Взлет и падение советской агроинтеграции

Сельское хозяйство было, пожалуй, самой отстающей сферой советской экономики. На деревню легло основное бремя форсированной индустриализации, непродуманная коллективизация нанесла огромный ущерб отечественному животноводству. Позднее советское руководство попыталось компенсировать отставание аграрной сферы. Государство подняло закупочные цены на сельскохозяйственную продукцию, инициировало освоение целины и передало технику в собственность колхозов. Эти меры в лучшем случае на время облегчили положение в деревне, а иногда непродуманная политика только усиливала неразбериху. Куда эффективнее была начавшаяся с 1950-х массовая химизация сельскохозяйственного производства. Широкое применение минеральных удобрений, инсектицидов и гербицидов более чем удвоило урожайность зерновых за послевоенное тридцатилетие. Беспрецедентный случай в отечественной истории.

Но и в эту, в общем, благоприятную эпоху были периоды трудностей. Так, в первой половине 1960-х годов урожайность зерновых не росла. По словам Ханина [Экономическая история России, т. 1, с. 265-266], сельскохозяйственное производство за пятилетку выросло всего на 12%, хотя потребление минеральных удобрений более чем удвоилось, энерговооруженность труда выросла наполовину и в аграрный сектор направили больше 16% всех капиталовложений Советского Союза.

Очевидная неэффективность инвестиций требовала новых форм организации сельского хозяйства. В условиях, когда современное агропроизводство все больше принимало фабричную форму, большие перспективы открывались перед интегрированными организациями. В СССР государство начало развивать эту форму хозяйствования с 1960-х годов. Несмотря на хорошие результаты, эксперименты в этом направлении свернули спустя два десятилетия. О подъеме и крушении сельскохозяйственной интеграции рассказывает отрывок книги Юрия Бокарева «СССР и становление постиндустриального общества на Западе».

Важнейшей частью постиндустриальной экономики являлось внедрение информационных технологий в сферу сельского хозяйства. В 1980-е годы в Западной Европе и США широкое распространение получили автоматизированные птицефабрики, программируемые линии подачи пищи и питья для крупного скота, компьютерное слежение за выпасом скота, автоматическое доение и т.д.

В СССР автоматизация и механизация сельского хозяйства находилась на существенно более низком уровне. Простейшие устройства для механического доения коров, так и не получившие широкого распространения, считались вершиной сельскохозяйственной научно-технической мысли. Вместе с тем господствовавшие в СССР крупные сельскохозяйственные предприятия открывали широкие возможности для модернизации аграрного сектора путем внедрения в него машинных форм производства и промышленной переработки сырья.

Идея агропромышленной интеграции лежала в основе наиболее фундаментальных положений “научного коммунизма”: о ликвидации существенных различий между городом и деревней, о преодолении противоположности между физическим и умственным трудом, о слиянии всех форм собственности (государственной, кооперативной и частной) в единую “общенародную” форму собственности. Развитие сельского хозяйства в направлении агропромышленной интеграции нашло отражение в программе КПСС, принятой XXII съездом: “В процессе дальнейшего развития колхозов и совхозов усилятся их производственные связи между собой и с местными промышленными предприятиями... Постепенно в меру экономической целесообразности сложатся аграрно-промышленные объединения, в которых сельское хозяйство органически сочетается с промышленной переработкой его продукции...”.

Но на практике социализм создавал массу препятствий для осуществления агропромышленной интеграции. Главными из них были ведомственная разобщенность промышленных и сельскохозяйственных предприятий, отсутствие юридического статуса агропромышленных образований. Наряду с этим большое значение имели относительная дороговизна и низкое качество производственного оборудования и техники, отсутствие запасных частей, дефицит квалифицированных кадров в сельской местности, плохие коммуникации, проблемы сбыта и т.д.

