Джо Холдеман «Бесконечная война. Бесконечная свобода» - рецензия П. Можейко
«…Вы можете провести четыре дня в космосе,
Но когда вернетесь, всё останется неизменным:
Грохот барабанов, гордыня и позор…»
(Песня Барри МакГуайра «Eve of Destruction»)
НАЗВАНИЕ: Бесконечная война. Бесконечная свобода
АВТОР: Джо Холдеман
ОРИГИНАЛЬНОЕ НАЗВАНИЕ: The Forever War. Forever Free
ISBN: 5-04-007696-7
ГОД ИЗДАНИЯ: 2001
ИЗДАТЕЛЬСТВО: «Эксмо-пресс»
СЕРИЯ: «Стальная крыса»
КОГДА МНОЙ ПРОЧИТАНО: Ноябрь 2024
ИСТОЧНИК: Оригинальная книга
О КНИГЕ«…Вы можете провести четыре дня в космосе,
Но когда вернетесь, всё останется неизменным:
Грохот барабанов, гордыня и позор…»
Это строки из популярной антивоенной песни Барри МакГуайра «Eve of Destruction» 1965 года, написанной как реакция на накаленную политическую обстановку того времени в целом, и на Вьетнамскую войну в частности. В другом месте этой песни звучит строка: «Ты еще не можешь голосовать, но уже можешь убивать». В том же году у новоиспеченного физика и астронома, выпускника Мэрилендского университета Джо Уильяма Холдемана уже шесть лет как было право голосовать, но это не спасло его от того, что правительство Линдона Джонсона продолжая войну на Дальнем Востоке, отправило молодого человека во Вьетнам, наделив тем самым правом убивать. С войны, как и тысячи других парней, Холдеман вернется поломанным и тяжело раненным, что наложит отпечаток на его жизнь, взгляды и творчество, а его трилогия фантастических романов «Бесконечная война» станет отражением неизменной антивоенной и пацифистской позиции автора.
Цикл «Бесконечная война» состоит из одноименного романа 1974 года, который в свою очередь вырос из антивоенной фантастической новеллы «Герой» (1972 год), не слишком связанного с его сюжетом «Бесконечного мира / Проекта «Юпитер» 1997 года, и прямого продолжения «Бесконечной свободы» 1999 года. В этот сборник из серии «Стальная крыса» вошли сюжетно связанные «война» и «свобода», которые можно рассматривать как единое произведение. Первый роман трилогии получил сразу три самые престижные жанровые премии: «Хьюго», «Локус» и «Небьюла»! Например, тем же могут похвастаться «Обделённые» Урсулы Ле Гуин, «Сами боги» Айзека Азимова или «Свидание с Рамой» Артура Кларка. Большой успех имела пусть и менее удачная «Бесконечная свобода», которая получила сразу и «Хьюго», и «Небьюлу». Но дополнительную славу заглавному роману принесло то, что он был заявлен, как заочная полемика со «Звездным десантом» Роберта Хайнлайна, будучи достаточно схожими по тематике они все же различаются тем, как расставлены в них акценты. Об этом и поговорим ниже.
«БЕСКОНЕЧНАЯ ВОЙНА»
Действие «Бесконечной войны» начинается в недалеком на момент написания произведения будущем (в конце ХХ века). К этому времени человечество освоило космические путешествия и открыло т.н. «коллапсарные прыжки» - особые «червоточины» в галактике, с помощью которых можно было совершать мгновенные путешествия в далекие точки космоса к такому же «хабу».
«Коллапсар Старгейт являл собой идеальную сферу трех километров в диаметре. Он находился в состоянии гравитационного коллапса, что означало – его поверхность падает к центру коллапсара почти со световой скоростью. Но падает она вечно, теория относительности, по крайней мере, придает коллапсару иллюзию действительного существования в данном месте. Вообще вся реальность становится не такой уж реальной, когда вы изучаете общую теорию относительности. Или буддизм. Или вас забирают в армию. <…> Мы стартовали с входной планеты, – это и был, собственно, Старгейт-1, – сделали несколько курсовых коррекций, а потом перешли в свободное падение в течение нескольких следующих часов. Потом зазвонил сигнал, двойная перегрузка вжала нас в подушки коек. Мы находились уже на вражеской территории».
При первом «переходе» на другом конце «туннеля» космический корабль землян могло ждать все что угодно, в том числе враждебные цивилизации. Поэтому, вслед за основным кораблем, всегда отправляли непилотируемый мини-корабль, который выполнял роль «черного ящика», и в случае аварии или нападения, возвращался на Землю с данными. Так и случилось однажды. В созвездии Тельца был уничтожен корабль людей, причем «самописец» зафиксировал следы инопланетного звездолета рядом. Это запускает политический процесс и дает козыри в руки любителям повоевать. Создается соответствующая организация, а человечество постепенно милитаризуется.
«Однажды все-таки зонд вернулся домой один. Информация, им доставленная, была проанализирована, и оказалось, что корабль колонистов был атакован чужим кораблем и уничтожен. Это произошло в окрестностях Альдебарана, в созвездии Тельца, и так как выговаривать слово «альдебараниане» несколько неудобно, враг получил имя «тельциан». Корабли переселенцев начали отправлять в полет под защитой военных крейсеров. Потом крейсера начали совершать рейсы самостоятельно, и в конце концов Группа Колонизации уступила место ИСООН, то есть Исследовательским Силам при ООН. Ударение на слове «силы. Потом какой-то умник в Генеральной Ассамблее родил идею, что следовало бы подготовить группу людей, способных вести наземные боевые действия и охранять входные планеты ближайших коллапсаров. Это привело к Элитарному Призывному Закону 1996 года и появлению самой элитарно набранной армии в истории военных сражений».
