Урсула ле Гуин «Ожерелье планет Эйкумены. Том 1» - рецензия П. Можейко (часть 3 из 3)

НАЗВАНИЕ: Ожерелье планет Эйкумены. Том 1 (сборник): Мир Роканнона; Левая рука Тьмы; Король планеты Зима; Слово для «леса» и «мира» одно.

АВТОР: Урсула ле Гуин

ОРИГИНАЛЬНОЕ НАЗВАНИЕ: Rocannon's World. The Left Hand of Darkness. Winter's King. The Word for World Is Forest

ISBN: 5-8352-0097-8, 5-8352-0118-4

ГОД ИЗДАНИЯ: 1992

ИЗДАТЕЛЬСТВО: «Северо-Запад»

СЕРИЯ: «Science Fiction»

КОГДА МНОЙ ПРОЧИТАНО: Декабрь 2022

ИСТОЧНИК: Оригинальная книга

Рассказ «Король планеты Зима» продолжает знакомить читателя с миром планеты Гетен, примерно через несколько веков, после описанных в «Левой руке тьмы» событий. На этот раз это история про короля Кархайда Арагвена XVII, в которой переплетутся парадоксы времени и борьба за власть.

Арагвен XVII, как и многие его предшественники, слегка безумен и легко поддается внушению. Этой слабостью воспользовался приближенный короля Ребад, выкрав его и подвергнув психокоррекции. Короля находят накачанным наркотиками в гавани. Очнувшись, он понимает, что теперь совершенно не отвечает за свои поступки. Тогда Арагвен принимает трудное решение передать власть своему еще маленькому сыну Эмрану, а самому удалиться с Посланником Экумены на далекую планету. Путь туда занял для короля немного времени, а вот из-за «парадокса близнецов», для жителей Гетена прошло целых 24 года. Арагвен учится и восстанавливает свое душевное равновесие, а в это время выросший Эмран погружает Гетен в насилие и террор. Арагвен вынужден вернутся обратно. На его родной планете за это время проходит еще 24 года. Уже сильно постаревший Эмран всеми силами пытается удержать власть. Но народ тепло встречает и принимает своего бывшего короля, который почти не постарел за это время. Лишенный какой-либо поддержки Эмран совершает самоубийство, оставляя много работы после своего правления для вновь заступившего на трон отца.

Пусть это и не очевидно на первый взгляд, но рассказ можно прочитать как сатиру, прекрасно демонстрирующую то, что лекарство от дурной власти вовсе не побег (выставленный как сложный моральный выбор) или передача трона другому безумцу, а создание и защита института регулярной смены правителя и его ответственность перед собственным народом.

Роман «Слово для «леса» и «мира» одно» представляет собой живую негативную реакцию писательницы на войну во Вьетнаме. Это жесткое, хлесткое и точное антиколониальное, антимилитаристское высказывание, вскрывающее преступную природу порабощения технически (но не духовно!) менее развитых народов тупой военной машиной, обслуживающей корпорации и политиков. Некоторые критики ругают роман за его прямоту и отсутствие сложных персонажей, хотя другие при этом наоборот считают, что именно таким и должно быть произведение, выступающее против насилия и уничтожения природы.

Сюжет представляет собой противостояние миролюбивых аборигенов планеты Атше (Новое Таити) и терран (землян), прибывших на нее ради добычи древесины в густых тропических лесах, покрывающих сушу всех континентов.

