный театр по ней до сих пор плачет! Я вся в них.
Хорошо помню тот момент, когда я впервые увидела у подруги пианино. И как только нажала первые клавиши, я поняла, что музыка – это мое, я безумно хочу заниматься музыкой. Я влюбилась бесповоротно! Я пришла к маме и сказала: «Я хочу пианино». Мама ответила: «Так где же его взять? Где деньги достать?».
Полгода я чертила на листочке клавиши (тогда я уже поступила в музыкальную школу), домашнее задание готовила на нарисованных клавишах! Причем родители наблюдали за этим «безобразием», и все ждали, когда же мне надоест. А я упорно занималась. Проявляла характер. И им пришлось смириться. Они заняли бешеные деньги и в течение нескольких лет выплачивали долги. Мы заказали инструмент, его везли чуть ли не из Омска… Тогда невозможно было ничего достать!
Мои родители – уникальные люди! Другие бы сказали: «Нет денег. И все! Никакого инструмента не будет! Переживешь! Отболит и забудешь». Они же, напротив, меня баловали.
И я стала учиться играть. Постепенно освоила инструмент, стала подбирать песенки, петь их. А голос у меня всегда был сильный! Помню, у подъезда даже собирались зрители меня послушать. О родителях могу говорить бесконечно…
Кстати! Однажды, я увидела фигурные коньки и сказала папе: «Хочу!». Купить коньки в те времена можно было только на барахолке. Мы поехали на ЧМЗ. Мороз стоял жуткий (30 градусов)!
Папа сначала меня учил кататься на «снегурках» (на валенки прикручивались полозья). Я на «Спартаке» родилась. Там как раз была небольшая горка, которая вела прямо к кинотеатру «Спартак». От моего дома можно было прекрасно по ней катиться.
Естественно, когда я увидела фигурные белоснежные коньки, я тут же захотела научиться кататься на них. Мы поехали на базар, но никаких коньков не нашли. Я попросила папу на следующий день вернуться на барахолку. Ездили несколько раз. Наконец, увидели коньки! Но они были старыми, драными, обшарпанными, коричневого цвета – в них не одно поколение выросло. Притом они мне были впритык. Моя нога росла быстро, и пришлось поджимать пальцы. Через боль ходила кататься. Даже помню, как домой с катка возвращалась на четвереньках, потому что не могла нормально идти. Ноги болели, замерзали, немели, но я, тем не менее, довольная и счастливая была.
– Вот это упорство! Оно вам помогает в жизни? Или, наоборот, мешает?
– Ну, наверное, больше помогает. Мне мешает излишняя ответственность. Иногда приходится себя одергивать…
– В 2019 году театральный критик, эксперт национальной театральной премии и фестиваля «Золотая Маска» Владимир Спешков в выпуске «Петербургского театрального журнала» опубликовал портрет «Голос вне хора. Об актрисе Челябинского Молодежного театра», посвященный лично вам. В этом портрете он привел слова Риммы Андрияновны Дышаленковой:
«Нет равных голосу Ольги Теляковой по хрустальной чистоте и звонкости, умению, подобно лучу света, пронзать зрительный зал, мистической силе, пленявшей не только зрителей, но даже голубей, обитавших тогда под крышей старого театра (бывшего Народного дома) на челябинской площади Революции. К другим актерским голосам птицы были вполне равнодушны, а вот во время монологов Ольги Теляковой – маркизы де Сад из пьесы Юкио Мисимы – норовили слететь к ней на сцену…».
– Голос – это выражение актерской энергетики. У актера голос – один из основных профессиональных инструментов. Это твоя душа, это твое наполнение, то, с чем ты выходишь на сцену. Голос – это продолжение всего, что есть в тебе.
И какое счастье, что у меня есть еще сольные программы с Челябинским симфоническим оркестром, где я имею возможность петь! В декабре 2020 года была премьера «Песни военных лет» с Адиком Абдурахмановым. И я так рада, что меня приглашают! А с оркестром «Малахит» я дружу много лет – сколько интересных программ было спето!
Я так счастлива находиться рядом с оркестром, рядом с профессиональными певцами! Атмосфера фантастическая! Одна мысль о том, что я – единственный такой «самодеятельный товарищ», вызывает чувство ответственности и желание «не ударить в грязь лицом». Но пение я безумно люблю! Я музыкальный человек! И с огромным удовольствием репетирую, готовлюсь, настраиваюсь. Приходится дома долго разбирать и прорабатывать каждую композицию, каждую песню.
Песня для меня – это мини-спектакль, имеющий свое начало, развитие, кульминацию и финал. Волнение при исполнении песни еще больше. И не только потому, что нельзя забыть текст. Главное, нужно за пять минут успеть рассказать целую историю посредством нот, голоса, интонаций, ничего не упустив при этом.
– Расскажите про музыкально-литературную композицию по сказке Э. Гофмана «Щелкунчик и мышиный король», где вы также выступаете с Челябинским симфоническим оркестром.