Главный герой – молодой человек Уильям Манделла, свежеиспеченный выпускник-физик, от лица которого и ведется повествование (вот она параллель с биографией автора). Он как раз подпадает по своим данным под «элитарный призыв» и становится солдатом спецотряда ИСООН. В романе читатель проследит долгий путь героя от суровой учебки до демобилизации после завершения тысячелетней войны, о чем говорят названия четырех его частей: «Рядовой Манделла, 1997-2007», «Сержант Манделла, 2007-2024», «Лейтенант Манделла, 2024-2389» и «Майор Манделла, 2458-3143». Как такое возможно, спросите вы? Просто физика, отвечу я! Но об этом чуть ниже.
Сначала Холдеман окунает читателя в суровый быт учебки на Хароне, спутнике Плутона (забавно, что открыт он был уже после выхода романа, в 1978 году). Здесь экстремальные температуры и специфические условия другой планеты. Это самая суровая часть произведения и, пожалуй, максимально близкая к атмосфере, царящей в реальных учебных лагерях и в «Звездном десанте» Хайнлайна. Новобранцы должны научиться отлично управлять боевыми костюмами (проведем тут снова параллели с хайнлановскими бронекостюмами). От этих устройств зависит жизнь солдат и успех операции, но они очень чувствительны и требуют должной сноровки и опыта. В ходе учебы гибнет половина набора, причем начальник учебки считает такой результат позитивным.
Среди новобранцев и парни, и девушки. Между ними происходят регулярные беспорядочные половые связи. К тому времени это считается нормой, лишь бы было добровольное согласие. Но сердце Манделлы занимает Мэригей Поттер, а их непростые, но трогательные отношения будут стержнем сюжета обоих произведений.
После завершения курса бойца, ИСООН получил отряд элитных бойцов, чей портрет мы встречаем уже на первой странице:
«Я уже был ознакомлен с восьмьюдесятью способами убить человека, хотя подавляющее большинство из них были довольно шумными. Я уселся прямо, придал лицу выражение вежливого внимания и заснул с открытыми глазами. То же самое сделали почти все остальные. Мы уже знали, что ничего действительно ценного на вечерних занятиях не дают».
С ускорением 25g Манделла и его товарищи совершают свой первый коллапсарный прыжок на первое же боевое задание, в ходе которого они без должного сопротивления уничтожают базу тельциан.
Эта часть романа интересна с точки зрения духа авантюризма и исследователя. Холдеман описывает инопланетную фауну:
«Ростом они уступали людям, но превосходили нас в обхвате. Шкуру покрывала зеленая, очень темного, почти черного оттенка шерсть. В местах, где ее коснулся луч лазера, шерсть скрючилась в завитки. Оказалось, что у них имеется по три ноги и по одной руке. Единственное украшение головы – рот, черное, влажное отверстие, полное плоских черных зубов. Были они достаточно отвратительные, правильно, но что хуже всего, так это не их непохожесть на человека, а их сходство. Всюду, где лазерный огонь распорол кожу, сквозь раны виднелись молочно-белые, обвитые кровеносными сосудами, внутренние органы, и кровь у них была темно-красная».
Здесь же происходит первая встреча людей и тельциан лицом к лицу. Их поведение и внешность по объективным причинам кажутся людям странными, но разгадку этого поведения они узнают позже.
«У существа имелись две руки и две ноги. Но талия была до того тонкая, что ее спокойно можно обнять двумя ладонями. Под тоненькой талией имелось подковообразной формы «брюшко», почти метровой ширины, из которого свисали две худосочных ноги, без явно видимого коленного сустава. Выше талии тело существа опять распухало, и грудная клетка не уступала по размерам громадному тазобедренному узлу. Руки у него были неожиданно очень похожи на человеческие, не считая того, что имелся избыток пальцев, очень длинных и тонких. Ни плеч, ни шеи. Голова представляла собой жуткий нарост, словно зоб, вздымавшийся над грудной клеткой. Два глаза напоминали скопления рыбьей икры, связка кисточек торчала на месте носа и намертво раскрытого отверстия, возможно рта, хотя находилось оно где-то в районе адамова яблока, если бы только у него таковое имелось. Окружавший его мыльный пузырь, очевидно, создавал внутри пригодную для тельцианина обстановку, потому что на летящем ничего не было, кроме собственной рубцеватой кожи, напоминавшей передержанную в горячей воде шкуру, покрашенную затем в бледно-оранжевый цвет. Никаких наружных признаков пола у «него» не наблюдалось, но за отсутствием даже намека на молочные железы, мы свой выбор остановили на местоимении мужского рода».