«Все тут завезено с Земли около миллиона лет назад, и эволюция шла настолько сходными путями, что сразу узнаешь старых знакомых — сосну, каштан, дуб, ель, остролист, яблоню, ясень, оленя, мышь, кошку, белку, обезьяну. Гуманоиды на Хейн-Давенанте, ясное дело, утверждают, будто это они все тут устроили — тогда же, когда колонизировали Землю, но если послушать этих инопланетян, так окажется, что они заселили все планеты в Галактике и изобрели вообще все, начиная с баб и кончая скрепками для бумаг. Теории насчет Атлантиды куда правдоподобнее, и вполне возможно, что тут когда-то была колония атлантов. Но люди вымерли, а на смену им из обезьян развились пискуны — ростом в метр, обросшие зеленым мехом. Как инопланетяне они еще так-сяк, но как люди… Куда им! Недотянули, и все тут. Дать бы им еще миллиончик лет, может, у них что и получилось бы. Но Человек-Завоеватель явился раньше. И эволюция теперь не тащится со скоростью одной случайной мутации в тысячу лет, а мчится, как звездные корабли космофлота землян».

Атшеанцы (или «пискуны», как их называют солдаты землян) – это мелкорослые, похожие на обезьян гуманоиды, такие же наследники цивилизации Хайн, как и жители Земли. На первый взгляд, они кажутся ближе к животным, нежели к людям. Они не пользуются техникой, охотятся с помощью лука и копья.

«Народ, обитавший в Сорока Землях мира, не составлял единого целого. Языков было больше, чем земель, и они распадались на диалекты — каждое селение говорило на своем. Нравы, обычаи, традиции, ремесла различались множеством деталей, да и физические типы на Пяти Великих Землях были разными. Люди Сорноля отличались высоким ростом, светлым мехом и умели торговать; люди Ризуэла были низкого роста, мех у многих казался почти черным, и они ели обезьян. И так далее, и так далее. Однако климат всюду был почти одинаков, и лес тоже, а море и вовсе было одно. Любознательность, торговля, поиски жены или мужа своего Дерева заставляли людей странствовать от селения к селению, а потому общее сходство объединяло всех, кроме обитателей самых далеких окраин, полумифических диких островов на крайнем юге и крайнем востоке. Во всех Сорока Землях селениями управляли женщины, и почти в каждом селении был свой Мужской Дом. В его стенах сновидцы говорили на древнем языке, который во всех землях был един. Язык этот редко выучивали женщины или те мужчины, которые оставались охотниками, рыбаками, ткачами, строителями, — те, кто видел лишь малые сны за стенами Дома. Письменность тоже принадлежала древнему языку, а потому, когда Старшие Хозяйки посылали с вестями быстроногих девушек, Дома обменивались письмами, и сновидцы истолковывали их Старым Женщинам, как и все слухи, загадки, мифы и сны. Но за Старыми Женщинами оставалось право верить или не верить».

А еще они владеют искусством осознанных сновидений. Они способны засыпать в любое время по своему желанию. Во время сна они восстанавливают силы и получают прогнозы дальнейших действий. Тех, кто «не умеет читать сны» они считают дикарями, т.е. самих землян. Концепция «снов яви» занимает важное место в жизни атшеанцев:

« — Они идут вперед спиной, Селвер. Они безумны.

— Весь народ не может быть безумным.

— Но ты же сказал, что они видят сны, только когда спят, а если хотят видеть их наяву, то принимают отраву, и сны выходят из повиновения, ты же сам говорил! Есть ли безумие больше? Они не отличают яви сна от яви мира, точно младенцы».

Прибывший на планету Атше отряд землян состоит в основном из дровосеков и солдат. Военные хорошо вооружены, в том числе и боевыми вертолетами. Не видя в атшеанцах серьезной угрозы, но видя в них дешевую рабочую силу, терране начинают использовать аборигенов на работах по лесозаготовке. Грубая эксплуатация приводит к конфликтам.

« В общем-то я с тобой согласен, Ок, — не стоят они ни возни, ни риска. Если бы тут не болтался этот трепло Любов, а полковник Донг поменьше молился бы на Кодекс, так, не спорю, куда легче было бы просто очищать районы, предназначенные для заселения, вместо того чтобы тянуть волынку с этим их «использованием добровольного труда». Ведь все равно рано или поздно от пискунов мокрого места не останется, так чего зря откладывать? Таков уж закон природы. Первобытные расы всегда уступают место цивилизованным. Или ассимилируются. Но не ассимилировать же нам кучу зеленых обезьян! И ты верно заметил: у них мозгов хватает как раз на то, чтобы им нельзя было доверять. Ну вроде тех больших обезьян, которые прежде водились в Африке, как они назывались...»