Тем не менее первые агропромышленные предприятия в форме комбинатов, соединявших в рамках единого технологического процесса производство и промышленную переработку некоторых видов сельскохозяйственной продукции, появились в СССР уже в 1920-е годы. В 1927 г. в составе таких комбинатов насчитывалось 987 совхозов. Они просуществовали до 1932 г., когда массовая коллективизация, а также перестройка системы управления производством прервали это направление развития. Во второй половине 1930-х годов идея агропромышленного комбинирования была возрождена. Многие из образованных тогда предприятий просуществовали вплоть до ликвидации колхозов и совхозов. Однако сколь либо широкого распространения это направление тогда не получило.

После Великой Отечественной войны появились первые агропромышленные объединения. Старейшим из них было “Абрау-Дюрсо” (позже переименованное в “Кубаньвино”), созданное в 1945 г. Его составили 11 виноградарских совхозов, 40 винодельческих и спиртовых заводов, химическая лаборатория и контора по снабжению и сбыту. Следующим по времени образования было объединение “Халкабад” в Узбекистане, появившееся в 1962 г. В него вошли садоводческие совхозы и колхозы долины Боз-Су, винный и консервный заводы в г. Янгиюль и фирменные магазины в Москве, Ташкенте, крупных городах Урала и Сибири. В 1964 г. в Азербайджане было создано третье агропромышленное объединение по овощеводству и плодоводству, состоявшее из 161 совхоза, 10 консервных заводов и 7 чаеразвесочных фабрик.

Только с середины 1960-х годов агропромышленной интеграции стали придавать серьезное значение. В апреле 1966 г. на ХХIII съезде КПСС А.Н. Косыгин выступил с осторожным заявлением о целесообразности “создавать в колхозах и совхозах сезонные филиалы предприятий легкой и пищевой промышленности”. Более решительно поддержал агропромышленную интеграцию Л.И. Брежнев. В ноябре 1969 г. на Третьем Всесоюзном съезде колхозников он заявил: “Аграрно-промышленные объединения, безусловно, имеют большое будущее. Это не только новая организационная форма, но и важное социально- экономическое явление. Мы должны практически взяться за это дело, предупредив себя от ошибок и недостаточно продуманных решений”.

Горячим сторонником межхозяйственной кооперации и агропромышленной интеграции был первый секретарь ЦК Молдавской коммунистической партии И.И. Бодюл. Его биография, на первый взгляд, типична для партократа-аппаратчика. Родился в семье крестьянина, учился в агротехникуме. Работал старшим агрономом в колхозе. Затем стал слушателем Военно-ветеринарной академии. Там вступил в ряды ВКП(б). В годы войны служил в Красной армии сначала начальником ветеринарной службы полка, потом - дивизии, затем - корпуса. После войны работал помощником начальника сельскохозяйственной группы СМ Молдавской ССР. Был контролером Совета по делам колхозов при СМ СССР. В 1951 г. стал первым секретарем Кишиневского райкома партии, возглавлял республиканский дом агронома, затем был первым секретарем сначала Волонтировского, затем Ялонештского райкомов. В 1958 г. окончил ВПШ при ЦК КПСС. В 1959 г. стал вторым секретарем, в 1961 г. - первым секретарем ЦК КП Молдавии.

Однако Бодюл прекрасно разбирался в вопросах сельского хозяйства, понимал его трудности, сознавал необходимость перемен и умел выбирать среди различных реорганизационных проектов наиболее перспективные. Бодюл не только руководил интеграцией в своей республике, но и являлся видным теоретиком соединения в рамках одного предприятия производства сельскохозяйственной продукции и ее промышленной переработки. Благодаря поддержке Бодюла в Кишиневе сформировалась научная школа по изучению агропромышленной интеграции. При нем Молдавия вышла в лидеры по числу высокопроизводительных совхоз-заводов и удерживала это место вплоть до искусственного свертывания процесса.

Основные направления и формы межхозяйственной кооперации и агропромышленной интеграции сложились к середине 1960-х годов:

1) агропромышленные предприятия;

2) совхозы колхозы и другие сельскохозяйственные предприятия, осуществлявшие промышленную переработку продукции;

3) межхозяйственные предприятия и организации;

4) совхозы и колхозы выполнявшие функции межхозяйственных предприятий;

5) производственные агропромышленные объединения;

6) научно производственные объединения в сельском хозяйстве.