В этой части романа описана интересная и пугающая технология постгипнотического внушения перед боем, которая избавляет солдат на некоторое время от «химеры совести»:
«Я почти не слышал сержанта, стараясь уследить за происходящим у меня в голове. Я понимал, что все это только постгипнотическое внушение, я даже помнил сеанс, там, в Миссури, когда мне это внушение делали, но сила его воздействия от этого совсем не уменьшилась. Удар псевдовоспоминаний обрушился на мое сознание: лохматые обезьяноподобные тельциане (хоть мы теперь и знали, что они совсем не так выглядят) врываются на борт транспорта переселенцев, пожирают детей на глазах вопящих от ужаса матерей (колонисты никогда не брали с собой детей, те не выдержали бы ускорения), потом до смерти насилующие женщин большими, с красными прожилками вен, членами (невероятно, что тельциане могли чувствовать какое-то влечение к нашим женщинам), потом сдирающие кожу и куски мяса с мужчин и тоже пожирающие окровавленную человеческую плоть (как будто они были бы в состоянии усваивать протеин чуждых организмов) и еще сотни подробностей, и все это я помнил с такой отчетливостью, словно события вчерашнего дня, хотя и были они до смехотворного нелепы и логически абсурдны. Но в то же время, как сознание мое отметало всю глупость внушения, где-то в темной глубине, там, где таится спящий зверь, где берут истоки наши побуждения, нечто жаждало крови тельциан, убежденное в благородности поступка – умереть, пытаясь убить хоть одно из инопланетных чудовищ…»
Первый бой с инопланетной расой не столько впечатляющ сам по себе, сколько по своим психологическим последствиям для солдат, которые постепенно, после отхода от гипнотического внушения и азарта боя, пришли к осознанию той мясорубки, которую только что устроили. Тут снова становится понятно, что на язык фантастики Холдеман перенес реальный ужасающий опыт солдат настоящих земных войн.
«Не раз потом я говорил сам себе, что это не «я» с весельем сумасшедшего пластал на куски этих перепуганных, спасающихся бегством существ. Там, в двадцатом веке, ко всеобщему удовольствию было установлено, что оправдание «я только исполнял приказ» таковым не является. И не оправдывает нечеловеческую жестокость. Но что я мог поделать, если приказы исходили из глубины моего подсознания, от запрятанного там кукловода? Но что хуже всего, так это было сознание того, что мои действия были не полностью бесчеловечными. Всего лишь несколько поколений тому назад мои предки сделали бы то же самое без всякого гипноза, и даже с соплеменниками. Я чувствовал отвращение ко всему человечеству, к армии и войне, и перспектива жить с воспоминаниями о прошлом еще почти столетие приводила меня в ужас…»
Во время возвращения на Землю, корабль землян сталкивается с кораблем тельциан. Происходит настоящая погоня на субсветовых скоростях и космический бой. Победа на этот раз за людьми, но их корабль сильно поврежден. Добравшись до родной планеты, Манделла и друзья узнают, что за их субъективных два года командировки на Земле наступил 2024 год. И тут открывается то свойство нашего физического мира, которое задает специфику межцивилизационной галактической войны и дает возможность ей быть если не вечной, то хотя бы тысячелетней. Речь идет о релятивистских эффектах течения времени.
«Я все никак не мог свыкнуться с датой «20 мар. 2007» внизу листа. Выходило, что я в армии уже десять лет, хотя прошло только два года. Эффект релятивистики, ясное дело. Даже если использовать коллапсарный прыжок, путешествие меж звездами плохо сказывается на календаре».
Тут следует уделить немного внимания технологической точности автора, на примере описанной им противоперегрузочной капсулы, позволяющей летать с перегрузками в 25g:
«Противоперегрузочная оболочка напоминает обыкновенный гибкий скафандр, во всяком случае, внутреннее устройство почти полностью совпадает. Только вместо ранца с системой жизнеобеспечения здесь имеются три шланга, один идет в шлем, два выходят из пяток, кроме того, имеется по две отводные трубки на каждую оболочку. Костюмы плотно уложены плечом к плечу на легких противоперегрузочных койках. Забираться в оболочку – все равно, что пробираться по огромному блюду вчерашнего спагетти. Когда индикаторы у меня в шлеме показали, что все задраили свои оболочки, я нажал соответствующую кнопку, затоплявшую комнату. Видно ничего не было, конечно, но я живо представил, как бледно-голубая жидкость – этиленгликоль и еще что-то, – пенясь, заполняет нашу комнату. Материал оболочки, прохладный и сухой, плотно обхватил меня со всех сторон, прилегая к каждой точке тела. Я знал, что давление у меня внутри сейчас быстро растет, уравновешивая наружное давление. Для этого и делался укол – чтобы вас не расплющило. Но все равно тяжесть давала себя знать. К тому времени, когда на счетчике у меня появилась «двойка» (наружное давление соответствовало глубине в две морских мили), мне казалось, что я сейчас лопну или буду раздавлен одновременно. В 20.05 счетчик показал «2,7» и на этом успокоился. Когда в 20.10 началось выполнение маневра, я особой разницы не заметил, хотя игольная стрелка указателя немного вздрагивала и я еще подумал: интересно, какое ускорение потребовалось, чтобы вызвать это едва заметное колебание? Основным недостатком противоперегрузочных оболочек была их стационарность. Всякий, не успевший забраться в свой костюм до начала ускорения, когда «Годовщина» выдавала полные свои двадцать пять «же», автоматически превращался в земляничный джем. Управлял крейсером и вел бой исключительно компьютер в нормальной обстановке происходит то же самое, но всегда хочется иметь за пультом человека-контролера».
Но вернемся к физике… Чтобы добраться до противника, необходимо использовать коллапсарный прыжок, т.е. достигать субсветовых скоростей, а значит, путешествовать в будущее единственным возможным в нашей вселенной способом, расхлебывая эйнштейновскую относительность времени. Это переносит «гонку вооружений» на новый уровень и делает межгалактическую войну весьма специфической и долгой.
«Здесь мы впервые сталкиваемся с проявлением весьма важного физического эффекта, который до сих пор рассматривался только теоретиками. Вот вы, скажите мне, – он указал на Негулеско, – сколько времени прошло с тех пор, как мы впервые впрямую столкнулись с противником у Альфы?
– Это зависит от системы отсчета, – с готовностью ответила Негулеско. – С моей точки зрения, прошло восемь месяцев, сэр.