Последней каплей становится групповое изнасилование аборигенки Теле, жены главного героя Селвера. Его инициировал «бравый вояка» и настоящий безнравственный солдафон капитан Дон Дэвидсон – главный антагонист произведения. Селвер решает отмостить оккупантам, и вместе с сородичами убивает всех людей в одном из лагерей, а потом сжигает постройки. Так впервые атшеанец переходит черту и совершает свое первое убийство. Это решение ему подсказали его сны. Среди соплеменников он становится «шаабом», т.е. «богом».

«Бред какой-то и, конечно, сплошное вранье. Не могли они перебить всех — Ока, Бирно, ван Стена и остальных! Двести человек! Хоть кто-то должен же был спастись! У пискунов нет ничего, кроме луков и стрел... Да и в любом случае пискуны этого сделать не могли! Пискуны не дерутся, не убивают друг друга, не воюют. Так называемый неагрессивный, врожденно мирный вид. Другими словами, божьи коровки. Их бьют, а они утираются. И уж конечно, двести человек разом они поубивать не способны».

Дэвидсон не остается в долгу и вместе с подчиненными проводит чистки в лесах планеты. Многие атшеанцы погибают. Начинает закручиваться спираль взаимного уничтожения.

Нейтральную позицию занимает антрополог Радж Любов, прибывший вместе с миссией землян. Он подробно изучает атшеанцев, их культуру и язык, а самого Селвера однажды спасает от расправы.

Ситуация начинает выходить из-под контроля. Планету с проверкой посещают эмиссары с планет Хайн и Тау Кита. Радж Любов пытается убедить инспекторов, что причина нападения атшеанцев на терран лежит вовсе не в их якобы врожденной агрессивности, а в поведении терран. Он утверждает, что выработка леса, к которому атшеанцы относятся как чему-то живому, как буквально к своему дому (вспомним название романа), преступна и не приведет ни к чему хорошему. Эмиссары решают, что теперь Атше входит в состав Лиги Миров и подчиняется ей. Для связи они оставили ансибль – средство мгновенной связи.

Но Дэвидсон не остановился в своем устремлении уничтожить атшеанцев. Это вызвало череду последующих взаимных нападений, пока сам Дэвидсон не попал в плен к аборигенам и не был выслан на опустевший из-за выработки леса остров.

Три года спустя корабли землян возвращаются и забирают выживших колонистов с планеты. Они обещают атшеанцам, что больше не вернутся сюда, разве что в роли наблюдателей-одиночек. Теперь планета Атше может снова жить своей тихой и мирной жизнью, вот только жители ее уже познали грех убийства…

Несмотря на то, что роман метафорично осуждает действия американских военных во Вьетнаме, это универсальная иллюстрация того, как отказ от изучения культуры другого народа, его стигматизация и развязывание спирали насилия приводит к плачевным последствиям, вернутся в первоначальное состояние после которых уже невозможно.

Рост – это самое простое и наглядное противопоставление между атшеанцами и людьми. Эксплуататорскому мировоззрению терран противостоит целостное понимание природы планеты и связь с нею у аборигенов. Взамен ценности бодрствования, как возможности действовать, Урсула ле Гуин предлагает осознанные сны, погружение в себя, дабы иметь возможность подумать и «почувствовать» окружающий мир. Люди предпочитают централизованную власть и подчинение, атшеанцы же выбирают равенство и местное самоуправление на уровне общин и семей. Общество их подобно тому миру, в котором они живут, т.е. лесу. Трудно выбрать в нем «главное дерево».