Агропромышленные предприятия представляли собой комбинированные производственно-хозяйственные формирования существовавшие, как правило, на базе сельскохозяйственных производственных предприятий, имевших в своем составе под разделения (предприятия, цехи) по промышленной переработке, а также складские помещения и транспортные подразделения.

Межхозяйственные предприятия были новым типом предприятий на селе. Они являлись долевой собственностью хозяйств-участников и принадлежали каждому из них в соответствии с долей вложенных основных и оборотных фондов. Эти предприятия выполняли многие виды работ и оказывали услуги хозяйствам-участникам на договорных началах в соответствии с заявками и с учетом долевого участия.

Производственные агропромышленные объединения являлись формой кооперации, объединявшей специализированные колхозы, совхозы, межхозяйственные предприятия, предприятия по переработке и хранению сельскохозяйственной продукции, организации торговли, автотранспортные, другие государственные и кооперативные предприятия и организации (в соответствии с их деятельностью).

В значительной степени межхозяйственная кооперация и агропромышленная интеграция осуществлялись в порядке местной инициативы. Поэтому главной проблемой агропромышленных предприятий было отсутствие необходимой законодательной и нормативной базы. Например, если агропромышленное предприятие создавалось на основе совхоза, то оно руководствовалось Положением о социалистической государственном производственном предприятии, а если на основе колхоза, то Примерным уставом колхоза. Существовало также “Общее положение о межхозяйственном предприятии (организации) в сельском хозяйстве”. Однако оно не регламентировало агропромышленную деятельность специально, а только допускало ее в ряду “иной производственно-хозяйственной деятельности”. Многие важные проблемы документами не решались. В частности, не предусматривалось получение кредитов совхозами и колхозами на организацию и расширение промышленной деятельности.

Большое значение имела ведомственная принадлежность предприятия. Например, в рамках Министерства сельского хозяйства образовать агропромышленное предприятие было сложно, так как промышленная деятельность не находилась в сфере его компетенции и не была обеспечена в кадровом, материальном и управленческом отношениях. Поэтому большинство агропромышленных предприятий создавалось на базе совхозов, подчиненных Министерству пищевой промышленности.

Только в 1982 г. в связи с решениями майского (1982 г.) Пленума ЦК КПСС об образовании во всех районах, областях, краях и автономных республиках страны новых органов управления сельским хозяйством - агропромышленных объединений - было разработано “Типовое положение о районном агропромышленном объединении”.

Районное агропромышленное объединение (РАПО) являлось территориальным межотраслевым организационно-экономическим и производственно-хозяйственным формированием административного района. Руководство РАПО осуществлял совет объединения, который утверждался на сессии районного Совета народных депутатов по представлению его исполнительного комитета. Совет был (в пределах его компетенции) органом государственного управления по отношению к предприятиям и организациям, включенным в состав объединения. Он осуществлял в пределах компетенции государственное руководство вошедшими в объединение хозяйствами.

Особое значение для модернизации сельского хозяйства имели совхозы-заводы. Совхозы строили на своей территории заводы по переработке сельскохозяйственной продукции, укрепляли транспортную систему и заводили магазины в городах.

Сочетая в себе производство, промышленную переработку, транспортировку и продажу сельскохозяйственных продуктов, совхозы-заводы решали главную для аграриев проблему неэквивалентности обмена между сельским хозяйством и промышленностью. Она просто исчезала внутри найденной экономической формы. В результате резко возросли прибыль от производственной деятельности, размеры производства, его техническая и технологическая обеспеченность. Заработки работников увеличились на 41,7-45,9%. Это способствовало быстрому росту числа совхозов-заводов. К началу 1966 г. в стране было организовано 287 совхозов-заводов, в 1972 г. их было уже 700.

Товарность плодоовощной продукции в совхозах-заводах поднялась на недосягаемую для колхозов и обычных совхозов высоту - до 98%. Не составляя и 1% от численности всех совхозов и колхозов, совхозы-заводы стали играть чрезвычайно важную роль в производстве многих сельскохозяйственных продуктов и результатов их переработки.