– Совершенно верно. Из-за релятивистского замедления времени вы потеряли около девяти лет, пока мы маневрировали между прыжками. Следовательно, в инженерном смысле этот тельцианский крейсер явился из нашего будущего. – Он сделал паузу, чтобы все смогли обдумать услышанное. – И чем дальше, тем с ходом войны эта разница между субъективным и объективным временем будет становиться все более заметной. Поскольку тельциане в равной степени с нами подвержены действию законов теории относительности, эффект будет играть им на руку так же часто, как и нам».
Долетая до противника, вы встречаетесь с его будущим, которое может нести большие проблемы. Но и пока он долетит до вас, на планете могут пройти десятилетия развития науки и вооружений. В некоторой степени, это настоящее «космическое казино» для любителей разжигать войны. К сожалению, человечество в романе оказалось азартным игроком.
И в этой части повествования Холдеман снова меняет жанр и переносит нас в социальную утопию, поскольку пока Манделла с товарищами был на задании, Земля сильно изменилась. Солдаты вернулись уже совсем в другой мир, который не очень-то к ним благосклонен.
«Земля немного не похожа на ту, что вы покинули. – Он вытащил из кармана небольшую карточку и взглянул на нее, слегка усмехнувшись. – У большинства из вас на счетах имеется по четыреста тысяч долларов, это накопившаяся оплата и проценты. Но Земля ведет войну, и гражданам Земли приходится поддерживать экономику своими деньгами. Ваши доходы подлежат налоговому обложению в размере 92 процентов. Тридцать две тысячи долларов вам может хватить года на три – если будете экономить. Кроме того, вы захотите найти работу, а война – единственное дело, для которого вы обучены по высшему классу. На Земле не так уж много рабочих мест. Население сейчас составляет десять миллиардов человек, из них пять или шесть миллиардов – безработные. И вы еще отстали на двадцать шесть лет от развития науки и техники. Не забывайте также, что все ваши друзья и возлюбленные постарели на те же двадцать шесть лет. Многие из ваших родственников уже умерли. Боюсь, что дома вам покажется весьма одиноко».
Волею политиков и генералитета планета становится кузницей войны, где все существует ради целей фронта. Угроза раздувается буквально до вселенских масштабов.
Отравленный боевым опытом Манделла ни за что не хочет возвращаться на службу, но он не может найти себя в новом мире, найти себе достойную работу. Более того, от брата он узнает, что есть секретный указ, препятствовать трудоустройству бывших элитных бойцов ИСООН, дабы вынудить их вернуться в боевые порядки. Так в конце концов и происходит…
В данном эпизоде Холдеман показывает нам обреченность и ненужность бывших солдат, вернувшихся к мирной жизни с войны в далеком краю. Также он показывает, что любая страна, ведущая праведную или нет войну, рано или поздно сама подвергается упадку. Мирные граждане тонут в своих заботах, и им нет дела до тех, кто защищал интересы государства, насколько бы ни были оправданы его решения. Вспомним тут фразу из кинофильма «Рэмбо: первая кровь», к слову, фильма о ветеране Вьетнамкой войны на гражданке: «Там я управлял техникой стоимостью в миллион долларов, а здесь не могу работать даже парковщиком».
Теперь люди живут в огромных зданиях, а безработные существуют за счет пособия, которое дает им возможность проводить время целыми днями просматривая развлекательное телевидение и питаться минимальным для выживания набором бесплатных продуктов. Их жизнь сводится буквально к «хлебу и зрелищам». Возможно, Холдеман здесь действительно предугадывает будущее значительной непассионарной части человечества, которая, с развитием технологий, будет лишена необходимости работать и зарабатывать, и погрязнет в бесконечных просмотрах видеоконтента на аналоге Youtube или TikTok.
Как будто подчеркивая общий упадок, описывая моду нового времени Холдеман делает ее похожей на моду прошлых веков:
«Мужская мода, как я заметил, явно начала обращаться к прошлому. От талии и выше все еще было не так плохо – облегающая блуза с высоким воротником и небольшая шапочка, но ниже шел широкий, сверкающий и совершенно бесполезный пояс, на котором болтался украшенный драгоценными камнями кинжал, пригодный разве что для распечатки конвертов, потом панталоны, ниспадавшие широкими складками и заправленные в сияющие сапоги из пластика, на высоких каблуках и доходящие до колен. Добавьте шляпу с пером – и Шекспир с дорогой душой взял бы вас статистом в свой «Глобус». <…> Большинство молодых женщин, встретившихся мне на пути к Ассамблее, были одеты аналогичным образом: нечто очень похожее на обыкновенную сорочку с обширными прямоугольными вырезами по бокам Вырезы начинались у подмышек, а заканчивались там, где у вас сам собой вырывался возглас «Гм!». Наряд требовал от хозяйки большой сдержанности в движениях и не меньшей веры в силу статического электричества».
Не обошел стороной в своих прогнозах автор и тему межличностных отношений и секса. По мнению Холдемана значительное место займут гомосексуальные отношения, поощряемые государством в том числе и потому, что это является действенной мерой против перенаселения планеты и без того не живущей на широкую ногу.
«– Много ли среди вас склонных к гомосексуализму?
Склонных не было. Неудивительно.
– Я лично гомосексуалист.
– Ого, шутки в сторону.
– Как и каждый третий в Европе и Северной Америке. В Индии и на Ближнем Востоке это число еще больше. Но уменьшается в Латинской Америке и в Китае. Большинство правительств поощряют гомосексуальность – ООН заняла нейтральную позицию, – главным образом потому, что это наиболее действенный метод контроля над рождаемостью».