Почувствовать разницу между атшеанцами и людьми можно еще и благодаря структуре произведения. Так, три главы написаны от лица Дэвидсона. Они наполнены злостью, азартом и жаждой действия. В лексике Дэвидсона много уничижительных выражений по отношению к аборигенам и даже своим коллегам. Три главы написаны от лица Селвера. Эти главы наполнены непониманием безрассудства и агрессии землян, обидой, жаждой остановить вырубку леса и отомстить за убитых соплеменников. Так становится понятно, что неприятие чужаков – это характерная черта не только землян, но и атшеанцев. И наконец, две главы написаны от лица антрополога Любова. В этих главах живой интерес к новой для людей расе, желание поближе изучить их и предчувствие трагического разрешения назревающего конфликта.

Тема экологии и сохранения живой природы – это второй, вслед за антимилитаристским, посыл романа. Umwelt атшеанцев – это и есть сам лес, именно поэтому роман носит такое название, ведь «атше» на языке аборигенов можно перевести и как «лес», и как «мир». В образе агрессивного Дона Дэвидсона, миролюбивого Селвера и тактичного Раджа Любова можно увидеть три ключевых сценария взаимодействия человека с природой. Первый путь – эксплуатация, изменение окружающей среды под себя, без страха, упрека и сомнений. Самый простой и самый безрассудный путь. Второй путь – примирение, сохранение всего живого нетронутым, а соответственно ущемление своих возможностей в технологическом развитии. Это путь ответственности и сознательного ограничения. Третий же путь – компромисс, стоящий на трех основаниях: уважение, изучение, обоснование. К слову, в романе компромисс достигнут не был. Каждый остался при своем, со своими ранами и обидами. Но нельзя сказать и того, что в выигрышной оказалась какая-то из двух оставшихся стратегий. Атшеанцы отвоевали свою планету, но познали убийство, да и никто не дает гарантии от нового вторжения. Дэвидсон вынужден был отступить, но возможность собрать мощное вооружение и более многочисленную группировку для повторного вторжения у него осталась. И отсюда можно сделать вывод, что хоть все стратегии не являются победными, они неизменно меняют тех, кто их применяет. И тут уместно привести цитату, в которой Урсула ле Гуин делится с читателями еще одной интересной концепцией: «отказ от изменений, как гарантия неагрессивности». До вторжения землян, атшеанцем удавалось ей следовать.

«— Поразительно! — воскликнул Лепеннон, и его белая кожа стала еще белее от волнения. — Человеческое общество с надежным антивоенным тормозом? А какой ценой это достигается, профессор Любов?

— Точного ответа я дать не могу. Пожалуй, ценой отказа от изменений. Их общество статично, устойчиво, однородно. У них нет истории. Полнейшая гомогенность и ни малейшего прогресса. Можно сказать, что, подобно лесу, дающему им приют, они достигли оптимального равновесия. Но это вовсе не значит, что они лишены способности к адаптации».

Мы переходим к тому «изменению», на которое вынудили пойти атшеанцев лесорубы и солдаты – умение убивать. Ле Гуин дает такое определение убийства:

«Убийство — это всегда самоубийство, но, в отличие от всех тех, кто кончает жизнь самоубийством, убийца всегда стремится убивать себя снова, и снова, и снова».

И вот какова цена нового знания:

«Иногда появляется бог, — сказал Селвер. — Он приносит новый способ делать что-то или что-то новое, что можно сделать. Новый способ пения или новый способ смерти. Он проносит это по мосту между явью снов и явью мира. И когда он это сделает, это сделано. Нельзя взять то, что существует в мире, и отнести его назад в сновидение, запереть в сновидении с помощью стен и притворства. Что есть, то есть уже навеки. И теперь нет смысла притворяться, что мы не знаем, как убивать друг друга».