В начале 1970-х годов ростовские и северокавказские совхозы-заводы буквально завалили городские прилавки консервированными овощами. На Украине 91 совхоз-завод в 1971 г. производил 41,6% всей винодельческой продукции республики. А вот как рос удельный вес совхозов-заводов в производстве ряда продуктов в Молдавии.

С 1974 г. под руководством заместителя начальника Управления статистики сельского хозяйства Б.И. Плешкова стал проводиться ежегодный сплошной учет агропромышленных предприятий и производственных агропромышленных объединений. Задачей этого учета было обследование всех действующих агропромышленных предприятий и объединений с тем, чтобы в дальнейшем установить постоянное статистическое наблюдение за изменением их численности и основными экономическими характеристиками (состав работников, основные производственные фонды и т.д.). Критериями для отнесения того или иного предприятия в разряд агропромышленных были наличие в промышленном подразделении предприятия постоянного штата работников и высокая степень концентрации производства. Колхозы и совхозы с мелкими подсобными промышленными предприятиями не учитывались.

В разряд агропромышленных объединений были отнесены только такие, которые, соединяя несколько предприятий, выполняли функции по производству сельскохозяйственной продукции и промышленной переработке значительной ее части. Объединения, созданные в целях централизации руководства предприятиями или производственными объединениями, а также заготовительно-сбытовые и промышленно-сбытовые объединения не учитывались. В материалах учета отсутствовали также данные о свеклосахарных предприятиях и объединениях, поскольку за ними уже велось специальное статистическое наблюдение.

При разработке материалов учета агропромышленные предприятия и объединения классифицировались по продуктам промышленной переработки сельскохозяйственного сырья (винодельческие, эфиромасличные и т.д.) и по их ведомственному подчинению. Приводились данные о распределении предприятий и объединений по союзным республикам и областям СССР.

Определенные трудности вызывает сопоставимость данных учета со статистикой, приводимой в других публикациях. В основе учета лежали фактические функции предприятия и объединения, тогда как в других публикациях - их юридический статус. Так, например, в системе Министерства пищевой промышленности Киргизской ССР действовало шесть предприятий, соединявших в себе выращивание винограда и промышленную переработку большей части урожая. Но юридического статуса совхозов-заводов они не имели. В то же время в системе Молплодовощ юридический статус совхозов-заводов получили 27 предприятий. Но из-за близости крупных перерабатывающих заводов собственного промышленного производства эти предприятия не имели.

То же самое можно сказать и в отношении объединений. Например, по данным работ экономистов, на начало 1974 г. в УССР действовало шесть агропромышленных объединений: 1) “Крымская роза” (создано в 1966 г.) - по переработке эфиромасличного сырья, включавшее шесть совхозов-заводов; 2) Херсонское (создано в 1966 г.) - по консервированию плодов и овощей, включавшее три консервных завода и два специализированных совхоза; 3) “Массандра” (создано в 1967 г.) - виноградарско-винодельческого направления, включавшее 10 совхозов-заводов; 4) Одесское (создано в 1971 г.) - по консервированию плодов и овощей, включавшее пять консервных заводов и восемь специализированных совхозов; 5) Крымское (создано в 1971 г.) - по производству бойлеров, включающее 11 птицефабрик, 29 совхозов и 44 колхоза; 6) Главплодвинпром УССР (создано в 1972 г.) - смешанного профиля, включавшее 92 совхоза-завода, 169 совхозов, 74 винодельческих завода и строительный комбинат. Однако учетом 1974 г. на территории УССР было зарегистрировано только два агропромышленных объединения. Остальные четыре объединения не были отнесены в разряд производственных, а классифицировались как управленческие.

Расхождения вызывались и различным составом учтенных агропромышленных предприятий. В публикациях сахарокомбинаты включались в подсчет, в официальном же учете - нет. То же самое можно сказать и в отношении птицефабрик и животноводческих комплексов.

В 1975 г. программа была существенно расширена. Учет охватил не только агропромышленные предприятия и объединения, но и все интегрированные формирования. За время проведения учета число интегрированных формирований значительно возросло (табл. 2.22).