Безусловно, это особенно спорное и слабое предположение автора. Во-первых, из математических моделей, созданных эволюционными биологами (Докинз, например), мы знаем, что процент гомосексуалистов в популяции просто не может быть большим и самонивелируется по мере роста. Во-вторых, от биологов же мы знаем, что гомосексуальность встречается в природе повсеместно, но снова же, не занимает основное или значимое значение для вида. В-третьих, развитие технологий и общественной морали, описанное в мире, вполне позволит иметь гомосексуальным парам сколько угодно детей «из пробирки», или путем усыновления тех, от которых отказались гетеросексуальные пары.
Возможно, в таком сильном перекосе нашей цивилизации в будущем в сторону гомосексуальных отношений, выразились или опасения Холдемана, вызванные сексуальной революцией и идеями движения хиппи, или просто его гомофобность. Честно говоря, то давление и та целенаправленность такого поведения, которая продемонстрирована в романе, выглядит карикатурно и надуманно, а стало быть, и недостоверно. Это самая слабая деталь описанного тут мира.
Досталось от Холдемана и медицине будущего и вечной для США проблеме со страхованием этой сферы жизни. Теперь население подвергается категоризации по своей полезности:
«– Это часть Универсальной Системы Медобслуживания. Каждый человек в возрасте семидесяти лет получает определенный класс очередности обслуживания. Автоматически, все решают машины в Женеве.
– Какой класс? Что он означает? – Но все уже было мне ясно.
– Ну, он показывает, насколько человек важен для общества и какое ему надлежит получить лечение. Третий класс – обычный уровень, второй класс – тоже обычный, кроме некоторых процедур по продлению жизни…
– А нулевой класс – вообще никакой помощи, так?
– Да, мистер Манделла. – И в ее улыбке не было и намека на сочувствие или понимание».
К слову, в Беларуси есть уже пусть и приблизительный, но аналог. Здесь юридически определен статус т.н. «тунеядца» - человека, не вносящего вклад в экономику страны (не работающего или работающего по серой схеме). Для таких людей предусмотрены повышенные тарифы ЖКУ, оказания медуслуг и прочих процедур. Это не совсем «отказ от лечения», но сущностно что-то близкое прогнозам Холдемана полувековой давности.
После возвращения в армию, Манделла и его подруга Поттер получают повышение по званию и отправляются на новое боевое задание. Тут они оба в бою теряют конечности. Все дело в том, что боевые костюмы нового типа оборудованы специальными устройствами, которые отсекают раненную конечность, исключая заражение и разгерметизацию. Благо, теперь медицина научилась отращивать конечности, хотя процесс этот длительный и болезненный. Здесь мы видим пренебрежение телом солдата, но внимательным отношением к нему, как к боевой единице. Т.е. типичное штабное видение «живой силы».
Манделлу и Поттер отправляют на лечение на планету «Небеса», но после больничного их распределяют в разные подразделения и теперь они разделены не только пространством, но и временными релятивистскими интервалами. Теперь коллапсаров открывается всё больше и больше, колонизировано множество планет, а война распространилась на всю галактику. Появились и новые технологии обучения военному делу и внедрению в головы боевого опыта:
«Я был во власти КУВа, то есть «компьютера ускоренного восприятия». Он не давал мне заскучать. Машине понадобилось минут десять – я так думаю, чтобы выяснить уровень моих знаний в области военного искусства (прошу прощения за выражение). Потом она начала обучать. Я научился в совершенстве пользоваться любыми видами оружия, вплоть до нова-бомбы. И не только теоретически – не зря мне прицепили электроды. Контролируемая компьютером кинестезийная обратная связь. Я чувствовал оружие в руках и выполнял операции. Я выполнял их до тех пор, пока не сделал все правильно. Иллюзия реальности была полнейшая. Я метал копье с помощью специальной петли – я был негром-воином из племени масаи, и мы напали на вражескую деревню. Я был высокий и чернокожий. Я учился фехтовать у какого-то зловещего вида субъекта посреди французского дворика XVIII века. Я сидел, притаившись в ветвях дерева, и целился из снайперской винтовки в людей, одетых в голубую форму, пробиравшихся по размокшим полям к Викобургу. За три недели я изничтожил целое отделение электронных призраков. Мне казалось, что прошел год, но КУБ странным образом действовал на восприятие времени. <…> Это только для боевых офицеров. За три недели на вас расходуется столько энергии и машинного времени, что можно было бы управлять Землей несколько дней».
После ряда боевых операций Манделла возвращается в родные места. «Набежало» уже несколько веков дополнительного времени. Человечество снова изменилось. Теперь оно – это совокупность клонов с идеальным генетическим кодом и единым сознанием. Как оказалось, единым сознанием обладают и тельциане. Гомосексуальность теперь тотальна, присутствуют практики принудительного «исправления пороков», дети рождаются из искусственных маток. Холдеман приглашает читателя на этот раз в утопию:
«Многие из них покинули детсад всего семь или восемь лет назад. Детсад – это искусственная, контролируемая среда, куда доступ имеют только педиатры и учителя. Когда человек покидает детсад в возрасте двенадцати-тринадцати лет (фамилию он получает по фамилии донора с лучшим генетическим показателем), он фактически считается взрослым. Образование его к этому моменту эквивалентно моему после первого курса колледжа. Некоторые из них продолжают учиться, специализируются в какой-то области, но многие сразу направляются на работу. За ними тщательно наблюдают, и всякий, выказывающий асоциальные наклонности, например, гетеросексуальность, отправляется на лечение. Его или исцеляют, или оставляют в спецучреждениях до конца жизни. Все призываются в ИСООН, достигнув двенадцати лет. Большинство работают в координационных отделах положенные пять лет и уходят. Несколько счастливцев, примерно один человек на восемь тысяч, приглашаются принять участие в боевых действиях. Отказ считается «асоциальной наклонностью», хотя такое приглашение означает пять дополнительных лет службы. И шансы выжить за эти десять лет близки к нулю. Таких еще не знает история войны».