Урсула ле Гуин в своем романе показывает, как легко перейти черту в первый раз (вынужденно, намерено или по случайности), и как тяжело отказаться затем от нарастающей и приумножающей саму себя ненависти. И чтобы не остаться навсегда отравленным, необходимо еще одно умение: прощать. А научиться прощать можно только тогда, когда есть возможность жертвовать. Но если жертвовать больше нечем, если все что осталось - это твой скромный мир и твоя жизнь? Прощение всегда остается тем вероятным истинно последним ходом в любом конфликте.

Увидев «одобрение» на убийство в одном из своих «снов яви» и первым совершив его, Селвер становится богом в глазах соплеменников. Таким же богом, только с обратным знаком он видит Дэвидсона. И напряженная беседа этих двух новоявленных «богов», когда они встретились лицом к лицу, это кульминация романа. В этом разговоре о «взаимном даре двух рас» можно увидеть взаимосвязь между преступлением и прощением. Все взаимосвязано, и нарушая равновесие изменениями на одной из чаш весов, всегда приходится добавить что-то другое в противовес. Эту даосскую идею взаимосвязи всего и вся (Инь и Янь) мы наблюдаем и в романе «Левая рука Тьмы» и в повести «Обширней и медлительней империй» (см. рецензию на второй том) и в других произведениях писательницы.

«- Послушайте, капитан Дэвидсон, — сказал пискун все тем же спокойным голоском, от которого Дэвидсона начинало мутить, — мы же с вами оба боги. Вы сумасшедший, и я, возможно, тоже, но мы боги. Никогда больше не будет в лесу встречи, как эта наша встреча. Мы приносим друг другу дары, какие приносят только боги. От вас я получил дар убийства себе подобных. А теперь, насколько это в моих силах, я вручаю вам дар моих соплеменников — дар не убивать. Я думаю, для каждого из нас полученный дар равно тяжел. Однако вам придется нести его одному. Ваши соплеменники в Эшсене сказали мне, что вынесут решение о вас, и если я приведу вас туда, вы будете убиты. Такой у них закон. И если я хочу подарить вам жизнь, я не могу отвести вас с другими пленными в Эшсен. А оставить вас в лесу на свободе я тоже не могу — вы делаете слишком много плохого. Поэтому мы поступим с вами так, как поступаем с теми из нас, кто сходит с ума. Вас увезут на Рендлеп, где теперь больше никто не живет, и оставят там».

— Убейте меня теперь, и хватит издеваться!

— Убить вас? — спросил Селвер, и в рассветном лесу его глаза, глядевшие на Дэвидсона снизу вверх, вдруг засияли светло и страшно. — Я не могу убить вас, Дэвидсон. Вы — бог. Вы должны сами это сделать».

Чтобы сохранить равновесие, нужно совместить в себе две половины. А если не сделать этого, то научившийся убивать пацифист, и не научившийся мирной жизни убийца, постепенно погибнут. «Боги убьют себя». Таков нерадостный вердикт Урсулы ле Гуин любому контакту между цивилизациями, который неизбежно случится, когда одна из них начнет экспансию звездного пространства.

Надо сказать еще пару слов о том, что, читая роман «Слово для «леса» и «мира» одно» постоянно борешься с кадрами из кинофильма Джеймса Кэмерона «Аватар» (2009) в голове. Общая канва сюжета кажется очень близкой. Но все-таки это два самостоятельных художественных высказывания. Кинофильм определённо зрелищнее и динамичнее, зато роман глубже и пронзительнее. Рекомендовать можно оба произведения, и если вы какое-то из них упустили, то порадуйте себя, познакомившись с одним из этих произведений.