В 1982 г. по сравнению с 1975 г. число межхозяйственных предприятий и организаций увеличилось в 1,5 раза, а число колхозов и совхозов, выполнявших функции межхозяйственных предприятий, удвоилось. Эти формирования получили наибольшее распространение в стране, среди интегрированных формирований они составляли 72,8% и 19,6% соответственно. Получили развитие агропромышленные объединения. Их число возросло в 2,5 раза. Однако число агропромышленных предприятий изменилось мало. По сравнению с 1972 г. их число даже уменьшилось. Одной из причин этого была неприспособленность народно-хозяйственных институтов СССР к управлению агропромышленными предприятиями. Планы для промышленности, сельского хозяйства и торговли составлялись раздельно, тогда как в агропромышленных предприятиях они составляли единый цикл.

Первое место по числу интегрированных формирований в расчете на тысячу хозяйств занимала Украинская ССР, второе - Молдавская ССР. В РСФСР интеграция была развита слабее. Еще меньшее распространение получили интегрированные формирования в Армении и Прибалтике. Наибольшая численность агропромышленных формирований была в Молдавии, межхозяйственных сельскохозяйственных предприятий (включая производственные объединения) - в Таджикистане; на Украине получили большее развитие несельскохозяйственные межхозяйственные предприятия, в Киргизии - обслуживающие межхозяйственные предприятия.

Развитие межхозяйственной кооперации осуществлялось в двух основных направлениях: предметная специализация (по производимому продукту преимущественно с законченным технологическим циклом) и постадийная специализация (при разрыве технологического цикла на части или фазы с обособлением их выполнения в разных предприятиях).

Большее количество межхозяйственных формирований было создано в отраслях животноводства, где сосредоточилось 86% межхозяйственных предприятий (от общего количества во всех отраслях), 98% хозяйств, выполняющих их функции, и 73% производственных объединений. В то же время все агропромышленные формирования и преобладающая часть научно-производственных объединений находились в растениеводческих отраслях.

В 1982 г. число межхозяйственных предприятий, обслуживающих сельскохозяйственное производство, по сравнению с 1979 г. возросло на 16% и составило 2724 единицы. Среди них наибольшее распространение получили межхозяйственные предприятия по электрификации, занимавшиеся энергетическим обслуживанием колхозов и совхозов, а также станции по искусственному осеменению сельскохозяйственных животных. Межхозяйственные предприятия по механизации работ имели еще незначительный удельный вес в общей численности (5,4%), хотя число их по сравнению с 1979 г. возросло в 3 раза.

Из несельскохозяйственных межхозяйственных предприятий 59% составляли строительные организации и предприятия по производству строительных материалов, 11% - межхозяйственные комбикормовые заводы, 14% - межхозяйственные лесхозы.

В начале 1980-х годов на межхозяйственной основе производилось 11,6% говядины и выращивалось 4,9% общего поголовья ремонтного молодняка крупного рогатого скота. Уровень рентабельности на этих предприятиях составлял соответственно 16,4% и 4,3%. Себестоимость 1 ц прироста живой массы крупного рогатого скота на межхозяйственных предприятиях составляла 162 руб., а выращивания одной нетели - 884 руб. при средней цене реализации 922 руб.

Объем производства свинины на межхозяйственной основе увеличился к 1982 г. до 12,9% ее производства в общественном секторе. В овцеводстве на основе межхозяйственной кооперации производилось 3,1% баранины и 0,7% шерсти. Удельный вес продукции птицеводства, производимой в объединениях, составлял почти треть всей продукции, получаемой в системе Птицепрома, а в межхозяйственных предприятиях - 16% ее общего производства в колхозах и совхозах. Эффективность производства птицеводческой продукции в объединениях была выше, чем в отдельно функционирующих хозяйствах. Так, на предприятиях, входящих в объединения, яйценоскость была на 5% выше, а себестоимость яиц - на 7% ниже, мяса птицы - на 10% ниже.

К началу 1980-х годов существенно увеличилось производство кормов на межхозяйственной основе. Удельный вес межхозяйственных формирований по производству кормов составил в 1982 г. 11% общего их количества (162 предприятия). Выход корма с единицы площади в них был значительно выше, а затраты на единицу продукции ниже, чем в колхозах и совхозах.