Манделла в этом мире еще более чужой, чем прежде. Он один из немногих солдат старой школы, кто смог выжить в мясорубке войны. Он помнит старый мир, который, как кажется, давно позабыт человечеством-клоном. Но самое трагическое обстоятельство: здесь забыта и война, потому что она закончилась несколько веков назад!
Как оказалось, война была развязана без явной причины, в угоду политическим целям по объединению человечества перед общей угрозой. За счет релятивистских эффектов она растянулась на тысячу лет. А тельциане были древнейшей цивилизацией, которая давно забыла, что такое война, и училась ей заново, у людей. Именно поэтому их поведение в первых столкновениях выглядело таким странным.
«Война, длившаяся 1143 года, началась без какого-то реального повода и продолжалась только потому, что две расы не могли общаться друг с другом. Едва такая возможность возникла, первым вопросом было: «Зачем вы это начали?» И вторая сторона ответила: «Я?»
Возлюбленная Манделлы Поттер, используя релятивистский эффект, «дожидается» его возвращения. Пара улетает на планету «Средний палец» - островок людей старого мира, где они могут спокойно жить согласно своим идеалам. Вскоре у пары естественным образом рождается первенец…
Новость о давнем завершении войны и о ее беспричинности и бесцельности – это холодный душ не только для главного героя, но и для читателя. Можно ли воевать тысячу лет просто так? Да легко! – отвечает Холдеман. Чем дольше длится война, тем вероятнее забудутся ее причины, потеряются цели, накопятся последствия до уровня, обесценивающего любые победы. Автор подчеркивает тут судьбу простых солдат, которых сначала вынудили по призыву воевать, потом не дали возможности вернуться в мирную жизнь, а потом забыли и дали понять, что на самом деле, все было зря. В этом главный посыл этого антивоенного фантастического романа, который, описывая выдуманное третье тысячелетие, поднимает важные вопросы ХХ века.
«Бесконечная война» - роман с трудноопределимым жанром. И дело не в сложносочиненном тексте (роман написан просто), сколько в постоянном переходе автора от одного направления к другому. Здесь военная муштра в лагере новобранцев сменяется боевой фантастикой столкновения с тельцианами, после чего произведение вырастает до масштабов космической оперы, а потом переходит к социальной утопической фантастике изменившейся Земли, завершаясь драмой одинокого и забытого человека, потерянного в пространстве и времени.
Теперь о «Звездном десанте» Хайнлайна. Распространено мнение, что его роман милитаристский и выражает восторженность автора идеями общества, в основе которого лежит беспрекословная служба государству и объединяющая всех война с общим врагом. На самом деле это роман-утопия, являющийся реакцией Хайнлайна на определенные исторические и политические события, и в нем он поднимает вопрос: «Каков должен быть ответственный и достойный гражданин своей страны, который не приведет ее к ослаблению и упадку?» По мнению Хайнлайна ТОГО ВРЕМЕНИ, это такой гражданин, который готов идти на жертвы ради своей страны, а самая большая жертва, которую может заплатить человек – это его жизнь. А где чаще всего отдают жизнь за государство? Правильно, на войне! Но если внимательно прочитать роман, то можно заметить, что пусть он и выглядит как мечта людей с определенным мировоззрением, но этот мир не идеален и даже отвратителен, в первую очередь из-за того, что его сущность самоподдерживает бесконечное продолжение войны и поиск новых врагов (а иначе как идентифицировать достойных граждан?)
«Я не утверждаю, что эта система приведет к более эффективному правительству, и не знаю ни одного способа, как обеспечить «осмысленные» и «взвешенные» выборы. Но я рискну предположить, что эта вымышленная система даст результаты не хуже, чем наша нынешняя. Я, конечно же, не думаю, что существует даже отдаленная вероятность, что мы когда-нибудь примем подобную систему…» (Роберт Хайнлайн о своем романе)
В отличие от социальной утопии Хайнлайна, «Бесконечная война» Холдемана – это в первую очередь космоопера, раскрывающая тему бессмысленности войны и незавидной доле забытого солдата. Вопрос службы и долга здесь стоит далеко не на первом месте, а длительность войны обеспечивается не морально-этическими установками в обществе, а релятивистскими эффектами физики. В романе Хайнлайна трудно представить себе перемирие между «жуками» и землянами. Общественные институты там просто распадутся без продолжения конфликта. А у Холдемана пусть и запоздалый мир, но пришел. А как известно, даже худой мир, лучше войны. Хотя произведение Хайнлайна определенно более глубокое и талантливое, но будущее есть у общества именно в мире Холдемана.
Кстати, Хайнлайн читал «Бесконечную войну» и хвалил произведение, как отличный пример антивоенного высказывания. Не это ли лишний раз доказывает, что «Звездный десант» не стоит противопоставлять «Бесконечной войне», и что оба романа пусть и по-разному, но говорят об одном и том же, о дегуманизирующем эффекте войны.
К слову, в 2008 году Ридли Скотт заявил, что давно собирался снять фильм по мотивам «Бесконечной войны». К сожалению, проект так и застрял на этапе проработки сценария. Но персона режиссера «Бегущего по лезвию» (отличная киберпанковская утопия) и «Чужого» (не менее прекрасный космический триллер) выглядит идеальным претендентом на роль режиссёра этой экранизации.