– О, Щелкунчик! Это моя любовь! Дело в том, что до того я играла в «Снежной королеве». Адик Абдурахманов пригласил меня как читающую актрису. Помимо меня в постановке были задействованы артисты песочного театра и музыканты, играющие на скрипке, пианино и виолончели. После «Снежной королевы» Адик предложил поучаствовать в музыкально-литературной композиции «Щелкунчик».
Я тут же согласилась, не раздумывая! Ведь с «Щелкунчика» для меня начался театр. Лет в пять я увидела эту сказку в театре и влюбилась в нее навсегда! Сразу нахлынули детские воспоминания, переживания…
Какие-то вещи закольцовываются в нашей жизни. Все неслучайно! Я вновь окунулась в это волшебство. Симфонический оркестр просто божественен! Адик чудесен! Все безумно талантливые! Когда ты купаешься в этой атмосфере, мне кажется, ты сам становишься лучше, ты растешь на глазах и не имеешь права сфальшивить, не соответствовать. Прямо крылья вырастают за спиной!
– Вспомним еще одно ваше интервью:
«Я счастливая актриса – у меня богатая творческая биография. Бывает, складывается по-другому. Если нет работы, я ее найду. Я сразу поняла, что не хочу быть заложницей амплуа. И доказывала это. Потому что режиссеры смотрят в первую очередь на фактуру. Я стерла все рамки и ограничения. Непросто было. Сейчас молодым артистам сразу дают шанс показать себя. У нас такого не было. Мы проходили джунгли, дедовщину. Все было сурово».
В каких ролях вам комфортнее всего? Или вы готовы на самые сногсшибательные эксперименты?
– Я готова на любые сногсшибательные эксперименты, лишь бы был талантливый режиссер. На данный момент, для меня это самое главное. Лишь бы на площадке был он – гений и Бог. За ним пойду куда угодно.
А по поводу ролей… Это проявление характера. Я всегда хотела доказывать, что могу многое.
Да, я – счастливая актриса, потому что в театр приезжали и приезжает столько интересных режиссеров! И я благодарна судьбе, что они меня выбирают, замечают, позволяют реализовываться.
Да, мне хочется разноплановости. Но какой актрисе этого не хочется?!
Вот спектакль «Валентинов день». Я прекрасно понимаю, насколько роль Катьки интереснее выписана. Алкоголичка, деградирующая личность… Но какая у нее богатая палитра!
Недаром же говорят, что отрицательные роли самые благодатные для актера. Есть где развернуться. А положительных персонажей играть сложнее. Но тем мне и дороже Валентина. Ведь сыграть эту женщину непросто.
– А как вам работалось с Тимуром Насировым?
– Работалось великолепно! Это просто сказка! Мне везет с режиссерами, причем они все очень разные, но такие талантливые! Тимур Насиров – настоящий волшебник. И репетиции с ним – любовь моя. Я всегда ждала, летела на них!
– Расскажите о спектакле-долгожителе «На балу удачи» и о своей Эдит Пиаф. Хотелось бы вам сыграть роль такого же масштаба, как в спектакле «На балу удачи»?
– Раз спектакль идет столько лет, значит, он востребован. И эта роль любима зрителями. Почти 20 лет в репертуаре! И он идет не только потому, что этого хочу я, а прежде всего потому, что этого хочет зритель. Публика раскупает билеты, с завидной регулярностью мы собираем аншлаги. Лично для меня это настоящее актерское счастье! Конечно, роль Эдит стала уже родной и близкой, важной.
Безусловно, мне хотелось бы сыграть роль такого же масштаба, как в спектакле «На балу удачи»! Но здесь возникают вопросы: какую личность предстоит играть и какой режиссер будет ставить? Я всегда говорю: «Можно на что угодно пойти, если будет талантливый режиссер, который загорится и заразит своей идеей актеров».
– Работа в Молодежном театре имеет свою специфику. Утром играешь, допустим, Листвянушку из «Лесных сказок» или Камиль из спектакля «Колыбельная Марселя Марсо», а вечером – Марью Ивановну Гриневу из «Капитанской дочки» или Валентину из спектакля «Валентинов день». Сложно ли переключаться с одних ролей на другие?
– Здесь дело не в сложности. Дело в том, что к каждому спектаклю я готовлюсь тщательно, индивидуально. Я к каждой роли, к каждому показу подхожу ответственно. И «домашнее актерское задание» для меня не просто слова. Может быть, кто-то отнесется к этому с недоверием, но для меня это действительно так. Я готовлюсь к каждому спектаклю скрупулезно. И к спектаклю с маркировкой «6+» и к спектаклям «18+». Идет соответствующий настрой. Поэтому удается переключаться с одной роли на другую.
Единственное, я не люблю, когда все впопыхах. Мне обязательно нужно почувствовать атмосферу, погрузиться в текст – тогда на сцену я выхожу уверенно. Меня так учили мои прекрасные педагоги. И я им благодарна за это!
#ПрогрессивнаяТеатральнаяОбщественность #chelly #protochelly #ПроТО #театр#Челябинск #ЧелябинскТеатральный