История, которая не отпустила

Пока одни выпускники стараются поскорее забыть школу, другие… возвращаются туда снова. Уже в роли учителя. Александру Козунову только 19, а он студент с повышенной стипендией, председатель студсовета истфила ПГУ, учитель истории, педагог-организатор и руководитель театральной студии в Лицее №55. А ещё — стендапер. Днём – пары и уроки. После – школьная жизнь, сцена и работа с подростками. В этом ритме он чувствует себя абсолютно на своём месте. И в школе ему по-настоящему хорошо.

Когда детство не кончается

– Саша, ты только на 3-м курсе, а уже работаешь в школе по полной. Как так вышло?

– Ой, кажется, я из школы и не уходил (смеётся). С 10-го класса стал писать сценарии КВН для школьной команды. А потом, когда поступил в университет, меня взяли на полставки педагогом-организатором со словами: «Будешь помогать с мероприятиями». Но такой план провалился – я стал полноценным педагогом-организатором, формат «немножко» – это не про школу (улыбается). А когда появилась возможность вести ещё и любимый предмет, отказываться уж точно было нельзя.

– Каково это – вернуться в свою же школу в новой роли?

– Я учился в трёх школах: 59, 60 и 55. Но сейчас работаю именно в лицее №55, с ним и связан мой самый знаковый возраст — 7–11-й класс. Я люблю свой лицей, это однозначно. Эмоционально он хранит очень много моих воспоминаний. Вот как у Кинга отель «Оверлук» обладал человеческими свойствами, так и лицей. Что-то меня в нём держит. И это, наверное, к лучшему.

– Помнишь свой первый день уже в роли учителя?

– Честно сказать, не помню совсем (смеётся). Ощущение, что я работаю тут всю жизнь. Но вот знакомство с классами, у которых я начинал вести уроки, осталось в памяти. В тот момент очень важно было подружиться и при этом не потерять перед ребятами авторитет.

– Судя по всему, у тебя отличный контакт с детьми. В чём твой секрет?

– (смеётся) Для этого существует целая дисциплина в институте – методика, она ответит на вопрос. Но всё-таки главное для педагога – способность «чувствовать» детей. Их настроение, их состояние. Это очень важно, от этого зависит атмосфера в классе и даже то, с какой интонацией я буду давать урок.

– Ты больше строгий учитель или «свой парень»?

– Каждый раз, когда мы говорим, что учитель должен быть другом, не стоит забывать, что он ещё и наставник, авторитет. Какой я учитель — рассудит история. Но к директору меня ещё не вызывали (улыбается). А вообще, важно, чтобы детям было интересно. Но для меня учёба — это, в первую очередь, не игра, а труд. Для которого нужно прикладывать усилия. Причём всем: и детям, и учителям, и родителям.

– Как выглядит твой обычный день в школе?

– Сначала я веду уроки по расписанию, затем просматриваю электронную почту, а после иду к заместителю директора по воспитательной работе — уверен, что для меня есть какая-то работа. Если задач нет, то оставшееся время можно потратить на текущие дела: проверить тетради, заполнить журнал и так далее.

– Сейчас часто говорят, что в школу никто не идёт работать. Но при этом появляется всё больше молодых педагогов. Как ты это объясняешь?

– Мы с ребятами, которые работают в школе, называем это магией. Поколение зумеров не держится за работу, не связывает себя с ней на всю жизнь. В этом есть и минусы, и плюсы. Администрации приходится искать новые подходы и выстраивать эффективное взаимодействие, чтобы молодые специалисты не уходили. И это работает: и эмоционально, и финансово. За это я и люблю лицей – за умение создавать комфортную среду для учителей всех возрастов.

Сценой жить

– Ты ещё ведёшь театральную студию. Как она появилась в твоей жизни?

– Я никогда не был напрямую связан с театром. Получилось так, что театральную студию сформировали под влиянием КВНа в лицее. И те навыки, которыми я обладаю сам и воспитываю в детях, появились именно оттуда. За это, конечно, спасибо педагогам, которые в своё время вложили их в меня. И теперь эстафетная палочка – в моих руках. Думаю, что, если бы не КВН, у меня бы не было ничего из того, что я имею сейчас. Это как хороший родитель: воспитывает, учит, даёт базу. Но в какой-то момент ребёнок уходит во взрослый мир: работа, учёба.

– Был у тебя и опыт работы в подростковом центре «ДВОР». Что он тебе дал?

– Работа там тоже подкралась неожиданно. Хотелось начать зарабатывать, и появилась возможность работать с подростками. Я считаю «ДВОР» самой классной площадкой для работы с ребятами от 12 до 18 лет. Это самые сложные и самые крутые люди на планете. Они тебя всему научат сами, и никакая методика не сможет так погрузить в их жизнь, как просто постоянное нахождение рядом с ними.

– Ты часто выступаешь, ведёшь мастер-классы. Волнение есть до сих пор?

– Волнуюсь. Но обычно до первой улыбки на чьём-то лице в зале. Волноваться – нормально. Главное — использовать эту эмоцию, превращать в адреналин. Для этого нужна практика. Самый классный способ — зайти в автобус и спеть с пассажирами какую-нибудь песню. Вы очень быстро поймёте, как много вокруг добродушных людей. Хотя, может, вас и выкинут. Но и такой опыт – тоже опыт.

– Что тебе ближе: самому делиться опытом или учиться у других?

– Одного без другого не бывает. Хорошему актёру, комику, оратору нужно много знать и много читать — и желательно не рилсы листать. Это невероятное ощущение, когда ты приносишь что-то из своей библиотеки, делишься, как это повлияло на тебя, а потом люди подходят, фотографируют и начинают спрашивать подробнее.

– И напоследок: каким ты видишь себя через несколько лет?

– А можно я скажу, что через пять лет я хочу стать человеком, который выйдет с утра на балкон с чаем и скажет: «Господи, как здорово, что мы живём в мире, где мирное небо над головой!».

Олеся ДУБИНИНА, молодёжная газета «Деловой»

Фото из архива героя