«БЕСКОНЕЧНАЯ СВОБОДА»
Забавно, но про третий роман трилогии и второй роман о Уильяме Манделле и Мэригей Поттер, рассказывать особо нечего. Произведение кардинально отличается от первой книги по настроению, подаче сюжета и насыщенности событиям, как, впрочем, и по насыщению интересными идеями.
Это прямое продолжение «Бесконечной войны», сконцентрированное на судьбах Уильяма Манделлы и Мэригей Поттер – главных героев первой книги. В ее конце они улетели на планету «Средний палец» (СП), где у пары родился сын Билл, а потом и дочка Сара. Вместе с ними живет еще несколько сотен выживших в боях войны с тельцианами солдат «старого мира». Сама планета является специальным заповедником, где размножающиеся традиционно гетеросексуальные пары колонистов поддерживают разнообразие генофонда на всякий аварийный случай, поскольку остальное человечество представляет из себя общество идеальных клонов. За колонистами на Среднем пальце присматривают тельциане и клоны-чиновники. Климат на планете суров, местность напоминает тундру. Растительность и животный мир скудны. Но и самим колонистам жить отщепенцами и подопытными кроликами нового человечества невыносимо. У Манделлы и Поттер возникает идея улететь на последнем оставшемся на орбите планеты звездном корабле в будущее, используя релятивистский эффект. Но им не дают разрешения. Тогда заговорщики с группой 150-ти единомышленников просто угоняют корабль и улетают прочь. Но в самом начале полета, внезапно в двигателе пропадает антивещество, что вынуждает часть беглецов вернуться на Средний палец. И их тут ждет неприятный сюрприз: все люди и животные внезапно пропали, а техника и строения остались нетронутыми…
Тут начинается триллерная часть сюжета, в которой раскрывается основная идея. Во-первых, сначала вернувшиеся колонисты обнаруживают древнюю цивилизацию, которая тысячи лет жила рядом с людьми и не выдавала себя.
«— Он может менять облик, — прошептала мне на ухо Мэригей.
— Точно так же, как вы меняете одежду. С моей точки зрения, я всегда нахожусь в своем собственном облике. — Он вывернул ногу так, что у человека при этом неминуемо сломалась бы голень, и внимательно осмотрел подошву ботинка. — У вас нет имени для нас, но вы могли бы называть нас Омни. То есть Всё.
— А сколько вас? — осведомился По.
— А сколько вам нужно? Сотню, тысячу? Я могу превратиться в отряд девочек-скаутов, общим весом в две тонны. Или в стаю саранчи. Но это чертовски трудное дело, ведь нужно будет как-то удерживать их всех в одной куче.
— Значит, вы те люди, которые жили на Земле в течение девяти тысяч лет… — начал Макс.
— Скажите лучше, сто пятьдесят тысяч, и мы не люди. Как правило, мы даже не похожи на людей. Несколько столетий я был скульптурой Родена в музее. Потом никто не мог понять, как ворам удалось протащить меня в дверь. — Джон Уэйн раскололся пополам и превратился в двух одетых в форменные куртки смотрителей музея миниатюрную молодую женщину и толстого старика. — Когда я делаю нечто подобное, — в унисон заговорили они, — я фактически являюсь «групповым сознанием», наподобие того, каким стремятся стать тельциане и Человек. Это может быть полезно, но может и сбить с толку. — Две фигуры вдруг рассыпались в кучу тараканов, которые тут же кинулись в разные стороны. К ним устремились два робота Микки-Мауса, и тараканы поспешно слились в Джона Уэйна, а тот пинком закинул одного из маленьких уборщиков на крышу «Молли Мэлон».
— Как вы это делаете? — спросил я.
— Просто вопрос практики. Координация глаза и движений ноги.
— Нет, я говорю о ваших превращениях в то и другое. Вы же не можете взять молекулы металла и превратить их в органическое вещество.
— Полагаю, что и вы это можете, — ответил он. — Лично я делаю это постоянно.
— Я хочу сказать, что это противоречит физическим законам.
— Ни в коей мере. Это ваша версия физики противоречит действительности».
Колонисты думают, что именно омни являются причиной исчезновения людей, особенно, когда рядом внезапно взрывается человек. Но начинают исчезать и омни.
Честно говоря, появление в сюжете омни, несмотря на всю неординарность этих живых существ, выглядит случайным, нелогичным и лишним в произведении. Это «рояль в кустах», который просто буквально рояль, стоящий беспричинно в реальных кустах. Благо, омни хотя бы наталкивают колонистов на идею о том, что человечество, как и вся наша вселенная – это просто лабораторный стол неких высших существ:
«— Если они такие всемогущие и вездесущие… то, похоже, они продолжают следить за нами. И даже слишком пристально.
«Священник» покачал головой.
— Нет. Это спорадическое явление. Неназванные оставляют нас одних то на несколько недель, то на несколько лет. Затем они вводят какую-то новую переменную, словно ученый или, может быть, любопытный ребенок, и смотрят, как мы на это будем реагировать.
— Убрать всех?.. — задумчиво произнесла Мэригей. — Вот это переменная!
— Нет, — сказала черная женщина. — Я думаю, что это означает завершение эксперимента. Неназванные чистят клетку.
— И что нам следует делать… — начал было безликий человек и вдруг умолк. — Моя очередь, — сказал он спустя пару секунд и тут же взорвался, но не брызгами крови, кишок и обломками костей. На его месте возник вихрь белых частиц, маленький снежный буран. Частицы попадали на землю и бесследно исчезли».