В «Хайнский цикл» Урсулы ле Гуин входят произведения разной художественной ценности, степени наполненности свежими идеями и жанра. Очевидна некоторая тяга писательницы к Средневековью. Уж очень часто мы видим на страницах её произведений замки, королей, племена, холодное оружие, ритуалы… Еще один частый элемент описываемого окружения – это зима. С другой стороны, в произведениях очень мало науки и техники. Проза писательницы очень далека от т.н. «инженерной фантастики». Но зато она в полной мере отвечает слову «социальная». Ле Гуин моделирует и сталкивает между собой человечество (и «околочеловечество») с разным уровнем развития, с разным опытом, в разных природных условиях, с разными уникальными особенностями. Все эти столкновения говорят нам, читателям, о том, что бывают универсальные чувства, такие, как любовь, ненависть, злость, доброта, дружба, предательство, зависть, обида… но не бывает универсальных методов разрешения конфликтов. Каждая ситуация требует своего подхода и своих непростых решений. Несовершенство нашей цивилизации – это одновременно и ее сила, и ее слабость. Словно «левая рука тьмы, которая правая рука света…», ну вы помните.

РЕЦЕНЗИЯ ЧАСТЬ 1/3:

https://vk.com/@pavelmazheikabooksreview-ursula-le-guin-ozherele-planet-eikumeny-tom-1-recenziya-p

РЕЦЕНЗИЯ ЧАСТЬ 2/3:

https://vk.com/@pavelmazheikabooksreview-ursula-le-guin-ozherele-planet-eikumeny-tom-1-recenziya-2

МОЕ МНЕНИЕ ОБ ИЗДАНИИ:

Книжная серия «Science Fiction» от издательства «Северо-Запад» — это тот пример, когда в довольно неплохо оформленной серии с интересной по подборкой авторов, найдешь не так уж и много действительно топовых НФ-романов. Это будет недостатком, если вы хотите собрать условный личный «золотой фонд» мировой НФ. Но в то же время, это станет достоинством, если вы хотите расширить свою библиотеку хорошими фантастическими произведениями «второго плана» от выдающихся фантастов. Поэтому, серию «Science Fiction» я бы рекомендовал как дополнение к какой-нибудь книжной серии, включающей в себя лучшие фантастические романы.

Формат стандартный (125x200 мм), твердый переплет, без суперобложки, 606 страниц, заглавные иллюстрации.

Достоинства издания: твердый переплет; наличие колонтитулов; информация об авторе; подробное оглавление с указанием переводчиков; хорошо выделенные заголовки; тематические заглавные иллюстрации и оформление обложки.

Недостатки издания: желтеющая со временем бумага; не всегда хорошая пропечатка текста.

ПОТЕРЯЛ БЫ Я ЧТО-НИБУДЬ, ЕСЛИ БЫ ЕЕ НЕ ЧИТАЛ:

Больше да, чем нет. С одной стороны, мне не очень нравится некоторая склонность Урсулы ле Гуин в своих социальных произведениях к мотивам, характерным для фэнтези, с другой, она поднимает действительно интересные и важные темы.

КОМУ ПОРЕКОМЕНДОВАЛ БЫ:

Любителям мягкой социальной фантастики, любящим произведения о столкновении близких цивилизаций, но с разным устройством общества. Поклонники творчества Урсулы ле Гуин не могут обойти стороной второй по значимости (после «Земноморья») цикл произведений писательницы.

ТЕГИ: Научная фантастика, социальная фантастика, цикл произведений, оригинальная вселенная, контакт, прогрессорство, новые миры, политика, любовь, дружба.

ВИДЕО В ТЕМУ: В архивной записи Worldcon-1975 (то время, когда как раз и были написаны и стали популярны произведения этого сборника) можно прослушать речь Урсулы ле Гуин о научной фантастике и роли женщин в ней, а также по достоинству оценить живой юмор писательницы.

https://vk.com/pavelmazheikabooksreview

https://t.me/pavelmazheikabooksreview

#PavelMazheikaBooksReview

#PavelMazheikaBooksFiction

#PavelMazheikaBooksSF

=> Эта рецензия на "живой книге (мой ник PavelMozhejko) <=

https://www.livelib.ru/review/3182014-ozherele-planet-ejkumeny-tom-1-sbornik-ursula-k-le-guin