В растениеводстве большое развитие получили агропромышленные формирования: совхозы-заводы, колхозы-заводы и агропромышленные объединения самых различных направлений. В 1982 г. агропромышленные формирования произвели около 20% плодов, выращенных в общественном секторе, и 15,5% овощей, Выработка овощных консервов в агропромышленных формированиях составила около 40% их общего производства. Себестоимость 1 ц плодов в агропромышленных объединениях составила 18 руб., а в совхозах Министерства сельского хозяйства СССР - 22,2 руб. при затратах труда 6,3 человеко-часов на 1 ц в совхозах-заводах и 10,9 человеко-часов в обычных совхозах.

В межхозяйственных и агропромышленных формированиях создавались более благоприятные условия для реализации достижений научно-технического прогресса, внедрения более совершенных и экономичных технологий, а также для организации хозяйства на научной основе. Эффект от объединения сил при кооперации достигался прежде всего за счет качественного преобразования всего сельскохозяйственного производства по пути его дальнейшей интенсификации и индустриализации.

Эффективность производства в условиях межхозяйственного и агропромышленного кооперирования проявлялась в увеличении темпов роста производства продукции, выходе большего количества продукции в расчете на единицу земли и на единицу производственных фондов, в более высоком уровне производительности труда и ускорении его роста, значительном сокращении текущих производственных затрат на единицу продукции и на этой основе в снижении себестоимости продукции и росте рентабельности производства, более рациональном использовании земельных, водных и трудовых ресурсов, капитальных вложений и более быстрой их окупаемости, выравнивании экономических условий хозяйствования всех участников кооперации.

К сожалению, в стране оказалось немало противников механизации и автоматизации сельскохозяйственного труда, мечтавших о возрождении мелкотоварного крестьянского производства. Против агропромышленной интеграции выступили историки- аграрники, писатели-почвенники и некоторые журналисты. На пороге постиндустриальной революции их патриархальные выступления в пользу “чувства хозяина” казались страшным анахронизмом. Еще удивительней было то, что статьи против агропромышленной интеграции свободно публиковались на страницах советской партийной печати, нетерпимой к любому инакомыслию. А содержание этих статей прямо противоречило одному из основных догматов коммунистического вероучения о “стирании граней между городом и деревней”. Кроме того, необходимость агропромышленной интеграции была заявлена в программе КПСС, принятой XXII съездом.

Уже в начале 1970-х годов агропромышленная интеграция стала объектом для атак. Использовались все средства: партаппарат, министерства, наука, литература, печать, экономические диверсии. Через Политбюро, например, было проведено постановление против чрезмерного гигантизма в агропромышленном движении. У совхозов-заводов отобрали магазины, а заодно и транспорт. После этого с ними можно было расправиться “экономическими методами”.

Первое потрясение приходится на 1971 г., когда из-за нехватки средств на оплату труда произошла кадровая текучка. В результате производство сырья упало на 6,1%, хотя производство эфирных масел сократилось меньше - всего на 3,5%. Второе более мощное потрясение случилось в 1972 г. Этот год беды не обещал. И число совхозов-заводов, и площади сельскохозяйственных угодий, и количество работников значительно возросли, но во время уборки сельхозтехнику у них изъяли. В результате сбор сырья составил лишь 56,5% от прошлогоднего, а производство эфирных масел - только 76,1%. Тут уж совхозы-заводы задумались о своей судьбе, стали больше выращивать и продавать других продуктов. Роль эфирных масел в товарной продукции составила меньше 50%. В 1973 г. все показатели были благоприятными, но доля эфиромасличной отрасли в реализации снова едва достигла 50%.

Это был далеко не единственный случай. Новосибирская область всегда страдала от недостатка овощей. Помидоры сюда привозили из Болгарии. В начале 1970-х годов были созданы два овощеводческих совхоза-завода, достаточных для удовлетворения потребностей области. В момент урожая не был подан транспорт. Гигантский урожай сгнил на полях. Совхозы-заводы расформировали, а результат записали в минус агропромышленной интеграции.

