Молодежь Апокалипсиса. Последний истинный бунт: Иеромонах Нестор (Савчук)

Нестор Савчук родился в 1960 году в Крыму. Он никогда не был близок с семьей, предпочитая держать дистанцию с родственниками. Повзрослев, он направил всю энергию в боевые искусства. Обладая острым умом, ему часто приходилось чувствовать себя отчужденным в обществе сверстников.

Нестор был творческой натурой и обладал талантом живописи. Когда ему было слегка за двадцать, он в качестве иконописца отправился в Одессу. Там он подружился с другими художниками и от них впервые услышал рассказы о праведниках, которые своими трудами прославляли Бога в монастырях Руси в продолжение последнего тысячелетия. Все это происходило в начале 1980-х годов, Нестор жил в коммунистическом Советском Союзе, во время, когда древняя православная вера была почти забыта. Внезапно в сердце Нестора зажглась искра. Он загорелся желанием убежать от мирской суеты и вернуться к своим христианским корням.

Приняв решение посвятить жизнь Богу, Нестор уехал из Одессы в древний Почаевский монастырь, где стал монахом. Нестор вскоре обнаружил там двоих дедушек, которые были ему родными и давно считались пропавшими. Один был женатым священником, а другой почитаемым старцем, известным праведной жизнью.

В то время монастыри в коммунистической России находились под контролем правительства. Все монахи должны были быть зарегистрированы атеистическим государством. Нестор, будучи ярым противником атеизма, никогда не регистрировался. В середине 1980-х годов правительство начало преследовать монастырь – некоторые монахи были отправлены в лагерь для военнопленных, а другие просто «исчезли».

Поскольку Нестор не был зарегистрирован в штате, то знал, что его посадят в тюрьму или убьют, если соответствующие органы его обнаружат, и поэтому продолжал бороться в условиях, похожих на военные, живя в подполье. Нестор, обладавший сильной и храброй душой, вскоре был рукоположен в сан священника.

В конце концов условия в Почаевском монастыре стали настолько суровыми, что большинство монахов либо ушли, либо отбывали срок в лагерях, либо были убиты. Не зная что делать, Нестор обратился к своему духовному отцу, старцу Иоанну Крестьянкину, который посоветовал ему отправиться в уединенную деревню Жарки. Приняв его совет за божественное руководство, Нестор отправился в путь по бескрайним просторам деревень.

После долгого путешествия Нестор прибыл в маленькую деревушку, где к тому моменту почти не осталось верующих. Оказавшись во всеми забытой глуши, Нестор направился прямо в церковь, где ему предстояло служить. Сама она была обветшалой, однако в ней хранилось множество древних икон. С самого начала Нестора поразила благодать, исходившая от них; именно за эти древние образы он примет однажды смерть. С тех пор как он стал монахом, его сердце горело любовью ко Христу и к горнему миру. Нестор по-своему смотрел на иконы и изображения Христа. Он не видел дерева и красок, его сердце преображалось, и он чувствовал вечное Царство Божие, открывающееся внутри. Понять образ (икону) Христа – значит понять Бога воплощенного.

Когда-то в этой церкви приняли мученическую смерть два праведника, Христа ради юродивых. Перед тем как их убили, они пророчествовали: «Священник, который будет служить здесь до конца, спасется». Не зная о пророчестве, но почувствовав царившую здесь благодатную атмосферу, Нестор полюбил это место всем сердцем и теперь непременно хотел остаться. Понимая каков удел праведника в этом мире, он ожидал скорбей. Тогда полиция предупредила его о банде воров из Одессы, которые крали иконы из сельских церквей и продавали на черном рынке за большие деньги; от их рук пострадали почти все церкви, бывшие поблизости.