И тут божество являет себя, раскрывая концепцию мультивселенной:
«— Будущее — это не линия. Это стол. Существует множество видов будущего. В противном случае, зачем было бы экспериментировать? <…>
— Мы видим события подобными линиям, линиям причин и следствий. Но вы же видите миллионы линий на своем столе.
— Бесконечное количество линий.
— Пусть так. Есть ли во вселенной еще что-нибудь, кроме вашего стола? — Он улыбнулся. — Имеются ли другие столы? Существует ли комната, где они находятся?
— Другие столы имеются. Ну а если они находятся в комнате, то я ни разу не видел стен.
Затем он заговорил почти точно в унисон с Сарой:
— Значит, есть кто-то еще, надзирающий за всем происходящим. — Женский голос прозвучал вопросительно, а мужской утвердительно. А закончила одна Сара: — Надзирающий за вами и вашими столами?
— Сара, на некоторых из этих бесчисленных линий ты решишь остаться живой через миллион лет, когда я вернусь. Тогда ты сможешь спросить меня. А может быть, решишь не делать этого.
— Но если нет больше никого, если вы бог…»
Божество исчезает, сохраняя жизнь своим лабораторным крысам, которые было дело вознамерились выйти за рамки эксперимента своим побегом в далекое будущее. В наказание оно изменило скорость света, что заняло надолго человечество постижением новой физики.
Финальный твист «Бесконечной свободы» сильно обесценивает всю дилогию. Возможно, Холдеман хотел этим сказать, что все мирские проблемы, все войны ничего не стоят на фоне игр Богов. Но что нам то с того? У нас есть только этот мир, и по воле физики ли, или воле этих самых Богов, эту вселенную мы не покинем. Автор отсылает нас к известному философскому спору: «Если Бог создал все сущее, то кто создал Бога?»
Второй роман вторичен относительно первого и свою остроту приобретает только в связке с ним, поскольку без событий, описанных в «Бесконечной войне» и опыта, полученного главными героями в нем, нельзя в полной мере представить себе оторванность и одиночество сообщества на планете Средний палец и обосновать их попытки побега «в будущее».
«Бесконечная свобода» во многом произведение о рутине и написана она соответствующим языком. Роман намного скучнее «Бесконечной войны», и дело даже не в практически полном отсутствии экшена, сколько в не самой замысловатой идее, спрятанной за слоями описания обыкновенного быта. Скучная «бытовая» часть плохо сбалансирована с весьма короткой и не раскрытой глубоко «философской» частью о мультивселенной и воле Богов. Благо, закончил роман Холдеман хорошей шуткой:
«Не прошло и года, как с Земли сообщили, что неназванный задал нам поистине сизифово задание — скорость света все так же оставалась конечна, но изменилась приблизительно на пять процентов. Благодаря этому все проведенные за полторы тысячи лет расчеты становились неверными, начиная, самое меньшее, с четвертого десятичного знака. Соответственно изменились все мелкие константы, такие, как заряд электрона, постоянная Планка. Раз уж ему так хотелось напоследок все поменять, то он мог хотя бы заставить число Пи — равняться ровно трем».
«Бесконечная война» - роман безусловно талантливый, ярко выражающий антивоенные взгляды автора и отражающий трагедию солдата, прошедшего травмирующий опыт войны. Не следует воспринимать его как «ответ» хайнлайновскому «Звездному десанту». Лучше считайте его дополнением к нему. Роман смело можно рекомендовать любителям классической научной фантастики и космооперы. К сожалению, «Бесконечная свобода» на фоне первого романа выглядит вторично и сыро, и хотя продолжает историю главных героев «Бесконечной войны», делает это уже на более низком уровне. Прочтение этого романа совсем не обязательно, хотя искушение будет большим.
МОЕ МНЕНИЕ ОБ ИЗДАНИИ:
Стандартное для 2000-х серийное издание фантастики.
Формат стандартный (130x200 мм), твердый переплет, без суперобложки, 480 страниц, без иллюстраций.
Достоинства издания: хорошее качество печати; твердый переплет; колонтитулы; хорошо выделенные заголовки; подробное оглавление; авторская иллюстрация на обложке по мотивам произведения.
Недостатки издания: желтеющая серая бумага.
ПОТЕРЯЛ БЫ Я ЧТО-НИБУДЬ, ЕСЛИ БЫ ЕЕ НЕ ЧИТАЛ:
Больше нет, чем да. Это безусловно знаковые для жанра НФ и увлекательные произведения, но мне они были интересны больше, как заочная полемика со «Звездным десантом» Роберта Хайнлайна, которой, как оказалось, здесь немного.
КОМУ ПОРЕКОМЕНДОВАЛ БЫ:
Любителям классической научной фантастики и космооперы, тем, кто хочет прочитать что-то близкое по духу к «Звездному десанту» Роберта Хайнлайна.
ТЕГИ: Фантастика, научная фантастика, космос, космическая война, релятивистская физика, столкновение цивилизаций, временной парадокс, общество будущего, служба, контакт.
ВИДЕО В ТЕМУ: В ролике по ссылке ниже можно увидеть, как визуализировали романы Холдемана разные художники.
https://www.youtube.com/watch?v=CTlOYJKbIlQ
https://vk.com/pavelmazheikabooksreview
https://t.me/pavelmazheikabooksreview
Другие мои рецензии на страницах:
Группа "ВКонтакте":
https://vk.com/pavelmazheikabooksreview
Канал в "Телеграм":