Агропромышленное объединение “Крымская роза” отрезали от рынков сбыта. Представьте себе огромные склады, заваленные гниющими ароматными розовыми лепестками. Рядом находилось “опытное” хозяйство ВАСХНИЛ. В момент гниения розовых лепестков приехала комиссия ЦК. Посмотрела, как плачевны дела “Крымской розы”, полюбовалась на цветущее “опытное” хозяйство, поставила минус в графу и уехала.

Одно направление атаки было связано с якобы насильственным преобразованием колхозной собственности в государственную в процессе агропромышленной интеграции. Такое преобразование действительно имело место, но было связано не с агропромышленной интеграцией, а с программной линией партии по превращению всех форм собственности в “общенародную”. Как раз в местах наиболее интенсивной агропромышленной интеграции (например, в Молдавии) этот процесс был выражен слабо.

Колхозниками был найден свой путь агропромышленной интеграции - межхозяйственные агропромышленные предприятия. Поэтому им удавалось создавать мощные агропромышленные объединения без изменения формы собственности. Например, в Азербайджане 10 колхозов создали Щекинское агропромышленное объединение по производству виноградной и плодовой продукции с законченным циклом выращивания, переработки и реализации готовой продукции. Это объединение ни в чем не уступало совхозам-заводам. Так что обрушиваясь на агропро-мышленную интеграцию, защитники колхозной собственности искажали действительность.

Вторая линия атаки была связана с “доказательствами” неэффективности агропромышленной интеграции. Для этого абсолютизировались отдельные неудачи в агропромышленном строительстве. Например, в Белоруссии все спиртзаводы были переданы 56 картофелеводческим совхозам. В результате потребность заводов в сырье стала удовлетворяться только на 60-65%.

Шумную газетную кампанию вызвала реализация непродуманного проекта по созданию комплексов стойлового содержания скота, в которых коровы гибли уже после третьего отела. Самое интересное, что критики обрушились не на губительный проект и его разработчиков, а на саму идею агропромышленной интеграции. На самом деле животноводческие комплексы даже не были агропромышленными предприятиями, ибо там отсутствовало комбинирование сельскохозяйственного и промышленного производства.

В ход шли и прямые фальсификации. Например, историк А.Н. Тюрина писала: “Концентрация производства в сельском хозяйстве проводилась по типу крупной промышленности в городе. Специфика сельского хозяйства, где работник имеет дело с живой природой, находится в зависимости от климатических условий, в расчет не принималась”. На самом деле никто не покушался на специфику сельского хозяйства. Речь шла о соединении в рамках одного предприятия сельскохозяйственного производства и его промышленной переработки. Это позволяло уменьшить потери при транспортировке, от многодневного выстаивания в очередях на приемных пунктах и от длительного хранения на плодоовощных базах. А самое главное - агропромышленная интеграция, соединяя в единый производственный цикл сельскохозяйственное производство и промышленную переработку сельскохозяйственного сырья, не позволяла промышленности отбирать у сельского хозяйства причитающуюся ему долю прибыли.

Третья линия атаки была связана с декларированием того тезиса, что агропромышленная интеграция в СССР уже завершена и потому ничего больше строить не нужно. В этом плане весьма показательны готовившийся в середине 1970-х годов проект новой Конституции, ход ее обсуждения и сама Конституция СССР, принятая в октябре 1977 г. Во всех документах утверждалось, что экономика страны представляет собой “единый аграрно-промышленный комплекс”.

После назначения в 1980 г. М.С. Горбачева секретарем ЦК по сельскому хозяйству агропромышленная интеграция стала сворачиваться. И.И. Бодюл был переведен на работу в Москву, после чего против него было возбуждено уголовное дело по обвинению в коррупции (в этом можно было обвинить любого секретаря ЦК республиканской компартии). Если к 1972 г., как я указывал, в стране было 700 совхозов-заводов, то в 1981 г. их осталось 626, а в 1982 г. - 607. Затем данные по совхозам-заводам перестали публиковаться.

ВЗЯТО С ПРОЕКТА «ИСТОРИЧЕСКИЕ МАТЕРИАЛЫ»