Другие трудности возникли из-за местных хулиганов, которым не нравилось то, что он был священником. Однажды Нестор заправил свои длинные волосы и бороду, как он обычно делал во время путешествий, чтобы не привлекать внимания, и направился к автобусной остановке, имея при себе некоторые важные документы. Тогда трое пьяных молодых людей подошли к нему и, насмехаясь, сказали: «Покажи крест», а затем принялись отбирать распятие, однако Нестор воспрепятствовал осквернению святыни. Не догадываясь, что монах знает толк в боевых искусствах, юноши напали на него. Он искусно уклонялся от ударов, из-за чего бой стал напоминать танец. Внезапно, вспомнив, что его документы остались без охраны, Нестор заколебался, и в этот момент пропустил удар по лицу. Вскоре прибыла полиция, но Нестор уговорил их отпустить хулиганов. Он не забыл, что тоже когда-то был мятежным юношей. Месяц спустя молодой человек по имени Андрей, который ударилНестора, пришел к нему домой, чтобы извиниться. После беседы со священником он также решил следовать монашескому образу жизни.

С юношеским рвением Нестор старался возвратить жизнь заброшенной деревне. Он посетил несколько других церквей в окрестностях, помогая всем нуждающимся, вне зависимости от их веры. Таким образом, молодой монах был живым напоминанием о древних христианских корнях этого народа.

Кроме самоотверженной работы на благо других, Нестор вел аскетическую молитвенную жизнь. После поездки, в ходе которой он навещал духовных чад из других деревень, Нестор обыкновенно возвращался домой пешком, уже под ночь. Он не любил ездить на машинах; ночные прогулки стали его отдушиной, временем, которое он проводил наедине с собой. Даже по снегу он ходил, бывало, по двенадцать миль, чтобы добраться до дома. Он погружался в молитву, теряя счет времени. А вернувшись, приступал к своему строгому молитвенному правилу, состоявшему из многочасовых песнопений и коленопреклоненных молитв.

Однажды Нестору пришлось отправиться в зону боевых действий в Абхазии, чтобы помочь там страждущим, распространяя свет Христа. Здесь зародилось в нем желание принять мученическую смерть за веру. Зная, что во враждебных землях смерть неминуема, Нестор, однако, не отвергал желание остаться.

Его духовный отец, вернувшийся в Россию, направил его обратно в деревню, говоря следующее: «Разве мать бросила бы своих собственных детей, чтобы растить чужих?». После этого Нестор понял, что ему следует вернуться к своим духовным детям.

По возвращении в Россию он столкнулся с еще большими трудностями и даже преследованиями: церковь несколько раз грабили и поджигали. В 1993 году в Оптиной пустыни были убиты три монаха. В XIX веке Оптина была духовной столицей православной России, известной своим изобилием духовных учителей, восходившим к святому Паисию Величковскому. Множество людей, включая Гоголя, Достоевского и Толстого, приезжали в Оптину за духовным наставлением.

Трое монахов были зарезаны в пасхальную ночь, во время празднования Воскресения Христова. Вскрытие показало, что это было ритуальное убийство — монахам перерезали горло, колотые раны были нанесены в определенном порядке. На территории монастыря нашли окровавленный кинжал, на лезвии которого было начертано «666». Когда наконец отыскался убийца, он признал, что убийства были сатанинским ритуалом, и что он намеренно убил троих лучших монахов обители. Нестор часто говорил об оптинских мучениках с большим почтением, и стало очевидно, что он страстно желает последовать их примеру. Однажды друг попытался доказать ему, что лучше быть долготерпеливым и переносить утомительные жизненные испытания, на это Нестор ответил: «Знаешь, у меня такое горячее желание принять мученический венец оттого, что в юности я вел разгульную жизнь и жил только для себя. Как я могу отплатить Богу за то, что Он дал мне?» Друг возражал: «Это слишком дерзко - желать мученичества; не лучшей ли платой будет долгое страдание?». Нестор снова ответил: «Да, я понимаю это, но, может быть, если я буду молиться о мученичестве, то смогу его вымолить».

Воистину, Нестор пылал огнем веры, обращенной к вечной жизни. Он рассматривал смерть не как конец, но как начало. Его вера была столь глубока, что подвигла его молиться о страданиях и смерти, дабы сораспяться Христу.

Скоро церковь снова была ограблена. Нестор заметил на снегу следы от шин, которые вели через лес к грунтовой дороге, рядом с которой вдалеке виднелась припаркованная машина. Чтобы не раскрывать себя, Нестор снял монашескую рясу и подошел к машине, пошатываясь и крича, словно пьяный. Внутри машины сидел бандит, который тотчас же метнулся вон. Опыт Нестора в боевых искусствах снова пришел ему на помощь, поскольку он смог отразить удары и выиграть достаточно времени, чтобы разглядеть номера автомобиля. В конце концов полиция все-таки поймала бандитов и вернула иконы церкви. Нестору стали угрожать, что если он выдвинет обвинения, мафия выследит его. Ближайшие друзья умоляли монаха не идти на конфликт.

Нестор встретился с напавшим на него бандитом и спросил, почему он это сделал. Преступник ответил коротко: «Деньги». Нестор спросил, сожалеет ли он о краже из церкви, однако вор говорил без капли раскаяния: «Я ни о чем не жалею».

Нестор знал, что обязан отстаивать свою позицию. Если он позволит мафии запугать себя, то его церковь пострадает. Одному из тех, кто пытался отговорить Нестора, он объяснил: «Если бы это были мои личные враги, я мог бы простить их; но эти люди – враги простых верующих, враги Бога. Они не испытывают угрызений совести за то зло, которое совершили, и я не могу это так оставить».

Затем случилась череда покушений на Нестора, которых он чудом избежал. Кражи икон приобрели большой размах – каждая церковь в регионе была ограблена по крайней мере один раз, и Нестор стал охранять церковь по ночам. Мафия охотилась не только за иконами – теперь они хотели забрать и жизнь священника.

Однажды Нестор услышал стук в дверь. Когда он открыл, его взяли под прицел пистолета. Не отступая, Нестор бесстрашно посмотрел в глаза бандитам, развернулся, вошел в свой дом и запер дверь. Бандиты последовали за ним, разбив окно. Схватив оружие, Нестор сделал несколько выстрелов, чтобы припугнуть незваных гостей. Но, зная, что он монах и священник и поэтому не станет в них стрелять, они не оставили его. Нестор побежал в комнату и запер дверь, он спешно пробрался через окно, но при этом поранил руку, и у него пошла кровь. Он наскоро сделал перевязку, а затем принялся бежать.

Зная, что каждый день может стать для него последним, Нестор стал с двойным усердием посвящать себя миссионерской работе. Его близкий друг вспоминает: «Каждому он отдавал все, что у него было; люди стекались к нему. Временами это было трудно. Иногда он запирался в комнате на два или три дня, чтобы поститься и молиться. Так он получил силу, чтобы идти дальше. В последний год он стал чрезвычайно глубоким... простая глубина, которая пришла от веры в Бога. Он ничего не боялся. Он был необычайным человеком, который предал себя воле Божией. Он был бесстрашен».

Нестор разрушил стену, разделяющую Бога и человека, и Бог живо действовал в нем. Близкий друг вспоминает одну из последних бесед с отцом Нестором: «Мы говорили о врагах церкви. Он сказал мне: «Почему мы должны бояться?» Я сказал: «Но эти воры повсюду!». Он спокойно отвечал: «На все воля Божия. Страдать за Христа – это великая радость». Он говорил о том, что в мире сегодня идет война духовная.... Он уже был готов к смерти».

31 декабря 1993 года иеромонах Нестор был найден мертвым под окном своего дома с перерезанным горлом и многочисленными ножевыми ранениями. Люди верят, что это был не просто случай мести, а стратегический ход в духовной войне, которая сегодня происходит по всему миру. Чем более вокруг нас сгущается тьма, тем легче бывает отыскать свет. Жизнь и смерть иеромонаха Нестора стала торжеством Божьей праведности. Он достиг вершины – мученичества за истину. Отец Нестор ушел от нас в возрасте тридцати трех лет – в том же возрасте, в котором был распят Христос.

Источник: Монах Джон Марлер, Эндрю Вермут: Молодежь Апокалипсиса. Последний истинный бунт

Перевод: https://vk.com/orthodox_way?w=wall-130664143_6820